Fire and flame

      - Мисс Миллс, я не нашёл то, что Вам нужно, - Сидни нервно сглотнул, отодвигая телефон подальше от уха в ожидании гнева мэра.       Потому что Реджина добивалась совершенства во всём, к чему она прикасалась. И если кто-то препятствовал этому совершенству, то как давным-давно, в Зачарованном лесу, головы летели с плеч.       - Что значит не нашёл?! Ты полностью обыскал её квартиру?! - Реджина еле сдерживалась, чтобы не разбить свой телефон от ярости.       - Да, там ниче… - он не успел договорить, потому что звонок уже был сброшен.       Бесполезный тупица.       

***

      Миллс заходит в отделение шерифа, со злостью захлопывая несчастную дверь. Ей порядком уже надоели эти игры, и если придётся убить блондинку, чтобы достать чёртовы документы, она это сделает, не задумываясь. Потому что Эмма Свон была угрозой. А угрозы нужно было уничтожать, пока они не уничтожили тебя.       Женщина жестом показывает Грэму, чтобы тот оставил их наедине. Несколько секунд он смотрит на мэра, пока протест крутится на языке.       - Дорогой, я очень любезно предлагаю тебе покинуть помещение, пока тебе есть чем ходить. Подожди пару минут, и я гарантирую, ты поползёшь.       Нахмурившись, он нехотя покидает здание, бросая на Эмму последний сочувствующий взгляд. Мужчина уже не раз предлагал девушке вернуть Реджине документы и оставить в прошлом неудобную койку и воздух, пропитанный алкоголем и грязью. Каждое его слово проигнорировано и забыто секунд через пять. Если он говорил это за обедом, то секунд через десять, потому что ради приличия Свон делала вид, что внимательно его слушает.       Реджина подходит к тюремной камере и смотрит на девушку, сидящую на краю кровати и уставившуюся безразличным взглядом в пол. Блондинка уже не выглядит такой уверенной, как вчера или пару дней назад. Её волосы взлохмачены, улыбка больше не такая самодовольная, а глаза наполнены ненавистью. Всё выражение её лица отражает крайнее возмущение по поводу случившегося.       - Мисс Свон, - женщина делает особый акцент на последнем слове, и зелёные глаза поднимаются на голос.       - Мадам мэр? Непривычно Вас видеть в рубашке. Хотя я предпочла бы вообще никогда Вас больше не видеть, - Эмма заинтриговано поднялась с кровати, готовая к очередной словесной перепалке. Надо же хоть как-то себя здесь развлекать.       Казалось, что во всём городе не осталось ни одного человека, который бы не стал свидетелем их ссор. Девушки ругались при любом удобном случае, превращая свои встречи в скандальное шоу. Когда количество этих шоу перевалило за десятки, все жители заключили, что каждый случай был удобный.       - Непривычно Вас видеть не в шкафу. Хотя, судя по тому, что Вы находитесь в клетке, у Вас определённый фетиш на замкнутые пространства.       Девушки перекинулись злобными взглядами, а в воздухе повисло ощутимое напряжение.       - Поговорим о моих фетишах или перейдём к делу? Потому что если мы продолжим развивать эту тему, то Вы, мисс Миллс, покраснеете, как школьница, - Эмма подошла ближе к решётке, схватившись руками за её прутья, приближая себя к женщине.       - Мои документы. Где они? - Мэр проигнорировала вторую часть предложения, однако сложно сказать, что она не была заинтересована в столь неоднозначном обсуждении. Но позволить себе такую фамильярность было просто недопустимо.       Губы Эммы невольно растянулись в улыбке, хотя она не издала ни звука, полностью игнорируя вопрос брюнетки.       Не всё так просто, красотка.       - Это не похоже на ответ, - Реджина сделала пару шагов навстречу Эмме.       - Предлагаю сделку, мисс Миллс.       - Не в Вашем положении, дорогая.       - Вы украли у меня не только свободу, но и весьма личную вещь. Верните и то, и другое. Тогда будут Вам документы.       Эмму доводил до нервной дрожи факт, что сначала Миллс ворвалась в её частную собственность, забрав с собой любимый талисман, а затем и вовсе выставила какой-то извращенкой. Последнее задело честь Свон больше всего, ведь именно она всегда боролась с подобными людьми и никогда в жизни бы не пошла наперекор собственным принципам.       - О своей никчёмной побрякушке можете забыть навсегда, но так уж и быть, свободу я Вам гарантирую.       Эмма на мгновенье задумалась, взвешивая, выгодно ли ей соглашаться на эту сделку. Она была уверена, что мисс Миллс не вернётся сюда, разбрасываясь такими щедрыми предложениями, так что игра вроде как стоила свеч. Но почему она не хочет отдавать цепочку? Зачем мэру вообще понадобилось чужое украшение?       Эмма могла бы ещё долго протестовать, выводя её из себя, чтобы добиться хотя бы каких-то ответов на свои вопросы. Однако ноющая спина и затёкшая шея ясно дали понять, что нужно соглашаться. Но не так быстро, конечно же.       - Пообещайте мне, - Эмма крепче взялась за прутья клетки, и зелёные глаза настойчиво впились в карие с вызовом.       Для блондинки обещания значили очень многое, и такое простое слово обладало немыслимой магией, прямо как в Гарри Поттере, которого Эмма насмотрелась до тошноты.       - Слишком много о себе возомнили. Я никому ничего не обещаю, - Реджина насмешливо фыркнула и закатила глаза на такое абсурдное предложение.       