Часть 12

— Открывай, бабка еврейская! — кричал Андрей, почти пытаясь выломать дверь в знакомую квартиру. В ту, где они часто уединялись под просмотр какой-то тупой мелодрамы. Или за стаканчиком хорошего коньяка. В ту, где их никто и никогда не беспокоил. Квартиру, что была своеобразной крепостью. Квартиру, что принадлежала Ване. — Андрей! Может хватит ломать мне дверь?! Не ты мне ее покупал, не ты мне ее устанавливал! — явно возмущенно произнёс Купитман, открыв входную дверь. С мокрых волос ещë капала вода на плечи, укутанные меховым халатом. Да и запах лавандового шампуня прямым текстом оповещал Быкова от чего он отвлëк своего седого пуделя. — А не надо в ванной прохлаждаться, когда к тебе важные люди приходят, — огрызнулся Андрей, сложив руки на груди. Он пытался смотреть на венеролога грузно, однако… Весь этот его домашний вид, как тогда в универе, просто сводил с ума. Ну как можно злиться? Особенно от приятного чувства ностальгии, когда он ещë был заядлым рокером-бунтарем, а Ваня… Он, кажется, за это время ничуть не изменился. Разве что обзавëлся парочкой седых прядей. — Ты то важный, Андрюшенька? — Натанович осмотрел друга с иронией, всë ещë держа одну руку на дверном косяке, а второй придерживая ручку, будто собираясь еë в любой момент захлопнуть. — А то. Или хотел видеть у своей двери благодарного тебе за рабочий день Лобанова, который так любезно рассматривал чужие гениталии вместо тебя? — проязвил Быков и без приглашения зашëл в квартиру. Он уже давно чувствовал себя здесь как дома. В какой-то степени это и был его второй дом, учтивая сколько времени он тут проводил. — А с чего это вы, о Ваше царское величество Быков, решили прекратить свой непонятно откуда взявшийся бойкот? — поинтересовался Купитман, закрыв входную дверь на замок, и последовал за Андреем. Быков уже успел расположиться на кожаном диване. — Повод был, — отмахнулся терапевт, нагло осматривая комнату. На столе никаких доказательств пьянки не было. Поднялся и прошëл на кухню. Заглянул в холодильник и в мусорку. — Чего это, реально не пил? — спросил он, в наглую достав из навесного шкафчика какую-то пачку, достав из неë пару печенек. — Андрюшенька, если ты собирался узнать, пил я или нет, тебе достаточно было спросить, а не лазить по моим полкам, — слегка обиженно ответил Иван, сложив руки на груди, наблюдая за тем, как Быков поглощал его печенье. — Кто ж тебя знает, бабка еврейская, соврешь ты или нет. Может ты из вредности выпил, знаешь же, что и мне хочется, — оставшееся печенье отправилось обратно на полку. — Я человек честный, в отличии от некоторых. — Ты-то честный? — Андрей резко повернулся к Купитману, с любопытством разглядывая его. — Да ты самая хитрая бабка, которую я только встречал! Купитман лишь покачал головой. — Так зачем пришëл? — спросил он, продолжая стоять и смотреть на Андрея. — Я же говорю – повод есть. Ты не пил? — на лице терапевта появилась самая наглая улыбочка, на которую он только был способен. — Андрей, ты же понимаешь, что уже поздно. А мы с тобой не подростки… — не успел Иван что-то ответить, как Андрей схватил его за руку и потянул в спальню. — Знаешь, Ваня, после рабочего дня с этими безмозглыми инфузориями, это единственный способ расслабиться, — проговорил Андрей, ещë более внимательно осматривая венеролога, не убирая руки. — Прости, да и не могу я долго обижаться. На это на лице Купитмана появилась довольная улыбка. В Андрее он никогда не сомневался. Да, ведет себя часто не подобающе. Да, нестабилен. Но кое в чëм он всë же стабилен – в своей любви к этой седой бабульке. Иван не стал дожидаться продолжения, а молча приобнял Быкова, потянувшись за поцелуем. К губам, в которых он нуждался. К губам, которые так манили его. — От ловелас старый, — усмехнулся Быков, будто специально растянув слово на букве "р". Взгляд его глаз скользил по венерологу, будто оценивая степень его наглости в этой ситуации. — В конец обнаглел! — и, не успел Купитман что-то ответить, Андрей сам наклонился и