6. «Белые пионы».

— И что? — Юнги обеспокоенно смотрит на растерянного Тэ, который пальцами стискивает кружку с облепиховым чаем. — Чонгук уложил всех? Тэхён кивает, губы закусывая. Он всё ещё не может отойти от произошедшего с ними несколько дней назад, постоянно в голове держит то, что Чиён, как минимум, догадывается о его местонахождении, а как максимум, знает и нагрянуть может в любой момент. Однако Чонгук своё обещание сдержал — его люди теперь регулярно находились неподалеку, готовые в любой момент прийти на помощь. Но легче от этого не стало. Нервничал Тэ — нервничал Джихёк. Альфочка капризничал, плохо спал, мало кушал, чем очень беспокоил и так вздрагивающего от каждого постороннего шороха папу. Чонгук старался помогать, часто успокаивал малыша, пытался подбодрить Тэхёна, что все эти дни будто в прострации находился. Чон за него очень беспокоится, постоянно интересуется его состоянием, временами сам как-то отвлекает. Только вот как бы он ни пытался, работа, к сожалению, никуда не делась, и Чонгуку всё равно приходилось уделять этому достаточно много времени, пусть и работал он зачастую из дома. — Тэхён, я вижу, что ты переживаешь, — Мин подсаживается поближе. — Вижу, что тебе страшно, но пойми, пожалуйста, Чонгук тебя в обиду не даст. Он же пообещал тебе, помнишь? — Разве все всегда держат обещания, которые дают? — Чонгук всегда держит. Юнги улыбается, отставляет на журнальный столик свой уже почти остывший капучино, руки на груди складывает, не в первый раз уже замечая, как Тэхён при упоминании Чона смущается. И почему же, интересно? Омега наблюдает за Кимом, что, кажется, о своём думает, совсем позабыв о теме их разговора. Вообще, у Юна на такие дела чутьё очень хорошее — ни разу не ошибся. Скорее всего, и в этот раз тоже не промахнётся. — Тэ, тебе есть, что мне рассказать? — Юнги заговорщически подмигивает, в ответ на что Тэхён брови удивлённо вскидывает. — В каком смысле?.. — Ну, просто мне кое-что показалось, — Мин смотрит в растерянное лицо, не может сдержать улыбку. — Интересно вот… У вас с Чонгуком что-то было? Не подумай, я не со зла ни в коем случае… — Что… — Тэ глядит на него с замершим сердцем. — Что было?.. — Вот это я у тебя и спрашиваю, — Юнги тихо смеётся. — Просто мне показалось, что вы неровно дышите по отношению друг к другу. Да, конечно, может быть, на первый взгляд Чонгук заботится о тебе из чувства вины и из-за вашей договорённости, но нет, это не так. Возможно, ты сам этого не замечал, и… — Замечал, — Тэхён говорит очень тихо, но от одного этого слова у Мина в груди почему-то так тепло становится. — Он правда много мне помогает, даже там, где совсем не обязательно… Иногда мне кажется это странным, но в то же время мне очень приятно… Не знаю почему. — Знаешь. Знает. Всё Тэ знает. Ну или как минимум догадывается. Он уже и сам задумывался о том, что они с Чонгуком не просто вынужденно соседствуют. Потому что будь это так, альфа не помогал бы с Джихёком, понимая, что ему сейчас очень тяжело. А ещё Тэхёну так тепло, когда Чон смотрит ему в глаза, когда просто находится рядом, когда успокаивает и говорит такие ценные слова поддержки. Вероятно, для кого-то это мелочь, но для Тэ… Это всё очень много значит. Чонгук для него тот самый человек, с которым комфортно, с которым, несмотря на все страхи и переживания, спокойно. Да, Ким