Часть 2

Телевизор гудел новостями: «Срочное подключение, мировые звезды снова сошлись, союз молодых пополняет систему общества, родственные души устроили свадьбу! Молодая актриса…» Мэтт выключил телевизор. Снова эти души, неужели все в этом мире повязано на одной долбаной теме? Почему в новостях не рассказывают действительно важные вещи? День назад он получил наводку на организацию, тайно торгующую наркотиками на восточной окраине города. Перспектива снова столкнуться с наркопритоном Мэтта не радовала, но что поделать? Выбор спасать город от зла сделал он сам, так что пора было отправляться. И вот тут началась рутина: вычислить точное местонахождение — незаметно пробраться, избегая препятствия — обезвредить охрану, сохраняя им жизнь — найти главаря и в конечном итоге сжечь чертов склад с наркотиками. Если бы все пошло по плану, Мэтт уже через несколько часов оказался бы дома и с чувством выполненного долга валялся в постели. Но город этот славился своей непредсказуемостью, а потому, добравшись до нужного места, Мэттью почуял неладное. Тишина. Ни голосов, ни звуков оружия, только запах крови и разбросанные по полу тела, медленно теряющие температуру и совершенно безжизненные. Мэтт вступил в лужу крови и прислонился к стене, прислушиваясь. Вход в подвал обезвредили до него, и кто это был догадаться несложно. В голове сразу же возник образ Фрэнка: он ломает руку одному из наркодиллеров, затем слышен хруст шеи и последний вздох врага. Затем Касл направляет пистолет на другого бедолагу и спускает курок. Всё это Мэтт слышал много раз. — Опередил, — не без улыбки заметил он, однако от ощущения мертвых тел вокруг лицо вновь сделалось серьезным. Смерть, смерть и еще раз смерть. Фрэнк не изменяет своим принципам, и от этого в душе Мердока каждый раз что-то надламывается. Он пробрался в тёмный коридор и направился вглубь, следуя запаху пороха и крови. Осознание того, что где-то внутри Касл сейчас режет преступников на мелкие части, противоречиво гудело внутри. С одной стороны, спустя почти две недели разлуки с «братом по несчастью» он был бы рад встретить его. Кажется, на долю секунды Мэтт почувствовал, как пустота в груди заполнилась и пропасть исчезла, но ощущение это было мимолетным. Он сосредоточился на своей цели. Добравшись до, как ему показалось, главного помещения с наркотиками, и проложив себе путь через поваленные тела, Сорвиголова ожидал услышать знакомый голос и что-то вроде «опять ты, Красный? Пришел мне морали читать?», но вместо этого выйдя из-за угла коридора, замер. Обстановка накалилась, Мэттью определил: около одной из стен, облокотившись спиной, валялся мужчина без сознания. Второй стоял над ним, держа пистолет и нацелившись прямо на лежачего. Самым неожиданным было то, что стоял как раз не Фрэнк. И еще кое-что: только сейчас Мэтт заметил, что наркотиками тут совсем не пахнет. «Твою ж мать…» — подумалось Мердоку, как только он понял, что еще несколько секунд и Карателя застрелят — мужчина с пистолетом был настроен серьезно, оружие держал уверенно, дышал ровно. Незнакомец медленно повернул голову. Между Сорвиголовой и ним было целых восемь метров. — Не успел ты, Дьявол, — сказал он с улыбкой, — Твоему дружку конец. То, каким чудом ему удалось обезвредить Карателя, оставалось загадкой, но ясно было одно: все сейчас стоит на кону. И Мэтт должен принять решение. — Мы не друзья с ним, — поднимая руки в мирном жесте ответил Мердок. — Но если он умрет будет нехорошо. — Этот подонок положил всех моих людей, что б его, и не думай, что ты помешаешь мне. Убить Карателя мечтает каждая душа этого чертового города. И мы наконец его поймали. Мэтт, мотнув головой, выдохнул. Терпение медленно кончалось. И что бы не имел ввиду преступник, действовать нужно было быстро. — Знаешь, а ведь мы с ним враги, — ухмыльнулся Мэттью, почувствовав легкое замешательство преступника. Сделал маленький шаг вперед, а мужчина крепче сжал пистолет. Мэтт почувствовал, как гнев растекается по венам с невероятной скоростью: угрожать Фрэнку может каждый, но не каждый скроется от кары Дьявола Адской Кухни. — Если ты выстрелишь, то наказание за все его убийства будет слишком легким. Вооруженный молчал, даже не думая опускать пистолет. Мэтт продолжил медленно шагать к нему. — Ты ведь в курсе моих методов. Дьявол Адской Кухни не убивает… я сажаю за решетку. Очень надолго. Думаю, Карателю там самое место, ему придется несладко. — Что за херь ты мелешь… — прошипел наркодиллер. — Тебя я не трону, — заверил Мэтт, — я гнался не за вами, а за ним, — и кивнул в сторону Касла. Расстояние значительно сократилось, совсем немного и… Всё случилось в одно мгновение: Мэтт рванул к вооруженному мужчине и сильно ударил по предплечью, уводя дуло в сторону. Раздался выстрел, со стены повалилась штукатурка и пыль. Мэтт присел, упираясь ладонями в пол и крутанул ногой, сваливая противника на землю. Тот попытался встать, но Сорвиголова тут же навис сверху, сжимая бедрами руки преступника, дотянулся до пистолета и упер дуло в щеку мужчины. — Прости, я соврал, — Мэтт сильно ударил преступника рукоятью пистолета, брызги крови окрасили пол. — Ах ты ублю… Договорить мужчина не успел. Несколько ударов кулаком заставили его потерять сознание под булькающие звуки крови. — Сладких снов, — и ударил еще несколько раз, выпуская ярость. Послышался сильный хруст, кажется, челюсть безвозвратно сломана. Затем Мэттью рванул к Фрэнку, концентрируя внимание на его состоянии. Касл ровно дышал, но в сознание не приходил. Поднять этого человека стоило невероятных усилий, и все же Мердок справился. Осталось только дотащить его до безопасного места.

