Глава третья.

Реальность содрогнулась, как потревоженная гладь озера, и мир вокруг Гарри переплавился, словно воск свечи, принимая новые очертания. Знакомый до боли интерьер гриффиндорской гостиной соткался из воздуха: бархатные кресла цвета осенних листьев, потертый ковёр с витиеватым узором, старинные гобелены, хранящие тепло сотен рассказанных историй. Пламя в камине плясало неистовым танцем, отбрасывая причудливые тени на стены, а за древними витражными окнами кружился в безмолвном вальсе октябрьский снег, укутывая замок в пушистое одеяло забвения. Его отражение в тёмном оконном стекле заставило сердце сжаться: вместо уверенного в себе аврора на него смотрел растерянный подросток с непослушными вороными волосами и очками, сидящими чуть криво на переносице. Шрам, столько лет молчавший, теперь покалывал, словно пробуждаясь от долгого сна, напоминая о связи, которую Гарри давно считал разорванной. — Мерлинова борода, — слова сорвались с губ шёпотом, похожим на шелест осенних листьев. Его пальцы, огрубевшие от лет авроровской службы, теперь снова стали мягкими и неуверенными, когда он коснулся своего помолодевшего лица. Временной артефакт, древний как сами стены Хогвартса, не подвел — он действительно оказался в водовороте своего пятого курса. Гостиная пустовала, словно театр между представлениями. Где-то в глубинах замка, в Большом зале, сейчас собрались все обитатели школы, наслаждаясь вечерней трапезой под зачарованным потолком. Гарри опустился в своё любимое кресло, потёртая обивка которого хранила отпечатки сотен вечеров, проведённых здесь за разговорами и домашними заданиями. Воспоминания накатывали волнами: будущее и прошлое перемешивались в его сознании, как краски на палитре художника. Дамблдор, величественный и загадочный, сейчас избегает его взгляда, унося с собой тайны, которые могли бы спасти столько жизней. Сириус, его крёстный отец, томится в мрачных стенах дома на площади Гриммо, как птица в золотой клетке. Долорес Амбридж, похожая на ядовитую жабу в розовой картонке, только начинает плести свою паутину интриг в школьных коридорах. А в недрах Министерства магии хрустальный шар пророчества ждёт своего часа, храня в себе слова, изменившие так много судеб... Портрет Полной Дамы отворился с мелодичным скрипом, впуская двух человек, при виде которых сердце Гарри пропустило удар. Рон и Гермиона вошли в гостиную, окутанные золотистым светом каминного пламени. Гермиона, с её копной непослушных каштановых волос, прижимала к груди внушительную стопку книг, словно драгоценные сокровища. Рон, долговязый и веснушчатый, с беззаботной улыбкой на лице, доедал шоколадную лягушку, оставившую следы на его пальцах. — Гарри! Вот ты где, — голос Гермионы, звонкий и чистый, как весенний ручей, разрезал тишину гостиной. — Мы тебя искали в Большом зале. — Просто... нужно было подумать, — ответил Гарри, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал как прежде, хотя внутри всё дрожало от осознания момента. Видеть их такими — юными, невинными, не тронутыми ужасами войны — было подобно острому лезвию, проникающему прямо в сердце. — Ты в порядке, друг? — спросил Рон, с характерным шумом опускаясь в соседнее кресло, отчего старая мебель протестующе скрипнула. — Выглядишь так, будто все привидения Хогвартса разом решили устроить тебе вечеринку-сюрприз. — Можно и так сказать, — усмехнулся Гарри, чувствуя, как горько отдаёт эта правда. Он окинул взглядом своих лучших друзей, таких родных и одновременно таких далёких сейчас, и в его душе окрепла решимость, твёрдая как алмаз. В этот раз всё пойдёт иначе. Он не позволит тьме поглотить их будущее, не даст Волдеморту играть их судьбами, как шахматными фигурами. Каждая жизнь, потерянная в его прошлом, теперь обретёт шанс на спасение. Но начать нужно с малого — с создания Отряда Дамблдора. Только теперь это будет не просто кружок по защите от тёмных искусств. Это станет кузницей воинов, способных выстоять в грядущей буре. — Вообще-то, — начал Гарри, подавшись вперёд, его изумрудные глаза блеснули в отсвете камина, — есть кое-что важное, что я хочу с вами обсудить. Пришло время взять наше образование в свои руки. Гермиона оторвалась от фолианта, который уже успела открыть. В её карих глазах вспыхнул тот самый огонёк любопытства и жажды знаний, который Гарри помнил все эти годы. Рон прекратил вытирать шоколадные следы с пальцев и выпрямился, уловив серьёзность момента. — Что ты имеешь в виду? — спросила Гермиона, закладывая страницу пером. Гарри позволил себе лёгкую улыбку, мысленно перебирая всё то множество заклинаний, тактик и приёмов, которым его научила служба аврором. Знания, которые могли бы спасти так много жизней, если бы он владел ими раньше. — Я думаю, нам нужно создать тайную группу. Для настоящей практики защиты от Тёмных искусств. Той практики, которая действительно может спасти жизнь. За окном снежинки продолжали свой бесконечный танец, укрывая древний замок белоснежным покровом. Но Гарри знал — под этой обманчиво мирной картиной уже начинают сгущаться тени грядущей войны. И в этот раз он будет готов встретить их во всеоружии.