11. «Терапия переживаний».

Чиён стоит у приоткрытого окна, здоровой рукой держит тлеющую сигарету, наблюдая за ночным городом. Настроение настолько паршивое, что хочется кого-нибудь собственными руками придушить. Откуда только вылетели эти два недоумка, которые испортили ему всё?.. Ещё и плечо так ноет противно, при малейшем движении болью отзывается, а обезболивающее не помогает. К нему должен вот-вот снова нагрянуть отец, который, конечно же, уже в курсе всего произошедшего. Пак ужасно устал, он уже не хочет вообще в этом всём принимать участие. Плевать на всех. На Тэхёна, на Чонгука, на родителей… При виде омеги он вскипает в один момент, не контролирует себя, понимая, что всё это произошло именно из-за него. Именно из-за Тэхёна отец считает его ничтожеством. Именно из-за него папа просто предпочитает Чиёна не замечать и практически не общаться. Он ведь не достоин… Альфа тушит сигарету о дно пепельницы. Понимает, что зашёл слишком далеко и обратно дороги уже давным-давно нет. Он из семьи Пак. И он должен быть таким, каким его хочет видеть семья, даже если для этого придётся стать конченой мразью. Тэхёна он особо никогда не любил. Да, поначалу вступить в отношения с таким человеком было очень даже прикольно в том плане, что таких тихих и спокойных омег у Чиёна не было никогда. На их знакомстве настояли родители, сказав, что это хорошая партия для него, однако Тэ стал достаточно быстро раздражать. Он вполне сходил для развлечений, для приятного времяпрепровождения, но Пак строить семью с ним не горел желанием от слова совсем. А после вообще стал испытывать к омеге отвращение. К этому всему прибавились идиотские наставления родителей, что Тэхёна нужно прогибать и воспитывать под себя. Видимо, они привыкли так строить взаимоотношения. Вдруг он слышит громкие шаги на лестнице, а через мгновение дверь открывается и в его кабинет входит Миндже. Он сразу же направляется к сыну, ничего не говоря, отвешивает тому звонкую пощёчину. Настолько сильную, что в ушах появляется неприятный звон, а кожа слишком болезненно горит. Чиён хватается за горящую от удара щёку, глаз не смеет на отца поднять. — За что? — спрашивает тихо. — За то, что ты снова меня подвёл! — альфа замахивается ещё раз, но не бьёт. — Настолько тупой, что не можешь с простым заданием справиться? Всё тебе на блюдечке принесли, лучших людей дали, а ты и тут объебался. Почему мне достался такой сын? Почему именно ты, выродок, стал моим сыном?! — Откуда я мог знать, что приедет старший Чон со своим муженьком? — Откуда?! Это ты спрашиваешь у меня, откуда?! — Миндже толкает его, заставляя налететь на стену больным плечом, отчего Чиён тихо рычит. — Это ты должен был всё проверить! Из-за тебя половина моих людей сейчас в больнице, а трое подохли! Ничтожество! Только приносишь проблемы, но сам решить ни хрена не можешь. Чиён с трудом выпрямляется, держась за ноющее место, исподлобья смотрит на беснующегося отца. Он едва держит себя в руках, чтобы не послать всё к чёрту, чтобы не вытолкать родителя взашей из своего дома. Альфа правда больше так не может. Он делает всё, что только может, чтобы родители считали его человеком, пытается добиться того, чтобы они гордились, чтобы уважали… Но не выходит. Никогда не выходило. — Я даю тебе месяц, — голос Миндже отражается от стен. — Не избавишься от них — я избавлюсь от тебя. Мне такой кусок дерьма в семье ни к чему. Ты только позоришь наш род. — Почему мы просто не можем оставить всё как есть? Тэхён