прижался к чужим губам, аккуратно просовывая язык в чужой рот. Скользил внутри, изучал. Не разрывая поцелуй Иван направил Андрея в сторону кровати. Пару шагов. Быков сел на кровать, руками собираясь проскользить от плеч ниже, но Купитман резко делает шаг назад, разрывая поцелуй. — Потерпи, Андрюшенька, — словно лис ухмыльнулся венеролог. Достав что-то из прикроватной тумбочки, и положив в карман халата. — Вот нужно было такой момент портить, морда еврейская, — пробубнил Быков и лег на кровать. Эта кровать ему нравилась. Она была просто идеальной. — Ты никогда не выделялся терпением, — ухмыльнулся Иван, стоя возле кровати глядя на Андрея. Стоял, будто они пару мгновений не целовались. — Давай, Андрюшенька, двигайся дальше, — Ваня взмахнул рукой, намекая на выполнение просьбы. Или скорее приказа… — Чë это? — с легким недоверием спросил Андрей. Он знал о том, что в постели Иван любил покомандовать, но не всегда получал такую возможность. — Андрей, — Ваня сложил руки на груди, требовательно смотря на терапевта. Точно также сам Быков смотрит обычно на своих интернов, когда хочет добиться от них хоть какого-то толка. — Твоя взяла! — возмутился Быков, все же придвинувшись чуть ближе к спинке кровати. — Но только из-за того, что… — Я знаю, Андрюша, заткнись уже, — Иван тут же сам залез на кровать и на четвереньках подполз к Андрею. Да, после того, как Андрей решил выбрать Анастасию, Ваня, так сказать, ушëл в тень, и они оба на время забыли про свои отношения. Было ли Купитману тогда обидно? Очень! Учитывая, что всë это время Андрей будто дразнился. Издевался, в своей любимой манере. Да и постоянно про неë рассказывал, напоминал. Ещë и условие поставил, после расставания с Настей: не пьëшь и можем переспать. Придурок картавый. Знает же, что Ваня всë ещë его любит. Со сколькими девушками не встречался, чтобы отвлечься, все равно думает об этом врачебном тиране. А раз уж он сам явился… — И что ты удумал уже? — ухмыльнулся Быков, но улыбка тут же исчезла с его лица, как Купитман в одно ловкое движение, прицепил его руки к спинке резной кровати, — О как! — Это меньшее, что я могу сделать, после твоих издевательств, Андрюшенька, — ухмыльнулся Иван и клюнул Андрея к нос. — Извращенец старый, — почти прокряхтел Быков. Пару раз дернул руками, удостоверившись, что ему не выбраться. Почти во власти. Почти. Руки купитмана медленно скользили по телу Андрея, издёвкой скользя под футболку. Немного подумав, он уселся верхом, гладя прямо в глаза. Будто гордился своим положением. — Чего это гордый такой? Думаешь отомстил? — проговорил Андрей, изучая Купитмана. Раньше он очень редко выбирал такую позицию. Может Андрей его настолько разозлил? — Всему своë время, Андрюшенька, — нежные поцелуи начали осыпать белоснежную шею Андрея. Молодец, что кожаную куртку додумался в коридоре снять. Каждый поцелуй оставлял на шее алый след, который утром Андрею придётся скрывать. Настя то всë равно что-то подозревает. Может это из-за неë Люба и прознала? — Это ты у нас ждать привык! — как бы Быков не возмущался, но голову всë же запрокинул, будто предоставляя себя. — И ты привыкнешь, — Ваня пару раз похлопал друга по щеке и медленно поднял край его футболки. Немного полюбовался. Наклонился и продолжил зацеловывать. — Вот время идет, а ты, бабка еврейская, всë никак не перестаёшь, — отвернул голову Андрей, делая вид, что то, что делает его друг с телом, ему совершенно не нравится. Не нравятся аккуратные прикосновения, нежные поцелуи… Только, как бы он ни старался, тело отзывалось. И Купитман это явно чувствовал, ведь с каждым мгновением его улыбка становилась всë более довольной. Алые отметины на теле Быкова, будто говорящие, кому именно он принадлежит, медленно спускались ниже, к джинсам. Но даже так Ивану было отлично видно, что Андрей уже возбуждён. Всё-таки не хватало… — Как мало тебе нужно, — самозабвенно произнес Купитман, расстёгивая чужой ремень. Движения уверенные, будто и не было в их отношениях "паузы". Андрей лишь цокнул, закатив