3. introductions and stellar first impressions (знакомство и первые блестящие впечатления)

27 августа 2038 г.

15:32

      – Ни в коем, блять, случае.       Прошло ровно одиннадцать дней, шестнадцать часов, три минуты и сорок пять секунд с момента его разговора с Дримом после пробной миссии, и только сейчас он начинает приносить плоды.       Томми стоит в центре просторного офиса. Он оформлен красиво, если не сказать старомодно, с большим столом из красного дерева напротив темных книжных полок, заставленных книгами и странными безделушками. Когда его глаза сканируют каждую полку, он замечает многочисленные фотографии в рамках, на большинстве из которых изображены два удивительно похожих мальчика.       — Это... это какая-то дурацкая шутка, да?       Слева широкое окно, занавешенное бледно-красными шторами, которое занимает большую часть стены. Свет, бледный от облаков, скрывающих солнце, проникает внутрь. Из окна открывается прекрасный вид на парк напротив участка, и Томми наблюдает, как ворона-падальщик – научное название Corvus corone – садится на низкий куст прямо за пределами офиса.       – Если это потому, что я в последнее время бездельничал, то клянусь, я могу стать лучше.       Один из его кураторов, мужчина по имени Джордж, стоит рядом с Томми – целый список информации, которая автоматически всплывает, когда андроид смотрит в его сторону, но он так тщательно просматривает ее, что мгновенно отбрасывает. Под мышкой тот несет большой тонкий планшет.       Томми некоторое время наблюдает за ним. Его взгляд скользит по линии подбородка, где виднеется слабый намек на щетину.       Если бы Томми пришлось ранжировать своих кураторов, Джордж был бы наверху. Он эффективен, на удивление нетерпим к глупостям и пустой трате времени, но он никогда не бывает не добрым к нему. Томми хмурится. Возможно, было бы немного несправедливо снимать очки с его других кураторов за их недоброе отношение, поскольку Томми не способен заботиться так или иначе. Но с другой стороны, это, безусловно, мешает их прогрессу, поэтому Джордж один из лучших. Он нейтрален и трудолюбив.       К тому же, Дрим испытывает к нему особую симпатию.       Джордж постукивает ногой в регулярных, быстрых интервалах. Томми моргает и, заметив нечто другое, скрытое в языке тела – наклон вниз к губам и поспешно разглаженный лоб – делает выводы: Джордж очень раздражен, но все еще достаточно вежлив, чтобы скрыть это.       Источником его раздражения, вероятно, является лейтенант Уилбур Сут-Крафт, его позднее появление, а теперь и гневные ругательства, слетающие с его губ.       – Фил, ты не можешь… ты же не сделаешь это со мной всерьез.       Информация взрывается в его поле зрения, как только взгляд Томми мелькает в лице Уилбура, и все же он все еще остается загадкой. Ему двадцать восемь лет, но он выглядит намного старше. Его внешность небрежна, волосы растрепаны, одежда грязная и в пятнах, а под запавшими глазами видны темные круги. От него разит алкоголем, особенно вином и водкой, что, после быстрого поиска, не является широко распространенным сочетанием. Несмотря на его… непрофессиональный вид, записи показывают, что он очень опытный офицер.       Процессоры Томми изо всех сил пытаются связать этого пьяного, неряшливого мужчину с самым молодым лейтенантом в истории участка.       Капитан Фил Крафт – да, определенно есть связь – тяжело вздыхает, проводя рукой по усталому лицу.       – Уилбур, это не наказание, – терпеливо говорит он с едва завуалированным разочарованием человека, имеющего дело с особенно капризным ребенком, – Cyberlife, – он делает едва заметную паузу, взгляд скользит к Джорджу, – любезно предложили один из своих современных прототипов для помощи в любых делах, связанных с андроидами, – Уилбур открывает рот, вероятно, собираясь еще раз возразить, если судить по его истории. Фил прерывает его, – и ты единственный офицер без партнера.       Это любопытно. Томми снова копается в разрозненной информации, собранной для изучения. После быстрого просмотра он узнает, что это из-за многочисленных проблем с поведением Уилбура за последние несколько лет. По-видимому, все, кто работал с ним и был достаточно близок, просили о переводе вскоре после того, как становились партнерами.       Лицо Уилбура искажается, а руки сжимают край стола, когда он наклоняется над ним.       – У Шлатта нет партнера, — выплевывает он, и голос его становится особенно ядовитым.       Томми моргает, и всплывает совершенно новый набор информации. Дж. Шлатт – детектив в отделе убийств. Он начал работать примерно в то же время, что и Уилбур, и они были партнерами много лет, прежде чем Шлатт в конце концов не попросил нового партнера. Просматривая онлайн-документы, он обнаруживает, что причина перевода оставалась неизвестной. Любопытно.       Фил вздыхает, и выражение его лица выдает его усталость. Кажется, они уже много раз пережили что-то такое или очень похожее.       – Шлатт помогает обучать одного из новых детективов. Квакити, кажется, его зовут?       При упоминании имени всплывает дополнительная информация, но Томми отмахивается от нее, лениво переводя взгляд.       – Кроме того, это будет полезно для тебя.       – Полезно для меня... – Уилбур обрывает себя, его лицо искажается от ярости. Томми чувствует, как его светодиод мерцает желтым, когда уровень его стресса растет. Его тело напрягается, готовясь к какой-то физической стычке, если до этого дойдет. Он не знал Уилбура достаточно долго, чтобы определить, жесток ли он и нападет ли на собственного отца, но Томми подходит немного ближе к Джорджу, просто на всякий случай.       Джордж, со своей стороны, выглядит невозмутимым. Он просто поворачивает запястье, чтобы проверить время.       – Как это может быть полезно для меня? Фил, ты знаешь, – его голос запинается, немного надтреснутый от эмоций, — ты знаешь, как я отношусь к андроидам.       Томми наблюдает, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Как будто Джордж и он даже не присутствуют здесь, молчаливые и невольные свидетели такого личного разговора.       Что-то в лице Фила смягчается, глаза выглядят обеспокоенными.       – Я знаю. И мне жаль. Но больше никого нет. Это должен быть ты.       Уилбур хмурится, глубоко и сердито. Он кажется натянутой струной, которую слишком сильно затянули, висящей на нескольких потертых нитях. Его руки сжимаются в трясущиеся кулаки. Томми напрягается.       Неловко кашляя, Джордж машет рукой.       – Не люблю прерывать, но мое время здесь ограничено, и мне нужно обсудить несколько важных моментов, – говорит он, тоном тщательно выстроенной вежливости. Получив нерешительный подтверждающий кивок от Фила, Джордж делает жест в сторону андроида рядом с собой.       – Здравствуйте, – говорит Томми, улыбаясь и делая вид, что он весел, – меня зовут Томми, я андроид, присланный Cyberlife, – его взгляд мечется между Уилбуром и Филом, но, поскольку Уилбур занят фальшивым позывом к рвоте из-за своего приторного отношения, он больше сосредотачивается на Филе.       – Томми – это современный прототип. Он единственный в своем роде, единственный андроид нашей модели 1NN1T. Он был разработан не как другие андроиды-полицейские, а как первый андроид-детектив, — ворчит Джордж, напускная вежливость уступает место настоящему волнению. Помимо того, что он один из его кураторов, Джордж также является одним из программистов, которые создали этого андроида, и очевидно, что он гордится своей работой.       Томми, чей взгляд метался между реакциями Фила и Уилбура, замечает, как напрягается Уилбур.       – Он способен находить улики, анализировать вещества в режиме реального времени и реконструировать места преступлений.       Фил поднимает брови.       – Он может анализировать вещества в реальном времени?, – он смотрит на Томми, глаза оценивают его с новым блеском, – это... впечатляет, — неохотно признает он.       Однако Уилбур выглядит совсем не впечатленным. Он смотрит на Томми с подозрением.       – Как он это делает?       Томми оживляется. Кажется, лейтенант наконец-то согрелся, если его участие в разговоре – надеется он – является результатом. Он похлопывает себя по животу.       – Я снабжен небольшой портативной лабораторией, которая может анализировать практически все. Все, что мне нужно сделать, это принять вещество, а моя программа сделает все остальное, — гордо заявляет он.       — Вы едите улики?, – упрямое отвращение Уилбура сменяется искренним удивлением, брови приподняты.       Томми хмурится.       – Поскольку улики не перевариваются, нет. Я не ем улики. Я их принимаю, анализирую и надежно храню, пока их не переместят в надлежащее место для дальнейшего хранения.       Уилбур усмехается.       – Большая разница.       