во многом сомневается, ему тяжело глушить в себе эти идиотские навязчивые мысли, но рядом с альфой он старается изо всех сил, и у него действительно получается… Получается расправлять плечи хотя бы немного, хотя бы иногда полной грудью дышать. — Да, наверное, ты прав, хён, — Тэ делает глоток чая. — Знаю. Но моя ситуация… Она такая отвратительная. Неизвестно, чем всё закончится. Да и я же не один, у меня есть сын, а он Чонгуку в любом случае будет чужим. — Ты же понимаешь, что Чонгук вас обоих примет. Стоит лишь задуматься. Я знаю, как он крутился с твоими банковскими счетами, как вычищал все камеры, на которых ты мог засветиться. А ещё я знаю, что он прирезал двух людей Чиёна. Он этим в открытую развязывает войну, Тэхён, чтобы тебя защитить. Омега глаза закрывает на несколько секунд, пытается собрать все свои мысли в кучу. Вкупе с переживаниями и страхами они составляют какой-то нескончаемый бушующий водоворот, который Тэхёна затягивает. — Я знаю, хён, правда знаю, сколько Чонгук для меня делает, но думать сейчас о чём-то… Я не могу. Тэхён действительно не может. Даже предположить не может, что он с Чонгуком… С человеком, который появился в его жизни совершенно случайно, который, в отличие от него, может за себя постоять при необходимости. Киму кажется, что Чону в любом случае нужен не он, не тот, кто сбежал от отца своего ребёнка, не тот, кто не может сам разобраться со всеми проблемами без посторонней помощи. — Ладно-ладно, не забивай себе голову, — Мин вдруг тянет Тэ на себя, крепко обнимает, ощущает, как омега напряжён из-за всего этого, поглаживает по спине, пытаясь подбодрить. — Просто отдыхай, хорошо? Думаю, Чонгук пока что всё равно занят работой и другими делами, так что, поверь, всё наилучшим образом разрешится, как только настанет время. Ким обнимает Юнги в ответ, чувствует, как на кончике носа оседают цветочные феромоны, что действительно успокаивают и заставляют поверить во всё ранее сказанное. Тэхён и Юну очень благодарен за то, как он его поддерживает, как тоже старается подставить своё плечо, когда тяжело. Они общаются практически каждый день, созваниваются постоянно или переписываются. Тэ, конечно, старается слишком сильно не надоедать, зная, что у хёна свой брендовый магазин, управление которым наверняка отнимает очень много времени и сил. Тэхён понимает, что уже успел отвыкнуть от всей грубости, от унижений и душащего липкого страха, когда слышишь чужой голос и шаги, что раздаются у тебя за спиной. Это даже рядом не стоит с теми переживаниями, которые не отпускают его сейчас, — Ким ещё не до конца оправился и не пришёл в себя. Он старается об этом не думать, старается верить Чонгуку, что всё будет хорошо, что тот сможет ему помочь. И временами даже очень неплохо получается. — Хён, у тебя феромоны такие… — Тэ принюхивается к чужому лёгкому запаху, что окутывает его плотным облаком. — Приятные… Это какие-то цветы, да? — Да, пионы, — Юнги улыбается. — Здорово, я очень люблю пионы. Но запах не узнал почему-то. Юнги давно понял, что феромоны Тэхёна не ощущаются из-за того, что с ним долгое время происходило, но спросить не решился, понимая, что может задеть то, что нельзя. Тут, наверное, и так всё более-менее понятно. По крайней мере, Юн понимает и лишний раз до старых шрамов дотрагиваться не собирается. Не хочет сделать ещё хуже.

