Часть 2

       Би-Хан сидел за длинным мраморным столом, нетерпеливо постукивая карандашом по поверхности. Выражение его лица не сулило ничего хорошего.        — Я ждал тебя, — прошипел он, прищурив глаза.        — И я пришел. И всегда приду, брат, ты же знаешь..., — прямо как в детстве, обратился к нему Куай.        Скорпион позволил себе присесть прямо на стол, сдвинув лежащую стопку книг. Игнорируя удивление старшего, потянулся и взял того за руки, такие теплые раньше и такие холодные сейчас.        — Брат, идя сюда, я вспоминал наше детство. Помнишь, как отец лупил меня кнутом за непослушание, а ты пытался укусить его за руку, пока я кричал? Защищал меня. — Улыбнулся и нежно погладил большим пальцем снизу ледяной ладони, — А помнишь...        — Убери руки, Куай Лян.        Криоманту явно не хотелось вспоминать прошлое.        Но Скорпион лишь сжал сильнее:        — Нет.        И тут он почувствовал на своих горячих руках пробивающий до дрожи ледяной холод, от пальцев до запястий начал расползаться настоящий лед. Скорпион еле отдернул примороженные между собой ладони.        — Ты хотел заморозить меня?!        Би-Хан грубо оттолкнул брата в сторону:        — Убирайся. С. Моего. Стола.        Скорпион помотал головой, отказываясь верить в то, что происходит. Но таки встал со стола и отошел в сторону.        — Я знаю, что ты и Томаш замышляете против меня, — Сказал Би-Хан, — Я знаю, что придет час, и ты предашь меня.        У Скорпиона глаза на лоб полезли:        — Что ты такое говоришь, брат?        Вместо ответа Саб-Зиро медленно поднялся из-за стола. Приближаясь все ближе к стоящему неподвижно Куаю, он практически вжался в него, уткнувшись лбом в лоб.        — Ты мой, Куай Лян. И только мой, — голос опустился до еле слышного шепота, — ты понимаешь, что я говорю тебе?        — Мне холодно..., — прошептал Скорпион, глядя в глаза.        — Значит, не понимаешь...        Саб-Зиро размахнулся — и звон пощечины разрезал комнату пополам. Скорпион в ужасе отшатнулся, схватившись за щеку. Би-Хан впервые ударил его.        — Что ты делаешь!? Что ты, мать твою, делаешь?!        Лицо Грандмастера пылало смесью жара и холода. Дыхание тяжелое, он как-будто стал еще больше в размере.        — Я выбью из тебя всю дурь. Я сделаю так, чтобы у тебя и в мыслях не было предать меня и клан. Отец всегда был слишком добр к тебе, но сейчас — Саб-Зиро поднял перед его лицом сжатый кулак — я займусь твоим воспитанием.        Не успел Скорпион что-то возразить, как Би-Хан молниеносно набросился на него, быстро развернув к себе спиной и намертво сжав сильными руками. Игнорируя брыкания, потащил к своему столу. Куай молча, задыхаясь, начал вертеться в стороны, пытаясь выбраться из цепких лап, но тот держал крепко. Черные волосы растрепались, пряди выбились из пучка, на лбу выступила испарина.        Сжав губы, скривив рот, что на щеках появились морщины, Саб-Зиро кинул брата к столу, а тот ударился животом об угол. И тут же навис на нем сверху, рыча прямо в ухо:        — Не противься воле Лин Куэй, брат.        Би-Хан был сильнее. А вот силы Скорпиона будто враз покинули его. Он даже не до конца понимал, что тот хочет сделать, мысли заглушил бешеный стук сердца. Саб быстрым движением вывернул Куай Ляну руки за спиной до хруста и намертво одним движением пальца крепко-накрепко приморозил их между собой. Тут-то до младшего начало потихоньку доходить, что происходит.        — Ты чертов сукин сын, что творится в твоей голове! Сейчас же прекрати!        — Молчи!        — Но, брат! — Попытался воззвать к остаткам разума Скорпион.        — Слушайся своего Грандмастера! — Удар в живот.        Скорпион согнулся от боли. Распластавшись на столе с завернутыми за спиной руками, услышал, как тот одним движением срывает с себя штаны.        — Нет! Нет! — Из последних сил крикнул младший брат, — Не смей!        Би-Хан быстро плюнул себе на руку, а другой рукой схватил Куая за волосы, сорвав резинку, грубо наклонив голову вниз, удерживая. Лихорадочно начав мять свой полувставший член влажной рукой, рявкнул на ухо:        — Тебя никто не услышит, кричи, сколько влезет!        Не было сил сопротивляться, живот ныл, руки хрустели так, будто вот-вот сломаются суставы. Скорпион зажмурился, дрожа от слез, выкрикнул:        — Ты же мой брат!        Но Би-Хан проигнорировал эти слова. Крепко сжав свой член, прижав плечами Куая к столу, а ногой протиснувшись между его колен, дёрнул за штаны, которые тут же предательски упали вниз.        — Н-нет..., — всхлипнул пиромант.        Слезы душевной боли выступили на глазах. Его братик, его опора по жизни, лучший друг, с детства заменивший умершую мать, сейчас напоминал скорее бешеного зверя, наплевавшего на все моральные принципы, на элементарные законы самого мироздания.        — Би-Хан, умоляю, не надо! Не делай то, за что потом будешь себя ненавидеть, — глотая слезы, крикнул Куай.        Но Би-Хан не слышал его. Еще раз наспех плюнув на руку и размазав слюну по всей длине своего толстого члена, ледяной ниндзя подвел пенис близко-близко к сухому отверстию. Тронул пальцем. Слишком сухо.        — Открой пасть, — скомандовал строго. — Открой, я сказал! — Схватил того за лицо, надавив двумя пальцами по щекам до хруста челюсти, что рот сам широко открылся, и тут же засунул всю пятерню.        — Аааммммм.., — Куай замычал от боли.        Саб-Зиро засунул пальцы чуть ли не до гланд, щедро собрав всю слюну, провел по корню языка, вызвав у того рвотный рефлекс. Куай Лян поперхнулся, сдерживая рвоту, вязкая липкая густая слюна потекла по подбородку - как раз то, что надо для криоманта.        — Вот так.        Два мокрых пальца провели по нежной коже вокруг ануса, сначала чуть войдя внутрь, а затем и полностью. Чувствуя, как еле-еле, по сантиметру, преодолевая всю узость сжавшихся стенок, протискиваются его пальцы, тяжело раздвигая и проникая все глубже, у Скорпиона искры летели из глаз в прямом смысле.        Было больно, чертовски больно и неприятно. Как-будто все внутренности сдавливаются под напором. Пальцы зашли так глубоко, что снаружи осталась лишь ладонь. Этот гад еще и умудрился поранить его, Скорпион явно ощутил, как что-то кольнуло внутри.        Вытащив пальцы из тут же сжавшегося отверстия, Би-Хан тем же сдавливанием щёк заставил младшего открыть рот и смочить их ещё раз, чем вызвал очередной приступ рвоты у бедного Куай Ляна, а затем, уже очень скользкие, они вошли в отверстие, как нож в масло. Саб начал двигать ими внутри, параллельно расширяя и готовя к вторжению. Скорпион мотал головой, как умалишенный, отказываясь верить в происходящее. Он ничего не мог сделать. Брат был во много раз сильнее, да еще и руки надежно скованы льдом.        Наконец, решив, что младший готов, Саб-Зиро подвел член к анусу.        — Ты не сделаешь этого..., — впервые Куай, превозмогая боль в шее, обернулся к старшему брату.        — Уже сделал.        И резкий толчок внутрь.        Крик Куай Ляна, казалось, услышали даже старшие боги. Он судорожно, как в припадке, начал извиваться, бодаться, всеми силами вырываться, но Би-Хан схватил его обеими руками и лишь сильнее заморозил. Теперь льдом были покрыты еще и плечи Скорпиона.        Еще толчок. И еще.        — Прими меня. Прими меня, брат. Мы одно целое. — повторял Грандмастер, толкаясь в Куая, — Мой. Ты мой. И ничей больше. Не отца и не матери, и даже не свой собственный. А мой. — Совершая резкие грубые фрикции, Саб перешел на хрип.        