Часть 13

Хонджун стоял в главном зале Дома Син плечо к плечу с Саном. Оба они выслушивали задание от своего нового мастера.     — Я знаю о ваших разногласиях с самого детства, но я хочу посмотреть, насколько вы выросли из этих игр.     Она сидела в своём кресле на невысоком постаменте. Обычно это место использовалось для приёма важных гостей, но старейшина Син прибегала к нему и в подобных ситуациях. Ученики, стоящие перед ней, лишь смотрели в пол, не желая признавать свои прежние поступки.     — Хонджун давно не был ни на каких заданиях, поэтому я не могу отправить его одного. Сан, ты будешь за главного и ответственного на этом задании.     — Да, мастер! — тут же выпалил парень.     — Вот координаты, там вы найдёте небольшое поселение. Свяжитесь с главой, и он вам всё расскажет подробнее. Если возникнут проблемы — отправляйте мне связную птицу, я приду сама или вышлю к вам Минги с Есаном.     — Да, мастер! — произнесли они уже в один голос.     — Отправляйтесь немедленно, как только соберётесь в путь. Свободны.     — Спасибо, мастер!     Они тут же покинули зал и отправились на второй этаж.     — Только не собирайся слишком долго, — буркнул Хонджун, представляя, сколько времени потребуется, чтобы в хламе чужой комнаты найти нужные вещи. И сам вырвал листок с координатами у того из рук.     — Что ты делаешь?     — Я лучше тебя ориентируюсь на картах, так что будет лучше, если вести буду я.     — Но мастер назначила меня главным! — Сан тут же вырвал листок из чужих рук, вернув его себе.     — Чтобы мы потерялись в трёх соснах!?     — Я уже не теряюсь в картах! Прекрасно по ним ориентируюсь!     — Ну и в какой стороне север, мальчик с севера?     Сан решительно указал направление. Хонджун, даже не посмотрев туда, куда тот показал, громко и протяжно вздохнул, затем снова вырвал листок из рук Сана и громко подытожил:     — Я поведу.     — Да чёрт... — шикнул тот и, потеряв все аргументы, пошёл в свою комнату. Ничего, он обязательно выучит, в какой стороне находится север, и ещё успеет блеснуть этим знанием.     Когда вещи были собраны и оба приготовились, они отправились в путь. Поступь полёта была им уже знакома, и, наложив на себя руны, они двинулись вперёд. Поступь позволяла им отталкиваться от самой воздушной глади и двигаться вперёд, словно птица, а потому преодолеть необходимое расстояние не составило труда. Правда, до пункта назначения всё же оставалось довольно далеко.     Они спустились в небольшом городке.     — Остановимся тут, — произнёс Хонджун, убирая карту обратно в свой мешок.     — Почему Мастер назначила за главного меня, но у меня совершенно нет такого чувства?     — Ты что, действительно подумал, что она это сделала только потому, что считает тебя лучше? — Услышав вопрос в ответ на вопрос, Сан растерялся.     — Я не прямо так думал...     — Она это сказала потому, что я только недавно пошёл на поправку. Это означало, что ты в ответе за мою жизнь, только и всего, — спокойно произнёс он, направляясь дальше. — Я лучше тебя в картах и любой теории, а ты лучше в физической силе. Так если уж нам надо работать сообща, то давай не лезть в чужие обязанности.     — Звучит... неплохо, — Сану, видимо, польстило, что физически его назвали сильнее, и дальше он пошёл уже гордо выпятив грудь вперёд.     — Нужно найти какую-то недорогую ночлежку до утра.     — Недорогую? Зачем? Мы можем остановиться в любой! — довольно произнёс парень и, нагнав товарища, указал на одну, видимую уже с их места. — Как тебе та?     Хонджун поднял взгляд и увидел пятиэтажное здание, расшитое на фасаде едва ли не золотом. Мрамор украшал всё, причём был всех возможных цветов. Это место можно было сравнить даже с Обителью и Домом Син, а ведь она являлась самым важным лицом Син де Арун, а потому могла претендовать на лучшее строение. Сложно было представить, во сколько бы им это обошлось.     — Ты слишком раскидываешься деньгами. Идём, тут должно быть что-то более скромное.     Сан всё же пошёл молча за Хонджуном, предлагая ему разные варианты для сна, однако тот ни на что не соглашался. И лишь когда они оказались на окраине, в каком-то захолустье, он наконец остановился. Маленький домик в два этажа, покосившийся от времени, выглядел совсем уж мрачно. Настолько, что Сану было даже страшно смотреть в его сторону. Однако Хонджун смело пошёл внутрь.     — Тут нам подойдёт.     — Постой, — он схватил парня за плечо и не дал двинуться с места. — Я согласен не брать тот роскошный отель, но хотя бы не то, что шатается под ногами?     — А какая разница? Это лучше, чем лес, — он спокойно пожал плечами.     Сан не был готов к такому и, обойдя парня, встал перед ним, положив и вторую руку на плечо.     — Нам ведь завтра, возможно, придётся сражаться. Надо набраться сил. Тут вряд ли можно вообще уснуть, ведь всегда будет страх обрушения!     — Тогда ты иди в другое место, встретимся утром, с рассветом, — и собрался уже пойти снова в эту ночлежку, но Сан сжал руки посильнее.     — Если дело в деньгах, то я оплачу оба номера сам, только давайте не будем тут останавливаться.     