Regina...

      Когда птичьи трели вновь заполнили весь могущественный лес, а тёплые лучи слепящего солнца стали неприятно светить в глаза, Реджина окончательно проснулась. Ночь была очень тревожной, и женщина часто просыпалась от непрекращающихся кошмаров. Каждый раз перед глазами мелькали размытые кадры, на которых кто-то нападал на них из чащи леса, утаскивая прямо в руки к Злой Королеве. И каждый раз глаза Реджины Миллс искали Эмму, чтобы убедиться, что это всё сон, и с несносной блондинкой всё действительно в порядке.              Когда Миллс повернулась по сторонам, потирая заспанные глаза, увидела, что Эмма сидела напротив неё, облокотившись на другое дерево. Она поджала ноги под себя, а в длинных золотистых волосах запуталась пара листьев, которые, видимо, упали ночью.              Костёр давно потух, оставляя после себя лишь чёрные угольки, и девушка укрылась своей же красной курткой от осеннего холода, пробирающего насквозь через тонкую одежду. Весь вид шерифа был совсем уж не похож на тот, в котором Реджина привыкла её видеть в Сторибруке.       Сторибрук. И мэр невольно вздрогнула.       Действительно ли всё пройдёт так гладко, как она рассказывала Эмме? Нет. Конечно, нет.       Даже если им удастся обходными путями проникнуть вглубь замка, едва ли они смогут обойти всех стражников Злой Королевы. Кто, как не Реджина, знает, насколько усиленной является защита её неприступной крепости.              Светлые волосы ниспадали на тихо вздымающуюся грудь, глаза были закрыты, а лицо выглядело не таким хмурым, как в последние дни. В какой-то степени мэр даже находила шерифа милой в свете утренних лучей солнца. Блондинка тихо посапывала, бормоча что-то несвязное во сне.              Миллс осторожно поднялась с земли, отряхивая тёмный пиджак, который служил вместо одеяла всю эту прохладную ночь. Тело неприятно ныло, и она, подавив зевок, покрутила шеей, чтобы та перестала тянуть после неудобного сна. Лес уже не выглядел так жутко, каким представлялся во тьме ночи: зловещие силуэты пропали, а леденящие душу звуки превратились в пение птиц. Одна пережитая ночь успокаивала мэра, ведь она прекрасно знала, что происходило за пределами замка и как бесследно пропадали те, кто оставался в чаще.              

***

             - Уже утро? - раздался сонный голос, и Миллс посмотрела на бодрствующую девушку.              - Нет, ещё ночь, - сказала Реджина и развела руками.              Колкость вырвалась быстрее, чем женщина успела подумать. Но почему Реджина язвила? Потому что это Реджина, мать её, Миллс, и она не будет милой. Даже если она неправа, даже если...       ...или же, потому что шериф её сильно обидела?              Эмма прикрыла рот рукой в зевке и потянулась, вытягивая затёкшие руки вверх. Когда она наступила на больную ногу, глаза её резко расширились, и девушка неуклюже села обратно на холодную землю со сдавленным стоном боли.              Реджина в недоумении глядела на всю эту картину, пока не увидела, что Эмма наспех расстёгивает коричневый сапог и кладёт его рядом с собой на землю. Аккуратно подворачивает джинсы и в полнейшем негодовании смотрит на покрасневшую ногу, которая к тому же теперь и припухла.              «Чёрт» - говорит блондинка разочарованно, игнорируя тупой приступ боли.              Реджина обеспокоенно наблюдает за её действиями, но, резко поменявшись в лице, вдруг закатывает глаза. В два шага доходит до Эммы и опускается рядом с ней на землю, почувствовав на себе удивлённый взгляд.              «Что ты…?» - не успевает договорить Эмма, как ощущает на себе тонкие пальцы.              Реджина аккуратно обхватывает её ногу, потирая ушибленное место, а глаза её закрываются. Свон открывает рот в попытке что-то сказать, но вдруг видит едва заметные струи белого воздуха, которые витают в месте соприкосновения с ладонью Реджины.              