Часть 2

      На удивление быстро пролетела следующая неделя. Незуко миновала поездка с классом за город, Шинобу на удивление быстро согласилась с тем, что у девушки слабое здоровье для таких поездок. К своему великому удивлению она ещё и успела получить четыре в теме по ненавистной ей физике. И, совсем сказочное, во что Незуко упорно отказывалась верить, — в четверти ей поставили три по физкультуре. Стоит сказать, что если спросить у девушки имя и фамилию учителя физкультуры — она задумывалась, и в девяти из десяти случаев ничего не вспоминала. На этом дивном уроке она не появлялась весь семестр, всегда умудряясь найти разумное объяснение своему отсутствию.       Череда совпадений казалась бы и вовсе смехотворной, если бы Незуко удалось открутиться от дежурства по школе в свой заслуженный выходной, но тут судьба девушке не улыбнулась, и всю субботу та была вынуждена провести в школе, создавая видимость активной деятельности.       — Ну, мне не привыкать, — пожимала плечами Незуко, вспоминая, что «видимость деятельности» она создаёт в течение последних трех лет.       День проходил по старой отлаженной системе. Явившись в школу на установленное время, Незуко получила все необходимые инструкции от одного из учителей, и отправилась лениво прогуливаться по школе, до появления на горизонте каких-либо проблем. И проблемы себя явили. В лице привлекательного парня в чёрном костюме и с удивительно бледной кожей.       — Кого я вижу, — широко улыбнулся Санеми, глядя на поморщившуюся, словно от зубной боли, девушку. — Как поживаешь?       — Не жалуюсь, — Незуко спешно убрала в сумку наушники и сама предусмотрительно отодвинулась к другому краю подоконника. — За мной пока рано, сходите в живой уголок, там недавно канарейка померла.       Санеми рассмеялся, глядя на слегка дрожащую девушку.       — Что я такого плохого тебе сделал, что ты так меня боишься? Ты же всем на каждом углу твердишь, что ты не подвержена стереотипам и тебя раздражают все, кто, например, вызывающе красится только потому, что так модно в этом сезоне, разве я не прав?       — Но я этого не говорила… — Незуко спешно перебирала в голове варианты того, где он мог за ней подсмотреть. Картина выходила неутешительная. Везде. Учитывая его способность становиться невидимым даже для неё.       — Ты ведь так думала, — утвердительно проронил Санеми, изучая девушку взглядом.       Воспользовавшись наступившей тишиной, Незуко тоже не упустила возможности ещё раз внимательно рассмотреть своего собеседника.       Чёрный атласный пиджак, чёрная рубашка, чёрный же галстук. Ну, антураж смерти соблюден. Не хватает только капюшона и косы в руке, и можно было бы отправлять его на сбор пшеницы на окрестных полях. А что? Была бы ещё какая-то польза от этого парня. Незуко заметила, что на этот раз перчатка была на нём лишь одна. Что, вторую свистнули в метро, на подступах к школе? Забавно.       Девушка перевела взгляд на лицо собеседника, откровенно его разглядывая. Тонкие, плотно сжатые губы, которые в данный момент искривляла недобрая усмешка. Прямой нос, очень бледная кожа, словно сделанная из фарфора, холодные фиолетовые глаза и шрамы… — Незуко даже задумалась откуда у Смерти могут быть шрамы.       — Насмотрелась? — прервал Санеми её раздумья насмешливой репликой. — Ты когда-то занималась танцами?       — Балетом, — буркнула она, отведя взгляд в сторону. — Как вы догадались?       — Твоя осанка. Сидишь ровно, спина прямая как струна. И… — Санеми закусил губу, разглядывая девушку, — ты очень гибкая, я думаю. Хрупкая, изящная, только почему-то носишь рваные джинсы и жуешь жвачку. Выплюнь, омерзительно выглядит со стороны, — он поморщился.       Незуко же, колко отвечавшая всем учителям о том, что лучше жевать жвачку, чем страдать бесполезной фигнёй на уроке, послушно избавилась от неё. Правда, пришлось проглотить, с трудом сдержав кашель. В ответ она получила одобрительный кивок.       — Ты со всеми такая послушная, или мне повезло? — ухмыльнулся Смерть, приближаясь к девушке, тем самым, загоняя её в угол. Морально и физически. Она не знала, что ему отвечать, как с ним говорить. Да и позиция в углу подоконника в данный момент оказалась для неё не самой удачной.       — Лучше не приближайтесь, я не целуюсь с незнакомыми парнями, — выпалила девушка, из последних сил не отводя взгляда от Смерти.       — Правда? Когда-нибудь я поцелую тебя, не сомневайся, — протянул Санеми, прижимая девушку к стене. — Знаешь, почему? Есть такая загвоздка. Душа может сама покинуть тело и один из духов загробного мира сопроводит её к нам. Только вот, если я хочу лично забрать кого-то с собой, мне необходимо одарить этого человека… да, да, зря ты головой мотаешь как игрушка, — Смерть вздохнул, — верно, мне необходимо одарить человека поцелуем. Поцелуй Смерти, звучит красиво. Конечно, это далеко не обязательно, но с теми, кто видит меня, можно только так. Уж не обессудь, не моя же вина в том, что ты свалилась на мою голову со своей физкультурой…       — О чём вы? — да, из всего рассказа Санеми Незуко выделила лишь свою физкультуру.       — А ты думаешь, фортуна просто так тебе улыбается? Я сделал всё, чтобы ты осталась в гордом одиночестве на все выходные, — парень ухмыльнулся. — Не получи ты оценку по физкультуре, отрабатывала бы нормативы в выходные. Отправься ты в поездку с классом, была бы сейчас с ними. Не закрой ты физику, сейчас сидела бы над лабораторной. Так что я немного подсуетился, чтобы поговорить с тобой лично. На улице и дома ты одна не бываешь, пришлось изощряться.       — Зачем это вам? — Незуко сглотнула, всем телом вжимаясь в стену. Ей казалось, что она стала меньше, что постепенно впитывается в стену под испытующим взглядом Санеми.       — Ты единственная, с кем мне захотелось общаться из смертных. Ты не испугалась меня много лет назад, не боишься сейчас, хотя и дрожишь, но это из серии рефлексов. В духе того, что коленки дрожат, когда тебя прижимает к стенке симпатичный парень, да? — Санеми говорил непринуждённо, столь расслабленно, что Незуко хотелось в какой-то момент даже заплакать, но она сдерживалась. Как он мог говорить настолько спокойно в этой ситуации такие вещи. — Риторический вопрос, я его, пожалуй, опущу пока. Так вот, я хочу тебе кое-что сказать. И в данный момент мне плевать на твоё мнение, серьезно, я не привык с кем-то считаться но… — парень наклонился к ней, прошептав девушке на ухо. — Когда-нибудь, я подарю тебе свой поцелуй, тот, который не дарил ещё никому из смертных. Вот увидишь.       — Ч-что вам от меня нужно? — всхлипнула Незуко, с трудом сдерживая в себе желание, оттолкнуть от себя саму Смерть. — Так же нельзя… я же человек, я имею право жить!       — Я играю по своим правилам, — Санеми рассмеялся, на шаг отойдя от девушки. — Такая невинная и беззащитная. Ты заставила смерть возжелать тебя, — он улыбнулся. — Теперь я стану твоей тенью. Не оглядывайся, знай, я всегда рядом.

***

      — Эй, ты не хочешь вернуться на балет? — Санеми рассматривал старые фото в альбоме Незуко.       На карточке перед ним была юная, изящная девушка в светлой пачке, неуверенно позировавшая для постановочного фото в студии.       — Это такое занятие… — Незуко закусила губу. — Балет — это жизнь. Те, кто бросил, обычно не возвращаются. Профессиональному балету учатся с детства, тратят на это всю свою жизнь.       Со времени встречи девушки со Смертью в школе прошёл почти месяц. С тех пор Санеми почти каждый день появлялся в жизни Незуко. Оказалось, он очень любил разговаривать. Если вовремя заговорить ему зубы, иногда мог даже помочь отмазаться от школы и избежать наказания.       Смерти было интересно всё. Жизнь Незуко, её учеба, знакомые, проблемы, переживания, радости. Объяснял он это тем, что сам никогда не жил, и неожиданно резко заинтересовался людьми. А конкретнее, одним человеком. Всего одной смертной душой, которую он мог забрать в любую секунду.       Иногда он даже пугал этим Незуко, но быстро переходил на смех.       Когда над тобой смеётся Смерть — это страшно. Серьёзно.       — Почему вы никогда не едите? — внезапно поинтересовалась Незуко, глядя на Санеми, увлечённо листавшего её альбом с фотографиями.       Они сидели в парке. У Незуко несколько дней назад начались каникулы, а потому она имела возможность гулять и отдыхать. Хотя домашнее задание на каникулы и было дано, Санеми пообещал, что с этим не будет проблем, если она уделит всю неделю ему. Незуко увлеченно ела купленный по дороге в парк пирожок с мясом. Санеми же всю дорогу лишь задумчиво поглядывал на её сумку, ибо знал, что там скрыт его трофей за этот пирожок. Он давно хотел получить этот альбом с фотографиями.       — А ты хоть раз предлагала? — отозвался Смерть, делая недовольное лицо и отрываясь от альбома с фото. Он одарил девушку осуждающим взглядом.       