Хонджун ещё раз посмотрел на домик за чьей-то спиной и в его глазах читалось искреннее непонимание, чем тот не угодил Чхве, однако пойти с ним означало сэкономить даже жалкие пару золотых, что не могло его не порадовать. Поэтому он резко развернулся вокруг оси и зашагал в обратном направлении.     — Выбирай, где мы будем?     Сан тут же заулыбался, уже указывая на какой-то не слишком дорогой домик.     — Неужели у тебя настолько мало денег?     — Нет, просто я не вижу смысла тратить их на дорогие спальные места.     — Хм, ты ничего не покупаешь, нас кормят почти всегда в обители, но даже в путешествиях ты не тратишься на комфорт. Куда ты вообще деваешь все заработанные деньги?     — Отправляю родителям, — спокойно отметил тот.     — О, вот оно что... не думал с этой стороны.     — Твои родители богаты, поэтому это не те вещи, о которых тебе стоит думать.     — Это правда, тогда, когда будем путешествовать вместе, я буду платить за тебя! — бодро произнёс Сан.     Он тут же подтвердил свои слова, оплатив сразу две комнаты в хорошем гостиничном дворе, заказал два полноценных ужина и даже попросил нагреть две ванны для каждого из них. Хонджун никогда не отдыхал так прекрасно.     Ужинать они решили вместе, ведь Сан сам выбрал прийти в комнату Хонджуна для этого. У того не было причин отказываться, ведь фактически каждый из номеров принадлежал всё-таки Чхве. Когда им накрыли, они расположились, и Хон тут же принялся за еду. Сан тоже не заставил себя ждать.     — Как думаешь, что нас там ждёт?     — Я ознакомился с заявкой; скорее всего, там будет монстр. Поймаем и разберёмся с ним, а потом отправимся обратно. Не предвещает сложностей.     — Это хорошо, сложности я не люблю.     Сан при этом одной рукой уже поднял кувшин и разлил его содержимое в две пиалы. Хонджун потянулся, чтобы отпить воды, но когда жидкость обожгла его горло, тут же закашлялся:     — Это снова алкоголь?     — Верно, — спокойно ответил Сан, отправляя в рот кусок курицы. — А что?     — Не слишком ли часто ты стал пить? Когда я уходил в транс, то вообще не знал, что ты занимаешься этим.     — Ты на тот момент вообще мало что обо мне знал, так что не суди. Да и многое случилось за это время.     Услышав эту фразу, Хон тут же поник. Эта тема беспокоила его больше всего: это было всего полгода, но всё же это время, когда он полностью отсутствовал в жизни. Многие изменились, многие ушли. Его друзья теперь не так часто могут видеться с ним, они все разъехались по новым домам. Те, кого он знал, стали выглядеть иначе, носить другую одежду, иметь другие способности... Казалось, это всего полгода, но для жизни юноши, которому ещё нет и восемнадцати, это жутко большой срок.     — Прости, не хотел, — тут же добавил Сан.     Хонджун усмехнулся и опрокинул всё же налитый ему алкоголь.     — Всего полгода, а ты уже даже научился извиняться. Мне нужно столько времени, чтобы ко всему привыкнуть.     — Ты всё ещё переживаешь об этом?     — Конечно, — кивнул Хонджун и посмотрел в пустую пиалу. — Я словно отстал от всех за это время, оказался где-то позади.     — Для такого, как ты, нет проблем нагнать каждого! — восторженно воскликнул Сан и налил себе ещё немного алкоголя.     — О чём ты? Я же не ты, чтобы мне всё легко давалось. Каждое моё достижение — это бессонные ночи.     — Ты думаешь, мне всё легко даётся?     — Конечно, когда я едва научился первому заклинанию, ты уже мастерски им владел.     — Мой учитель был ужасно чёрствым человеком! Он не давал мне расслабиться ни на секунду, мог даже разбудить среди ночи и заставить практиковаться! Конечно, я осваивал всё быстрее. Это была вынужденная мера!     — А мне приходилось самому не спать ночами, чтобы продвигаться вперёд! Я столько сил вложил, чтобы быть первым среди соучеников! А потом пришёл ты и всё испортил!     — Я испортил? Да я просто хотел подружиться!     — Ты выпендриваться начал!     — Ну почему же, я просто хотел показать, что достоин!     Подливая друг другу алкоголь, они выплёскивали то, что давно стоило высказать друг другу. Этого и не хватало, чтобы положить начало их дружбе.     — Ты потом вечно дразнил меня и подначивал!     — Потому что ты был вредной колючкой, что я должен был с этим делать?     — Как минимум, не продолжать меня бесить!     — Да брось! Ты вечно такой весь закрытый и так пренебрежительно смотрел на меня. Ты вообще видел себя со стороны? Да ты вечно всех считал ниже и глупее себя!     — Да что ты говоришь! Я не виноват, что тратил больше времени на книги, чем другие!     — Да ты даже сегодня показывал всеми силами, насколько ты лучше меня!     — Да я не лучше тебя! Ты намного сильнее и способнее всех, кого я знаю! Я чертовски завидую тебе, а ты по своей глупости тратишь свою энергию не туда! — выпалил Хонджун.     В отличие от Сана, он пить не привык и делал это впервые, поэтому, закончив эту фразу, вложив в неё все свои накопившиеся эмоции, он просто рухнул на стол носом, тут же засопев. Даже не закончил трапезу, не доел и половины своей порции, а уже просто вырубился. Однако он успел сказать что-то важное, что только подбросило масла и дров в пылающее сердце.     