Это большая разница. У андроидов нет никаких органов, необходимых для переваривания пищи, и они не вырабатывают никаких пищеварительных ферментов.       Взгляд Джорджа мелькает между ними, задерживаясь на Уилбуре взглядом с чем-то вроде отвращения. Тем не менее, он продолжает, как будто его никогда не прерывали.       – Его социальные протоколы – одни из самых продвинутых на сегодняшний день. Он разработан с учетом социальной интеграции, и он способен адаптироваться к любой ситуации, включая переговоры или допросы, – он протягивает руку, и теплая рука ложится на плечо Томми в нежном хлопке, – он прошел множество лабораторных испытаний, для проверки его производительности, а также одну реальную жизненную ситуацию. Он справился со всем лучше, чем ожидалось, с идеальной эффективностью.       Фил переводит взгляд с Томми на Джорджа, нахмурившись.       – Только одна реальная ситуация?       Томми моргает. Пустые, безжизненные глаза и обнаженная, окровавленная челюсть мелькают в его сознании. Его светодиод мигает на короткое мгновение, но он вручную отключает его, прежде чем он успевает смениться на желтый. Хотя он не уверен, знают ли они, что означают цвета, это не поможет в этом обсуждении, если они почувствуют какую-либо нестабильность или неисправности.       – Это была ситуация с высоким давлением, — объясняет Джордж кратко, сохраняя при этом полностью невозмутимое выражение лица, – я сомневаюсь, что ему придется столкнуться с чем-то подобным еще раз.       Почти нехотя, резкое выражение лица Уилбура трескается, и любопытство прорывается наружу. Он воздерживается от вопросов, хотя Томми подозревает, что это из-за его собственной хрупкой гордости, а не из уважения к Джорджу и его времени.       – Теперь, что касается хранения, у нас есть два варианта...       Томми позволяет своему взгляду блуждать, отодвигая объяснение Джорджа к задней части своего процессора. Шум отфильтровывается, все еще там, но слабый и игнорируемый в пользу чего-то другого. Он позволяет своим глазам зафиксироваться на каждом человеке в комнате; Джордж, с его дикими жестами и открытым выражением, Фил, с его осторожными кивками и его лицом, искаженным от сосредоточенности, и Уилбур, который выглядит так, будто он предпочел бы быть где угодно, в другом месте, но не здесь. Их глаза встречаются на короткую секунду, прежде чем Уилбур отводит взгляд, нахмурившись.       Осматривая офис, он не находит ничего нового. Вместо этого он смотрит в открытую дверь и в стойло. Это просторное офисное пространство, заваленное парами столов, сидящих спина к спине. Сотрудники заполняют пространство, либо размышляя, либо сидя за своими столами, сосредоточенные на работе. Когда он делает широкий, общий осмотр, он замечает ровно двух человек, отличающихся от общей массы сотрудников.       Первый – Шлатт, который сидит за своим столом, как и многие другие, но его голова поднята, глаза прищурены, а губы сжаты, когда он наблюдает за офисом. Когда он замечает внимательный взгляд Томми, его выражение лица смягчается до резкой ухмылки – той, которая кажется смутно хищной. Томми быстро отводит взгляд.       Вторым человеком, после быстрого сканирования лица, оказывается Техноблейд Крафт, брат Уилбура. Он выглядит совсем иначе, чем на тех многочисленных фотографиях, разбросанных по офису Фила. Он едва узнаваем, очки сняты, а волосы выкрашены в ярко-розовый цвет. Он наблюдает краем глаза, время от времени поднимая взгляд с покусанными от беспокойства губами. Томми не ловит его взгляд, но наблюдает, как тот притворяется, что работает, еще несколько секунд.       Он возвращается к осмотру помещения, скользя глазами по каждому столу, пока его взгляд не останавливается на столе Уилбура. Он находится в беспорядке: завален различными обрывками бумаги или ламинированными папками. Вдобавок к беспорядку Томми замечает несколько скомканных оберток, принадлежащих заведению под названием Chicken Feed, и старую коробку пончиков на углу стола. Прислоненная к тонкому слою стекла, разделяющему два стола, белая доска усеяна газетными вырезками и тому подобным. Среди них Томми замечает несколько антиандроидных лозунгов, таких как «у нас кровь разного цвета».       Томми хмурится. Уилбур определенно не шутил, когда говорил о своих открытых чувствах к андроидам. Это определенно значительно усложнит его работу.       