Глава 56. Заяц. Волк. Лис. Крольчиха

Советский Союз. Двор. Вечер. Портал — ярко-оранжевый, с искрящимися краями — открылся в тени старой пятиэтажки. Из него вышли двое. Ник Уайлд — лис в гавайской рубашке и с хитрой улыбкой. И Джуди Хоппс — крольчиха в полицейской форме, с лапой на кобуре. Они оказались в мире, который был одновременно знакомым и чужим. Те же дома, те же деревья, тот же асфальт. Но что-то было не так. В воздухе витал запах... другой эпохи. Запах машинного масла, сигарет и компота из сухофруктов. — Где мы? — Джуди огляделась. — Это... похоже на Зверополис, но... — Но не наш, — закончил Ник, принюхиваясь. — Здесь пахнет... по-другому. И, кстати, я не вижу ни одного травоядного в костюме. И ни одного хищника с дипломом юриста. — Ник, будь серьёзнее. — Я серьёзен. Просто... — он повёл носом. — Здесь пахнет страхом. И зайцем. Джуди напряглась. Её уши встали торчком. — Зайцем? Где? Ник указал на подворотню впереди. Оттуда доносились звуки: топот лап, тяжёлое дыхание, чей-то испуганный писк. — Туда! — крикнула Джуди и бросилась вперёд. Ник вздохнул и побежал за ней. В подворотне было темно и тесно. У стены, прижавшись спиной к кирпичам, стоял Заяц. Маленький, пушистый, с длинными ушами и глазами, полными ужаса. Его лапки дрожали, а по щекам текли слёзы. Напротив него стоял Волк. Большой, серый, с клыками и горящими глазами. Он улыбался — той самой улыбкой, от которой у Зайца подкашивались ноги. — Ну что, Косой, — прорычал Волк, поигрывая пальцами. — Добегался? Я тебя тридцать лет ловил. Тридцать лет! И вот — поймал. — П-пожалуйста, — пролепетал Заяц. — Я... я не хотел... я просто... — Молчи! — рявкнул Волк. — Я голодный. Я очень голодный. И ты — мой ужин. Он сделал шаг вперёд. Заяц закрыл глаза. — Стоять! — крикнула Джуди. Она влетела в подворотню, заслоняя Зайца собой. Ник появился следом — спокойно, расслабленно, но его рука лежала на поясе, где висела кобура. Волк обернулся. Посмотрел на Джуди. Потом на Ника. Потом снова на Джуди. — Чего? — рыкнул он. — Валите отсюда. Это моя добыча. — Твоя добыча? — Джуди скрестила руки. — Ты называешь это добычей? Это же заяц. Маленький. Беззащитный. Ты серьёзно собираешься его съесть? — А что, нет? — Волк оскалился. — Я волк. Он заяц. Всё логично. — Логично? — Ник хмыкнул. — Знаешь, приятель, я тоже хищник. Лис. И, поверь мне, я тоже люблю мясо. Но есть разница между «люблю мясо» и «жру своих соседей». Волк замер. Посмотрел на Ника. На его гавайскую рубашку. На его спокойную, уверенную позу. — Ты... кто такой? — Ник Уайлд. Лис. Бывший мошенник, ныне — полицейский. — Он кивнул на Джуди. — А это моя напарница. Джуди Хоппс. Крольчиха. Тоже полицейская. И, кстати, моя начальница. Волк моргнул. — Крольчиха — начальница? У лиса? — У нас в Зверополисе все равны, — сказала Джуди. — Хищники и травоядные. Мы живём вместе. Работаем вместе. Строим города вместе. Никто никого не ест. Волк расхохотался. Громко, заливисто, до слёз. — Ой, не могу! — Он хлопнул себя по коленям. — Хищники и травоядные — вместе? Лисы и кролики — напарники? Да вы, ребята, либо сумасшедшие, либо... — он осёкся. — Или вы не врёте. — Мы не врём, — спокойно сказал Ник. — Я вырос на улице. Воровал, обманывал, выживал. Я знаю, каково это — когда тебя все считают монстром. Но потом я встретил Джуди. Она поверила в меня. Дала мне шанс. И я изменился. Волк посмотрел на него. Долго. В его глазах — жёлтых, звериных — что-то дрогнуло. — Ты... изменился? — Да. И ты можешь. — Ник шагнул вперёд. — Тебе не обязательно есть зайца. Ты можешь просто... отпустить его. Найти другой способ. Может, ты голоден, потому что не умеешь охотиться по-другому? Так мы научим. Может, ты злой, потому что тебя все боятся? Так мы покажем, что можно жить иначе. — Иначе? — Волк усмехнулся, но уже без прежней уверенности. — Как? — Как мы, — сказала Джуди. — Мы не враги. Мы соседи. Мы можем помочь друг другу. Заяц, всё ещё дрожащий, выглянул из-за плеча Джуди. — Он... он правда может меня не есть? — Может, — кивнула Джуди. — Если захочет. Волк молчал. Долго. Очень долго. Он смотрел на Зайца. На его испуганные глаза. На его дрожащие лапки. И вспоминал себя — маленького волчонка, которого все боялись. Которого никто не любил. Который был один. — Ладно, — сказал он наконец. — Иди. Заяц не двинулся. — Что? — Иди, — повторил Волк, отступая в сторону. — Я тебя не трону. Заяц посмотрел на него. Потом на Ника и Джуди. Потом снова на Волка. И медленно, шаг за шагом, двинулся к выходу из подворотни. У самого выхода он обернулся. — Спасибо. — прошептал он. И убежал. Волк смотрел ему вслед. Потом опустил голову. — Я не знаю, как жить иначе, — сказал он тихо. — Я всю жизнь был один. Все меня боялись. Все меня ненавидели. Я думал, что если я буду есть, я буду сильным. Но я не чувствую себя сильным. Я чувствую себя... пустым. Ник подошёл и положил руку ему на плечо. — Знаешь, что я тебе скажу? — сказал он. — Пустота — это не конец. Это начало. Ты можешь заполнить её чем угодно. Друзьями. Работой. Смыслом. Ты можешь стать кем угодно. Даже хорошим. Волк поднял на него глаза. — Даже хорошим? — Даже хорошим. Тишина. Потом Волк медленно кивнул. — Ладно, — сказал он. — Я попробую. Джуди улыбнулась. — Вот и отлично. А теперь, может, покажешь нам ваш город? Мы тут проездом. И, честно говоря, умираем с голоду. Есть тут что-нибудь... не зайчатина? Волк впервые за долгое время улыбнулся. По-настоящему. — Есть, — сказал он. — У тёти Клавы пирожки с картошкой. Лучшие в городе. — Пирожки? — Ник просиял. — Я в деле. Они вышли из подворотни — втроём. Волк, лис и крольчиха. Странная компания. Но в этом мире, где хищники ели травоядных, а травоядные боялись хищников, они были первым шагом к чему-то новому. Портал, который привёл Ника и Джуди в этот мир, всё ещё мерцал вдалеке. Но они не спешили уходить. Потому что поняли: иногда, чтобы изменить мир, достаточно просто показать, что можно жить иначе. А Волк, шагая рядом с ними, впервые за тридцать лет не думал о еде. Он думал о том, что, может быть, завтра будет лучше.