Сан, также успевший пригубить несколько пиалок, был всё же чуть выносливее. Его не свалило от выпитого алкоголя, однако, вытянув руку, он без зазрения совести запустил её в шелковистые волосы Хонджуна, начиная их перебирать. Его блаженная улыбка стала ещё шире, и он просто, почти не моргая, смотрел на спящего парня напротив себя.     — А я завидовал тебе потому, что ты был самым умным. Ты запоминал всё, что говорили учителя... Ты учился практически так же легко, как дышал. Такой идеальный, что у меня аж зудело во всём теле, когда я тебя видел. И до сих пор зудит, но только иначе... Мой Миньхон...     Следующим днём они добрались до нужного места. Это оказалась небольшая деревенька, в которой было от силы три десятка домов. Их уже ждали. Ещё на подлёте они приметили главу деревни, и тот радостно встретил их огромной корзиной куриных яиц.     Приземлившись, они тут же подошли к местным жителям. Те столпились; им не терпелось хоть глазком увидеть жителей Обители Син-де-Арун, о которой здесь ходило множество слухов.     — Мы рады, что вы прибыли так быстро! — поклонился староста.     — Да, конечно, мы спешили как могли, — бодро произнёс Сан.     Хонджун не был столь же бодрым. Не привыкший к алкоголю организм всё ещё не пришёл в норму, хоть он и проспал достаточное количество времени. Поэтому сегодня он предпочитал стоять чуть позади своего сокомандника и просто ждал, когда тот обсудит все детали.     — Что у вас происходит?     — В лесу появился монстр. Никто не может туда пойти, люди пропадают, ужасно... Все боятся по ночам выходить из дома.     — Так не выходите, — шутливо бросил Чхве и рассмеялся во весь голос.     Ким Хонджун впервые испытал стыд, будучи вовсе не причастен к диалогу, однако сил вмешаться у него не было.     — Простите, это глупая шутка. Мы разберёмся. Где можно будет оставить вещи?     — В моём доме, — проговорил староста. — Проходите.     Они бросили вещи в одном из домов и, взяв всё необходимое, направились в сторону леса.     — Они не сильно много дали информации, — задумчиво произнёс Сан.     — Никто ничего не видел, никто ничего не знает. Только то, что пропадают люди.     — Нужно внимательно осмотреться.     — Разделимся? — предлагает Ким.     — Нет, будем ходить вместе.     — Зачем? Так потребуется больше времени на поиски.     — Хм, но ты не читал разве книгу, которую я тебе дал? Там ведь очевидно, что если бы они в тринадцатой главе не разделились, то никто бы не погиб.     — Серьёзно, мы будем на этот роман ориентироваться?     — Ты не понимаешь, это классика. Вдвоём мы намного сильнее, так что не отходи от меня!     Хонджун только вздохнул и всё же позволил себе отойти, хоть и недалеко. Прочёсывать лес они начали быстро, сохраняя деревню в пределах видимости. Вот только результатов это никакого не дало. Нигде в округе не было ничего подозрительного или странного.     — Я воспользуюсь компасом, — предложил Хонджун. — Если здесь кто-то есть, то компас приведёт нас туда.     — Опять он... — протянул Сан и подошёл поближе к парню, присев рядом.     Тот уже опустился на землю и, подобрав какую-то палку, начал вычерчивать руны. Но он чувствовал себя сегодня настолько плохо, что у него никак не получалось провести ровные линии. Сколько бы он ни старался, золотого свечения компаса не появлялось.     Сан осторожно наблюдал, как лицо Хонджуна из спокойного становилось всё более раздражённым. Это явно не предвещало ничего хорошего.     — Может, отдохнём немного и попробуем ещё раз?     Хонджун взглянул на парня и выдохнул ещё громче. Ему было ужасно стыдно, что, накричав на Сана вчера и получив от него похвалу, он мог так бездарно тратить их время. Компас совсем не получается. Ему не следовало пить вчера и не следует делать этого впредь.     Несмотря на предложение, Хонджун продолжал пытаться. Он стирал руны снова и снова, начиная чертить заклинание заново, пока не почувствовал, как чья-то рука обхватила его.     — Я сказал, прекрати, — всё так же спокойно произнёс Сан. — То, что ты тут будешь драть корни деревьев своими раскопками, ничему не поможет.     — Я попробую ещё раз.     — Попробуешь, но сначала отдохнём. Мы бродим уже три часа и не нашли даже следов. Конечно, мы устали.     Наконец Хонджун устало кивнул и просто сел на землю, зарывшись руками в волосы. Почему именно сегодня он должен выглядеть таким слабым.     — Ты ещё не полностью восстановился после лечения.     — Всё в порядке, боли больше нет, можешь не волноваться.     — Я за тебя и не беспокоюсь... — поняв, что это прозвучало не так, как ему хотелось бы, он решил исправить ситуацию. — Я не беспокоюсь о том, что у тебя есть боль. Я знаю, что старейшина Ан убрал её. Но ты всё равно ещё немного слаб.     — Я не слаб, — недовольно поправил Хонджун. — А даже если и так, тебе должно быть приятно.     — Брось. Да, признаю, в детстве я иногда вёл себя ужасно, но и ты не подарок. Просто давайте забудем об этом.     — Я злопамятный.     — Я заметил это уже давно. Черепаха с чертовым панцирем.     Тем временем Хонджун, хоть и обещал отдохнуть, неотрывно вычерчивал заклинание на земле, вкладывая в него всё больше и больше сил. Их разговор был лишь способом отвлечься немного от неудачи.     — Мне казалось, мы вчера решили закрыть этот разговор, — спокойно отметил Хонджун. — Я про способы меня обозвать. Не слишком ли по-детски.     — Посмотри на этого взрослого парня... Может, тебе просто нужно научиться признавать, когда тебе нехорошо?     — С чего ты взял, что мне как-то нехорошо?     — Вчера мы много выпили, и ты явно делал это впервые.     — Неправда...     — Да брось, после трёх пиал ты сопел носом в стол.     Хонджун нахмурил брови. Этот факт ему не нравился, потому что проснулся он в своей кровати в прибранной комнате, и вряд ли это сделали сотрудники гостиничного двора.     — Мне сложно так просто научиться разговаривать с тобой, — отметил Хонджун. — Всю жизнь я учился защищаться от твоих нападок, поэтому делаю это теперь даже тогда, когда ты не нападаешь.     — Тогда отучи себя. Я больше не собираюсь на тебя нападать.     — Из-за мастера Син?     — Нет, потому что сам не хочу. Подкалывать и забавляться — да, но не нападать. Я больше не считаю тебя соперником...     На этой фразе Хонджун резко обернулся и нахмурил брови.     — Нет! Не считаю соперником не потому, что ты стал слабее...     Хонджун нахмурился ещё сильнее.     — Не в том смысле, что ты стал слабее! — Сан почти застонал после этих слов, ведь с каждым предложением умудрялся сделать только хуже. — Я имел в виду, что я считаю тебя равным по силе, но не собираюсь с тобой соперничать! — вскрикнул он. — Вот!     — Хорошо, потому что ты мне не ровня...     Хонджун сказал это совсем несерьёзно. Он хотел задеть Чхве и, возможно, проверить его искренность. Он прекрасно понимал сильные и слабые стороны каждого из них, поэтому не мог отрицать, к примеру, силу рук Чхве или его скорость. Однако он был уверен, что после этой фразы все маски спадут, и Сан попросту снова закричит в попытке доказать, что вообще-то Хонджун тоже должен думать, как он, и считать их хотя бы равными, потому что иначе он готов драться прямо сейчас. Но этого не произошло. Обернувшись, он увидел лишь спокойного Чхве, который не уделил этой фразе особого внимания. Будто... он просто согласился принять и тот факт, что может оказаться слабее, хуже, менее способным и более глупым. Когда он поднял взгляд на удивлённого Хонджуна, то лишь спокойно спросил:     — Что-то не так?     — Я сказал, что ты мне не ровня, а ты не пытаешься доказать обратное.     — Да. Я же говорил, что не собираюсь продолжать это всё. Готов признать, что ты лучше меня, — он пожал плечами. — Если тебе вдруг станет легче от этого.     — Да нет, мне тоже всё равно.     — Всё последнее время мы только об этом и говорим.     — Ага, мне тоже так кажется.     — Это тебя беспокоит?     — Ммм... просто мы оказались у одного мастера, нам теперь волей-неволей часто видеться...     — Точно, мы живём через стенку!     — Поэтому хочется разобраться до самого конца... — выдохнул Хонджун.     — Понимаю... мне бы, знаешь ли, хотелось узнать тебя чуть лучше.     — Например?     — Что ты делаешь, когда не занимаешься? Кроме учёбы.     — М... гуляю? Хожу по Обители. Не знаю, в последние дни я читал твою книгу.     — И как она тебе?     — Интересная. Мне понравилось. Я словно погрузился в чужие приключения и при этом нисколько не устал.     — Да! Мне тоже нравится. У меня много других. Хочешь, и их дам почитать?     — Да, возможно... Если ты не против.     — Сам же предложил.     Так за разговором Хонджун не заметил, как расслабился. Они смеялись, рассказывали друг другу много нового. Было даже как-то легко и просто. И несмотря на то, что они два часа рисовали один компас, они не заметили, как утекло время. Казалось, уже не был важен исход. Просто было как-то весело и забавно; разговор шёл сам собой, и это было неожиданно приятно. Сан знал множество историй, он был интересным рассказчиком и всегда вставлял забавные шутки. Заслушавшись его речью, Хонджун совсем забыл об неудаче...     И именно в этот момент, когда он полностью погрузился в мягкость чужого голоса, звучавшего где-то возле уха, компас на земле засветился.     — Получилось! — вскрикнул Хонджун и внезапно подскочил, поднимая стрелку на свою руку. — Наконец!     — Видишь! Ты просто был слишком напряжён, стоило немного поговорить, и сразу всё пошло!     — Идём!     Стрелка компаса указала им направление, и они быстро рванули через заросли леса, уходя всё глубже. Компас вывел их на небольшую полянку, покрытую мхом, и закрутился на месте.     — Странно, — произнёс Хонджун, глядя на носик стрелки. Она водила из стороны в сторону, не имея возможности определиться, куда точно указать.     — Хм, может, так-таки у тебя не получилось?     — Быть не может, я ведь почувствовал искру. Значит, сработало. Ничего не понимаю. Тут же просто поле, и никого нет.     Они пошли дальше. Ноги пришлось поднимать немного выше, потому что мох был таким мягким, что можно было буквально утонуть в нём, ощущая лёгкую влагу под ногами. Осматриваясь вокруг, Ким не видел ничего подозрительного, а стрелка продолжала бесовски крутиться на его ладони.     Но стоило ему пройти ещё немного, как тело вдруг потянуло куда-то вниз.     — Сан! — только и успел он крикнуть, прежде чем в глазах потемнело.     