Вечер перемирия: второй шаг к свободе.

Все начинается с тишины. Густая, вязкая, бездонная темнота поглощает все вокруг. Джинкс идет босиком по коридорам особняка - стены кажутся незнакомыми, как будто кривыми. Воздух гудит от напряжения. Каждое ее движение - будто замедленно, а дыхание прерывистое, как после долгого бега. - Люкс? - зовет она дрожащим голосом. Ответа нет. Она открывает дверь в спальню - и все, что видит, это белое платье Люкс, брошенное на пол. Пятна крови ведут прочь, в сторону лестницы. Джинкс кричит, но из её горла не вырывается ни звука. Сцена меняется. Внезапно - подземелье, зловонное, влажное, с капающей с потолка водой. Люкс стоит на коленях в центре, израненная, но все ещё сияющая своей добротой. Её руки связаны цепями, губы дрожат. Над ней возвышается Силко, с горящим красным глазом. Его голос эхом отражается от стен: - Ты думала, я не узнаю? Моя девочка предала меня... Ради нее. Он поднимает кинжал - изящный, с заунским узором на лезвии. Джинкс бросается вперёд, но ее ноги будто приросли к полу. Она кричит, она умоляет, она хочет быть между ними. Но ничего не может сделать. - Ты всегда будешь моей, Джинкс. Даже если ты это забудешь. Даже если ты попытаешься сбежать. Лезвие опускается. Последний крик Люкс - и все исчезает в кроваво-красной вспышке. Она проснулась с рывком. Дыхание прерывистое, грудь вздымается, лоб покрыт холодным потом. Сердце бешено колотилось, будто хотело вырваться наружу. Несколько мгновений она не могла понять - сон это или уже ад наяву. Но рядом... Люкс. Она спала спокойно, на боку, золотые волосы рассыпаны по подушке. Свет её кожи казался почти неземным в полутьме. Она дышала ровно, безмятежно. Джинкс слабо выдохнула. Потянулась дрожащей рукой и нежно провела пальцами по волосам любимой. Тихо, почти шёпотом сказала: - Ты даже не представляешь, сколько раз я спасалась от него - просто глядя на тебя. Ты - единственный свет, что не обжигает. Ты - не пламя... Ты утро. Ты здесь... Ты настоящая. Я не дам ему тебя забрать. Никогда. Слова не были обещанием - они были присягой, произнесённой в полумраке, там, где свет почти не существует, но любовь - еще есть. Она склонилась ближе, прижалась лбом к ее плечу и замерла, позволяя себе одну - единственную роскошь - почувствовать себя в безопасности. Рядом с тем, кого действительно любила.

***

Кабинет Силко наполнял запах старых книг, табака и холодной злости. Огромное окно пропускало свет серого дня, вырезая фигуры в полумраке. Он сидел в кожаном кресле, склонившись над письмом, которое держал в пальцах, будто изучал его не глазами, а гневом, сдерживаемым внутри. Мадам Барро, аристократка из Пилтовера, восседала напротив, чинно скрестив ноги. На ее губах играла улыбка, а в глазах - холодный расчёт. Её взгляд скользил по лицу Силко, изучая его молчание, как будто знала, что ответ уже предрешён. Севика стояла в углу комнаты. Молча. Как всегда. Только сжимаемые пальцы на протезе выдавали напряжение, с которым она боролась. Силко отложил письмо. Его лицо оставалось непроницаемым, но голос, когда он заговорил, был точен, как лезвие: - Предложение удовлетворительное. Заун получит свое. Он сделал паузу. Поднял глаза, глядя прямо в женщину. - Вы - тоже. Мадам Барро слегка кивнула, удовлетворённая, будто заключила сделку не только с мужчиной, но и с его сердцем - или с тем, что от него осталось. - В таком случае, - промурлыкала она, - может обсудим детали... в более подходящей обстановке? Ваш... кабинет чересчур формален. Силко молчал еще мгновение. Его губы дрогнули, но не в улыбке - скорее в презрении адресованному самому себе. Он встал, оттолкнув кресло. - Следуйте за мной. Он был уже у двери, но прежде чем открыть ее, повернулся к Севике, и даже не глядя ей в глаза, спросил: - Все ли готово к "Вечеру перемирия"? Севика кивнула, плотно сжав губы. - Да, все идет по плану. - Хорошо, - и без дальнейших слов он вышел, сопровождаемый Пилтоверской гостьей. Когда дверь почти закрылась, Севика, не выдержав, злобно прошептала сквозь зубы: - Приятно повеселиться. Дверь захлопнулась. Тишина вернулась в кабинет. Только тугой ком в горле Севики и тень от стула, в котором больше не сидел тот, кого она все еще любила.

