Глава 2.

      Прищурив глаза, Джордж пристально посмотрел на пуффендуйца, который был чуть старше его.       — Что скажешь, Фредди, можем ли мы доверить ему нашего драгоценного маленького Гарри?       Задумчиво почесав подбородок, Фред обвел вглядом стоящую перед ним пару. Его взгляд смягчился, когда он увидел, как отчаянно Гарри сжимал руку другого ловца.       — Я не знаю, Джорджи. Ты думаешь, наш милый, невинный Гарри готов остаться наедине с красивым парнем постарше?       Покраснев, Гарри хлопнул Фреда по плечу.       — Да ладно, ребята, уже два месяца вы сопровождаете нас каждую секунду, пока мы вместе. К тому же, это не так. Седрик просто заземляет меня, давая мне шанс передохнуть. Это не значит, что мы встречаемся.       Вздохнув на своего невежественного младшего брата, Джордж посмотрел на высокого пуффедуйца.       — Гарри, мы следили за тобой двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю в течение последних двух месяцев, не потому, что мы не доверяли молодому мистеру Диггори.       — Нет, — продолжил Фред, его лицо потеряло свою фирменную улыбку, а глаза стали серьезными. — Последние два месяца мы были вашей тенью, потому что не доверяем вам.       Улыбка Джорджа тоже соскользнула с его лица.       — Гарри, ты пытался покончить с собой. Ты… — откинув голову назад и сморгнув слезы, Джордж попытался проглотить комок в горле, мешавший ему говорить.       — Гарри, — мягко сказал Фред, заметив, что глаза Гарри слезятся. — Гарри, мы так тебя любим. Мысль о том, что я потеряю тебя, что никогда больше не увижу…       Сглотнув комок в горле, Фред вытер глаза. Вскрикнув, Гарри оторвался от Седрика и бросился на своих товарищей-близнецов.                    — Мне очень жаль, — всхлипнул он. — Я больше так делать не буду. Теперь, когда у меня есть Седрик, все стало в миллион раз лучше.       Прочистив горло, Седрик нежно положил руку на шею Гарри сзади.       — Я клянусь своей магией, что не позволю Гарри причинить себе вред в моем присутствии. Я также не причиню Гарри вреда.       Последние два месяца близнецы следили за тем, как он проводит время с Гарри… каждую чертову секунду. Это был первый раз, когда ему собирались позволить остаться с ним наедине в Выручай-комнате. Ему нравились близнецы, они были очень веселыми и все такое, но ему хотелось провести время в тишине и наедине с мальчиком, о котором он будет очень заботиться. Очень выгодная сделка.       Первоначально он согласился встречаться с Поттером только пару вечеров в неделю, чтобы помочь ему обуздать эмпатию, но теперь он обнаружил, что хочет проводить каждую секунду каждого дня с миниатюрным гриффиндорцем. Да, он влюбился в мальчика-который-выжил.       — Хорошо, вы двое, — сказал Фред, незаметно вытирая слезы с глаз. — Ведите себя прилично.       —И никаких определенных дел, — добавил Джордж, подмигнув.       Покраснев, Гарри снова взял Седрика за руку и вздохнул, когда его эмоции друзей мгновенно испарились. Даже несмотря на то, что он проводил со своим землянином всего несколько часов в неделю, жизнь стала гораздо более терпимой. Они мало что делали, скрываясь в секретной Выручай-комнате, которую им показали близнецы.       В основном они просто учились, разговаривали или отдыхали, но теперь он не мог представить свою жизнь без Седрика. И не только потому, что Диггори был его землянином, его привлекало все в пуффендуйце. То, как он смотрел на него, его улыбка, то, как он прикасался к нему… То, как он заботился. Только близнецы когда-либо так заботились о нем. Он влюбился в Седрика Диггори.

