Глава одиннадцатая. …и по совести с душой
14 января 2024, 14:00⟣ · · ⟡ · · ⟢
Следующее утро выдалось на редкость мирным. Не случилось никаких нечаянных встреч выпускников с преподавателями или человеческой анатомии с подсвечниками — ничего подобного. Гарри оценил. Он вообще, после двух подряд, да ещё с утра пораньше, появлений в своей спальне Северуса Снейпа, понял, что сильно недооценивал отсутствие потрясений и острых ощущений. Жаль только, что воспоминание о близком знакомстве с подсвечником, очевидно про́клятым предыдущими поколениями Блэков, — «Очевидно, даже неоднократно!» — не желало блёкнуть. Конечно, изо всего случавшегося с Гарри это не было самым болезненным. Тут пальму первенства цепко удерживал «Круциатус» от Волдеморта. Подсвечник в этом смысле был так себе, на червёрочку, по-маггловски говоря. То есть, говоря по-волшебному — на «выше ожидаемого». Но ведь как раз в ожиданиях и было дело. От Волдеморта Гарри ничего, кроме «Круциатуса», и не ожидал, а вот от подсвечника ожидал совсем иное. Наверное поэтому гадская вещица так и врезалась в память. Вполне резонно он предположил, что от этой моральной травмы его вылечат последующие позитивные впечатления от секса. Ну и от подсвечников. И желательно — по отдельности. Пока же он попросил Лестера заменить тот самый подсвечник на похожий, но не идентичный, чтобы в дальнейшем не бояться использовать тот не по назначению. А что использовать захочется, сомневаться не приходилось. Волосок блондинистой красотки-туристки буквально жёг карман, а ничего более подходящего для трансфигурации подобного в подобное Гарри как-то не приходило на ум. За ранним завтраком, по заведшейся самой собой привычке он наслаждался видом горной долины. Словно гигантский цветок та раскрывалась вслед за подъёмом солнца. Чем выше забиралось светило, заливая долину лучами, тем ярче становились краски. Капельки, оставленные на траве и листве прошедшим ночью дождём, бриллиантово сверкали. И именно сегодня утром Гарри впервые смог разглядеть эту самую траву и листву. Тот, у кого всю жизнь было нормальное зрение, не поймёт человека, который обрёл способность чётко видеть только к сознательному возрасту. Для Гарри трава и листья не являлись чем-то обыденным и неинтересным, как для подавляющего большинства, ведь раньше он воспринимал деревья и лужайки только как нечто однородное — пятно определённого цвета. Теперь же он видел, что эти пятна состоят из отдельных листиков и травинок. Вот и разглядывал сад, лес за садом, горы, облака, и ему казалось, что он просто переполнен новым. Новым видением мира. Буквально. «Как же Северус был прав. Действительно, с чего я решил, что в очках хорошо вижу? Но кто бы мог подумать, что настолько плохо на самом деле?Но какое же всё кругом красивое. Такое необыкновенное! А если посмотреть сверху?» И Гарри поспешил за метлой и тёплой одеждой. Что поделать, он всё ещё был очень магл и совершенно забывал порой, что может воспользоваться магией. Например — наложить на себя согревающие чары, а метлу добыть одним из двух способов: «Акцио» или Лестером.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Налетавшись, новый хозяин Блэк-манора повторно уселся завтракать всё на той же террасе. Но после первого круассана решил закрепить вчерашний положительный опыт и отбыл в Лондон, в понравившийся спортклуб. А вот уже после пробежки на механической дорожке и упражнений с отягощениями, преисполненный чувством выполненного долга, позволил себе насладиться обильным вкусным завтраком. Душу грела надежда, что через пару-тройку месяцев и он будет гордиться отражением в зеркале. «И кому другому при случае можно будет похвастать».⟣ · · ⟡ · · ⟢
После второго завтрака, но вместе с пресловутой первой утренней чашечкой кофе Лестер вручил своему хозяину письмо: — От мистера Малфоя-младшего. Начиналось то весьма неоднозначно:ТЫ!!! ПОХОТЛИВЫЙ ТУПОГОЛОВЫЙ ИДИОТ!!!
