Глава 8. Ловец

Хаос в Вест-Индских доках достиг апогея. Воздух гудел, разрываемый ревом вампусов, шипящими разрядами магии, влажным хрустом костей и оглушительными взрывами. Гигантский ангар превратился в котлован для кровавой мясорубки, залитый липкой чёрной кровью и усеянный обугленными обломками. Смрад паленой плоти, гари и разложения висел плотным, удушающим одеялом. Барти Крауч-младший являлся эпицентром этого вихря разрушения. Его руки двигались с немыслимой скоростью, превращаясь в размытые пятна. Взмах — и невидимый режущий импульс рассекал пространство, отправляя головы и конечности вампусов лететь в разные стороны. Щелчок пальцев — сгусток ревущего белого пламени влетал в распахнутую пасть, вызывая микро-взрывы, разбрасывающие клочья плоти. Он наступал, уворачиваясь от атак со змеиной грацией; лицо светилось безумной радостью, а с губ не сходила широкая, кровожадная ухмылка. Воздух сотрясался от оглушительной симфонии боя: где-то выше, прорезая дым, проносилась на метле Джинни, её заклятия обрушивали на толпу град взрывных болтов. В отличие от методичного безумия Крауча, ярость Гарри Поттера выплескивалась наружу чистой, физической мощью. Магия била из него ключом, питаемая свирепой решимостью. Его кулаки, обернутые сжатым воздухом, проламывали хитиновые панцири и разбивали кости, каждый удар был точным и сокрушительным. Локоть, ребро ладони, колено — каждое движение было смертоносным оружием. Он парировал когтистые лапы предплечьями, ломая их с противным хрустом, и тут же контратаковал, вгоняя пальцы, сложенные «клювом», в глазницы или глотку. Обычные вампусы в этом балагане были пушечным мясом. Настоящую проблему составляли другие — те, что мелькали в толпе всё чаще: высокие, с нездоровым, пронзительным блеском в красных глазах. Они не бросались в лоб, а использовали укрытия, координировали атаки. Один отвлекал, швыряя в Рона обломок бетона, другой в это время пытался зайти с фланга к Джинни. Третий, прилипший к потолку, выжидал момент, чтобы спикировать на Драко. — Рон! Слева! — крикнул Гарри, вкладывая в удар локтя всю силу, чтобы размозжить череп «разумного», который с пугающей точностью целился в его рёбра. Рон взметнул руки. Мерцающие синие нити его магической сети сплелись перед группой тварей, пытавшихся зайти с фланга. Монстры врезались в них, и воздух наполнился влажным хрустом и чавканьем расчленяемой плоти. Лицо Рона было багровым от напряжения, рукава костюма изорваны в клочья, но он держал периметр у зловещей двери в подвал, не давая орде смять их полностью. Одной рукой он прикрывал себя, другой — сковывал движения вампусов липкими ловушками, давая другим секунду на решающий удар. Он постоянно оглядывался, отбивая атаки на увлекшуюся Джинни или на отступающего Драко, его внимание было разорвано на десяток точек одновременно. Один из «разумных» — массивный, с шрамами на хитиновой груди и неестественно осмысленным взглядом — выбрался из общей массы и оказался лицом к лицу с Гарри. Вампус не бросился сразу. Он изучал противника. В его глазах не было слепой ярости — лишь расчетливая, холодная жестокость. Зрачки сузились, как у кошки, следя за каждым движением. По спине Гарри пробежал ледяной холодок. — Чувство, будто он сейчас заговорит, — прошипел Гарри Рону через плечо, не сводя глаз с твари. — На чистом, блядь, английском. Что это за херня?! Едва эти слова сорвались с его губ, как рядом, разрезая воздух стремительным перемещением, возник Барти. Разорвав вампуса перед Гарри пополам режущим жестом, он оказался рядом с Драко, который только что с трудом отбился от двух атакующих и теперь стоял, тяжело дыша, прижимая руку к кровоточащему ребру. — Что, Малфой, — Барти бросил на него оценивающий взгляд, — эти дворняги тебя утомили? Блондин едва удерживал оборонительную стойку, его обычно безупречный вид окончательно превратился в подобие