Эти слова были абсолютной правдой. Злая Королева никогда не позволяла себе обещаний, считая их уделом простых поданных. А если бы кто-то выдвинул ей такое предложение, петля бы затянулась на хрупкой шее за считанные секунды.       - В таком случае я не против здесь остаться, - она окинула взглядом камеру, фальшиво восхищаясь её видом. - Очень даже уютно. Довольно приятные соседи, Лерой — душка, пауки — милашки, ещё и кормят бесплатно. Про коммунальные услуги вообще не говорю! Ну, не жизнь, а сказка. Правда, телевизора не хватает. Устроите? Обещаю сама оплачивать интересные каналы.       Миллс раздражённо вздохнула, пытаясь собрать мысли в порядок. Дать девушке то, что она хочет, и получить столь важную вещь? Или, может быть, пойти на поводу у своей гордости и найти другой путь возвращения документов?       - Обещаю, - пробормотала Реджина так тихо, что едва ли кто-то мог услышать. Но Свон услышала и довольно улыбнулась.       Покладистая.       Реджина взяла ключ со стола Грэма, удерживая двумя пальцами, как будто соприкосновение с металлом могло бы прожечь кожу. Она небрежно кинула предмет в направлении Эммы. Свон ловко его поймала и мысленно приметила, что Миллс не удосужилась даже протянуть ключ, словно она была каким-то щенком. Пару проворотов ключа, и блондинка направилась к выходу, который прожигала взглядом не один час, как услышала голос мэра.       - Жду на своём столе через час м… - Реджина не успела договорить, как её в наглой манере перебила Эмма.       - Меня? Мадам мэр, ну, хоть постеснялись бы, - Свон рассмеялась, но, увидев хмурый взгляд, вновь поторопилась к выходу.       Не хватало ещё загреметь обратно из-за своих шуток. Смешных, между прочим.       Яркое солнце слепило глаза своими выжигающими лучами, и девушка прищурилась, прикрывая ладонью лицо. Прохладный ветер приятно развивал волосы, и Эмма приостановилась на мгновенье, наслаждаясь вечерней прохладой. Всего пару дней без выхода на улицу, а девушка уже безумно соскучилась по таким мелочам жизни. Но сигнал проезжающей мимо машины вернул её в реальность. Девушка бодро зашагала в сторону своего дома.       Войдя в свою квартиру, блондинка направилась на кухню — место, где она проводила большую часть времени. Она приготовила сэндвич и запила это всё колой, одновременно шарясь по полкам в поисках печенья, которое оставила на чёрный день. Не то чтобы Грэм не кормил девушку, просто у Свон был хороший аппетит. Она наконец нашла печенье и потянулась за джемом. Ну, очень хороший аппетит.       После освежающего душа девушка наспех высушила волосы, натянула майку с джинсами и свою любимую кожаную куртку. За эти пару дней её единственным развлечением был сон, так что сейчас она была вне себя от счастья. Да, она проиграла эту битву с Реджиной, но она найдет другие способы скомпрометировать женщину.       После визита к Мэри Маргарет для того, чтобы забрать папку, Эмма направилась прямиком в мэрию. Девушка вошла без стука, впрочем, как и всегда. Эта бесцеремонность раздражала Реджину, тем самым веселила Свон. Так Эмма и действовала. Она думала о том, что Миллс ненавидит больше всего на свете и тут же делала это.       - Могу я задать Вам вопрос? - Эмма без какого-либо приветствия подошла к столу мэра и присела на стул напротив, не дождавшись приглашения.       Да и даже если бы она ждала, то простояла бы в несчастном кабинете всю свою жизнь.       - Уже задали, - Реджина даже не подняла взгляд на блондинку, она перелистывала какие-то документы, параллельно ставя подписи. Её брови были нахмурены, а выражение лица крайне сосредоточено. Создавалось впечатление, будто бы от этих подписей зависит не судьба какой-нибудь библиотеки Сторибрука, а всего мира.       Эмма положила папку на стол, чем привлекла драгоценное внимание Миллс. Женщина тут же схватила её и подозрительно посмотрела на блондинку, сощурив глаза. Она демонстративно пересчитала количество листов, тем самым выразив полное недоверие по отношению к женщине.       Другого блондинка ожидать и не могла. Она облокотилась на стул и скрестила ноги, оглядывая кабинет. В последнее время ей приходилось здесь бывать чаще, чем в собственном доме.        Кабинет мэра ну никак нельзя было назвать атмосферным местом. Если уж, конечно, речь идёт не об атмосфере фильма ужасов. Эмма представила Реджину в виде серийной маньячки с каким-нибудь ножом или даже пистолетом.       Пистолет — есть.       Желание убивать — есть.       Безумная улыбка — есть.       Идеальная кандидатка.       Эмма засмеялась со своих же мыслей, чем обратила на себя внимание. Женщина бросила на неё убийственный взгляд, удивляясь такой неуместной радости. Девушка только вышла из камеры, где могла провести намного больше времени, чем живёт на белом свете, а ведёт себя так, будто съездила на курорт.       - Признайтесь, на что всё-таки ушли эти деньги? Я всё равно никому ничего не смогу доказать, - Эмма сложила руки на коленях и наклонила голову набок, будто бы пытаясь по эмоциям мэра узнать волнующий ответ.       - Так пойдите и посмотрите, мисс Свон. Реставрация здания сейчас на завершительном этапе.       