***

— Что теперь думаешь делать с этим? — Хосок смотрит на брата, который сидит на диване напротив, взглядом свой кабинет окидывая. — Хоба, он сюда больше не сунется, — Чон хмыкает. — Да и к тому же, никакой точной информации Чиён не получил, однако я практически на сто процентов уверен, что кто-то ему подсказал. Знать бы ещё кто… Чонгук не дурак — уже давно всё сопоставил и теперь ему остаётся только по десятому кругу перебирать всех, кто знал о Тэхёне. А таких всего четверо, не считая его самого: Хосок, Юнги, Намджун и Чимин. И почти все они знали только то, что им позволили. Только вот никто из них ничего против Чонгука не имеет, никому из них невыгодно заниматься подобным… Однако кое-что альфу всё же достаточно сильно настораживает. — Кстати, Уён уволился, — Чонгук указательный палец прижимает к нижней губе. — Не думал, что это произойдёт именно сейчас, но теперь мне очень нужен секретарь. — Это… — Хосок глаза жмурит, пытается вспомнить, как выглядит тот, о ком говорит брат. — Тот омега. Ну, такой невысокий с пепельными волосами вроде… — Да-да, он. Только вот… Не знаю, говорить ли об этом тебе. Альфа возмущённо вскидывает брови — как это Чонгук мог усомниться в том, стоит ли ему что-то знать?.. Как он посмел вообще?! Хосок ему обо всём сразу же рассказывал, ну, вернее, почти обо всём — об их отношениях с Юнги молчал до последнего, пока уже жениться не надумал. И за это, кстати, Чонгук уже на него отобижался давным-давно, а потом в качестве извинений спустя полтора месяца узнал, что станет дядей. — Ладно. Думаю, две головы будут лучше, чем одна. Когда приходил Намджун с выписками из банка, Уён заходил в кабинет — приносил кофе. И он как-то странно задержался перед тем, как уйти. Потом ко мне домой наведываются люди Чиёна, а спустя несколько дней Уён приносит мне заявление по собственному. — И как аргументировал? — Сказал, что поссорился со своим альфой и хочет уехать в Пусан. У него там родители или что-то типа того, — Чонгук тянет задумчиво, явно пытается сложить в голове ещё очень нечёткий и расплывающийся пазл. — Я понимаю, что, может быть, без причины надумываю, но как-то очень странно. — Интересная цепочка событий, — Хосок кусает нижнюю губу, понимая, что в словах брата действительно есть смысл. — Но того, что ты говоришь, мало, понимаешь? Я не отрицаю, что ты можешь быть прав, но это как-то… Очень, ну… — Странно, да. Да и какая ему с этого выгода? Разве что денег с Чиёна стрясти? — Ну, вероятно. Но ещё раз говорю: это не является поводом делать чёткие выводы. Чонгук понимает, что он прав. Понимает, что тут нельзя рубить с плеча, стоит постараться действовать максимально аккуратно, чтобы не сделать ещё хуже. Это всего лишь догадки, у которых нет никакого подтверждения. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал, поэтому что-то доказать будет весьма проблематично. На Уёна не наедешь, не обвинишь — не хватает фактов. — Единственное, что сейчас можно сделать, так это просто придержать Уёна, — Хосок правой бровью дёргает. — Знать, где он, что он, с кем он и когда. Ты ведь это вполне можешь устроить. Возможно, удастся зацепиться за что-то ещё. Потом так будет проще надавить. — Ва-а-а, да ты уже мой почерк наизусть знаешь, — Чонгук смеётся, кончиками пальцев потирая переносицу. — Понятное дело, что это самый лучший вариант из всех имеющихся. Только вот… Если Уён ничего такого не сделал, кто тогда донёс?.. — Вопрос хороший, но давай подумаем об этом, когда наступит время? Вот если на Уёна ничего не будет, тогда уже стоит пошевелить мозгами. Только главное, чтобы они не расплавились от слишком активного шевеления, а то там сила трения и всё такое… Чонгук хмыкает, голову откидывая на спинку дивана, глаза прикрывая на несколько секунд. Хосок вот всегда так… Даже самый серьезный разговор попытается разбавить шуткой, чтобы снять напряжение и хотя