Это моя вечеринка.

      Снег за окном кружился в бесконечном вихре, ветер выл, напоминая о том, что зима давно захватила Академию и всю Англию, в целом.       Но это все было совсем неважно, когда внутри — в комнате девочек и в душе каждой — было тепло. Так жарко, что грудь приятно жгло, будто кто-то взял в ладони огонь и вложил туда.       Гермиона опустила руки, позволяя волосам рассыпаться по спине, когда Пэнси застегнула молнию на ее наряде. Черный атласный комбинезон с драпировкой спереди, вырезом лодочкой и руками, как крылья летучей мыши — новое творение Паркинсон — сидел на малышке Грейнджер идеально.       — Как тебе? — Гермиона сделала несколько шагов в сторону, чтобы снова показаться в камере телефона.       Драко, находящийся по сторону видеозвонка замер. Гермиона не видела, чем он был занят до этого, но прямо сейчас он просто смотрел на нее, не моргая. Будто интернет-соединение прервалось, и изображение зависло.       Девушка несколько раз покружилась, улыбаясь, а затем взяла телефон в руки, чтобы услышать ответ парня, увидеть его реакцию.       — Драко? — спросила Гермиона, приоткрывая рот и облизывая губы.       Девушка волновалась, видя неоднозначную реакцию на свой наряд.       Пэнси, наблюдающая за этим всем со стороны, сложила руки на груди. Ее лицо озарила самодовольная улыбка. Она знала, что Драко в немом восторге, не меньше. Паркинсон была в восторге от этих двоих, а особенно от того, как открывался для нее Драко. Таким, как в отношениях с Гермионой, она точно его не видела.       — Я сейчас приеду, — раздалось из телефона, и Пэнси хихикнула и покачала головой, отворачиваясь. Ей хотелось куда-то уйти, чтоб этот интимный момент остался между двумя. Гермиона нахмурилась, не понимая интонации и настроения Драко. Еще раз, держа телефон в руках, осмотрела свой наряд в зеркале. Разве что-то было не так? Темные колготки, высокие ботфорты, комбинезон, ничего не было открыто, при этом…       — Ты такая красивая, — с придыханием продолжил Драко, приближаясь к камере сильнее, — покажи еще.       Гермиона поджала губы и снова поставила телефон на полку шкафа, чтобы Драко мог видеть ее в полный рост. Она стала крутить пальцы, наблюдая за тем, как Малфой осматривал ее. И по мере того, как двигались вверх-вниз его глаза, улыбка становилась все шире. Когда он очередной раз поднял взгляд вверх, на уровень лица и волос девушки, его рот приоткрылся, и он забыл, что делал и чем был занят. Теперь он был увлечен своей девочкой на все сто процентов.       — Твои волосы, — Драко снова говорил на выдохе, и теперь уже сидящая на своей кровати Пэнси смущалась, понимая, какие именно эмоции вызывала малышка Джи у Малфоя.       Гермиона коснулась пальцами маленьких ленточек, завязанных в бантики на некоторых прядях и улыбнулась. Она снова покружилась, демонстрируя свою прическу. Тоже идея Пэнси.       — Тебе правда нравится? — Гермиона почувствовала, как краснеет под пристальным взглядом Драко. Ее улыбка стала шире, когда Драко широко улыбнулсяи активно закивал головой.       — Ощущение, будто день рождения у меня, — он поставил телефон куда-то, и теперь Гермиона видела, что он сидит за столом в компьютере.       Драко сказал ей, что поехал по делам, но по каким не уточнял. Она доверяла ему, но любопытство ело девушку изнутри.       «Я расскажу тебе чуть позже, пусть это будет сюрпризом».       Гермиона любила сюрпризы, но была абсолютно нетерпеливой в этом плане. Особенно, когда это касалось Драко.       Но сегодня она действительно была достаточно отвлечена, позволяя Драко решать какие-то свои вопросы. Сегодня она бы занята сборами на день рождения Джинни и выбором подарка.       Приглашение было совершенно неожиданным и сбивающим с толку. Они дружили, танцевали вместе и иногда даже обедали, но ожидать, что Уизли пригласит ее на день рождения, Гермиона точно не могла. Поэтому собиралась сейчас с особым энтузиазмом, а подарок выбирала так, будто для себя.       — Ты ведь скоро заканчиваешь? — уточнила Гермиона у Драко, уже надевая пальто и поправляя волосы.       Драко был все еще прикован глазами к своей девушке, хотя его взгляд то и дело метались к экрану компьютера, пока пальцы набирали какой-то текст.       — Хочешь взять меня с собой? — снова ухмыляясь спросил Драко, на этот раз возвращая внимание полностью Гермионе и наблюдая, как она одевается.       Грейнджер улыбалась, собиралась, и хихикала, как влюбленная маленькая девчонка. Ей ужасно нравилось то, сколько внимания уделял ей Драко, при этом не перебарщивая. Ощущать себя любимой, нужной и важной было очень приятно. И если побочный эффект от их отношений — это бесконечно внимательный Драко Малфой, то Гермиону это вполне устраивало.       — В моем приглашении не было пометки «плюс один», — Гермиона уже стояла в дверях, собираясь вот-вот попрощаться с Драко и Пэнси, — заберешь меня потом?       Драко, смотря на девушку с полным обожанием, со всей любовью, что таилась внутри по отношению к ней, кивнул.       — Задаешь мне глупые вопросы, малышка, — Малфой подмигнул ей, ухмыляясь на одну сторону, — беги уже. Я люблю тебя. Если что звони.       Признание легко слетало с его губ, будто распаляя это чувство каждый раз все больше. Гермиона не чувствовала ни вины, ни чувства долга. Она испытывала в ответ не меньше, но озвучить не могла или боялась — сама не знала. Но Драко и не давил.       — Хорошо, — ответила Гермиона и послала воздушный поцелуй в камеру, прежде чем отключиться.       Девушка подхватила подарочный пакет и сумочку, прежде чем развернуться и попрощаться с Пэнси. Подруга подмигнула ей на манер Драко, и Гермиона хихикнула, посылала воздушный поцелуй и ей, а затем скрылась за дверью.