***

      Гарри помчался по коридору и прыгнул в ожидающие руки Седрика.       — Мерлин, Гарри, я так волновался, — Седрик едва не рыдал. — Сначала я слышу, что Рон в больничном крыле, а потом я узнаю, что ты попал туда потому, что сразился с более чем сотней дементоров. Пожалуйста, ради Мерлина, скажи мне, что это был просто еще один безумный слух из Хогвартса?       Высунув лицо из теплой шеи своего парня, Гарри посмотрел и увидел, что Седрик пугающе бледен.       — Седрик, со мной все в порядке, — сказал он, осыпая щеки хаффлпаффца поцелуями.       — Ты не ответил на мой вопрос, — сказал Седрик, крепче сжимая маленького гриффиндорца.       Вздохнув, Гарри вырвался из рук Седрика, но крепко сжал его руку.       — Я не думаю, что там была сотня дементоров, — застенчиво ответил он. — Но я должен был спасти Сириуса, — быстро добавил он, когда увидел, как расстроен Седрик.       — Сириус Блэк, Гарри! — Седрик вскрикнул. — Я думал, этот человек хотел твоей смерти?       — Пожалуйста, я всё объясню, когда доберёмся до Выручай-комнаты.       Проведя пальцами по шелковистым, мягким волосам цвета воронова крыла, Седрик наклонился к тому месту, где голова Гарри лежала у него на коленях, и сладко поцеловал его в лоб.       — Мне жаль, что ты не сможешь жить со своим крестным, но ты, по крайней мере, знаешь, что он жив и очень заботится о тебе. — весь последний час он слушал, как Гарри пересказывал события ночи. Одна особенность его очаровательного маленького гриффиндорца: ему никогда не было скучно.       Гарри грустно улыбнулся своему парню, его глаза наполнились слезами.       — На мгновение, на чудесный, волшебный момент я подумал, что у меня будет настоящий дом. Я чувствовал это, Седрик. Сириус действительно хотел, чтобы я переехал к нему. У меня никогда не было такого чувства. Для меня это было похоже на то, что чувствует дядя Вернон, когда смотрит на Дадли.       Почувствовав, как у него слезятся глаза, Седрик вытер с щек несколько слёз Гарри. Это заняло некоторое время, но несколько месяцев назад он, наконец, узнал от Гарри правду о своей семейной жизни, и ему было больно видеть такую ​​тоску и печаль в мальчике, которого он любил.       Он не знал, как позволит ему уйти в маггловский мир и попасть в жестокие руки своих родственников в конце семестра. Ему хотелось, чтобы была возможность провести его с собой домой.       — Мы найдем способ, Гарри, близнецы и я. Мы найдем способ помочь тебе.       Сев, Гарри оседлал колени своего парня и обвил руками его шею. Проведя пальцами по волосам, он наклонился и поцеловал его. Это был не первый их поцелуй, но им еще предстояло зайти дальше, чем просто поцелуи.       Застонав, Седрик запустил руки под рубашку Гарри и начал исследовать каждый дюйм его обнаженной плоти. Он ненавидел то, что он чувствовал, как все кости Гарри выступают вперед, и его тошнило от осознания того, что скоро за лето он похудеет еще больше.       Он также ненавидел то, как он мог чувствовать приподнятые участки кожи… Шрамы от ремня, которым его дядя хлестал мальчика по спине. Пусть он и пуффендуец, но он легко может убить семью Гарри.       Отстранившись от своего парня, Гарри сел и стянул рубашку.       — Гарри? — спросил Седрик, его глаза расширились от возбуждения. — Что… что ты делаешь?       Нервно покусывая нижнюю губу, Гарри посмотрел в красивые серые глаза Седрика.       — Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью.       Седрик сел чуть выше, его кадык покачивался вверх и вниз.       — Гарри, я не давлю на тебя. Я буду ждать тебя годами. Тебе всего тринадцать.       — Я знаю, сколько мне лет, — нервно хихикнул Гарри. — И ты не давишь на меня. Я хочу этого. Я хочу тебя, Седрик. Я более чем готов к этому, это практически все, о чем я думаю. Кроме того, мне через два месяца исполнится четырнадцать.       