Глава 3.

      Гарри было грустно видеть, как все разъехались по домам на Рождество, особенно Седрику и близнецам. Было немного удручающе быть одним из немногих учеников, оставшихся в школе на рождественские каникулы, но, по крайней мере, в этом году они будут короче, поскольку большинство детей остались на большее время, чтобы присутствовать на Святочном балу.       Он мог бы признаться, что плакал, когда Седрик ушел, даже если бы знал, что через два дня увидится с ним в Гринготтсе, чтобы наконец-то заключить брак. Мальчик надеялся, что это будет последний год, когда он проводит Рождество в одиночестве. После связи с Седриком у него наконец-то появится семья.       — Поттер!       Сглотнув, Гарри отвернулся от того места, где было видно, как снег падает с зачарованного потолка Большого Зала.       — Счастливого Рождества, профессор, — сказал он несколько застенчиво. Северус не упустил замечательную перемену, произошедшую с мальчиком за последний год.       Поговорив с остальным персоналом, он обнаружил, что Гарри прогрессирует на всех уроках. Он даже был близок к тому, чтобы впервые за год превзойти мисс Грейнджер. Учитывая все, что происходит с Турниром и его подарком, он наверняка мог подумать, что оценки мальчика упадут.       — Вижу, ты остался на каникулы, — Северус также не упустил из виду, что Гарри никогда не ездил домой на каникулы. Он спрашивал Дамблдора о его домашней жизни, но тот заверил его, что мальчик был счастлив со своими родственниками.       — Да, сэр, мои родственники планировали уехать на каникулы и должны были уехать до Рождественского бала, — легко солгал Гарри. Годы практики привели к тому, что он мог выдать неотличимую от правды ложь в мгновение ока.       Северус приподнял бровь, на мгновение усомнившись в словах мальчика.       — И как ты справляешься со своим особым даром в этом году, Поттер?       Мужчина заметил, что были моменты, когда мальчик выглядел готовым расколоться, после чего он выглядел совершенно нормально.       Съежившись, Гарри посмотрел на свои старые, потрепанные кроссовки.       — Это было тяжело, особенно со всеми этими дополнительными учениками. Но я нашел землянина, так что это было действительно полезно. Это удивительно, как выключатель, который наконец-то выключили. Все чувства, которые до этого всюду сопровождали меня, мгновенно отключаются, когда мы соприкасаемся.       Северус напрягал мозг, пытаясь придумать, кто мог бы быть землянином Гарри. Он не замечал, чтобы мальчик тусовался с кем-то новым, и он всегда пристально следил за ним.       — И кто именно этот землянин?       — Я бы предпочел не говорить, — сказал Гарри, неловко почесывая затылок. Это было странно, он не мог поверить, насколько вежлив Снейп был с ним. Это было почти так, как будто этот человек заботился о нем.       Снейпа ему всегда было трудно читать, этот человек всегда контролировал себя, и как будто стена не давала ему почувствовать его. Только когда Снейп был особенно зол, он чувствовал это, так как скрывать злость практически невозможно.       — Ну, очевидно, это кто-то явно умнее тебя. Я слышал, что твои оценки улучшились.       Ой! Гарри должен был знать, что этот человек не сможет долго оставаться с ним любезным.       — Мы много учимся, сэр. Я хотел бы стать целителем.       Не говоря больше ни слова, Северус повернулся и направился к главному столу. Он не хотел в этом признаваться, но мальчик его впечатлил. Если он сохранит свои оценки на должном уровне, у него не возникнет проблем с тем, чтобы напроситься к целителю в ученики. Но ему было очень любопытно, кто его землянин. Зачем мальчику держать это в секрете?

