Глава 11

За окном вступила в свои законные права зима, покрывая пушистым снегом лес, окрестности и сам замок. Прошла уже первая неделя декабря, в воздухе витало новогоднее настроение. Прогуливаясь с Джинни, Гарри и Роном по Хогсмиду, Гермиона закупала рождественские подарки. Она предвкушала, как совсем скоро поедет на каникулы к родителям, по которым очень соскучилась, а затем, по традиции, в «Нору», к семейству Уизли. Всем нужно было что-то приготовить. После похода по магазинам, который мальчики не очень жаловали, компания, смеясь и обкидывая по пути друг друга снежками, наконец, вошла в «Три метлы». С раскрасневшимися щеками от холода, мокрые от снега, но с игривым и хорошим настроением ребята уселись за стол. Стягивая с себя шарф и снимая шапку, Гермиона слушала, как Рон рассказывал про Джорджа. – Он предложил мне занять место Фреда в магазине, – заявил парень, – ему явно нужна там помощь. После войны заказы так и поступают. И с каждым днем все больше. – Это круто, что бизнес идет в гору. И что ты собираешься ответить? – спросила Джинни. – Конечно, я соглашусь, – ответил Рон, а потом добавил с тоской: – хоть у меня и нет такой же богатой фантазии, какая была у Фреда. – Уверена, у тебя все получится, – сказала Гермиона. Парень воодушевляюще улыбнулся, но в глазах таилась печаль от потери старшего брата. И именно из любви и памяти к Фреду, Гермиона не сомневалась, Рон отдастся этому делу всей душой. – Кстати, он еще написал, что Забини несколько дней назад купил у него целую партию Порошка мгновенной тьмы и несколько самых прочных Плащей-щитов. Гермиона вскинула брови и глянула на Джинни, которая тоже была удивлена такой странной покупкой. – Джордж отправил ему посылку сюда? В Хогвартс? – поинтересовалась подруга. – Не знаю, – равнодушно пожал плечами Рон, принимая у мадам Розмерты бокал сливочного пива. Очень интересно. С какой целью он все это купил? Ну, допустим, порошок можно было бы использовать для розыгрышей, но вот защитные плащи – это уже странно. Гермиона как-то рассказывала Джинни о своих подозрениях касательно Нотта, Малфоя и Забини, поэтому была уверена, что подруга сейчас думает о том же самом. Девушка снова посмотрела на Уизли, и та еле уловимо кивнула, давая понять, что нужно будет разузнать у него про это. – Вы будете принимать участие в этом проклятом вальсе? – спросил Гарри. Преподавательский состав, наверняка с подачи Министерства, решил, что перед рождественскими каникулами в школе будет устроен торжественный бал, празднование с официальными нарядами, танцами и всем вытекающим, как знак победы над темными силами, столько лет преследовавших волшебников. Хоть нападения на самом деле не прекратились, их стало гораздо меньше. И это волновало Гермиону, словно Пожиратели смерти готовились к чему-то более масштабному. Для Министерства этот бал был поводом немного успокоить население и создать иллюзию того, что все под контролем. В Хогвартс в этот день приедут чиновники и корреспонденты из «Ежедневного Пророка», чтобы осветить это в прессе. Принять участие в вальсе могли все желающие, начиная с шестого курса. И, как можно было бы сразу догадаться, среди парней желающих практически не было. – Меня Лаванда заставила, – пробурчал Рон, – надеюсь, вы тоже будете участвовать в этом цирке. Друг с надеждой взглянул на Гарри, а тот, в свою очередь, посмотрел на Джинни. – Будем, – бескомпромиссно ответила девушка, – и это наше обоюдное решение, так ведь? Джинни сверкнула взглядом в Поттера. Гарри неохотно кивнул, и Гермиона еле сдержала смех. Джинни удалось в свое время побывать на Святочном бале вместе с Невиллом, и ей тогда очень понравилось, поэтому возможность снова потанцевать в красивом платье в волшебно украшенном Большом зале она ни за что не собиралась упускать. В отличие от Гарри, который тогда не проникся мероприятием, но отказывать