Сон и явь.

*** Я проснулась от того, что слышала какие-то странные звуки вокруг себя. Я чувствовала, словно легкий бриз ласкал мою кожу, до меня доносились какие-то сладкие запахи цветения плодоносных деревьев. Повсюду слышалось приятное пение птиц, гармонирующее с тишиной, царившей вокруг. Открыв глаза, я увидела вокруг себя необычайно красивую местность. Всё сияло красивыми цветами, словно в красочном кинофильме. Небо было ясным, а облака, которые чуть заслоняли искрящиеся лучи солнца, были белыми и, казалось, такими пушистыми, что так и хотелось потрогать их и ощутить мягкость от этого прикосновения. Оглядев себя, я обомлела. На мне не было ни единого элемента одежды, кроме лёгкого одеяния, которое просвечивало моё обнаженное тело. Обуви на мне также не наблюдалось. От этого я несколько смутилась, однако, на первый взгляд я была здесь совсем одна, и бояться было нечего и некого. Я лежала на мягкой светло-зеленой густой траве под большим древним деревом, огромные ветви которого закрывали меня от яркого дневного света. Встав на ноги, я ощутила всю приятность растительности, которая пробивалась сквозь промежутки пальцев стопы. Это было такое божественное место, что напоминало Рай, созданный для Адама и Евы: все здесь искрилось светлостью, чистотой и радостью. Меня также переполняли самые радостные и светлые чувства, которые только можно получить от окружающего пейзажа. Однако моё созерцание прервал голос, внезапно раздавшийся за моей спиной: —Не правда ли райское место, дорогая?— его бархатистый тон голоса раздался мурашками по моей кожи, а внутри по какой-то причине родилось то чувство страха, когда я только познакомилась с Сатаной. Почему так произошло? Возможно от того, что это место действительно крайне напоминало Библейский рай… Он показался из-за древесного ствола. Он казался таким мрачным и темным, что от его фигуры наяву сочилась аура чёрного цвета, которую можно было заметить невооруженным взглядом. Дьявол смотрел на меня взглядом, полного огня и… желания? Мне не были ясны его намерения. Подойдя ближе ко мне он галантно подал мне руку, словно приглашая пойти за ним. Трава под его ногами прожигалась и, становясь черной, превращалась в пепел, оголяя черную землю. Со трепетанием души и дрожащей холодной рукой, я пожала ему руку. От соприкосновения наших ладоней стало невыносимо холодно, воздуха перестало хватать, голова закружилась так, что все поплыло перед глазами. Весь мир, окружающий меня, упал, и я вместе с ним провалилась куда-то. Когда я падала, я обратила внимание, что то, куда я летела с невероятной стремительностью, было жарким и обжигающим местом, словно адом. Зрачки моих глаз расширялись с каждым пролетом вниз, предвкушая свою ужасную участь. Я приземлилась, но не на землю. Спиной я почувствовала горячие языки пламени. Однако, боли они не принесли. Встав на ноги, я увидела черное небо, на котором не было не единой звезды. Соответственно, это была не ночь. Дул ужасный ветер, который выл человеческими голосами. Оглядевшись, я увидела, что стояла на непонятной мне поверхности, которая жгла ноги огнем, однако никакого пламени, как изначально мне показалось, не было. Яркий свет, исходящий откуда-то снизу, имел желто-оранжевый оттенок, словно от горящего костра. Эта «заря» прожигала глаза едким влиятельным образом, заставляя их слезиться, а рука непроизвольно поднималась, чтобы прикрыть их. Однако, проморгавшись, я заметила еще одну вещь: вокруг были люди, который ходили по кругу и словно что-то шептали еле смыкавшимися и пересохшими от горячего воздуха, который не был ни капли насыщен кислородом. Здесь было две возрастных категории бродящих по кругу: совсем старики, кожа которых окончательно сморщилась, а пигмент лица потерял свой первозданный вид и приобрел песчано-бурый оттенок, и младенцы, которые моргали своими большими глазами в