Часть 4 — "Тайна удачи"

Вишни! Черт бы их побрал, какая же глупость! Профессор шумно удалялся по коридору, звонко отстукивая злостный ритм низкими каблуками. Даже после проделок младшего Поттера, даже после выходок братьев Уизли и нескончаемой невыносимости Амбридж Снейп не чувствовал себя настолько злым. Он был вне себя от ярости! Погода за пределами замка разбушевалась, вторя его испорченному настроению. Мало было открутить голову наглецу! Такой показательной глупости и хвастовства не было даже у самых избалованных волшебников. Бхат провел в Хогвартсе всего лишь неделю, а вел себя по-хозяйски важно. Если бы только Бхат попался ему несколько лет назад, будучи учеником, Снейп бы потрудился над тем, чтобы проучиться мальчишку и выгнать из него все хвастовство до последней капли! Нагрузил бы домашней работой и чисткой котлов. Пять эссе каждый день! Наглецу бы досталось сполна. Если уж Бхат на все горазд, значит и справиться сможет. Это ведь вовсе не трудно, не так ли? Он же такой умный, просто идеальный волшебник! Снейп разгорячился настолько, что из-за своих оглушительных мыслей вдруг ненароком врезался в кого-то, идущего навстречу. — Ой! Раздался низкий юношеский голос, принадлежащий старосте Слизерина. — Драко? Увлеченность мыслями о глумливом маге притупила внимание слишком сильно. Снейп на миг замер, наблюдая за тем, как Малфой потирает ушибленный лоб. — Профессор? Прошу прощения, я задумался и не заметил вас, — торопливо прошептал он, прижимая к груди большой плакат, скрученный трубочкой. Кажется, на этот раз Малфой был в таком же прекрасном расположении духа, как и вчера в библиотеке. Что ж, приятно знать, что волнения его уже не терзают. Это на миг охладило едкую злость. Вымещать эмоции на ни в чем не повинном юноше Снейп не мог. К счастью, его манеры оставались на высшем уровне наравне с умением дисциплинировать. — Не стоит, — коротко отмахнулся он, покачав головой — Куда-то спешил? Малфой вежливо улыбнулся и быстро кивнул. — Завтра вечером состоится матч между Слизерином и Гриффиндором, а я совсем забыл повесить плакат в Большом Зале. Поттер отвлек, из головы вылетело… Признался юноша, слегка покраснев. — О, вот как. — Знаю, все и без того в курсе, но я очень взволнован. Это первый матч после битвы... Голос Драко окрасился темной, печальной ноткой. Его тоска была естественна и понятна. Разумеется, насколько бы любимы не были традиции для волшебников, битва перетянула все внимание на себя и истощила их силы. Защита магической Англии стала приоритетом, высшей целью. Все остальное померкло на фоне разразившейся бури в схватке волшебников. Тогда было совсем не до развлечений. Но теперь все возвращалось в привычное русло, и Хогвартс наполнялся смехом и теплотой. Школа будто заново ожила. И это было прекрасно. Различив возрастающую тоску на лице молодого волшебника, Зельевар тяжело вздохнул и наклонился чуть ниже. — Уверяю вас, мистер Малфой. Победа в ваших руках. Слова подействовали. Мрак печали мгновенно поутих, а затем и вовсе рассеялся. Лицо Драко озарила неуверенная улыбка. — Благодарю вас, профессор. Мы тоже на это надеемся, но вы ведь и сами знаете, какой Слизерин невезучий. — Бред, мальчик мой. Ты недооцениваешь Слизерин. Наш факультет склонен не только к интригам, но и к неотступному следованию цели. А судя по тому, как упорно ваша команда тренировалась, вы легко утрете гриффиндорцам нос. Что ж, такая мягкость – совсем не типично для Снейпа. Его понимающая сторона проявлялась разве что в вялом «хм», если уж ученик делал что-то достойное. Но Слизерин был его родным факультетом, Драко стал негласным племянником. Вести себя отстраненно от переживаний юноши профессор просто не мог. Особенно после всего, что они пережили. Иногда бестолковый, но дорогой сердцу факультет не мог обойтись без похвалы Снейпа, пускай и скудной. Зачастую на них было сложно