Часть 30

      Утро было ясным, почти звенящим от света, с тем холодным оттенком, который делает всё вокруг резче, будто обнажает детали, к которым обычно не присматриваешься. Солнце уже уверенно заняло своё место на небе, отражаясь в стёклах машин, выхватывая из тени каждую линию, каждый силуэт, а воздух всё ещё сохранял ночную прохладу, заставляя плотнее запахнуть пальто.       Сабина вышла из здания, на секунду задержалась у ступенек, доставая телефон, чтобы проверить время, и уже собиралась двигаться дальше, когда взгляд зацепился за знакомую фигуру. Он стоял у машины. Ждал. Это было очевидно.       Кирилл заметил её сразу, будто и не отрывал взгляда от входа, и в этом мгновении что-то внутри неприятно сжалось — слишком много в этом было намерения, слишком мало случайности. — Услуги такси премиум-класса к вашим услугам, пожелания по поездке будут? — произнёс он с лёгкой усмешкой, делая шаг вперёд, как будто между ними не было всей этой паузы длиной в месяцы. Сабина не ответила. Просто прошла мимо. И именно в этот момент его голос изменился. Стал тише. Мягче. — Сабина… ну ты чего, — почти нежно произнёс он, догоняя её и перехватывая этот уходящий момент, будто не мог позволить ей просто исчезнуть из поля зрения. Она остановилась. Не сразу. Словно заставила себя. И только потом развернулась к нему. — У тебя есть девушка, — сказала она прямо, без подготовки, без попытки сгладить.       Он отмахнулся практически мгновенно, как будто это было чем-то незначительным, не стоящим даже полноценного обсуждения. — Мы просто тусили, ничего серьёзного там нет.       Эта лёгкость, с которой он это произнёс, задела сильнее, чем если бы он начал оправдываться. Сабина посмотрела на него внимательнее. Чуть дольше. И затем, не повышая голоса, задала вопрос: — А со мной тоже в прошлый раз было несерьёзно? Он замер. На секунду. Как будто не ожидал.       Но быстро собрался, шагнул ближе, сокращая расстояние, и, не давая ей снова отступить, обхватил её лицо ладонями — аккуратно, но уверенно, фиксируя, удерживая её взгляд. — Не надо так, — тихо сказал он, с той напряжённой искренностью, которая звучала опасно правдоподобно. — Ты знаешь, что это не так.       Он смотрел на неё слишком внимательно. Слишком близко. — Я хочу попробовать снова, — продолжил он, и в голосе появилась торопливость, будто он боялся, что не успеет договорить. — С тобой. Нормально, без всей этой фигни, я всё сделаю иначе, я… — он запнулся, раздражённо выдохнул, — просто будет по-другому, я тебе клянусь. Сабина не отвела взгляд. Но и не приблизилась. Она смотрела на него спокойно, почти отстранённо, и именно это спокойствие било сильнее любых слов. — Думаешь стоит пытаться снова? — сказала она медленно. — Мы уже пробовали, Кирилл. Он чуть сильнее сжал её лицо, будто отказываясь принять этот ответ. — Я абсолютно уверен, что стоит, Бин-Бин. На этот раз все будет иначе! — Настолько иначе, что сейчас ты поступаешь ровно так же, как и восемь месяцев назад, — добавила она. Сабина осторожно убрала его руки от своего лица. Не резко. Но окончательно. — Ты стоишь здесь и говоришь мне, что хочешь начать заново, — произнесла она ровно, — при этом даже не разобравшись с тем, что у тебя есть сейчас.       Она чуть склонила голову, будто давая ему возможность самому услышать, как это звучит со стороны. — Для тебя это всё так же просто, — продолжила она. — Там — «ничего серьёзного», здесь — «давай попробуем снова». А завтра что? Снова кивнем друг другу и разойдемся в разные стороны? Её голос стал тише. Но жёстче. — И ты правда думаешь, что в этот раз будет по-другому?       