непонимании того, что происходит вокруг. Какие-то из них примыкали к старцам и шли рядом, повторяя то, что говорили старшие. Вся эта картина приводила меня и в ужас, и вызывала одновременно интерес. Обнаружив, что рядом со мной есть бездонная пропасть, из которой и исходит этот свет, я заглянула туда. И то, что я увидела, ужаснула меня до такой степени, что я чуть бы не упала. Всё пространство было разделено на, по моим подсчетам, девять кругов. На каждом кругу были сотни людей бродящих по кругу. У кого-то из них лица исказились в просящей милости гримасы, кто-то громко рыдал и кричал от боли, кто-то дьявольски смеялся, кто-то ругался самыми последними бранными словами, которые я только могла слышать при своей жизни. Но самое интересное было то, что на каждом секторе стояла сущность, по внешнему облику напоминающая уродского мифического древнегреческого монстра. Каждая человеческая душа в тонкой полупрозрачной телесной оболочке, пылая страхом с глазах, подходила к твари и что-то говорила. Затем существо, учтиво покачивая головой, решало, как судить исповедующегося дальше: казнить или миловать? Наблюдать за этим всем, безусловно, было страшно, однако занимательно. Но от моих размышлений меня отвлек грубый голос: — А неплохо мессир устроился.— обернувшись, я поняла, что это был Азазелло. Прищурив один глаз, он с усмешкой рассматривал раскинувшуюся перед нами картину. —Умоляю, скажите: где я? Тут он начал кашлять и, покряхтывая, ответил мне: —Вы в Аду. Ну, собственно, чего-то такого я и ожидала. Безусловно, меня привело в шок сказанное им, однако, уже свыкшись с жутким окружающим меня пейзажем, я лишь кивнула, нервно помяв руки. —Мессир ждет вас. Прошу за мной. Азазелло, тяжело шагая, принялся спускаться куда-то вниз. И не просто лететь, что казалось в этом месте самым разумным способом передвижения, а степенно ступать все ниже и ниже по каким-то невидимым ступеням. Мне было страшно и непонятно все происходящее вокруг, однако ничего не оставалось, как последовать его же примеру. Как только я начала движение, под своими голыми ступнями я почувствовала холодные каменные ступени, зрительного намека на которые не наблюдалось. Сильные потоки ветра раздували мои волосы, атмосфера была гнетущая. Казалось, температура здесь все равно та же, что была бы при максимальном приближении к солнцу и обычному человеку выжить здесь было бы невозможно. Но каким-то образом, моя кожа еще не сгорела от сильных потоков зарева, которое с каждым шагом становилось все ближе и ближе. Спускаясь ниже по ступеням, я видела разных грешников: еретиков и предателей-священников, проституток и изменщиков, безразмерно толстых обжор и иссохшихся худых. Кто-то из них вел себя так же, как и при моей жизни, кто-то еле-еле мог бороться со своими внутренними грешными терзаниями, а кто-то лишь бродил и усердно молился о своем помиловании. Ад был поистине велик и ужасающ. Меня пугало количество людей, которые находились здесь: а как же Рай? Неужели туда совсем никто не попадает? Наверное нет. Не существует на свете людей, которые были бы безгрешны по всем духовным параметрам. Каждый в своей жизни при тех или иных обстоятельствах совершал действия, которые подталкивали его все ближе и ближе к Преисподней. Многие из грешников, при виде меня, тянули свои руки ко мне и, пытаясь кричать изнеможденными голосами, сипели что есть силы: —Попросите за меня у Него! Прошу вас! —Нет, за меня, я здесь по ошибке!— кричал какой-то мужчина в одеянии священника. Я ничего им не отвечала. От их выкриков мне становилось каждый раз все страшнее и страшнее, тело покрывалось мурашками, а внутри зарождался такой страх, которого я не испытывала никогда в своей жизни. Увидеть Ад своими глазами казалось мне чем-то нереальным и скорее похожем на сюжет для философских рассуждений, однако сомневаться в происходящем было бы также глупо, как и отрицать, что всем этим заведует Люцифер. Вдруг из неоткуда выскочил Бегемот и, выпрямившись в полный рост, последовал рядом со мной. —Моя королева, как вам тут у нас?