Под действием силы тяжести тело потянуло куда-то вглубь. Губами и лицом он ощутил прикосновение к влажному мху, и когда открыл глаза, оказался в полной темноте. Её он не боялся до тех пор, пока не был вынужден провести внутри подобное долгое время (по своим ощущениям). Дыхание тут же сбилось. Посмотрев вверх, он еле разглядел слабый свет.     — Сан! — вновь вскрикнул он, надеясь позвать парня, но тот не откликнулся.     Стрелка компаса в руке также исчезла.     Неужели он снова потерял сознание и теперь находится в глубинах своего разума? Только не сейчас. Ему нельзя показывать слабость. Да и непохоже на это: все чувства точно с ним, потому что до носа долетает ужасный запах тухлятины.     Резко над головой появился свет, и Хон только успел задрать голову, как на него свалилось что-то тяжёлое, отчего он повалился на спину и был попросту придавлен. Когда это нечто зашевелилось и начало хрипло постанывать от столкновения, стало понятно — это был Сан, который тоже угодил в моховую ловушку.     — Ты зачем сюда тоже свалился? — спросил Хонджун.     — Ты дважды позвал меня, и я не придумал ничего лучше, — произнёс Чхве, не поднимаясь.     — Да уж, стратегия явно не твоя сильная сторона...     Хонджун произнёс это легко, уже без желания искренне задеть своего напарника. Вскоре в руке у него зажёгся огонёк. Оказалось, они были на дне пещеры; под ними была самая обычная, хотя и до мерзости влажная земля. Осмотревшись, Хонджун повернул голову вверх и только тогда заметил, что потерянный Чхве не сильно спешит подняться, также покручивая головой в разные стороны.     — Может, уже встанешь? Ты не пушинка! — сказал Хонджун.     Сан повернул голову, и теперь, при свете заметив их позу, тут же смущённо подскочил и отошёл на пару шагов, зажигая свет и в своей ладони.     — Вот почему твой компас и не работал. Здесь кто-то есть, и мы были прямо над ним.     — Я тоже так подумал, но компас ходил ходуном где-то здесь, а мы вроде бы одни... — задумчиво произнёс парень и встал на ноги.     Было ужасно осознавать, что вся его спина пропиталась грязью, и теперь одежда неприятно липла к коже. Однако он постарался собраться и последовал за углублявшимся в пещеру Саном.     — Возможно, тут есть ещё уровни? — предположил Сан.     Сначала Хонджун хотел привычно назвать его глупым, но эта идея показалась ему вполне логичной и не такой уж плохой. Он даже удивлённо взглянул на Сана, впервые увидев его в таком свете. Невольно с губ сорвалось одобрение:     — Слушай, а ты, наверное, прав. Молодец.     Сам Сан удивился, но тут же ярко улыбнулся, гордо шагая по пещере. В это время Хонджун начал осматривать окружающее пространство.     — Это место выглядит природным, — со знанием дела произнёс Ким.     Вскоре они наткнулись на спуск вниз, что только укрепило теорию Сана.     — Я пойду первым, — сообщил он и, развеяв свет, начал спускаться.     Спускаться приходилось вертикально, цепляясь только за крепкие корни деревьев, которые росли здесь со всех сторон и торчали на каждой стене. Они служили отличной лестницей. Тем временем Хонджун с любопытством смотрел вниз, наблюдая за происходящим. Он смог спокойно вздохнуть лишь тогда, когда свет внизу снова загорелся, и он увидел Санову макушку.     — Что там? — осторожно спросил Хонджун через туннель.     — Пусто, можешь спускаться.     Хонджун потушил огонь в своих руках и осторожно начал спускаться. Поскольку свет шёл только снизу, разобраться в запутанных переплетениях корней было непросто. Он долго прощупывал каждый новый участок, куда мог бы ухватиться, чтобы аккуратно продвинуть своё тело дальше. И когда он уже приготовился опираться ногой на очередной корень, тот соскользнул, и не обладавший цепкостью Хонджун просто скользнул вниз. Однако его одежда зацепилась за один из корешков. Это длилось всего секунду, которой хватило, чтобы понять происходящее и взглянуть вниз, где его ноги уже висели за пределами отверстия. И в следующее мгновение ткань с треском порвалась, и тело рухнуло вниз.     Благо его поймали. Стоявший внизу Сан попросту подхватил чужое тело на свои руки, отчего свет в тоннеле погас, и чувствовались лишь прикосновения. Хонджун, ощутив близость в такой ситуации, вдруг вздрогнул и поспешил спрыгнуть с чужих рук, как ошпаренный, отшатнувшись назад; правда, быстро столкнулся со стеной.     Подняв руку уже с зажжённым лучиком света, он заметил ехидную улыбку на лице второго чародея:     — Напоминает что-то из детства, — спокойно произнёс он, ссылаясь на момент, когда они уже были в столь же узком пространстве, зажатом в чужой пещере.     И хотя Сан искренне намекал на ситуацию в целом, Хонджун вдруг понял всё иначе. Он осмотрел открывшиеся перед ним извилистые проходы и вдруг ахнул с неким осознанием.     — Что? — тут же поинтересовался Сан.     — Ты прав, тоннель такой же, как тот, который мы видели в детстве, когда искали духа кота! Здесь живёт Хварщик! — Эта новость его немного обрадовала, ведь то, что могло до ужаса напугать их в детстве, сейчас не представляло большой угрозы.     — Тогда нам стоит быстрее с ним разобраться! — бодро вскрикнул Сан. Ещё бы, это была отличная возможность показать самому себе разницу в силе по сравнению с прошлым.     