***

Улицы Зауна были наполнены гулом дневной жизни: пар от труб, запах масла и спирта, музыка, доносившаяся из таверн и механических лавок. Шумный, ржавый рынок Зауна встречал их смесью смога, пряностей и бедности. Джинкс шагала легко, с чуть безумной улыбкой на губах, будто ее лёгкость была не игрой, а настоящим свободой. Город кипел жизнью, но для неё это было всего лишь фоном. Рядом с ней шла Люкс. - Не вериться, что мы действительно вышли, - прошептала младшая Краунгард. Её золотистые локоны были скрыты под капюшоном, но глаза сияли - то ли от страха, то ли от восторга. Джинкс держала ее за руку. Её пальцы были чуть прохладные, как всегда, но тёплые в ощущении. Она рассказывала что-то в вполголоса, улыбаясь, смеясь дерзко и вольно. Внутри у нее больше не было страха - и не было желания возвращаться в покои мужа, где пахло тоской и ожиданием. - А я не верю, что он даже не попытался меня остановить. Сидит в своих красных покоях, кормит вином очередную куклу в корсете и думает, что я сдохну без его внимания. Так что, - сказала она, взглянув вверх на ржавые балконы, - пока госпожа Барро взбирается по лестнице карьеры...- она фыркнула, - мой муж вполне может заняться ее "вдохновением". Люкс нахмурилась, но не остановилась. Она знала, о чем говорит Джинкс. И не задавала лишних вопросов. - И ты не злишься? - тихо спросила блондинка, все же обратив к ней взгляд. - Зачем? Я ведь знала. Барро всегда тянулась к нему - даже когда я была рядом. Все в её взгляде: она не хочет власти - она хочет быть ею. Через него. Она сжала руку Люкс крепче. - А я... - тихо добавила она, - я уже выбрала, кого хочу любить. Люкс на миг замерла, а потом улыбнулась так, как могла улыбаться только она - с теплом, от которого даже Заун терял свою серость. - Тогда давай просто будем идти вперёд. Вместе. Джинкс остановилась у прилавка с детскими игрушками - криво склоченными, с ржавыми пружинами. Взяла одну в руки: заводной заяц, из уха которого торчал провод. Сломанный. Как и она. Но стоило дёрнуть за пружину - заяц запрыгал. - Видишь? - сказала синеволосая, глядя на Люкс. - Даже сломанные вещи могут двигаться. Даже сломанные люди могут начать сначала. Блондинка мягко коснулась её руки. - Именно поэтому мы и пришли сюда. Ты ведь видишь как живут эти люди? Силко кормит своих фавориток, но дети здесь - впроголодь. Ты больше не под его контролем. Ты можешь выбрать, на чьей стороне быть. И, честно? Я верю, что ты выберешь правильно. Джинкс посмотрела в глаза девушки - в этих глазах не было страха. Только тепло. Только вера. - Я устала быть его игрушкой, Люкс. Я хочу быть... собой. Хоть кем-то, кому не противно смотреть в зеркало. - Она вздохнула. - Но с чего начать? - С малого. С одного правильного поступка. А потом - еще одного. - Например? - Например, отдать этого зайца вон тому мальчику. Он уже пять минут не сводит с него глаз. Джинкс закатила глаза, но, усмехнувшись, подошла к ребёнку. Протянула игрушку. Тот взял её с недоверием, но не убежал. - Видишь? - шепнула Люкс, подходя ближе. - Не такая уж ты и страшная. - Погоди, скоро весь Заун дрожать будет - но не от страха, а от перемен, - произнесла девушка с вызовом. - И черт с ним, с Силко. Он потерял меня. А я - наконец-то нашла себя. Они продолжили прогулку, скрытые в толпе, под огнями города, где каждый скрывал свою боль.