***

      Гермиона даже не задумалась о том, почему Джинни не назвала ей адрес своего дома или места празднования, а заехала за ней на такси прямо на парковку Академии. Девушка радостно обнялись еще в машине, а затем болтали всю дорогу без умолку обо всем и ни о чем.       — А кто еще будет? — спросила Гермиона, отвлекаясь на секунду на экран телефона, где было сообщение от Драко.       «Я закончил, буду ждать твоего звонка».       Гермиона улыбнулась и не стала отвечать, убирая телефон обратно. Она не заметила, что положила его мимо кармана, но зато это отметила Джинни и где-то в голове поставила галочку. Ей даже не пришлось ничего придумывать и напрягаться.       — Да там… — замялась Джинни, уже выглядывая нужный дом через окно такси, — чуть больше людей, чем я рассчитывала.       Она вообще ни на что не рассчитывала. Это не ее вечеринка. Но малышке Джи об этом знать не обязательно.       Машина остановилась недалеко от нужного дома, и девушки вышли. Гермиона осмотрелась. Дома вокруг были большими, почти все двухэтажные, с большими окнами, но уже почти нигде не горел свет. Улица не была оживленной поздним вечером, но все равно можно было заметить небольшой поток людей, стекающийся к одному конкретному дому. К большому, ярко украшенному, вокруг которого толпились люди, гремела музыка. Гермиона улыбнулась и наклонилась к Джинни, будто боялась, что ее домыслы услышит кто-то еще.       — Вот это вечеринка! — восторг был слышен в ее голосе, — я даже чуть-чуть расстроилась, что мы туда не идем.       Она хихикнула и выровнялась, продолжая наблюдать за шумным домом.       — Именно туда мы и идем, — без эмоционально ответила Джинни, а затем повернула голову к Гермионе, — ты думаешь кто-то празднует дни рождения по-другому?       Она улыбалась, пряча ложь и собственное волнение за этой улыбкой. Уизли видела, как менялись эмоции на лице Грейнджер, и ей даже становилось стыдно. Их договоренность с Асторией будто сбавила вес под взглядом больших карих недоумевающих глаз. Но место в команде чирлидеров и спокойствие в стенах Академии, кажется, все же того стоили.       — О, я… — Гермиона поежилась, снова переводя взгляд на дом, — ладно. Идем? Только я отправлю сообщение…       Она только дернулась к сумочке, как Джинни перехватила ее руку, увлекая за собой.       — Идем! Тут холодно, отправишь из дома, — Уизли хотела варить, что ее нервозность не было видно на соседней улице, — идем!       Они почти побежали к дому, смеясь. Гермиона благодарила себя за то, что додумалась не взять у Пэнси сапоги на каблуках, иначе точно свалилась бы.       Они пробежали через небольшую толпу студентов, что стояла у входа. Все болтали, смеялись, выпивали, даже не обращая внимание на пришедших и пробегающих мимо Гермиону и Джинни. А Гермиона даже не обратила внимание на то, что ее взгляд не зацепился ни за одно знакомое лицо. Едва ли здесь был кто-то знакомый.       — Давай мне пальто, — скомандовала на ухо, чтобы перекричать музыку, Джинни, наклоняясь к Гермионе.       Гермиона кивнула и поставила пакет с подарком на пол, осматриваясь, а затем стала снимать верхнюю одежду, перекладывая сумочку из руки в руку. Она протянула Джинни пальто, даже не глядя, куда та его повесила, продолжая осматриваться. Последняя вечеринка, на которой была Грейнджер, почти ничем не отличалась от сегодняшней: толпа незнакомых лиц, громкая музыка, полумрак и мерцание вспышек яркого света. Вокруг была куча украшений, даже елка, кто-то был приодет, будто к празднику. И правда ведь был праздник.       — Джинни! — воскликнула Гермиона и протянула подруге пакет, — твой подарок! С Днем рождения!       Джинни натянуто улыбнулась, забирая пакет из рук Гермионы. Подарок был увесистым, таким, что знатно оттягивал пальцы и снова давил на совесть Уизли. Она не понимала, как Гермиона могла быть настолько наивной и в самом деле не задавать вопросов о том, почему они пришли на сомнительного рода вечеринку, а не на празднование Дня Рождения Уизлетты у нее дома.       — Не стоило, правда, — Джинни развязала ленточку на тонких ручках пакета, а затем принялась доставать подарок.       Весьма увесистая коробка была в ее руках, когда пакет упал к ногам. Джинни обвела пальцами витиеватую надпись, даже не догадываясь что внутри. Вряд ли там было что-то дорогое. Так ей казалось.       