бы на пару мгновений разгрузить голову. Иногда это, по правде говоря, могло Чонгука выбесить, что временами случалось, а иногда и наоборот, расслабляло и позволяло сбавить обороты едва сдерживаемых эмоций. — Ты же понимаешь, что, если это действительно окажется Уён, я его уничтожу… И даже не посмотрю на то, что он омега. — Понимаю, за своего омегу я бы тоже убил. — За своего омегу? — Чонгук не может оставить эту фразу брата без внимания. — Ты о Тэхёне сейчас говоришь? — А что, у тебя в окружении есть ещё один омега помимо моего мужа и Тэхёна? — Хосок смеётся. — Вот это интересные новости, Чонгук. — Ну, допустим. А почему ты говоришь о Тэ, как о моём омеге? — Люди не глупые существа, знаешь ли, — мужчина делает глоток уже немного остывшего американо, чашку ставит на журнальный столик. — У тебя всё на лице написано. У вас что-то было уже? Чонгук делает глубокий вдох. Как такое возможно? Почему его так легко читают? Да, это его брат, с которым они всю жизнь вместе, но всё же это немного раздражает. А в особенности, когда Хосок попадает в самую точку. — Не было. — А будет, как думаешь? Чон не думает. Он прекрасно осознаёт то, что чувствует, однако контролировать это никак не может. Не получается делать вид, что они просто живут вместе из-за сложившихся обстоятельств. Не просто живут. По крайней мере, сам Чонгук, который непонятно как умудрился прикипеть и к омеге, и к его сыну. Только вот Тэхёну сейчас не до этого явно — альфа прекрасно видит, как тот переживает, как не может избавиться от своих страхов. Если Чон не удержит всё в себе — сделает хуже. — Не знаю. Тэхён сейчас не в том положении, чтобы ещё и об этом думать, — альфа говорит очень тихо, будто опасается, что их могут услышать. — Да и правильно ли это будет для него? Всё-таки Чиён… и сын. Это всё играет не последнюю роль. — А для тебя самого это будет правильно? — Хосок интересуется так же тихо. — Да, будет. — Тебя не смутит ни сам Чиён, ни ребёнок от него? Чонгук качает головой — его не смутит ничего из этого. Альфа почему-то об этом уже очень давно задумался, причём достаточно неожиданно для самого себя. Просто… представил, как Тэхён может отреагировать, если он расскажет ему о своих чувствах. Нет, никто из них пока к этому не готов. Сейчас совсем не время — слишком много забот и проблем, разбираться с которыми нужно, не откладывая на потом, а уж тем более не надеясь, что всё разрешится само собой. — Расскажешь ему, когда всё это закончится? — Как получится, — Чонгук вздыхает. — Тэхён всё ещё мне выкает, представляешь… Мы месяц уже живём вместе, а он ко мне на «вы». Очень, знаешь ли, смущает и напрягает. Хосок тихо усмехается, залпом допивая оставшийся кофе. Вот его брат вроде бы серьёзный взрослый человек, а ведёт себя, как шестнадцатилетний подросток, который не понимает, как подступиться к омеге, который ему нравится. Шутки шутками, а Чонгук действительно пока не понимает, как к Тэхёну подступиться, учитывая всё, что с ним произошло. Как Тэ вообще сможет начать доверять альфе после того, что с ним сделал Чиён? Чон правда боится сделать хуже, а ещё из головы не выходит то, что он рассказал Киму о своей проблеме, которой ни с кем и никогда не делился. Да, Тэхён, кажется, вообще не посчитал это проблемой, но кто сказал, что он действительно так думает, а не просто пытался его подбодрить? — Чонгук, у вас двенадцать лет разницы, — Хосок не перестаёт улыбаться. — Тэхён вообще для тебя ещё мальчик. Что удивительного? — Это как раз ещё один аспект, на который я не могу не обратить внимание. Двенадцать лет всё-таки. Да и вообще, кажется, Тэхёна это гораздо больше, чем меня, смущает, раз он так официально ко мне обращается. — А вот это уже не тебе решать. Ты с Тэхёном эту тему не обсуждал, но уже всё за него решил. Ты ещё скажи, знаешь, что он тебе скажет. — Возможно, примерно и знаю, — Чонгук хмыкает. — В