***

      Нахмурившись, Гарри посмотрел на свою одежду. Хоть это и были его хорошие школьные брюки и рубашка, им было два года, и Седрик видел его в них каждый день. Это была его свадьба, и впервые в жизни он по-настоящему хотел хорошо выглядеть. Он не хотел показать себя жалким маленьким сиротой, которым он был.       Гарри вытер слезу, выбежавшую со щеки, и решительно прищурился, решив пораньше отправиться в Гринготтс. Это был день его свадьбы, черт возьми, и он хотел хорошо выглядеть. Он точно знал, что Седрик будет в своей лучшей одежде. Конечно, Седрику было все равно, во что он одет, но он все равно хотел хорошо выглядеть для своего парня. Это также будет их первая ночь вместе в качестве супругов, и он хотел, чтобы все было идеально. Гарри не собирался краснеть и смущаться из-за своей потрепанной одежды.       Схватив мантию-невидимку, Гарри выскользнул из башни гриффиндора и направился к секретному проходу под статуей Одноглазой Ведьмы. Оттуда ему нужно было пробраться в «Три метлы», а затем через каминную сеть попасть в «Дырявый котел». Если его ничто не задержит, у него будет достаточно времени, чтобы купить наряд, прежде чем встретиться с близнецами перед Гринготтсом. Но ему нужно было быть очень осторожным, его не должны заметить в Косом переулке.       Он не мог поверить, что это происходит. Что он действительно собирается выйти замуж за Седрика Диггори. Ему было немного грустно, что Рон и Гермиона пропустят это, но у него были Фред и Джордж, и теперь он был ближе к ним, чем его предполагаемые лучшие друзья. Он не упустил из виду, насколько холодной была Гермиона в последнее время, потому что его оценки либо совпадали с ее, либо он набирал больше, чем она. Он не делал этого, чтобы выставить ее напоказ, он просто хотел, чтобы Седрик гордился им. Гарри также беспокоился о том, чтобы произвести впечатление на отца Седрика. Амос Диггори был очень высокого мнения о своем сыне, он не хотел, чтобы тот смущался, потому что он его зять. Он хотел доказать, что достоин быть мужем Седрика.       Не имея при себе большого количества галеонов и не желая идти в Гринготтс дважды, Гарри остановил свой выбор на хорошо сидящей рубашке на пуговицах зеленого и серебристого цвета, которая, по словам владельца магазина, заставила его глаза вылезти из орбит. Он также купил новые брюки, которые идеально ему подошли, и блестящие новые туфли. В общем и целом, он считал, что выглядит достаточно хорошо. Седрик никогда раньше не видел его в чем-то подобном.       — Ну, смотрите-ка, какой у меня красивый младший брат, — присвистнул Джордж, кружа вокруг Гарри, когда тот остановился перед ними.       — О, я смотрю, — сказал Фред, его глаза чуть не вылезли из орбит. — Наш маленький Гаррикинс просто объедение.       — Это объясняет, почему у тебя текут слюни по подбородку, брат, — не упустил возможность пошутить Джордж.       — Перестань дразниться, — застенчиво сказал Гарри, отчаянно краснея. Протянув кусок кожаной веревки, он повернулся спиной и спросил: — Может ли кто-нибудь из вас завязать мне волосы сзади? — Он отращивал их последние два года, и теперь они свисали немного ниже ключиц.       Джордж схватил полоску кожи, победно ухмыляясь своему близнецу. Он знал, что Фред был влюблен в их юного гриффиндорского ловца, но, к счастью, он смирился с тем, что Гарри никогда не будет его. Кто-то был там для Фредди, он мог это чувствовать. Ему просто нужно было быть терпеливым.       — И как это будет работать? — нервно спросил Гарри.       — Ну, твой возлюбленный уже там, ждет тебя, — объяснил Фред. — Он приехал раньше, так как не хотел все испортить. Это плохая примета для жениха — увидеть невесту, вот так.       — Эй, кто сказал, что я невеста? — недоуменно вскрикнул Гарри.       — Для начала, ты младше, — указал Джордж.       — И симпатичнее, — добавил Фред. — Намного симпатичнее.       — Да, Седрик — это то, что ты бы назвал красивым. А ты, Гарри, симпатичный малыш, — поддразнил Джордж.       — Ты когда-нибудь был сверху, малыш? — спросил Фред, подмигивая.       — Я-я… Не важно! Пожалуйста, мы можем просто начать? — спросил Гарри, чувствуя себя взволнованным вопросом Фреда. Дело не в том, что Седрик не позволял ему быть сверху, напротив, он предлагал, просто у Гарри не было желания. Ему нравилось быть в нижней позиции. Вот что казалось ему правильным. Может быть, когда-нибудь он примет предложение Седрика, но сейчас его устраивало то, как обстоят дела.       — Мистер Поттер, — позвал Крюкохват, приветствуя наследника Поттеров, когда тот вошел в банк. — Не могли бы вы уделить мне немного времени перед вашим ритуалом?       — Э-э, это важно? — спросил Гарри, с нетерпением ожидая завершения ритуала. Он также не мог дождаться, чтобы увидеть Седрика. Возможно, прошло всего несколько дней, но для него это казалось вечностью.       — Это займет всего лишь мгновение, и я уверен, что вам понравится то, о чем я должен с вами поговорить, — сказал Крюкохват с поклоном.       — Гарри, почему бы тебе не взять Фреда с собой, а я пойду и проверю нашего встревоженного жениха, — предложил Джордж.       Гарри улыбнулся, когда Фред взял его за руку. Гоблины были сильными маленькими существами, но у них все еще были эмоции, как и у всех остальных.       — Спасибо, — сказал он Фреду. Повернувшись к гоблину, он кивнул головой.       — Итак, мистер Поттер, — сказал Крюкохват, ведя Гарри в отдельную комнату в задней части банка. — Поскольку вы выросли в мире магглов, я сомневаюсь, что вы много знаете о традициях волшебства?       — Нет, извините, — стыдливо признался Гарри.       Крюкохват презрительно усмехнулся. Наследник Поттеров никогда не должен был воспитываться отвратительными магглами. Насколько он понимал, ни один магический ребенок не должен воспитываться магглами. Они просто не понимали их или их потребностей.       — У чистокровных есть традиция передавать по наследству свадебные мантии. Мужчины в вашей семье носят одну и ту же мантию во время свадеб и церемоний единения уже более восьмисот лет. Хотите посмотреть?       — Да, пожалуйста, — тут же ответил Гарри. Он думал о покупке мантии, но у него не было достаточно денег. Было волнительно думать, что он сможет носить ту же мантию, что носили его предки.       — Я так и думал, ты так сделаешь, — улыбнулся Крюкохват. Он не улыбался многим волшебникам, но мальчик ему всегда нравился. Он был очень вежлив и уважителен. — Я забрал мантию сегодня утром и освежил ее.       Гарри почувствовал, как у него в горле образовался комок, когда гоблин раскрыл мантию. Подойдя к ней, протянул руку и нежно коснулся ее кончиками пальцев.       — Из чего она сделана? Она такая мягкая и течет, словно вода, когда я ее касаюсь.       —Лучший шелк акромантула, который мы смогли найти, — гордо сказал Крюкохват. — Если правильно за ним ухаживать, эта мантия прослужит до конца времен.       — Ее сделали гоблины? — удивленно спросил Гарри, все еще глядя на великолепную белоснежную мантию, отделанную золотом, с семейным гербом и девизом на спине. Увидев, как гоблин кивнул, Гарри ослепительно улыбнулся. — Я должен был знать. Она слишком красива, чтобы быть сделанной кем-то другим, кроме гоблинов. Жаль, что большинство людей не гордятся своей работой так, как это делаете вы.       Грудь Крюкохвата раздулась от гордости.       — На самом деле, это мой предок сделал эту мантию, — гордо заявил он.       — Тогда я благодарю вас, — улыбнулся Гарри. — Это действительно великолепное изделие, и я был бы удостоен чести надеть его в день своей свадьбы. А мой отец… Мой папа надевал ее, когда женился на моей маме?       — Да, — тихо ответил Грипхук. — Все мужчины из Рода Поттер надевали эту мантию в день своей свадьбы с тех пор, как она была сделана.       Гарри даже не пытался скрыть слезы. Он не мог поверить, что собирается надеть ту же мантию, в которой его отец женился на его матери. Это немного утешало его и заставляло чувствовать себя ближе к своим родителям.       Сердце Фреда разрывалось из-за его младшего брата. Ему не нужно было быть эмпатом, чтобы чувствовать его боль. Это было ясно видно по его лицу.       — Они гордятся тобой, — сказал он, обнимая Гарри сзади. — Ты побывал в аду и вернулся, но ты все еще самый добрый и любящий человек. Они наблюдают за тобой, улыбаясь тебе и Седрику.       Плача сильнее, Гарри повернулся и уткнулся лицом в шею Фреда.       — Я бы так хотел, чтобы они были здесь! Я бы хотел, чтобы они встретились с Седриком…       Фред начал гладить Гарри по спине и нежно раскачиваться взад и вперед.       — Они здесь, Гарри, в твоем сердце. Ты волшебник, ты знаешь, что смерть — это не конец. Они следят за тобой.       Фыркнув, Гарри отступил от Фреда, потирая заплаканное лицо.       — Не знаю, должно ли это меня утешить или напугать до чертиков. Надеюсь, они не смотрели на прошлой неделе, когда мы с Седриком…       Смеясь, Фред зажал Гарри рот рукой.       — Обычно я люблю слушать все эти пикантные подробности, но, по-моему, нам предстоит свадьба. К тому же, я уверен, что Крюкохват не хочет слышать о твоей сексуальной жизни.       Задыхаясь, Гарри в ужасе посмотрел на гоблина. На минуту он забыл, где находится.       — Простите, сэр, я не хотел быть грубым.       Крюкохват удивился самому себе, когда начал громко смеяться. Ему очень, очень понравился маленький волшебник.       — Наследник Поттер, я хотел бы сделать вам подарок.       — Подарок? — немного нервно спросил Гарри. Гоблины не славились тем, что дарят подарки.       — Да, — сказал Крюкохват, вновь усмехнувшись, когда мальчик посмотрел на него в шоке. — Признаюсь, я собирался предложить продать его тебе, но ты заставил меня рассмеяться, а это очень, очень редко. К слову, ты первый человек, который смог это сделать. — Открыв ящик стола, он протянул ему небольшой красный флакон.       Гарри взял флакон и с любопытством посмотрел на него.       — Боюсь, я не очень хорош в зельях.       — Можешь сказать это еще раз, — хихикнул Фред.       — Это зелье для коррекции зрения, наследник Поттер. — объяснил Крюкохват. — Оно даст тебе идеальное зрение.       — Надолго ли? — взволнованно спросил Гарри.       — Пока ты не умрешь, — хихикнул гоблин.       — Правда? — воскликнул Гарри, уже откручивая крышку. — Я и не знал, что такое зелье существует.       — Гарри, сколько детей в школе, точнее, чистокровных, ты видишь в очках? — спросил Фред.       — Э-э, я не уверен. Я никогда не обращал внимания. Дамблдор носит очки, как и профессор МакГонагалл иногда. Мой отец тоже носил очки.       — Я точно знаю, что твоему отцу очки не нужны, — проговорил Крюкохват. — Твои дедушки и бабушки дали ему зелье, когда ему было пять лет. Что касается Дамблдора и МакГонагалл, у них было идеальное зрение в молодости, но с возрастом их зрение ухудшилось. Зелье нельзя принимать после двадцати одного года.       — Почему тогда мой отец носил очки в школе?       — Если я правильно помню, твой отец говорил мне, что они делают его умнее, сексуальнее и загадочнее, — сказал Крюкохват с нежной улыбкой.       — Это похоже на него, — задумчиво сказал Гарри. — Долго ли ждать проявления эффекта? Думаю, я заставил Седрика ждать.       Крюкохват покачал головой, отрицая.       — Меньше минуты, а жжение длится всего несколько секунд.       — Спасибо, Крюкохват, — сказал Гарри, опрокидывая зелье себе в горло.