Джинни не стал, желая ее порадовать. – Гермиона? – спросил Рон. – А что я? Я, конечно, приду на ужин, но танцевать вальс не буду. Девушка, может, и была бы не против, но ей было не с кем. Нотт пытался пригласить ее, но она даже слушать его не стала. – Надо возвращаться в школу, скоро начнется репетиция, а мне еще с Лавандой надо встретиться, – сказал Рон, допивая кружку сливочного пива. Идя обратно в Хогвартс, девушки немного отстали от мальчишек. Джинни таким образом давала Гарри последний раз поворчать и пожаловаться на неизбежность танцев ее брату. Подруги зашли в школу. Несмотря на холод, исходящий от стен замка, все равно чувствовалось рождественское настроение и приближение каникул. – Привет, – махнул девушкам Блейз, когда они подошли к Большому залу, – вы на репетицию? – Я – да, – ответила Джинни, – стой, ты тоже танцуешь? С кем? Подруга проявляла искренний интерес. Даже слишком явно показывая его, как могла судить Гермиона. Но ей тоже стало любопытно, с кем на бал пойдёт Забини, если не с Джинни. – С Пэнси, – вздохнув, ответил слизеринец, – я вообще не хотел, но Малфой ей, естественно, отказал, Нотт, которого она попросила после – тоже. Ну, Тео по понятным причинам. Блейз скользнул взглядом по Гермионе, и она старалась как можно лучше скрыть внутреннюю радость от того, что Теодор не будет танцевать ни с кем, даже если она отказала ему. Но тут же мысленно дала себе подзатыльник. Ей должно быть все равно. – Ну а ты почему согласился? – спросила Грейнджер. – Ну, она не танцевала вальс на Святочном бале, хотя мечтала об этом, и ей хотелось хоть на последнем курсе поучаствовать в подобном мероприятии. Ну кто я такой, чтобы препятствовать исполнению мечты, – ответил Блейз, немного разведя руки в стороны. – А ты, Гермиона, нашла пару? Мерлин, танцы еще не начались, а уже заколебали ее. – Нет, и не искала, – буркнула она. – Понял, больше спрашивать ни о чем не буду, – лукаво усмехнулся слизеринец, чем вызвал у нее недоумение. Но обдумать это не оказалось возможности, потому что Джинни резко перевела тему. – Скажи, Блейз, – подруга улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой и коснулась пальчиком его плеча, что он сразу же обратил все свое внимание на нее, – вы с друзьями собираетесь устроить какое-то безобразие? Гермиона догадалась, что она решила узнать у него про покупку из магазина Джорджа, прибегнув к флирту. Ну посмотрим, сработает ли. Гермиона прикусила губу, внимательно слушая разговор, в ожидании ответа. – О чем ты? – с прищуром спросил парень. – Видела твою посылку в школу, очень похожую на те, что отправляет мой брат из своего магазина, – невинно улыбнувшись, проговорила девушка. – Ты такая хитрая лиса, Джинни, что тебе следовало учиться на моем факультете, – усмехнулся Блейз. – Ты не могла ее видеть, потому что она еще не пришла. Вот черт! Попались. Но слизеринец не выглядел смущенным вопросом. Держался уверенно, как и всегда, словно ему нечего было скрывать. – Но если ты в курсе и тебе так интересно, – продолжил Забини, обхватив ее талию, – то там ничего особенного, просто подарки на Рождество. Гермиона мысленно закатила глаза. Ну конечно, так ему и поверили. Весьма странный выбор для подарка. Джинни улыбнулась и вывернулась из его хватки. Она собиралась еще что-то сказать, но тут подошла мисс Харрис. – Те, кто пришел на репетицию, заходите в зал и выстраивайтесь по парам, – велела преподаватель. – Вы будете у нас вести? – удивилась Джинни, изо всех сил стараясь скрыть неприязнь. – Да, – невозмутимо ответила преподаватель, ожидая студентов. Гермиона хмыкнула. – Удачи, – пожелала она подруге. Джинни недовольно кивнула в ответ и направилась в зал. Гермиона тоже развернулась, чтобы пойти к себе. – Мисс Грейнджер, – позвала профессор, – постойте. – Да? – удивленно откликнулась девушка. – Не согласились бы вы, пожалуйста, тоже