***

      Грёбаный музей? Это шутка какая-то?       Эмма замерла напротив нового примечательного здания, не веря своим глазам. Она услышала восторженные возгласы позади себя. Жители города явно оценили новое применение давно заброшенному месту, и почти все собрались вокруг музея. Сзади подошёл шериф и встал рядом с блондинкой, скрестив руки на груди.       - Красивый, правда? - музей действительно был довольно привлекательным. Эмма не хотела этого признавать, но мэр постаралась на славу.       Фасад здания был сочетанием классических элементов и современного дизайна, явной демонстрацией столкновения разных эпох. Вход в музей представляла собой массивная резная дверь, по обе стороны от которой находились стеклянные витрины, наполненные разными экспонатами. Стены же были облицованы натуральным тёмным камнем. Даже не разбирающаяся в этом Свон оценила масштабы проделанной работы.       - Я одного не понимаю, - Эмма отвернулась в сторону, размышляя над чем-то, приложив пальцы ко рту. - Зачем она так гналась за этими документами, если ремонтировала обычное муниципальное здание?       - Не знаю, - Грэм пожал плечами. - Это же Реджина. Её ход мыслей никому не подвластен. Кстати, не хочешь прогуляться, пока у меня не начался патруль?       Эмма кивнула, и они направились в парк. Когда спор о лучшем вкусе пончиков был в самом разгаре, Свон неожиданно замолчала. Краем глаза она заметила небольшую вспышку света где-то из-за кустов. Её внутреннее чутьё подсказывало, что что-то не так, но она не могла понять, что именно.       - Ты это видел? - блондинка ещё раз окинула изучающим взглядом улицу, всматриваясь в каждый поворот.       - Видел что? - Грэм прекратил жевать бургер и с недоумением повернул голову в ту сторону, куда был направлен взгляд девушки.       - Ничего. Показалось, - она огляделась ещё раз и, поняв, что улица была пуста, решила сослаться на то, что какие-то дети, очевидно, баловались с фонариками.       Спустя время беседа была прервана вновь, так как раздался звонок телефона шерифа. На экране как приговор высветилось: Мэр. Мужчина тяжело вздохнул.       - Сейчас, погоди, важный звонок, - Грэм отошёл в сторону, так чтобы Эмма не могла слышать их разговор. Мужчина нажал «ответить» и поднёс телефон к уху.       - Мисс Миллс?       - Почему тебя всё ещё нет?       - Я не приду, Реджина.       - С какой это стати? - не нужно было видеть её лицо в этот момент, чтобы понять, насколько сильно оно было охвачено гневом.       - Я так решил. Наши встречи окончатся сегодня, и точка, - мужчина немного повысил голос для убедительности.       Но он прекрасно понимал, что не смог бы не вымолвить и слова, стоя прямо перед мэром. Спасибо тому, кто придумал сотовую связь, подумал Грэм про себя.       Чем больше шериф проводил времени со Свон, тем больше осознавал, что был лишь мальчиком на побегушках, исполнявшим любую прихоть мэра. Он решил, что этому всему должен прийти конец. Раз и навсегда.       - Грэм, ты скоро? - Эмма окликнула шерифа, что никак не осталось незамеченным Реджиной.       - Развлекаешься с мисс Свон? - с холодом спросила она, сжимая телефон в руках до того момента, пока пальцы не стало пощипывать от боли.       - Извини, мне пора, - на этом мужчина бросил трубку, на самом деле не чувствуя ни капли сожаления.       Волна страха прошла по его телу, но вместе с этим и прилив облегчения. Он никогда не делал что-то вопреки мэру, и это чувство было в новинку. Чувство свободы. Даже если он и поплатится когда-то за свой поступок, воспоминания о былой решительности будут греть душу.       Конечно, не то чтобы он жаловался, проводя ночи с горячей брюнеткой, но эти ночи были... не ночами вовсе. Грэму было велено спускаться вниз и "делать то, что нужно", а затем Реджина засыпала, и никогда её не волновало его удолетворение.       