Томми рассеянно моргнул и ненадолго включился. Джордж сгорбился над столом Фила и над его планшетом. На нем выведено несколько диаграмм. Он выразительно жестикулирует, пока ошеломленный Уилбур и сбитый с толку Фил наблюдают.       Томми снова отключается.       Его взгляд падает на Уилбура, который выглядит самым расслабленным с тех пор, как он вошел в офис двадцать минут назад. Его уголки губ даже приподняты, что означает веселье, когда он наблюдает за Джорджем. Томми тратит время, чтобы полностью его осмотреть, игнорируя очевидные черты и вместо этого сосредотачиваясь на его высокой линии роста волос и маленьких мозолях на пальцах. О.       Он цепляется за эту информацию и сосредотачивается на его руках. Такие мозоли появляются из-за струнного инструмента, обычно гитары. Он складывает две части информации вместе: Уилбур играет на гитаре. Это важно знать, если он планирует подружиться с ним, чтобы работать вместе. Он прячет эту часть информации в один файл, который он собирает.       Уилбур поднимает взгляд, снова ловя его взгляд. На этот раз он удерживает его, переминаясь с ноги на ногу с растущим опасением.       – Какого хрена оно просто так смотрит? – резко говорит Уилбур, прерывая тихий разговор Фила и Джорджа.       Джордж поднимает взгляд, нахмурив брови от разочарования, и сосредотачивается на Томми.       – Это просто то, что он делает. Он запрограммирован воспринимать много информации.       Уилбур скрещивает руки на груди.       – Ну, это жутко.       – Уилбур, – ругается Фил, нахмурившись.       Однако Уилбур не из тех, кого так легко отпугнуть.       – Почему он вообще выглядит таким молодым? Ты выглядишь как чертов ребенок.       Томми хмурится, и его светодиод на мгновение мигает желтым.       – Я не ребенок.       Джордж вздыхает.       – Его внешность была специально разработана так, чтобы быть непритязательной, обезоруживающей и недооцененной. Это сработало довольно хорошо, особенно если судить по вашей реакции, – это первый раз, когда хотя бы намек на истинные чувства Джорджа – его тщательно скрываемое раздражение – проявился.       Уилбур хмурится.       – Да, ну...       – Мы разберемся с его хранением, – прерывает его Фил, бросая на Уилбура уничтожающий взгляд.       Джордж выглядит удивленным, но быстро пытается скрыть это задумчивым мычанием.       – У меня есть все необходимые принадлежности в фургоне компании снаружи. Я обязательно доставлю их до того, как уеду сегодня, – он щелкает, задумчиво постукивая языком по нёбу, – что-то еще... что-то еще... – бормочет он себе под нос. Затем резко восклицает, – а, да. Техническое обслуживание.       Уилбур закатывает глаза и скрещивает руки на груди, напоминая капризного ребенка.       Джордж либо не замечает его, либо полностью игнорирует.       — Томми умеет проводить самодиагностику, поэтому он даст знать, когда ему потребуется обслуживание. Когда это произойдет, позвоните по этому номеру, — он делает паузу, шаря в карманах, прежде чем вытащить мятый чек. Ручкой, украденной со стола Фила, он записывает номер, – или свяжитесь с человеком, который связался с вами по поводу этого партнерства.       Фил принимает квитанцию.       – Этот номер телефона принадлежит мне, и я смогу взять на себя большую часть обслуживания или делегировать это кому-то другому, если буду занят. Если он серьезно повредится, немедленно свяжитесь с Cyberlife. Он очень важен, хорошо?       Фил серьезно кивает. Уилбур снова закатывает глаза.       – Один из его кураторов – в основном, вероятно, я – будет время от времени заходить, чтобы его проверить. Скорее всего только с Томми, если не указано иное, — объясняет он, – я понимаю, что многие люди считают Cyberlife… немного неприятной компанией, поэтому мы постараемся свести контакты к минимуму. Есть вопросы, прежде чем я заберу вещи из фургона?       Когда ни Уилбур, ни Фил не произносят ни слова, Джордж уходит, еще раз похлопав Томми по плечу.       Неловкая тишина овладевает комнатой. Оба мужчины смотрят на Томми: Фил с чем-то вроде замешательства или даже любопытства, а Уилбур с откровенной враждебностью. Тем не менее, у Томми невероятно сложная социальная программа именно для подобного. Он улыбается.       – Приятно познакомиться, лейтенант Сут. С нетерпением жду нашего партнерства.       Уилбур усмехается.       – Да, конечно. Партнерство, – он снова усмехается, скрещивая руки на груди, – зачем ты вообще согласился его держать, Фил? У нас нет места для этих гребаных зарядных станций для андроидов.       