93. Месть за короля

      Лампа никогда не выключалась, а наручники снимали лишь когда приносили еду или мне надо было в туалет. По промежуткам между приносом еды я пыталась понять, сколько прошло времени. Организм в определенное время требовал сна и потому я понимала, что это конец дня, а пробуждение — начало нового. Ко мне не раз заходили Зедоу, Зэми, Зоботник и даже Зоник. Зедоу пытался утешать меня, Зэми проверяла моё здоровье, Зоботник восхвалял свою работу, а Зоник... он просто приходил и разделял со мной тишину, без приветствий и прощаний. Но ни с кем из них я не разговаривала и много раз обдумывала свою жизнь. Во снах я часто слышала, как меня зовут Рэйнбоу Кристалл, Шедоу, Рафа и Соник с друзьями. Но стоило мне попытаться ответить им, я просыпалась.       Проснувшись сегодня, мелком, который мне любезно дал Зедоу, я написала на стене после тройки «4» – день, который я нахожусь в этой комнате. А в самой тюрьме уже седьмой день, одна неделя.       Вскоре, дверь за моей спиной скрипнула, послышались быстрые шаги, что-то опустили на стул, потом ко мне подошёл коп в форме, снял наручники и ушёл. Оглянувшись, я увидела на стуле поднос с едой. Съев её, я села на пол в дальнем углу и устремила взор на противоположную стену.       Никогда не перестану наслаждаться этой тишиной и одиночеством. Меня никто не трогает, не дразнит, не толкает в грязь... Это просто блаженство, о котором можно только мечтать.       Снова скрипнула дверь и зайчиха подошла к подносу. Я встала и подошла к двери. За ней стоял коп, скрытый за формой. В его сопровождении я сходила в туалет и вернулась обратно. Мне опять надели наручники и заперли в комнате. Я села на стул и опустила веки. Скоро должен прийти Зедоу.       Когда снова скрипнула дверь, я подняла веки и улыбнулась. — Доброе утро, Анжела, — раздался знакомый тёплый голос. — Как твои дела?       Ёж встал напротив меня. В ответ я кивнула. — Не хочешь выйти из этой камеры?       Я отрицательно помотала головой, не переставая улыбаться. — Тебе здесь нравится?       Кивок. Зедоу посмотрел на стену, где я вела счёт дней, и хмыкнул. — Верно считаешь, сегодня уже четвёртый день, — сказал он. — Вчера вечером я узнал, что ты никому не улыбаешься, кроме меня. Могу ли я узнать причину?       Я улыбнулась сильнее, но ничего не сказала. — В твоём мире есть такой же ёж, как я? — догадался психотерапевт. — Он твой друг?       Я мотнула головой в отрицании. — Отец?       Я насмешливо фыркнула, но отрицательно мотнула головой. — Брат?..       Я шире распахнула глаза и с улыбкой кивнула, соглашаясь. — Надо же, — улыбнулся мне ёж. — Моему двойнику явно повезло с такой сестрой, как ты.       Я отвела взгляд и вздохнула через нос. По Шедоу я скучаю больше всего. — Может, скажешь что-нибудь?       Я отрицательно мотнула головой. Если начну что-то говорить, то вряд ли кто-то выдержит. Я ещё не забыла, как Зедоу с ужасом вылетел из комнаты, когда я откровенничала с ним тут в первый и последний раз. А раз не вытерпел сам психотерапевт, то другим и подавно не нужно слушать мой бред.       Зедоу посмотрел на своё левое запястье. — У меня ещё полчаса. Не хочешь узнать, что происходит снаружи?       Вздрогнув, я с испугом отрицательно помотала головой. — Почему? — изумился ёж.       Мои уши прижались к голове и я с грустью посмотрела на собеседника. — Ах, да, вспомнил... Тогда не буду говорить, раз это нервирует тебя. А наручники тебе мешают?       Жестами я пыталась ответить «и да, и нет». Наручники, действительно, мешали, когда начинала чесаться голова в разных местах одновременно или в глаза что-то попадало. — Я поговорю об этом с начальником, — кивнул мне ёж. — Тебе тут скучно?       Я встала со стула и вытащила из кармана мел, после чего показала его Зедоу. Тот задумался. — Тебе принести ещё мела?       Я кивнула, радуясь его быстрой догадливости. — Хорошо, принесу. Бумагу надо?       Я кивнула. Она не будет лишней.       Когда Зедоу ушёл, вскоре пришла Зэми и начала проводить осмотр горла, ушей и слушать лёгкие. Как обычно у меня всё было нормально. Очень хотелось сказать, что в этих осмотрах я не нуждаюсь, но кто мне поверит? — Удивительно, что ты в хорошем состоянии... Обычно те, кого вот так закрывали, начинали сходить с ума, пытаться выбраться или убить себя, — сказала Зэми.       В ответ я как всегда промолчала. — С голосовыми связками у тебя всё нормально. Тогда почему молчишь? — спросила ежиха.       