глаза, а после перевел взгляд на Ивана. Его не могло не завораживать как венеролог разбирался с его штанами, как стягивал их полностью, вместе с носками. Будто нечаянно касаясь пальцами его голых ног. — Я тут состарюсь к тому моменту, как ты начнëшь, — надоедливо сказал Андрей, продолжая жадно наблюдать за каждым движением венеролога. Этого ему не хватало. — Думаю, тебе стоит помолчать, — серьезно произнес Купитман и нижнее белье отправилось к снятым джинсам. Посмотрел на стоящий член. — Ты чего это, осмотр решил провести? — не сдержался от комментария Андрей. Именно такой взгляд он наблюдал у своего “больше-чем-просто-лучшего-друга” каждый раз, когда заходил в кабинет во время проведения осмотра. — Мне нужно удостовериться, — вполне серьезно ответил Иван Натанович, внимательно и со всех сторон изучая половой орган. — Что ты не подхватил какой-нибудь заразы, — его пальцы профессионально скользили по всей длине, удостовериваясь в том, что Андрей вполне здоров. — Я не подросток, я знаю что такое пре... — Эх, Андрюшенька, — прервал его Иван и строго посмотрел в глаза. Пожалуй до дрожи становится страшно, когда венеролог смотрит таким взглядом. Андрей неуверенно сглотнул и понял, что бежать уже поздно. — Издеваешься ты надо мной! Не успел Быков что-то ответить, как изо рта вырвался громкий стон. Он явно не ожидал, что Купитман резко проведет языком по головке, поудобнее расположившись между его ног. Язык умело скользил по головке, иногда спускаясь ниже. Рука схватила основание, делая небольшие поступательные движения. Андрей выгнулся в спине, чем вызвал смешок у Ивана, которые, как назло, продолжил медленнее. Язык начал спускаться вниз, обводя каждую вену, а рука заботливо перебирать яички. Всë это время Купитман прекрасно помнил, как именно Андрей любит. — Старый змей! — воскликнул Быков, желая прикоснуться. Прикоснуться к себе. Прикоснуться к нему. Завести руки в его седые кудри, задать темп… Но пока темп задавала только эта самая еврейская бабушка! Хотя язык не поворачивается это темпом назвать, скорее баловство. Хотя и это баловство доставляло Андрею удовольствие. Движения Купитмана стали чуть быстрее. Оказался во рту почти полностью. Не касаясь зубами. Изображал узоры языком. Одной рукой размассировал яички, второй заставил согнуть ноги в коленях. Андрей закинул их ему на плечи, незаметно стягивая с него халат. Андрей хотел выть от удовольствия, что он и делал. А ещë от того насколько умело издевался над ним Ваня. Быков даже попытался приподнять бедра, чтобы ускорить темп, но… Купитман резко выпустил член изо рта, с ожиданием посмотрев на Андрея. Быкова начинало трясти. Это вызывало улыбку. — Ты не можешь контролировать всë, — почти промурлыкал Иван, облизнув губы. Обдумал. Ещë раз осмотрел Андрея в одной футболке. На такое он готов смотреть вечно. — По крайней мере сейчас, — рука скользнула в карман, достав оттуда запакованный презерватив. В мгновение распаковал его. Натянул на член Андрея. Тот воодушевленно поднял взгляд, будто забыв, что Ваня над ним издевается. Как и свою злость. — Тебе придëтся подождать, — ответил Ваня, заметив изменения. О, такой шанс нельзя упускать. Особенно после всех его издевательств. Андрей же прекрасно знал, что Ваня всë это время его любил. Знал же, Ящер проклятый! От такого Андрей чуть не завыл. Ему хотелось всë и сразу. И желательно со свободными руками. Он уже успел пожалеть, что когда-то выбрал Настю, однако… Из другого кармана Купитман достал тюбик со смазкой. Стянул с себя свой халат и с легким пренебрежением кинул его на пол к вещам Быкова. Выдавил немного на свои пальцы и просунул внутрь. Аккуратно, врач всё-таки. Продолжая медленно просовывать пальцы внутрь себя свободной рукой прикрыл лицо, то ли чтобы не видеть наглой рожи Быкова, то ли… — Ой да не смущайся ты как дественица! — возмутился Андрей. Ему хотелось видеть лицо Вани. Каждую частицу. Всë, до мельчайших подробностей. — Если ты не заткнëшься, то я оденусь и уйду, — Купитман резко убрал