***

      — Он там?       Закатив глаза, Фред заглянул в комнату, подготовленную для церемонии.       — Нет, но, представляешь, Драко Малфой там, и он не может дождаться, чтобы заняться с тобой сексом всю ночь напролет.       — Заткнись! — Гарри хихикнул, сильно шлепнув Фреда по плечу. — Я нормально выгляжу?       — Потрясающе, — честно ответил Фред. — Мантия и твои глаза… Отвечаю, сердце Седрика перестанет биться, когда он увидит тебя.       Гарри никогда не осознавал, насколько на самом деле плохо у него было зрение, пока он не принял зелье. Теперь все было четким, ясным и ярким… Он не мог дождаться, когда увидит Седрика с исправленным зрением. Как бы он ни был взволнован своим идеальным зрением, он не мог заставить себя выбросить свои старые очки, хотя изначально они были не тем рецептом. Сироту, который никогда не знал своих родителей, очки заставили почувствовать связь с отцом. Его отец носил очки, он носил очки, это делало его ближе к человеку, о котором он мог только мечтать. Он был рад, когда Фред и Крюкохват поняли его желание сохранить очки, хотя они ему больше не нужны. Крюкохват даже был настолько добр, что сделал линзы, чтобы он мог прекрасно видеть через них. Теперь они были просто обычным стеклом, но это много значило для него. Таким образом, когда он чувствовал себя грустным и скучал по родителям, он мог надеть очки и снова почувствовать эту связь с отцом.       Взявшись за руку Гарри, Фред выжидающе посмотрел на него.       — Неужели ты, Фред Уизли, отдаешь меня? — радостно спросил Гарри.       — Заставляешь меня пожалеть об этом еще больше, — сказал Фред с фальшивой улыбкой, его сердце болезненно сжалось. — Но если я должен отдать тебя Седрику, то я, так уж и быть, это сделаю.       Сияя, Гарри застенчиво поцеловал Фреда в щеку.       — Ты обязан! — ухмыльнулся он, не понимая, что Фред не шутил.       — Тогда давай сделаем это, — тяжело вздохнул Фред.       Кивнув, Крюкохват распахнул дверь в церемониальный зал Григоттса и отступил в сторону для пары. Он тоже был свидетелем бракосочетания.       Сглотнув, Седрик почувствовал, как его колени подогнулись, когда он впервые увидел своего будущего мужа. Он всегда считал Гарри красивым, но теперь тот выглядел так ангельски, захватывающе, увлекательно, ошеломляюще… и миллион других вещей, о которых он не мог думать прямо сейчас, потому что его мозг почти отключился, как только он увидел свою вторую половинку.       Гарри было трудно дышать. Взгляд, который бросил на него Седрик, был не похож ни на один взгляд, который он когда-либо видел от него раньше. Это был хороший знак?       — Я думаю, твоя красота парализовала твоего будущего мужа, — хихикнул Фред, прошептав это на ухо Гарри.       Присмотревшись, Гарри увидел, что Седрик действительно оценил его внешность. Покраснев, он крепче сжал руку Фреда в своей и позволил ему вести себя к любви всей его жизни.

***

      — Я думал, мое сердце взорвется, когда я увидел тебя стоящим там, ожидающим, чтобы пройти по проходу. Пройти ко мне.       Гарри протянул руку и медленно начал расстегивать рубашку мужа.       — Сначала я подумал, что тебе не нравится мой новый образ, но Фред быстро меня успокоил.       — Кто? — спросил Седрик, лаская нежное лицо своего супруга. Ему нравилось, что теперь он мог смотреть в очаровательные глаза Гарри и ему не мешали его очки.       — Фред Уизли, — сказал Гарри, скривив лицо в замешательстве.       — Он был там? — ухмыльнулся Седрик. — Я не видел. Я смотрел только на тебя.       Застонав, Гарри откинул голову назад, когда Седрик отпустил резинку на его волосах.       — Ты всегда знаешь, что сказать.       — Это только потому, что я говорю правду, — подмигнул Седрик. Облизав губы, он вцепился в открытую шею Гарри и начал целовать, посасывать и кусать. Это было сногсшибательно… Гарри Поттер теперь был его мужем. Они просто не поженились, они провели духовную связь. Один из самых редких ритуалов связывания, которые были. Это было невероятно редко, потому что только истинные родственные души могли успешно завершить ритуал, а таких было очень мало. Теперь ничто и никто не могли разлучить их… даже его родители, министр магии или великий Альбус Дамблдор.       Черт, из-за связи им придется вступать в физический контакт друг с другом каждый день. Это означало, что следующей осенью, даже если он закончит учебу, ему придется жить с Гарри в Хогвартсе, или Гарри придется каждую ночь покидать территорию школы, чтобы вернуться к нему домой. Гарри принадлежал ему, а он принадлежал Гарри.       Гарри позволил мужу отвести его в их постель. Это было не самое романтичное место, но провести их ночь в Дырявом котле было лучше, чем ничего. Честно говоря, ему было все равно, где они находятся. Его волновало только то, что он будет с Седриком.