Я угрожающе посмотрела на неё. Девушка хмыкнула и ушла, а я выдохнула. Я ещё раз посмотрела на свои наручники и достала свой мелок, после чего подошла к другой стене и начала рисовать, несмотря на неудобства. Линия за линией, загибы, чёрточки постепенно преображались в силуэт ежа. На груди ежа я изобразила два шрама. Закончив рисунок, я сделала пару шагов назад и осмотрела своё творение. Получился ёж похожим на сам оригинал. Но потом глаза начало щипать и я размазала рисунок руками. Дыхание участилось и стало глубже. Трясущимися руками я снова принялась рисовать ежа, но совсем другого. У этого ежа концы полосатых игл смотрели вверх, на груди был мех, а взгляд смотрел в самую душу. Шмыгнув носом, я посмотрела на готовый рисунок и стало немного спокойнее. Потом я переставила стул и села напротив своего рисунка.       Дверь снова скрипнула и кто-то вошёл ко мне. — О-хо-хо! Вижу, ты тут не скучаешь! — радостно сказал Зоботник. — Хм, и кто тут изображён? Зедоу?       Я промолчала и никак не реагировала на здешнего начальника. — В твоём мире есть двойник Зедоу? Он тоже занимается плохими делами?       Да как он смеет осквернять деятельность моего брата?! Зачем говорит такое о том, кого не знает?! — Не волнуйся, попадётся этот ёж моим копам и будете тут вместе.       Поймать Шедоу невозможно, не то что меня, наивную дуру! — Кстати, ты ведь связана со Скорджем?       Я никак не отреагировала. — Его мы тоже поймаем. Такие как он не достойны свободы.       Тоже мне, Бог самозванный. — Сегодня после обеда ты вернёшься к остальным заключённым. И не смей хулиганить... Иначе одним карантином ты не отделаешься, — вкрадчиво сказал Зоботник и тоже ушёл.       Я подняла голову и с грустью посмотрела на портрет брата. Когда я буду на свободе? О Хаос, услышь мои мольбы!       Встав, я снова принялась рисовать. На этот раз я изображала смоллруды, образующие собой кольцо. В центре этого круга я изобразила кривой осколок и в нём вопросительный знак.       Что ж, Просперити Светлый говорил, что Главный Кристалл разделился на несколько осколков и они в разных вселенных. Их могу собрать только я, но ещё не достигла нужного уровня. И что за новый кристалл в груди Инфинита? Он даёт ещё больше сил, чем Фантомный Рубин...       Мои размышления прервала скрипнувшая дверь. Оглянувшись, увидела, что это пришёл Зоник. Он как обычно упёрся спиной в стену, скрестил руки на груди и внимательно смотрел на меня, без злобы. Но его взгляд вскоре переместился на стену, где я нарисовала Шедоу и смоллруды. — Планируешь побег? — впервые за эти дни произнёс коп.       Я отрицательно мотнула головой. Зоник больше ничего не сказал и продолжил стоять у стены. Я больше не обращала на него внимания и начала опять рисовать на стене. Теперь я изобразила Просперити Тёмного и Светлого – один шар закрашен, другой нет. Потом между ними написала знак плюс и после незакрашенного шара знак равно, а после него примерный силуэт самого Просперити. На своей спине я ощущала пристальный взгляд.       Так-с... Я должна подняться до пятого уровня, собрать осколки Главного Кристалла, восстановить планету и соединить половины Просперити в одно целое. Что ещё? Ах, да. Спасти Мобиус от Инфинита и... Хейзена, отомстить Сонику за подставу, возможно, поговорить со Скорджем, поднять уровень Рэйнбоу Кристалл... И самое важное — выбраться из этой клетки домой. А когда это произойдёт, одному Хаосу известно.       Когда от чужого взгляда по телу начали идти мурашки, я оглянулась на Зоника. Он смотрел на мои рисунки озадаченно и насторожённо. Что же такого он мог подумать о них? — Хм... Ёж, камни, загадка... оживление... — тихо сказал коп, хмурясь сильнее. — Ты кого призывать собралась?       Я сначала хрюкнула от подступившего смеха, а потом уже открыто рассмеялась. Краем глаза я заметила, как офицер дрогнул. Немного успокоившись, я подошла к нему почти вплотную. Зоник напрягся, но не предпринял никаких действий, лишь внимательно наблюдал за мной. — А ты как думаешь? — вкрадчиво спросила я, лукаво прищурившись.       Всё же, попробую поиграть с нервами Зоника. — Хм, мне всё равно, — коп отвернулся, но потом снова посмотрел на меня с удивлением. — Погоди... Ты заговорила?       Мои губы растянулись в широкой улыбке без зубов и я наклонила голову набок. — Да, можешь гордиться собой. За эти дни я впервые открыла рот при тебе.       