уже всё растрепал, — Чиён поднимает на отца уставший взгляд. — Ничего не изменишь. Вот-вот об этом узнают все… Я уже ничего не смогу сделать. Я не смогу тягаться с Чонгуком. Как и ты… — Что?.. Не сравнивай себя и меня! К твоему возрасту у меня уже была своя фирма, а вот ты только в моей хозяйничаешь и то без подсказок ни черта не можешь сделать, — мужчина подходит ближе, рычит практически в лицо сыну. — Если бы ты с Тэхёном вёл себя так, как тебе говорили, он бы даже не осмелился сбежать. А теперь вся наша семья вынуждена нести убытки из-за тебя. Только поверь мне на слово: я уничтожу тебя, если ты не закроешь этот вопрос. Даже этот чёртов Чон Чонгук умнее тебя! — Чем? — Он страхует и самого себя, и других. У него хватает ума думать о последствиях и не подставлять других! А ты… Безмозглый. Тупоголовый… — Уходи, — Чиён не выдерживает. — Я не хочу это слушать. Я понял, чего ты от меня ждёшь, постараюсь сделать всё, что будет в моих силах. Миндже фыркает. Сын редко показывает ему свой характер. Пусть лучше докажет, что он тот, кого стоит уважать, там, где это нужно. Потому что пока альфа за сына только перед друзьями и родственниками оправдывается. Позорище. Что ж… Не справится — останется без всего. Он ничего больше не говорит, молча выходит из кабинета, по привычке громко хлопая дверью. Чиён чувствует, как дышать становится легче, когда отца рядом нет. Он неожиданно взгляд бросает на побагровевший бинт на руке — рана снова начала кровоточить.

***

— Чонгук, хватит работать, тебе нужно отдохнуть, — Тэ заглядывает в кабинет альфы, тут же хмурится, когда видит того, сидящего за ноутбуком. — Ты обещал мне закончить ещё час назад. Чон вздыхает. Он уже нормально себя чувствует, его особо ничего не тревожит, но Чимин строго-настрого запретил перенапрягаться и сказал больше отдыхать. В офис Чонгук пока что не ездил, работал из дома: проверял все документы, отправлял отчёты и даже дистанционно умудрился провести пару партнёрских встреч. Как ни странно, в его положение входили и от такого формата общения не отказывались. — Ещё полчасика, — он смотрит на Кима, который выглядит уже достаточно недовольно. — Я сейчас Чимину позвоню. Действует безоговорочно, и Чонгук закрывает крышку ноутбука. Паку сейчас не до него — у них там с Намджуном всё только-только закрутилось, и своими проблемами отвлекать обоих будет очень уж не по-дружески. Альфа откидывает голову на спинку кресла. Он и правда устал, но виду не подаёт, зная, что Тэхён сразу же погонит его отдыхать. Ким всё ещё переживает за него, почти не отходит, даже по ночам иногда у него оставался, особенно в первое время, чтобы помочь, если потребуется. Чонгук к такому не привык и старался по максимуму справиться сам, зная, что ещё есть Джихёк, который тоже нуждается в папином внимании. Тэхён неожиданно подходит, быстро начинает расстёгивать пуговицы на чёрной льняной рубашке, которая надета на Чонгуке, однако альфа уже не удивляется — Ким так делал по несколько раз на дню, проверяя уже почти затянувшуюся рану. Омега оголяет сильную грудь, быстро глазами проходится по свежему ещё тёмному шраму. Вроде бы всё в порядке. Пора бы уже перестать так волноваться, но Тэ от этого избавиться не может — привык. — Тэ, давай поговорим, — Чонгук осторожно берёт Кима за запястье, глаза поднимает и, получив одобрительный кивок, усаживает его к себе на колени. — Я понимаю, что ты переживаешь, но уже всё хорошо. Две недели прошло, у меня ничего не болит. — Даже если