Однако сам Хонджун вовсе не рвался в бой так же быстро. Во-первых, потому что ход и правда был по всем приметам выкопан именно затаившимся Хварщиком, однако его масштабы поражали. Не какой-нибудь ли «царь Хварщиков», это может быть? Он не встречал упоминаний о нём в книгах, но что мешает им тоже иметь некую силовую градацию?     Поэтому он положил руку на плечо Чхве и осторожно произнёс:     — И всё же давайте будем осторожны.     Сан лишь кивнул. Удивительно, но он действительно сильно изменился, и с тех пор, как Хонджун пришёл в себя, даже не пытался с ним спорить. Сейчас Сан-привычный точно бы разразился пламенной речью о том, какой Хон трусливый, и вообще-то такому, как Чхве, тут бояться нечего, помчался бы вперёд и точно нарвался на беду. Но сейчас он лишь улыбнулся и кивнул ему, пошёл хоть и спереди, но обычным шагом.     Они блуждали по лабиринту недолго, прежде чем послышался первый вой.     Гул прошёлся по всем коридорам и, достигнув ушей чародеев, лишь подтвердил теорию о Хварщике. Тут был несомненно именно он, однако даже теперь, убедившись в этом на все сто процентов, они не собирались бежать, а лишь методично продолжали двигаться.     — Этот лабиринт кажется бесконечным. Что показывает твоя стрелка? — поинтересовался Сан, чуть обернувшись назад.     — Всё так же и крутится. Думаю, здесь будет спуск ещё ниже.     На деле он уже подозревал, что, петляя по длинным коридорам, они спускаются под землю. Дело в том, что тело чувствовало, как они идут по скатанной дорожке, пусть наклон был настолько мал, что едва ощущался ими.     Тем временем гул снова раздался, но уже чуть ближе и ощутимо громче.     — Не беспокойся, — ровным тоном произнёс Сан. — Я тут, и мы с ним справимся.     Ну конечно, как же без его бахвальства. Теперь он узнал прежнего соперника. Даже стало как-то легче. И когда гул прошёлся по коридору ещё раз, Сан вдруг остановился и повернулся к нему с серьёзным лицом:     — Давай не будем идти вплотную. Я пойду первым и разведаю обстановку.     Хонджун усмехнулся. И как он мог поверить, что парень изменился? Вот же он во всей своей красе. Поэтому спокойно ответил ему:     — Боишься, что я заберу твой момент славы?     — Ты только недавно восстановился, я беспокоюсь, что могу случайно ранить тебя.     И после этого спокойно идёт дальше, исчезая за поворотом. А Хонджун так и остаётся стоять на месте. Он бы рассмеялся ему в лицо, не будь всё это предельно серьёзным в данный момент. Неужели бахвальство разбилось о беспокойство? Сан это правда сказал и даже не лукавил? Не в его характере прикрываться пустыми словами. Уж что Ким Хонджун выучил об этом парне, так это то, что тот несёт всё, не думая, словно ребёнок, с потрохами выдавая все свои мысли.     Сердце вдруг тревожно ёкнуло, но, ударив по груди, Хон требовательно попросил его остановиться. Не время проникаться дружеской симпатией к этому парню. Не время тревожиться из-за его слов.     Собравшись с мыслями, Хонджун рванул вслед за ним.     Сан в это время стоял в конце коридора. Его свет был погашен, и он, пригнувшись, выглядывал куда-то за поворот. Когда лучи чужого огонька добрались до него, он обернулся и приложил палец к губам, прося быть тихим. Хонджун сделал свет тусклее и подкрался ближе.     — Что такое? — прошептал он парню.     — Кажется, я нашёл спуск вниз.     Хонджун осторожно подкрался к повороту и заглянул внутрь, но в темноте ничего не было видно.     — Я не понимаю, — снова прошептал он.     Тогда Сан схватил тусклый свет с его ладони и легко подбросил его вверх, позволив скользнуть вглубь. И тогда взору открылся и сам Хварщик. Но только не один, как они предполагали вначале. И это вовсе не был царь всех монстров. Их было не менее десяти, и все они покоились на земле. Их дыхание слилось в единый ритм, вынуждая тела сотрясаться от каждого вздоха, превращая всю землю вокруг в единый дышащий организм. Они выглядели подобно спящей улитке, и это было завораживающее настолько же, насколько и пугающее.     Хонджун отпрянул назад и прижался спиной к стене:     — Что нам делать с этим?     — Придётся разобраться с ними.     — И как ты предлагаешь? Ты видел, сколько их? Что, если здесь ещё кто-то есть?     — Это действительно проблема, но у нас нет выбора.     Хонджун слышал тяжёлое и взволнованное дыхание напарника совсем рядом. Хотя его голос звучал уверенно, он был взволнован не меньше Кима, а может, и больше. Он явно чувствовал ответственность за обе их жизни.     — Давай продумаем план, — предложил Хонджун. — Вернёмся немного назад и чуть-чуть подумаем.     Сан, которого знал Хонджун, наверняка не согласился бы. Он точно бы сказал рвануть в бой, не думая, потому что их силы велики и что могут такие слабые монстры даже в таком количестве перед учениками Дома Син? Однако этот незнакомый ему Сан только подтолкнул его в плечо:     — Пошли. Вернёмся и подумаем.     Это натолкнуло Хонджуна на мысль, что Чхве Сан рядом с ним может быть подделкой? Что могло произойти за это время, что он настолько изменился? Ему промыли мозги? Он не мог поумнеть столь быстро. Тогда что, если его подменили? А может всё вокруг — это ещё сон и испытание, уготованное ему, чтобы очиститься от яда?     