окровавленного полотна. Дыхание срывалось на хрип, а в глазах, помимо усталости, читалось откровенное раздражение — он явно был не в своей стихии. — Объясни-ка мне, мой мальчик! — рявкнул Барти, его голос перекрыл грохот боя. Он не смотрел на Драко, его взгляд сканировал толпу, руки продолжали сеять смерть. — Почему вы не подорвали всё это хозяйство к ебеням, как только поняли масштаб?! И как ты, с твоим сканированием, проморгал этих умненьких ублюдков?! Их тут десятки! Драко, отплевываясь от крови, попавшей в рот, ответил с трудом, его голос хрипел от усталости и ярости: — Уизли решил, что нужно сначала осмотреть подвал! Я докладывал о рисках, но он настоял на своём! Барти резко развернулся к нему. Его взгляд, полный леденящего презрения, на мгновение сковал Драко. — Это что за идиотские отговорки? — Барти парировал, отправляя сгусток пламени в морду вампусу, прыгнувшему на него сверху. Тот взорвался, осыпая их обоих обугленными клочьями. — Твоя работа — грамотная оценка угрозы и донесение её уровня до командира. Сто восемьдесят тварей — и ты не заметил разумных? Я нашёл их логово в вентиляционной шахте на втором уровне через пять минут после прибытия! Они там гнездились, как крысы! А ты прошелся мимо! Драко побледнел. Уязвленность и горечь смешались с усталостью. Он хотел что-то ответить, но… Из тени груды ящиков вынырнул ещё один «разумный». Необычно крупный, с длинными, похожими на сабли когтями. Он двигался невероятно быстро, используя замешательство Драко. Его когтистая лапа молниеносно впилась ему в горло, поднимая над землёй. Драко вскрикнул, захлебнувшись. Когти впились в шею, перекрывая дыхание. Мир поплыл перед глазами. Он бессильно затрепыхался, пытаясь высвободить магию, но паника, вид злобных, разумных глаз вампуса в сантиметре от его лица и нехватка воздуха парализовали волю. Воздух с шипением рассекся. Барти материализовался прямо за спиной твари. Его лицо исказила холодная ярость. Рука — уже в рубящем жесте. — Только я могу наказывать своих детишек, — прошипел он. Невидимый клинок «Диффиндо» сверкнул в полумраке. Когтистая рука вампуса по локоть отделилась от тела с мокрым чавкающим звуком. Чёрная кровь хлынула фонтаном. Монстр взревел от неожиданной боли. Прежде чем он успел среагировать, Барти нанёс второй удар — горизонтальный, на уровне шеи. Голова вампуса покатилась по полу, его тело рухнуло, всё ещё сжимая отрубленную конечность в предсмертной судороге. Драко грохнулся на колени, давясь кашлем и ловя ртом воздух. Кровь текла из рваных ран на шее. Он поднял голову, встретив взгляд Барти. Тот смотрел на него сверху вниз без капли сочувствия. Только леденящее разочарование и презрение. По спине Драко пополз ледяной ужас. Мне пиздец. Гарри, отбросив очередного вампуса мощным пинком, увидел, как с потолочной фермы на Барти пикирует целая стая — штук восемь, координируя атаку. Они явно выделили самого опасного. — Крауч! — заорал Гарри во всю глотку, не раздумывая. Он широко раскинул руки, а затем резко свел их перед собой, толкая вперед ладонями. Мощный импульс сжатого воздуха вырвался из его рук, подобный урагану. Он подхватил стаю вампусов и понёс её прямо на Барти, как гигантскую вонючую волну. Барти не сдвинулся с места. Его ухмылка стала лишь шире, почти безумной. — Подарочек? — Он скрестил руки перед собой, а затем резко развел их в стороны, словно разрывая невидимый занавес. Гигантский невидимый серп невероятной силы рассек воздух. Волна вампусов, летящих на него, мгновенно располосовалась. Тела разваливались на крупные куски, чёрная кровь и внутренности брызнули веером, облив стены и потолок в радиусе пяти метров. — Охуеть! — вырвалось у Джинни, наблюдавшей за этим с высоты. Её глаза округлились от смеси ужаса и восхищения. Вампус — обычный, но тихий и проворный — вынырнул из-под обломка прямо под её «Кометой». Он прыгнул, вцепившись длинными