***

Зал для переговоров был величественным и мрачным, как и сама атмосфера, которая царила внутри. Здание, в котором проходило мероприятие, было построено в стиле, совмещающем индустриальную мощь и утончённую элегантность - каменные стены, украшенные механическими деталями, которые выглядели как произведение искусства, но под их гладкой поверхностью скрывалась угроза. Это место, где перемирие, между двумя мирами должно было получить форму. Зал был огромным, с высокими потолками, где роскошные люстры из стекла и металла тускло освещали присутствующих. Пол был покрыт темными каменными плитами, под которым эхом разносились шаги гостей. В воздухе чувствовался химический запах, перемешанный с ароматом дорогих напитков, который источала приготовленная для мероприятия роскошная еда. Главная причина для этого важного события была ясна: подписание мирного соглашения между городами, которое будет включать в себя не только торговое сотрудничество, но и новое экономическое соглашение. Эта встреча была создана, чтобы укрепить взаимные отношения между Зауном и Пилтовером, а также продемонстрировать всем, что обе стороны готовы отложить свои разногласия ради большего блага. Для Силко, как правителя Зауна, это был важный шаг для укрепления его власти, но для Джинкс - это было лишь очередное напоминание о ее роли собственности в этом мире. Джинкс стояла рядом с Люкс, и ее наряд был поистине ослепительным, но с опасным акцентом. Она выбрала темное платье с металлическим вставками, которое не только подчёркивало ее статус и силу, но и привлекало внимание своей агрессивной элегантностью. Кожаные перчатки, высокие каблуки и металлические украшения, которые гармонировали с ее образом, говорили о внутренней жажде независимости. Она была красивой, но опасной, и ее взгляд, несмотря на внешний контроль, был полон внутренней борьбы. Люкс, в отличие от неё, была облачена в светлое платье, почти невидимое на фоне темного зала. Платье, выполненное в мягких бежевых и голубых тонах, символизировало её невинность и чистоту. Никаких металлических элементов, никаких излишних украшений - её образ был чистым, как она сама. Зал для переговоров наполнился звуками шорохов бумаги и скрипа кресел. Весь зал был затихшим - каждый присутствующий, от мадам Барро до других высокопоставленных гостей, ждал, когда Силко и Джейс, стоя за большими деревянными столами, наконец подпишут соглашение. Это был не просто юридический документ, это было соглашение всех взаимных интересах: торговля, экономика, возможно - даже мирное сосуществование. Силко встал, его плечи были расправлены, а взгляд, несмотря на внешнюю сдержанность, пронзал зал. Он все еще оставался тем самым мужчиной, который определял Заун. Его жесткие черты лица и выразительный здоровый глаз показывали, что он не собирался уступать, несмотря на внешний вид мирного соглашения. Он был поглощён важностью момента, но также тщательно контролировал ситуацию, как всегда. Джейсу было не легче. Он стоял с такой же уверенностью. Его плечи ровные, но в его глазах не было того холодного расчёта, который был в глазах Силко. Его лицо выражало профессиональнализм, но под ним скрывалась все та же неприязнь к Зауну. Для Джейса это был момент, когда нужно было сделать шаг ради достижения большего, но также он понимал, что каждый шаг в сторону Зауна может быть шагом на путь к самому себе. Они оба подходили к столу, где лежал документ, который символизировал их союзничество. Силко поднял перо, одним быстрым движением поставил свою подпись. Каждое его действие было уверенным, словно он показывал, кто здесь главный. Его пальцы сжали перо с такой силой, что почти казалось, что он душит контракт, а не подписывает его. Затем он передал письмо Джейсу. Джейс, не скрывая своего недовольства, но оставляя эмоции при себе, неохотно подписал документ. Его перо едва касалось бумаги, но его подпись была четкой и ясной, так же, как его намерения. Когда подписи были поставлены, между ними возникло странное молчание - напряжение было в воздухе, как натянутая струна. Это соглашение не просто было юридическим актом. Оно символизировало не только сотрудничество, но и скрытое противостояние между их мирами. Тишина в зале. Силко повернулся к собравшимся, его глаз мельком окинул зал, а затем, с холодной решимостью, он объявил: - Соглашение подписано. Пилтовер и Заун станут одним целым, и ни одна сила не сможет изменить этого. Но Заун останется