Большие скачущие буквы — написанные явно второпях: вкривь и вкось, с брызгами чернил — выглядели настолько агрессивно, что Гарри на какую-то долю секунды показалось, будто те сейчас спрыгнут с пергамента и набросятся, закусают его, словно стая злобных плотоядных пикси. Он даже отбросил письмо, поддавшись впечатлению. Уставившись на валяющийся на столе лист, сложившийся по сгибу, Гарри перебирал в уме варианты того, что могло бы так… — «Расстроить?» — взволновать его нового, самого полезного друга. Что ни говори, а в последние дни общение у них с Драко шло в совершенно ином ключе, и подобного ничто не предвещало. Вариантов нашлось откровенно мало. А точнее — один. Последнее письмо от самого Гарри. Ещё точнее — вопросы в письме. Ну а если совсем уж точно — вопрос про шрамы. Подумав ещё немного, он пришёл к выводу, что Драко в курсе личностей тех, у кого имеется подобное «украшение». «И кажется, если судить по началу письма, он несильно одобряет моё с этими людьми знакомство. А вдруг Драко точно знает, про кого я спросил? То есть он видел Северуса голым? Вот же Хорёк. И здесь пролез. А вдруг!.. — тут Гарри задохнулся от возмущения, — а вдруг он видел Северуса настоящим?» В душе у него завозился червячок — «Да какой там, нахрен, «червячок»! Василиск!» — ревности. Почему-то предположение, что его новый друг видел ту самую — тайную, ничем не скрытую — внешность Северуса, задевало сильнее, чем мысль о том, что один мог видеть другого голым. Гарри осознавал, что это нелогично, но ему очень хотелось быть единственным посвящённым в тайну Северуса. Не зря же он не написал Драко обо всём в подробностях, а просто спросил про тату и шрамы, безотносительно тел, на которых увидел подобное. Но… Короче, смотреть выше: очевидно, Драко был в курсе. «Н-да, Малфоёныш — это тебе не Рон. В смысле — не дурак. Ой, Рон не дурак! Ай, кому я вру? Рон… Скажем так, Рон гораздо менее склонен к размышлениям. Он не рассуждает, он просто сразу высказывает в лоб свою точку зрения и кулаком в то же место помогает оппоненту ту усвоить. Хотя в последнее время он стал… Чутче, что ли? Ладно, не о Роне речь. Хорёк однозначно понял, кого я имел в виду, — и тут Гарри пронзила мысль, что между Драко и крёстным того, кроме почти родственных отношений, было и ещё кое-что общее. — Надеюсь, всё же не постель, а просто нынче уже неактуальная принадлежность к одной интересной организации. А если… А если это он их так? Всех. Значит, и у Драко?.. Нет, это слишком. А если да? Не только Северуса, а и Драко, и Люциуса, и… Да ну, нет! А если?.. Но женщин же… Ох…» — Гарри стало невыносимо жаль и зловредного Драко, и суку Люциуса, и — «Не дай бог!» — Нарциссу. Про Северуса и говорить нечего. Это придало ему смелости вновь взяться за чтение письма. Он подтянул лист поближе и одним пальцем приподнял и отогнул верхнюю половину. В письме… Ну, можно сказать, там содержалась просьба о визите. «Изложено конечно резковато, но доходчиво. А что ж он сам не пришёл? Ах ты ж бля! Я ж вчера камин ото всех сразу закрыл. Мамочки! Хорёк меня загрызёт!» И Гарри поспешил с террасы в главный холл, к огромному камину, отменить блокировку и встретить гостя, который сейчас явно не радовался затянувшемуся ожиданию. А налетевший лёгкий ветерок откинул верхнюю половинку листа и позволил солнечным лучам пробежаться по крупным неаккуратным буквам послания, кое-где даже прорвавшим пергамент.ТЫ!!! ПОХОТЛИВЫЙ ТУПОГОЛОВЫЙ ИДИОТ!!!
Ты там с кем ебёшься??? Тебе нахуя mon papa бордель оплатил?! Ты там с кем?.. Это Пожиратель, дебил шрамоголовый!!!DLM
P. S. Открой камин, сука!!! Я тебя… Я… Если ты жив ещё, я тебя… Я сам тебя уебу!!!⟣ · · ⟡ · · ⟢