Облизывая губы, Седрик начал потирать руки вверх и вниз по бокам Гарри, его пальцы едва не коснулись твердых сосков парня.       — Фред и Джордж убьют меня, если узнают, что я прикасался к их милым, невинным маленьким Гаррикинсам.       Хихикая, Гарри слегка дрожащими руками начал снимать с Седрика галстук.       — Они не убьют тебя, — невинно сказал он. — Может быть, они будут разыгрывать тебя всю жизнь, но они не станут тебя убивать. Они знают, что я умру без тебя. Как бы они ни старались, Фред и Джордж не мои родители. Я знаю, что они могут чрезмерно защищать меня, но это только потому, что мы через многое прошли вместе.       Застонав, Седрик закрыл глаза, когда Гарри начал расстегивать рубашку.       — Гарри, ты уверен в этом?       Покраснев, Гарри схватил руку Седрика и положил ее себе между ног.       — Это доказывает тебе, насколько я уверен?       — Черт, Гарри, — простонал Седрик, когда почувствовал, насколько тверд его парень. Сдавшись, он быстро расстегнул ремень Гарри и расстегнул брюки. — Кровать! — он задыхался.       Гарри пискнул, когда Седрик внезапно встал. Крепко прижавшись к нему, он наклонился и начал покусывать и посасывать его шею.       — Ты уверен, что хочешь этого? — Седрик тяжело дышал, осторожно укладывая Гарри на кровать.       Сев, Гарри быстро избавил Седрика от штанов. Остановившись у своих боксеров, он посмотрел Седрику в глаза, чтобы убедиться, что все в порядке. Он может быть чертовски возбужден, но он не стал бы принуждать старшего мальчика к чему-то, к чему тот не был готов.       — Я люблю тебя, — заявил Седрик, забираясь на кровать и ложась на Гарри. Задыхаясь, Гарри внимательно посмотрел Седрику в глаза.       — Ты правда это имеешь в виду? Ты действительно любишь меня?       Седрик грустно улыбнулся своему парню. Он точно знал, что Гарри не привык слышать эти три слова. Его воспитали в ненависти и насилии, но все, чего он хотел в жизни, — это чтобы его любили.       — Я, Седрик Диггори, люблю Гарри Джеймса Поттера всем сердцем и душой.       — Седрик! — воскликнул Гарри, когда их окружил мягкий белый свет. — Что происходит?       Седрик удивленно огляделся.       — Гарри, моя мама рассказывала мне истории о родственных душах.       Увидев растерянное выражение лица Гарри, Седрик поцеловал его в кончик носа.       — Гарри, родственные души — это два человека, у которых одна душа. Иметь родственную душу — это очень редко и особенно. Гарри, это сияние означало, что мы родственные души.       — Правда? — задыхаясь, спросил Гарри со слезами на глазах. — Что это значит?       — Гарри, — ухмыльнулся Седрик. — Это значит, что ты был создан для меня, а я — для тебя. Мы с тобой вместе составляем одно целое, и мы всегда будем вместе. Ты любишь меня, Гарри?       Тихо плача, Гарри кивнул головой.       — Очень, очень сильно, Седрик. Я люблю тебя так сильно, что это причиняет боль.       Со слезами на глазах Седрик начал покрывать лицо Гарри поцелуями.       — Это значит навсегда, Гарри. Если мы сделаем это, если мы закрепим эту душевную связь, мы будем вместе навсегда. Даже после смерти, любовь. Если один из нас умрет, вскоре умрет и другой. Мы не сможем жить друг без друга.       — Я не хочу жить без тебя, — рыдал Гарри, чувствуя себя плохо от одной только мысли о потере Седрика. — Пожалуйста, я хочу закрепить связь.       — Я тоже, любимый.       Сев, Седрик помог Гарри снять джинсы. Он знал, что они молоды и что им, вероятно, следует подождать несколько лет, прежде чем завершить свою связь, но из-за угрозы Волдеморта у них может не быть еще нескольких лет. Жизнь была слишком коротка, чтобы беспокоиться о возрасте. Они оба согласились и оба отчаянно этого хотели. В том, что они собирались сделать, не было ничего плохого.