Кирилл не сделал попытки снова приблизиться. Он уже понял, что любое резкое движение сейчас только усугубит ситуацию, что её дистанция — не случайность и не каприз, а вполне осознанное решение, за которым стоит больше, чем просто упрямство. Но отступать он тоже не собирался, и это читалось в каждом напряжённом жесте, в том, как он стоял напротив неё, словно удерживая разговор хотя бы словами. — Я поговорю с ней, — сказал он быстрее, чем обычно, словно боялся, что если замедлится, она просто развернётся и уйдёт. — Сегодня же. Я всё решу, закрою этот вопрос, просто… не отталкивай меня сейчас, ладно?       Он смотрел на неё открыто, без попытки спрятаться за привычной усмешкой, и в этом взгляде было что-то непривычно уязвимое. — Я правда хочу это исправить, — добавил он тише. — Рядом с тобой мне спокойно. Рядом с тобой мир вокруг, рассыпающийся минутами ранее, замирает. Я дышать могу свободнее!       Сабина усмехнулась, но в этой усмешке не было ни лёгкости, ни тепла — только тихое, горькое понимание. — Спокойно? — переспросила она, чуть склонив голову, будто прислушиваясь к самому слову. — А не потому что любишь?       Вопрос повис между ними, не давая возможности его обойти или смазать. Кирилл замер. Не театрально, не нарочито — просто в какой-то момент стало очевидно, что дальше он не может продолжить так же уверенно, как начинал этот разговор, что нужное слово, простое и прямое, вдруг оказалось за пределами досягаемости, будто его нельзя произнести, не разрушив что-то внутри себя. — Сабин, я… — он всё же попытался, но голос уже не звучал так твёрдо, как несколько минут назад. — Ну вот видишь, — тихо произнесла она, и в голосе не было ни злости, ни обиды, только усталое понимание. — Ты выбираешь меня не потому что любишь… а потому что так легче. И спокойнее.       Слова легли между ними мягко, но точно. Без надрыва. И именно поэтому — больнее. Кирилл сжал челюсть, будто это задело сильнее, чем он ожидал, сделал шаг вперёд, но остановился, не доводя движение до конца, словно в последний момент понял, что сейчас нельзя просто сократить расстояние и решить всё привычным способом. — Это не так, — сказал он, но уже без прежней уверенности, больше как попытку удержать ситуацию, чем как факт.       Сабина покачала головой. Медленно. — Именно так это и выглядит, — ответила она, не повышая голоса. — И если ты сам сейчас не можешь сказать иначе… значит, я не ошибаюсь.       Он сделал шаг вперёд. Резко. Не давая ни ей, ни себе времени подумать. И поцеловал её. Не мягко, не осторожно, как позавчера, не оставляя пространства для раздумий, словно это был единственный способ хоть что-то донести, единственный язык, который у него сейчас остался, когда всё остальное подвело. В этом поцелуе было упрямство, почти отчаяние, попытка доказать, что он чувствует больше, чем может объяснить, что там, где он замолчал, на самом деле есть ответ.       Сабина на секунду растерялась. Это было слишком внезапно. Слишком… сбивающе. И, возможно, именно поэтому она не оттолкнула его сразу, позволив себе откликнуться — тихо, почти машинально, как будто это было воспоминание о том, что когда-то между ними уже было, а не решение здесь и сейчас. Но для неё это не было ответом. Не было доказательством. Не было тем, что он, возможно, вкладывал. Когда Кирилл отстранился, будто ожидая, что этим жестом всё уже сказано, что она поймёт, почувствует, примет — он встретился не с тем, на что рассчитывал.       Сабина смотрела на него спокойно, без того отклика, который он надеялся увидеть. Она медленно выдохнула, словно возвращая себе контроль, и сделала шаг назад, восстанавливая расстояние между ними. — Вот поэтому и нет, — сказала она тихо. — Почему? - прохрипел Кирилл.       Она покачала головой, уже не глядя на него так пристально. — Ты опять пытаешься заменить разговор чем-то другим, — ответила она. — Ты человек порывов. Для тебе совершать поступки, не думая о последствиях, это нормально, для меня — нет. Слова прозвучали ровно. И окончательно. Она не стала дожидаться ответа. Развернулась. И ушла. Оставляя его с тем, что он так и не смог сказать.