болеть будет, ты не скажешь… Тэхён, как-то раз поинтересовавшись самочувствием альфы, услышал такой же ответ, а потом тот случайно зацепился саднящей раной за подушку и едва не взвыл, напугав Кима. С тех пор Тэ ещё внимательнее стал к нему относиться. — Скажу. Обещаю, — Чонгук кончиками пальцев поглаживает чужие волосы на затылке. — Вообще, я хотел кое-что предложить, но не знаю, как ты отнесёшься к этому. — Что такое? — омега его обнимает за шею, разворачивается заинтересованно. — Может быть, съездим отдохнуть от этого всего? Буквально на пару дней. Я вижу, что ты очень замотался, поэтому хочу, чтобы ты расслабился. Тэхён не ожидал такого предложения. Он действительно устал за последнее время: снова вернулись плохие сны, тревожность и навязчивые малоприятные мысли, от которых очень хотелось избавиться хотя бы на время. Жить в вечном беспокойстве тяжело, как ни старайся… А когда ещё и ответственность за кого-то другого на себе ощущаешь… Тяжелее раза в два. — А Джихёк?.. — Я уже обсуждал это с Юнги, и они с Хосоком сына заберут. Тогда ведь не вышло ничего, и ты его на следующий же день домой забрал. Чонгук уже не в первый раз называет Джихёка сыном, и Тэхён первое время очень из-за этого смущался. В первый раз вообще подумал, что ослышался, но Чон тогда охотно повторил. Он действительно с альфочкой возился так, будто малыш и правда его сын: играл, успокаивал, кормил, иногда спать укладывал и помогал Тэхёну во всём, в чём только мог. — Мне кажется, это будет не очень удобно, — Тэхён качает головой. — Хорошо, когда есть кому посидеть, но я не хочу наглеть, Чонгук. Это как-то слишком неудобно. — Поверь мне, удобно, — Чон вдруг тянется к омеге, чмокает его в щёку, обнимает тут же, поближе к себе прижимая. — Тебе надо отдыхать и от всех забот в том числе. Правда, давай поедем? Это всего два дня. Тэхён действительно не уверен, что это будет правильно. С одной стороны, снова оставлять Джи очень не хочется, а с другой, он действительно замотался и хочет отдохнуть. К тому же с Чонгуком они наедине никогда не оставались, всё время кто-то рядом был. Тэ даже интересно в какой-то степени. Если альфа настаивает, значит, он уже наверняка придумал что-то конкретное. — Ладно, ты хочешь поехать в какое-то определённое место? — Ким не может сдержать улыбки, когда видит довольный кивок. — Да. Мой знакомый недавно открыл спа-отель в центре Сеула. Говорил, что там очень много всего, и я подумал, мы можем поехать туда отдохнуть. Говорят, такие процедуры хорошо расслабляют. Тэхён губы складывает трубочкой, размышляя. Идея хорошая, он как-то очень давно посещал спа-салон ради интереса. Пробовать слишком много всего не стал, ограничился двумя процедурами и уже даже не помнит, каково это… Однако мысли о том, насколько это может быть дорого, его не отпускают. — Я не знаю, — омега пожимает плечами. — Это дорого… — Деньги — не твоя проблема, — Чонгук говорит тихо, вдруг снова целует, только на этот раз в губы, но надолго не задерживается. — Я всего лишь хочу, чтобы ты отдохнул, и действительно считаю это хорошим вариантом. Тэхён, ты совсем забываешь про себя с этими заботами и переживаниями. — Наверное, ты прав, — Тэхён смотрит в чёрные глаза, чувствуя, что о нём беспокоятся, пытаются сделать как лучше. — Я действительно устал. Думаю, тебе тоже лишний отдых пошёл бы на пользу… — Мне на пользу идёт всё, что связано с тобой, — альфа усмехается. — Ну что, номер вместе выберем? — Да, — уголки губ приподнимаются вверх.

