𝓟𝓪𝓻𝓽 𝓽𝔀𝓸

Бледные щеки внезапно наливаются естественным розовым румянцем. Конечно, возможное воздействие солнца спустя такой промежуток времени и даёт свои плоды - полная изолированность от естественного освещения кому пойдет на пользу? Не в этом дело. Гоголь чаще всего мог и пренебречь чистотой своего жилища... Но, вид своей комнаты в эту минуту заставил парня пристыдить самого себя. Сколько прошло времени со смерти Фёдора? Тут длинноволосый может лишь предполагать. Наверное, около пары недель. Но за этот срок комната превратилась в ужасающий беспорядок: в углу комнаты сиротливо притаился стул увешенный грудой одежды, больше похожий на какого-то монстра восставшего из детских кошмаров; а пол укрыт невообразимым количеством сторонних предметов. Но, благодаря этому, мало видно грязных разводов на поверхности. Любой человек взглянув на такую... Абстрактную чистоту может и подумать, что здесь произошло жестокое ограбление или "слон в посудную лавку заглянул". Николай осторожно убирает своего потенциального убийцу, а точнее карниз в сторону. Не без лёгкого кряхтения и недовольных возгласов поднимается парень на ноги и набирает целые лёгкие воздуха, успокаивая себя. В опустошенном доме даже тихие шаги Гоголя как-будто эхом отдаются, ударяясь об стены и отскакивая прямиком в уши. Крадется на цыпочках подобно опытному вору, огибая препятствия в виде мусора на полу. Направляясь на кухню, он легко выскальзывает из спальни не позабыв закрыть дверь. Печально. Атмосфера в воздухе повисла явно недоброжелательная. Нагоняя и без того унылые флюиды, неприятный запах доносится со стороны кладовой комнаты. Шаг за шагом Гоголь приближается к источнику смрада. Рука уверенно охватила ручку двери, по-хозяйски распахивая её. В нос ударил настолько мерзкий запах, что парень еле сдерживает рвотные позывы. Конечно, раннее убитые его руками люди тоже не отличались особо приятным запахом - уж точно не ароматом роз все дело обладает. Взор устремился в очаг тошнотворного духа. Вот уж "неожиданность". Гоголь сам решился сохранить такую память, а теперь ещё и удивляется. Раннее тонкая и изящная рука Достоевского почти успела превратится в мерзкую, отвратительную кашу с комочками бинтов пропитанных кровью. Процесс бактериального разложения идет во всю. Николай немедленно делает пару широких шагов ближе к части трупа и с неутолимой чувственностью в глазах, хватает гнилую конечность... Вся надежда с треском проваливается. Точнее, не с треском, а с чавкающим лязгом. Остатки покрова кожи и малая часть бинтов остаются в дрожащей руке Гоголя, пока внутренности мертвой кисти ударяются об пол. Парень с удивлением и любопытством, чуть приоткрыв рот смотрит вниз. Кажется, его даже запах уже не волнует. Намного интереснее то, как Фёдор выглядит изнутри. Кровавое полуразложившееся месиво из мышц и тканей привлекает внимание Николая и тот опускается на одно колено, прямо как в день смерти его друга. Сначала, как будто ознакамливаясь он ткнул указательным пальцем в хаотичную жижу. Бережно откладывая в сторону кожную оболочку, в руки старается взять гнилую набивку. Не выходит, слишком она склизкая. Да и жаль она холодная. Греет лишь мысль о том, что это остатки Фёдора Достоевского. Остатки? Точно. Остального темноволосого можно найти лишь под вертолетом в "Мëрсо", в обломках здания. Гоголь задумчиво облизывает свою верхнюю губу и без раздумий, брезгливо роняет чужие внутренности вниз. Безраздумно вытирая остатки засохшей крови об края домашней футболки, тот разворачивается и выходит из кладовой. Настроение чуть приподнято. Точно уж лучше чем обычно. Даже захотелось открыть окно и вдохнуть свежего, не пыльного уличного воздуха одновременно слушая радостные певучие голоски птиц. И разделить этот момент с... Особенным человеком. Свойственная Гоголю улыбка расцветает на его лице, пока щеки поистине радостно приобретают живой и здоровый розовый цвет. Показалось будто бы все его тело пронизывает сила и мотивация жить. Он отпустил смерть? Нет, совсем нет. Причина лишь одна - он снова выйдет в социум. И пара вытекающих из этого не менее радостных новостей...