Уизли перевела взгляд на выжидающе смотрящую на нее Гермиону, увидела ее широкую искреннюю улыбку, и сама улыбнулась. Искренне. Кажется, малышка Джи серьезно подошла к подготовке, к выбору подарка, и она как никто ждала реакции Джинни.       Снимая крышку с коробки, Уизли задержала дыхание. А затем ее глаза округлились, а рот приоткрылся.       Это был бомбер. И не обычный бомбер, коих было полно у Джинни или ее братьев. Это был бомбер с символикой футбольной команды. Точно такой же был у Гермионы, Астории, еще пары девчонок. Их дарили только тем, чьи парни, друзья были в команде по футболу.       Но у нее там никого не было. И это было…       — Я спросила у ребят, — стала заламывать пальцы Гермиона, жевать губу, нервничая, что Джинни не оценила ее подарок, — они сказали, что давно пора менять это правило, и что у всех девчонок из команды должен быть такой.       Джинни уронила и коробку на пол, оставляя в руках только вещь. Она сжала ее в пальцах и прижала к груди, улыбаясь, ошарашенно глядя на Гермиону. Грейнджер точно не заслуживала всего того, что хотела сделать с ней Астория. Ничего из того, что было в планах, мыслях Гринграсс никогда не должно было коснуться такого светлого создания, как Гермиона Грейнджер. И Джинни проклинала тот момент, когда согласилась помочь, пошла на поводу у капитана команды чирлидеров.       — Спасибо большое! — Джинни подошла к Гермионе и обняла ее, крепко сжимая в своих объятиях, — это очень крутой подарок, Гермиона!       Уизли отстранилась и сразу же накинула на себя новую вещь, надевая и демонстрируя свой подарок Гермионе. Она улыбалась, пока кружилась. Они обе игнорировали толпу вокруг, а толпа — их. Момент праздника все же был, пусть и фальшивый.       — Тебе очень идет! — Гермиона едва не подпрыгнула на месте.       — Спасибо! — Джинни снова подлетела к Гермионе с объятиями, а затем, держа девушку за плечи, немного отстранилась, — идем веселиться?       — Идем! — согласилась с широкой улыбкой Гермиона и позволила Джинни утащить ее в толпу.       Не было ощущения неправильности, не было чувства опасности. Гермиона наслаждалась вечером, здоровалась с девочками из команды чирлидеров и даже парнями из футбольной. Она удивилась, не понимая, почему тогда здесь не было Драко. Не было и Астории. Легкие нотки сомнения зазвенели в голове Грейнджер, но она быстро откинула их подальше, продолжая наслаждаться вечером.       Они с Джинни и другими девочками танцевали, веселились и много смеялись. Кто-то из них начал выполнять связки из их танцев, что они обычно исполняли на играх, и тогда началось целое выступление чирлидеров. Толпа расступилась, освобождая девушкам больше места, радостно крича и хлопая в ладоши. Все были в восторге, наблюдая за девочками вне поля. Гермиона тоже не могла нарадоваться происходящему.       Она не могла поверить, что была студенткой. первокурсницей, которая уже на середине года вкусила такое большое количество студенческих мероприятий. Она была в своей тарелке, на своем месте сейчас, позабыв об инциденте на прошлой вечеринке. Кажется, никого не интересовало это. Значит и ее подавно.       Еле дыша после активных танцев, Гермиона оглянулась на веселящуюся Джинни, и отошла в сторону, чтобы найти кухню и что-то выпить. Что-то безалкогольное.       Лавируя в толпе, Гермиона все же успешно добрела до нужного места, где было тоже немало народу, так же громко звучала музыка, но было хотя бы не темно.       Изучая глазами все, что стояло на кухонном гарнитуре, Грейнджер искала что-то вроде обычной газировки или сока, но все было безуспешно. Поджимая губы, она стала открывать какие-то шкафчики, чувствуя себя воришкой в чужом доме, но жажда была сильнее моральных принципов.       — Тебе помочь? — раздался довольно громкий голос за спиной, и Гермиона резко развернулась.       Ее взгляд уткнулся в чью-то грудь. В мужскую широкую грудь, закрытую футболкой и рубашкой в клетку. Поднимая глаза, Гермиона встретилась с взглядом темных глаз. Высокий, кудрявый парень стоял близко к ней, выжидающе смотря, приподняв бровь.       — О, я… — замялась Гермиона, а затем тряхнула головой и свела брови на переносице, приходя в себя, — да… я вообще-то ищу что-то безалкогольное.       