Give it to me

      Спустя неделю все благополучно забыли о неприятном инциденте с шахтами, возвращаясь к своим повседневным делам. Мэри Маргарет наконец съехалась с Дэвидом, чтобы проводить всё своё свободное время вместе. Руби второй день уговаривала их устроить вечеринку в честь этого события, обещая, что в этот раз квартиру уж точно не снесут до основания. Грэм продолжал свою работу в газете Сторибрука, печатая разные статьи, а Эмма… Эмма, как обычно, действовала Реджине на нервы.              Свон развалилась на своём рабочем месте, проходя очередной уровень любимой игры на телефоне. Сегодняшний день был необычайно спокойным, так что круг её задач и обязанностей значительно сузился. Ей осталось только провести перепись документов, и то, это тоже она оставила на потом, увлечённо нажимая на кнопки телефона.       Вот персонаж преодолевает все препятствия и прыгает вверх, чтобы атаковать противника, появившегося из ниоткуда. Достаёт из-за спины оружие и бьёт монстра по голове. Противник качается из стороны в сторону и падает на пол без признаков жизни. Блондинка даже не заметила, как высунула язык и зафиксировала его над губой.              Когда уровень почти был пройден, прямо перед ней появилась Реджина, и Эмма подпрыгнула на месте, чуть не свалившись со стула. Порой ей казалось, что брюнетка передвигается по воздуху, словно какой-то призрак, потому что ну как можно подкрадываться так незаметно на таких-то шпильках! Своё предположение она, конечно, никогда не озвучила бы, иначе Реджина бы лично сделала её призраком. Уже по-настоящему.              - Ты всё ещё не выучила свои обязанности?!              - Реджина! Мой уровень! - воскликнула девушка обиженно, как только её персонаж врезался в препятствие и умер, а на экране высветилась картинка с надписью: "Игра окончена". Она шумно выдохнула и посмотрела на зашедшую с таким лицом, будто брюнетка испортила ей жизнь до конца дней.              - Это не последняя из твоих проблем сейчас, - с угрозой произнесла Миллс и резко вырвала у неё телефон из рук. - Я предупреждала, что это произойдет.              - Мне что, пять?! - спросила Свон, задыхаясь от возмущения и глядя, как телефон падает на дно чужой сумочки.              Эмма даже не успела разозлиться, она просто была в полном негодовании по поводу этой ситуации. Конечно, Миллс была старше её, но вела она себя постоянно так, как будто блондинке было 8 лет, а не 28, постоянно отчитывая и ругая.              - Да, - сказала мэр как ни в чём не бывало и добавила напоследок: - Заберёшь, когда выполнишь все задания.              - Но что, если мне позвонят по срочному делу?       - Я отправлю Нолана, - ответила Миллс с таким выражением лица, что все вопросы в моменте отпали.       Взгляд у Реджины был сейчас как у человека, который познал все тайны жизни, достигнув крайнего уровня мудрости, а Эмма... Эмма была идиоткой.              - Стерва, - пробормотала блондинка себе под нос.       Да, девушка действительно могла пренебрегать своими обязанностями порой, но это не позволяло Реджине покушаться на её собственность. Хотя, вопрос о том, есть ли что-то, что не позволено брюнетке, невольно всплыл в голове.              - Свон, ты раздражаешь меня уже с восьми утра, хватит бить все собственные рекорды, - выплюнула Миллс, направляясь в сторону выхода.              - А ты раздражаешь меня со дня моего приезда, ничего, не жалуюсь.              - Ты не жалуешься? Всеми любимая Эмма Свон не знает, как закрыть свой мерзкий рот.              Блондинка уже подготовила целую речь, но увидела Грэма, неловко замершего возле двери. Когда Реджина заметила мужчину, она цокнула и сказала:              - И хватит уже тащить сюда кого попало.              - Тебя забыла спросить.              Миллс покинула департамент шерифа, а блондинка с силой стукнула рукой по столу. И чем ей теперь заниматься? А вдруг ей позвонит Руби и начнёт диалог с фразы: "Как там твоя любимая брюнетка?".              - Не поверишь, на прошлой неделе я застал такую же картину, - Грэм издал смешок. - И на позапрошлой. Да и за неделю до той.              - Я когда-нибудь её убью. Закопаю в её же саду под деревом.       - Извините, а Вы точно благородный шериф? - мужчина шуточно сделал серьёзный голос и скрестил руки на груди.       