Блондинка чувствует, как боль постепенно отпускает, а нога за считанные секунды принимает бывалый вид. Эмма смотрит на то, как языки магии медленно исчезают, а пальцы перестают касаться ноги.              Девушка подавляет расстроенный вздох, когда не чувствует желаемого тепла рядом.              Только тогда она замечает выражение лица женщины. Реджина морщится, прикусывая губу, чтобы перенести окутывающую её слепящую боль. Она так и сидит с закрытыми глазами, не в силах их распахнуть.        Эмма пропускает вздох.              То, как подрагивают её ресницы, а рука дрожит. Как зубы не отпускают нижнюю губу, чтобы было не так больно. Или то, как Миллс сидит перед ней на коленях, пытаясь прийти в чувства после того, как помогла Эмме.              Девушка чувствует такой укол совести, который заставляет мысленно себя возненавидеть. Когда Эмма вновь смотрит на Реджину, то видит, что та уже встала как ни в чём не бывало и отвернулась в другую сторону, приобнимая себя за локти.              И вновь Реджина использует магию, и вновь Эмма не может избавить себя от ненависти к могущественным чарам. Ведь магия может быть только плохой. Но как тогда Миллс смогла излечить девушку?              - Спасибо, - бормочет Свон, смущённо отворачивает голову, глядя на крону дерева, чтобы не сталкиваться взглядами с брюнеткой.       Нависает долгая тишина, которую никто не нарушает.              Тогда, не услышав ничего в ответ, Эмма уверенно поднимается с земли и упирается руками в бока, как вдруг осознаёт, что ощущение окутывающих её магических вихрей никуда не исчезло.              - Что-то не так, - она хмурится, глядя на Реджину. - Ты сделала что-то ещё?       Она же не заколдовала меня за то, что я разрушила её заклятье?              Реджина Миллс закатывает глаза так, как будто слышит самую глупую речь на свете, и потирает переносицу.              - Я изменила нашу внешность. У тебя глаза Белоснежки, поэтому Злая Королева убьёт тебя без раздумий, вдруг что. А я... Я выгляжу как Злая Королева! Это создаст много проблем.       - Ты заколдовала меня?! - спрашивает Эмма возмущённо, ртом хватая воздух.              - Именно это я и сделала. По сути, мы не поменялись, но некоторые черты пришлось изменить.              -Ты могла бы предупредить или…              - Эмма, - прерывает её речь теперь уже разъярённая Реджина. - Хватит с меня этого. Если ты не можешь принять тот факт, что ты такая же ведьма, как и я, то это твои чёртовы проблемы!       Брюнетка тычет в девушку дрожащим пальцем и скалится, чувствуя кипящую злость. Ну почему с Эммой всегда так сложно?              - Я не…              - Если тебе станет проще, то твоя магия светлая. Не как моя, - Реджина поджимает губы. - И я действительно нам помогла. Не представляю, что бы произошло, если бы Злая Королева встретила… Злую Королеву.              Эмма молча соглашается с женщиной и не произносит ни слова.              Тем временем утреннее солнце всё смелее блистает на небе, освещая лужайки леса, которые не закрыты ветвями старых деревьев. Девушки завтракают холодными остатками вчерашнего ужина, так и сидя поодаль друг от друга. Когда с трапезой и мыслями о том, в какой же глупой ситуации они оказались, было покончено, они уверенно продолжают путь.               - Нужно поменять одежду, едва ли мы подходим под эти реалии, - задумчиво говорит брюнетка и косится на девушку.              Она знает, что лес скоро кончится, и дальше их будут ждать удивлённые крестьяне и сам огромный замок, полностью окруженный вооружённой стражей. А попасться на глаза в современном одеянии не хотелось ни к тем, ни к другим.              - И где мы возьмём одежду?       