***

      — Гарри, ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Гермиона у лучшего друга.       Он выглядел очень бледным и не произнес ни слова с тех пор, как сел в Хогвартс-экспресс на четвертый год обучения. Осторожно поерзав на своем месте, Гарри одарил подругу болезненной улыбкой.       — Я в порядке, Гермиона. Я просто плохо сплю после чемпионата мира по квиддичу. Думаю, я просто проскользну в ванную старост.       — Может, ты хочешь, чтобы Рон пошел с тобой?       — Что? — вскрикнул Рон. — Гарри не нужна моя помощь, чтобы сходить в туалет или помыться!       Посмеиваясь, Гарри поднялся на ноги.       — Гермиона, я могу воспользоваться ванной сам, не волнуйся. Я хожу туда уже несколько лет.       — Верно, — Гермиона покраснела. — Я просто волнуюсь за тебя.       — Со мной все в порядке, Гермиона, — успокоил ее Гарри. — Вообще-то, я подумывал зайти и поздороваться с Невиллом, Симусом и Дином.       Улыбнувшись другу, Гермиона снова взяла книгу.       — Развлекайтесь, но не забудьте, что мы будем в школе через два часа.       Вздохнув с облегчением, Гарри выскользнул и отправился на поиски своей второй половинки и близнецов. Он так сильно скучал по Седрику, что у него физически болело сердце. Если добавить это к его эмпатии и все еще не зажившим синякам и следам от плетки, оставленных дядей Верноном, то он превратится в физический и эмоциональный беспорядок.       Гарри не знал точно, где они находятся, поэтому продолжал проходить мимо закрытых купе, пока бледная веснушчатая рука не выскочила и не схватила его, затащив к себе.       Увидев Седрика, он бросился на него и вцепился в него так, словно от этого зависела его жизнь.       — Привет, Фред, рад тебя видеть, — надулся Фред, подражая Гарри.       — Ты тоже, Джордж. Выглядишь так сексуально, как никогда, — подхватил Джордж.       Хихикая, Гарри оторвался от своего партнера и обнял близнецов.       — Да бросьте, я провел последние три ночи в вашем доме и видел вас двоих каждый день.       Фред осторожно прикоснулся к спине своего младшего брата, обнимая его. Когда они забрали его из дома родственников, спина Гарри напоминала кровавое месиво. Они промыли раны и обработали их, как только смогли, но пара порезов все еще могли содержать инфекцию, так что следовало обратиться к мадам Помфри.       — Тем не менее, мы ехали в этом поезде уже несколько часов и успели соскучиться по твоему красивому личику.       — Возле нашей постели, — добавил Джордж, — Тем более, два дня назад ты видел красавчика Диггори.       — Видел, как же, — усмехнулся Гарри, снова растворяясь в объятиях своей пары. — Мне пришлось вести себя так, будто я его не знаю, и я не мог его поцеловать!       Схватив партнера за подбородок, Седрик откинул голову назад и завладел его губами.       — Теперь мне лучше, — простонал Гарри.       — Гарри, я хотел извиниться за поведение моего отца, — искренне сказал Седрик, садясь и притягивая Гарри к себе на колени. — То, что он сказал, что я победил тебя в квиддиче, было неуместно. Я сказал ему, что единственная причина, по которой я выиграл, заключалась в том, что дементоры заставили тебя упасть с метлы, но он не послушал.       Гарри пожал плечами и поморщился, когда тот задел следы от наказания дяди.       — Все в порядке. Тебе очень повезло, что у тебя такой отец. Он действительно тебя любит.       Седрик неохотно вылез из-под Гарри.       — Фред и Джордж сказали, что ты ранен. Пожалуйста, сними рубашку, чтобы я мог обработать твои раны.       Так осторожно, как только мог, Гарри снял рубашку и лег на сиденье.       — На самом деле все не так уж плохо, Седрик. Фред и Джордж лечили все это, и оно уже почти зажило. Это лето было лучше, чем я ожидал. После того, как я, можно сказать, превратил тетушку Мардж в воздушный шар, я точно думал, что дядя Вернон меня убьет. Однако тот факт, что я случайно проговорился, мол моим крестным отцом был сбежавший преступник Сириус Блэк, вселил в него небольшой страх.       Седрик тихо плакал, когда увидел, что его парня едва ли не разорвали в клочья. Его спину пересекали многочисленные раны от ударов плетью, некоторые из которых все еще выглядели зараженными. Если сейчас все это еще выглядело так плохо, ему бы не хотелось увидеть это несколько дней назад.       — Это последний раз, любимый, — страстно сказал Седрик, его серые глаза светились решимостью. — Я обещаю тебе, что ты никогда больше не войдёшь в этот дом.       Гарри сильно закусил губу, чтобы не закричать, когда Седрик начал втирать ему в раны целебную мазь. Ему хотелось поверить словам своего партнера, но он знал, что Седрик ничего не может сделать. Его будут отправлять обратно к Дурслям каждый год, пока ему не исполнится семнадцать.       Он пытался рассказать Дамблдору о насилии, но тот не слушал. Директор уверял, что чары защищали его от Волдеморта, и это все, что имело значение.       — Ну, вы всегда можете пожениться, — пошутил Джордж. — Тебе семнадцать, Сед, и вы родственные души. Если ты сможешь заставить его родственников подписать бумаги, Дамблдор или кто-либо еще ничего не сможет с этим поделать.       После этих слов Фред слегка нахмурился. Это был хороший план и все такое, и он бы позволил Гарри выбраться из этого проклятого дома, но ему не нравилась идея их свадьбы. Седрик был хорошим парнем и прекрасно относился к Гарри, но он всегда был влюблен в маленького гриффиндорца.       Седрик задумчиво посмотрел на своего раненого товарища. Это может сработать. Они сблизились в ту ночь, когда впервые занялись сексом. Все, что им нужно было сделать, это официально заявить об этом. Он уже знал, что хочет провести остаток своей жизни с Гарри. Зачем ждать дольше, чтобы выйти замуж?       — Мои родственники ни за что не позволят мне выйти замуж за парня. Если есть что-то, что мой дядя ненавидит больше, чем меня, так это гомосексуалисты.       — Твой дядя — жадный ублюдок, которого легко купить, — сказал Седрик, когда план уже сформировался в его голове. — И, как ты сказал, он тебя ненавидит. Я уверен, что он воспользуется шансом избавиться от тебя на три года раньше.       Помня о боли в спине, Гарри медленно сел.       — Ты бы действительно хотел заключить брак со мной? — спросил он почти шепотом.       — Больше всего на свете, — серьезно сказал Седрик.       Гарри радостно бросился в объятия своего партнера, уткнувшись лицом в его теплую шею.       — Я так сильно люблю тебя, Седрик.       Покачав головой, Джордж схватил брата за рубашку и начал тащить его к двери.       — Да ладно, оставим влюбленных пташек в покое.       Кивнув головой, Фред задумчиво посмотрел на Гарри и мягко улыбнулся, увидев, насколько тот счастлив. Возможно, у него есть к нему чувства, но ему суждено было быть с Седриком. Они идеально смотрелись вместе, и он не в праве разрушать их счастье.

***

      Натянув одеяло на их обнаженные тела, Седрик прижался к спине своего парня.       — Завтра все будет хорошо, любимый, перестань об этом беспокоиться.       Вздохнув, Гарри откинул голову назад, чтобы видеть покрасневшее и вспотевшее лицо своего парня. Они вдвоем были заперты в Выручай-комнате более четырех часов, занимаясь любовью, и он подумал, что Седрик никогда не выглядел сексуальнее, чем сразу после секса.       — Мне бы просто хотелось, чтобы ты не вносил свое имя в этот дурацкий турнир.       Вздохнув, Седрик положил подбородок на голову Гарри.       — Я знаю, мне правда не хотелось, но мой отец был очень горд моим поступком, когда он мне об этом рассказывал. В любом случае, мое имя сегодня вечером не вылетит из Кубка.       Дрожа, Гарри натянул одеяло повыше. С самого начала у него было плохое предчувствие по поводу этого турнира. Он умолял Седрика не участвовать, но хотел, чтобы его отец гордился им.       — Так не будет, Седрик. Ты лучший выбор для чемпиона Хогвартса.       — Даже если мое имя всплывет, Гарри, я обещаю, что со мной все будет в порядке.       Кивнув головой, Гарри закрыл глаза и погрузился в сон. Он плохо спал, учитывая, что в школе теперь обучается еще более сотни учеников. Было слишком много эмоций, с которыми он пока что не мог справиться.       Крепко прижимая Гарри к себе, Седрик позволил себе уснуть. Он так сильно любил Гарри, что временами это его пугало. Он сделал бы все что угодно ради мальчика в своих руках, даже выступил бы против смертельного для него проклятия.