любом случае пока, я думаю, не следует это обсуждать. Вот разберусь с Чиёном и тогда уже вплотную займусь этим вопросом. Хосок недовольно цокает языком, закатывая глаза. Да, он понимает, что брат мыслит очень логично, но это не те дела, в которых стоит опираться на сухую логику и здравый смысл. Вот и видно сразу, что Чонгук за тридцать два года серьёзные отношения строил лишь единожды и то крайне неудачно. — Я, конечно, заставлять тебя не буду, не имею права, — Хоба понимает, что давить на Чонгука бесполезно. — Но, мне кажется, если бы Тэхён знал о том, что тебе на него не всё равно, ему было бы легче со всем этим справляться. Я понимаю, что своё плечо ты ему и так подставишь, если это будет необходимо, но это уже другое. — Наверное, ты прав, но не сейчас, правда. Я не хочу сделать ещё хуже. Может, попытаюсь подобраться немного ближе, но переходить черту я точно пока не буду. Если я увижу, что Тэхёна это не напрягает, то… Мы поговорим. — А вот это уже хорошее решение! Одобряю, — Хосок поднимается со своего места и одёргивает толстовку. — Чонгук, ты извини, но нам уже пора, мне ещё надо сегодня Юнги отвезти в магазин, там у него поставка с утра была. Чонгук провожает Хосока и Юнги практически до машины, пару раз умудряется поймать на себе хитрый взгляд Юнги. Что-то ему подсказывает, что Юн всё ту же тему с мужем дома уже обсудил. Кстати, альфа не удивится, если узнает, что Юнги и с Тэхёном уже про то же самое поговорил. Эта парочка всегда работает вдвоём, ну, чтобы эффект был более выраженным. Чон молча наблюдает, как автомобиль брата выезжает со двора его дома, раздумывая над тем, что они с Хосоком обсуждали. Да, Чонгук это в голове будет прокручивать точно ещё не один день. Неожиданно на телефон приходит смс-ка, и альфа его из кармана брюк выуживает, брови удивлённо вскидывает, когда видит, что написал ему Юнги. «Кстати, Тэхён, если тебе это интересно, любит пионы».

***

Тэ просыпается от тихой возни рядом с собой, не сразу понимает, что Джихёк возится в своей переносной люльке-кроватке. Малыш закапризничал посреди ночи, и омега перенёс его к себе на кровать, однако укладывать просто рядом без ничего побоялся. Да и делать так нельзя, поэтому Тэхён решил, что использовать люльку будет хорошей идеей. Альфочка, кстати, оказавшись рядом с папой, очень быстро успокоился и заснул, позволив это же сделать и Киму. Тэхён переворачивается на бок, видит, что малыш лежит на животике и удивлённо смотрит на него, приподнявшись на пухленьких ручках. Он не может не улыбнуться, когда гладит сына по спинке, в ответ на что тот начинает довольно гулить. — Чего ты так рано проснулся, м? — Тэ вытаскивает Джихёка из люльки и укладывает рядом с собой. — Уже выспался, Джи? Малыш агукает и тянется к папе, что и сам старается быть к нему как можно ближе. Для Тэхёна сын — самый светлый лучик солнца во всей его жизни, которая месяц назад стала настолько невыносимой, что омега решился на очень отчаянный шаг, понимая, что если этого не сделает, без малыша жить дальше в этом аду точно не сможет. — Такой ты у меня хорошенький, — Тэхён поглаживает мальчика по волосикам на макушке. — Такой красивый. Знаешь, как я тебя люблю, а? Тэ легче от одного осознания того, что Джихёк здесь, рядом с ним, что у них есть тот, кто никому их не отдаст, никому не позволит их обидеть. Чонгук делает для них всё, что только может, и Тэхён альфе за это безумно благодарен, пусть и всё ещё не может к этому привыкнуть, как бы ни пытался. Да, после широченной чёрной полосы привыкнуть к чему-то хорошему очень сложно, и даётся это с огромным трудом. А ещё труднее понимать, что человек, который столько для тебя делает, тебе не безразличен. Тэхён садится на кровати, под спину подкладывает подушку и Джихёка на руки берёт, прижимая к себе. Ему ужасно хочется с сыном понежиться, просто побыть вдвоём, тихонечко поговорить. Неожиданно