злиться. Да и стоило ли? Малфой, в свою очередь, тепло рассмеялся. Воодушевленные слова заметно его согрели. — Подбадриваете, профессор? — Возможно. Думаю, каждому хотелось бы увидеть, как из-под носа Поттера ускользнет снитч. — Ммм, звучит как мечта. Но это вряд ли, — отрицал Драко все с той же улыбкой — Нам никак не везло в прошлом году. Мы проиграли даже Когтеврану, дважды после того как взяли реванш, сами знаете. Удача обходит нас стороной. Эти обыкновенные слова неожиданно всколыхнули что-то в пытливом уме Снейпа. У него в голове будто бы зажглась лампочка и звонко щелкнули шестеренки. Удача! Ну конечно же! Вот в чем тайна негодяя Бхат! — Профессор Снейп? Драко удивился, заметив едва уловимое изменение, пробежавшее по чертам профессора. — Я сказал что-то не то? — О нет. Нисколько, Драко — Снейп покачал головой, рассыпав по плечам смоль волос — Наоборот, ты помог мне понять нечто очень важное. Драко удивился сильнее от таких интригующих слов. — Умеете же вы секретничать. А что это? Можно узнать? Профессор на миг задумался. Стоило ли говорить Малфою о своих догадках? Конечно, не было сомнений в его умении держать язык за зубами, Снейп достаточно доверял юному волшебнику, чтобы открыть тайну. События до решающей битвы несколько раз доказали, насколько на самом деле сильным может быть его доверие. В отличие от темной преданности Темному Лорду, вызванной безысходностью положения их семьи, втянутой в мертвое кольцо заговоров, с Северусом Драко вел себя открыто и доверял, потому что иного близкого человека в Хогвартсе не нашлось. Никого, с кем бы он мог разделить свой страх неизбежного, удушающий лишь сильнее с каждой минутой. С Поттером у него был беспорядок, а об отношениях не было времени даже мечтать. снейп стал сильным плечом, сумев укрыть мальчишку от страха и безысходности. Сегодня Драко снова выглядит, как прилежный студент, не обремененный тяжестью злых приказов. Возможно, пришло время поменяться ролями и теперь Драко станет для него поддержкой. Судя по беспокойному блеску в его зимних глазах, Малфой действительно не выражал отторжения. Наоборот, волновался. — Кажется, знаменитый профессор Бхат имеет гнусную привычку пускать пыль в глаза. Во всех смыслах. Вспомнить только те злополучные чемоданы с перечной пылью… В горле до сих пор першит. Бррр! — Профессор Бхат? Кажется, он выглядит безобидным... — задумчиво прошептал Драко, стиснув плакат покрепче. — Лишь только «кажется»? — Ну, у нас с ним нет лекций, и уроки по-прежнему ведет госпожа МакГонагалл. Я конечно видел его пару раз. Он показался мне шумным. — Шумный... О, мой мальчик, он в сто раз громче стаи рычащих грифонов. — Мне лишь показалось! Я не могу утверждать, — поспешил исправиться Малфой — Но, я вас понимаю. Он вам, наверное, докучает. — Слабо сказано, — пожаловался Снейп. «Я понимаю вас». Вот и все, что было нужно профессору. Капелька понимания. Щепотка рационального подтверждения того, что он не один единственный в Хогвартсе замечает НЕидеальность Бхат. До этого момента Снейп слабо осознавал, насколько он на самом деле измотан бурной энергией мага, хлещущей из него фейерверком. Даже в шутку было подумал, что начинает сходить с ума и видит реальные иллюзии, потому что никто кроме него не замечал, насколько маг раздражающий. Но теперь беспокойство слегка ослабло. Впервые за неделю кто-то выслушал все то, что он действительно думает. Это помогло немного утихомирить внутренний жар. Сразу стало в разы легче, будто после беспощадно жаркого дня он наконец набрел на тенистую рощу. — Вы так себя измотаете. Драко посмотрел на него с легким сочувствием. Неужели, настолько заметно? Должно быть, Драко научился быть восприимчивым даже к такому холодному волшебнику, как Снейп. Или же просто стал более проницательным. В любом случае, профессора это не обидело. — Думаю, этого не случится, — рассуждал