***

      Миллс откинулась на спинку стула, приставив пальцы к подбородку, как услышала звук вибрации. Она бросила взгляд на свой телефон, но экран был потушен. Ей понадобилось значительное количество времени, чтобы вспомнить что к чему и достать телефон блондинки. Будучи заваленной делами, она уже и забыла за свой способ проучить девушку.              Но только себе она могла бы признаться, что сделала это больше ради забавы, чем для действительной пользы. Миллс уже и не помнит, когда желание убить девушку превратилось в бесконечный круг злобы, раздражения, но также изумления и даже веселья по отношению к Эмме. Она всегда забавлялась с её неуклюжести и поражалась той легкости, с какой Свон попадала в череду неловких и непонятных ситуаций, в которые обычный человек ну даже при всём своём желании не попал бы. Конечно, под дулом пистолета Реджина бы в этом не призналась.              Однажды она даже застала себя за мыслью, что Эмма на секунду показалась ей милой, когда та разговаривала по телефону, заправляя выбившуюся прядь за ухо и широко улыбаясь. После этого Реджина мысленно себя десять раз убила, и это чувство сразу же ушло.              Мэр достала телефон и разблокировала экран, потому что какая от него польза, если она хотя бы не посмотрит заставку. На обоях красовалась Эмма, стоящая в обнимку с Руби, высунув язык.              Ну конечно, закадычные подружки.              Миллс проигнорировала укол ревности и положила телефон на стол. Она доказывала кому угодно, даже себе, что ей абсолютно плевать на их взаимоотношения, но после того, как злополучная фотография с их поцелуем попала в её руки, она стала с невероятной осторожностью относится к дружбе Лукас и Свон.              Вдруг телефон в её руках вибрирует, и Миллс мешкает на секунду. Ей определённо не стоит отвечать на чужие звонки. И она бы в жизни не ответила, если бы речь не шла о телефоне безобразно часто играющей на её нервах Эммы. Номер неизвестен, поэтому она отвечает на звонок и молчит.              - Привет, дорогуша, - Реджина слышит голос Киллиана и непроизвольно закатывает глаза.              - Ну, привет, дорогой.              - Миллс? - раздаётся удивленный голос на другом конце телефона. - Что телефон Эммы делает у тебя?              - Что-то передать? Передам, если не забуду, - она делает театральную паузу. - Скорее всего забуду.       Такое приятное чувство стало разрастаться в груди брюнетки от того, что Киллиан в голове придумает тысячу теорий, связанных с тем, почему же у Реджины телефон шерифа. Может, он подумает, что они сейчас вместе, может, что Эмма забыла телефон у неё после проведённого вечера, или же блондинка ушла в душ. В общем, одна теория была приятнее другой.              - Передай, чтобы она мне перезвонила, как освободится.              - Конечно.               Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что Реджина абсолютно ничего не скажет Эмме об этом звонке.              Женщина закончила разговор и положила телефон на стол, как в её голове возникла гениальная мысль. Она достала свой мобильник и нажала на контакт блондинки, а затем на кнопку вызова. Прозвучали несколько гудков, и вот на экране телефона Эммы Свон высветилось: «Чёртова Миллс»              Может и стоило её убить ещё в первый день.       