руку с лица и гневно посмотрел на друга. Вот знаешь же, тварь, что в такие моменты Ваня ненавидит, когда Андрей что-то говорит! Особенно, когда начинает подкалывать… Быков все же замолчал с любопытством наблюдая за тем, как лицо Купитмана начинало меняться, когда он просовывал в себя пальцы с большим энтузиазмом. Всё-таки Ваня знал, как заткнуть этого наглого Ящера. И Андрей знал, что Ваня это знает и всегда этим пользуется. Еврей всё-таки. — Раньше, ты это делал быстрее, — пробубнил Быков, продолжая с голодным любопытством наблюдать за Купитманом. За каждым изменением на его лице. На лице, когда было видно почти все. Пожалуй, эта небольшая мелочь тоже нравилась Андрею в Иване. Только он об этом ему никогда не скажет. — Раньше, Андрюшенька, и ты был… — Купитман явно собирался придумать ответное оскорбление. Но ему сейчас явно было не до этого. Он, удостоверившись, что растяжки достаточно, снова уселся на чужие бедра. Будто специально задев чужой стоящий член. — Вот видишь, Купа, я всегда идеален… — только хотел договорить Андрей, как из горла вырвался стон. Ваня умело направил его член в себя, слегка насадившись. Садился он достаточно медленно, будто по новой привыкая к чужому размеру. Своя эрекция уже начинала ныть от того, что всë внимание было приковано Быкову. Даже иронично. Андрей дернул руками, явно надеясь, что у него получится вырваться. Хотелось притронутся. Прикоснуться. Задать темп. Даже, если он и понимал, что с самого начала Ваня ему это делать запретил. Потом – пожалуйста. Даже с самого начала их отношений, как бы неловко ему тогда не было, он поставил условие, что с самого начала, если он всë же будет снизу, первые разы он насаживать будет сам, спокойно и аккуратно. — Ты все спланировал! — резко выкрикнул Андрей, на мгновение погрузившись в воспоминания. — Ты уже тогда знал, чтобы в нужный момент надо мной поиздеваться! — "Поиздеваться", Андрюшенька, это всë-таки, по твоей части, — спокойно ответил Ваня, сев полностью. Внутри отдавало приятным растяжением и легкой болью. Пожалуй, этого даже не хватало. Этой тупой боли. Обычно же Андрей предпочитает моральную боль. — Сейчас вижу, бабка еврейская, что ты быстро учишься, — проговорил Андрей, закатив глаза. Ему этого тоже не хватало. Этого приятного тепла вокруг члена. Даже слегка узкого. Ваня лишь закатил глаза и медленно поднялся, уперевшись руками в грудь Быкова. Также медленно опустился и тихо простонал. Каждый вздох, каждый стон Купитмана был для ушей Андрея просто мëдом. Как долго он этого не слышал? С тех пор, как решил, что ему лучше с Настей? Возможно. А может и до этого, учитывая их споры на этой почве… Тем временем руки Ивана скользили по телу Андрея, будто специально затрагивая затвердевшие соски, заставляя Быкова выгнуться и тихо простонать. — Боже, Ваня, — прохрипел Андрей, ещё раз дернув руками, явно намереваясь прижаться к телу своего друга. Потрогать, прижаться… Снова и снова. — Знаю, Андрюшенька, — на выдохе ответил венеролог, опустившись полностью. На мгновение замер. Подождал, пока Быков поднимет свои голубые глаза на него. — Не хочешь поменяться? — ухмыльнулся Купитман и довольно резко поднялся, под недовольный вздох Андрея. И еще менее тихий бубнеж. Прекрасно знает ведь, если начнет возмущаться ещë сильнее, то Ваня и уйти может. Знаем. Проходили. Довольно плавным и почти интеллигентным движением, Ваня натянул презерватив на свой член, а после расположился между ног Андрея, который явно знал, что будет дальше, и прекрасно понимал, что сейчас лучшее, что он может сделать, это промолчать. Немного смазки и два пальца с характерным звуков просовываются внутрь, медленно растягивая. — Кажется, Андрюшенька, что ты тоже готовился к этому вечеру, — почти промурлыкал венеролог, проталкивая пальцы внутрь. Аккуратно, профессионально. Сам же наклонился у Быкову и нежно поцеловал его в губы, свободной рукой изображая на его груди замысловатые узоры. Медленно продвигался ещë один палец. Андрей, прикрыв глаза, глухо простонал