он, задумчиво глядя на осколки дождя — Всеми обожаемый Бхат совсем скоро уедет отсюда. — Что? — прошептал юноша в замешательстве. — О да, прихватит свои драгоценные безделушки и упорхнет навсегда. — Постойте, я ничего не понимаю. Он сам вам сказал? Мне казалось, профессор Бхат очень доволен работой в школе... — Хм. То, что нам кажется, не всегда является правдой, — рассудил зельевар, глубоко вздохнув — Иногда стоит довериться фактам и собственной интуиции. В голове уже назревал спелый план. Очень искусный и надежный. Нет, это вовсе не козни против любимого всеми мага. Скорее, избавление школы от паразита. Если ему удастся вытравить змея из Хогвартса, разве это не будет считаться помощью для всех его обитателей? О, Снейп был в этом уверен. Он еще никогда не ошибался в опознании лжецов и пустоголовых самодуров, а яркое поведение Бхат громко кричало о том, что все нечисто. Даже в идеальном зелье может затаиться капля яда. Стоило поскорее сделать так, чтобы все убедились – Снейп прав, а Бхат – пустышка и наглец. — Думаете, он что-то скрывает? — неуверенно прошептал Драко. — Я в этом уверен. — Но что в нем такого? Как по мне, обычный профессор. Ну, может быть легка эксцентричный… — О, и не только это. Он умело пудрит всем голову. Выставляет себя всезнайкой. Последнее слово Снейп прошипел особенно едко. — Странно… — все еще сомневался Драко — Мне казалось, не так просто получить диплом с высшей степенью мастерства в Магической Академии. Нужно быть очень умным, чтобы достичь таких успехов. — Думаю, Бхат был прекрасно осведомлен. Поэтому он использовал «свои особые методы». — Что? Какие? Снейп наклонился чуть ниже. — Заручился удачей. Теперь шестеренки закружились в голове Драко. Сначала он выглядел непонятливо, но затем голубые глаза сверкнули догадкой. Что ж, этот юноша всегда был сообразительным. — Неужели вы думаете… — Все верно. Неподражаемый «Феликс Фелицис», — вздохнул профессор, медленно отстраняясь — Весьма сложное зелье, но очень действенное. Понимаешь, Бхат обеспеченный, но до крайности глупый. Настолько, что эта глупость могла действительно подкосить его репутацию. Ему ничего не стоило подкупить талантливого зельевара и получить заветный пузырек. Наверняка на итоговых экзаменах мальчишка попал к профессорам, которые были в наилучшем расположении духа и каждый экзамен до выпуска проходил у него так же легко. — Но профессор, это ведь строго запрещено Академией... — Поверь мне, Драко. Для Бхат ложь — не проблема. — И вы правда думаете, что он продолжает пользоваться зельем? — Допускаю эту мысль. — Но вы же не знаете наверняка. Как вы планируете объяснить это Дамблдору? Доказательств ведь нет. — Доказательства и не требуются. — Что?.. С каждым словом профессора Драко все больше и больше терялся, не сумев за ним поспевать. И, разумеется, восхищался непростой натурой волшебника – надо же было до такого додуматься! Его дядя — самый лучший и умный, сомнений нет. Но как он планировал вычислить ложь коллеги? — Все предельно просто, мой мальчик, — рассуждал он, поглядывая на него с высоты — Ты мне поможешь. — Я?! Воскликнул Драко, но тотчас притих под мрачным прищуром Снейпа. Эхо прокатилось по коридору, испугав дремлющие в серой тьме картины. — Я?.. — чуть тише продолжил он — Это ведь не что-то опасное, правда? — Мерлин, конечно нет. Разве я могу? Драко тотчас почувствовал жар на кончиках ушей и слабо кивнул. Определенно, ждать от него опасностей было глупо. Конечно, Снейп бы никогда не подверг его риску. Вспомнить только то, как он помогал ему, когда Темный Маг заклеймил служением и приказал убить Дамблдора… Или когда заклинание Гарри почти растерзало его на части. Снейп даже тогда отгородил его от беды. И все это не просто «потому что, так надо». Связь Снейпа с семьей Малфоев сказывалась на Драко лучшим проявлением во все времена. Особенно в детстве, когда на