***

      Тем временем Эмма заканчивала свою работу с документами, мысленно уже написав целую балладу о том, как же её раздражает мэр. Она могла бы сразу же отвоевать своё по праву, но не лезть же ей в драку!              Эмма невольно вспомнила тот день, когда они вместе ввалились в дом брюнетки, тогда всё казалось таким правильным. То, как Миллс летит на пол, ухватывая за собой Эмму, то, как их вздохи смешиваются в один, а блондинка оказывается прижата к полу разъярённой женщиной.              Свон сглотнула, отгоняя от себя подальше такие мысли, которые не давали ей спать по ночам. Порой они вклинивались в её сны, дальше дорисовывая совсем другие картинки.              И вот Эмма заходит в кабинет мэра, демонстративно бросая папку на стол. Несколько часов скучнейшей работы, нецензурных слов, пожеланий смерти, и задание было выполнено.              - Телефон, - она вытягивает руку в ожидании своей личной вещи.              Реджина встаёт, не разрывая зрительный контакт, и элегантной походкой идёт к комоду. Конечно, она шла настолько медленно и грациозно, насколько могла, заставляя Эмму сжать губы в тонкую линию в нетерпении. Из комода Миллс достаёт устройство, но не отдаёт его владелице. Держит его в руке, раздумывая над чем-то.              - Есть ли смысл возвращать? Всё равно никогда не используешь его по назначению.              - Хотите за решётку за кражу? - спрашивает шериф с ухмылкой, упирая руки в бока, теперь подходя ближе.              - Зовёте к себе в гости?              Отсылки на мою прошлую жизнь. Как остроумно.              Девушка понимает, что это дело может растянуться надолго, поэтому она подаётся вперёд, пытаясь выхватить телефон, но Миллс отводит руку за спину. В такие моменты Эмма с трудом верит, что перед ней не та самая строгая и серьёзная женщина, которая желает ей смерти. Сейчас их взаимодействия больше напоминают какую-то едва заметную игру.              - Не заставляй забирать его силой.              - А ты попробуй, - почти хрипит Реджина, взглядом впиваясь в глаза напротив.              Тогда Эмма придвигается ближе, заставляя брюнетку упереться бёдрами в деревянный комод. Миллс от неожиданности открывает рот в немом вздохе, а Свон теперь находится в нескольких миллиметрах от неё.              Блондинка наклоняется ближе, чувствуя чужое опаляющее дыхание на своих губах, а мэр сжимает телефон крепче, потому что он вот-вот выскользнет из внезапно вспотевших рук. Она задерживает дыхание, наблюдая за тем, как Эмма смотрит то на её пересохшие в одну секунду губы, то в карие глаза.              Блондинка наваливается всем весом, все сильнее прижимая мэра к комоду. Реджина чувствует себя канарейкой, загнанной в клетку. Такая непривычная позиция для устрашающего мэра, но сейчас брюнетка не жалуется. Она дышит чаще, мысленно гадая, чем же всё это закончится.              - Мне продолжить? А то у меня очень блуждающие руки, - говорит она настолько низким тоном, что живот брюнетки завязывается в тугой узел.              И Миллс приходит в себя, и этого достаточно, чтобы рука нехотя протянула телефон своей обладательнице. Эмма сразу же отстраняется, и Миллс сдерживает расстроенный стон.                     

***

                    Блондинка садится в машину, а улыбка не спадает с её лица. Миллс всегда вызывала у неё неоднозначные чувства, но чтобы до такой степени… Девушка заводит двигатель автомобиля и кладёт трясущиеся руки на руль. Тело всё ещё покалывает от перенапряжения, а дыхание никак не приходит в норму.              Звенит звонок телефона, сопровождающийся вибрацией в переднем кармане, и Эмма торопливо достаёт устройство, поднося к уху.              - Слушаю.              - Почему ты мне не перезвонила, дорогуша? - слышится мужской голос на другом конце, и Эмма узнаёт в нём Джонса.              - А должна была? - говорит она безразличным тоном, по привычке вскидывая бровь в удивлении.       Свон проворачивает ключ в замке зажигания, зажимает педаль, и с характерным звуком излюбленная машина заводится.              - Я же просил Миллс передать тебе, что я тебе звонил.              - Миллс? - улыбка шире растягивается на губах девушки.              - Дай-ка угадаю, она ничего не передала, - слышится разочарованный вздох.              - Верно. В любом случае, очень много дел, пока, - говорит она резко и завершает звонок, бросая телефон на сиденье справа.              А чего же не сказали, что мне звонил Киллиан, мисс Миллс?       