в чужие губы, немного прикусывая их. Он прекрасно знал, что Ваня всë это делает специально. Специально медленно целует, специально медленно растягивает, будто таким образом пытается отомстить Быкову за всë то время, что он встречался с Настей. Рука с груди плавно опускается к члену. Начинает также медленно скользить по нему. Чуть усмехнувшись, Ваня всë же слегка ускоряется, продвигая пальцы глубже, растягивая больше. С этим нужно быть осторожным. И он это знает. Вернее, даже знает гораздо больше об этом, чем кто-либо другой. Андрей закатывает глаза и слегка выгибается на встречу движениям руки. Это вызывает у Купитмана милую улыбку. — Чего лыбишься? Может ускоришься? — всë же не сдержал язвительности Быков. Рука на члене тут же сжала чуть сильнее, опускаясь к яичками. Медленно скользя подушечками пальцев по тонкой коже. Андрей прикусил губу, оторвав голодный взгляд от венеролога. — Терпение, Андрюшенька, терпение, — любезно произнес Иван и плавно вынул пальцы. Посмотрел на Андрея то ли с любопытством, то ли со злорадством. Такой Быков бывает только для него. Подставил свой член, уже в достаточном количестве смазки, к анусу своего коллеги, неуверенно толкнулся. Глухой стон едва слышно вырвался из уст Андрея. Купитман усмехнулся. Двинулся ещё, давая привыкнуть. Ещë мгновение и полностью вставил, приподнимая чужие бедра, закинув ноги, себе на плечи. Ваня явно никуда не спешил, да и спешить ему особо было некуда, ведь всë, что ему нужно было, было перед ним. Вернее, под ним. Поэтому и темп он набирал достаточно не быстро, держа руки на бедрах Андрея. Его не сильно волновало, останутся там синяки или нет, но всë же надеялся, что нет. Из всего уважения к Андрею. Но всë равно держал достаточно сильно, почти направляя его на свой член. С каждым мгновением толчки становились все сильнее, вызывая у Андрея стоны всë громче. Это было прекрасно. Так считал Ваня, продолжая доводить своими действиями Андрея до предела, переместив одну руку с его бедра снова на член, двигая рукой в унисон члену внутри. Это заставляло Быкова кричать громче и выгибаться на встречу. Но то, что это было прекрасно, думал и Андрей. Хоть, и по своему. Ему нравилось лежать на мягком покрывале, ощущая касания Вани на своем теле и внутри. Единственное, пожалуй, что ему не нравилось, так это то, что сам он не мог прикоснуться к нему. Ладно к себе, но к нему? Желание прикоснуться, прижаться, провести рукой по этой мокрой от пота спине, груди… Но это не мешало Быкову всë же двигаться навстречу чужим рукам и члену. Первый кончил, спустя достаточно времени, Андрей. Возможно, из-за невероятных движений Купитмана рукой на его члене, а может и внутри, когда тому всë же удалось найти простату. А может и из-за того, что это то, чего так не хватало все это время. Андрей просто соскучился. Почувствовав, что тело Быкова содрогнулось и сжалось вокруг члена, Ваня спустя пару, довольно глубоких, толчков последовал примеру уже “явно-больше-чем-друга”. — Теперь может снимешь наручники? — поинтересовался Андрей, стараясь привести дыхание в норму, когда Ваня улёгся рядом, сняв уже использованные презервативы и кинув их куда-то на пол. На вопрос Купитман тихо засмеялся, повернувшись на спину. Его седые кудри рассыпались по подушке, а некоторые из прядей попали на лицо Андрея, вызывая у него легкий дискомфорт. — Это не смешно, — огрызнулся Андрей, сделав обиженное лицо, чем вызвал новую волну смеха у Вани. — Ой, Андрюшенька, — продолжая смеяться, произнёс Купитман, положив руку на грудь Андрея, слегка приподнимаясь. И дотянувшись до ключа на прикроватной тумбочке, всë же отстегнул руки. — Гад ты, Ваня, — произнëс Быков, потирая запястья. И только Купитман положил ключ, вместе с наручниками на тумбочку, как Андрей тут же прижался к нему, нагло поцеловав в губы, пробираясь руками туда, куда только мог дотянуться. В волосы, нежно перебираясь седые кудрявые пряди, скользил по шее, плечами, очерчивая их конторы, по животу, а после медленно поднимаясь вверх.