***

Тэхён мечется по спальне, собирая вещи, чувствует на себе пристальный взгляд Мина, что приехал, чтобы забрать Джихёка перед тем, как они с Чонгуком уедут. Альфочка прямо сейчас сидит у Юнги на коленях, спинкой на него облокотившись, и тоже с интересом наблюдает за взволнованным папой, который, кажется, что-то потерял. — Да где эта рубашка… — Тэ по сотому разу перебирает висящую в шкафу одежду. — Почему, когда нужно, ничего нет? — Мне вот интересно, — Юнги тянет, наблюдая, как омега, наконец-то найдя нужную вещь, аккуратно складывает её. — Ты правда пока не понимаешь, почему Чонгук предложил поехать отдохнуть? Дело не только в отдыхе… Ким садится на корточки и прячет клетчатую рубашку в чемодан, что лежит на полу, в то же время смотрит на усмехающегося Юна, которого, кажется, его реакция очень даже забавляет. — Не могу понять, о чём ты, — Тэ начинает по новой проверять всё содержимое. Казалось бы, вещей немного, а получилось прилично. — Ну… Мне кажется, очевидно, что Чонгук хочет тебя там... Расслабитесь, все дела, может романтик какой для тебя устроит… Тэхён вздыхает, садится на колени, чувствуя, как ноги затекли и уже пошли мелкими неприятными иголочками. Конечно, он всё это прекрасно понимает. Чонгуку не шестнадцать лет, чтобы по году держать дистанцию и всего лишь гулять, держась за руки. Взрослый мужчина со своими потребностями, который, между прочим, ещё ни разу ему ни на что такое не намекнул. Вот вообще. Ким специально пару раз заострил на этом внимание, попытался что-то да уловить, но ничего из этого не вышло. — Думаешь, это всё только ради того, чтобы переспать со мной? — Юнги пожимает плечами. — Хорошо, я буду не против. Наверное… У Мина едва челюсть не отвисает. Что Чонгук сделал с этим робким мальчиком, который два месяца назад боялся с ними заговорить и лишний раз попасться на глаза?.. Юнги прокашливается. — Я просто Чонгуку доверяю, — Тэ застёгивает чемодан. — Он ничего против моей воли не сделает и не навредит мне. Я не знаю, хён, я просто не боюсь его совсем. — Чонгук просто заслужил твоё безоговорочное доверие, — омега констатирует очевидный факт, на что Джихёк в ответ выдаёт что-то краткое и громкое. — Да, вот видишь, даже Джи согласен. На самом деле, это правда очень здорово, я рад за вас. Чонгука действительно бояться не нужно, тебя он любит, и это за километр можно увидеть. — Я его тоже люблю, — Тэхён смущённо улыбается, встаёт и начинает быстро раскладывать по местам разбросанные вещи, которые перебирал, пока искал нужные. — Но иногда мне кажется, что я что-то делаю не так. Что это неправильно… Что так быстро сближаться нельзя. Прошло два месяца, и мы уже не просто, как Чонгук говорил, — омега показывает пальцами кавычки, — вынужденно соседствуем. Юнги вдруг тоже поднимается, подходит к Тэ и обнимает его. Он прекрасно понимает, почему тот сомневается, почему думает слишком много и пытается проанализировать как можно больше. Только с Чонгуком в этом нет никакой необходимости. Альфа всегда поможет, поддержит и защитит, что бы ни произошло. Это не тот человек, с которым придётся беспокоиться о завтрашнем дне, пытаться держать себя под контролем и лишнего не позволять. В то же время Чонгук не идеальный: он иногда бывает грубоват, слишком прямолинеен, и его тяжело раскрутить на какие-то нежности. Он показывает любовь делом, а не словами, такое нравится не всем, однако Тэхёна, кажется, устраивает. А это главное — чтобы партнёры друг друга устраивали. — Не загоняйся по этому поводу, — Мин похлопывает его по плечу, выпустив из объятий. — У вас всё произошло так, как было необходимо. Окажись я на месте Чонгука, в первую неделю тебя бы уже сцапал… А он ещё продержался очень даже прилично. Я уверен, что Чонгук в ваших отношениях сомневаться не станет. Вот и ты не сомневайся. Тэхёну всегда легче после таких разговоров. Глупые мысли перестают наведываться и мучить его изнутри слишком часто. Он благодарен за то, что ему послали таких замечательных людей… — Спасибо, хён, — омега неожиданно чмокает Юнги в щёку, отчего тот тут же расплывается в улыбке. — Всегда к вашим услугам, вправляю мозги бесплатно без смс и регистрации, — Юнги смеётся. — Да, если у вас там всё-таки что-то свершится, я жду подробностей… Но это так, чтобы ты хёна не забывал. Тэхён начинает хихикать, понимая, что вряд ли поделится — обсуждать с кем-то такие вещи слишком непривычно. Да, казалось бы, в этом ничего такого нет, но Ким не хочет обсуждать такого Чонгука, какого видит только он и больше никто. Это слишком интимно.