***

      Музей открывается, и мэр заходит внутрь. Женщина окидывает улицу взглядом последний раз, убеждаясь, что никого нет и никто за ней не наблюдает. Лишь после этого она осторожно закрывает деревянную дверь на замок.       Реджина проходит мимо выставочного зала, где за стеклом витрин спрятаны различные экспонаты. Казалось бы, это обычное место для развлечения жителей, но только не для неё. Она открывает дверь в кладовку и спускается по лестнице в подвал, о котором было известно только ей. После появления Свон в городе Реджине пришлось переделать некогда заброшенное здание в то, к которому не будет вопросов. То, что будет у всех на виду, но никогда не вызовет особого любопытства. То, что Реджина сможет посещать в любое время, ссылаясь на очередную сверку документов. Музей.       Сам подвал представлял собой небольшую почти лишённую света комнату с различными книгами, магическими предметами и свитками. Что волновало Реджину больше всего, так это разбитое зеркало, висящее на стене. Для любого среднестатистического человека это был бы простой предмет интерьера, явно выполненный в стиле давно ушедшей эпохи. Только брюнетке было известно, что за данным предметом декора таился портал между мирами. Нынешним Сторибруком и Зачарованным лесом. Однако порталом его назвать сложно, пока трещины нещадно покрывали всю его поверхность. Единственное чем были заняты мысли женщины последние пару лет — попытками его восстановления. Оставалось совсем немного, и она будет близка к завершению своего плана.       Женщина подходит к полке и берёт старинную книгу в руки. Она находит нужную страницу и кладёт сборник заклинаний на стол. Из уст женщины тихим шёпотом исходит древнее заклятье. Зеркало неспешно начинает погружаться в клубы синего дыма. Он разлетается по воздуху, образуя лёгкие круги и вихри, которые медленно растворялись, извиваясь по комнате. Вдруг дым полностью пропадает, оставляя лишь голубые невесомые полосы, и Реджина сводит брови в удивлении. Она читает заклятье вновь, но ничего не происходит. Затем туман снова окутывает зеркало, устремляясь вверх, но уже не с той интенсивностью.       Что-то не так с магией.       Мэр пытается сделать огненный шар в руке, и он появляется в ту же секунду, освещая комнату ярким неестественным светом. Реджина чувствует поток магии, проходящий сквозь неё и дарующий энергию, обволакивая её тело небольшой струей. Женщина вздыхает в облегчении, но огонь резко потухает, оставляя после себя лишь лёгкое покалывание.       Да что тут происходит, вашу мать!       Реджина сметает все вещи со стола в порыве ярости, и книги с грохотом падают на пол, сминая свои страницы.       

***

      Миллс заходит в закусочную, и в поле её зрения сразу же попадают две девушки. Эмма и Мэри Маргарет. Она закатывает глаза и подходит к их столику, складывая руки на груди в привычной манере. Разговор бесповоротно остановлен, и девушки переводят свои взгляды на прибывшую, так и не закончив до конца тему бездомных собак, и их таинственного отсутствия в Сторибруке. Мэр хмурится, осматривая повседневный образ своего новоиспечённого врага. Всё те же джинсы в обтяжку, чёрную водолазку и неизменную красную куртку. Эмма улыбается, глядя на Реджину, зная, что её это чертовски раздражает.       - Нужно поговорить наедине, - она смотрит на Мэри Маргарет, затем на Свон и не может сдержать себя от очередного комментария. - Я смотрю, хорошо устроились в Сторибруке.       - Именно это я и сделала, мадам мэр, завидуете?       - Мисс Свон, смотрите, как бы Вы не вылетели вместе с Вашей мерзкой курткой из города, - Миллс опёрлась руками на стол и склонилась над девушкой. Эмма уловила аромат дорогих духов, смешанный с запахом свежего кофе.       Блондинка демонстративно окинула себя взглядом и дерзко ухмыльнулась.       - Понравилась, так и скажите.       - Вы?       - Куртка.       Мэр растерялась на секунду, и Эмма была готова покляться, что женщина покраснела. Повисло неловкое молчание и, заметив это, Мэри Маргарет решила, что сейчас самое время вмешаться в разговор, пока он не принял привычный оборот.       - Давайте поговорим на ули… - девушка не успела договорить.       - Нет, что Вы, я уйду, - Эмма встала из-за стола, захватив свой стаканчик с остатками кофе. Она проходила мимо только вернувшей себе самообладание Реджины и, вытянув руку, выплеснула содержимое своего стакана на мэра. Остатки напитка быстро распространились по рубашке, оставляя огромное пятно. Реджина не успела ничего сказать, лишь втянула губами воздух и отодвинула мгновенно прилипшую рубашку от обожжённого участка тела.       - Упс, - девушка наигранно удивилась, прикладывая руку ко рту. - И снова Ваши рубашки страдают!       - Я Вас… - но Эммы уже не было.       

