Глава 36. Спасти и наказать

Вскоре Энакин подошел совсем близко и опустился на траву, желая узнать, что же произошло. Хотя, главное уже знал - Асока была жива, но сила жизни в ней стремительно утекала, можно сказать, выходила из тела вместе с кровью, которая пропитала ее рубашку и залила траву рядом с ней. Тогрута лежала на животе и совсем не подавала признаков, что жива и слышит как Энакин зовет ее. Он не терял надежды, пытаясь добиться реакции, попробовал перевернуть на спину, но Асока безвольно обмякла, словно лишившись всех костей. Лицо ее из нежно-оранжевого стало мертвенно-серым. Глаза были чуть приоткрыты и под ресницами виднелись суженные почти по предела зрачки. Но хуже всего было то, что когда Скайуокер вновь попытался заглянуть в ее Силовое поле, чтобы понять серьезность ситуации, он увидел все более четко. Грубый кусок заточенного металла, что использовали для стрельбы по животным нелегальные охотники-браконьеры, до сих пор был внутри Асоки. Энакин видел как никогда отчетливо, как он прилетел ей навстречу и на большой скорости врезался ей под ребра. Видел как он с легкостью пробив тонкую ткань рубашки, прорвался через плоть, влетел между ребер, сломав одно из них, тараном ворвался в легкое, преодолевая барьеры мышц и сосудов и замер позади него, оставив вокруг себя много печальных разрушений. Но все же это могло не стать роковым, подобное вполне излечивалось если есть нужное медицинское оснащение. Но откуда оно в этом поселке? И у самого Энакина, как назло, нет вообще ничего, даже одежды своей не осталось, чем он может помочь тогруте? Помочь так, как не успел помочь маме. Не успел, вот главное слово, сейчас успеть прежде всего. — Шпилька, прошу тебя, держись, я рядом с тобой, я не уйду, только и ты не уходи, — старался он говорить как можно бодрее, чтобы Асока слышала его голос на подсознании и удержалась за него. Скайуокер бережно поднял Асоку на руки и медленно пошел в сторону ее дома, при этом держа одну руку на ее лбу, чтобы хоть так поддержать ее с помощью Силы, не давая жизни полностью уйти. К счастью, до дома Асоки было не очень далеко и тропинка была довольно ровной. Дорогой состояние тогруты не менялось, все так же оставалось бесчувственным, но она дышала, пускай тихо и почти незаметно. И кровь до сих пор продолжала течь, заливая тунику Скайуокера, как не старался Энакин сдержать ее поток. Занеся Асоку в дом, он бережно уложил ее на кровать, прямо поверх покрывала, ту самую, что служила им ночью ложем любви, но сейчас мужчина об этом и не вспомнил. Энакин вообще не думал ни о чем другом кроме того, что же сделать, чтобы Асока выжила. Он не был врачом и медицину знал по большей части теоретически. Только самый общий курс, что ему читали в бытность падаваном. Там говорилось в основном о травмах при крушении звездолетов, ранениях от бластеров и световых мечей, но про пулевые ничего. Видимо, считалось, что в обычное время джедаи с таким не столкнутся. И права, подобное оружие цивилизованные расы давно не применяли, считая его грубым и шумным да и просто устаревшим. Такое, должно быть, читали более углубленным курсом, который слушали будущие целители. Даже из опыта собственной жизни Энакин не припоминал ничего подходящего. Нет, он знал, что пулевым оружием до сих пор пользовались тускены и видел как те стреляли, но не больше того. Знал так же как обрабатывают раны, но только нанесенные энергетическим оружием. Чисто интуитивно знал, что кровь нужно останавливать, после обработать от инфекции и наложить повязку, это было общим для всех ран, но дальше? Вообще, прежде всего нужно вынуть из тела металлический патрон и как-то срастить разорванные ткани. В медкорпусе храма такое делали, называя операцией, но там было все нужное: технологии, медикаменты, высокая стерильность. А здесь? Нет, Энакин точно не справится один, но хоть что-то он должен был сделать. Руки действовали быстрее разума, пока Скайуокер думал, что делать, они буквально на автомате совершали все необходимое. Для начала Энакин расстегнул пуговицы рубашки Асоки и сняв ее, осторожно вытягивая из-под ее спины, внимательно рассмотрел открывшееся ранение. Оно представляло собой не слишком большое рваное отверстие слева, между третьим и четвертым ребром, оно выделялось на оранжевой коже темно-красным оттенком и кровью вокруг себя. Энакин принес с кухни миску с водой и взяв из шкафа в комнате полотенце, смочил