—мягко промурлыкало чревовещательское создание. —Ну-у… непривычно конечно видеть перед собой души грешников, однако весьма занимательно.— вопрос, поставивший в тупик, быстро разрешился. Таить было нечего, поэтому я решила отвечать честно. —Где ты пропадал, котяра? — внезапно и грозно обернувшись спросил у него Азазелло. —Ну-ну, не кипятись-ка! Поприсутствуешь на смотрах душ, так уж на тебя и голос повышают!— недовольно молвил кот. Разгневанно прорычав, Азазелло продолжил движение вниз по преисподней. С каждой ступенью мы приближались к ядру этого потрясающего своими масштабами пространства. Наконец, после окончания девятого круга, мы приблизились к самой главной точке подземного мира. Переступая огненные окружные очертания самого центра преисподней, я почувствовала, как мне окончательно не хватает воздуха. Я начала задыхаться, судорожно пытаясь схватить воздух, но ничего не выходило: горло словно сжималось, образуя внутри бешеное давление. В глазах темнело, руки слабели, и, в конце-концов, я отключилась. *** Открыв глаза, я чувствовала ужасающий гул в ушах, привкус железа во рту, а глаза мои ужасно слезились.

Я не был мёртв, и жив я не был тоже; А рассудить ты можешь и один: Ни тем, ни этим быть — с чем это схоже.

Осмотревшись, я поняла, что лежу на неясного для меня типа поверхности, напоминающего голую землю. Еле поднявшись, я ощутила всю свою слабость перед дявольскими силами: до этого времени я думала, что его силы никак меня не коснутся, однако теперь я окончательно в этом разубедилась. Передо мной стоял огромный дворец, по виду своему напоминающий католический Кёльнский собор. Впрочем, опустим этот момент. Я медленно, еле уверенными шагами, побрела к этому зданию с уверенностью в том, что именно там меня ждал Сатана. Толкнув тяжеловесную дверь, я увидела лестницу. Она поражала своей бесконечностью и концом, которого не было видно. Тяжело вздохнув, я начала постепенное движение вверх, размышляя о том, спала я еще или уже все происходящее стало явью? И зачем Дьявол сейчас решил показать свое могущество? Мало того, что я напугана до смерти кончиной неповинного человека, которого фактически убил он, так еще и должна наслаждаться «прекрасными» видами Ада? Что ж, это весьма интересная политика действий. Пройдя несколько пролетов, я шлепнулась на пол одного из выступов, которыми разделялись ступени. Лежа на холодной каменной поверхности, я подумала о том, что мне бы хотелось сейчас чего-то хорошего. Человеческого. Нежного. Не знаю, откуда возникли эти мысли, но мысль о том, что Воланд еще оставался Дьяволом, а не тем нежным существом, которым был какое-то время, несколько пугала меня. Однако, а чего я ожидала? Вокруг стояла стеклянная тишина, которая была усладой для слуха, который устал от адских криков самого пылающего места Земли. Было слышно только моё дыхание. Ничего более. У меня не было желания идти дальше, моё тело ужасно устало, к горлу подступила неприятная тошнота от всего того, что я увидела внизу. Поэтому сейчас я лишь сидела, обхватив себя руками, и ждала, пока что-то случится. —Госпожа, что же вы тут сидите?— мяукнул внезапно нарисовавшийся кот.— Мессир вас уже совсем было заждался! Позвольте ручку.