***

Отель внутри просто огромный. Гораздо больше, чем казался на фотографиях. Тэхён весь путь от парковки до номера крепко держал альфу за руку, чувствуя себя не очень комфортно на новом месте — он совсем отвык куда-то выходить, а уж тем более на длительный срок. Чонгук говорит своё имя администратору, и он тут же сообщает им, в каком номере они будут жить, даёт две ключ-карты, а также объясняет правила отеля и внутренний распорядок. Из разговора Тэхён понимает, что несмотря на его протесты, Чонгук оформил безлимит на всё, что только было можно, и здесь у них карт-бланш. Омега стискивает чужие пальцы, когда замечает на себе парочку заинтересованных взглядов, которые его достаточно сильно напрягли. Чонгук тут же его приобнимает, прижимает к себе, даёт понять, что он рядом, что всё хорошо и повода для беспокойства у Тэхёна нет. В номер поднимаются, отказавшись от помощи с багажом, который у них относительно небольшой. Они собирались заселиться сюда всего на три дня и две ночи, поэтому никто слишком много вещей брать не стал, однако всё это сейчас забрал Чонгук, сказав, чтобы Тэхён просто шёл рядом. Ким спорить особо не стал. В лифте, правда, не удержался и поцеловал альфу так нежно, что Чону на мгновение показалось, что он в этой кабине сейчас к чёрту расплавится и здесь останется навсегда, не в силах собрать себя в кучку. Чонгук прикладывает свою карту к сенсорному замку, и тот тут же тихо отзывается, щёлкает, пропуская гостей внутрь. Тэхёна альфа пропускает первым и входит следом, вещи на время оставляют в прихожей, чтобы забрать потом. Ким оглядывается по сторонам, понимая, что это тот самый номер на тридцатом этаже, который ему очень понравился, но оказался занят: объединённые кухня, гостиная и спальня, что отделаны в тёплых расслабляющих тонах, а на балконе огромный термо-бассейн. У Тэ горят глаза, когда он всё это рассматривает, туда-сюда носится по огромному пространству. — Как это, Чонгук? Как так вышло? — он оборачивается на Чона, что ласково улыбается, видя, что его план сработал. — Честно тебе рассказать? Чонгук подходит ближе, ладони кладёт омеге на талию, наклоняется и в лоб аккуратно целует. — Конечно! Или у тебя есть заготовленная ложь? — Вообще-то была, — Чон хмыкает. — Мог бы сказать, что поставил бронь сильно заранее, но не буду. Просто нашёл тех, кто согласился перенести бронь на другой номер, чтобы этот отдали нам. Объяснил, что моему омеге безумно понравился именно этот. — Разве так бывает? — Тэхён хмурится. Кто согласится отдать номер, на который, вероятно, не просто так глаз положил? — Если мы здесь, значит, бывает, — ага, ещё скажи, Чонгук, что они за так согласились поменяться номерами. — Тэ, мы приехали сюда, чтобы отдохнуть, так что не забивай себе голову подобными мелочами, хорошо? Чон омегу целует в губы, сминает поочерёдно, чувствует на них мягкую улыбку и по нижней проводит горячим языком. Вообще, с каждым днём держать себя в руках становится всё тяжелее, но Чонгук для себя решил, что переходить грань им пока что рано. Тэхён только-только к нему привык, начал поближе подпускать, чему альфа очень рад. Поэтому не хочется это всё ломать… Чонгук даже не замечает, как Тэхён сам углубляет поцелуй, пускает в ход язык, отчего у альфы по спине ползёт волна жара. Чонгуку жарко, он прижимает к себе Тэ, который в волосы ему запускает пальцы, но неожиданно в голове мелькает яркая вспышка. Нет-нет, не сейчас. Точно не сейчас. Он отстраняется и смотрит на забавно покрасневшего Кима, который теперь сам же смущается, буквально минуту назад проявив инициативу. — Давай переодевайся и пойдём с тобой всё здесь пробовать, — Чон поправляет выбившиеся из общей копны прядки волос на голове омеги. — Думаю, три-четыре процедуры мы сегодня точно должны попробовать. Хочешь что-нибудь конкретное? — Я