      

***

             - Несмешно! - Эмма нахмурилась и сложила руки на груди.       Лишено здравого смысла!              - Напротив, - ехидная улыбка заиграла на пухлых губах брюнетки. - Или ты собралась в своих скинни-джинсах бегать по всему лесу?              - Я должна украсть вещи из деревни? - губы девушки сложились в букву "О" от удивления.              - Да.              - И ты не сможешь создать одежду?              -Нет, Эмма, раз уж ты такая противница магии.              Миллс умолчала тот факт, что все её магические силы ушли на восстановление повреждённой ноги. Незачем было добавлять Свон и без этого огромнейшее чувство вины. Да и в любом случае, это будет для неё отличным уроком, ведь Миллс действительно устала от её постоянных упрёков в сторону магических сил.       Отчасти она понимала, что это пережитки семьи Прекрасных, но если им она могла это простить, слова Эммы всегда имели на неё большее влияние. И, как бы Реджина это ни ненавидела, её действительно волновало то, что думает о ней блондинка.               - А если меня поймают??              - Возможно, побьют, - Реджина пожала плечами и переступила огромный корень, который расплёлся на всю тропинку.              Эмма закатила глаза и продолжила идти на расстоянии от Реджины. Мысль о том, что она должна была ворваться к мирным людям и совершить кражу, сейчас не вызывала никакого восторга.              - А почему я должна воровать одежду? - Эмма сделала явный акцент на слове «я».              - Потому что у тебя есть опыт в краже, - сказала Миллс обычным голосом.              Сначала Свон замедлилась, потому что на секунду её озарило невероятное удивление, но вслед за этим она тут же опомнилась и нахмурила брови.              - Иногда сложно принять тот факт, что ты просталкерила всю мою биографию.              - Сделала что?              - Ох, извините, забыла, что в силу возраста Вы не обладаете таким лексиконом, - проговорила блондинка с нарочито слащавым тоном.              - По крайней мере, я не веду себя так, будто мне шесть лет, - сказала Реджина с явным раздражением.              Ближайший час прошёл в тишине, потому что Эмму, как обычно, обидела оскорбительная реплика Реджины касаемо её поведения, и девушка, раздражённо хмыкнув, стала идти впереди. Однако спустя время они достаточно устали, и Свон, тяжело дыша, опёрлась на дерево, чтобы выровнять сбившееся дыхание.              Иногда Миллс с трепетом смотрела на окружающий лес, который когда-то для неё был таким дорогим местом. Раньше она могла часами гулять среди тёмных деревьев, обдумывая всё на свете, и только он казался ей поддержкой в те нелёгкие дни.              Реджина, даже если этого не показывала, то совершенно точно была в такой же усталости, и, напрочь позабывшая такой активный образ жизни, с трудом поднимала плетущиеся ноги.              - Почему ты остановилась? - поинтересовалась брюнетка, когда заметила, что Свон замерла на месте.              - Тихо.              - Что? - спросила мэр с возмущением, явно не радуясь тому, что Эмма закрыла ей рот.              - Тш, - прошептала она, прикладывая указательный палец к губам в жесте «молчи».              Взгляд её стал серьёзным, а сама она поворачивалась из стороны в сторону, чтобы понять источник неведомого шума.              Когда Эмма хотела повернуть голову назад, следующее, что она почувствовала, были сильные руки, хватающие её со спины.              Прежде чем она успела осознать, кто устроил нападение, увидела Реджину, со злобными глазами смотрящую на неё. За спиной брюнетки стояли двое невысоких мужчин.              - Так-так, кто это тут у нас, - раздался мужской грубый голос позади.       Третий бандит притянул её к себе, и девушка стала извиваться, нанося хаотичные удары локтями, но те мужчины, что держали Реджину, достали ножи, пытаясь запугать Свон.              Блондинка сжала губы и перестала сопротивляться. Затем почувствовала жёсткую верёвку на своих руках, пока её связывали бандиты. Вдруг её пихнули спиной к дереву, и тогда она смогла наконец увидеть, что происходит.              Перед ними стояли четверо мужчин в неопрятной одежде, больше напоминающей сшитые лоскуты ткани, с зализанными сальными волосами, которые блестели на солнце,. Запах алкоголя витал за километр, а надменные ухмылки оголяли почерневшие зубы.              - А ты говорил, что мы сегодня не повеселимся, - стукнул один другого по плечу, и оба залились мерзким смехом, хватаясь руками за животы.              - Что за странное одеяние? - вдруг задумавшись, спросил один из бандитов, окидывая взглядом двух девушек.              И тогда все их внимание приковалось к по-настоящему необычной одежде незнакомок.              - Видимо, живём побогаче вас, - сказала Эмма и фальшиво улыбнулась, зная, что теперь их будет больше интриговать её дерзкая речь, чем необычная для этого измерения одежда.              Повисла тишина, во время которой бандиты замолчали, осмысливая её слова.       - Зря вы это делаете, - констатировала факт девушка, глядя, как двое мужчин связывают Реджину, которая, судя по всему, решила поддаться этому спектаклю.              Миллс в этот момент мысленно находила хоть одну причину, по которой она не должна оторвать голову каждому из них.              Конечно, потому что Эмма боялась её магии.              - Разве это… вас не учили, что ходить по лесу опасно? - спросил один из них, облизывая языком пересохшие обкусанные губы.              Проигнорировав приступ тошноты, глядя на данную картину, блондинка покрутила руки, окутанные в верёвки, и поняла, что, несмотря на всё, узел был действительно крепким, и ей понадобится достаточное количество времени, чтобы освободить себя.              Тогда Эмма увидела свирепый блеск в глазах Миллс, которая теперь, судя по всему, была готова сжечь напавших на них бандитов до костей.              - Реджина, нет, - приказала блондинка угрюмым голосом. - Не смей их убивать, как убивала…              Но она не продолжила. Прикусила язык и увидела, как тёмные глаза теперь горели совсем по-другому.              Вдруг все мужчины загоготали, хватаясь за животы от неконтролируемого приступа смеха. Звук, больше похожий на свинячий визг, пронёсся по лесу.              - Красотка, что ты промямлила? - спросил самый высокий из них, слегка развязной походкой приближаясь к девушке. - Ты думаешь, что вы нас… убьёте?              Вновь волна смеха прошла среди бандитов, и Реджина прокляла всё на свете, потому что решила послушаться Эмму. Прежде чем она смогла сказать хоть слово, прозвучал уверенный голос несносной девушки:              - Если вы не развяжете нас прямо сейчас, то смерть вам покажется отнюдь не наказанием.              - Прикуси свой язык, - сказал он в ответ, и насмешливая улыбка пропала с угрюмого лица. Бандит скривил губы в отвращении и сжал руку в кулак, заставляя костяшки пальцев побелеть.       Все мужчины, казалось, забыли за присутствие брюнетки, и теперь стояли полностью потрясённые разговором. Не так часто встречаешь девушку, которая могла бы дерзить самому главному из них. На момент им даже стало жалко её, потому что обычно те, кто открывал свой рот не в то время, были закопаны в гнилой земле этого же леса.       А эта блондинка могла бы послужить им ещё о-о-чень долгое время вместо того, чтобы умирать здесь. Но решение всегда оставалось за главным.              В это время Реджина уже давно распутала верёвку и тихо положила её на землю, наблюдая за разворачивающейся картиной. Если Эмма ей сказала не влезать, то она непременно не будет. Нужно же посмотреть, до куда дойдёт упрямство шерифа Сторибрука.              - От тебя смердит за километр, - нагло сказала Свон с наигранным отвращением. - Не пробовал искупаться?              И она не успела заметить всю гримасу удивления на его лице, потому что следующее, что она увидела, это как жилистая рука, сжатая в кулак, направлялась прямиком к её лицу.              Эмма скривилась от боли, чувствуя неприятную пульсацию на губе, а кровь тонкой струйкой стала спускаться по подбородку.              Теперь Реджина разозлилась не на шутку. Её одолело такое невероятное желание наказать обидчиков. Не только потому, что они посмели притронуться к ней самой, считая, что она сможет быть их «развлечением», но и потому что тронули Эмму. За считанные секунды все четверо мужчин были прикованы к деревьям магическими чарами, и Миллс, наконец, прибывала в лучшем настроении.              - Я убью тебя, стерва! - прокричал один из бандитов, самый жилистый, борясь с невидимыми путами.              Лицо её больше не горело огнём ненависти. Теперь немая угроза повисла в воздухе, а глаза мэра Сторибрука почернели.              Эмма открыла рот в удивлении, глядя на женщину. Она ещё никогда в своей недолгой жизни не видела её такой злой, ведь сейчас гнев буквально осел в воздухе. Теперь она явно понимала, как могла выглядеть та в настоящей ярости, и сердце пропустило пару ударов.              Стоило ли блондинке бояться Реджину Миллс?              