***

      После разговора с Реджиной о городских делах Мэри Маргарет направилась в школу, чтобы забрать домашние задания, которые ей предстояло проверить. Кирпичное здание внушительных размеров являлось начальной школой Сторибрука. Школьный двор представлял собой зелёный газон и небольшие деревья, посаженные по кругу. Детская площадка и спортивный стадион было самым любимым местом в городе. Дети во всю резвились там после уроков, ожидая, когда же их заберут родители. Иногда там проходили уроки, которые как раз-таки и проводила Мэри Маргарет. Девушка зашла в кабинет и уже направилась к своему рабочему столу, как раздался стук в дверь.       - Я зайду? - Дэвид стоял, опираясь на дверной косяк, смущённо улыбаясь.       - Конечно! - воскликнула Мэри Маргарет, пытаясь скрыть восторг.       После прошлого новоселья и не совсем уместного, но довольно полезного замечания Лукас, они стали проводить больше времени. Дэвид перестал так робеть при виде девушки, а Мэри Маргарет в свою очередь теперь предвкушала каждую их встречу.       - Какие планы на сегодня?       - Ещё даже... - не успела договорить она, как увидела букет цветов, которые были протянуты ей. Пёстрые лилии с красной лентой и молочного цвета обёрткой из фетра наполнили комнату сладковатымм ароматом. Девушка в этот раз не смогла скрыть свои розоватые от смущения щёки, и просто расплылась в кокетливой улыбке.       

***

      Голоса раздавались на всю станцию шерифа. Время уже близилось к вечеру, и Грэм заканчивал свои дела в департаменте, время от времени перекидываясь с блондинкой незначительными репликами. Свон обычно оставалась с ним до вечера, просматривая объявления о поиске работы, раскинувшись на стуле напротив. Её предыдущая профессия обеспечила ей хорошую финансовую подушку, но деньги рано или поздно кончатся, и она это прекрасно понимала.       Мэри Маргарет предлагала девушке работать в школе, а Руби — в закусочной. Очевидно, ни первый, ни второй вариант не приходился ей по душе. Порой Свон скучала по своей прошлой работе, вспоминая, как она гналась за преступниками, с азартом поджидая новую добычу. Тогда каждый день был наполнен опасностью, которая зажигала тот внутренний, полыхающий огонь.       - Я уже прощён? - Грэм радостно усмехнулся, приподнимая брови в лёгком удивлении. Он не представлял, что она настолько понимающе отнесётся к тому, что шериф посадил её за решётку по приказу мэра.       - Возможно, - Свон широко улыбнулась в ответ, бросая газету на стол и складывая руки в замок.       - Так кем ты говоришь работала?       - Охотницей за головами.       - Становись моей помощницей, - сказал вдруг мужчина с серьёзным тоном, а на лице его не было ни тени забавы.       - Очень смешно, - девушка ухмыльнулась и закатила глаза.       - Нет, я серьёзно.       - Да, и выполнять все задания мэра, как ты? Спасибо, не интересует, - Эмма отмахнулась от него рукой.       - Тогда становись мэром, и я буду выполнять твои задания, - Грэм засмеялся и принялся перебирать бумаги. - Кстати, я захватил тебе обед, там, на столе, - мужчина указал на пару сэндвичей.       - Убить Реджину?       - Именно, и тогда последние слова, которые ты впоследствии услышишь перед своей смертью, будут: Мисс Своооооон!       Оба засмеялись и перекинулись понимающими взглядами, Эмма принялась за обед, пока Грэм не мог остановиться в приступе смеха.       Миллс же в это время направлялась в департамент к шерифу. Во-первых, она хотела обсудить вчерашний телефонный разговор с Грэмом. Во-вторых, ей нужно было, чтобы он убрал куда-нибудь эту заносчивую блондинку. Посадил, подставил, застрелил ― неважно. Она заходит в участок и слышит голоса, а затем заливающийся смех. Реджина узнала Грэма, но с кем он разговаривает?       Свон.       Женщина в секунду поддаётся уже привычному приступу ярости. Сколько времени они проводят вместе? Может, Грэм стал встречаться со Свон? Может, он нравится ей? То есть она ему.       Реджина заходит в комнату и видит следующую картину: Эмма вальяжно раскинулась на стуле, что-то рассказывая и чрезмерно размахивая руками. Грэм же выполнял свою работу, но активно поддерживал диалог.       Теперь ты под покровительством идиотки? Посмотрим.       В последнее время Реджина думает, что Свон делает всё, чтобы вывести брюнетку из себя. Она забирает всё, что принадлежит мэру, разрушает всё, к чему прикасается. Если раньше это были какие-то небольшие перепалки, то теперь Миллс была настроена куда серьёзнее, а Эмма была куда заносчивее. Порой блондинка выводила её до такой степени, что идея вырвать это хрупкое сердечко и превратить в пыль уже не казалась такой необдуманной.       - Мисс Свон, испаритесь, - Реджина указала дрожащей от гнева рукой на дверь.       - Что ещё сделать? - Эмма закатила глаза и отложила надкушенный сэндвич в сторону.       - Если Вы за отчётами, то они в машине, - Грэм резко встал со стула и подошёл к Реджине, пытаясь перевести внимание на себя, чтобы департамент шерифа был в целости и сохранности ещё хотя бы пять минут. Но когда он увидел настрой мэра, то понял, что теперь стоит беспокоиться не только за кабинет, но и за подругу.       - Предлагаешь самой отправиться за ними? - женщина уставилась на шерифа в удивлении.       Эмма бросила на Грэма понимающий взгляд, и тот стремительно удалился, по пути хватая ключи от машины. Теперь они остались вдвоём.       - Как вам утренний кофе? - Эмма села на стол, болтая ногами, и наклонила голову набок.       Реджина поправила свой пиджак и в два шага сократила расстояние между девушками, ткнув Эмме пальцем в грудь.       - Не начинайте войну, мисс Свон, Вы её не переживёте.       Воспоминания утра нависали перед глазами, как символ поражения брюнетки. Какая-то невоспитанная грубиянка испортила брендовую вещь и ушла с таким лицом, будто была популярной исполнительницей, что ожидала похвалы от своих фанатов в завершение выступления.       Недолго думая, Эмма резко спрыгнула со стола и схватила Реджину за запястье, сжимая с такой силой, что завтрашним утром мэр точно обнаружит посиневшую кожу. Её глаза заметно налились привычной яростью, а лицо выражало немую угрозу. Какое-то время они простояли так молча.       - Вы её начали, мадам мэр, - Эмма сжала запястье до боли, усиливая хватку.       Конечно, Свон бы лишилась в секунду руки, если бы не шериф, так вовремя входящий в здание. Реджина вырвала руку из захвата и бросила гневный взгляд на девушку. Она молчала в ожидании Грэма, желая увидеть его реакцию. Миллс всегда удавалось сохранить титул "Мисс Невинность", и сейчас, как она надеялась, ничего не должно было измениться. Однако изменилось. Грэм быстрой походкой направился к Эмме, аккуратно дотрагиваясь до её плеча.       - Эмма, что происходит, ты в порядке? - его глаза обеспокоенно забегали по её лицу в поиске ответа.       Реджина уставилась на шерифа в недоумении, а затем усмехнулась.       Вот как, значит.       Сердце мужчины принадлежало мэру во всех смыслах, как до этого думала Реджина. Сейчас поняла, что когда-то бесхарактерный охотник, рыдающий над убитыми жертвами, стал обретать характер. Не стоит даже произносить имя той, которая сподвигла его на такие вольности. Едва ли Реджина оставит такое поведение без внимания.       - Не мог идти ещё дольше?! - она выхватила отчёты из его рук и удалилась, замечая, как Грэм начинает о чём-то обеспокоенно расспрашивать девушку.       