принять участие? – спросила она, посильнее кутаясь в элегантный теплый кардиган. – В чем? – В вальсе, конечно. Не хватает одной девушки. А мне уже нужно начинать репетицию, искать партнершу совершенно нет времени, – она чуть приблизилась и понизила тон, – и желания, если честно. Преподаватели решили повесить все репетиции на меня, а у меня и своих дел хватает. Гермиона неуверенно потопталась с ноги на ногу, не зная, что и ответить. Очень странно, что не нашлось какой-нибудь девочки, желающей в этом поучаствовать. – Очень вас прошу, – преподаватель сложила ладони вместе в умоляющем жесте. Собственно, почему бы и нет. Раз она так просит. – Ну… ладно, – неуверенно ответила Грейнджер. – Отлично, – удовлетворено улыбнулась мисс Харрис, беря девушку под локоть и буквально заталкивая в Большой зал. Джинни почти шокировано уставилась на Гермиону, когда та подошла к ней. – Ты согласилась? – у подруги от удивления глаза на лоб полезли. Она, видимо, уже была в курсе, что кому-то нужна была партнерша. – А что такое? – недоуменно спросила Грейнджер. – Ты знаешь, кому не хватило пары? – спросила Джинни. Что? Кому? Не дай бог какому-нибудь Гойлу. Девушка испуганно заозиралась по сторонам, мысленно ругая себя за то, что даже не уточнила, с кем придется танцевать. – Мне, – ответил до боли знакомый голос. Дыхание перехватило, живот свело. Закатив глаза, девушка медленно обернулась. – Ты, – процедила она. – Я, – ухмыльнулся Теодор, наклоняя голову набок. – По местам, быстрее, – хлопнув в ладоши, скомандовала мисс Харрис, – ни вам, ни тем более мне не хочется задерживаться здесь дольше положенного. Тео протянул Гермионе свою ладонь, но она демонстративно проигнорировала ее, неохотно вставая с ним рядом. Пока профессор записывала студентов и объясняла как будут проходить тренировки, девушка жутко злилась на парня, искоса бросая на него недовольные взгляды. – Давайте начнем. Вставайте в пары, – преподаватель отбросила свои записи на стоящий рядом столик. Теодор улыбнулся и встал перед Гермионой, сжавшей челюсть так сильно, что ее аж сводило. – Девушки, левую руку положите на плечо партнера, – командовала мисс Харрис, – а юноши возьмите партнершу за талию. Тео исполнил указания профессора, положив руку на талию Гермионы. – Ты слишком далеко, так не танцуют, – сказал он, слегка подтолкнув ее к себе. – Какого черта, Нотт? – проворчала девушка, нервно кладя руку ему на плечо. Теодор другой рукой взял ее ладонь в свою, вставая в исходную позицию. Преподаватель тем временем объясняла технику танца, но Гермиона не слушала, прекрасно помня, что нужно делать. – Ты не согласилась добровольно танцевать со мной, пришлось продумывать варианты, – ответил парень. – Научись принимать отказы. – Прости, детка, но я привык добиваться своего, – ухмыльнулся он. Сердце подскочило в груди от его «детка». Он назвал ее как раньше. Главное не расплыться. Он был так близко, и снова этот его одеколон ударил в нос, обволакивая, словно дурман. Заиграла музыка, и Тео плавно повел девушку в такт. Вот блин, он и танцором был хорошим. Аристократ, черт его дери. – Значит, привык добиваться своего даже обманом? – буркнула Гермиона, следуя за ним в танце. – Ну какой же это обман? Хитрость, – ответил Теодор, внимательно смотря на ее лицо. Гермиона закатила глаза. – Так и знала, что не надо связываться со слизеринцами. – Крошка… – Перестань меня так называть! – прошипела девушка. – Мы давно не вместе. Мы просто знакомые. Он вздохнул. – Гермиона, ну что мне сделать, чтобы ты простила меня? – Отвалить. – Такой вариант не рассматривается. Гермиона хотела сказать ему, что ей плевать, что он там не рассматривает, но профессор остановила музыку и обратилась к студентам: – Хорошо, многие из вас умеют танцевать, это радует. Давайте определимся, кто будет открывать мероприятие. А в ответ – тишина. – Давайте мы, – предложила