***

      После вечерней пробежки Свон присела на лавочку, чтобы передохнуть. Ветер приятно холодил тело, палящее солнце уже давно пропало, так что осенняя погода радовала отсутствием жары. Эмма сняла наушники и вытерла пот, собирающийся мелкими каплями, со лба. Вдруг она увидела чёрно-белую собаку, которая, виляя хвостом, подошла к ней, ласкаясь головой о ногу. Животное прихрамывало на одну лапу, и сердце девушки непроизвольно сжалось.              - Привет, дружок, - сказала она и потрепала по голове довольную собаку. - Гуляешь тут, да?              Бродячая собака легла к ней в ноги, и, зевнув, растянулась на асфальте.       - Ищешь себе подобных? - Эмма была готова поклясться, что на мгновенье подумала, что животное ей ответило.              Свон подняла взгляд и увидела Реджину, нависающую над ней. Одета она была в чёрное пальто и высокие замшевые сапоги такого же цвета. Шею закрывал бордовый шарф, медленно спускающийся вдоль груди. Миллс засунула руки в карманы и поёжилась от холода.       - Хочешь себе собаку? - спросила Эмма с повседневной интонацией, продолжая гладить лежащего пса.              - Я похожа на человека, который завёл бы домашнее животное?              - Разве что крокодила или акулу, - Свон пожала плечами.              - Ты разобралась с сегодняшним инцидентом? - спросила Миллс, игнорируя издёвку.               Днём в закусочной произошла небольшая потасовка между двумя мужчинами, которые явно что-то не поделили. Распитие алкоголя тоже подливало масла в огонь, поэтому без драки не обошлось. Благо, Эмма была неподалёку, и по первому звонку Лукас она уже была на месте.              - Конечно, - сказала она с ухмылкой, глядя, как Миллс присаживается на лавочку, оставляя между девушками приличное пространство. - И вообще, что бы ты делала без такого очаровательного шерифа, Миллс?              - Жила бы спокойно, - буркнула Реджина.              Обе девушки ощущали напряжение, которое появилось после ситуации в кабинете мэра, но никто не выдавал своих эмоций, поэтому на смену им приходили старые добрые издёвки.              - Ох, правда? Может, мне тогда уволиться? Сделать подарок.              - Конечно же нет, не увольняйся, - мэр наигранно положила руку на сердце. - Я уверена, что Сторибрук превратится в логово преступности без тебя. Ведь ты защищаешь нас от таких ужасающих угроз, как нарушение правил парковки или потеря домашних животных.              - Очень смешно.              - Спасибо. Я знаю.       Миллс закатила глаза.              - В любом случае, Грэм не такой секси шериф, как я, - сказала Эмма, самодовольно улыбаясь, и выпрямилась, обтрусив руки.       Ей нужно было продолжать пробежку, пока она ещё в форме, а Миллс нужно возвращаться домой, где её ждут дела. Но ни одна из девушек не сдвинулась с места.       - Мисс Свон! - Реджина бросила злобный взгляд.              - Опять понижаешь меня до "мисс Свон"? - спросила блондинка, скрывая своё расстройство.       После услышанных тихих букв, складываемых в её имя, она отказывалась возвращаться к такой ненужной официальности.              - Когда перестанешь себя вести как пубертатный подросток, тогда и поговорим.              - Хочешь сказать, больше никогда разговаривать не будем? - спросила Эмма.              - Мечтаю об этом.              