Незуко удивлённо округлила глаза. Она не могла понять по выражению лица парня, он шутит или действительно зол на неё? Интересный момент был в том, что Санеми было несвойственно обижаться. Он никогда не обижался, но было у него два плохих состояния. Он мог быть зол, или быть в бешенстве. Ни первое, ни второе, благо, Незуко пока увидеть не посчастливилось. Было ещё третье плохое состояние, но с его слов, он не впадал в него ещё со средневековья, после эпидемии чумы в Европе.       — Ну, — Незуко слегка виновато отвела взгляд, придумывая себе оправдание.       Придвинувшись, Смерть мягко провёл рукой в атласной перчатке по щеке девушки и, обхватив пальцами её подбородок, заставил Незуко посмотреть ему в глаза.       — Ну, чего ты, не стесняйся меня, — он отрешённо улыбнулся, словно вновь задумавшись о чём-то своём. — Поделишься пирожком, м?       Незуко сглотнула, дрожащими руками протягивая Санеми половину пирожка.       — Не трясись ты так, — он рассмеялся. — В моих укусах не содержится трупный яд, гарантирую.       Он уверенно впился зубами в пирожок, откусив если не половину, то точно треть. Тщательно прожевав и, наслаждаясь взглядом удивлённой девушки, Санеми вскоре выдал свой вердикт:       — Ешь быстрее, а то он окончательно остынет.       — Вы специально пытаетесь меня смутить? — пискнула Незуко, отодвигаясь и забирая свой пирожок. Она обиженно откусила от него, старательно избегая смотреть на собеседника. Она физически ощущала на себе его испытующий взгляд. Сложно было игнорировать это. — Не смотрите на меня так…       — Я просто думаю, что мне сделать, — отозвался Санеми, вставая, и уже стоя, продолжив смотреть на смущённую девушку. — Показать тебе, что ты ошибаешься, или объяснить?       Незуко рассмеялась, убирая остатки пирожка в сумку и поднимая взгляд на Санеми. Она наивно полагала, что Смерть шутил с ней. Она не знала, что его улыбка не всегда означала только положительные эмоции.       — Лучше покажите, — хихикнув, улыбнулась она. — Я очень плохо воспринимаю на слух.       Хитро усмехаясь, Смерть присел около девушки, всё ещё неотрывно глядя на неё. Во взгляде его читалось немое «ну, ты сама напросилась», но Незуко не умела читать по глазам, а потому вовремя и не ретировалась. Санеми поманил её пальцем.       — Иди сюда, — одними губами прошептал он, словно приказывая. И у неё не было возможности ослушаться этого приказа. — Итак.       В следующую же секунду Незуко взвизгнула. Санеми резко придвинулся к ней, повалив её на лавочку и нависая над ней. Со стороны это выглядело бы как минимум странно, но на удивление, в парке не оказалось ни единого человека.       — Ты просила показать. Я не пытаюсь тебя смутить, — он улыбнулся, наслаждаясь выражением страха, на лице девушки. — Я смущаю, и мне нравится чувствовать своё превосходство над тобой ровно настолько, насколько тебе нравится ощущать себя жертвой, — Санеми наклонился, ещё сильнее приблизившись к лицу девушки.       Незуко на мгновение показалось, что она забыла, как дышать. Потом она поняла, что ей не показалось. Она не могла толком выдохнуть. Лишь глотала воздух, вдыхая аромат какого-то парфюма, которым всегда пользовался Санеми.       — … Я пугаю, — Смерть продолжал выдыхать слова почти в губы Незуко. — Подчиняю. Просто потому, что я могу, а ты позволяешь. И правильно делаешь. Если уж на то пошло, то ведь в нашем общении всегда веду я. Если ты выбрала такую позицию, будь добра, подчиняться.       Слегка отодвинувшись, и вновь наклоняясь к Незуко, Санеми продолжал улыбаться. Незуко была готова сейчас поцеловать его, это было слишком маняще. Безумно манящие губы, потемневшие глаза, этот запах, они сводили её с ума. А затем Смерть наклонился ещё ближе, уткнулся носом в её ключицу, окончательно выбивая Незуко из колеи, и вдохнул. Этот чарующий аромат шампуня с мятой и геля для душа с экстрактом какао. Санеми тоже ощущал подобие дурмана, но сдерживал себя всеми силами.       Казалось, что время остановилось в этот миг. Что это маленькое безумие длилось не час и не два, а весь вечер. На деле же, по прошествии нескольких томительных минут, Санеми отпустил девушку, отстраняясь от неё.       — Идём, тебе ещё готовиться к контрольным. Завалишь физику во второй раз — не буду выручать, — коротко бросил он, отвернувшись от Незуко и тяжело выдыхая.