не знаю даже, что тут есть, — Тэхён тихо смеётся. — Сначала нужно посмотреть, а потом я уже выберу. Тэ лишь попытался немного подтолкнуть Чонгука к тому, что точно должно произойти, считай, почву прощупал. Только вот альфа, кажется, пока не торопится, что идёт совсем вразрез с представлениями Кима. Да, он переживает по этому поводу, боится, что Чону не понравится, что он что-то сделает не так… Поэтому считает, что лучше побыстрее отделаться и больше не забивать этим голову. Вероятно, такой подход будет не очень правильным, не совсем здоровым, но Тэ по-другому думать не может. — Хорошо, тогда одевайся по форме и пошли. — По какой форме? — Плавки, халат и тапочки, — Чонгук улыбается. — Давай, я тоже пойду переодеваться. Тэхён наблюдает, как альфа приносит все их вещи, быстро забирает свои и отправляется в ванную, чтобы переодеться. Ким ловко вытаскивает всё необходимое и торопливо натягивает нежно-голубые шорты-плавки и накидывает халат, пояс завязывает. Тэ делает глубокий вдох — сейчас он рад, что согласился на эту поездку, что не отказался, как хотел изначально. Это действительно хорошая возможность отдохнуть, немного разгрузить голову и расслабить тело. Они с Чоном читали, что все процедуры имеют ещё и лечебный эффект, собственно говоря, поэтому в конечном итоге и выбрали именно этот отель, хотя рассматривали не только его. Да, Чонгук сначала аргументировал это тем, что этот спа-отель открыл его друг, но, вникнув в эту тему немного конкретнее, они выяснили, что именно тут самое хорошее оборудование и грамотные специалисты. Тэ подходит к зеркалу, что на туалетном столике стоит, разглядывает своё отражение. Он осторожно цепляет халат на груди и немного в стороны разводит ткань, рассматривая свои выступающие ключицы, кончиками пальцев по ним проводит. Всего два месяца назад здесь была пара синяков, но сейчас всё его тело очистилось от этих цветных пятен. Нет ни одного. Тэхён никогда особо не любил свою внешность, пусть и знал, что она достаточно привлекательна, он всегда замечал тех, кто был лучше, изящнее и красивее… А такие омеги его окружали постоянно: школа была элитной, и там было очень много красивых людей, та же история с институтом. На Кима особо никогда не обращали внимание альфы, непонятно почему. Однако его это не очень беспокоило, поскольку тогда Тэхён считал, что был любим. Стоило приглядеться получше и пересчитать. Вдруг он слышит, как щёлкает ручка ванной комнаты, и тут же запахивает халат, пряча своё оголённое тело. — Ну что, можем идти? — Чонгук сложенную одежду убирает в пока что пустующий шкаф, что стоит рядом с кроватью. — Да, можем. Альфа предлагает ему локоть, прихватывает свой ключ от номера и карту отеля, чтобы лучше ориентироваться. Здание просто огромное, даже заблудиться можно, наверное… Тэхён хватает Чона под руку, и они выходят в коридор. Оказывается, под спа-центр отведено пять верхних этажей, но, кажется, в здании не только водные процедуры проводят, а целый санаторий построили… Ким головой крутит, оглядываясь по сторонам. Людей здесь, на самом деле, прилично, больше, чем казалось на первый взгляд. Скорее всего, они просто ближе к вечеру все потянулись отдыхать и расслабляться. Что ж, вполне логично. Первым делом получают на входе синие резиновые браслетики как посетители спа-центра, а далее им проводят краткий экскурс по имеющимся процедурам, которых тут очень много: гидромассаж, массаж обычный, пилинги, сауна, хамам, различные виды ванн и многое другое. У Тэхёна разбегаются глаза, он даже не знает, куда хочет пойти первым делом, наблюдает за Чонгуком. Альфа спокойно слушает о пользе различных процедур, крепко за руку его держит. — Что думаешь? — Чонгук первым делом спрашивает его, как только администратор отходит от них. — Не знаю… Может, просто пойдём поплавать