Парень перед ней кивнул и молча обошел Гермиону, уходя за ее спину. Грейнджер обернулась, чтобы проследить за направлением движения незнакомца. Он наклонился, когда открыл холодильник, а затем выровнялся и закрыл дверцу, тут же оборачиваясь.       — Держи, — он протянул Гермионе на выбор колу без сахара и обычную минеральную воду, — выбирай.       Он поджал губы в легкой улыбке, смотря по-доброму на Гермиону, и она попыталась улыбнуться ему в ответ. Протягивая руку к баночке с колой, Гермиона заметила, как дрожат ее пальцы. Это было странно и совсем непонятно для нее. Будто она боялась чего-то, сопротивлялась, будто ее тело так реагировало на другого парня в ее личном пространстве.       Кудрявый незнакомец странно смотрел на нее. Не оценивающе, нет. Будто пытался узнать в ней кого-то, кого-то вспомнить.       — Спасибо, — Гермиона протянула свободную руку парню, переступая свое собственное беспокойство, — Гермиона Грейнджер.       Ее носик чуть дернулся, когда она представилась, и это не осталось незамеченным. Парень перед ней улыбнулся на один бок, обнажая совсем немного зубы.       — Теодор Нотт, — парень протянул руку и аккуратно сжал небольшую ладонь, — это моя вечеринка.       Гермиона приоткрыла рот и зависла, не спешила убирать ладонь из рукопожатия с Теодором. Значит, Джинни ей наврала. Или не стала говорить, куда они на самом деле пришли. Это было странно, даже неприятно, и Гермиона вдруг погрустнела. Ее глаза уставились в пустоту, и Нот тут же обратил на это внимание, распуская их рукопожатие.       — Все в порядке? — он наклонился и попытался заглянуть в глаза девушке.       Гермиона тряхнула головой и посмотрела на Тео, поджимая губы. Она попыталась улыбнуться и кивнула, крепче сжимая в руках баночку колы. Странное, почти жгучее чувство прошлось от самых кончиков пальцев ног до макушки, и Гермиона ощутила, как все ее тело покрылось мурашками. Ей уже не нравилось, как начал сгущаться воздух вокруг, будто стены сдвигались и начинали давить на нее.       — Да… да, спасибо, — уходя от ответа ответила Гермиона и еще раз кивнула, — приятно было познакомиться, Теодор. Я… пойду найду свою подругу.       Теодор лишь кивнул ей, отсалютовал двумя пальцами и сам развернулся в другом направлении, унося с собой бутылку минералки. Гермиона еще пару мгновений потупила, стоя на месте, а затем развернулась на пятках и пошла в поисках Джинни. Ей нужно было спросить у нее, где они, почему и что происходит. И ей нужно найти сумочку и написать Драко. Он уже точно должен был закончить свои дела, а ей уже очень захотелось домой.       Толпа вокруг давила не меньше стен, и Гермиона чувствовала нарастающую тревожность. Она не хотела уходить, не оповестив Джинни, но отчасти и искать ее она не хотела.       — Гермиона! — воскликнул кто-то за ее спиной, отчего Гермиона резко дернулась, разворачиваясь.       К ней шагал Рон, брат Джинни, и это вызвало непроизвольное недовольное фырканье у девушки. Он не нравился ей абсолютно точно, и уж точно она не хотела и не собиралась болтать с ним сейчас.       — Привет, — поздоровался Рон, подходя ближе, — рад тебя видеть.       Он улыбался так широко, будто только что развернул рождественский подарок. Его глаза блестели, пока он обводил своим взглядом Гермиону с головы до ног и обратно. Это откровенное рассматривание злило Гермиону еще больше, чем сам Рон Уизли.       — Привет, — едва слышно ответила Гермиона, и ее приветствие утонуло в шуме музыки и толпы, — и пока.       Гермиона всунула ему в руки закрытую баночку колы, раздраженно фыркая, а затем обошла Рона и скрылась за его спиной. Уизли обернулся и проследил за ней, за тем, как она ищет кого-то в толпе. Теперь уже раздражение, негодование накрывало его. Он наблюдал, как Гермиона выглядывает из-за спин других студентов, как встает на носочки, чтобы кого-то найти. И если верить тому, что говорила Рону его сестра, то именно ее Гермиона и ищет.       Глядя на бутылочку колы в своих руках, Рон самодовольно хмыкнул. Он повертел жестянку в пальцах, а затем снова поднял взгляд на толпу. Его глаза тут же нашли кудрявую копну волос, а рядом с ней он увидел и сестру. Джинни хмурила брови, пока Грейнджер говорила ей что-то. Рон не собирался выяснять что, он собирался не дать девчонке уйти с вечеринки. А судя по красноречивому взгляду сестры, ее подружка именно это и собиралась сделать.       