На поражение

Постановление на обыск было у них уже через пару дней - и, прихватив с собой ещё пару жандармов, супруги Монс примчались на квартиру к Большакову. Дверь им никто не открыл. Видимо, старик понял, что запахло жареным - и скрылся. — Или убили,— предположила Ли, пока муж вскрывал замок.— Или просто стало плохо с сердцем. — Сейчас узнаем,— Виллим уже входил в квартиру. Но осмотрев все комнаты, включая ванную, следов Большакова они не нашли. Зато были хорошо видны следы поспешных сборов - открытый шкаф в спальне, отсутствие зубной щетки в ванной. Но вот про бритвенные станки Большаков почему-то забыл. — Интересно, забыл ли он про свои трофеи,— пробормотал Виллим, приседая у комода и доставая отмычки. Ящик комода у пола пришлось вскрывать. Интуиция Монса не обманула – в ящике лежало пара мелких пробничков из-под женских духов, а также несколько ношеных женских трусиков, флакончик помады, расческа и прочие аксессуары. Каждый такой «трофей» был любовно упакован Большаковым в отдельный пакетик. Виллим поморщился: старик заигрался, раз хранит на память нижние белье и безделушки из арсенала своих жертв. Посчитал количество пакетиков: судя по количеству, где-то ходило семь совсем ещё юных девушек, которых этот гад развратил. — Забираем это,— Виллим начал упаковывать «трофеи» в пакеты для улик.— Хорошие доказательства будут в суде. — Я думаю, Большаков может прятаться у своей падчерицы,— предположила Ли, помогая собирать улики. — Думаешь?— Виллим пожал плечами.— Даже если это и так, мы его спугнем. Мне кажется, он может прятаться в школе. Но так просто нам его не достать. Нужна ловля на живца.— он внимательно посмотрел на жену, отчего у той пересохло в горле. — Поможешь мне?

***

— Ты готова?— лицо Виллима было каменное, но беспокойства в голосе он скрыть не смог. Ли кивнула. — Самое главное, не волнуйся. Если что, ребята будут следить из подсобки, подстрахуют тебя. — Успели бы…— Ли обняла Виллима, мельком бросив нервный взгляд на свою одежду – короткие шорты и топик с спортивной ветровкой. — Успеют. Я тоже подскочу,— Виллим погладил её по спине. — Давай ещё проверим прослушку. — Ладно,— Ли вздохнула, начав снова прыгать через скакалку, считая вслух прыжки. — Слышно? — Слышно…И тот наушник слышно, который крепится со спины, если остальные вдруг оборвутся. — Хорошо. И последнее. Не строй из себя охотницу за приключениями. Не пытайся вывести его на признание. Он должен принять тебя за Нику, а твоя задача - повернуться к нему и записать его реакцию. Ли кивает - сил отвечать просто нет - и заходит в зал. Пути назад нет - Ли берет скакалку и, стоя спиной к двери, начинает прыгать на месте. Десять прыжков, сто...ну когда же уже появится этот Большаков? — Фамилия?— её раздражение рубит его старческий голос. — Алексеева!— выдыхает Ли и поворачивается к нему и видит, что лицо мерзавца за одну секунду меняется.— А вы все продумали, Мирон Денисович…Затерянная футболка, машина в лесу…вы сделали все, чтобы отвести от себя подозрение… По лицу физрука проходит неуловимая тень. Наблюдающий за их разговором Виллим тихо чертыхается и дает отмашку – похоже, тот тоже понял, что перед ним не Ника. Он кидается вперед, чтобы схватить её, но Ли тут же отбегает - и в этот момент врывается Монс с жандармами и хватает Большакова, заводя ему руки за спину. Тот сопротивляется, но ему быстро надевают наручники. — Опять ты, журналист? Не надо было мне тебя пускать…— хрипло смеется он. — Уводи его,— бросает Виллим. Подходит к жене, которая стоит с бьющимся сердцем и чувствует себя абсолютно опустошенной. — Как ты? — Все хорошо,— как можно спокойнее ответила она, ощущая, как Виллим хочет спрятать, уберечь, защитить её от угроз. Дышит в шею, целует быстро, поднимаясь от шеи к скуле и в губы. Ли отвечает на поцелуй и спрашивает: — А ты как? Он в ответ растягивает губы в подобии улыбки и снова утыкается ей в шею, обнимая изо всех сил.

***

Допрос длился, наверное, уже четвертый час. Виллим, несмотря на свой молодой вид и энергию, уже начал уставать. Большаков, напротив, просто наслаждался моментом: отвечал вопросами на вопрос, старался поддеть, уязвить. — Сколько было Нике Алексеевой, когда вы её изнасиловали? — А сколько было твоей, капитан, когда ты её впервые захотел?— ехидно осклабился Большаков. — Вопросы здесь задаю я!— отрезал Монс. Он стал выкладывать на стол улики: футболку и другие трофеи, судя по всему, любовно собираемые Большаковым. — Узнал-таки, капитан? — его показанные улики ничуть не смутили.— Да в старину только так и было, едва сиськи начали расти, сразу замуж выдавали... Монс захлопнул папку с делом, собираясь окончить допрос. Все и так было ясно - Большаков бахвалился, но рассказывать по делу пока ничего не желал. — Конвой,— гаркнул Виллим в коридор.— В камеру его. — Если бы не баба твоя, капитан, я бы тебе столько не рассказал,— обронил Большаков. — Она действительно очень…на неё похожа.

***

Капитан Монс сопровождал конвой и Большакова до камеры, дабы убедиться, что он ни с кем больше не столкнется - особенно с Ли, так напоминавшей ему Нику. Предчувствие Виллима в каком-то смысле оправдалось - на обратном пути он сам с ней столкнулся. — Как хорошо, что я тебя нашла!— обрадованно воскликнула Ли, чуть не врезавшись в мужа. — Что случилось? Ты прямо вся сияешь,— он осторожно придержал её за руки, невольно улыбаясь. — Я нашла Нику! Правда, под другим именем...но я на 100 уверена, что это она...только вот...в общем, есть вероятность, что её уже давно нет в живых.