Зоник резко обхватил пальцами одной руки мой подбородок и чуть наклонился ко мне из-за разницы в росте. От неожиданности я замерла и широко распахнула глаза, смотря в изумруды напротив, совсем близко. Я даже могла ощутить на лице его дыхание. — Если ты думала соблазнить меня или что-то вроде того, то это бесполезно, — тихо заявил коп, ухмыльнувшись. — Но я не перестаю удивляться тебе. Что ещё ты таишь в себе, бестия?       Щёки предательски начали гореть, а пошевелиться я не могла. Коп ещё немного посмотрел мне в лицо, после чего усмехнулся и отпустил меня. — Буду ждать твоего ответа, — ёж направился к выходу, а я провожала его взглядом.       На проходе Зоник оглянулся на меня и дерзко улыбнулся, после чего изчез за дверью. С криком через закрытый рот я закрыла лицо ладонями, ощущая ещё больше прилива румянца на нём.       Давно я так не краснела... Стоп. Он назвал меня бестией? Ещё и ответа ждёт! Чёрт! Почему все Соники такие... такие... несносные?! Я ведь сама себе поклялась не верить им, а сейчас наши с Зоником носы чуть ли не касались друг друга. Я точно дура! — Ну что ж, пора вылетать из клетки! — заявил Зоботник и снял с меня наручники.       Я потёрла запястья и размяла плечи, после чего пошла к открытой двери. Зоботник проводил меня до коридоров к камерам и потом оставил меня саму с собой. — А не та ли это самая девка, что посмела напасть на нашего короля? — раздался саркастичный женский голос за спиной и я оглянулась.       Ко мне подходили злобно улыбающиеся пять морфов разных рас. Среди них было три девушки. Возникло чувство приближающейся тревоги и опасности, выражающее себя участившимся сердцебиением. — А тут много таких блёклых ежих? — язвительно спросила другая девушка. — Небось полосы она нанесла лаком, чтобы хоть немного выглядеть лучше. — А мы сейчас позаботимся о том, чтобы эта гордячка выглядела ещё лучше, — сказала третья девушка.       По-моему, драки желали только девушки, а парни нужны были лишь для поддержки или ещё чего-то тому подобного. Но что пятеро против одного, что трое против одного, сила неравная и драка будет несправедливой. — Чего вам надо? — холодно спросила я, сделав пару шагов назад. — Твой труп!       И все три девушки разом кинулись на меня, на что я не успела вовремя отреагировать и была повалена на пол. Чужие пальцы больно дергали мои иглы, рвали одежду, сжимали конечности почти до хруста костей и злобный смех наполнил коридор. Как бы я ни пыталась вырваться из цепких рук, получалось сделать только хуже себе. Голова начинала болеть от немалого количества выдернутых игл, а в ушах зазвенело ультразвуком. — Щас мы тебе покажем, как здесь живут! — Игольчатая дрянь, как ты посмела поднять руку на самого короля?! — Мы от тебя живого места не оставим!       Меня начали глубоко царапать и бить в лицо, рёбра, солнечное сплетение, живот, руки и ноги. Дышать почему-то было словно нечем и открывать глаза грозило получением слепоты. Нос горел, шерсть на теле во многих местах противно слиплась, появился запах железа и сырости. Я не теряла надежды освободиться из капкана, но побои усиливались. Видимо, эти девки не жалели сил ради мести за своего главаря. — Действительно, живучая! — Ненадолго!       Я ощутила, как натянулся мой мех на груди и потом началась щиплющая боль от вырываемых с корнем шерстинок. Открывать рот не было сил. Оставалось лишь покорно лежать и ждать конца этой пытки. — Сюда кто-то идёт, пора сматываться. — Ладно, продолжим в другой раз. — Думаю, эта сволочь усвоила урок. — Пусть знает своё место!       Меня перестали трогать и причинять физический ущерб. Раздались удаляющиеся шаги. С трудом и не без хрипов я смогла вздохнуть ртом, но не открыла глаз. Но их всё равно начало жечь, а потом что-то мокрое тоненькой струйкой потекло от них по вискам к затылку. В сердце защемило. Не от жалости к себе, а от своей ничтожности и ненависти.       Когда-нибудь, я верну всем этим тварям долги с лихвой... Когда-нибудь... обязательно... я отомщу за себя. — Вот же чёрт!.. Он заберёт мою душу, если узнает о моём провале... — раздался раздражённый голос. — Я знаю, ты и сама способна восстановиться, но у тебя нет на это времени. Глупая ежиха...       Что-то тёплое легонько коснулось моей груди чуть ниже грудного меха и потом по организму оттуда прошлась приятная волна подозрительно знакомой энергии. Рядом слышался неразборчивый шепот. Боль и дискомфорт начали медленно покидать моё тело. Это определённо было исцелением, вот только глаза открывать так и не хотелось. Просто было чувство, что сейчас я в безопасности и можно расслабиться. Всё же, ещё не весь мир против меня и судьба немного сжалилась надо мной...