Гермиона, заметив, что никто не решался проявить инициативу. Теодор с удивлением взглянул на девушку. – Отлично, – мисс Харрис записала их в свой блокнот. – Это можно расценивать как то, что ты немного оттаяла и не откажешься танцевать со мной? – с надеждой тихо спросил Нотт. – Нет, я не могу отказать не тебе, а профессору, поэтому мы начнем танец, а затем, когда выйдут другие пары, и на нас не будут обращать внимания, я уйду. – Гермиона… – Либо так, либо никак вообще, – отрезала она, грозно посмотрев на него. Теодор сверлил ее взглядом из-под своих красивых длинных ресниц несколько секунд и в итоге недовольно ответил: – Хорошо. Мисс Харрис снова попросила студентов встать на исходную позицию, чтобы пройтись еще раз, и чтобы она указала на недочеты, если таковые у кого-то будут. Тяжело вздохнув, Гермиона снова повернулась к своему вынужденному партнеру. Несмотря на ее холод, Тео нежно взял ее руку в свою, а вторую снова положил ей на талию. Они начали движение. Девушка мысленно отсчитывала шаги, изо всех сил стараясь не думать о том, с кем именно танцует, и пытаясь не поднимать взгляд на его лицо. Раз-два-три. Раз-два-три. – Стоп, – снова раздался голос профессора, – Гермиона, ты какая-то напряженная, расслабь немного мышцы и отдайся музыке. Девушка медленно выпустила из легких воздух, стараясь успокоиться. Легко советовать, когда к тебе не прижимается Теодор Нотт, при этом смотря поглощающим взглядом. Гермиона подняла глаза на парня. Не думала она, когда соглашалась на репетицию, что будет так сложно. Смотря на него в упор, она не знала, чего ей хотелось больше – уйти или остаться в его крепких руках. Снова заиграла музыка. Тео начал движение. – Ты слышала мисс Харрис, Гермиона, – проговорил он, – расслабься. Просто вспомни, как хорошо нам было вместе. – Твои слова меня совершенно не расслабляют, – ответила девушка, напрягаясь от его фразы только сильнее. – Помнишь, как мы прятались от Филча на третьем этаже? – вдруг спросил Нотт. Гермиона вспомнила и невольно улыбнулась. Время было уже после отбоя, тогда девушке уже было привычно нарушать это школьное правило. Они почти попались ему, казалось, наказание было неизбежно. Тео и Гермиона так сильно вжимались в стену, будто были способны пройти сквозь нее, и прислушивались к приближающимся шагам смотрителя, которые в гробовой тишине казались просто оглушительными. Но тут внезапно раздался резкий шум, и на глаза Филчу попалась какая-то другая парочка, в темноте наткнувшаяся на рыцарские доспехи. Теодор и Гермиона еле сдерживали смех от облегчения, что не попались, и ругательств старого смотрителя. Тео даже зажал ей рот, чтобы она не засмеялась вслух, и не дала их обнаружить. Сердце выпрыгивало из груди, когда парень крепко держал ее за руку и буквально волочил за собой, пока они убегали в противоположную от Филча сторону, который был отвлечен другими нарушителями. – Вижу, что помнишь, – улыбнулся Тео. Каким бы Нотт теперь ни был плохим для девушки, это все же было приятное воспоминание. Гермиона немного расслабилась, позволяя себе двигаться более свободно. Теодор резко закружил девушку вокруг своей оси, при этом бережно держа ее за руку, рождая в ней чувство легкости и полета. А потом также неожиданно прижал к себе и, придерживая за талию, наклонил ее спиной вниз, создавая глубокий прогиб. Его губы были так близко к ее, а взгляд черных глаз прожигал Гермиону насквозь. Всего пара секунд в этой позе, но дыхание успело сбиться от его близости. Теодор распрямился, удерживая девушку. Для нее вокруг не было никого, только он. То, как он смотрел на нее. Но тут аплодисменты профессора и других студентов вернули ее в реальность, заставляя румянец раскрасить ее щеки. – Очень хорошо, – похвалила мисс Харрис, – обязательно включим это в итоговый танец. Вскоре, к радости девушки, репетиция закончилась. Как только