когтями в край метлы, опрокидывая её. Джинни с визгом полетела вниз. Она ударилась о бетон, потеряв на мгновение ориентацию; арбалет выскользнул из рук. Прежде чем она успела вскочить или достать палочку, на неё навалилась тяжёлая тень. Ещё один вампус, привлечённый падением. Его когтистая лапа впилась ей в плечо, прижимая к полу, а оскаленная пасть с иглами рванулась к её лицу. Запах гнили заполнил ноздри. — ДЖИННИ! — заревел Рон, увидев это. Он рванулся к ней, забыв про всё. Но между ними была толпа, и он не успевал. — Не пора ли малышке отдохнуть? — раздался насмешливый голос прямо над ухом Джинни. Барти материализовался из ниоткуда. Он стоял над ней и вампусом. Одной рукой он схватил тварь за то, что осталось от её уха, и резко дёрнул на себя, отрывая от Джинни. Другой рукой — жест «пистолет». Сгусток белого пламени влетел вампусу в открытый рот. Голова взорвалась, обдав Джинни липкой массой. Барти посмотрел на девушку, которая, задыхаясь, пыталась подняться, с бесконечно усталым, снисходительным взглядом. Как на надоевшую, но необходимую помеху. — Я… я могу… — попыталась возразить Джинни, хватая упавший арбалет. — Заткнись и отползи, — отрезал Барти, его голос не терпел возражений. Он уже поворачивался к новой волне врагов, его руки снова были в движении. От его тона Джинни, вопреки всему своему характеру, на мгновение съежилась и послушно откатилась к Рону, который наконец пробился к ней с искажённым от ужаса лицом. Битва не стихала. Уничтоженные десятки вампусов тут же замещались новыми, выползающими из тёмных углов, вентиляций, с верхних ярусов. «Разумных» становилось всё больше. Они действовали хитрее, загоняя авроров в угол, используя численность. Рон, прикрывая Джинни, получил глубокий порез на руке от когтя «разумного», успевшего проскочить сквозь его сеть. Драко, бледный как смерть, с окровавленной шеей, отбивался из последних сил потускневшими щитами. Гарри, весь в крови и саже, тяжело дышал, его удары теряли былую сокрушительность. Даже Барти, этот демон разрушения, был весь в чёрной крови, его рубашка порвана в нескольких местах, на лице — свежая царапина. Его движения всё ещё были смертоносны, но в них появилась первая тень… не усталости, а раздражения от бесконечности этой бойни. Они стояли спиной к спине у зловещей двери в подвал, которая периодически вздрагивала от чудовищных ударов изнутри. Рычание оттуда сливалось с ревом орды перед ними. Ангар гудел от тысяч голосов, топота и взрывов. Волна врагов, казалось, была бесконечной. Сил оставалось всё меньше. Барти, наконец, достиг предела своего садистского удовольствия. Он цыкнул языком, отрубив голову очередному вампусу, и его голос, ледяной и резкий, прорезал грохот битвы: — Ладно, пора сворачивать эту идиотскую заварушку. Малфой! — Он не отрывал взгляда от новой волны тварей, его руки продолжали резать и жечь. — Твоего изящного ума хватило, чтобы прихватить инструменты для захвата? Драко, только что отбившийся щитом от когтей, побледнел ещё больше. Уязвлённость и злость вспыхнули в его глазах. Он едва не задохнулся, выкрикивая сквозь стиснутые зубы: — Конечно, взял! — Умничка! — парировал Барти с убийственной иронией. Его взгляд скользнул по полу, где валялась «Комета» Джинни. Он ловко подцепил метлу носком ботинка, подбросил в воздух и поймал, тут же швырнув её владелице. — На, крошка, не теряй казённое имущество! Теперь твои аксессуары, мой мальчик! — Он протянул свободную руку в сторону Драко, не глядя, ожидая снаряжение, в то время как другой рукой послал режущий импульс, срезавший ноги двум вампусам, рвавшимся к нему. Драко, скрипя зубами от унижения, одним резким движением сбросил изорванный пиджак на липкий от крови пол. Пальцы дрожали, но работали быстро: он расстегнул портупею, снял её с плеча и груди и швырнул тяжёлую кожаную ленту с инструментами Барти. Тот поймал её на лету, не