Глава 2. Я побыстрей усну, чтобы тебя не видеть

      «Что я наделал, что я наделал?» — горько повторял Хосок.       Вновь мысли не дают покоя.       «Я его ранил? Я не хотел. Он выглядел так, будто его приложили чем-то тяжелым. А вдруг мы снова с ним столкнемся? Надо сменить имидж и уехать из города. Что за бред с девушкой, зачем я наплел? Ну не правду же сказать, что я боюсь, что он мне сердце разобьет. Может вернуться и сказать, что передумал? Замолчи, замолчи, просто заткнись!»       Опять этот беспрерывный поток, мысли, что громче музыки ночного клуба, переживания, которые не выключить, нажав на паузу. Как он устал от мыслей, о боже, вот бы просто не думать!       «Юнги... Юнги, прости, но так будет лучше. Ты бы все равно не хотел себе в пару такого поломанного и трусливого человека. Я идиот во всем. Тебе так будет лучше. А я просто... Переживу», — мысленно обращался он к тому человеку, которого несколько минут назад сам же и послал куда подальше.       Легче? Он и правда думал, что так будет легче и меньше переживаний? Ведь сейчас ему совсем не легко! Это невыносимо.

Медленно пульсирующее сердцебиение отдается в ушах,

Несмотря на то, что пытаюсь сбежать, снова падаю в пропасть,

Ни одна песня больше не действует на меня,

Кричу, не издавая ни звука.

      Может музыка поможет? Раствориться в ней, оглохнуть от этих строк. Просто лежать на кровати в своей одинокой квартирке и свернуться в клубок, силясь стать меньше, а может и вовсе исчезнуть.

Медленно тону, будто я в трансе.

Борюсь, но вокруг лишь дно океана.

Каждый момент растягивается в вечность.

Заснимите же это, заснимите это,

Слышите меня?

      Если нагрубил Хосок, то почему же ему так больно? Ведь ранили не его, а он. И вот вновь эта привычная боль, это чувство где-то в животе или в горле, где-то внутри. Почему он такой слабый, беспомощный? Эта чертова эмоциональность и чувствительность всегда мешала жить. Чуть повысят голос - в слезы, в сериале герои счастливы - в слезы, разбили сердце - в слезы. Почему он такой? Почему его так ранят мелкие и незначительные детали? Каким способом защититься от этого?

Всё глубже...

Да, такое чувство, что я опускаюсь всё глубже,

Я теряю концентрацию.

Нет, просто отпусти меня,

Пускай мои ноги сами несут меня.

Я погружусь в самого себя,

В самой глубокой бездне

Я увидел себя.

      И вот вновь. Он будто навсегда остался тем запуганным тринадцатилетним подростком, который не знает, куда ему деться. Дом не кажется родным, а в других местах и подавно места себе не сыскать. И он просто в растерянности. Что делать? Что нужно делать в жизни? Какие тут правила? Как человек должен вырасти за мгновение и в определенную секунду быть осененным «Ага! Теперь я знаю, зачем живу! Хочу стать к-поп айдолом!». В какой момент это должно произойти? Разве не глупо требовать от человека рациональности, взвешенных решений, амбициозности, когда он - лишь ребенок, которого без инструкции закинули во взрослую жизнь. Просто скинули с моста и крикнули «А че это ты не знаешь, как отсюда выбираться? Ты взрослый! Надо знать». Но откуда? Никто не учит этому. Ты просто потерян в пространстве и времени, совсем один наедине с ранами, ошибками прошлого, которые грызут и грызут тебя изнутри. И разве можно обвинять человека в трусости, потому что он не может найти в себе силы снова быть раненым? Разве той боли, что он прочувствовал за годы своей жизни, недостаточно, чтобы наконец со спокойной душой сдаться и честно, без стеснения, без сомнений сказать «Я сделал все, что мог»?

Все посторонние шумы и звуки были вырезаны.

Это убивает меня сейчас,

Убивает меня сейчас.

Ты слышишь меня, да?

      Чон вытянул руку, глядя на тонкие полоски шрамов на запястье. Он помнит всё. Прекрасно помнит каждую эмоцию, что испытывал в те моменты, каждую мысль, что проскальзывала в голове снова, и снова, и снова. Казалось все хорошо, будто прекратил на полгода и теперь он взрослый и в порядке, но нет. Незначительная мелочь, глупая ссора с родителями - и вперед по новой. Но теперь он правда перестал, теперь остались только отвратительные белые полоски на запястьях и плечах, которые каждый день напоминают ему, что он неправильный. Ненормальный, странный в плохую сторону. Больше никаких ссор, Хосок давно простил родителей, отпустил обиды, никакой горечи, никакой злобы. Но ничто уже не забудется. И простить себя... Разве возможно? Ведь это он себя таким сделал, ведь он стал таким апатичным, безэмоциональным, бесполезным, одиноким, пораненным лишь из-за самого себя и своих действий! И осознавать это тяжело. Он поломанный и видит доказательства на собственной коже. Поэтому заставлять своего соулмейта возиться с собой и своими загонами несправедливо по отношению к Юнги.       Завтра выходной, поэтому можно не переживать. Да и вовсе думать не стоит. Это не он... Не здесь и не сейчас. Это не его квартира, не его кровать. Не он сказал те глупости Юнги, не он ненавидит себя. Ведь на самом деле в своих снах он другой, громкий, яркий, гиперактивный, заразительно счастливый. Настоящий. Где-то в мыслях, где-то во снах, где-то наедине в собой, когда-то в детстве... Это был Чон Хосок. А сейчас просто кто-то, в кого он играет против воли, проваливаясь в сон на чьей-то чужой кровати, чтобы завтра проснуться в чужой квартире и проживать чью-то чужую жизнь.

Это убивает меня сейчас,

Убивает меня сейчас.

Ты слышишь меня, да?