По одному взмаху руки все четыре мужчины рухнули на пол без признаков былой угрозы, но с признаками жизни. Фиолетовая дымка прошлась по земле и исчезла.       Брюнетка с трудом старалась держать себя в руках, чтобы прямо сейчас не вырвать сердце каждому из нападающих. Потому что кровь так сильно бурлила внутри, а руки невольно сжимались и разжимались в кулаки от бешенства.       Но она больше не та, кем была. Она лучше.              Миллс распутала связанную девушку и встала напротив той, скрещивая руки на груди. Всё её лицо горело в ожидании слов блондинки.              - Ты ожидаешь от меня благодарности? Я бы справилась сама!              - Твоё лицо говорит об обратном, - съязвила Миллс, тяжело вздыхая.              - Ты использовала магию! Теперь они непременно расскажут кому-нибудь о том, что в лесу объявилась новая ведьма.              - Они очнутся через десять минут с полнейшим отсутствием понимания происходящего. И воспоминаний о всей их жалкой жизни.              - Последнее было необязательным условием, да? - спросила блондинка недоверчиво.              - Определённо не более, чем приятный бонус.              И это был очередной раз, когда Реджина использовала магию, чтобы помочь. Теперь Эмма задавалась насущным вопросом.              Действительно ли магия была только чем-то плохим? Может быть, в ней правда есть польза?              - Эгоистка, - сказала Миллс, направляясь к тропинке.       По меркам женщины, через какие-то пару часов они настигнут долгожданную деревню, подберут подходящую одежду и, переждав ночь, отправятся прямиком в замок.              - Что? - спросила Эмма ошеломлённо, глядя на мэра, моргая длинными ресницами.              - Ты ― эгоистка, которая не видит дальше…              - Тш! - вдруг оборвала её блондинка.              - Если ты ещё раз закроешь мне рот, я… - в этот раз Реджина замолчала, потому что девушка дёрнула её за руку обратно в лес.              Этим резким рывком она повалила ту на землю, и, прежде чем Миллс успела высказать всё своё недовольство, брюнетка наконец услышала знакомый звук. Карета Злой Королевы.              Девушки прижались к земле, с осторожностью глядя на тропинку. Вдруг они увидели рыжеволосую девушку, одетую в простую серую одежду, и поняли, что это очередная жертва Злой Королевы. Несчастная белым вихрем поднялась в воздух, и крики её теперь были слышны, казалось, на половину этого дремучего леса.              - Пожалуйста! Ваше Величество! - умоляла она навзрыд сквозь слёзы.              - Замолчи, - послышался приближающийся грубый голос, и Эмма открыла рот, а сердце Реджины замерло.              Злая Королева, облачённая в чёрное пышное платье, корсет которого был вышит фиолетовым бархатом, встала напротив девушки. Длинные чёрные волосы были заколоты на макушке, теперь ниспадая хаотичными прядями на ровную спину. Улыбка её играла опасностью и скрытой угрозой, а красная помада подчёркивала пухлые губы, которые теперь растянулись в ухмылке.              И Эмма поклялась бы кому угодно, что ни разу не подумала о невероятном притягательном виде той, которую привыкла видеть совсем уж в других образах. Поклялась. И солгала.              Ведь видеть сейчас, как вздымается пышная грудь, а тёмные глаза, подчёркнутые такими же чёрными оттенками теней, блуждают по девушке напротив, казалось просто невообразимым.              - Жалкое зрелище, - прозвучал вновь стальной голос с нотками таинственной тьмы, окутывающей сознание в этот же миг.              Следующим, что увидели девушки, было то, как изящная рука быстрым движением прошла сквозь грудную клетку и вырвала сердце несчастной рыжеволосой девушки напротив. Эмма закрыла руками рот, чтобы не издать ни звука.              А Реджина закрыла глаза, чтобы больше не видеть всё то, что она делала когда-то. Делала с поразительным удовольствием.              - Ваше Величество, - прозвучал голос стражи, стоящий за спиной Злой Королевы. - Мы нашли всех, кто бросился в бега.              - И?              - И убили. Как Вы и приказали.              - Отлично.              Губы Злой Королевы растянулись в такой жестокой насмешке, что у блондинки по всему телу прошли мурашки.              Раздавив сердце в руках, как хрустальную ёлочную игрушку, Злая Королева отряхнула руки от оставшегося пепла и направилась в замок, оставив в воздухе свой запах и угрозу.              - Это… это ты… ты была… такой? - прошептала Свон брюнетке, которая отвернулась от неё, закрывая лицо руками.              - Я…              - Реджина… - сказала Эмма в том же потрясении, прикладывая дрожащую руку ко рту.