Долго не думая, Рон сунул руку в карман джинс и быстро пальцами достал оттуда маленькую таблетку. Он ловко переместил ее так, что она лежала на верхушке жестянки, и двинулся прямо к девушкам. — Ты не предупреждала, Джинни, — донесся голос Гермионы до слуха Рона, когда он подошел ближе, — это ведь не твой день рождения!       Ах, вот оно что. Малышка не хотела на вечеринку, она хотела на праздник своей подружки. А Джинни, сглупив, не сказала ей правду, не попыталась даже объяснить, куда они пришли, видимо.       — Послушай, Гермиона, — Джинни коснулась плеч Гермионы, пытаясь удержать ее на месте, успокоить, — родители не разрешили мне устроить вечеринку… а в первый год очень важно показать, что ты можешь отметить свой День Рождения с размахом. И я… — Джинни глянула за спину Грейнджер и встретилась глазами с братом, — я попросила Рона помочь мне. И вот, мы на вечеринке…       — Тео, — ответил за сестру Рон, — он знает, что у Джинни День рождения.       Рон кивнул, подтверждая свои слова. Гермиона, еще секунду посмотрев на него, вернула взгляд Джинни. Ей казалось все равно это все неправильным, но она не могла расстроить подругу в ее праздник. Они ведь уже пришли, они веселились, не думая о том, чья это вечеринка и где они. Они просто хорошо проводили время, пока Гермиона не встретила Теодора Нотта, и он не сказал ей, что это его вечеринка. Что изменилось?       — Ладно, — выдохнула Гермиона, поджимая губы, — я останусь еще ненадолго.       — Спасибо! — Джинни набросилась на нее с объятиями, тут же широко улыбаясь и пряча свои округлившиеся глаза за ее спиной, — идем танцевать?       Джинни заглянула в глаза Гермионе, ища там снова былой задор и настроение на танцы.       Гермиона кивнула, и когда Джинни уже хотела потянуть ее за собой к танцующей толпе, Рон вдруг перехватил другую руку Грейнджер, останавливая.       Оборачиваясь, Гермиона нахмурилась и покачала головой в непонимании. Она вопросительно смотрела на Рона, пока тот молчал, не сводя с нее взгляд.       — Твоя кола, — он ловко пальцами открыл баночку, сразу же в отверстие с напитком скидывая таблетку, и протянул баночку Гермионе.       Она лишь кивнула, не замечая его манипуляций руками, и забрала колу из рук Рона. Не сказав ни слова, кивнула и отвернулась, на ходу делая глоток газировки.       Они с Джинни добрались до танцующих девочек-чирлидерш, когда напиток в руках Гермионы был почти выпит. Она улыбалась, довольная наконец тем, что утолила жажду, счастливая от атмосферы вокруг, от широких улыбок хорошо знакомых лиц и такими же яркими взглядами других. Было приятно быть во внимании не только на поле. Не только когда тебя унижают при всех.       Танцуя, веселясь, даже подпевая, Гермиона хорошо проводила время, позабыв о том, что собиралась написать Драко. Позабыв о том, что обещала Пэнси сообщить, как у них дела и как ей вечеринка. Потому что вечеринка ей нравилась, ей было весело и хорошо на секунду отключиться от студенческой жизни, переключить свой фокус с привычной компании на что-то новое. Прямо сейчас она понимала, что абсолютно ничем не отличалась от других студентов, раз находилась здесь.       Прямо сейчас что-то странное происходило с ее сознанием и телом. Ей в миг стало очень жарко и душно, будто весь кислород куда-то испарился, а температура внутри дома поднялась до тридцати градусов.       Втягивая воздух через рот, Гермиона вдруг вышла из танцующей толпы, пошатываясь. Вокруг все кружилось, давило, будто она вот-вот свалится в обморок. Она пыталась присмотреться к толпе, но взгляд был расфокусирован. Ей оставалось только выставлять руки, чтобы ухватиться за что-то или кого-то.       — Ты в порядке? — раздался чей-то голос сбоку, но Гермиона не разобрала чей, а когда попыталась обернуться, то голова закружилась еще сильнее, и она почти упала. Но чьи-то руки удержали ее на месте.       — Мне… нужно… — она задыхалась, пытаясь вдохнуть поглубже, — на воздух.       В глазах все плыло, в голове будто растянулась вязкая жидкость, поэтому Гермиона не соображала, что ее куда-то ведут чужие руки. Она просто повиновалась, двигалась куда-то, надеясь, что сейчас станет легче. Но легче не становилось, и она почти падала, даже не смотря на крепкую хватку чужих рук.       