Крайне разозлённый Драко буквально вывалился из камина, в лучших традициях самого Гарри, как только он дал тому доступ. Взъерошенный, с палочкой наголо «гость» бешеными глазами прожигал хозяина дома. Гарри аж попятился: — М-малфой! Ты… ты чего? — Где он? — прошипел Драко, озираясь по сторонам. — Кто? — Тот, с кем ты переспал! — практически выкрикнул тот и тут же перешёл к ощупыванию и верчению Гарри, в точности как сам он недавно вертел и оглядывал Лестера. «Волнуется, — умилённо подумал он. — Заботится. Ах ты ж Хорёчек». — Он тебе ничего не сделал? — Да никто мне ничего «не сделал», успокойся, — проворчал он, пряча улыбку, и уточнил: — И почему сразу «он»? — Да потому! Точно не сделал? — не поверил Драко. — Но всё равно тебе срочно надо в Мунго. Срочно! На тебе однозначно какое-нибудь отложенное смертельное проклятье! — и потянул Гарри за рукав к камину. — Драко. Ты это… — попытался вставить он, тормозя продвижение. — Заткнись! — рявкнул тот, но всё же остановился и, глядя вроде бы на Гарри, но в то же время будто сквозь, забормотал: — Что делать? Что же надо сделать? — и почти сразу озвучил план действий: — Так! Слушай меня. Сначала я за крёстным. Пусть Северус тебя осмотрит и решит, как действовать дальше. А ты пока… Ты простыню принеси. Вашу. Там могли остаться следы чужого колдовства, потому что всё остальное — волоски, пот, сперму, — этот наверняка за собой подчистил. Но следы заклинаний ещё могли остаться — так что неси. И руками неси. Руками! А не чарами. Он, кстати, давно ушёл? — Твой крёстный? Так вчера ещё, — недоумевающе протянул Гарри. — Да ёбарь твой, а не мой крёстный! — взорвался Драко. — Чё ты из себя идиота строишь?! — Да не было никого у меня! — возмутился он наговору. — А крёстный? — тут же поймал его Драко. — Вот только он и был. И чё ты кричишь-то? Чё ты мечешься? Чё ты там напридумывал себе? — Гарри уже тоже начал заводиться. — Яааа? Я «напридумывал»? Да я просто знаю, у кого сейчас такие шрамы на спинах в этой стране! — Драко уже откровенно орал, наступая на него. — И это нихуя не законопослушные милые мальчики! Ну или дядечки! С кем ты там?.. Ммм!.. Это Гарри, поняв, что, общаясь на таких тонах, они никогда не разъяснят это недоразумение, подскочил к Драко и по-простому зажал тому рот ладонью: — Я — ни с кем. Не ори. Успокойся. Тот заморгал ошалело, как Рон спросонок, по всей видимости донельзя удивлённый простотой бывшего Избранного. Чуть придя в себя, Драко оторвал чужую ладонь от своих губ и сморщился, словно раскусил безоар: — Фу, Потти! Где твои манеры? Выхватив из кармана платок, тот принялся тереть губы. — Ну не ори ты, — проворчал Гарри, тоже вытирая ладонь, но увы, об брюки. — Да всё, блядь, не ору. — Вот и не ори, — НЕ ОРУ! — Орёшь, — упрекнул он гостя. Драко наклонился вперёд, упёрся руками в колени, вдохнул и выдохнул, постоял так, свесив голову вниз. Распрямился уже успокоившимся: — Фух. Всё, не ору. Видишь? — Вот и молодец. Пойдём присядем, — позвал того Гарри. Развернулся и, не дожидаясь, пошёл к большим двустворчатым дверям, ведшим в малую гостиную. Драко постоял на месте, сверля ему⟣ · · ⟡ · · ⟢
В гостиной Гарри уселся на удобный кожаный диван и похлопал ладонью по сиденью: — Садись. — Постою, — огрызнулся Драко. — Сядь, кому говорю, — он чуть повысил голос. — Я сейчас тебе всё расскажу, только беситься перестань. — Я ещё и не начинал, — проворчал Драко, нехотя усаживаясь. — А-а, так это ты так не бесишься? Ну-ну, — Гарри скептически хмыкнул. — Тогда и не начинай, пожалуйста, когда я расскажу. — А что? «Тогда» найдётся из-за чего? — опять напрягся тот. — Нууу… Гарри привычным жестом взъерошил волосы. — Да говори уже! — вскинулся Драко. — Не ори. Возможно, что и найдётся. Но пообещай, что ты не станешь… А знаешь что, отдай-ка ты мне палочку. — И крайне довольный найденным решением Гарри протянул руку. Брови Драко взлетели под чёлку: — Охуел? — Так будет безопаснее, — попытался оправдаться он. — Да что ты говоришь? — съязвил тот, отодвигаясь подальше. — Для кого, блядь? Для меня? Я в такой «безопасности» уже был, когда ты с моей палочкой по стране носился. — Ну извини, — Гарри вполне искренне немного смутился. — Но сам же понимаешь, что тогда иначе никак было. Драко тоже взъерошил себе волосы пальцами и, совершенно для того несвойственно, участливо спросил: — Ох, Потти, ну что ты опять натворил, балбес? Во что вляпался? Гарри молча ждал со всё ещё протянутой рукой. Откинувшись на спинку дивана и тяжко вздохнув, Драко всё же вынул из-за манжета светлую боярышниковую палочку и вложил ему в ладонь: — На, держи. — Вот и хорошо, — обрадовался он, пряча чужую палочку под диванную подушку. — Вот и чудно. А то ещё прибьёшь меня ненароком. — Давай сразу крёстного позовём? — как-то без огонька предложил Драко. — Ой, вот этого не надо! — слегка испугался Гарри. — Не-не! Мы уж сами как-нибудь. — Вот это меня и настораживает, — пробормотал тот. А на Гарри нахлынуло какое-то дурное веселье. — Да что ты? — кривляясь воскликнул он. — То-то я и вижу: пришёл Драко в гости весь такой расслабленный, а тут — глядите-ка! — насторожился. — Ха-ха-ха, бля. Как смешно, — съёрничал тот в ответ, тоже снова распаляясь. — Короче. Ты меня будешь слушать? — попытался Гарри вернуться к теме разговора. — Да! — выкрикнул Драко. Стало совершенно очевидно, что так препираться они могут ещё долго. — Лестер, — позвал Гарри.