Глава 16. Избранный Бейна

      — Пусть идет в задницу.       — Ты даже не дослушала.       — И не собираюсь. — Кожа Карлах вспыхнула ярче. Из металлических небольших трубок, вкрапленных в плечи тифлинга, пошел пар. — Пусть. Катится. В самую. Темную. Задницу!       Тавия глубоко вздохнула. Отложила в сторону тонкую книгу. Отчет о состоянии герцогини необходимо было прочитать еще раз. Позже. Когда Карлах будет готова к более конструктивному диалогу. Было бы слишком наивно предполагать, что тифлинг одобрит ее сделку с избранным Бейна.       Но не сказать ей об этом было бы неправильно.       — Слушай сюда, солдат. Я не собираюсь быть в долгу перед Горташем… снова. — Жар исходящий от Карлах, был настолько густой, что казалось, его можно было потрогать руками. Тавия покачала головой, двинулась к окну в комнате, открыла его нараспашку, впуская легкий воздух. По совету Даммона Карлах необходимо было периодически остужать, прежде чем ее двигатель разогрелся бы до предела. Что происходило с незавидной регулярностью.       — Лучше?       — Не лучше!       Волшебница промолчала, не отвечая на ярость тифлинга. Предложение Горташа вряд ли можно было рассматривать как чисто сердечный подарок. Тав была более чем уверена: избранный Бейна делал все возможное, чтобы сохранить свой новоприобретенный статус. Торм был мертв. Союз с Орин находился на грани распада. Положение тирана среди эрцгерцогов потеряло свою стабильность. Необходимо было воспользоваться этим, пока была подобная возможность.       — Речь идет о твоей жизни, Карлах.       — Речь идет о моей свободе! — пылко возразили ей. Не сводя с Тав взгляда, Карлах бухнулась в соседнее стоящее кресло, проигнорировав жалобно скрипнувшие деревянные ножки. Спрятала лицо в горящих ладонях, смахивая пот со лба. — После всего, что было... я не хочу… не хочу больше думать о нем.       Отчаяние в ее голосе придало Тав еще больше решимости. Она понимала сомнения тифлинга. Сколько лет Горташ обманывал её и сколько лет Карлах пришлось служить под началом Зариэль? Быть втянутой в войну Аверно не по собственной воле, но по прихоти того, кому она когда-то доверяла.       — Послушай, я не позволю Горташу использовать тебя, — твердо ответила Тав, — сделка состоится только между нами.       — Ты не понимаешь! Этот ублюдок никогда не предлагает что-либо без своей собственной выгоды. И я не собираюсь смотреть, как ты будешь совершать те же ошибки, что когда-то сделала я! И уж тем более я не позволю тебе быть чем-то обязанной такому, как он.       — У тебя есть варианты получше? — оборвала ее Тав. — Мы перепробовали все. Кузнецы, адское железо, Мизора… Келемвор! Даже Даммон не может починить твой двигатель. Неужели перспектива стать иллитидом для тебя является наилучшим исходом?       Она не успела закончить, как кожа тифлинга вспыхнула еще ярче, обнажая очертания раскалившегося двигателя внутри. В темных глазах помимо ярости на секунду промелькнул страх.       — Откуда ты…       — Это неважно. Я не собираюсь праздновать победу с твоим трупом на руках, — покачала головой Тав. — Если союз с Горташем несет в себе риски, я готова их взять.       Плечи Карлах медленно поднялись и опустились в тяжелом выдохе. Она зажмурилась, кулаки сжались так, что костяшки побелели. Пар из трубок шипел, как проклятье.       — Я... не могу, Тав. Он сломал меня однажды. Если я снова буду должна... стану той же идиоткой, что поверила ему когда-то. Я не могу…       Голос тифлинга сорвался. Тав шагнула ближе, коснулась плеча. Пальцы обожгло от горячего пара, но волшебница не отступила.       — Карлах… ты не идиотка. Ты — та, кто всегда боролась. Та, кто вырвалась из Аверно, несмотря на Зариэль и ее приспешников. Ты боец, Карлах. А бойцы берут любое оружие на поле боя. Даже если они вынуждены вырвать его из рук врага.       