прерывая рубки. — Уизли, прикрой их! — рявкнул Барти Рону, уже срывая с портупеи тонкие серебряные мандибулы, спиральный кодекс-фиксатор и ампулу с мерцающей жидкостью, ловко орудуя одной рукой. Рон, весь в поту и крови, с глубоким порезом на руке, взревел в ответ. Его руки взметнулись. Из теней перед Драко и Джинни сплелась плотная сеть из липких, мерцающих синих нитей, сковывая лапы и крылья наседавших вампусов, давая им передышку. Джинни, держа «Комету» в одной руке и с трудом перезаряжая «Жало» дрожащими пальцами другой, еле отбивалась. Барти, закончив снимать нужные инструменты, швырнул портупею обратно к ногам Малфоя. Его взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по Джинни и Драко. — Слушайте сюда! — его голос не терпел возражений. — Трансгрессируйте сейчас же. На точку сбора у причала. Ваша задача — ловить и добивать дезориентированных ублюдков, которые будут пытаться сбежать. Как крыс из горящей норы. Понятно? Драко метнул на Барти взгляд, полный немого недовольства и обиды. Но он лишь резко кивнул, понимая, что спорить бесполезно и смертельно опасно. Барти повернулся к Джинни, его глаза прищурены: — Жди мой сигнал, малышка. И будь готова превратить этот сарай в пыль. Джинни, всё еще в смятении от скорости происходящего, глядя на свою метлу и окровавленный арбалет, лишь кивнула, выдав прерывисто: — П-поняла. — А теперь вон отсюда! — прошипел Барти, отворачиваясь от них, как от отработанного материала. Воздух сжался с характерным хлопком и белым шумом. Драко схватил Джинни за локоть — жест резкий, без церемоний — и они исчезли, оставив после себя лишь волну давления и запах озона. Барти тут же развернулся к Рону, который, тяжело дыша, удерживал сети, сковывающие очередную группу вампусов. И швырнул ему инструменты — мандибулы, ампулу зелья и кодекс-фиксатор. — Лови, рыжий! И слушай! Рон инстинктивно поймал холодные металлические предметы, смотря на них, а потом на Барти, как на сумасшедшего. — Нахрена?! — выдохнул он, отбиваясь от вампуса, пытавшегося прорваться сквозь ослабевшую сеть. — Что я с этим делать должен?! — План прост, — Барти парировал, его голос внезапно стал почти веселым, безумный огонь в глазах разгорелся с новой силой. Он и Гарри, стоявший спиной к спине с ним, отбивали атаки со всех сторон. — Мы с Поттером продолжаем вечеринку. А ты… — Барти резко повернул голову, его взгляд, острый как бритва, пронзил хаос боя, выхватив из толпы одну конкретную фигуру. Он указал пальцем, как шпагой. — …будешь ловить воооон того джентльмена! Рон проследил за его пальцем. Его взгляд упал на вампуса, которого он уже заметил ранее. Высокий, с почти человеческой осанкой, несмотря на перебитое крыло. Его красные глаза горели не просто голодом, а холодным, расчетливым интеллектом. Он не лез в самую гущу, а координировал атаки других, шипя короткими, хрипыми командами. Настоящий лидер стаи. Рон фыркнул, коротко и гневно, его голубые глаза широко раскрылись от невероятности происходящего: — Ты блять шутишь?! Прямо сейчас?! Живого?! Этого?! Барти повернулся к нему. Его лицо озарила самая широкая, безумная и восхищенная собственной идеей улыбка. В ней не было ни капли юмора. Только чистая, адреналиновая дерзость. — Оооо, Уизли! — воскликнул он, парируя удар когтистой лапы и отправляя тварь в нокдаун сокрушительным ударом колена в грудь. — Никогда в жизни! Время пошло! Поттер, прикрой рыжего, пока он осваивает новую профессию! А ты, — он кивнул Рону, — лови живца! И Барти снова бросился в гущу боя, его смех слился с ревом пламени и хрустом костей. Рон, стиснув зубы и сжимая в руках странные инструменты инквизитора, посмотрел на «джентльмена», который уже почуял неладное и начал отступать в тень, прикрываясь сородичами. Ангар гудел, дверь в подвал содрогалась от чудовищных ударов, а Рону предстояло стать ловцом самого опасного зверя в этом безумном зверинце.