Тэ поднимает глаза и застывает в немом удивлении: на туалетном столике в вазе стоит огромный букет пионов, тонкий аромат которых Ким учуял только что. Спросонья он почувствовал, что в спальне пахнет чем-то приятным, но не придал этому значения, подумал, что просто ещё не проснулся. Белые пионы. Его любимые… Улыбку сдержать не получается, как и отчаянно краснеющие от смущения щёки. Тэхён нижнюю губу закусывает, переводит взгляд на сына, что малюсенькими пальчиками заинтересованно перебирает круглую пуговицу на его пижамной рубашке. — Эй, смотри, чего это там? — Тэ отвлекает Джихёка, указывает на букет, что, кажется, моментально притянул к себе внимание малыша. — Пошли посмотрим поближе? Интересно же, наверное, да?.. Он осторожно спускает с кровати ноги, вслепую нащупывает пушистые тапочки и поднимается, всё ещё крепко держа альфочку, который уже ручкой потянулся в сторону цветов. Тэхён подходит ближе, пальцами свободной руки дотрагивается до нежных бутонов, изо всех сил старается перестать так по-детски широко улыбаться. Здесь аромат ощущается гораздо ярче, и Ким наклоняется к букету, чтобы почувствовать его лучше, глаза закатывает от того, как приятно вибрирует каждая клеточка его тела. Вдруг альфочка недовольно восклицает, дёргаясь на его руках, явно напоминая папе о себе. — Чего такое, Джи? — Тэхён тихонько смеётся, видя, как Джихёк настолько хочет потрогать ужасно манящие его пионы, что уже двумя ручками к ним тянется, требуя поближе его поднести. — Потрогай, только осторожно, хорошо? Малыш пальчиками заинтересованно перебирает нежные лепестки, хмурится, будто бы пытается на ощупь их хорошенько распробовать. Тэ ему не мешает, молча наблюдает, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло от осознания того, кто является автором этого неожиданного сюрприза. Это же Чонгук, да?.. Тэхёну очень хочется в это верить и не хочется думать, что порадовать его решил Юнги. Ведь именно ему Тэ два дня назад рассказал о том, что очень любит именно эти цветы. Мин же мог об этом рассказать Чонгуку, да?.. — Красивые, правда? — Тэхён смотрит на альфочку, который уже умудрился пару лепестков надорвать, по всей видимости, потянув их слишком неаккуратно. — Ну не надо, Джи, — омега убирает его ручки от цветов, однако малыш возмущается и дует губки. — Они такие замечательные, малыш, давай не будем их портить, хорошо? Интересно, Чонгук уже уехал в офис?.. Тэ взглядом быстро шарится по комнате, пытаясь найти смартфон, чтобы посмотреть время. Телефон оказывается под подушкой, и Ким ловко подхватывает его: половина девятого. Обычно альфа в это время как раз уезжает на работу, поэтому, может быть, у Кима получится его застать… Тэхён быстро устраивает Джихёка в кроватке, включает ему музыкального зайчика, чтобы занять на пять минут, и спешит вниз. Он практически бегом спускается по ступенькам, старается прислушаться, есть ли кто-то на первом этаже, однако, как только в поле зрения попадает пустая гостиная, надежда немного угасает. Ким на всякий случай внимательно осматривает её, стараясь заглянуть в каждый уголок, но когда понимает, что тут действительно никого, идёт на кухню. Тоже пусто. Неужели Чонгук уже уехал, и он не успел? Почему именно сегодня? Может, Тэхён вообще всё придумал и пионы не от альфы, а от Юнги, который просто захотел его порадовать? Ким нижнюю губу прикусывает до лёгкой боли, ощущая, что вполне мог ошибиться… Будто бы в ответ на его уже совсем не радостные мысли на лестнице раздаются тихие размеренные шаги, которые заставляют Тэ снова вернуться в гостиную. Будучи уже на предпоследней ступеньке, Чонгук при виде омеги удивленно вскидывает брови и прячет руки в карманы, преодолевая оставшиеся два порожка. — Что случилось? Я думал, ты ещё спишь. У Тэхёна на мгновение все заготовленные слова вылетают из головы. Он снова начинает сомневаться, боится