независимым. Когда его слова прозвучали, словно приказ, Джейсу, несмотря на его усилия сохранять лицо, стало ясно, что этот момент уже был больше, чем просто договором. Это было политическое заявление от Силко. Силко не терял контроля, даже в момент, когда заключалось мирное соглашение. Джейс понял, что он не может манипулировать этим человеком, как бы он этого не хотел. После подписания документа и завершения этой напряжённой паузы, зал наполнился аплодисментами. Гости, стоя и хлопая, как по команде, создали атмосферу формального триумфа, но для Джинкс эти аплодисменты звучали не как триумф Силко. Это был звуковой фон, на котором она и Люкс могли найти себя. Джинкс не ощущала победу для Зауна, она видела только очередной шаг к её свободе. И этот момент для неё был внутренней победой, даже если никто этого не замечал. После того как Силко и Джейс подписали соглашение, и зал наполнился формальными аплодисментами, наступил момент, когда политические лидеры должны были покинуть пьедестал и направиться к столу с угощениями, где их ждали вторые половинки. Это был обычный ритуал для таких событий: женщины сопровождали своих мужей, в знак союза, уважения и дипломатического протокола. Мэл Медарда, представительница Пилтовера, с уверенностью подошла к Джейсу. Когда он спустился с пьедестала, она легко подставила свою локоть, а он, не сомневаясь, принял ее жест с улыбкой. Этот момент был простым, но все равно полным скрытого уважения и доброжелательности. Вместе они направились      в сторону столов с напитками, словно символизируя, что союз между Пилтовером и Зауном может быть не только политическим, но и личным. Когда Силко спустился с пьедестала, вся атмосфера в зале стала напряжённой, и Джинкс, несмотря на всю ее внутреннюю борьбу, подошла к своему мужу с готовностью следовать политическусу ритуалу. Она была готова, как всегда, взять его локоть, хотя и осознавала, что их отношения давно стали формальностью. Но то, что произошло, застало ее врасплох. Силко, с его ледяным взглядом, не подал ей локоть, как того требовали все протоколы. Вместо этого, не показывая никаких признаков, что намерен что-то изменить, подставил локоть мадам Барро, которая сразу подошла к нему с улыбкой. Это было ясно и очевидно, что никто не мог не заметить, как он отказался от своей жены, предпочтя провести вечер с женщиной, которая была ему ближе по политическим интересам. И этот жест был столь явным и публичным, что в нём скрывался не просто отказ, а целое унижение. Он проигнорировал её на глазах у всех. Без слов, они вдвоём направились в противоположную сторону, к столу с угощениями, где в это время уже стояли Джейс и Мэл Медарда. Толпа все еще шепталась, ловя на лицах друг друга тени насмешек. Джинкс стояла, чувствуя, как остатки тепла после публичного холодка Силко тают, оставляя внутри лишь стальной каркас. Она смотрела в пустоту, будто видела дальше этих стен, дальше этого вечера. И вдруг - лёгкое касание. Не требовательное, не демонстративное. Просто пальцы, осторожно скользнувшие по её запястью. - Цветочек... - еле слышно, так, чтобы даже шёпот растворился в шуме зала. Джинкс подняла глаза. Люкс стояла близко, настолько, что свет от люстр ловил золотые блики в её волосах. Взгляд - не жалостливый, а уверенный, как будто говорящий: “Я здесь, и мне все равно, что думают они". Внутри Джинкс что-то мягко сжалось. Мир вокруг - шелест платьев, хруст бокалов, тяжёлые взгляды - все это стало глухим фоном. Осталась только она и Люкс. Тепло её руки. Её дыхание, чуть быстрее обычного. И понимание: как бы громко ни пытался Силко заявить о своей власти, он уже проиграл - потому что сердце Джинкс принадлежит другой. На лице поднимается тихая, почти незаметная улыбка. Не для публики. Только для неё. Но её внимание переключилось на мадам Марго, которая, увидев этот момент, не смогла сдержать свой триумф. Химбаронеса с улыбкой, полной скрытого злорадства, медленно подошла к девушкам, и её шаги были уверенны и холодны. Она остановилась прямо перед Джинкс и посмотрела с презрением. - Ну что, Джинкс? Какого это - быть никем? - её голос был насмешливым, как у того, кто чувствует себя победителем. - Ты думала, что будешь вечной, что будешь всегда в центре его внимания? Но ты же знаешь, что рано или поздно это надоедает. Ты, как всегда, слишком бурная, слишком нестабильная. Силко не будет терпеть это вечно. И вот теперь, наконец-то, он выбрал другую, - она