***

      - Спасибо, что помогла донести вещи, - сказал шериф и на выдохе поставил коробки на порог своего дома.       Эмма оставила оставшуюся часть вещей рядом и отряхнула руки, ожидая, пока мужчина достанет ключ из кармана.       Иногда она заходила к нему в гости в особо скучные вечера: тогда они могли часами лежать на диване и играть в приставку, перебрасываясь ругательствами при нападении врагов.       - Предложение, конечно, не огонь, но… - блондинка не успела договорить, как их прошибла волна огня, обдавая лицо горячим воздухом. Раздался громкий грохот, и окна, трескаясь, повылетали из рам. Эмма только и успела отдёрнуть мужчину за рукав, с силой оттягивая на себя. Тогда они оба в полном ошеломлении упали на землю.       Первые несколько секунд Свон ничего не слышала, а всё вокруг плыло перед глазами, застилая взор размытой пеленой. Девушка была на более дальнем расстоянии, чем Грэм, и, к счастью, почти не понесла никаких травм. Мужчина же отделался не только ушибами. Несколько осколков стекла впились в ногу, а тело было в незначительных ожогах, теперь красными ранами выделяясь на фоне чёрной от сажи кожи.       Схватившись за голову, девушка простонала от мгновенной головной боли и зажмурилась, протирая глаза. Гудение отдавалось в висках, а сердце билось, как неугомонное.       Грэм.       Одного имени хватило, чтобы она поднялась на трясущихся ногах и схватила его за руку, с усилием оттаскивая подальше от горящего дома. Грэм лишь уставился с приоткрытым ртом на всё происходящее, а глаза его расширились в настоящем ужасе.       Стекло крупными осколками разлетелось по газону, из окон шли клубы тёмного дыма, а языки пламени охватывали фасад. Некогда уютный, небольшой дом превратился в настоящую сцену из криминального фильма.       - Ты в порядке? - Свон начала осматривать шерифа, пока тот приподнимался с земли. Она осторожно проскользнула взглядом и, убедившись, что тяжёлых травм нет, шумно выдохнула.        Хотя шериф в одну секунду уже успел попрощаться со своей жизнью. Да и сама девушка не была так спокойна, как казалась. В конце концов, не каждый день сталкиваешься с таким. Да и разве можно быть готовой к своей возможной смерти?       Она вытерла глаза от слёз, которые то и дело наворачивались от едкого дыма, осевшего в горле, и закашляла.       - Вроде живой…       