Рождество он получал от дяди подарки. Самые лучшие всегда были от Снейпа. Кажется, у него даже сохранилась та плюшевая обезьянка в затейливой шляпке, которую профессор подарил Нарциссе, когда ее сыну исполнился один год. Игрушка смешно прыгала и умела цепляться хвостом за руку, но спустя годы магия из нее совсем выветрилась. Хотя эта вещь по прежнему была дорогой сердцу, сейчас было не лучшее время для сентиментальных воспоминаний. — Тогда каков ваш план? Снейп немного помедлил, складывая руки за спиной. Во мраке дождевой бури он был похож на ворона. Такой же важный, хищно сосредоточенный. Так и ждет, чтобы вцепиться в мага цепкими лапами. — Сообщать о затее Дамблдору будет сейчас излишним. Мы будем действовать аккуратно. — Весь во внимании. Драко подошел поближе, уместившись рядом с окном. — Мне нужно, чтобы ты пустил в профессора квоффл. Такие условия вызвали крайнее недоумение. Снейп просил навредить Бхат? Вот так прямо, не скрываясь? — Сильно же вы его недолюбливаете… — Дело не в этом. Дело в том, что Бхат может оказаться подхалимом, который пьет зелье удачи, как Рон – сливочное пиво. То есть, очень много. При упоминании Уизли юноша тихо хихикнул. — Верно подметили, — но затем вновь стал серьезным — И что это даст? Увильнет мяч от профессора, ну и что с того? — В таком случае, его спасет из ряда вон выходящая, удачливая случайность. Рассуди сам, Бхат очень сильно любит себя и ни за что не станет жертвовать своим личиком ради репутации, я в этом уверен. Избежать удара ему поможет зелье. — Но если квоффл все же столкнется с ним и он пострадает? Мне потом сильно влетит… Снейп тихо фыркнул. — Не волнуйся. Моя теория про удачливого профессора по большей части верна. Но, чтобы не делать необоснованных предположений, я постараюсь найти пузырек. Это и послужит доказательством. Случиться могло всякое. Квоффл — мяч быстрый, как молния. Но кто-то из профессоров мог его с легкостью перехватить. Тогда план Снейпа мог легко рухнуть. Найти пузырек было отчаянно необходимо, если он хотел заявить о лжи Бхат на неподвластных сомнению основаниях. — Зелье удачи? Вам придется повозиться… Такие вещи не валяются где попало. — Верно. Но Бхат до жути неуклюжий и здесь бессильны даже магические отвары. Наверняка он не слишком уж прятал зелье. Драко не знал, как ему поступить. Он не хотел отказывать в помощи профессору, который так много сделал для него и готов был без раздумий взять на себя ответственность. Но идти на такой отчаянный шаг юноша не горел желанием. После битвы за Хогвартс он долгое время не мог чувствовать себя спокойно. Студенты словно обозлились на него, глядя с недоверием и презрением. Позже предвзятость рассеялась, но какой ценой... Не хотелось бы снова навлекать на себя беду. Снейп, заметив его колебания, аккуратно наклонился чуть ниже. — Хочешь отказаться? Драко занервничал лишь сильнее, но покачал головой. — Нет. — Уверен? — Уверен. Вот только с отцом будете разбираться вы, если что-то пойдет не так. О, это было ожидаемо. Какой студент хотел, чтобы его ругали за проделки родители? — Не волнуйся, я с ним поговорю. Драко еще пару мгновений мялся, а затем вновь улыбнулся. — Что ж, тогда я буду готов. Гойл как раз не сможет занять место охотника, я возьму роль на себя. — Прекрасно. И пожалуйста, никому не говори об этом. Драко кивнул, а после удалился вешать плакат в Большой Зал, взмахнув снегом волос. О, это было нечто настолько же отчаянное, насколько непедагогичное. Если Бхат пострадает, к Снейпу будет много вопросов. Но это не пугало зельевара. Объясниться он сумеет легко, если уж вычислят. Сейчас важнее проверить Бхат на наличие лжи. А этого у индийского принца должно быть в избытке, как золота. На каждую ложь найдется палач – справедливость. К тому же, если уж квоффл и угодит в хитрое лицо, Снейп не почувствует и доли жалости. Так и надо этому самозванцу.