— я протянула ему свою ладонь и тут же почувствовала прикосновение к мягкой шерсти. Такого приятного кошачьего волосяного покрова я не видела и не ощущала никогда. Сжав своей лапой мою руку, он вдруг звонко закричал, и сей же момент вокруг нас воронкой закружился вихрь, растворяющий нас в темноту. *** Когда тьма рассеялась, я увидела, что очутилась в огромной зале с белоснежными массивными колоннами, стремящимися куда-то ввысь, а пол этого помещения был вымещен мрамором. Холод, витающий в стенах зала, пронизывал до костей, заставляя обхватить меня свое тело руками, слегка потирая его в надежде хоть каплю согреть. Внезапно, рассыпаясь бархатными децибелами по залу, я услышала голос. Его голос. — Gefällt dir mein Aufenthaltsort, meine Liebe? Развернувшись, я увидела Воланда. Дьявол величественно восседал на троне, словно король, нет, он был выше всех королей на этой порочной земле. Сатана, положив нога на ногу, испытывающие разглядывал моё обнаженное, слегка прикрытое полупрозрачной туникой тело. Я не чувствовала страх, смущение или ужас. Я чувствовала интерес и любопытство к происходящему: что будет дальше? В моих глазах горел огонек жертвы, ходящей по лезвию ножа: вот-вот, мгновение, поддашься чувствам— и свалишься в пропасть, которая сожрет тебя с превеликим удовольствием, причмокнув от приятного послевкусия. —Зачем я здесь? — спросила я, вслушиваясь в отголоски эха своего голоса. Он ухмыльнулся уголком рта, обращая на меня свои горевшие ярким огнем зеленые глаза. Этот взгляд был мне знаком. Дьявол хочет игры, азарта. Однако, на какой-то момент, на лице Сатаны проскользнула человеческая жалость и даже задумчивость. Вместо ответа на мой вопрос лукавый лишь медленно поманил меня рукой к себе. Боязливо ступая по леденяще-холодному полу я приближалась к его пьедесталу. С каждым шагом я ощущала подкрадывающийся ужас, который норовил охватить меня целиком, чего я изо всех сил старалась не допустить. Чего я боюсь? Ведь если Дьявол действительно испытывает ко мне какие-то теплые чувства, значит он не сможет навредить мне. Или же сможет? Дойдя до его трона, я твердо предстала перед ним. Вокруг его персоны водворилась напряженная мрачная аура, которая цеплялась за меня своими черными когтистыми лапами. Он встал, и подойдя ближе ко мне, сказал: —Мэри, ты обязана сделать выбор. Он не будет прост, однако…— он на момент остановился.—Довольно предисловий. — Он наклонился ко мне. Губы его чуть было не соприкоснулись с моими, от Сатаны пылал такой огонь, что все моё тело ощущало это его предвкушение того, что может принести Дьяволу самое великое удовольствие. —Дорогая…— тихо сказал он.— Ты останешься со мной здесь? *** Я резко открыла глаза. Сон. Это был просто сон, не нужно этого бояться. Но, твою мать, какого черта!? Почему он вздумал меня пугать именно сейчас? Какова была цель его? Множество вопросов носились вихрем по моей голове, однако тут же осознав, что все увиденное было сном, я слегка успокоилась. Массирую пальцами круговыми движениями виски я пыталась хоть как-то уменьшить ужасную головную боль, будто меня сильно приложили головой об землю. Сидя на кровати я совсем не ощущала, что спала какое-то время. Тело гудело, руки дрожали, а холодном лбу выступила легкая испарина. Тут меня настигла внезапная идея, словно до моей головы дотянулись лучи светлых мыслей: Роман. Мне необходимо закончить роман и как можно скорее выпустить его. Наверное, он сейчас является единственным элементом, который поможет мне справиться со всеми накопившимися переживаниями предыдущей ночи. Не переодевшись, наскоро собрав волосы в какой-то небрежный хвост, я кинулась к своему рабочему столу. Наскоро пробежавшись глазами по тексту, я поняла, что мне осталось примерно пару- тройку глав, чтобы закончить роман. К этому я и приступила *** Подпирая руку головой, я сидела и небрежно писала, грязно перечеркивая варианты слов и сочетаний, которые казались мне некрасивыми. Вырисовывалась прекрасная картина, которая была мне настолько мила, что я не смогла сдержать свою улыбку, получая удовольствие от процесса написания. Я не замечала, как пролетали часы, писала быстро и неаккуратно. Я вкладывала себя в каждую строчку, каждую букву своей рукописи. В какой-то момент, шелкнув по экрану телефона, я увидела, что прошел целый день, и время показывало, что