Струйка крови медленно потекла по внутренней стороне бедра несчастного Куай Ляна. Член брата, казалось, вот-вот разорвет все внутри. С каждым толчком все новая и новая порция боли. С каждым толчком внутри что-то умирало, выдавливая все воспоминания из детства, все, что было раньше.        Би-Хан упивался своим могуществом и властью над братом. Грубо схватил за шею, окончательно прижав голову к поверхности стола, а затем сам склонился над ним. Убрав мешающие, хаотично разбросанные и прилипшие к потному лицу Куая пряди черных волос, Саб-Зиро рвано дышал холодом прямо в ухо огненного. Он толкался в него с нечеловеческой силой, вжимался всем телом, отрезав всякий путь к отступлению. Член, как поршень, скользил внутри, с каждым движением все больше наказывая Скорпиона за мысли о якобы предательстве клана.        О, высшие боги, как же ему было больно. Его тело еще не знало такой боли, хотя за все свои годы Скорпион получал десятки различных травм, но ни одна из них не могла сравниться по боли с той, которую он чувствовал внутри себя.        Внезапно, сквозь пелену страданий, Скорпион почувствовал влажный поцелуй сзади шеи. А затем ощутил, как язык его мучителя двигается от линии челюсти к виску. Услышал близкое дыхание прямо у самого уха. Би-Хан покрывал поцелуями его шею, облизывал и ласкал холодными губами. Зачем? А тот и сам не понимал, зачем. Может, в порыве эмоций, не контролируя себя.        — Ты мой, Куай Лян...мой, — шептал в ритм толчков, как ненормальный, Би-Хан, сам не понимая, кому и зачем он это доказывает. Самому себе или младшему брату?        Звуки мокрых звонких шлепков сквозь стоны боли и рык удовольствия. Криомант сжал челюсть брата в ладонях, совершая последние, самые сильные и глубокие толчки, а затем протяжно сдавленно застонал. Скорпион почувствовал горячую волну влаги внутри пульсирующих внутренностей. Брат кончал в него много и бурно. Это был конец. Конец всему.        В неконтролируемом порыве Би-Хан обнял Куая Ляна, уткнувшись лбом ему в шею. Тяжело дышал, слушая стук своего сердца, и ощущая дрожь младшего. Скорпион чувствовал, как подергивается член внутри, изливаясь порциями спермы. Оргазм постепенно прошел, а Би-Хан продолжал сжимать в руках тело брата, не желая его отпускать:        — Теперь...в тебе останется часть меня. Мы связаны навсегда. — Не ослабляя хватку ни на секунду, тихо сказал Би-Хан.        — Я никогда не прощу тебе этого..., — процедил сквозь зубы Скорпион.        — Мне это и не нужно.        Наконец, Би-Хан выпустил Куая из стальных объятий. Надев штаны, он отстранился, отошел от стола, наблюдая, как стекает его сперма из родного брата. По ляжке, смешиваясь с красным следом крови, утекая вниз по ноге. Глядя на это, криомант испытал ранее не известное ему чувство удовольствия, что-то новое, неизведанное, навсегда поселилось в его черной душе. Молча он подошел и вытер рукой, а затем поднял его упавшие штаны и сам завязал пояс.        Скорпион беспомощно оглянулся на старшего в немом вопросе: и что теперь?        — Лед скоро растает. — Пытаясь восстановить дыхание, тихо сказал Би-Хан.        — Безумец..., — прошипел Куай, — хорошо, что отец не дожил до этого момента.        — Мне все равно. А теперь пошел прочь. — Пальцем указал на дверь.        Согнувшись и хромая, все еще с замороженными сзади руками, Скорпион повернулся в сторону выхода.        — Ты предал меня, ты предал отца, ты предал свой клан. Я тебя ненавижу, будь ты проклят. — Со всей искренностью громко сказал огненный ниндзя.        — Нет. Глупец. Я навсегда в тебе, ты не уйдешь от меня никогда. Как бы ты того ни хотел.        Грандмастер подошел к брату, тот инстинктивно отшатнулся в сторону, но старший поймал его за плечо и встал напротив. Глядя в карие глаза, провел большим пальцем по раскрасневшимся губам.        — Ты мой...