✧✦✧

Злость окончательно испарилась. Теперь все, о чем мог думать Снейп – это улики, благодаря которым он выдворит Бхат из школы. На ужине мужчина пребывал в удивительно прекрасном настроении. Воодушевленно накалывая картофель на вилку он даже обмолвился парой слов с Трелони. Женщина рассказала ему, что совсем недавно прикупила себе новые аметистовые руны и книгу снов нового издания. Оказалось, что если вам снится роза, то это больше не считается символом грядущей дурной погоды. А если жасмин – это к приятным переменам. Снейп на эти слова хотел посмеяться, но только лишь скривил губы, вспомнив письмо Бхат, печать которого украшал дракон в жасмине. Правда же, перемены лучше некуда. Всегда мечталось стать наставником такого глупца. Закончив с ужином, профессор по обыкновению перебрался в свои покои, мысленно предвкушая расправу над золотым павлином. Уверенность в том, что он поступает правильно, убеждала в справедливости этого решения. Подумать только, на месте Бхат мог оказаться любой маг, действительно подающий надежды. Снейп мог сказать, что магия индуса не настолько сильна и многие молодые профессора могли бы отличиться большим успехом. Его бывшие выпускники, например. Правда, не многие из них посвятили себя зельеварению. Разве что одна из учениц Пуффендуя, талантливая волшебница и не менее талантливый юноша-слизеринец. Однако, теперь девушка работает в Минестерстве Магии, а юноша отдался на волю тихой маггловской жизни, взяв в жены прекрасную ведьмочку. Эти мысли понемногу привели Снейпа к Лили. О, он всеми силами старался этого избегать. Но каждый раз вспоминая ту роковую ночь, когда Темный Маг проник к Поттерам, Снейп не мог простить себе свое опоздание. Мысль о том, что могло бы случиться, придя он туда минутой позже, ранила и разум, и сердце. Однако, все обошлось в последний момент. Магические лекари постарались над тем, чтобы сделать для Лили и ее дорогого мужа все возможное, вытащив их с того света. Узнав об этом, Снейп почувствовал облегчение от долгого беспокойства. Поттеры остались живы и вырастили достойного сына, ставшего полноценным защитником магической Англии. Они стали прекрасной, любящей и милой семьей. Нельзя было отрицать очевидного, Лили счастлива с Джеймсом. Теперь мужчина понимал, что его пути с Эванс навсегда разошлись, стало быть, не стоит открывать ей свои чувства. Разрушить союз двух сердец, неподвластный смерти и темной магии — последнее, на что мог решиться Снейп. Думая о прошлом и настоящем, он почувствовал, как сгустились грезы. Сон укрыл его сознание незаметно, погружая в мир теплоты и долгожданного отдыха.

✧✦✧

Утром по обыкновению беспокойные гриффиндорцы расшумелись, как взбешенные гиппогрифы. Грядущий матч явно подстегнул их к тому, чтобы без зазрения совести позлить слизеринцев и раздразнить их едкими шутками. «Снитча вам не достанется, можете не мечтать!» Каждый гриффиндорец поспешил напомнить гадюкам с каким жутким счетом те проиграли им их последний матч, а теперь язвили и смеялись, ожидая смогут ли те отыграться. — Никакой вам победы! — Можете даже не мечтать! — Сто к одному, Гриффиндор лучше всех! Слизеринцы, сидящие поодаль противоположной стены зала гордо и неприступно, старались поначалу не слушать. Вот еще, тратить время на глупые шутки! Пусть хоть подавятся смехом, им дела нет. Это ведь просто ребячество. Однако, как бы упорно они не задирали нос и не пытались игнорировать надоедливых однокурсников, вскоре все же ввязались в спор. Шум поднялся оглушительный, но так же быстро поутих, стоило профессорам проплыть мимо разбушевавшихся рядов. Снейп и МакГонагалл спокойно прошли рядом, сделав замечания своим факультетам, после чего студенты лишь зафыркали и снова уткнулись в тарелки. Мимолетно глянув на Драко, зельевар обнаружил, что тот вероятно не слишком хорошо спал. Выглядел юноша сонным и морщил нос, даже не удосужившись поучаствовать в факультетной дискуссии, сидя рядом с нервно озиравшейся Паркинсон. Должно быть, всю ночь размышлял, но сейчас казался вполне спокойным. Снейп лишь мягко кинул ему, получая от старосты слабую улыбку в ответ. Все шло превосходно. Оставалось только выяснить, где Бхат хранит зельевой