профессор разрешила расходиться, Гермиона быстрым шагом покинула Большой зал, чтобы не давать Нотту еще больше возможностей заговорить с ней. Ей нужно было успокоиться, подумать обо всем в тишине. В коридоре ее догнала Джинни. – Ты как? – спросила она. – Нормально. Нет. Я не знаю, – вздохнула девушка. – Я в курсе, о чем ты думаешь, – сказала Джинни, грациозно откидывая волосы и серьезно смотря на нее в упор. – И о чем же? – Ты готова простить ему все, но хорошо подумай перед тем, как это сделать. Как же проницательна Джинни. Гермиона и правда была близка к этому, но все же спросила: – С чего ты взяла? – Я видела, как ты смотрела на него. Я не жадная, иногда можно дать второй шанс, но я просто не хочу, чтобы ты потом снова страдала. Гермиона обняла подругу, размышляя, хотела бы она помириться с Ноттом или нет. Сердце кричало «да», но это значило бы переступить через себя и свою гордость. Забыть о том, как сильно она переживала, когда он бросил ее. Но она не могла забыть. Пока нет. Время близилось к Рождеству. У студентов прошло еще две репетиции и за это время они совместно с мисс Харрис успели организовать достойный танец. Открывать его по-прежнему собирались Гермиона и Тео, за ними по очереди в вальс вступали новые пары. Девушка начала относиться к Теодору спокойнее. В танце она чувствовала себя с каждым разом все более раскованно, тем более Нотт оказался довольно комфортным партнером, если не брать во внимание их прошлое. В их общении он старался не давить на нее, и сердечко Гермионы медленно оттаивало. Девушка старалась этого не показывать, ей хотелось, чтобы Тео хорошенько осознал, как сильно обидел ее, если она все-таки решит с ним помириться. А вот Теодор, наоборот, с каждым днем выглядел все напряженнее. Он реже улыбался, чаще хмурился и закрывался в своих мыслях. Девушка незаметно наблюдала за ним на занятиях, на ужинах и просто в коридорах. Создавалось впечатление, что он нервничал, переживал или к чему-то готовился. В один из вечеров к ней в окно постучалась его сова. Гермиона впустила птицу и взяла у нее маленький сверток пергамента. «Приди, пожалуйста, в тот заброшенный класс, где мы часто проводили раньше время. Прямо сейчас», – было в записке. Взволнованно перечитав слова еще раз, девушка нервно кусала губу, не зная, стоит ли идти. Это не было похоже на обычное сообщение, складывалось впечатление, что это что-то срочное и важное. Но ей ведь больше нет до него дела, так? Еще пара секунд сомнений и, схватив свою палочку с тумбочки, Гермиона вышла из комнаты. Войдя в темную аудиторию, девушка зажгла на конце палочки свет. Нотт стоял возле окна, нервно постукивая пальцами по подоконнику и отчужденно наблюдая, как маленькие снежинки в свете окон замка опускались на землю. – Ты пришла, – облегченно сказал Тео, оборачиваясь к ней. – Что ты хотел? – спросила она, посветив в его сторону. Теодор подошел ближе, жмурясь от яркого света. – Будь добра, не свети прямо в лицо, – попросил парень, прикрывая глаза ладонью. Гермиона медленно опустила палочку ниже. – Ну? – вопросительно изогнув бровь сказала она. – Зачем звал? – Мне просто надо было тебя увидеть, – прошептал он, притягивая ее к себе и зарываясь лицом в ее волосы. Чего, блин? Он это серьезно? Она думала, что у него действительно что-то случилось, а это очередная его прихоть. Его дыхание ласкало ее кожу, отчего ладони девушки вспотели, а дыхание ускорилось. Это плохо. Очень плохо. После стольких усилий держаться от него подальше, все самообладание Гермионы рушилось в одно мгновение. – Нотт, – начала она, пытаясь отодвинуться, – я больше не буду прибегать по первому твоему зову. Я думала, у тебя что-то важное. – Мы ненадолго, – парень не давал ей отстраниться, с каким-то отчаянием говоря ей прямо в шею, – просто побудь со мной пару минут, прошу. Гермиона нахмурилась от его умоляющего тона, но