сейчас было около девяти часов вечера. Надо же, так незаметно прошло время… Посчитав количество листов, пересмотрев текст на наличие ошибок и перечитав всё написанное, я поняла, что осталось написать лишь заключительную главу. Но это уже будет завтра. А сегодня я отдохну, слишком уж напряженный вышел день. *** Ночной город. Было безветрие, на темном небе красивыми блёстками красовались малютки-звёзды, а луна была полная, сияющая, холодная. Нестихающий московский шум машин привычно ласкал слух. Медленно покуривая сигарету на балконе, я дышала ночным воздухом, который слегка отравлялся никотиновым дымом, витавшим вокруг меня. На мгновение мне показалось, что скрипнула задвижка двери, ведущей в мой подъезд, однако я не обратила на это внимание. Любопытно, как Дьявол объяснится за мои грёзы. И извинится ли вообще? Внезапно я почувствовала, как тяжёлая рука легла на моё плечо. Тело невольно вздрогнуло, и голова инстинктивно повернулась, оборачиваясь в сторону пришедшего. Позади меня стоял Воланд в привычном для себя виде, только теперь его лик освещал лунный свет, подсвечивая его высокий стан. Усевшись на стул рядом со мной и закурив сигарету, он заговорил. —Что твой роман? —Мне нужно еще немного времени для последней главы. —затем, немного помолчав, я спросила: —Действительно ли только Ад существует по ту сторону? Усмехнувшись, Дьявол ответил: —Почему нет? То, что ты видела лишь Преисподнюю, не доказывает то, что нет противоположного. —Там было так много людей…—я нервно выдохнула дым. — Was sich Ihrem Blick offenbart, ist nicht alles. Это лишь часть грешных людских душ, которые ежедневно поступают туда. Воцарилось молчание. Мозг до конца отказывался осознавать масштабы Ада и его могущество. Безусловно, по всем преданиям противолежащий Раю мир огромен и страшен в своей величии и могуществе, однако человек, удивший глазами все ужасы тёмных сторон земли, часто сходит с ума, и сохранить здравый рассудок сейчас было непросто. Но я старалась найти равновесие. —Ты так и не ответила мне, дорогая. Моё тело вздрогнуло. Разве вопрос, заданный им в моем сне, не был риторическим? Я робко начала говорить в надежде, что ответ сформулируется во время моей речи: —Послушай… я, конечно, очень люблю тебя и благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал, но я не смогу тебе дать ответа на этот вопрос. —Смею ли я надеятся на положительный исход? Потушив окурок, я ответила: — Нет. В его глазах промелькнула оскорбленность и злоба. Как же так: ему, могущественного Дьявола, которого боится каждый смертный, кто не хочет себе проблем, отказали в еще одной душе. Но я очень надеялась на то, что он не будет сильно гневаться. Или же тот факт, что между нами существовала некая связь, не играл совсем никакой роли? Придвинувшись чуть ближе к Воланду, я провела рукой по его щеке, слегка погладив. Этим жестом я хотела показать свое сожаление. А о чем? О том, что я не могла окончательно отдать свою душу? —Прости. —Не извиняйся. — он обратил свой взгляд на меня. В нем читалась доля человечности, которую не каждый раз видишь в глазах самих людей. Наконец, словно собравшись с мыслями, он продолжил: —Мэри, мне нужно будет отъехать. Словно перед моими глазами рухнула земля. Сердце замерло, а губы застыли в приоткрытом положении. Куда? Зачем «отъехать»? —И на какое время? —Не могу сказать. Но прошу тебя об одном,— тут он принял весьма загадочный вид и произнес следующее: Я всегда буду рядом с тобой. Стоит тебе только подумать обо мне—я почувствую это и буду знать, что ты со мной. Не переживай, я вернусь. Только жди. После этих слов он заключил меня в поцелуй. Наш последний, прощальный. Он встал и ушел. Тихо, беззвучно. Я осталась сидящей на балконе, под покровом ночи. Слеза катилась по моей щеке. Сердце болело. Но я не печалилась. Он вернется. Мой Дьявол обязательно вернется. ***