***

— Да я тебе говорю, бабка ты еврейская, что нелогично все это! Нелогично! Вот если бы… — продолжал свою дискуссию Андрей, когда они с Ваней только вышли из лифта, направляясь к посту Любы. — Андрюшенька, не обязательно искать логику там, где еë в помине быть не может. Здравствуйте, Любовь Михайловна, — кивнул старшей медсестре Иван Натанович. Андрей сделал тоже самое, явно намереваясь объяснить венерологу, что тот не прав. — А чего это вы опаздываете? Уже даже Глеб пришëл, — заметила Люба, с любопытством смотря на врачей. От еë взгляда не смогло скрыться, что оба они выглядели посвежевшими и явно довольными. — А Глеб со своим парнем расстался, вот и ходит грустный на работе отвлечься пытается, — проговорил Андрей Евгениевич, перебирая прибывшие истории болезни. Ничего особо интересного там не было, а значит всë можно было сплавить интернам, особенно Левину, а то что-то он слишком довольный в последнее время. — Да знаю, но Анастасия Константиновна просила это не обсуждать, — разочарованно произнесла Любовь Михайловна, на что Купитман лишь усмехнулся. — Кстати, Иван Натанович, вы не забыли, что я просила к вам на прием записать девушку Романенко? — А да, точно-точно, пускай подходит сегодня до обеда, у меня всë равно нет пациентов, — кивнул Ваня, заметив загадочный взгляд Быкова. Этот момент они обсудили ещë с самого утра. А значит должны были его реализовать. И заодно узнать, кто же всë-таки оказался прав в том, кто сверху. — Ты главное не переусердствуй с осмотром, а то тебя опять на молоденьких потянет, — усмехнулся Андрей, складывая истории болезни в аккуратную стопочку. — У меня уже есть, Андрюшенька, молоденькая, — с ноткой язвительности ответил Ваня и улыбнувшись старшей медсестре отправился к лифту. Андрей же пошëл на охоту за бедными интернами, явно не знающими чего ожидать от руководителя сегодня.

***

— Впрочем, всë просто и нет ничего необычного, — произнес Иван Натанович, снимая с рук резиновые перчатки и тут же отправляя их в мусорное ведро. — Обычное раздражение. Со временем пройдет, но лучше пропить таблетки, чтобы прошло быстрее, — усевшись за своей стол, Купитман начал быстро писать рецепт. — Вы же половой жизнью живёте? — Да, — неуверенно ответила девушка, начиная одеваться. На короткое мгновение ей показалось, что венеролог издевается над ней из-за этого вопроса. Потому что ей казалось, что не только венеролог, но и вся больница знает, что она встречается с сыном главврача. — Тогда в ближайшее время, чтобы парень тоже пришел на прием. Для вас нет ничего опасного, что нельзя сказать про парня, — серьëзным тоном произнес Купитман, отдавая уже одетой девушке рецепт. Врать ему не впервой, так что всë звучало достаточно убедительно. — Я ему передам, — кивнула Элеонора, сложив рецепт в сумочку. — Не “передам”, а чтобы он точно явился на прием в ближайшие дни, — произнес Купитман, сняв очки и положив их на стол, посмотрев на девушку своими карими глазами. Та кивнула и скрылась за дверью. На лице Вани играла довольная улыбка.