Фил пристально смотрит на Уилбура.       – Он не останется в участке, – на один короткий момент лицо Уилбура озаряется, выражение расслабляется, – я хочу, чтобы он был с тобой.       В комнате воцаряется тишина. Выражение лица Уилбура совершенно пустое, и это, больше всего на свете, ужасает.       – Прости, что? – спрашивает он опасным тоном.       Фил выглядит равнодушным, либо слишком привыкшим к этому, либо не заботящимся о последствиях.       – Я хочу, чтобы он был с тобой, — повторяет он, как будто Уилбур его просто не расслышал, – я думаю, тебе будет полезно иметь в доме кого-то еще.       – Кого-то еще... – Уилбур тянется вверх, зарываясь руками в волосы, – Фил, эта штука – не человек! Это машина. Это... это как сказать, что мне будет полезно иметь в доме чертов компьютер! Знаешь, большинство экспертов пытаются заставить людей реже пользоваться технологиями. Ты вообще слышишь, как ты сейчас говоришь?       – Машина или нет, андроиды невероятно сложны. Ты не можешь поговорить с компьютером, Уилл, но ты можешь поговорить с андроидом, – Фил переводит взгляд с нейтрального Томми на ошеломленного Уилбура, – если ты не хочешь говорить со мной или Техно, то, может быть...       – Нет, — обрывает Фила Уилбур, глядя совершенно убийственно, – я не могу... Ты!... — он издает разочарованный звук, закрывая ладонями глаза.       К счастью для почти всех, Джордж безупречно рассчитал время. Прежде чем все успевает перерасти в полномасштабный спор, дверь распахивается, и Джордж снова входит. На его плече виден толстый ремень знакомой сумки, впиваясь своим весом.       – Ладно, – говорит он, похлопывая сумку рукой, – это все, что вам нужно. Сюда входит его порт зарядки, несколько запасных частей и груз тирия.       Уилбур напрягается, отрывая взгляд от своих рук.       – Если ты думаешь, что я буду пытаться починить эту штуку, ты глубоко заблуждаешься.       Джордж смотрит на него долгим, неловким взглядом, выражение его лица каким-то образом осуждающее в его невозмутимости.       – Эта штука, – говорит он, идеально подражая интонации Уилбура, – стоит, вероятно, больше, чем твой дом. Но это неважно, тебе не придется ничего ремонтировать. Томми вполне способен выполнить любой мелкий ремонт.       Лицо Уилбура, искаженное в оскорблении, почти комично. Повернувшись, чтобы взглянуть на Джорджа, Томми видит небольшую дрожь на его губах, которая указывает на его скрытое веселье.       – А, да, ну, — прочищает горло Фил, сплетая руки на столе, – и это все?       Джордж щурится и с грохотом ставит сумку. Его руки похлопывают себя по лицу, словно ища какую-то забытую информацию.       – Да, я думаю, это все, – он смотрит на Томми, затем кладет руку ему на плечо, выражение лица мрачное, – верно, Том?       Томми усмехается, что-то яркое и запрограммированное. Что-то в поведении Джорджа смягчается, когда он видит это.       – Все системы функционируют, – отвечает он после быстрой диагностической проверки.       Джордж снова поворачивается к Филу.       – Спасибо за ваше время и участие. Позвоните мне, если у вас возникнут вопросы, и позаботьтесь о Томми, хорошо? Он жизненно важен для нашего понимания проблемы девиантов и для решения этого... кризиса... прежде чем он обострится еще больше, – еще раз похлопав его по плечу и быстро улыбнувшись, Джордж выскакивает за дверь.       Фил пристально смотрит на Уилбура.       – Я верю, что ты осознал свою значимость в ходе этого разговора и сделаешь все возможное, чтобы разобраться в этой проблеме и поработать с Томми?       В ответ Уилбур усмехается и захлопывает за собой дверь.       И вот они остались наедине.       Устало вздохнув, Фил устремляет на него свой взгляд.       – Слушай… Я знаю, что это не твоя работа, но… как ты думаешь, ты мог бы позаботиться об Уилбуре вместо меня? – Томми глупо моргает, – он… В последнее время он не очень хорошо себя чувствует, и я беспокоюсь о нем. Несмотря на то, что он ненавидит андроидов, я действительно думаю, что наличие кого-то или чего-то в доме, с кем он может поговорить, поможет. И если бы ты мог также позаботиться о нем, это было бы… невероятно, — умоляет он.       Томми виновато улыбается.       – Простите, капитан. Мой главный приоритет – моя миссия, и я запрограммирован выполнить ее, несмотря ни на что.       