***

      Закусив внутреннюю часть губы настолько сильно, что пошла кровь, Гарри со слезами на глазах наблюдал, как Седрик гордо встал и вышел из Большого зала в комнату, где ждали два других чемпиона. Он молился, чтобы Седрика не выбрали, и, конечно же, его молитвы снова остались без ответа.       Он гордился тем, что Кубок Огня счел его вторую половинку наиболее достойной представлять Хогвартс, но предпочел бы, чтобы Седрик был рядом с ним в безопасности и смотрел турнир вместе с ним, чем участвовал в нем.       — Гарри! — Гермиона громко зашипела, тыкая его в бок.       Отмахнувшись от подруги, Гарри продолжал смотреть на дверь, за которой скрылся его парень. Почему это должно было произойти? Студенты умирали в прошлом, участвуя в этом дурацком турнире. Какого черта отец Седрика хотел, чтобы он принял участие в этом опасном соревновании?       Схватив его за руку, Гермиона крепко встряхнула подругу.       — Гарри, тебе пора идти.       — Что? — спросил Гарри, в замешательстве глядя на свою лучшую подругу.       — Дамблдор сказал, Гарри, — ответила Гермиона, широко раскрыв глаза. — Твое имя, оно вылетело из кубка. Тебе пора идти.       Впервые Гарри оглядел зал и увидел, что все взгляды обращены на него. Он был настолько погружен в мысли о выборе Седрика, что пропустил момент, когда кубок, выплюнул четвертое имя.       Поморщившись, когда он почувствовал ненависть, исходящую от большинства учеников, включая его лучшего друга Рона, он медленно встал, в страхе глядя на Фреда и Джорджа.       Фред кивнул головой, а Джордж трясущейся рукой поднял вверх большой палец. Они оба знали, что Гарри не хотел участвовать в турнире, как и иметь с ним что-то общее.

***

      Как только они оказались достаточно далеко от всех, Седрик схватил Гарри и затащил его в заброшенный класс. Притянув мальчика к себе, он обнял его так, словно собирался раствориться в нем.       — Седрик, — всхлипнул Гарри. — Я не бросал свое имя в кубок. Пожалуйста, поверьте мне.       — Мерлин, Гарри, конечно, я тебе верю, — сказал Седрик, все еще цепляясь за своего меньшего товарища. — Мне это не нравится, Гарри. Кто-то закинул твое имя явно не потому, что он является твоим другом.       — Мне страшно, — признался Гарри. — Я не могу конкурировать с вами, я знаю недостаточно. Я всего лишь четверокурсник!       — Я помогу тебе и не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — яростно сказал Седрик.       — Теперь вся школа меня ненавидит. Они думают, что я как-то обманул кубок.       — Нет, Гарри, они просто были в шоке.       Фыркнув, Гарри отошел от Седрика, мгновенно потеряв тепло и безопасность.       — Сед, если ты забыл, я эмпат. Я чувствовал ненависть, исходящую от всех присутствующих. Не говоря уже о том, что было немало студентов, кричащих, что я мошенник.       — Мне очень жаль, что это происходит, — сказал Седрик, притягивая Гарри обратно в свои объятия. — Ты самый лучший, едва ли не во всей школе, в ЗОТИ, и я помогу тебе с чарами и трансфигурацией. Мы с этим справимся.