Ее тело резко оказалось отдельно от нее, когда кто-то поднял ее на руки. Так казалось, по крайней мере. Она не понимала, где она и с кем. Кто она? Это сон?       Над ухом было слышно какое-то невнятное бормотание, и Гермиона ощущала, как чье-то дыхание и речь щекочет ее слух. Она снова ощущала волну жара во всем теле, хотя едва ли ощущала само тело. Казалось, будто она пушинка. Будто спит или парит в воздухе.       — Драко… — она протянула ладошку и коснулась мужского лица, ощущая под пальцами щетину.       Да, наверное, Драко уже забрал ее, и она спит.       Блаженная улыбка растянула на ее лице, и Гермиона уложила голову на мужское плечо, продолжая наслаждаться сладким сном.       Только это был не сон.       Рон нес ее на руках, озираясь по сторонам. Он искал какую-нибудь пустую комнату, чтобы занести хрупкое невменяемое тело туда, где ему никто не будет мешать. Где он покажет поганой девчонке, где ее место и что бывает, если отказывать Рону Уизли.       Толкая ногой очередную дверь, Рон вывалился в большую комнату с большой кроватью. Тем лучше.       Он хмыкнул и прошел вглубь комнаты, укладывая Гермиону на кровать. Точнее не укладывая, а швыряя, как мешок с мусором.       — М-м… — она что-то мычала, ворочая головой, не открывая глаза.       Рон не ожидал, что ее так развезет от одной таблетки. Но ему же лучше. Она даже не вспомнит ничего, не поймет. Наверняка, Малфой так часто трахает ее, что Грейнджер даже не поймет, что произошло, зато Уизли сможет уничтожить девчонку раз и навсегда. Гринграсс явно будет благодарна ему.       Опускаясь коленями на постель, Рон стал растягивать штаны, когда понял, что ему нужно еще разобраться с одеждой Грейнджер. Поэтому оставив в покое пряжку ремня, он принялся стягивать сапоги со стройных ног, позволяя себе засмотреться. Аккуратные ножки были прикрытыми черными колготками, из-за того, что комбинезон слегка растрепался, Рон мог видеть, чтобы было под ним. Такие же черные трусики, скрытые колготками и одеждой.       В штанах у Рона стало довольно тесно, а в голове укрепилось желание завершить начатое. Когда он расправился с обувью Грейнджер, отбрасывая сапоги на пол, то потянулся к плечам девушки, чтобы поднять ее и стянуть одежду.       И стоило девушке принять сидячее положение, как все содержимое ее желудка вышло наружу, пачкая Рона и ее саму.       — Блять! — воскликнул Рон и отшвырнул за плечи Гермиону обратно на постель.       Его самого едва не стошнило, и он, не задумываясь, быстро поправил штаны и поспешил убрать из комнаты, найти ванную и привести себя в порядок.       Он оставил стонущую от головной боли, полураздетую Гермиону одну, позабыв о своих намерениях.       Грейнджер металась по постели, пытаясь открыть глаза. Ее голова будто весила тонну, веки налились свинцом. Ее тошнило, одновременно с тем внутри была ужасная пустота. Сознание не возвращалось на место, но отчего-то ужасная тоска и тревога накрыли девушку, как цунами. Бесконтрольные слезы полились из глаз, и Гермиона даже не поняла, что зарыдала в голос.       Пытаясь обхватить себя руками, Гермиона завалилась на бок. Она подтянула ноги к себе. Наконец открыв глаза, она обнаружила, что все еще плохо разбирает, что происходит вокруг. Она больше не слышала громкой музыки, только какой-то отдаленный шум.              Гермиона не могла понять, что происходит и где она. Ей стало ужасно страшно, одиноко. Хотелось звать на помощь, но она просто не могла долго сделать, все ее тело, голосовые связки и мозг не работали сообща сейчас.       Девушка услышала звук открывающейся двери и даже разобрала чью-то речь, что заставило ее сжаться еще сильнее.       — Я тебе перезвоню, — все, что она разобрала, когда голос был совсем рядом, — чт… что с тобой? Гермиона?       Голос был знакомым, но когда Гермиона открыла глаза, то все равно не поняла, кто перед ней. Видела только очертание, волосы, кажется, были темными.       — Гермиона? — этот кто-то пытался коснуться ее руки, отчего Грейнджер дернулась и снова сжалась, пряча руки, — с кем ты здесь? Что произошло?       Гермиона глотала слезы, не в состоянии сказать хоть что-то. Она плакала, продолжая рыдать в голос. Ее всю трясло от холода, и даже когда она ощутила, как ее накрыли чем-то, это не прекратилось.       — Это я, Теодор, — снова голос рядом, и Гермиона уже даже не пыталась открыть глаза снова, чтобы голова не закружилась, — где твои вещи? Твой телефон? Кому я могу позвонить? Мне позвать кого-то снизу?       — Нет… — почти пискнула Грейнджер, втягивая воздух через рот, — я не знаю… Драко. Мне нужен Драко.       Повисла тишина, в которой раздавались громким гулом лишь всхлипывания девушки. Теодор сидел возле постели и смотрел пустым взглядом в заплаканное лицо девушки, пытаясь собрать картинку воедино. Он понимал, что произошло что-то плохое. Что-то, чего эта малышка точно не хотела. Ебаный, блять, рот. Что она сказала? Драко?       — Драко… Малфой? — Тео уточнил и стал доставать телефон, уже зная ответ.       — Мгм, — промычала Гермиона, чувствуя, как ее накрывает волной жара по второму кругу. Истерика не отпускала, а внутри происходило что-то странное и страшное. Тео стал быстро листать дрожащими пальцами книгу контактов, находя там давно забытое имя. Он нажал кнопку вызову и приложил телефон к уху.       Гудки были громкими, долгими, будто напоминали о том времени, что парни не общались. Напоминали ту пропасть, что образовалась между ними.       — Нотт? — раздался раздраженный голос по ту сторону звонка, — что тебе нужно?       Теодор вдохнул поглубже и перевел взгляд глава на кудрявую девушку, скрученную калачиком на постели в его комнате.       — Гермиона Грейнджер, — без приветствия и предающий начал Тео, — она попросила позвонить тебе.              Полминуты тишины показались Тео слишком длинными, слишком громкими, прежде чем прозвучал снова голос Малфоя:       — Где она, блять? — он был раздражен, зол и напуган одновременно, — как она оказалась возле тебя?       — Я сброшу тебе адрес, — пытался спокойно отвечать Тео, — я не знаю, что произошло. Она невменяемая и плачет.       — С-сука! — рявкнул Малфой в трубку, — адрес. Я еду.       Он сбросил вызов, и Тео отбросил телефон, усаживаясь на задницу возле постели. Его взгляд зацепился за девочку на постели снова. Кажется, теперь она уснула. Судя по тому, как вздрагивал аккуратный носик, она действительно спала.

***

      Драко никогда в жизни так быстро не вскакивал с места, не сорвался без объяснений, куда он и почему. Оставляя без объяснений причины такого поведения, Драко схватил ключи от машины и выскочил в одном спортивном костюме из комнаты, оставляя Блейза и Пэнси наедине.              Перепрыгивая ступеньки, Драко бежал вниз, к парковке, чтобы скорее добраться до Гермионы. Его трясло, внутри жгло и давило от ужасного вороха чувств и эмоций. Ему было страшно. По-настоящему страшно.       Он не задумывался о празднике, на который отправилась Гермиона. Драко был рад, что у Гермионы были друзья, что ее позвали на день рождения. Он был счастлив не меньше малышки, когда она пришла к нему с просьбой достать ей такой же бомбер как у нее. Малфой был вне себя от радости, видя свою девочку такой нарядной и счастливой.       И только сейчас Малфой понял, что она не писала ни ему, ни Пэнси весь вечер. Уже садясь в машину, Драко открыл приложение «Локатор», который позволял ему видеть, где находится Гермиона. Это было удобно для них двоих, и не вызывало никаких вопросов. Так Драко мог знать, откуда ему забрать свою девочку, если нужно. Он знал, в какой момент может сделать ей сюрприз.       Сейчас, когда он видел, как ее телефон двигался по шоссе, Драко ничего не понимал. В эту же секунду пришло сообщение от Нотта, где он сообщал свой адрес. И это было совсем в другом месте от того, где был телефон Гермионы.       — Блять! — Драко завел машину и набрал Нотта снова, потому что паника внутри достигала уже апогея, заставляя все внутренности кипеть.       Через пару гудков Драко услышал короткое «да?». — Я выехал, — сказал Драко, смотря на дорогу, выруливая с парковки, — с кем она пришла? Где ее телефон?       Недолгая тишина бесила Драко, он не мог сосредоточиться ни на дороге, ни на звонке. В голове, будто лампочкой, горело «где моя девочка?»       — Она спит, — ответил Тео, и Драко даже немного выдохнул, — с кем пришла не знаю. Из комнаты выходил какой-то рыжий… когда я пришел.       Драко сбросил вызов и швырнул телефон на сидение. Он вдавил педаль газа в пол, игнорируя красный свет светофора. Гнев застилал его глаза, и если бы не желание скорее добраться до малышки, он бы уже загорелся от уровня ненависти в своей крови.       