сделала маленький, почти танцевальный полукруг вокруг Джинкс, позволяя себе неторопливый глоток шампанского. - Сильную, уверенную, политически выгодную женщину. - Ты думаешь, меня это задело, Марго? Ты слишком самоуверенна, если думаешь, что можешь мне что-то доказать. - Знаешь, рано или поздно это должно было случиться, - произнесла химбаронесса, и её голос был ядовито мягким. - Силко всегда ищет новое, и ты... рано или поздно обязательно ему бы надоела. Она сделала лёгкий шаг вперёд, позволяя своей тени слегка накрыть Джинкс, словно демонстрируя своё превосходство. - Ты всегда была с ним, как тень. Как будто можно вообще рассчитывать на такого человека. Он использует тебя, и ты ничего не можешь с этим сделать, правда? Ты ведь не его выбор, не его любовь, а просто инструмент в его политической игре. Марго подошла еще ближе, её лицо теперь совсем близко к лицу Джинкс, а в глазах читалась небрежная уверенность, почти цинизм. - Ты просто украшение, которое можно поменять, когда оно износится. И знаешь, я бы на твоём месте, - она слегка усмехнулась, - я бы молчала и смирилась. Джинкс на мгновение замерла, но в её глазах вспыхнуло что-то непокорное. Её губы сжались в елва зачётную усмешку, и она тихо, но твёрдо произнесла. - Силко может выбирать кого угодно, Марго. Но это не меняет того, кто я на самом деле. Марго чуть нахмурилась, не ожидая такого сопротивления. Она чуть наклонилась вперёд, глаза блестели от раздражения и скрытой злобы: - О, конечно, "настоящая ты". Но помни: игра в независимость никогда не длится вечно. И ты это знаешь. Она сделала еще один глоток из бокала, затем с изящной, почти театральной грацией развернулась и, все еще ухмыляясь, удалилась в сторону, оставляя Джинкс стоять посреди зала, сжатую от напряжения, но не сломленную. Атмосфера была напряжённой, но одновременно пышной, как и следовало ожидать от такого важного события. Силко разговаривал с влиятельными химбаронами, но Джинкс не могла сосредоточиться. Все её внимание было приковано к мадам Марго. Её насмешки, унижения и тот холодный взгляд, который она бросила на Джинкс минуту назад, не выходили из головы. Люкс, стоящая рядом, почувствовала, как напряжение в воздухе усиливается. Джинкс была в своём элементе, но её взгляд был холодным и сосредоточенным. Она явно что-то задумала. - Ты знаешь, что я не могу позволить ей так просто уйти, правда? - Джинкс тихо, но решительно сказала, оглядываясь на Люкс. Младшая Краунгард посмотрела на неё с легким беспокойством, но её глаза были полны понимания. - Что ты собираешься сделать? - спросила она, все равно зная, что план у Джинкс всегда был. Синеволосая усмехнулась, ее взгляд стал резким и хитрым. - Я знаю, как подрезать самолюбие Марго. - В ее голосе прозвучал едва заметный сарказм, но глаза при этом горели опасной искоркой. - Скоро она поймёт, что играть с огнём - это опасно. Люкс наклонила голову, чувствуя, как её интуиция подсказывает, что Джинкс снова затеяла нечто крайне изощрённое. - Что ты задумала? - спросила она. Джинкс ответила не сразу, а ее взгляд скользнул по залу, замечая Элизу, которая как раз стояла с подносом для бокала вина. Синеволосая быстро повернулась к Люкс, её лицо стало серьёзным. - Позови Элизу, - сказала она тихо, но с таким тоном, что младшая Краунгард поняла: это не просьба, а приказ. - Она будет полезна. Блондинка кивнула и исчезла среди толпы, уверенно двигаясь через гостей, направляясь к служанке. Элиза, как всегда, была сдержанна и профессиональна, но в её глазах Джинкс замечала что-то, что могло бы помочь в её планах. Она сразу заметила Люкс, которая быстро подошла к ней. - Джинкс хочет, чтобы ты немедленно подошла к ней. - Люкс сказала это просто, с легким акцентом серьёзности, в её голосе была нотка подстрекательства. Элиза приподняла брови, ее глаза выдали интерес. Она знала, что когда Джинкс просила, она всегда имела какой-то хитрый план. - Конечно. - Служанка кивнула и последовала за Люкс. Когда Элиза подошла, Джинкс взглянула на неё с лёгким ожиданием. - Ты мне нужна Элиза, - сказала она, не скрывая своей уверенности. - Я хочу, чтобы ты отнесла Финну это вино. Элиза слегка нахмурилась. - Я поняла госпожа, но... Вы уверены? Как вы знаете, господин Финн предпочитает виски. Синеволосая лишь слегка улыбнулась. Её глаза блестели хитростью: - Я знаю, Элиза. Но поверь мне, это вино ему непременно понравится. Оно изумительное. И передай ему, что это... в знак