***

Ситуация повторилась: квартира Мердока и тело, лежащее на скрипучем диване. Только теперь это тело — Фрэнк Касл. Мэтт снял маску и бросил куда подальше, склоняясь над товарищем. Необходимо его осмотреть, проверить на наличие переломов, ран и все в этом духе. Кровью, на удивление Мэтта, пахло не сильно, значит открытых ран, угрожающих здоровью, нет. Однако под бронежилетом вполне могли скрываться переломы ребер или других частей тела. Мэтт расстегнул броник, стянул верхнюю часть одежды и хотел было коснуться груди Фрэнка, но замер. Дыхание перехватило от собственной нерешительности, но по большей части от жара, исходящего от оголенной кожи. Он сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть здравомыслие, которое, казалось, сейчас находилось где-то очень далеко. Рука коснулась груди, та размеренно вздымалась и опускалась, будто бы покой был обыденностью для человека перед ним. Касаться его было так… необычно. Сейчас, без сознания, Фрэнк казался совершенно другим, его будто бы погрузили в глубокий и приятный сон. Пальцы скользили по голой коже, исследуя каждую деталь. Он чувствовал расслабленные мышцы, тепло, исходящее от тела, и это тепло вызывало в нем невероятно противоречивые эмоции. Каждое прикосновение было полным сосредоточения: он искал признаки повреждений, переломы и трещины в костях. Но с каждым новым движением его руки, он ощущал, как его сердце начинает биться быстрее. Подобная ситуация наполняла его внутренний мир тревогой и в то же время странным удовольствием. Он пытался игнорировать нарастающее волнение. В его сознании боролись два чувства: профессиональная необходимость позаботиться о друге и нечто более интимное, что заставляло его задерживаться на этом контакте дольше, чем следует. Словно открывая для себя неожиданный аспект их взаимоотношений, он продолжал исследовать, позволяя ощущениям затмить разум. Однако, как только он перешел к шее мужчины и нащупал подобие гематомы, практически незаметной для кого-то кроме Мэтта, он сжал челюсть. Укол. Его обезвредили долбаным уколом: снотворным или быть может наркотиком. Это объяснило состояние Фрэнка; волнение растеклось внутри тягучей смолой. И с чего бы он так переживал за безумного убийцу? Почему вообще потащил его в свою квартиру, хотя изначально понимал, что необходимости в экстренной помощи нет? И почему, черт возьми, ему так нравится касаться его кожи? Мэтт убрал руки, заканчивая осмотр. — Фрэнк? — упав на пол рядом с диваном прошептал Мэтью, — слышишь? Ответа не последовало, лишь медленные вдохи и выдохи были его собеседником. От усталости думалось плохо, мысли вертелись бесконечным потоком и только сейчас Мердок почувствовал, как бешено раскалывается голова. Через несколько минут Мэтт поднялся, скинул костюм и даже нашел в себе силы принять душ. А как только коснулся головой подушки, тьма поглотила его сознание, оставляя проблемы на завтрашний день.