перестала вырываться. Нет, это не обычная прихоть, как она подумала изначально. Она чувствовала, как напряжено его тело. Это заставляло девушку нервничать. Что происходит? – Тео? – Ну, уже хотя бы не по фамилии, – усмехнулся он, поднимая взгляд на ее лицо. – Что-то случилось? – спросила девушка, совершенно ничего не понимая. Теодор не ответил. Просто смотрел на нее с таким серьезным выражением лица, что стало не по себе. Странно, очень странно. Даже немного пугающе. – Если ты не скажешь, что происходит, я уйду, – заявила Гермиона. – Да мне уже и самому пора, – нехотя ответил он, смотря на наручные часы, – спасибо, что пришла. Парень снова придвинулся к ней, крепко обнимая и вдыхая аромат ее волос, перебирая их пальцами. – Ты мне правда очень нравишься… нет, я по уши в тебя влюблен, – прошептал Нотт, заставляя сильнее колебаться ее уверенность, – хочу, чтоб ты это, наконец, поняла и всегда помнила. От его слов ее сердце сделало кульбит. Влюблен? Ну, конечно, она догадывалась об этом, учитывая все его попытки помириться, но услышать это от него было чертовски приятно. Раньше он никогда не говорил о своих чувствах вслух. А затем Теодор просто вышел за дверь, оставляя ее одну в растерянных чувствах. Абсурд какой-то. Он мог выцепить ее в любой момент, но писать ей с просьбой о встрече перед отбоем и вести себя так необычно – это что-то необъяснимое. И почему создавалось впечатление, что он прощался? Чувство тревоги расплывалось по нутру девушки, когда она обдумывала их разговор и его взвинченное поведение. Но на следующее утро пазл в голове стал складываться. За завтраком Гермиона прочитала в газете о ночном нападении Пожирателей смерти на Хогсмид. Студенты и преподаватели были, мягко говоря, взволнованы, ведь это произошло так близко к замку. Хотя нет, «взволнованы» – очень неподходящее слово. Все были в панике. Контроль тут же усилился, посещения деревни были немедленно запрещены. В школу уже прибыли мракоборцы для защиты. И Гермиона никак не связала бы поведение Теодора и новое нападение, если бы в статье не упоминалось о том, что, прибыв на место происшествия, мракоборцы увидели несколько поверженных Пожирателей. Многим из преступников удалось сбежать, некоторые были пойманы, из местных жителей никто не пострадал. Кто же помог мракоборцам? Неизвестные успели скрыться. Гермиона, конечно, не была уверена, что это был Нотт и, возможно, еще Малфой с Забини, ведь трое против армии… слишком неравные силы. Но если все было так, как она предполагала, то это объяснило бы, куда Тео постоянно пропадал – они могли готовиться к этому нападению. И Блейз заказывал Порошок мгновенной тьмы и Плащи-щиты для этой цели? Шестеренки в голове девушки крутились, строя все новые догадки. Но как им удалось сбежать из Хогвартса? И точно ли это были они? Они же дети Пожирателей. Вот это в ее голове никак не могло уложиться. Но если все же на одно мгновение представить, что они там были, то с чего она решила, что они помешали Пожирателям? Может она просто не хотела верить в то, что парни могли участвовать в нападении, и что на самом деле они вообще на их стороне? А возможно, она ошибалась, и у Тео ночью было волнение просто от их разговора и признания в чувствах. Но тогда почему он так быстро ушел? Несмотря на все это, школьный бал отменять не стали. Во-первых, чтобы отвлечь студентов. Во-вторых, Министерству все еще было выгодно его провести. Через несколько дней ученики снова собрались на последнюю репетицию. Уже завтра должен будет состояться праздничный ужин, так что им нужно было прогнать выступление еще раз. Гермиона стояла в Большом зале, ожидая начало, и разговаривала с Гарри и Роном, когда к ним подошел Нотт. – Привет, – сказал он, смотря на нее и не обращая ни малейшего внимания на парней рядом с ней. Выглядел Тео абсолютно расслабленно. – Привет, – девушка не знала, как