его и принялся стирать кровавые разводы. Потом снова отправился на кухню и после недолгих поисков вернулся обратно с небольшой аптечкой, явно принесенной с корабля. Внутри было лишь самое необходимое: несколько ампул с анестетиком, небольшой шприцов, моток бинта, упаковка стерильных салфеток, флакон дезинфектора и тюбик с бактой. На первое время должно хватить, однако и этого мало. Но может в поселке есть если не свой медик, то кто-то знающий больше о медицине, чем сам Энакин и умеющий лучше лечить. Только вот, чтобы найти такого человека придется выйти из дома, оставив Асоку одну, когда в любой момент она может умереть без помощи. Однако и с собой тащить ее тоже нельзя, человека в таком состоянии опасно перемещать. Правда, у нее корабль есть, но там нет ни мед отсека, ни медицинского дроида. Можно было вызвать Люка, который возможно имел все это, но времени на эти разговоры и перелеты уйдет непозволительно много. А тут нельзя и секунды терять. Энакин начал вспоминать, что успел увидеть в поселке, медпункта явно не было, но был местный староста и его дом, вроде как, был на другом конце. Что ж, выбора нет, придется рискнуть и обратиться к нему. Только нужно идти очень быстро, бежать со всех ног. Энакин для начала как мог, прикрыл рану мокрым полотенцем, затем, взял покрывало со второй кровати и укрыл им Асоку, чтобы она не теряла тепло. Лишь после этого вышел и стремглав понесся в другой конец селения, моля Силу помочь ему, пусть будет так, чтобы староста был дома и не отказал в помощи Асоке. Тогда и он, Энакин, пообещает взамен никогда более не подводить Силу, не идти по кривой дороге, стараться быть лучше и не бросать Асоку, быть с ней рядом, что бы не случилось, ведь кроме нее у него никого не осталось из тех, кого он любит и кто, что еще важнее, любил его. Все мысли были только об этом, когда Скайуокер стучал в дверь дома старосты. Мольбы были услышаны и через пару секунд ему открыли. В проеме показался немолодой мужчина-тогрут в домашней зеленой накидке. Увидев взволнованного посетителя, он сам заметно встревожился и тут же спросил, что случилось, ведь по самому виду Скайуокера было и так понятно, что явился он не просто так. Энакин, как можно более внятно, стараясь одновременно не запинаться и не тратить впустую слова, рассказал о том, что произошло с Асокой и попросил помочь ей, если только это возможно. — Опять развелись браконьеры! Ну сколько можно! — всплеснул руками тогрут — Я сейчас же отряжу своих ребят в лес, возможно удастся их поймать, а с вами отправится моя жена, она - медик и умеет лечить многие заболевания и травмы, весь поселок обращается к ней, лучшее нее тут не найти. Мужчина не терял времени даром, в одно и то же время он набирал чей-то контакт по своему коммуникатору и помогал жене собирать медикаменты, объяснять ничего не пришлось, та все прекрасно слышала из ближайшей комнаты. Это оказалась невысокая тогрута чуть моложе супруга, с добрым и приятным лицом. Ее кожа имела чуть розоватый оттенок, а полоски на лекку и монтраллах были фиолетовые. Она была одета в платье схожего тона, свободное и удобное. Едва взглянув на встревоженного Скайуокера, она слегка улыбнулась и протянув руку, чуть загрубевшую от тяжелой работы, коснулась его плеча. — Не изводите себя, этим вы не поможете своей подруге, — сказала она мягко — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сохранить ей жизнь. Мне уже не раз приходилось оперировать, поэтому я знаю, что следует делать, увы, в наших лесах время от времени возникают случаи незаконной охоты. Женщина продолжала говорить, одновременно выходя из дома и следуя за Энакином. Шли они быстро, но она успела сказать, что ее зовут Кирана, а старосту и ее мужа Бартемис, что они с рождения живут в поселке и местные выбрали их главными тут. Скайуокер слушал ее краем уха, назвав только собственное имя и Асоки. Сам староста уже собирал по всему селению отряд добровольцев, чтобы вместе с ними отправиться в лес и найти нелегалов. Энакин слышал его отрывистые приказы и ответные выкрики молодых парней-тогрутов и мужчин средних лет. Здесь явственно было видно, что чужого горя и личных проблем в этом поселке не бывает, все и всегда поддерживают друг друга и с готовностью приходят на помощь. Как жаль, что в Ордене джедаев такого не встретишь, что отметил Скайуокер с горечью, открывая дверь дома Асоки, в надежде, что она успеет дождаться помощи.