Несколько секунд, и поток выходящего пара из трубок на коже уменьшился. Очертания двигателя в груди заметно потускнели, ненадолго остывая. Тавия облегченно выдохнула. Они найдут выход и без превращения в пожирателя разума. А до этого момента Карлах необходимо было продержаться как можно дольше.       Их взгляды пересеклись.       — Ты всегда знаешь, что сказать, да? — ответила Карлах спустя чересчур долгую паузу. Темные глаза вспыхнули. — Тогда давай, Тав. Давай возьмём эту дрянь. Но имей в виду, если Горташ что-нибудь выкинет, я лично вырву ему сердце. И ты будешь рядом, когда это случится.       — Придется встать в очередь, — Тавия понимающе хмыкнула. Если Избранный Бейна сдержит свое слово, их шансы на успех существенно повысятся. — Сейчас мне нужно, чтобы ты помогла Уиллу вырвать его отца. Если данные Джахейры верны, вы успеете вытащить Рейвенгарда со Змеиной скалы раньше, чем Горташ закончит свой фарс с аристократами и приемами.       — Мне не нравится, что ты идешь к Горташу одна, — погасший было двигатель едва заметно вспыхнул, — и Уиллу тоже. Если это ловушка…       — Если бы он действительно захотел, то избавился бы от нас уже очень давно, — Тав задумчиво глянула в приоткрытое окно. Где-то на соседней улице раздались возмущенные пререкания простых горожан с двумя стражниками. — Я не доверяю ему, однако нам необходимо использовать любое преимущество. Мы освободим отца Уилла сегодня же. А до тех пор, я думаю, тебе стоит держаться подальше от Горташа. Ради твоего же блага.

***

      «Даже если вам удастся освободить Рейвенгарда из темницы, что вы собираетесь с ним делать?»       Тем же вечером после оговоренного с Джахейрой плана по спасению Ульдера, стоя недалеко от входа в Змеиную скалу, Тав вдруг почувствовала, как знакомый гул заполонил ее сознание. Явился в самый неподходящий момент, как и всегда. После событий прошедшей ночи она старалась не думать о том, что между ними произошло. Она переспала с… иллитидом. С эльфом… С иллитидом в образе эльфа! Тав помотала головой, пытаясь привести мысли в порядок. В конце концов, это был сон. Должно быть, Император каким-то образом воздействовал на ее мозг, заставляя поверить в реальность происходящего…       А это точно был сон?       Вместе с тянущей негой Тав ощущала в голове странную наполненность. Будто кто-то залил в ее голову искрящуюся энергию, открывая телепатический канал. Однако, прежде чем волшебница успела сосредоточиться в переполняющей сознание псионике, на другой стороне Император добавил:       «Ты тоже чувствуешь это, верно? Наша ментальная связь стала крепче, хотя впусти ты меня глубже…»       Тав закашлялась, отходя чуть в сторону от дороги, стараясь не привлекать внимания стражи, коей сегодня было больше, чем обычно.       — Куда уж глубже?       «…в разум, — невозмутимо закончил Император, игнорируя ее возмущение. — Это доставило бы нам обоим еще большее удовольствие».       Его мягкий гул послал по телу Тав приятную волну тепла.       «Тебе также стоит пересмотреть свое отношение к астральной личинке и своему собственному развитию…»       — Опять ты за свое? — скептично вздохнула Тавия. Он снова вернулся к своей любимой теме. — Более подходящего момента ведь не нашел…       «Если это поможет переубедить тебя…»       — Нет!       Иллитид выдержал паузу.       «Не будь настолько категорична в подобном вопросе, — пророкотал он. — Я не заставляю тебя принять решение именно сейчас, однако ты уже знаешь, на что способен старший мозг. Использование личинки существенно бы повысило наши шансы на выживание».       — Что-то я не вижу, как ты с таким же рвением уговариваешь остальных, — Тавия фыркнула. — Разве наши шансы не повысились бы колоссально, используй эту личинку мы все?       Император вздохнул.       «Подобное было бы идеальным развитием событий. Однако, если ты еще не заметила, я ставлю твое выживание выше всех прочих, — ответил он терпеливо. — Я более чем серьезен. Использование головастика раскроет твой потенциал. Твоя магия, псионические способности… все возрастет до небывалых высот. Конечно, после принятия будут и… некоторые физические проявления…»       — Что, у меня все-таки вырастут щупальца? — перебила его Тав иронично.       «Но лишь частичные. Малозначительные, — продолжил Император, игнорируя ее выпад. — Не такая большая цена за силу, к которой многие стремятся десятилетиями».       — Где гарантия, что все пойдет именно так, как ты говоришь?       «Я и есть твоя гарантия, забыла? Все это время именно я защищал вас всех от влияния старшего мозга. Если ты дашь свое согласие, я обещаю, что под моим наблюдением с тобой ничего не случится».       — С чего ты решил, что я вообще соглашусь на подобное?       «Потому что ты все еще не уничтожила личинку. И все еще держишь ее в своей сумке».       — Я все еще надеюсь продать ее кому-нибудь подороже! — возмущенно возразила Тав. — Тебе придется найти более весомые аргументы.       «Интересно, — раздалось в голове более вкрадчиво. — Раз уж ты настаиваешь, принимая во внимание то, что случилось прошлой ночью, использование моего дара сделает нас еще более…»       Он сделал драматичную паузу.       «…совместимыми…»       Тав прислонилась к стене, пытаясь согнать краску с лица. И вот надо было кальмару в качестве последнего довода выбрать именно это. В его гуле слышалось явное веселье.       — Не убедил, — буркнула она.       Ей показалось, что рокот Императора раздался прямо за ее спиной.       «Всему свое время. И прежде чем ты отправишься на встречу с Горташем, я повторю свой вопрос. Что вы планируете делать с Рейвенгардом, учитывая то, в каком положении он сейчас находится?»       — Тебе рассказать наш план? — усмехнулась Тав. — Пока я отвлекаю Горташа, Джахейра, Минск, Уилл и Карлах пробираются в казематы под скалой. Арфисты уже достали план тюрьмы. Иллитидские головастики позволят нам держать ментальную связь между друг другом, если Горташ что-нибудь выкинет, я успею их предупредить до того, как он пошлет с десяток охранников. Как только Рейвенгард окажется на свободе, я делаю вид, что не при делах и сваливаю с этого фарса, едва представится возможность. Нравится?       «Часть с проникновением в темницу можно было и доработать, — задумчиво ответили ей. — Надеюсь, информация, полученная Арфисткой, полностью соответствует действительности и стражи внизу не окажется больше, чем нужно. Что же касается Рейвенгарда, я так понимаю, ты все же попросишь меня предоставить ему защиту».       Тав кивнула. Она предвидела этот вопрос.       — Попрошу.       «Хм…»       — Более того, я считаю, что именно Рейвенгард сможет убедить Портира и Вантампур объединить ресурсы против Горташа. Учитывая недавний инцидент в Верхнем городе, его репутация очень подмочена.       Он согласится. Он просто обязан согласиться. Иллитиды логичны до скрежета в зубах.       «Решила бороться с Горташем его методами?»       — Решила следовать твоим советам, — не удержавшись, съязвила Тав. Императору необязательно было знать, что, не согласись Тав вызволить Ульдера в ближайшее время, Уилл самолично бы отправился в казематы. — Ты согласен со мной или нет?       «Может быть. Поговорим, когда вы вытащите Рейвенгарда и когда ты закончишь переговоры с Горташем».       Император сделал паузу. В его телепатических волнах Тав вдруг уловила нехарактерную для иллитида озадаченность и…       Беспокойство.       — Ты в порядке?       «Скажу откровенно, мне не нравится перспектива того, что вам снова придется встретиться, — задумчиво прогудели ей в ухо. Телепатические волны разделились, рвано блуждая вокруг ее сознания, словно где-то там в призме Император пытался разгадать загадку, связанную с Избранным Бейна. — Что бы ни случилось, нам нельзя терять бдительности».       Тавия пожала плечами.       — Приятно знать, что ты на моей стороне.       Едва она произнесла это, чужая псионика накатила на разум приятной волной.       «Я всегда был на твоей стороне, Тав. С самого нашего начала».