благодарности за недавно проделанную работу. За то, что Финн раскрыл мне правду. Служанка моргнула, удивленная такими словами, но не успела задать лишних вопросов - Джинкс продолжила, почти шёпотом, но так, чтобы девушка услышала: - И, да... еще пофлиртуй с ним. Совсем немнооожко. Элиза замерла, не зная, что сказать. Она была поражена, но в её глазах читалась только покорность - приказ есть приказ. Медленно, но уверенно она кивнула: - Поняла. Я отнесу это вино Финну. Джинкс кивнула в ответ, едва заметно улыбнувшись. План начинал срабатывать. Она знала, что наблюдать за реакцией Финна будет особенно приятно. И рядом Люкс, тихо улыбающаяся, одобряла каждое движение. Зал был полон разговоров, звуков льющегося шампанского и шуршания платьев. Финн стоял рядом с одним из высокопрофильных химбаронов, обсуждая текущие политические и деловые интересы Зауна. И вот, в этот момент, его внимание привлекла Элиза, которая подошла к нему с подносом. Финн, заметив ее приближение, слегка усмехнулся, чуть склонив голову. Его собеседник, понимая, что это был знак окончания беседы, коротко кивнул и ушел, оставив мужчину один на один с этой девушкой. - Господин, - сказала Элиза, её голос был мягким, но уверенным. - Я принесла вам вино. Надеюсь оно вам понравится. - Вино, говоришь? - сказал Финн с лёгкой улыбкой, скользнув взглядом по её лицу. - Но ты же знаешь, что я предпочитаю виски. Девушка лишь улыбнулась в ответ. - Я знаю, господин, но Джинкс просила передать, что это угощение специально для вас. В качестве благодарности за помощь. Она благодарна, что вы раскрыли для неё правду, - её слова были тщательно подобраны, и в них было что-то почти интимное. Джинкс. Финн не смог не поддаться искушению. Он слегка наклонил голову, разглядывая бокал с вином, и, наконец, взял его. - Если это от неё... - сказал он, его улыбка стала чуть шире, и он аккуратно принял бокал. Он сделал небольшой глоток и на мгновение закрыл глаза, наслаждаясь вкусом. Вино действительно было хорошим - с лёгким, но запоминающимся послевкусием, которое сразу же заняло место в его вкусовых предпочтениях. - Хм, приятно. Вино вполне хорошее. - сказал он с искренним интересом, но не забывая о том, кто стоял перед ним. Элиза с улыбкой следила за его реакцией. Она не осмеливалась сделать больше, чем нужно, но лёгкий флирт в её глазах был виден. Она знала, что что ее задача была выполнена, и как бы невзначай, все это было частью большого плана. В этот момент Джинкс и Люкс спрятавшись за одной из колонн зала, наблюдали за сценой. Синеволосая с наслаждением скрещивала руки на груди, её взгляд был насмешливым, а на губах играла лёгкая улыбка. - Смотри, как она ластится. Слишком очевидно, правда? - Хм, это точно, - подметила блондинка. - Посмотри на него. Он даже не заметил, как его поймали в ловушку. Марго скоро почувствует, что не все в этом мире можно контролировать, - прошептала Джинкс с едва скрываемым сарказмом. Младшая Краунгард рядом с ней не могла сдержать усмешку. Она не знала, что планирует Джинкс, но была уверена, что это будет нечто интересное. - Она даже не пытается скрывать, что делает это с определённой целью, - тихо сказала Люкс. - Но ты... ты играешь опасную игру, Джинкс. - Марго думаете, что она может меня унизить? Пускай попробует. Сколько бы она ни пыталась, я всегда найду способ подняться выше. И, кстати, Финн тоже не против получить кое-какие бонусы от этой игры, - Джинкс усмехнулась. Её глаза блеснули. Как только Финн принял бокал вина от Элизы, её улыбка стала чуть более кокетливой, а взгляд - искренне заинтересованным. Она стояла чуть ближе, чем обычно, и её голос звучал мягче, чем при обычном общении с другими. Джинкс ведь не случайно выбрала её - Элиза умела быть искусной в таких играх, и она понимала, что её поведение должно быть едва заметным, но в то же время захватывающим. - Господин Финн, - произнесла она с легким акцентом на вежливости, её глаза слегка прищурились, - вы так редко позволяете себе такие удовольствия, - она сделала паузу, ожидая как он отреагирует на её слова. Финн, наслаждаясь вкусом вина, улыбнулся и поднял взгляд к служанке, который был одновременно заинтересованным и лёгким, как будто он вовлекался в игру. - Иногда, чтобы полностью насладиться моментом, нужно попробовать что-то новое, не правда ли? - его голос был слегка хрипловатым, будто он позволял себе быть немного менее сдержанным, чем обычно. Элиза обратила внимание на его