Точно... Это может быть испытанием его сознания!     За своими мыслями он не заметил, как они отошли на достаточное расстояние от убежища монстров, после чего свернули в один из тупиков, и там засиял огонь. Пока Хонджун ещё размышлял о том, что всё вокруг может быть сном, Сан уже начертал несколько рун у входа, и когда они зажглись, он повернулся, поясняя:     — Теперь для всех это будет просто земляная стена, которая никуда не ведёт, — пояснил он.     Разве Сан, которого Хонджун знает, стал бы думать о такой защите укрытия?     Он внимательно начал наблюдать за парнем, за каждым его жестом, движением, эмоцией. Это был всё тот же Чхве, и всё же что-то в нём было другим.     Когда они расположились на земле, Чхве заговорил:     — Ты что-то уже придумал?     — Нет, — когда бы, ведь все мысли Хонджуна внезапно заполнила другая идея.     — Тогда почему так смотришь на меня?     — Вдруг осознал что-то важное.     — И что же? — при этом он устало подпер голову кулаком, глядя на собеседника. — Нам бы не сидеть здесь слишком долго, кто знает, когда они проснутся и пойдут на охоту. — В это время он обернулся к запечатанному входу.     — Мой транс... — он хотел было поделиться своими догадками, но Сан, услышав о нём, вздрогнул и резко посмотрел на Хонджуна. Его лицо выражало волнение, которое мгновенно охватило парня. Неужели... мозг начал ощущать его догадки? И что произойдёт, когда он сообщит об этом? В этом сне всё изменится? Но тогда он должен из него выбраться!     — Что...     — Ничего, забудь. Мы не должны говорить об этом.     — О чём не должны говорить? — Сан побледнел, хотя в свете огонька это было трудно заметить; Хонджуну казалось, что тот выглядел растеряннее и напуганнее, чем даже когда они обнаружили спящих монстров.     — О том, что было. Забудь.     — Подожди! Забыть... ты хочешь сказать, что мне надо забыть?     Почему этот парень так остро реагирует? Почему он взволнован? Всё это наводит на мысли, что Хонджун действительно догадывается о происходящем неспроста. Тогда что ему нужно сделать, чтобы проснуться?     — Да, ничего особенного. С чего ты вообще прицепился к этому?     Он же просто бросил пару слов, начал говорить о трансе, и Сана словно подменили. Нет, тут явно что-то не так. Видимо, он напуган, но чем? Причин для страха пока нет… Значит, боится быть раскрытым. Ладно, об этом он подумает позже.     Но ведь получается, что находясь в этом трансе, он всего лишь спит? Может ли он здесь умереть? Старейшина Ан никогда не упоминал об этом. Вряд ли бы он пропустил такой важный момент. Значит, смерть, возможно, означает пробуждение.     Но всё-таки спешить не стоит.     Встряхнув головой, Хонджун вернулся к их проблеме.     — Все они находятся под толстым слоем земли, — заговорил Сан. — Если мы обрушим на них потолок, вряд ли они смогут ещё кому-то навредить.     — Но они отлично роют землю. Будет глупо рассчитывать, что они не сделают это снова. Только разозлим их.     — Тогда что поможет против них?     — Дайте подумать.     Хонджун поджал губы и уставился вперёд. Нужно было вспомнить всё, что он знал об этих существах. Одно дело победить одного, а другое — противостоять целой толпе, когда у двоих подростков мало шансов.     Все его мысли постоянно спотыкались о внимательный взгляд напарника. Тот изучал его сбоку, и это было невыносимо. Из-за этого волнения Хонджуна становилось всё больше, руки даже вспотели. Что с ним такое? Почему он чувствовал себя так странно и взволнованно...     — Можешь перестать пялиться на меня?     — Жду твои идеи, — спокойно произнёс Сан.     Когда он увидел строгий взгляд парня, то лишь развел руками и пересел так, чтобы сидеть рядом, плечо к плечу. Теперь думать стало легче.     Спустя какое-то время Ким заговорил:     — Они любят прятаться под землёй, но ненавидят воду.     — Мы оказались здесь через болото, ты уверен, что вода им неприятна?     — Скорее всего, это совпадение. Место, куда я провалился, выглядело природным явлением, совсем непохожим на то, что создают хварщики. Тоннель уходит глубоко под землю, туда, куда влага с болота не доходит. И, кстати, болотиной это место трудно назвать — просто влажный мох, не более того.     — Что это значит?     — Если мы сможем найти подземную реку и направить её воды сюда, то просто потопим их.     — Ха, конечно, гениально... — в его голосе звучало недовольство. — Как просто будет только найти подземную реку?     — И правда... Тогда может дождь?     — Как скоро он может пойти? Что если придётся ждать днями напролёт?     — Сидеть с тобой тут взаперти — не самое лучшее решение, конечно же.     Сан на этом резко обернулся и посмотрел с таким выражением лица, что на секунду Хонджуну даже стало стыдно за свои слова. Он опустил голову и прикрыл глаза, продолжая думать.     — Я знаю заклинание вызова непогоды, — прошептал Хонджун. — Я никогда не пробовал его, но изучал в библиотеке Мо Жуаня.     — Надеюсь, это будет лучше твоих других первых попыток.     Но что это? Неужели руна на его груди заметила, что он стал понимать происходящее и быстро подстроилась под его представления о Чхве? Почему иначе он снова изменил своё поведение? Разве может это быть чем-то ещё?     — Ладно, у меня есть идея, — гордо произнёс юноша.     Хонджун выбрался на поверхность один. На этот раз он держал в руке компас, стрелка которого уже не вращалась как бешеная, а всё потому, что указывала она в этот раз на Сана. Тот остался внизу. Его задачей было запечатать все выходы для монстров, тем самым отрезав им все пути к отступлению. Печать, оставленная на выходе из пещеры, будет для них восприниматься не более чем обычная стена и даже наоборот — отталкивать их от себя и желания пройти именно тут.     Тем временем, оказавшись на поверхности, он заметил, что уже стемнело. Это ничуть не добавило красок окружающему пейзажу, однако теперь он был менее заметен среди поля.     Идя по компасу, он теперь передвигался осторожно и ощупывал каждое новое место ногой, прежде чем перенести туда вес. Провалиться под землю ещё раз не хотелось. Поэтому приходилось соблюдать излишнюю осторожность. Нужно было найти местоположение Сана под землёй.     В это время у него был шанс поразмышлять над происходящим.     Он смотрел на небо, и оно казалось ему таким же тёмно-синим с прекрасной луной. Но та сегодня была такой полной и подозрительно близко расположилась. Было ли это плодом его фантазии лишь потому, что он хотел бы видеть её такой каждую ночь? Ведь он любил гулять под луной...     Могло ли всё, что происходило с ним после пробуждения, оказаться таким же лёгким в реальности? Он даже не задумывался о том, чтобы старейшина Син сама попросила его присоединиться под её покровительство. Затем он встретил там ещё парочку замечательных учеников. Почему он до этого ни разу не слышал, чтобы старейшина обучала кого-то? Может, он просто не придавал этому значения? Скорее всего, вообще такого не было... Тогда получается, что его собственный мозг хотел бы, чтобы всё было так, чтобы его ничто не смущало. И как удобно, их всего четверо.     Если так подумать, то Минги он мог видеть на празднике морских демонов в том городке, когда был ранен. Тогда, из толпы, он точно мог заметить несколько десятков лиц, знакомых ему по Обители, и просто случайно запомнил именно это лицо? А Есана он мог увидеть на приветственной встрече для прибывших из других обителей. Тогда всё становится понятным. Каждый из них был мимолётом замечен им ранее.     Как же он сразу не догадался об этом? Это и есть его испытание, которое он едва не провалил?     Выходит, что весь мир существует вокруг него. Делает так, чтобы ему нравилось здесь и чтобы он стремился забыться и остаться тут? Это ведь очень легко проверить... Смерть станет тем, что повлияет на это? Если он попробует сейчас умереть, этот мир непременно спасёт его... Всё неожиданно сложится так, что он останется жив.     Увидев, как стрелка замешкалась, Хонджун усмехнулся. Он оказался на нужном ему месте.     — Что ж... Посмотрим, как этот мир переиграет меня...     Он опустился на землю и, схватив там палку, начал быстро вычерчивать руну. Одна за другой, словно распускающийся букет, руны стали появляться на земле.     Когда с землёй было закончено, Хонджун отбросил палку в сторону и встал в центр рун. Прикрыв глаза и сложив руки перед собой, он глубоко вдохнул.     — А теперь время дождя, — прошептал он.     Не открывая глаз, его руки разошлись в разные стороны. Конечно, теперь он не сомневался, что всё получится. Даже не так... Разве может у того, кто никогда не совершал подобного, всё получиться с первой же попытки? Разве могут нарисованные им в воздухе руны, которые загораются одна за другой, с первого раза сложиться в безупречное заклинание, способное призвать непогоду? Конечно, нет... Только если этот мир — чёртова фальшивка!     И когда он завершил последнюю руну, в небесах раздался гром. Чистое небо заполонили тучи. Конечно. Вот оно! Этот мир — вся фальшивка! Почему он понял это только сейчас? Он даже рассмеялся вслух, когда одежда его промокла от хлынувшего ливня. Только в таком мире ученик мог бы с первого раза исполнить такое заклинание! Ведь тогда, в реальности, когда он впервые воспользовался компасом, всё пошло чёрт знает как.     Тогда он опустил голову и, убрав мгновенно намокшие волосы со лба, ударил ногой по земле, отчего руны на ней загорелись. Это тоже, конечно же, получилось! Всё свершилось наилучшим образом, и монстры оказались побеждёнными. Потому что здесь у него всё складывалось так, как хотелось бы ему! Нет смысла тревожиться попусту.     Раздался гул и скрежет, а когда руны погасли и впитались в землю, она стала размягчаться, обрушиваясь под его ногами.     Он пошатнулся. Ему следовало уйти отсюда, пока ещё есть время.     Но если это лишь фальшивка, то зачем?     Он посмотрел вниз: шаткая земля и вовсе исчезла под ним, оставив его зависшим в воздухе всего на мгновение. Он не успеет воспользоваться заклинанием полёта, поэтому у него остался лишь один выход — упасть вниз, откуда уже начали доноситься вопли горящих хварщиков.     Они визжали от боли, обезумев, пытались укрыться, но вода размягчила их демоническую кожу одну за другой, оставив лишь развеянные души мучеников.     А он, глядя вниз на эти тщетные попытки, тоже устремился к ним. Потому что выбраться отсюда могло означать смерть?