***

      Как только Тавия оказалась в главном зале, ей тут же захотелось уйти.       — Дьявол бы тебя побрал, Горташ, — пробубнила она себе под нос, пытаясь не столкнуться с очередной группой аристократов, оживленно спорящих о новых податях в порту, — чтоб я еще хоть раз согласилась на подобное...       Нужно было найти Избранного Бейна и потянуть время. Насколько ей было известно, группа Джахейры и Уилла уже начала. Торжество Горташ устроил с размахом, явно не жалея средств из городской казны. Большой зал был переполнен. В воздухе пахло дорогими маслами, перебивавшими привычный запах старого известняка. Столы в центре ломились от яств и дорогого вина. Тавии оставалось лишь гадать, что по этому поводу думают оставшиеся эрцгерцоги. Она было попыталась найти глазами хотя бы одного, но, к своему сожалению, ни Портира, ни мадам Вантампур в главной зале не было. Зато несколько Стальных стражей Тав заметила почти сразу же. Стоя неподвижно в больших нишах, они напоминали древние изваяния. Однако Тав не думала себя обманывать. Горташ явно был тем еще параноиком, когда дело качалось его безопастности.       Почему он усилил охрану именно сегодня? Боится предательства среди приглашенных пэров? Или же… их союз с Орин дал брешь? На последнее у Тав было мало надежды.       Она прошла еще несколько метров, останавливаясь в небольшой нише неподалеку от основной толпы. Где-то на периферии сознания волшебница все еще ощущала знакомый гул. Должно быть, Император все еще был занят, помогая отряду внизу избегать ненужного столкновения с тюремной охраной. Во всяком случае волнения среди присутствующих здесь Огненных Кулаков Тав не замечала. А значит, их план работал успешно.       Оставалось лишь найти хозяина вечера. Не мог же Избранный Бейна позвать ее без причины…       — Прекрасный вечер и прекрасная публика, не находишь?       Еле слышимый хлопок и вкрадчивый голос позади Тав заставил волшебницу замереть на месте.       — Ты… — она обернулась, увидев перед собой того, кого меньше всех хотела бы видеть. Рафаил улыбнулся, поставив на стол дорогой кубок.       — До ушей улыбалась мышка, как лисица кота провела, — он театрально вскинул ладонь, — но мелькнула лапа, как вспышка, не оставив от нее и следа. Наконец-то мы снова встретились. Право слово, неужели возможность приятной беседы со мной тебе настолько противна?       — Могла бы и догадаться, — Тав покачала головой. За своими делами и погоней за Орин она почти забыла о встрече с кит’раком Воссом. — Как ты узнал, что я буду здесь?       Рафаил снисходительно улыбнулся.       — Мой старый друг Горташ оказал мне услугу. Я, знаешь ли, не привык, когда меня игнорируют настолько явно.       Друг? Ну, конечно. Тавия бы не удивилась, окажись другом Рафаила даже сам старший мозг.        — Поэтому он позвал меня сюда? — спросила она. — Поговорить с тобой?       — Не со мной, — он сделал паузу. — Не только со мной.       Его легкая улыбка и чересчур расслабленная поза окончательно вывели Тав из себя. Что еще Избранный Бейна утаил от нее?       — Ты прав. Я не имею ни малейшего желания договариваться с тобой о чем бы то ни было, — ответила Тав, возвращая себе самоконтроль. Похоже, разговора с дьяволом ей было не избежать. — Однако раз уж ты здесь…       — О, разумеется. Жаль, я не принес с собой ланцетную доску. На нашей последней встрече в «Последнем свете» меня весьма впечатлил твой цесканский гамбит, но перед тем, как мы начнем наш настолько долго отложенный разговор...       И прежде чем волшебница успела возразить, мужчина поднял ладонь.         Щелкнул пальцами.        — Обойдусь без твоих фоку… — не успев закончить, Тав осеклась. Уже ставшее привычным тихое стрекотание в голове прекратилось, оставляя разум совершенно пустым. Она сосредоточилась, пытаясь воззвать к псионической энергии. Однако в ответ почувствовала лишь тишину и…       …непривычное одиночество.         Тав попыталась сконцентрироваться, цепляя исчезнувшие волны псионики в пустой голове. Нет. Это был абсурд. Обман. Не мог же Рафаил одним щелчком пальцев…       — Что ты сделал?        — Вернул тебе личное пространство, — невозмутимо ответили ей. — Я оборвал связь с твоим карманным иллитидом. На время, конечно. Не хотелось бы говорить в присутствии свидетелей.        — Оборвал? — неверяще повторила Тав. Помимо пугающей тишины горькое ощущение одиночества разлилось по венам. И как теперь ей связаться с ребятами в темницах? — На сколько?       — До конца этого дня. Только не говори мне, что привязалась к этому пожирателю разума. Доверять иллитидам – самая безнадежная и худшая из твоих идей.        — Тебе я доверяю еще меньше, — тихо отрезала Тав. Оставалось лишь понадеяться на то, что Джахейра и остальные члены отряда успеют вытащить Рейвенгарда. — С чего ты решил, что Император не узнает о нашем разговоре, едва твои чары спадут?       — О, он несомненно узнает, однако перед этим я бы хотел услышать твой личный ответ на мое предложение. Непредвзятый.        — Что бы это ни было, я не соглашусь отдать свою душу. А теперь прочь с дороги!       Рафаил рассмеялся, не двигаясь ни на дюйм.         — Не будь столь наивной. Думаешь, я посылал к тебе гитов за твоей жалкой душонкой? Нет-нет. У тебя есть кое-что более ценное.        Уже собравшаяся уходить, Тав остановилась.       — И что же это?       Рафаил сделал паузу, пристально смотря на нее. Однако, в отличие от предыдущих встреч, взгляд камбиона теперь был другим. Пристальным. Оценивающим. Словно богач, прикидывающий риски конкретной лошади на скачках.        — Я признаю, ты сумела впечатлить меня. Я не рассчитывал, что тебе и твоим друзьям удастся продвинуться настолько далеко. Но неважно, насколько успешны вы были, ты все еще будешь вынуждена сразиться со старшим мозгом. В лучшем случае он убьет вас и всех живущих в этом городе. В худшем поработит твой разум, и у тебя даже не хватит свободы воли, чтобы умереть. Однако у тебя есть ключ. Ключ к тому, чтобы гарантированно уничтожить старший мозг.        «Ключ к уничтожению старшего мозга». Тав нахмурилась. Помимо Императора существовал лишь один псионик, достаточно сильный, чтобы противостоять иллитидской абберации.             — Ты говоришь об Орфее?       Рафаил довольно кивнул.        — Очень проницательно. Именно. И я помогу тебе его освободить.         Дьявол бы подбрал этого камбиона. Теперь ясно, почему Рафаил не хотел вмешательства Императора. В который раз Тав облегченно выдохнула от отсутствия сейчас рядом с ней Лаэзель. Интуиция подсказывала ей: гитьянки не преминула бы возможностью лишний раз надавить на нее. Нужно было все тщательно обдумать. Не только из-за того, что Рафаил предложит, но и из-за того, что потребует взамен.        — Как именно ты планируешь его освободить? — Тав прищурилась. — Магию оков, наложенную Влаакит, невозможно разбить.        — Орфический молот. Это древний артефакт, способный расколоть цепи, сдерживающие принца гитов, который, представь себе, в данный момент надежно хранится в моем хранилище в «Доме надежды».        — Слишком просто. — оборвала его Тав. — Ты думаешь, что я поверю, будто у тебя внезапно появилось настолько идеальное решение нашей проблемы?       — Неужели ты настолько не веришь в свое везение? — невинная улыбка на лице камбиона заставила Тавию поежиться. — Конечно, ты понимаешь, что я предложу тебе честный обмен. Услуга взамен на услугу. Более того, помимо молота я также избавлю тебя и твоих друзей от паразитов.       — Так чего именно ты хочешь?        — Власти. Ты освободишь Орфея, спасешь город, Побережье мечей, может быть, даже весь мир, включая себя и свою драгоценную жизнь. А потом ты принесёшь мне корону, что венчает и подчиняет себе старший мозг.        В ответ на молчание Тав Рафаил иронично добавил.       — Знаешь, будь Лаэзель из Клиира сейчас с нами, она с удовольствием согласилась бы со мной. Освободить Забытого принца собственного народа. Что может быть более почетным для гитьянки?       — Да. Лаэзель могла бы согласиться на подобное.        — Не одобряешь?       — Нет, — Тав покачала головой. — Но Лаэзель здесь нет. Значит корона в обмен на молот?         — Именно. Сделка тысячелетия, не находишь?        Тав замолчала. Проклятье, а ведь камбион не врал. Сделка была действительно… заманчивой. Теперь ей была понятна одержимость гитов и особенно китрака Восса. Нет более почетной миссии, чем освобождение того, кто поможет свергнуть тиранию Влаакит.         Но вот встанет ли Орфей на их сторону? Даже если не принимать во внимание присутствие Императора, Тав не была уверена в благодушном намерении гита не перебить их всех после тысячелетнего заточения.        — С чего ты решил, что принц согласится нам помогать? — она нахмурилась. — Из-за личинки в мозгу в прошлый раз он едва не убил меня.        — О, поверь мне, после того как ты разобьешь оковы молотом, который я тебе предоставлю, у него просто не будет выбора. Гиты не любят чужаков, однако иллитидов они не любят еще больше.        Тав не ответила. В словах и аргументах Рафаила действительно был резон. Если бы ей удалось убедить Императора и Орфея сотрудничать, это решило бы все проблемы разом. Но согласились бы они? Что ей нужно было сделать, чтобы убедить их обоих?        Было кое-что еще, о чем она хотела узнать у камбиона.        — Почему ты вообще настолько одержим этой короной?       — Корона дает силу. Могущественную и настолько древнюю, что знания о ней давно утеряны в веках, — Рафаил мечтательно улыбнулся. — Я жаждал заполучить ее с тех самых пор, как она была создана великим волшебником Карсусом, который уничтожил великую империю Нетерил. Это было золотое время для человечества, и величественные города парили в небесах. Вершина цивилизации. Я был там, когда города рухнули с небес, словно ангелы со сломанными крыльями. — Его глаза мечтательно закатились в воспоминаниях. — Крики. О, эти крики! Тысячи голосов, кричащих в ужасе, когда земля стремительно приближалась к ним. Ха-ха-ха, это было воистину прекрасно. И Карсус был причиной сего падения. Не со злого умысла, но из-за своих неукротимых амбиций. Он выковал корону, напитал ее самой могущественной магией, когда-либо существующей. Корону – дающую тому, кто ее носит способность стать самим Богом. Смертный не может совладать с подобной силой. Корона уничтожила своего создателя и всю его империю. «Безумие Карсуса» — так, назвали эти события поэты и барды. Я же называю это надеждой. Надеждой на создание лучшего мира, чего-то более прекрасного. Я знаю, там, где смертные потерпели неудачу в своем безумии, дьяволы добьются успеха. А также то, что, используя корону, я объединю все Девять преисподних под началом одного единственного Архидемона. Себя. Только представь, с короной я наведу порядок в преисподних. Объединение. Эффективность. Контроль. Мое королевство будет полностью подконтрольно и стабильно в пределах своих границ.        Архидемон? Объединение Девяти преисподних? Тав уже дважды пожалела, что вообще начала узнавать у камбиона детали. Что-то не сходилось в условиях настолько прекрасной сделки. Однако она не могла выявить, что именно. Будь здесь Гейл, он бы нашел в витиеватой речи дьявола изъян. Мелкий шрифт, который Тавия не могла разглядеть, лишь почувствовать неясную тревогу.        — Почему же ты не забрал себе корону тогда, тысячу лет назад?       Улыбка тут же спала с лица Рафаила, а в темных зрачках мелькнуло раздраженное презрение.        — Архидемон Мефистофель забрал корону себе и спрятал ее в одном из своих архивов. Как глупо! Для него она была не более чем занятной побрякушкой. Этот истлевший архивариус даже не подозревал о ее истинном могуществе. Он превратил сокровище в музейный экспонат! Я был в ярости. Недолго. Каких-то пару десятилетий. Затем я принялся ждать. Более тысячи лет я выжидал любой ошибки, любой оплошности. Любого несчастного случая. И судьба дала мне шанс. Эти «Избранные», с которыми ты так стремишься свести счеты, оказали мне услугу. Именно они вернули корону в игру.        — Каким образом им удалось это сделать?       — Не имею ни малейшего понятия. — Внезапно брошенный взгляд Рафаила на проходящего неподалеку Горташа заставил Тав повернуть голову. — Они наверняка проникли в хранилище Мефистофеля и выкрали корону. Должен признать, я впечатлен. Горташ не был самым талантливым из моих подопечных, однако вместе с избранным Баала он смог меня удивить. Но весь этот кровавый мусор, что они оба оставили после себя… арх… это не имеет значения. Они все скоро умрут. Если их не убьешь ты, старший мозг сам избавится от них. У него нет чувств в том значении, который понимаешь ты, но уверяю тебя, в данный момент он очень зол на них всех.        — Ты слишком самоуверен.        Рафаил усмехнулся.       — Твоя битва с мозгом неизбежна. Когда ты его уничтожишь, а ты это сделаешь, потому что у тебя нет выбора, корона окажется в твоих руках. И когда это произойдет – ты отдашь ее мне. Взамен я отдам тебе молот. Прямо сейчас.       — И ты думаешь, я соглашусь на это?       — Сделка есть сделка. Ты гарантируешь мне корону, когда уничтожишь старший мозг. Я же гарантирую тебе, что никогда не использую ее силу для подчинения любых смертных существ. Ну так что? Согласна?        Словно в подтверждении нетерпения рядом с Рафаилом материализовался кусок папируса с порхающим рядом пером. Острый край пера угрожающе блестел, подобно самому острому кинжалу.        Тавия шагнула назад, отмахиваясь от почти запрыгнувшего к ней в руку пера.         — Мне нужно подумать, — она качнула головой, — я не вправе принимать настолько серьезные решения единолично.        — Все еще не можешь двинуться без иллитидского поводка? — Рафаил кивнул. — Понимаю. Предполагаю, ты так и будешь сосать его щупальца до конца своих дней. Орфей – твоя единственная надежда выжить и не превратиться в пожирателя разума.       — Император — единственная причина, по которой мы все еще живы, — огрызнулась Тав, делая еще один шаг дальше от дьявола. — Я не предам его.        В глазах камбиона отразилось воодушевление вкупе с явным разочарованием.        — Если бы я знал, что тебя настолько легко купить, предложил бы раньше мешок с бобами взамен на твою душу, — процедил он. — Запомни: для иллитида ты всего лишь тягловый вол, существующий лишь для того, чтобы расчистить ему путь к старшему мозгу. Императору достаточно лишь кнута и морковки. Хотя в твоем случае я бы оставил лишь кнут.        Он сказал ей что-то еще, однако Тав не ответила, скрываясь в толпе. После разговора с камбионом хотелось залезть в глубокую бадью и как следует помыться. Отдать корону взамен на молот? Значит, освободить Орфея все же было реально. Это полностью меняло положение вещей. Ей необходимо было поделиться этой информацией с остальными. Нужно было срочно попасть в темницы под крепостью, связаться с остальными и найти герцога Рейвенгарда.       Она почти добежала до больших дверей, ведущих на выход, как ее громко окликнули.       — Надеюсь, ты прекрасно проводишь время, — возникший будто из ниоткуда Горташ приветствовал ее легким наклоном головы и легкой полуулыбкой. В быстром взгляде, брошенном за спину Тав, появился задорный блеск. — Уже уходишь? Я понимаю, не всем присущи манеры, но я рассчитывал, ты останешься на моем празднике подольше.       — Ближе к делу, Горташ, — Волшебница выпрямилась, фокусируя его внимание на себе. Даже без ментальной связи и поддержки остальных он не увидит ее уязвимости. Горташ вскинул бровь, в темных глазах мелькнуло нездоровое любопытство.       — Эрцгерцог Горташ, — кратко напомнил он. О, как бы Тавия сейчас с удовольствием стерла с его лица эту самодовольную ухмылку.       — Эрцгерцог, — повторила она сухо, пытаясь обойти мужчину по касательной. Тот улыбнулся еще шире, зеркально повторяя ее движения, преграждая путь. — Тебе ни к чему этот фарс.       — Напротив, — он обвел руками каменный зал. При свечах нетерийский камень, вплавленный в золотую сетчатую перчатку, блестел острыми гранями. На миг Тавии показалось, что камень Торма, лежащий в ее кармане, издал еле уловимый звон, будто резонируя ментальной энергией. — Может, для тебя это не столь важно, но, когда выбиваешься в люди, необходимо поддерживать свой статус.       Он кинул очередную дежурную улыбку стоящим неподалеку аристократкам. Тав скривилась, когда почувствовала на себе его пристальный взгляд.       — Надеюсь, беседа с Рафаилом не слишком утомила тебя, — участливо поинтересовался Горташ, — мне не понаслышке известно о его чересчур одержимой настойчивости, когда он действительно заинтересован в сотрудничестве с кем бы то ни было.       — Разговор с дьяволом тебя не касается, — процедила Тав. В горле запершило от сухости. Горташ засмеялся, махнув рукой.       — О, разумеется. Поверь мне, я достаточно занят своими делами, чтобы встревать в ваши сделки.       — Рада, что мы наконец-то поняли друг друга, — отрезала Тав, проследив взглядом за сменяющейся стражей у выхода. — Думаю, на этом мне придется оставить твою ярмарку тщеславия.       Мужчина, однако, не сдвинулся с места.       — Позволю себе не согласиться, — на лице Горташа мелькнуло почти что искреннее разочарование, — если уйдешь сейчас, то пропустишь самое интересное мероприятие этого вечера.       — И какое же? — Тихий и вкрадчивый тон его голоса ей нравился. — Только не говори, что планируешь прирезать всю присутствующую здесь аристократию.       — За кого ты меня принимаешь? Я желаю правления, а не бессмысленной резни. — Горташ манерно махнул рукой. — Но сначала я бы хотел, чтобы ты согласилась провести со мной один танец этим вечером.       Лучше бы он приказал городской страже арестовать ее.       — Танец? — повторила Тав на автомате.       — Танец, — подтвердил Горташ, — не делай такое лицо, будто сейчас получишь заточку под ребра.       Здесь? Сейчас? Он что, серьезно? Отойдя от настигнувшего ее шока, Тавия вперила свой взгляд в дружелюбное лицо Горташа, пытаясь найти скрытый подтекст. Она было потянулась к личинке в попытке поймать хотя бы намек на его мысли, однако в голове все еще стояла непривычная тишина. Магия Рафаила надежно блокировала все телепатические способности.       «Проклятый камбион!»       — Нет, — прошипела она. Темные глаза мужчины опасно блеснули.       — О, но я настаиваю. — Стальной страж, стоящий в ближайшем к ней углу, тихо загудел. — Пять лишних минут не сильно испортят твой вечер. После этого ты можешь уйти, если пожелаешь. Не хочу срывать твои планы.       — Уверен?       — Слово эрцгерцога, — твердо ответил Горташ. — Я знаю, после нашей встречи тебе будет чем заняться. Пэры и остальные гости будут очень недовольны, если сегодняшний прием омрачится смертью жалких остатков Арфистов и кучки отпетых головорезов, оставшихся от гильдии Девятипалой в вашей отчаянной попытке вытащить Рейвенгарда. И уж тем более я не намерен устраивать здесь бардак, если остальному твоему сброду вздумается вмешаться, едва ты задержишься больше положенного.       Видя ее перекошенное лицо, он добавил:       — К тому же не ты ли сама просила меня вернуть Карлах сердце?       — Просила, — стараясь сохранить самообладание, Тавия шагнула ему навстречу, кладя руку в его ладонь. Пальцы мужчины были шершавыми. Не такими, как у обычных аристократов, ни разу в жизни не державших в руке ничего тяжелее пера. — Каков твой ответ?       — Передай своей подруге, я оставил заказ на новое сердце у гондийцев, — коротко бросил он. — Не скажу, что это было просто. Производство Стальной стражи требует много рабочих рук. Хотя я бы предпочел, чтобы Карлах выразила мне свою благодарность лично.       — Карлах не станет тебя благодарить, — отрезала Тав. Горташ хмыкнул, делая первое па.       — О, разумеется. Наша подруга слишком горда, чтобы признавать очевидное.       — Что именно?       — Ее чувства ко мне.       Горташ стукнул каблуком, ускоряя шаг. Тав хмыкнула, ускоряясь, поспевая за ним.       — Единственное, что Карлах чувствует к тебе, – это ненависть. И я понимаю почему.       — Ненависть? — медленно повторил Горташ, словно смакуя. — О нет, если бы все было настолько просто. Карлах может говорить тебе что угодно, посыпать голову пепелом и насылать на меня самые жуткие проклятья. Но кое-что я скажу тебе точно. Она никогда. Никогда не причинит мне вреда. По крайней мере того, что может поставить под угрозу мою жизнь.       — Ты плохо ее знаешь, — Тав покачала головой. — После того, что ты с ней сделал…       — Продал Зариэль? Так она тебе сказала? — Горташ усмехнулся, ведя Тав по кругу, виртуозно не задевая остальных танцующих. — Вот же чертовка. Все еще отрицает, что пошла туда по своей собственной воле.       — Карлах бы никогда…              — Никогда бы не сказала тебе. Согласен. Мало кто любит признавать свои ошибки. К тому же, как я и говорил, я никогда не скрывал от нее, чем занимаюсь. В таком занятии, как торговля оружием, иногда требуется немного… испачкать руки, если ты понимаешь о чем я. Я не виню Карлах, в конце концов, у каждого из нас есть свои скелеты в шкафу. Ну, а в твоем случае в голове. Признаюсь честно, когда я избавился от «Рыцарей Щита» и отправил Императора назад к старшему мозгу, меньше всего я ожидал, что мне снова придется иметь с ним дело. Этот иллитид оказался на редкость живучим. И весьма дальновидным, учитывая твое присутствие здесь.       — Мое присутствие здесь связано лишь с тем, чтобы остановить старший мозг и такого, как ты.       Горташ не ответил. Мгновение, и в темных глазах появился странный блеск, смешанный с… удивлением и жалостью. Избранный Бейна сделал последнее па, наклоняясь к волшебнице.       Сердце Тав екнуло где-то в груди.       — Должен признать, я восхищен этим иллитидом. Удивительно, как он запудрил вам мозги с самого начала, учитывая, что именно Император подсадил личинок тебе и твоим компаньонам…