***

      Гарри в порыве гнева бросил палочку. Вздохнув, когда он почувствовал, как сильные руки обвили его сзади, он закрыл глаза и растаял в любящих объятиях мужа. Они были в браке уже почти шесть месяцев, и если бы не этот чертов турнир и его эмпатия, эти последние шесть месяцев были бы потрясающими.       — В чем дело, любимый? — тихо прошептал Седрик ему на ухо. — Ты ведешь себя странно уже пару недель.       Гарри повернулся, обнял Седрика за талию и уткнулся лицом ему в грудь. Иногда ему было достаточно просто вдохнуть его запах, чтобы успокоиться.       — Не знаю, Сед, — вздохнул он. — Моя магия в последнее время ведет себя странно. Некоторые заклинания не получаются от слова совсем, некоторые слишком сильны, а некоторые я даже не могу контролировать. Последнее задание всего через два дня, не самое лучшее время, чтобы обнаружить проблемы с магией.       Седрик обеспокоенно наморщил лоб.       — Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он, целуя Гарри в макушку. Ему нравилось, что он был на добрую голову выше своего мужа.       — Да, я в порядке. Ну, у меня было несколько приступов головокружения, но ничего серьезного. Я плохо спал, мне снились кошмары из-за приближения последнего задания. У меня просто есть предчувствие, что произойдет что-то ужасное. Хотел бы я, чтобы мы могли просто сбежать… Подальше от Хогвартса и от этого дурацкого турнира.       — Я тоже хотел бы этого, любимый, — грустно согласился Седрик. — На счет плохого предчувствия по поводу последнего задания, я согласен. Держись рядом со мной, понял? Что бы ни случилось, мы будем держаться вместе.       Гарри кивнул, затем встал на цыпочки, чтобы поцеловать мужа.       — Мне все равно, победим мы или нет, я просто хочу, чтобы мы закончили все живыми и целыми. Эти задания глупые. — улыбнувшись, он снова поцеловал мужа.       Седрик наклонился к поцелую, очерчивая внутреннюю часть рта своего возлюбленного. Со стоном он неохотно отстранился.       — Перестань пытаться отвлечь меня, нахаленок. Ты был в больничном крыле? Мадам Помфри знает о твоей шаткой магии и головокружительных заклинаниях?       — Нет, — Гарри поморщился. — Ты же знаешь, как я ненавижу туда ходить.       — Как ты собираешься стать целителем, если так сильно ненавидишь больницу? — пошутил Седрик, ласково улыбаясь своему очаровательному мужу.       — Не знаю, — пожал плечами Гарри.       — Ты пробовал сам себя диагностировать? Я знаю, что ты читаешь о целебных чарах и заклинаниях, — спросил Седрик. Последние пару месяцев его молодой муж одержимо читал все медицинские книги в школьной библиотеке, которые мог достать.       — Я думал об этом, но, честно говоря, сейчас я не доверяю своей магии. С моей удачей я, наверное, взорву себя или отращу себе дополнительные уши, — Гарри пошутил, вспоминая все те случаи, когда Симус сжигал ему брови.       — Если ты знаешь диагностическое заклинание, ты можешь научить меня ему, и я тебя проверю. Пожалуйста, любимый, я не смогу сосредоточиться на чем-то, зная, что с тобой что-то не так.       Позволив своему партнеру поднять себя и усадить на высокий стол в Выручай-комнате, Гарри научил Седрика заклинанию и правильным движениям палочки. Эта комната стала его самым любимым местом в Хогвартсе. Здесь Седрик заземлил его, здесь он влюбился в него и где они оба потеряли девственность.       Седрик практиковал заклинание в течение пятнадцати минут, прежде чем набрался смелости опробовать его на Гарри. Сделав глубокий вдох, он взмахнул палочкой и четко произнес правильное заклинание. Сделав шаг назад, он поднял брови, когда живот Гарри начал светиться.       — Гарри, что это значит? Ничего плохого, правда?       Гарри не мог не рассмеяться.       — Попробуй еще раз, Сед, что-то пошло не так. Ты, должно быть, сказал что-то не то или неправильно взмахнул палочкой.       Седрик снова прокрутил заклинание в голове, прежде чем попробовать его на Гарри. Свет снова появился над животом Гарри.       — Гарри, я не думаю, что делаю что-то не так.       — Но это невозможно, — нахмурился Гарри. — Невозможно же?..       — Гарри, что не так? — взмолился Седрик. — Пожалуйста, ответь, ты начинаешь меня пугать.       — Если бы я был девочкой, то этот свет означал бы, что я беременный. Но я парень, так что это никак не может быть правильным. Парни не могут забеременеть, — нервно сказал Гарри. Он прочитал много медицинских книг, и ни в одной из них не упоминалось о том, что волшебники мужского пола могут забеременеть.       Седрик доковылял до стула и рухнул. Дрожащей рукой он провел пальцами по волосам. После минутного раздумья он посмотрел на мужа с широкой глупой улыбкой.       — Гарри, — тихо сказал он. — Обычно волшебники не могут забеременеть, но мы родственные души. Я думал, что это просто старая сказка, но говорят, что если родственные души достаточно сильны, то волшебник может зачать ребенка.       Гарри просто сидел и смотрел на мужа, как будто у него только что выросла вторая голова. Очень медленно он посмотрел на свой плоский живот и коснулся его дрожащей рукой. Неужели он действительно беременный? Неужели внутри него сейчас растет маленькая жизнь? Жизнь, которую они с Седриком создали из любви?       — Мерлин, Сед, — прошептал Гарри, широко раскрыв глаза и сияя. — У нас будет ребенок.       Седрик вскочил, подхватил мужа и закружил его. Очень нежно он опустил его обратно, затем положил руку ему на живот. Наклонившись, он приблизил свое лицо к животу мужа.       — Привет, малыш. Я твой папа. Я так рад, что ты есть, и мне уже не терпится познакомиться с тобой. Твой папочка и я будем баловать тебя до чертиков, — наклонившись, он поднял рубашку мужа и поцеловал плоский живот, который надежно приютил его ребенка.       Со слезами на глазах Гарри нежно провел пальцами по мягким волосам Седрика. Может ли его жизнь стать еще более идеальной? У него будет ребенок… Его собственная семья.

***

      — Бери кубок, Седрик, — выдохнул Гарри, с силой надавливая на окровавленную ногу. Он боялся, что яд акромантула отравит его ребенка. Он просто хотел, чтобы этот дурацкий турнир закончился, он чувствовал, что через несколько секунд потеряет сознание.       — Возьми ее, — сказал Седрик, с тоской глядя на чашу. Он отчаянно хотел, чтобы его отец гордился им, но больше беспокоился о своем муже и нерожденном ребенке. Гарри был ранен и нуждался в медицинской помощи. К черту победу и славу, он просто хотел, чтобы его партнер и еще нерожденный ребенок были в безопасности.       Перед глазами Гарри заплясали черные точки.       — Давай вместе, — слабо сказал он, протягивая сильно дрожащую руку и беря мужа за руку. — Вместе. Это все равно победа Хогвартса.       Седрик завладел губами Гарри в коротком, но страстном поцелуе. Он не знал, видит ли их кто-нибудь, но он больше не скрывался. Он хотел, чтобы весь мир знал, что удивительный Гарри Поттер — его законный супруг.       — Вместе, Гарри. Лучшей победы не может быть, — ухмыльнулся он. — На счет три. Один… два… три. Я люблю тебя, — сказал он, потянувшись к чашке в то же время, что и его муж.