себя вести. После той встречи в пустом классе они больше не общались, и своих подозрений она ему не высказывала. Да и нужно ли было это делать? Посмотрев на друзей, она прямо почувствовала давящее напряжение, которое мгновенно растеклось по воздуху, когда слизеринец оказался поблизости. – Отойдем? – спросил Тео. – Зачем? Сейчас начнется репетиция. – Мы успеем. Гермиона снова взглянула на Гарри с Роном, которые смотрели на нее слегка взволнованно, но в глазах обоих мелькала уверенность и готовность запытать Нотта до смерти, если только она попросит. Тяжело вздохнув, девушка кивнула Теодору. Когда они вышли в коридор, он протянул ей небольшую бархатную коробочку. – Что это? – спросила Грейнджер, неуверенно беря ее в руки. – Посмотри и узнаешь, – улыбнулся парень. Гермиона медленно открыла ее. Внутри лежал потрясающий браслет, усыпанный небольшими камушками, красиво переливающимися на свету. – С Рождеством, Гермиона, – сказал Тео, – хотел подарить тебе на бале, но не смог дождаться. – Очень красивый, – девушка завороженно провела по камушкам пальцем, – но, Тео, я не могу его принять. Она протянула коробочку ему обратно, но парень отрицательно помотал головой. – Он твой, я хочу, чтобы ты примерила его. Ей тоже очень хотелось надеть украшение, оно выглядело очень дорого, изысканно. Но еще больше Гермиона не хотела давать Теодору повод думать, что у них все может наладиться, ведь она еще не приняла решение. – Прости, но… – Это ни к чему тебя не обязывает, если ты об этом думаешь, – сказал Тео, аккуратно вытаскивая браслет, – просто хотел сделать тебе приятно. Он нежно взял ее руку и застегнул на ней украшение. И тут Гермиона случайно заметила на одном из его запястий бинт. – Что это? – она аккуратно подняла рукав его пиджака повыше и заметила, как сквозь бинт выступают пятна крови. – Да порезался, ничего серьезного, – беспечно ответил Тео, пряча руку за спину. Порезался? Каким образом? Когда был в Хогсмиде? Если был, конечно же. Девушка недоверчиво посмотрела на него. Мадам Помфри прекрасно лечит бытовые порезы, что от них не остается и следа. Если у него действительно порез, рука перебинтована, а рана не затягивается и аж кровит, то вероятно, это от действия какого-то заклятия. – Все нормально. Уже даже не болит почти, – отмахнулся парень, – лучше посмотри, как красиво на тебе смотрится браслет. Гермиона чуть вытянула руку и немного повернула ее, чтобы браслет засверкал. Выглядело это шикарно. Она понимала, что он просто попытался отвлечь ее внимание от своей раны, но ему это удалось. – Спасибо, – улыбнулась она, посмотрев на парня. Было немного неловко, ведь она не приготовила ему никакого подарка. Девушка на тот момент и не думала, что они снова начнут общаться. Но кое-что подарить ему она все-таки могла. Гермиона подошла к парню и положила руку ему на плечо. Встав на носочки, она прикоснулась губами к его щеке. Теодор шумно вздохнул в себя воздух, и его губы расплылись в улыбке. Гермиона медленно отстранилась от него. – Я хочу большего, – прошептал парень. – Большего ты еще не заслужил, – ее шепот в ответ. – Еще? – он усмехнулся. Черт. Ну вот кто ее за язык тянул. Не хотела же давать ему никаких надежд. – Пошли обратно, – сказала Гермиона, поворачиваясь ко входу в зал. – Постой, – сказал Тео, придерживая ее за локоть, – может, ты хотя бы не откажешь мне в прогулке перед каникулами? Свидание. До следующего семестра мы долго не увидимся. Гермиона посмотрела на слизеринца, не зная, что ответить. – Пожалуйста, – попросил он, но в голосе не слышалось мольбы. Он был слишком самоуверен, предполагая, что она не станет отказывать. Это и бесило и привлекало Гермиону одновременно. – Если я соглашусь, тебе придется отвечать на мои вопросы. Он нахмурился: – Какого рода вопросы? – Ну, судя по всему, неприятные для тебя. Хочешь погулять и начать все сначала – значит, никаких секретов. Она выжидающе глядела на него. – Я постараюсь ответить на все, что ты захочешь узнать, – вздохнув, ответил парень. – Тогда… хорошо, погуляем. Репетиция прошла более чем успешно. Студенты идеально выучили каждую связку. Теодор, окрыленный их разговором в коридоре, буквально сиял, и это немного беспокоило Гермиону. Но лед внутри нее с треском ломался, когда она смотрела на парня. Ей хотелось ответить ему взаимностью, хотелось забыть все, что было, и начать с чистого листа. Если он ей все расскажет, как они и договорились, если он не участвовал в нападениях и в целом не поддерживает идеи Пожирателей, то она скажет ему, что готова попробовать снова. В день перед рождественским пиром Гермиона тщательно подготавливала свой образ. Не без помощи Джинни, конечно. Перед началом учебного года девушки ходили по магазинам, и подруга уговорила Гермиону купить себе красивое длинное платье пудрового оттенка. Грейнджер тогда не знала, куда она сможет надеть его, но вот и повод подвернулся. Когда Джинни уложила ей волосы и накрасила, сказала: – Гермиона, ты выглядишь потрясающе. Девушка посмотрела на себя в зеркало. Да, она действительно была хороша. – Нотт подавится слюной, когда тебя увидит, – хмыкнула Уизли, – ты же для него так стараешься? – Ну с чего ты взяла? – спросила Гермиона, неосознанно теребя браслет на руке. – Ой, а то я не знаю, – махнула рукой Джинни, считая, что все вполне очевидно. В Большом зале перед началом праздника был небольшой фуршет. На столах стояли огромные вазы с пуншем. Студенты втихаря подливали себе в стаканы огневиски. К девушкам подошел Блейз и присвистнул. – Вы выглядите сногсшибательно, – улыбнулся слизеринец, протягивая им по кубку. – Там пунш, смешанный с алкоголем? – осуждающим тоном спросила Гермиона, указывая взглядом на напиток. – Если только чуть-чуть, – ухмыльнулся Блейз, немного склонив голову. – Тут повсюду преподаватели и министерские чиновники, – проговорила Грейнджер. – Салазар, – протянул Забини, – ты думаешь, у них в кубках тыквенный сок, Гермиона? Расслабься. Девушка закатила глаза. – Где Теодор? – оглядывая зал, спросила она. – Нам скоро выступать. – У него появилось одно дело, – уклончиво ответил Блейз, – но он придет к началу, не волнуйся. И прежде чем она успела еще что-нибудь спросить, он, подмигнув Джинни, удалился обратно к Малфою. – Меня так бесит, что Тео постоянно что-то скрывает, – пробурчала Гермиона. – Ну, он же обещал рассказать тебе все до каникул, – ответила Джинни, делая глоток. – Скоро все узнаешь. – Почему-то мне слабо в это верится, – сказала девушка, ощущая внутри плохое тревожное предчувствие. – Гермиона, где Теодор? Вы готовы? – спросила мисс Харрис, подойдя к ним. – Выступление через пять минут, девочки, найдите своих партнеров и идите готовьтесь. Девушка взглянула на подругу. – Пошли, – сказала Джинни, – наверное, ждет тебя возле входа в зал. Но возле входа его не было. Были все, кроме него, в том числе Гарри, Рон с Лавандой, Блейз с Паркинсон и даже Малфой, который ошивался рядом и вместе со слизеринцами над чем-то смеялся, пока однокурсники готовились к выступлению. Напряжение поглощало Гермиону, делая ее слишком нервной. Она ненавидела неопределенность, когда все шло не по плану и непунктуальных людей. Заиграла торжественная музыка. Они должны сейчас выйти. Гермиона снова оглядела студентов, остановив взволнованный взгляд на Блейзе. Тот что-то шепнул Малфою, который стал нервно поглядывать на часы. Забини ткнул недовольного сопротивляющегося чему-то Драко в плечо, затем сильнее подтолкнул его к Гермионе. – Блядь, – выругался тот, бросая последний разгневанный взгляд на друга. – А ты что тут делаешь? – спросила она, удивленно наблюдая, как он нехотя встает с ней рядом. – Будешь танцевать со мной, – процедил Малфой сквозь зубы, хватая ее за руку и выводя в центр зала.