***

      — Это он, да? — спросил Седрик, глядя на маленький дом, похожий на любой другой домик на улице.       — Ага, моя тюрьма после смерти родителей, — осторожно сказал Гарри. Он скорее поцелует одного из взорванных болтунов Хагрида, чем сделает это. Седрик не знал, во что ввязался, придя сюда.       Сжав руку своего товарища, Седрик криво ухмыльнулся.       — Не знаю, как ты, а я готов убить… Я имею в виду встречу со своими будущими родственниками.       — Седрик, я ничего об этом не знаю, — сказал Гарри, страх поселился в глубине его живота. Их появление в таком виде серьезно рассердило бы его дядю.       — Гарри, у нас есть всего пять часов до начала Святочного бала, а утром я первым делом поеду домой. Это наш единственный шанс подписать бумагу.       — Не терпится пойти на бал с Чжоу? — Гарри надулся. Он ненавидел это, ненавидел то, что они не могли быть вместе, но Седрик не был готов к тому, чтобы его отец узнал, что он гей. И он не был готов к тому, чтобы школа узнала о его сексуальных предпочтениях. Он также боялся, что они узнают, что он эмпат.       — Ревнивый? — Седрик ухмыльнулся. Гарри взглянул на своего гораздо более высокого товарища.       — Ты приглашаешь на бал кого-то другого. Например, очень красивую девушку, которая в тебя сильно влюблена, и это не повод для шуток. Ты мог бы пригласить на свидание тысячу других девушек, тебе не обязательно спрашивать ту, в которую ты был влюблен до того, как мы встретились.       — Гарри, это было больше года назад, — успокоил его Седрик. — Ты, Гарри, ты моя родственная душа. Чжоу для меня ничего не значит. Кроме того, ты сам пригласил Чжоу на свидание. Гарри пнул камень и увидел, как он перелетел через дорогу, едва не задев машину его дяди.       — Это потому, что я не хотел, чтобы ты пошел с ней. Седрик, я чувствую, как она к тебе относится, она действительно тебя хочет в том самом смысле.       — Ну, она меня не достанет, — сказал Седрик, обнимая своего парня. — Ты единственная черноволосая красавица в моей жизни, и, надеюсь, через пару дней мы с тобой будем юридически связаны.       — Мы по-прежнему собираемся всем рассказывать о себе после турнира?       — Не могу дождаться, когда мир узнает о нас. Когда весь мир узнает, что ты мой муж, — хвастался Седрик. — Я просто хочу сначала рассказать родителям наедине. Итак, собираемся ли мы подписать эти бумаги?       — Это будет отвратительный разговор, — предупредил Гарри, неохотно таща Седрика по подъездной дорожке и звоня в дверной звонок.       Сделав глубокий вдох, больше для того, чтобы успокоить гнев, чем нервы, Седрик выпрямился и стал ждать встречи с людьми, которые злоупотребляли любовью всей его жизни. Он предпочел бы проклясть их к черту и обратно, но ему пришлось смириться, в надежде, что они согласятся разрешить ему жениться на Гарри. Гарри был его заботой номер один.       — Какого черта ты здесь делаешь? — Вернон взревел, когда заметил своего никчемного, засранного племянника, стоящего на крыльце.       Гарри инстинктивно сделал шаг назад и склонил голову. С самого раннего возраста ему внушали никогда не смотреть дяде прямо в глаза. Он действительно не хотел быть здесь, он не хотел, чтобы Седрик видел, каким трусом он на самом деле был. Однако желание выйти замуж за Седрика было сильнее его страхов, поэтому ему пришлось это сделать.       — Ну, ответь мне, урод!       — Мне очень жаль, дядя Вернон, что я так появился, но это очень важно. Если вы согласитесь, то вам больше никогда не придется меня видеть, — быстро пролепетал Гарри.       Лицо покраснело и заворчало, Вернон отошел в сторону.       — У тебя есть десять минут, потом я хочу, чтобы ты ушел отсюда к чертовой матери.       Сделав глубокий вдох, Гарри вошел в дом, не обращая внимания на то, что его тетя и двоюродный брат стояли в холле и пытались увидеть, что происходит.       — Послушай, папа, я же говорил тебе, что этот урод был педиком, — завыл Дадли, указывая на сцепленные руки Гарри и Седрика.       — Верно подмечено — саркастически пробормотал Седрик.       — Это правда, мальчик? Ты что, в самом деле геек? — Вернон с отвращением сплюнул. Гарри сумел подавить желание закатить глаза.       — Да, сэр. Это мой партнер, Седрик Диггори, — сделав еще один глубокий вдох, Гарри взял бумаги из другой руки Седрика. — Дядя, если ты подпишешь эти бумаги, тебе больше никогда не придется меня видеть.       Вернон уставился на бумаги в руках племянника.       — Что это, черт возьми, такое?       — Сэр, — обратился Седрик, впервые заговорив. — Я хотел бы взять в мужья вашего племянника. Вам больше не придется нести за него ответственность. Все, что нам нужно, это подписать на этих бумагах, которая даст ему разрешение заключить брак, поскольку он еще несовершеннолетний, и ответственность за него несете вы.       — Какого черта я должен дать разрешение на такую ​​отвратительную неестественность! — взревел Вернон, его лицо побагровело.       Седрику не понравилось, как Гарри начал дрожать. Его приводило в ярость то, что его партнер, который смело столкнулся лицом к лицу с одним из самых опасных драконов в мире, был в ужасе от своего дяди-маггла.       — Гарри, почему бы тебе не пойти и не проверить свою комнату? Убедись, что ты не оставил ничего, что могло бы тебе понадобиться. Я хотел бы поговорить наедине с твоим дядей.       Гарри испуганно посмотрел на Седрика, это не входило в его план.       — Седрик, я не думаю…       Не сводя глаз с дяди Гарри, Седрик быстро поцеловал свою любовь в губы. Не обращая внимания на то, как кузен Гарри начал задыхаться.       — Мне нужна всего лишь минутка, любимый, все будет хорошо.       Гарри это не понравилось, но он доверял своей любви.       —Ладно, я поднимусь на пять минут… Хотя у меня там ничего нет, — добавил он раздраженно.       Седрик подождал, пока Гарри не скрылся из виду, прежде чем повернуться к отвратительному дяде своего парня.       — Слушайте, мы оба знаем, что Гарри вам не нравится и что вы не хотите, чтобы он был здесь. Мы оба также знаем, что ваша семья пренебрегала им и издевалась все эти тринадцать лет.       — Ложь! — вновь взревел Вернон, его слюна летела во все стороны. — У тебя нет доказательств.       — Верно, но кое-что у меня есть, — спокойно сказал Седрик. — Есть простое заклинание, которое может выполнить любой целитель, которое перечислит все травмы и все болезни, которые когда-либо были у Гарри. Теперь я уверен, что вы согласитесь со мной, что если бы это заклинание было применено к Гарри, это был бы очень, очень длинный список.       — Все равно, — самоуверенно крикнул Вернон. — Вы не можете использовать это заклинание в суде, не показав, кто вы, уроды, на самом деле.       — Кто сказал что-то о суде маглов? — Седрик ухмыльнулся. — Вы оскорбили ребенка-волшебника, и поэтому вас будут судить в Волшебном мире. Я скажу вам по секрету, мы очень серьезно относимся к насилию над волшебным ребенком в моем мире. Не говоря уже о том, что вы, можно сказать, насиловали мальчика-который-выжил, маленького героя всего Волшебного мира.       Пыхтя, Вернон несколько раз открыл и закрыл рот.       — Вы не можете судить меня в ваших уродливых судах, я не урод, как вы.       — Тебе не обязательно быть таким уродом, как я, — ухмыльнулся Седрик, в который раз неосознанно переходя на «ты». — Ты законный опекун одного из них. Ты несешь ответственность за его здоровье и благополучие с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать месяцев. Тебя могут судить, и будут судить в магическом мире.       — Вернон, просто подпиши эти чертовы бумаги, — прошипела Петунья. — Мы сможем избавиться от этого мальчишки.       — Если я подпишу, — сказал Вернон, прочищая горло. — Ты клянешься никогда не выдвигать обвинений?       Ухмыльнувшись, Седрик наклонил голову. Лично он был бы рад покончить с этим человеком, но он не стоил того, чтобы провести из-за него жизнь в Азкабане.       — Я клянусь никогда не выдвигать обвинений, и я клянусь, что ты больше никогда не увидишь своего племянника. Поверь мне, ты заслуживаешь гнить в тюрьме за то, что ты сделал, но я удовлетворюсь тем, что ты просто подпишешь бумаги.       Рыча, Вернон сердито бросился к журнальному столику и схватил ручку. Взглянув на мальчика, он быстро подписался и передал бумаги жене для подписи.       — Скатертью дорога! — прорычал он, швырнув бумаги обратно в урода.       — Гарри, теперь ты можешь спускаться, — ухмыльнулся Седрик, прекрасно зная, что его маленький друг все это время наблюдал за происходящим.       Не обращая внимания на то, что его родственники наблюдают, Гарри слетел вниз по лестнице и прыгнул в объятия Седрика. Он не мог поверить, что Диггори заставил дядю подписать. Седрик даже был готов предложить дяде солидную сумму денег, но, к счастью, им не пришлось этого делать.       — Давай уйдем отсюда, — усмехнулся Седрик, буквально вытаскивая Гарри из дома.       Оглядываясь через плечо Седрика, Гарри по-детски показал язык своим родственникам, после чего показал им средний палец.