***

             Благотворительный вечер проводился ежегодно, но далеко не каждый на нём присутствовал. Люди собирались в просторном зале, где к этому времени официанты разносили различные напитки, и выставляли на продажу ценные предметы. Это светское мероприятие всегда сопровождалось красивыми нарядами и изысканной атмосферой.              Эмма не испытывала никакой симпатии к таким вечерам, точно понимая, что она здесь лишняя. Ну не ввязывалась девушка в обстановку официального стиля и заумных речей. Не могла сделать вид, что её искренне интересует трёх часовая история непременно-изысканно-древне-винтажной-вазы. Но, будучи шерифом, ей не приходилось выбирать довольно многие вещи.              Поэтому сейчас, надев белую рубашку и чёрные джинсы, что она посчитала самым парадным, и нацепив значок шерифа, Эмма стояла возле выхода, окидывая внимательным взглядом зал.              Кругом на столах, застеленных белыми скатертями, стояли различные экспонаты, готовые к продаже. Во многих она узнала товары Голда, что было совсем неудивительно, ведь кто, как не он, действительно увлекался всеми этими вещами. Вазы, статуэтки, часы и даже картины — все необычайно красивые и старинные товары заполонили весь зал.              Толпа быстро занимала свои места, в то время как Голд приподнял уголки губ, когда увидел шерифа. Эмма никак не могла смириться с мыслью, что он всегда рассматривает её, как какого-то зверька. Смотрит с ухмылкой, но таким изучающим взглядом, что блондинка всегда невольно сужает глаза в подозрении. В день своего приезда она посчитала его очень уж странным, и за время её пребывания ничего не изменилось.              Гул толпы прекратился, и Эмма непонимающе подняла взгляд, пока не увидела, куда были переведены все взоры. На сцене стояла Миллс, и блондинка еле сдержалась, чтобы не ахнуть на весь зал.              Да, Реджина всегда выглядела неотразимо и строго, но сегодня она смогла переплюнуть даже саму себя. Чёрное приталенное платье на бретельках, заканчивающееся выше, чем Эмма привыкла. Идеально подчёркнутое декольте, открывающее немного больше положенного, и девушка заливается краской оттого, что очень многие картинки всплывают в её голове.              - С вашего позволения я объявляю благотворительный аукцион открытым! - провозглашает Реджина Миллс под аплодисменты гостей.              Спустя час первая часть мероприятия была окончена, и был объявлен долгожданный перерыв.              Эмма раскинулась на стульях, выставленных в конце зала, умирая со скуки. С поиграю-ка-я-в-телефон-на-рабочем-месте было покончено, потому что теперь Эмма точно знала, что у Миллс имелась тенденция покушаться на её личные вещи.              - Мисс Свон, - она подняла глаза и увидела Голда, одетого всё в тот же чёрный костюм. Он возвышался над девушкой, с ухмылкой глядя на её скучающее лицо.              - Мистер Голд, - девушка кивнула в знак приветствия.              Подавив зевок, она потянулась и плюхнулась обратно на неудобный стул. В какой-то степени она даже была бы не против какого-нибудь преступления, чтобы с важным видом покинуть здание и отправиться на его расследование. Когда мистер Голд занял место рядом, блондинка искоса посмотрела на него, но потом перевела всё своё внимание на зал. Вдруг в кармане у неё завибрировал телефон, и девушка ответила на звонок, приложив устройство к уху.       - На аукционе? - спросила Руби.              - Ага, - ответила Эмма полушёпотом, прикрывая рукой телефон.              - Нет, ты не поняла, Миллс не продаётся, Эмс, она организатор, - Свон не смогла сдержать смешка, услышав эту фразу, и Голд повернулся в сторону шерифа, изогнув бровь.              - Руби, у меня наручники в кабинете не просто так висят, - сказала Свон с отсылкой на то, что она обещала пристегнуть Лукас к барной стойке, если она продолжит шутки про мэра.              На этих словах уже не только Голд повернулся на девушку, многие люди в недоумении уставились на последний ряд. Шериф не сразу приметила, что гул утих, пока все в недоумении наблюдали за её поведением.              Ну, конечно.              - Да с чего это я плохая девочка? - спросила шериф, развалившись на стуле и закинув ногу на ногу.       Мистер Голд прочистил горло, и девушка выпрямилась на стуле.       - Я имею в виду... - Эмма растерянно посмотрела на людей вокруг, осознав, что голос её звучал совсем уж не тихо.       В смущении уставившись на пол, блондинка увидела знакомые чёрные лакированные туфли на каблуке и тут же подняла взгляд. Медленно сбросила звонок и убрала телефон в карман.       - Твоя личная жизнь никого не интересует, Свон, необязательно делиться со всеми её подробностями, - отчитала девушку Миллс, которая стояла здесь уже приличное количество времени.              - Спасибо за совет. Как всегда нужный и ни разу не раздражающий, - Эмма закатила глаза, игнорируя лёгкий приступ смеха от всей ситуации.       Точно надо рассказать Руби и Грэму. Они оценят.              Все вернули внимание к сцене, в то время как перерыв закончился. Мэр вернулась на своё место, а Эмма бросила утомительный взгляд на время. Оставался ещё, как минимум, час. Самый долгий час её жизни.              - Не удивляйтесь, мисс Свон, Реджина всегда особенно раздражительна в преддверии своего дня рождения.              - Дня рождения? - глаза Эммы округлились от удивления. Почему-то никогда она не слышала в чьём-либо разговоре упоминания о её празднике.       Да, она знала день рождения почти любого в этом городе, но действительно даже не предполагала, когда родилась сама Реджина Миллс. Как будто эта информация была какой-то секретной, доступной только для избранных.              - Она никогда его не отмечает, да и едва ли кто-нибудь вообще помнит об этом дне.              Почему-то эти слова отозвались где-то внутри такой болью, что Эмма нахмурилась.              Неужели никто её не поздравляет? Не дарит подарки? Не приходит в гости?              Чего тут говорить, не так уж давно Эмма сидела в гордом одиночестве и задувала единственную свечку на небольшом торте, купленном самой себе же. От мысли, что брюнетка сидит точно так же, глядя пустыми глазами на какое-то напоминание о празднике, живот неприятно скрутило.              Но размышления тут же прервались. Эмма невольно вспомнила, что Миллс раз за разом угнетала девушку, да, чёрт возьми, даже наняла Сидни, чтобы тот следил за ней, и постоянно пыталась выдворить её отовсюду. И это добавило массу сомнений.              Увидев её задумчивое лицо, Голд добавил:              - Будет о чём подумать ночью.              - Вы хотели сказать, на ночь.              - Удивительно. Я думал, что от кошмаров непременно появляется бессонница.              - Что? - Эмма открыла рот от удивления, нахмурив брови. - Я не рассказывала Вам о них.              - Не хочу пропустить аукцион, - резко сказал Голд, поднялся с места и покинул девушку неспешным шагом.              Да какого чёрта происходит опять!