Молодой и голодный

Воскресенье началось для всех членов семьи Монс с совместного завтрака. Зная, как редко они устраивают посиделки в семейном кругу, Ли расстаралась и приготовила на завтрак блинчики с творогом. — Кристина, читать во время еды вредно,— напомнил дочери Виллим. — Я знаю,— не отрываясь от чтения и откусывая блинчик, ответила та.— Но я хочу превратить Павла в жабу. Желательно, молчаливую. Пусть сидит в живом уголке и не квакает! — Если тебя это утешит, — Ли подошла и обняла её за плечи. — Твой папа на пару с Петром Алексеевичем вчера надрали Павлу уши. — Спасибо, конечно,— снисходительно бросила она.— Но я его знаю, он своих штук не бросит. Для него горящие уши это уже так, ерунда. Вот если в жабу… — Ты лучше подумай, кем ты собираешься стать в будущем, через два года тебе уже поступать, — Виллим был серьезен. — А я и так подумала,— Кристина захлопнула книгу.— Я хочу пойти по вашим стопам. Раскрывать преступления. Её заявление заставило родителей переглянуться, а следующий вопрос – ещё и немного напрячься. — Что за дело вы сейчас расследуете? — Кристина, — Виллим прочистил горло и даже одернул на себе футболку. — Ты знаешь, что такое тайна следствия? — А что? — А то, что мы права не имеем тебе рассказывать подробности дела. — И как мне тогда понять, что это мне подходит? — возмутилась девушка. Ли улыбнулась: — Кристина, а ты думаешь, мы каждый день за преступниками бегаем? Нет, у нас очень много кабинетной работы. Сейчас мы разбираем архив одного заброшенного лагеря. Много лет назад там пропала одна девочка. Ей было столько же, сколько тебе сейчас. — Ну и зачем ты ей это рассказываешь?— воскликнул Виллим.— Смотри, напросится с нами. — Ну и пускай. Увидит эту гору бумаг и ей быстро станет скучно… — Да с чего вы взяли?— возмутилась Кристина.— Может, я тоже захочу вам помочь. Может, вам как раз нужен этот…о, свежий взгляд! Я могу поискать что-нибудь в Интернете… — Твоя мама уже искала,— улыбнулся Виллим. — И что ты нашла? — в глазах девушки блестел живой интерес. — Пару статей о лагере,— небрежно ответила Ли. — Покажешь? Ответом ей был тяжелый вдох: Ли знала, что теперь просто так от дочери уже не отвертишься. Получив от мамы ссылки на статьи, девушка отправилась читать их к себе в комнату. — Вот заодно и посмотрим, какой у неё «свежий взгляд»,— фыркнул Виллим, едва они остались наедине.— Рассуждать все горазды. — Неужели ты в неё совсем не веришь?— удивилась Ли. — Почему? Я верю. Но она неопытная. Будет выдвигать предположения и считать что все, раз есть предположение – дело раскрыто. Ли пожала плечами и принялась мыть посуду после завтрака. Не успела она навести порядок на кухне, как Кристина снова появилась на пороге. — Что? Неужели все прочитала? — ехидно фыркнул Виллим. — Прочитала, и теперь я точно уверена, что Нику убил её воспитатель! — Хорошо, предположение неплохое. Но где доказательства, что именно он её похитил, а уж тем более – убил? — Пап, ты его рожу видел? Да такой убьет и не поморщится. — Ну, знаешь ли, твоя мама считает, что я на него чем-то похож, — Кристина в ответ только фыркнула. — Так что внешность как доказательство не принимается. — А если я попробую найти улики? Например, поеду в этот заброшенный лагерь? — Так, никуда ты не поедешь,— возмутилась Ли. — Во всяком случае, без нас. — Никто никуда не поедет,— отрезал Виллим.— Лиза, давай ты просто перестанешь втягивать ребенка в наше расследование?

***

Когда отец запретил Кристине даже думать о поездке на территорию заброшенного лагеря, девочка обиженно замолчала, но Ли поняла, что ненадолго. Это не молчание, это, скорее, партизанский рейд. Так что она решила на всякий случай держать ухо востро. Подозрения Ли не обманули. К девяти часам пришли Петер и Анхен (или просто Анна) – дочь и сын Петра Алексеевича, давние друзья Кристины. Они уже окончили школу: Петер учился в политехе, а Анна – в Академии художеств. Ребята быстро сняли куртки (с поступлением в вуз они одевались по современной моде, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания) и зашли в комнату к Кристине. — Ну, как всегда, что-то затевается,— пробормотала Ли. Через несколько минут она зашла в комнату к дочери – с чаем и сладостями. — Мам, да зачем? — начала было возмущаться Кристина. — А затем, что Петер и Анна наверняка с пар приехали, устали. Ребят, вы ведь не против чая? — Да вообще класс, спасибо огромное,— улыбнулся Петер, откусывая вафлю и запивая все чаем.— Так что ты там про какой-то заброшенный концлагерь говорила? — Да это не концлагерь, а пионерлагерь,— поправила его Кристина, покосившись на маму.— Мам, а ты папе ничего не скажешь? — Я подумаю,— скривилась та.— Хотя советую тебе самой все рассказать про эту авантюру. Все-таки задумала поехать туда? Кристина кивнула. — Мам, ну вдруг там что-то важное…а вы пропустили… — Ага, а вы вдруг возьмете и найдете то, что пропустили сотрудники Тайной Канцелярии?— фыркнула Ли.— И вообще, отец мне запретил тебя втягивать… — А ты меня не втягивала, будем считать, что я сама заинтересовалась. И потом, я читала, что при поиске людей часто используют добровольцев. Или тех, кто владеет какой-то информацией. — Господи, этим должны заниматься специально обученные люди, а не три подростка! — А что делать, если полиция не справляется? Сама же говорила, что у вас не десять рук, чтобы все успеть! После двадцати минут подобных разговоров Ли сдалась – но предложила ребятам обсудить это с Виллимом. Их ожидал долгий вечер.