Драко заносило на поворотах, но он не сводил взгляд с дороги. Мысли роились в беспорядке, но все, чего ему хотелось, это чтобы Гермиона была в порядке. Чтобы слова Нотта оказались враньем или…       — Блять! Блять! Блять! — Драко стучал по рулю, крича на весь салон.       Глаза едва не слезились, а нижняя губа подрагивала. Еще чуть-чуть, и он точно мог бы разрыдаться. Почему какое-то дерьмо происходило с его малышкой, почему это все происходило, когда его не оказывалось рядом?       Заворачивая на следующую улицу, Драко наконец-то увидел нужный дом. Понял по тому, как тот был украшен, как толпились люди вокруг. Да и он помнил этот дом. Не один день провел здесь.       Останавливая машину почти на газоне, вызвав тем самым визг у толпящихся возле дома, Малфой выскочил из машины, громко ляпая дверью. Он почти влетел в дом, расталкивая толпу.       Замирая на секунду, Драко всмотрелся в толпу. Его глаза быстро нашли рыжую девушку, Джинни, мать ее, Уизли, виновницу ебаного торжества. Почти там же он увидел ее братца, и ровно в эту секунду оба представителя семьи Уизли повернулись в его сторону.       Дикий, перепуганный взгляд появился на лицах обоих. Драко сжал зубы, понимая, что еще чуть-чуть, и он взорвется. Он готов был разорвать обоих прямо на месте. Но был кто-то важнее.       Возвращая взгляд на лестницу, Драко ринулся наверх, прямо в комнату Нотта. Он почему-то был уверен, что они там.       Открывая на всякий случай на ходу все двери в коридоре, Драко чуть не рычал от злости и негодования. Последняя дверь точно окажется нужной.       Он почти ввалился в комнату Нотта, громко открывая дверь. Его взгляд тут же зацепился за свернувшуюся калачиком малышку, накрытую пледом. И только потом он увидел сидящего возле ее кровати Нотта.       Тео встал на ноги, не зная, что сказать, и сразу же отошел в сторону, когда Драко сорвался с места и бросился к постели, падая возле нее на колени.       — Моя малышка, — Драко коснулся мокрых щек ладонью, убирая кудряшки от лица, — моя девочка. Гермиона.       Она замычала и рвано втянула воздух. Ее ресницы затрепетали, и она попыталась открыть глаза, но просто расплакалась снова.       — Черт, — голос Драко дрожал, — сейчас. Сейчас я заберу тебя отсюда.       Драко привстал и стал осматривать обстановку вокруг. Он нашел взглядом сапожки Гермионы и больше ничего. Обернулся на Нотта, смотря на старого друга глазами, полными отчаяния. Он повернулся к Гермионе и наклонился, чтобы поднять ее. Укутанная в плед, она все еще была такой маленькой и легкой в его руках. Такой беззащитной.       — Драко… — произнесла на выдохе Гермиона, утыкаясь носом в грудь Драко, продолжая хныкать.       — Да, это я, — он поцеловал ее в макушку и вдохнул свой любимый аромат, распустил волну любви внутри себя, — я здесь, моя хорошая.       Он повернулся к Тео, и тот не отошел в сторону.       — Подожди пару минут, я разгоню людей, — он отошел спиной к двери, не сводя взгляд с Драко.       Малфой кивнул, останавливаясь, смотря на Нотта глазами, полными благодарности. Казалось, сегодняшняя ночь изменила многое.       Тео вышел, и Драко услышал громкое «вечеринка окончена». Он смотрел на мирно сопящую Гермиону в своих руках и не знал, кого благодарить за то, что она оказалась сейчас в его руках. Что она не попала в еще большую беду.       Отвлекаясь от ужасных мыслей, Драко пошел на выход. Он открыл дверь и оттолкнул ее ногой, раскрывая шире. С Гермионой на руках, Малфой дошел до лестницы и стал спускаться, игнорируя любопытные взгляды оставшихся в доме студентов.       Музыка не играла, свет был включен, и то, что происходило, было отчетливо видно каждому. Но Драко было похуй. Крепко держа свою девочку в руках, он миновал лестницу, прошел к двери и вышел на улицу, не оборачиваясь. Также быстро дошел до машины и уложил Гермиону на заднее сидение, укрывая пледом, который забрал из дома.       Только когда он обошел машину и подошел к двери со стороны водителя, его взгляд метнулся в сторону дома.       На крыльце стоял Теодор. Парни кивнули друг другу, не говоря ничего, и Драко сел в машину. Он тронулся с места, взглянув на сопящую сзади Гермиону.       — Все позади, — сказал Драко больше сам себе и вернул взгляд на дорогу.       Но он еще не знал, что ждет его впереди, когда Гермиона проснется.