лёгкую искренность, и в ее глазах вспыхнуло что-то игривое. Она шагнула чуть ближе, её дыхание едва слышно. - Возможно, иногда стоит попробовать не только новые напитки, но и новые встречи, - нежный девичий голос был мягким, но с едва заметной иронией, почти как поддразниванием. Она знала, что такие тонкости не останутся незамеченными. Химбарон ответил еще одной усмешкой. Его глаза хищно блеснули в свете свечей. Он явно наслаждался этим легким флиртом, понимая, что Элиза просто играет свою роль, но все равно не мог скрыть своего интереса. - Мне нравится, когда люди не боятся рисковать, - сказал он, слегка склонив голову. - Я ценю, когда люди открыты. Элиза, словно чувствуя, что этот момент пришёл, сделала шаг вперёд, едва касаясь его локтя. Её прикосновение было лёгким, но достаточно ощутимым, чтобы он почувствовал ее присутствие. - Так это правда, что вы не боитесь? - ее голос был почти шёпотом, а глаза искрились в полумраке. - Тогда что скажете, если я скажу, что вино только начало? Финн, почувствовав, как атмосфера меняется, засмеялся, но смех был тихим и немного растягивающимся, словно он оценивал ее смелость. - Я не против продолжить, - его ответ был с лёгкой загадкой, и в его глазах мелькнула искорка интереса. Зал наполнился тягучей атмосферой, когда Марго, заметив Финна и Элизу, была потрясена происходящим. Её взгляд был полон ярости, и каждое её движение было наполнено холодной яростью. Она буквально взорвалась. Её каблуки громко цокали по полу, когда она направилась прямо к ним. Лицо химбаронессы горело злостью, а губы были сжаты в тонкую линию. - Финн! - голос Марго разрезал шум зала. - Ты снова! Опять! Сколько можно?! Элиза вздрогнула, не ожидая такой резкой вспышки. Она испуганно прижала ладони к груди и тихо, почти незаметно для окружающих, начала пятиться в сторону, не желая оказаться втянутой в эту бурю. Сердце у неё колотилось - девушка понимала, что лучше исчезнуть, пока Марго не обратила гнев на нее. Химбаронесса тем временем шагнула ближе к Финну. Её глаза сверкали, а голос зазвенел ядом: - У нас был договор, Финн. Ты - только со мной. Только! - каждое слово она будто выплевывала. - А я вижу, как ты ведёшь себя, как... как будто я для тебя никто! Мне надоели твои измены! Надоело, что ты выставляешь меня дурой перед всеми! Финн тяжело выдохнул, но в его лице не было ни капли вины. Его протез блеснул в свете люстр, когда он чуть наклонил голову, сдерживая раздражение. - Марго, - произнёс он низким, жёстким тоном. - Ты перегибаешь. Я не твоя собственность. Ты не будешь указывать мне, с кем я могу говорить и как мне себя вести. - Не твоя собственность?! - она почти вскрикнула, сжав кулаки. - Ты обязан сдержать слово! Или твоя честь для тебя ничего не значит? Финн холодно усмехнулся. Его голос стал еще резче: - Моя честь - это мое дело! А вот твой контроль надоел мне до тошноты. Ты лезешь в каждый мой шаг, ты душишь меня своими требованиями. Думаешь, можно заставить меня быть рядом силой? Ошибаешься. Марго побледнела, потом, наоборот, залилась краской. Её руки дрожали, но она не собиралась уступать. - Без меня ты ничто! - прорычала она. - Я сделала тебя тем, кем ты стал! Финн резко шагнул ближе, нависая над ней, его голос был почти шёпотом, но от этого еще более угрожающим: - Нет, Марго. Я сделал себя тем, кто я есть. И ты это прекрасно знаешь. Они стояли так близко, что напряжение между ними ощущалось почти физически. Весь зал, еще недавно наполненный смехом и разговорами, теперь замер, устремив взгляды к центру, где разгоралась буря. Финн и Марго кричали друг на друга так, что казалось, стены особняка дрожат. Химбароны, купцы, гости - все напряглись, обсуждения оборвались на полуслове. Даже Силко, вальяжно беседовавший с Джейсом, медленно повернул голову, прищурившись, наблюдая за скандалом. Джейс, нахмурившись, тоже не мог отвести глаз. Марго с яростью обрушилась на Финна: - Ты должен быть только со мной! - кричала она так громко, что даже ближайшие музыканты запнулись на ноте. - Я устала от твоих измен, от твоего пренебрежения! Ты выставляешь меня посмешищем перед всеми! Финн до этого держался, его тяжёлый взгляд был направлен на неё, но в глубине глаз уже плескался гнев. Он глубоко вдохнул, будто пытаясь справиться, но терпение лопнуло. - Хватит, Марго! - его голос рванулся в зал, мощный, гулкий, заставивший несколько человек поблизости вздрогнуть. - Сколько можно? Ты орешь на меня при каждом