***

      - Видимо, какие-то проблемы с проводкой, - подоспевшая Реджина упёрла руки в бока и сделала озадаченное лицо, осматривая место происшествия.       Дом больше не полыхал, но клубы дыма вздымались вверх, заполоняя собой всё голубое небо. Зеваки собрались на улице, с ужасом глядя на остатки пепла, на тлеющий фасад некогда красивого здания.       После тушения весь газон превратился в месиво из воды и пепла, и Миллс с отвращением посмотрела на свою обувь.       - Проводкой?! - Эмма бросила взгляд на докторов, которые помогали Грэму забраться в их служебный транспорт, и в неверии посмотрела на мэра.       - Пожарные сказали именно так, - женщина фыркнула и сузила глаза. - Обвиняете меня в чём-то, мисс Свон?       - Именно это я и делаю, - сквозь зубы проговорила девушка, вытирая остатки сажи с лица.       - Смотрите, как бы Ваша паранойя не привела Вас в психиатрическую больницу, - с этими едкими словами Реджина ушла к полицейским.       Всё, что поняла Эмма за годы своей работы, так это то, что никому нельзя доверять. Она была абсолютным скептиком, особенно относительно всего, что говорила Миллс. А её безразличный взгляд делал ситуацию ещё более подозрительной.       Девушка уверенной походкой направилась к пожарным, желая выяснить детали произошедшего. Мужчины скручивали шланг с немыслимой ловкостью, пока блондинка не встала перед ними.       - Эмма Свон. Временный шериф Сторибрука, - она указала на значок, который успела взять у Грэма, пока тот отходил от произошедшего. Она извинится за это позже.       - Причина возгорания, я полагаю, проводка? - блеф был явным, но у неё не было времени на осторожность.       Начальник караула снял каску, отряхнул защитный шлем и ровным голосом ответил:       - По прибытии на объект мы обнаружили открытую фазу горения в жилой части дома, очаг локализован в зоне первого этажа.       Девушка сжала губы в нетерпении. Ей нужен был ответ про поджог.       - На настоящий момент у нас есть признаки, требующие дальнейшей проверки: наличие нескольких очагов воспламенения и переброса пламени. Это может указывать на умышленное воздействие, но окончательное заключение даёт пожарно‑техническая экспертиза. Мы запросили эксперта по причинам возгорания.       Девушка повернула голову в сторону мэра. Реджина вскидывала руки, повышала голос и изображала полный шок от случившейся ситуации.       Но Эмма не была глупа. Поджог дома менее, чем через сутки после открытых угроз со стороны брюнетки? Реджина может была и хорошей актрисой, но Свон чувствовала скрытую ложь.       - Благодарю за помощь, - сквозь зубы произнесла она и кивнула. Эти мысли вызвали ещё один приступ полыхающей, словно этот дом всего двадцать минут назад, ненависти. Реджина действительно была бесчувственным чудовищем, лишённой здравого смысла.       Сжав кулаки, Эмма развернулась в ту сторону, откуда до этого раздавался голос мэра, но от неё и след простыл.       Я её убью.       

***

      Свон настойчиво стучит кулаком в дверь и сжимает тонкие губы. Реджина не успевает открыть её до конца, как Эмма залетает в дом, плечом задевая хозяйку. Брюнетка хватает ртом воздух в попытке что-то сказать, крайне возмущенная таким поведением, как получает оглушительную пощёчину. Хлопок эхом раздаётся в большом доме, и этот звук приносит лишь удовлетворение ворвавшейся блондинке.       - Вы перешли всевозможные границы! - Эмма просто в ярости. Её грудь быстро вздымается с каждым вздохом, а руки дрожат.       - Вы в своём уме?! - Реджина потирает горящую щёку, вытаращив глаза на девушку в полнейшем шоке.       На оливковой коже остался красный отпечаток в подтверждение того, что ей не кажется. Эмма Свон действительно ударила её.       - Со мной всё в порядке, а Вы, похоже, сошли с ума, - у неё сбивается дыхание, а сама девушка подходит ближе к Реджине, заглядывая в глаза.       - Вы чуть не убили его. Зачем?! - на последнем слове голос срывается.       - Я не понимаю, - невинно говорит Реджина, хотя рука её сжимается в кулак.       - Нет, дорогая, Вы всё понимаете. Все в Сторибруке узнают, что Вы чокнутая.       И они смотрят друг на друга, ничего не говоря. Эмма чувствует, как её мышцы дрожат, как рука намеревается вновь оставить красный отпечаток на румяной щеке. Как будто это что-то изменит.       Вдруг абсолютно неожиданная ухмылка появляется на лице Реджины. Её мимолётный страх и шок испарились так быстро, будто их и не было вовсе. Она с вызовом вскинула вверх бровь, скрещивая руки на груди.       - А кто Вам поверит?       - Все! - вырывается у блондинки более отчаянно, чем она хотела бы.       - Видите ли, - Миллс напирает на девушку, заставляя ту пятиться назад. - Вы можете пожаловаться кому угодно, позвонить на любой номер, рассказать какую-нибудь незаурядную историю.       Эмма отступает, пока не врезается спиной в стену, не сводя глаз с хищной женщины напротив.       - Могу. И буду.       - Конечно, - лёгкий, циничный смешок рассекает комнату. - Но последнее слово всегда остаётся за мэром. И если мэр немного солжёт и скажет, например, что беспардонная гостья этого городка решила отомстить шерифу за то, что он посадил её за решётку, и захотела сжечь его дом, то так тому и быть.       - Да Вы больная, - она сердито глядит на брюнетку напротив, скрывая собственную неуверенность.       Былая загадочность мэра Сторибрука превращалась в сумашествие. С каждым новым днём блондинка всё больше убеждалась в том, что Миллс не была такой таинственной. Она была опасной. И, возможно, даже опаснее всех тех преступников, что Эмме удалось поймать за всю свою жизнь.       - Берите выше.       Эмма от возмущения теряет дар речи. Хватает ртом воздух и смотрит на циничную улыбку, играющую на красных губах. Тогда она с силой отталкивает ухмылявшуюся Реджину и пулей вылетает из дома.       