сейчас показаться слишком глупым. Это же будет так наивно, поблагодари он за цветы того, кто их ему не дарил… Однако Ким собирается с мыслями, поднимает на Чона глаза, тут же сталкиваясь с заинтересованным взглядом антрацитовых глаз. — Цветы… Они от вас? — Тэхён интересуется очень тихо, всё ещё боится быть высмеянным за чрезмерную наивность. — Да. Ты же вроде любишь именно пионы, верно? Омега снова ощущает, как лицо горит, раскрытыми ладошками прикрывает краснеющие щёки, косится на довольно улыбающегося Чонгука, которого, кажется, его реакция более чем устраивает. — Люблю, — омега тоже не сдерживает улыбку. — Спасибо вам за цветы… Они просто замечательные! — Пожалуйста, я рад, что они тебе понравились, — Чон кивает, на груди складывает руки. — Хотя, может быть, ты лучше перестанешь так официально ко мне обращаться? Это будет лучшей благодарностью, правда. — Боже… Вы снова за своё?.. Тэхён смеётся, ощущая, как альфа его уже вот-вот действительно дожмёт с этим обращением. Кажется, для Чонгука это действительно важно, раз он уже не в первый раз об этом просит. — Извини, но да. Не подумай, что я только из-за этого и хотел тебя порадовать, просто раз уж речь зашла… — Хорошо, — Тэ наконец согласно кивает, стараясь спрятать рвущуюся наружу улыбку. — Я постараюсь. Ещё раз спасибо… тебе за цветы. У Чонгука в груди так хорошо, так приятно всё вибрирует от осознания того, что лёд начинает трогаться. А ещё это придаёт сил и уверенности, что теперь он не отступит. Хосок действительно был прав — слишком долго медлить будет очень глупо, нужно начинать потихоньку сближаться прямо сейчас, чтобы хотя бы для самого себя расставить все точки над i. Однако есть ещё кое-что, что Чон хотел бы с Тэхёном обсудить. — Я, кстати, хотел кое о чём поговорить, — альфа видит, как заинтересованно Тэ вскидывает брови, и тут же продолжает. — Скажи, Тэхён, тебе не надоело дома сидеть? Может, хочешь сходить куда-нибудь? Тэ немного теряется, не понимая, к чему Чонгук клонит. Он хочет куда-то его пригласить или же просто собирается сказать, что омега вполне может куда-то отправиться сам, если захочет? — Я не понимаю… О чём вы… ой, то есть ты говоришь. — Ну, ладно, я не буду тянуть. Через неделю мой знакомый проводит закрытый аукцион, сказал, что будет очень много интересных вещиц из Европы, в том числе аксессуары, украшения и другие дизайнерские редкие экземпляры. Меня пригласили, и я подумал, может быть, ты захочешь сходить со мной. Пока нет возможности свободно выбраться в город, мне кажется, это неплохой вариант сходить куда-нибудь. А то ты тут уже почти месяц и… такими темпами скоро совсем зачахнешь. — А если там будет Чиён или кто-то из его окружения? — Тэхён одновременно удивляется неожиданному предложению и начинает нервничать — он слишком привык к постоянному нахождению дома. — Вдруг меня кто-то узнает?.. Вдруг Чиён узнает… — Тэхён, если бы я не был уверен, что это безопасно, предлагать бы не стал, — Чонгук подходит ближе, вглядывается в обеспокоенное лицо напротив. — Я проверил списки гостей и их возможную связь с Чиёном. К тому же, я не думаю, что Чиён о твоём побеге трубит направо и налево, в конце концов, ему это просто невыгодно. Я сам редко куда-то выбираюсь, но знаю, что тяжело постоянно сидеть в четырёх стенах, поэтому вот и подумал… — Хорошо, я не против сходить, — Ким уголками губ улыбается, чувствуя, что Чонгук действительно обо всём позаботился, чтобы он был уверен в собственной безопасности. — Только, наверное, на такие мероприятия нужно соответствующе одеваться, а у меня ничего такого нет. Чонгук тихо смеётся — почему-то Тэхён о своей одежде беспокоится так мило, что сдержаться не получается. Это так… По-омежьи правильно. — Твой внешний вид я просто поручу мужу своего брата, уж поверь, он в этом деле просто профи. Так что об этом можешь даже не беспокоиться. Всё будет хорошо.