удобном случае, как будто я мальчишка, который должен отчитываться перед тобой! Химбаронеса отшатнулась, но тут же шагнула вперёд, с вызовом подняв подбородок: - Потому что ты нарушаешь обещания! Ты обязан быть только рядом со мной! - Я никому ничем не обязан! Я устал от твоих претензий. - выкрикнул он, и теперь уже почти половина зала слушала, затаив дыхание. Ситуация перестала быть "личным спором" и превратилась в маленький публичный спектакль, за которым теперь следил весь зал. И в этот момент, пока все внимание было приковано к бушующей паре, две женские фигуры в стороне обменялись взглядами. Джинкс и Люкс, укрывшиеся в тени колонны, хитро улыбнулись друг другу. В их глазах блеснуло удовлетворение: план удался даже лучше, чем ожидалось. - Ну что, цветочек, - шепнула Джинкс, склонившись к блондинке, - зрелище получилось лучше любого бала. Люкс слегка прыснула со смеху, прикрыв губы рукой. Они тихо, почти неслышно, скользнули прочь из зала, оставив за собой разгорающийся скандал. Никто и не заметил их ухода: все были слишком увлечены зрелищем. Когда двери за ними мягко закрылись, шум ссоры остался позади, а на лицах девушек все еще играли лукавые, победные улыбки. Они вышли из зала, где все еще доносились крики Марго и Финна, и остановились в длинном полутемном коридоре. Пламя факелов бросало на стены рваные тени. Джинкс, прижимая палец к губам, с хитрою улыбкой обернулась к Люкс. - Ну что, цветочек... - она хмыкнула, глядя в глаза возлюбленной. - Время переходить к следующему шагу. Люкс склонила голову, её золотые волосы мягко заскользили по плечу. - И какой он? - спросила она, в её голосе звучало предвкушение, но и лёгкая тревога. Джинкс прищурилась, словно открывала перед собой шахматную доску. - Если Силко не хочет, чтобы я вмешивалась в дела Зауна... - она сделала паузу, - значит, я буду вмешиваться. Причём так, что все это заметят. Краунгард моргнула, чуть приоткрыла рот. - Ты хочешь...? - Да, - перебила Джинкс, и ее голос зазвенел азартом. - Лекарства. Еда. Одежда. Все, что нужно этим убогим жителям внизу, которые каждый день дышат дымом и травятся в своих подвалах. Я начну помогать им. Но не как жена Силко - как их Джинкс. Она рассмеялась - звонко, но с искрой вызова. Люкс не смогла удержаться от улыбки: её глаза засияли гордостью и нежностью. - Ты решила прислушаться к моему совету, - тихо сказала она, и в её голосе прозвучало счастье. - Я знала, что в тебе есть эта сила. Синеволосая пожала плечами, но взгляд её стал твёрдым. - Пусть Силко бесится. Пусть думает, что теряет власть надо мной. Чем больше народ будет любить меня, тем труднее ему будет держать меня в клетке. Она шагнула ближе к Люкс и шепнула, почти касаясь её уха: - А любовь народа - это то, чего он никогда не сможет у меня отнять. Джинка облокотилась о каменную колонну, нервно покрутив между пальцев зажигалку. В её глазах горел огонь упрямства. - Он думает, что я сломаюсь... что буду тихо сидеть, как его послушная жена, - произнесла она с усмешкой, больше похожей на оскал. - Но я не игрушка. Люкс сделала шаг ближе, осторожно коснулась её руки, будто боялась спугнуть. - Ты никогда ей и не была, - мягко сказала она. - Ты - та, кто способен менять мир вокруг себя. - Мир, - хмыкнула Джинкс, но в её взгляде мелькнуло тепло. - Знаешь, светлячок, мне плевать на мир. Но Заун... они мои. Эти люди гниют в трущобах, пока химбароны и Силко богатеют. Он думает, что я не должна вмешиваться? Ха! - она щёлкнула зажигалкой, и пламя вспыхнуло. - Я вмешаюсь так, что его гордость треснет по швам. Люкс не сдержала улыбки, глаза её засияли от радости. - Я помогу тебе подготовить все, что нужно, - уверенно сказала она. - Лекарства, еда... Мы найдем тех, кто поддержит тебя. И тогда весь Заун увидит, кто их настоящая королева. Джинкс резко прижала её к стене, заглядывая прямо в глаза. - Не "королева", цветочек, - прошептала она с опасной улыбкой. - Я хочу быть для них символом. Пусть они любят меня так, как он никогда не сможет. Она оттолкнулась и пошла вперед, её шаги гулко отдавались в коридоре. - Это еще один шаг. Шаг, чтобы наконец разорвать этот брак с Силко. Она обернулась, и скользнула взглядом по Люкс и мягко улыбнулась, но глаза были полны твёрдости: - А если Силко решит встать у меня на пути... - голос её прозвенел холодной сталю, - я заставлю его пожалеть. Люкс остановилась на мгновение, глядя ей вслед, и сердце её сжалось - от восхищения и от страха.