Лицо Фила вытягивается.       – Точно, конечно, верно, – он смеется – ужасный, надломленный звук, который царапает его горло, когда уходит, – я... Это был в любом случае рискованный шаг. Мне жаль спрашивать, но... ну, я думаю, ты не поймешь.       Томми запрограммирован понимать много вещей. Его светодиоды светяться желтым.       – Не пойму чего?       Фил пожимает плечами.       – Есть очень небольшой список вещей, которые я бы не сделал для своих сыновей. Полагаю, о тебе этого сказать нельзя, и это нормально.       Томми кивает. Спор с Филом ни к чему не приведет. Поэтому, с натянутой улыбкой, наклоном головы и вежливым прощанием «Доброго дня, капитан», он закрывает за собой дверь и игнорирует чувство неправильности, поселяющееся в его груди.

***

      Усаживаться за стол рядом с Уилбуром было напряженно и неловко, но Томми делает все возможное, чтобы не позволить тяжелой атмосфере повлиять на него. Уилбур переключается между игнорированием Томми, прожигая дыры в экране своего компьютера, и взглядом на Томми, как будто само его существование является большим личным оскорблением.       Что, учитывая реакцию Уилбура в офисе Фила и разбросанную на его столе антиандроидную атрибутику, так и есть.       Уилбур поднимает взгляд, на его лице запечатлена глубокая хмурость. Их глаза встречаются, и Томми улыбается.       – Я рад работать с вами, – снова говорит он, просто чтобы действительно попасть в точку.       Уилбур выглядит каким угодно, но только не впечатленным.       – Слушай, просто держись подальше от меня, не разговаривай со мной и даже не смотри на меня. Мы прекрасно поладим, если ты будешь следовать этим простым правилам, ладно?       Томми хмурится.       – Но мы же партнеры. Как мы можем вместе работать над делами, если я с тобой не разговариваю?»       – В этом-то и суть, – он смотрит на него так уничтожающе и так невозмутимо, что Томми ничего не может сделать, кроме как тупо смотреть. Убедившись, что Томми уловил суть, он возвращается к монитору.       Однако Томми не понял и, скорее всего, никогда не поймет сути.       – Я могу использовать это, чтобы получить доступ к нашим делам, верно? – он указывает на экран перед собой, являющийся темным и неактивным.       Бровь Уилбура дергается, но тот игнорирует его.       Приняв это за ответ, Томми прижимает руку к компьютеру. Его синтетическая кожа оттягивается, и гладкий белый пластик, из которого состоит большая часть его тела, касается, обнаженно, стекла. Электрические рецепторы, встроенные в его тело, как маленькие нервные окончания, загораются, посылая странное покалывание по руке и соединяя его собственную систему и код с компьютерными.       Есть двести сорок три случая с участием андроида, и он сканирует каждый из них. Информация загружается в его центральный процессор, система на мгновение удручает, пока он имеет дело с потоком кода. Это подавляющее ощущение, сотни файлов дел обрабатываются всего за одну секунду.       Томми моргает, пока его система пытается это обработать.       Большинство ранних случаев, которые датируются девятью месяцами ранее, являются весьма стандартными. Многие из них связаны с потерей андроида пожилыми людьми. Иногда будет более интенсивный случай, связанный с кражей андроида или уничтожением имущества.       Лишь пару месяцев назад ситуация начала меняться.       Теперь база данных переполнена случаями таинственных исчезновений андроидов, нападениями андроидов на своих владельцев и даже участием в делах убийств. Это должно быть невероятно. Это было бы невероятно, если бы Томми не знал наверняка, что девиация – это очень реальная и очень серьезная проблема. Если бы он не был свидетелем ужасных последствий девиации воочию.       Краем глаза он смотрит, не стыдясь своей тайны, на Уилбура. Мужчина все еще ворчит, и Томми действительно не может сказать, работает ли он на самом деле или притворяется, пытаясь отпугнуть андроида. В любом случае, он смотрит на свой экран с определенной интенсивностью.       Это партнерство обещает быть трудным. Но Томми полон решимости добиться успеха. В конце концов, именно для этого он и был создан: для успеха. Его шансы подружиться с Уилбуром низки – настолько низки, что он отказывается даже смотреть на них, чтобы не отчаиваться.       Но он сделан из металла и проводов. Ничто не сможет его остановить, особенно этот тощий детектив.