пузырек, а затем забрать склянку себе. Разумеется, Снейп не обмолвился своим планом с госпожой МакГонагалл. Не трудно представить, что декан тотчас бы настояла на отказе от опасной идеи, так что волшебник предпочел держать завесу тайны закрытой от любых мнений. Бхат, к счастью, не появился на завтраке. Странно, ведь обычно юнец не пропускал утренней трапезы. Возможно, намеренно. Потому, что всегда мог поймать коллегу и втянуть его в очередной бессмысленный диалог, чтобы этим испортить зельевару весь день. Стало быть, сегодня удача на стороне самого Снейпа. Настроение его оставалось приподнятым, когда он уползал в подземелья с видом полного контроля над ситуацией. День прошел так же спокойно. Слегка суетливо из-за воодушевленных квиддичем первокурсников, в остальном жаловаться было не на что. Удивительно, но встретиться с Бхат так и не удалось. Возможно, профессор был занят своими собственными делами, оттого вероятность их встреч свелась к минимуму. Но Снейп даже и не думал отступать от цели. Если удача вдруг надоумила Бхат вести себя вежливо, то теперь слишком поздно оправдывать свою бестолковость манерами. После полудня, как только занятия закончились и студенты разбежались продолжать споры о матче, профессор двинулся в крыло Когтеврана. Нет, вламываться в чужие покои, чтобы шарить там было бы переходом границ. Однако, Бхат ведь не раз утверждал, что очень ждет своего дорогого наставника у себя в абсолютно любое время. Что ж, теперь причина зайти в его будуар была очень веской. При любом другом раскладе Снейп бы туда ни ногой. — О, какая же глупость, Эрос! Между ними совсем нет чувств, неужели ты правда не замечаешь? — послышался голос одной из знакомых картин. — Ты не слушаешь меня, Дафна. Если двое любят друг друга, им нужно больше времени, чтобы это понять, — спорила с ним другая. — Нет, нет и нет! Невозможно! Все это болтовня. Прошло тридцать лет, но разве ты смог влюбиться в леди в серой карете из крыла Пуффендуя? — О, Дафна, это ведь совсем разное! — А вот и нет! — А вот и да! Вздумалось же тебе сравнивать. — Она глупая, если думает, что все получится. — Но это ведь так романтично, поймать снитч и вручить возлюбленному… — Ты безнадежен. Спор картин не упорхнул от слуха профессора. Тени расступились перед его фигурой, когда тот ступил в обрамление света. Поздний день разгорался за окнами, отбрасывая в коридор безоблачное сияние. — Снова любовные муки? — прошептал Снейп, обратившись к заскучавшему греческому юноше. Тот, услышав вкрадчивый голос, мигом оживился, подступив ближе к красивой золотой раме. — Профессор Снейп, добрый день! — Здравствуйте, профессор! Обе картины мгновенно увлеклись таким нечастым здесь гостем. Цветы вокруг Эроса наполнились розоватым тоном и распахнули бутоны, лебеди на руках дамы вмиг распушились. Волшебник лишь вежливо кивнул обоим, не желая вдаваться в их очередные смутные разговоры о сердцах и страсти. Обсуждать это было ему противоестественно. Не важно, кто и в кого влюблялся. К тому же, перед ним стояла задача гораздо важнее. — Профессор Бхат у себя? — О нет, но вскоре должен прийти, — вежливо ответила дама с лебедями. — Как скоро? — Совсем скоро, — мечтательно ворковал Эрос, томно вздыхая. Вот как. Если Бхат отсутствовал, вламываться в его покои было бы по меньшей мене некультурно и по большей степени подозрительно. Снейп подумал подождать его поблизости, раз уж тот не спешил приходить. Должно быть снова утонул во внимании старшекурсниц. Безнадежный льстец. — Профессор, — осторожно вмешалась дама — Вы можете подождать Бхат внутри. Для вас он не запечатывал дверь заклинанием. Снейп вопросительно приподнял бровь. Что? Какой вздорный поступок. Неужели и правда думал, что Снейп с радостью навестит его после всех тех ужасных событий? Самонадеянный идиот! Однако, его чрезмерное гостеприимство сейчас было лишь на руку. — Неужели? — Конечно-конечно! Он сам много раз говорил нам, что ждет вас на чай. Заходите, не томитесь в коридоре. Что ж, картины были правы. Не было причин отказываться от удачной возможности, и Снейп осторожно коснулся ручки, распахнув тяжелую дверь. Но, как и в прошлый раз, сожаление о решении пришло к нему слишком поздно.