пока? «Поплавать» — громко сказано: Тэ плавал последний раз лет в двенадцать и то не очень успешно. Нахлебался воды и был вытащен на берег за шкирку отцом. Необязательно ведь плавать, можно же просто посидеть… Чонгук в ответ на его слова кивает и тянет омегу в сторону бассейнов. Их здесь много: есть большие общественные, а есть поменьше, как было подписано, семейные — для влюблённых или же для приезжающих отдохнуть женатых пар с детьми. Выбирают маленький почти вдали от всех остальных. Тэхёну не страшно, а скорее просто немного не по себе, однако тёплые пальцы на запястье быстро сводят всё волнение на нет. От воды поднимается едва заметный пар — кажется, температура нацелена на хорошее прогревание, а ещё от неё приятно пахнет какими-то травами. Чонгук скидывает халат, оставляя его на лавочке, и Тэхён почему-то впервые так откровенно на чужое тело залипает: под светло-карамельной кожей от каждого движения перекатываются крепкие мышцы, на спине есть несколько шрамов, которые быстро привлекают внимание, а рукав тату тянется до самого плеча. Омега не знал, что люди могут быть такими красивыми без одежды, никогда не задумывался даже. Красивее Чона быть тяжело, и Тэ это очень явно сейчас ощущает. Чонгук в воду спускается первым, но далеко не отходит, ждёт Тэхёна, который всё ещё стоит в халате, не решаясь его снять. Нося постоянно просторную ничего не подчёркивающую одежду, — тот образ на аукцион был исключением, — он даже и не думал, что когда-то ему придётся перед Чоном практически раздеться. Ага, а ещё героя перед Юнги играл, сказал, что ко всему готов. Не готов… Тэхён берёт себя в руки и, сделав глубокий вдох, снимает халат, на пару секунд зажмурившись. Быстрым шагом направляется к бассейну, стараясь не смотреть на Чона, который тут же подплывает к бортику, чтобы помочь омеге спуститься. Он подаёт Тэхёну руку, чтобы подхватить в случае чего, и, как только омега погружается в воду, придерживает его рядом с собой, пытаясь понять, хорошо ли держится Ким на воде. — Всё хорошо? — он видит, как Тэ немного растерянно оглядывается по сторонам. — Да, я просто почему-то думал, что тут будет более мелко. Тэхёну вода доходит до ключиц, альфе — не скрывает и грудь, на которой Киму слишком сильно заметен тот шрам. Он вдруг тянется к неровной коже, кончиками пальцев до неё дотрагивается, и Чонгук неосознанно вздрагивает. — Болит? — Нет, — Чон качает головой. — Я неприятен тебе из-за него? Просто я вижу, что ты часто смотришь, и… — Дело не в этом, — Тэхён качает головой. — Даже не думай о таком, Чонгук. Просто… Каждый раз, когда я вижу этот шрам, я вспоминаю, что он появился из-за меня. — Глупости какие, — альфа раскрытыми ладонями оглаживает его плечи, цепляет согнутым указательным пальцем за подбородок, заставляя поднять голову. — Прекращай винить себя в этом, хорошо? Ты не должен этого делать. Мы оба знаем, кто его оставил, и, поверь, он уже отвечает за свои поступки. — В каком смысле «уже отвечает»?.. — В течение пары дней все узнают о том, что за человек Пак Чиён и чем всё это время занималась его семья. А в понедельник во все их компании будут направлены самые строгие проверки, которые нагрянут без предупреждения одновременно, чтобы у них не было времени замести следы. Прошу тебя, Тэ, давай мы просто отдохнём, хорошо? Обо всём будем думать, когда вернёмся. Тэхён поднимается на носочки и, держась за крепкие плечи, губами прижимается к уголку чонгукова рта. Когда альфа рядом, все переживания постепенно отступают, не хочется ни о чём думать, загоняться. Этот человек делает для него всё, что только может, и Тэ даже кажется, что портить отдых себе и Чону своим стрессом — чистое неуважение. Раз уж они приехали сюда с целью отдохнуть, то непременно нужно сделать это как можно качественнее… Эдакая терапия переживаний.