***

      Реджина изящной походкой заходит в палату, закрывая за собой дверь. Она не выносит больницы, поэтому демонстративно морщит нос, как только заходит внутрь. Неприятный запах спирта и хлорки витает вокруг, перебивая даже аромат её собственных духов. Брюнетка бросает беглый взгляд на пациента и радостно ухмыляется.       Больничная рубашка, ссадины и ожоги, повязки, и перепуганный, до жути растерянный вид. Ей всё это так нравится.       Не напрасно боишься меня, шериф.       - Как ты себя чувствуешь, дорогой? - она присаживается на край больничной койки, надменно осматривая мужчину.       Грэм не нашёл в себе смелость хоть что-то сказать. Если до этого он был более уверен в своих силах, то теперь понял, что то, что сейчас находится в больнице — результат своих протестов Реджине.       - Твоя подружка приходила ко мне, - она посмотрела на свой безупречный маникюр, будто это было единственным, что её волновало сейчас. - Представляешь, она думает, что я виновата. А мы оба знаем, что это гнусная ложь. Не так ли?       - Подружка? - он хмурится.       - В последнее время не можешь от неё отлипнуть, - она закатила глаза и встала с кровати. Женщина подошла к окну и задумчиво окинула взглядом Сторибрук, уперевшись руками на подоконник.       - Что ты хочешь?       - Ты ведь понимаешь, что это очень опасное занятие. Ты не можешь позволить своей новой подружке подвергать себя такой смертельной опасности, играя в спасит… в плохих и хороших.       - Реджина, послушай, что ты говоришь, - более уверенным тоном сказал мужчина.       - Нет, это ты послушай! - рявкнула брюнетка, приближаясь к больничной койке и хватая мужчину за горло. - Ты расстраиваешь меня. А если я расстроюсь, то это жалкое место станет твоим родным домом.       - Я напомню ей, что это было случайное возгорание, - отчаянно шипит он, цепляясь пальцами за запястье женщины в попытке себя освободить.       - Надеюсь на это.       

***

      Час спустя в палату влетела блондинка, на ходу бросая пакет с продуктами на тумбочку. Он зашелестел, и пара апельсинов выпала прямо на пол, тщательно вымытый хлоркой. Девушка с жалостью посмотрела на друга: обработанные ожоги, перевязанные раны, но в целом бодрый шериф.       - Она получит по заслугам! Обещаю тебе! - она расхаживала по комнате из стороны в сторону, словно маятник, нервно теребя край куртки. В голове пролетало тысяча идей и планов, которые она обязана была воплотить в жизнь. Нужно лишь было остановиться на одном. Самом коварном.       - Эмма, стой.       - Что? - девушка развернулась и уставилась на пациента, нервно облизывая губу.       - Не нужно.       Блондинка хмыкнула, а затем в изумлении уставилась на друга. Глаза были прищурены, а ногти впивались в ладони. Злость полыхала внутри, прожигая внутренности.       - Она приходила к тебе?       - Эмма.       - Ответь мне, - девушка села на край кровати, сжимая пальцами больничное одеяло.       Грэм молчал слишком долго. В голове метались мысли о том, что его подруга не остановится, о том, что Свон знает Миллс слишком плохо, чтобы позволять себе устроить равную борьбу и о том, что он знает мэра слишком хорошо.       - Хочешь действительно отомстить Реджине? - Эмма промолчала, и Грэм указал на значок шерифа, лежащий рядом на тумбочке. Блондинка успела принести его этим утром.       - Я не понимаю, - почти шёпотом произнесла она и потрясла головой.       - Я ухожу. Точнее, Реджина снимает меня с должности. Ты должна встать на моё место.       - Что? - зрачки её расширились, а после неожиданно пришло понимание. - Ты хочешь, чтобы я стала шерифом?!       - Эмма, подумай сама, - начал он заговорщическим голосом. - Если она сделает кого-то нехорошего шерифом, ты полетишь за решётку первая, а я вторым. Хотя бы попытайся, прошу.