***

      Томми вздрагивает от монотонной рутины, которую он для себя выстроил, когда Уилбур откидывается на спинку стула, широко подняв руки над головой и коротко зевнув. Глаза андроида следят за тем, как детектив со скрипом поднимается. Руки Уилбура находят рваное коричневое пальто на спинке стула, и он надевает его. Томми наблюдает, как он разглаживает складки и расправляет сложенный воротник. Затем их глаза встречаются.       Уилбур долго молчит. На его лице нет открытой враждебности, что Томми воспринимает как хороший знак, но он все равно не реагирует. С тяжелым вздохом его глаза закрываются.       – Ну, пошли, – он гневно проводит рукой по лицу.       Томми вскакивает и разглаживает свой пиджак, уделяя особое внимание галстуку. Несмотря на то, что он почти ничего не делал физически за весь день, галстук значительно ослаб. Он следует за ним, когда Уилбур натянуто выводит его из кабинета, игнорируя взгляды других офицеров, когда они уходят. Дуэт. Партнеры.       Поездка к дому Сут проходит тихо, хотя Томми часто ловит взглядом руку Уилбура, тянущуюся к радио, прежде чем прерваться и зависнуть в воздухе на несколько секунд. Томми внимательно наблюдает за ним, как и всегда.       Дом Уилбура – небольшой одноэтажный кирпичный дом с широкими окнами и узкой гравийной подъездной дорожкой. По бокам дома ползет плющ, стебли которого впиваются в крошечные трещины в фундаменте. Машина качается и трясется, проезжая по гравию, но вскоре они останавливаются. Уилбур выходит с тяжелым вздохом, хлопнув дверцей машины на пути ко входу. Томми следует за ним, хотя он закрывает дверь с гораздо меньшей силой.       Внутри дома темно, хотя Уилбур и щелкает каждым выключателем, который видит. Тут также беспорядок, с посудой, захломляющей раковину, и большими мусорными мешками, выстилающими задний коридор. Томми оглядывается, осматривая обстановку. Входная дверь открывается в просторную гостиную, соединенную с кухней-столовой. Прямо перед ним, запятнанный диван с потертым одеялом, наброшенным сверху, стоит напротив телевизора, придвинутого к стене.       Как только все лампы были включены по его желанию, Уилбур поворачивается к нему лицом. Его плечи опущены в знак усталости, хотя в сочетании с выражением его лица – губы сжаты в тонкую линию, а брови нахмурены – это могло бы быть чем-то больше похожим на изнуренную отставку.       – Думаю… ты можешь расположиться на диване.       Томми улыбается.       – Спасибо за щедрое предложение, но мне не нужно место для сна. Я не буду доставлять неудобств, поэтому просто сяду у розетки, – говорит он. Он оглядывается, сканеры ищут многочисленные розетки в комнате. Когда он снова смотрит на Уилбура, он обнаруживает, что выражение его лица исказилось и превратилось во что-то гораздо более шокированное.       – Нет. Это еще более странно. Это... – он вздыхает и снова проводит измученной рукой по лицу, – все в порядке. Просто ложись на диван.       Томми моргает, немного неуверенно, но садится на диван, как ему было сказано.       – Спасибо, лейтенант.       – Господи, мне нужно выпить, — бормочет Уилбур в ответ, выходя из гостиной и направляясь во всё еще темную кухню.       Томми немного двигается, подтягивая ноги и подгибая их под себя. Диванные подушки комковатые и неровные от использования, а подушки слишком жесткие от неиспользования. Диван слишком мал для него или кого-либо еще, чтобы полностью разложиться, оставляя либо ноги, либо голову свисать.       – И все же, – думает он, перебирая мягкое, изношенное одеяло и слушая бормотание проклятий, пока Уилбур роется в своем холодильнике, – это вполне сойдет.