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Невозмутимый домовик бесшумно возник рядом с диваном. — Лестер приветствует гостя хозяина, — умеренно поклонился тот в сторону Драко. — Лестер слушает хозяина. — Принеси, пожалуйста, моему гостю Умиротворяющий бальзам и воды попить. — Воды я сам себе наколдую, — влез Драко и не смог удержаться от едкого комментария: — А то ходят у тебя тут… всякие. Лестер только согласно склонил голову. А Гарри слегка обиженно уточнил: — Какие? — Всякие. Вот хотя бы крёстный мой, — и Драко опять съязвил: — Зачастил что-то, как я погляжу, не? — Он по делу! — искренне возмутился Гарри. — Вот чтоб и мне в его «дела» не вляпаться случайно, я сам себе водичку наколдую, — подвёл Драко итог их маленького спора. — Истеричка, — буркнул Гарри. — Да и похуй, — усмехнулся его оппонент. — Параноик! — обозвался он. — Не отрицаю, — ухмыльнулся Драко. — Хорошо. Лестер, только стакан и зелье, — уточнил Гарри. — И зелье чтоб покупное. С залитой пробкой, — тут же возник Драко с очередным указанием. — Да хорошо! Хорошо, — воскликнул уже снова раздражённый чужой, излишней по его мнению, придирчивостью Гарри. — Лестер, сделай так, как просит Драко, — продублировал он на всякий случай. — Лестер поспешит исполнить, — вежливо ответил тот и испарился выполнять поручение.⟣ · · ⟡ · · ⟢
— А «с залитой пробкой» — это что значит? — поинтересовался Гарри. — Ты что, никогда зелья в аптеке не покупал? — удивился Драко. — Ну… Нет, — пробормотал он. — Вообще? А витамины хотя бы? — ещё сильнее удивился тот. — Какие «витамины»? В таблеточках? — уточнил Гарри. — Или жевательные, детские? Я думал, это только маглы витамины едят, а у магов оно… само как-то, — смутился он. — Потти, — Драко покачал головой, — ты к жизни приспособлен так же, как… Примерно, как котёнок слепой. — Я уже не «слепой», — возразил Гарри. — Я без очков, не видишь, что ли? Сам ты «слепой». Он покрутил головой из стороны в сторону, демонстрируя гостю своё лицо с разных ракурсов. Драко совредничал, но как-то без огонька, больше по инерции: — Извини, не обратил внимания. Не до того было — тебя спасать спешил. — Не заводись, — одёрнул того Гарри. Они посидели немного в тишине, потом Драко начал вполне мирно рассказывать: — Зелья в аптеках продают во флаконах с залитой сургучом пробкой с оттиском печати изготовителя. Понял? А то ведь можно и разбавить, и влить чего-нибудь. Понял? Гарри кивнул. — И витамины мы, как и маглы твои, дополнительно употребляем. В жидком виде, как и большинство магических лекарств. Понял? — Да «понял» я уже всё, — буркнул он. Казалось унизительным демонстрировать собственную неосведомлённости даже в столь обыденных реалиях жизни магов. — Ты вообще расти собираешься? — уточнил вроде как и без зелья успокоившийся Драко. — Или так и будешь Мальчик-с-пальчик? — Сам ты «с пальчик»! — обиделся Гарри. — У меня с этим всё нормально. — С чем это «с этим», а? — немедленно заинтересовался его собеседник. — Эээ… — он понял, что опять ляпнул лишнего. Просто на словах «Мальчик-с-пальчик» у Гарри возникла чёткая ассоциация с тем толстячком, в образе которого он мотался в Лондон за женскими волосками. А точнее, с той частью чужого тела, которой как раз-таки не хватало длины. Но конкретно об этом эксперименте ему даже вспоминать не хотелось, а уж тем более рассказывать. — Ну, чего молчишь? — не пожелал Драко оставить тему. «Вот ведь воистину хорь — только дай вцепиться во что-нибудь, не отпустит». — А у меня вообще со всем всё нормально. А теперь и с глазами тоже, — несколько невпопад ответил Гарри и поторопился поинтересоваться: — А что за Мальчик-с-пальчик вообще? Это что-то наподобие моего прозвища? Как Мальчик, Который Выжил? Когда Драко истерически заржал, он понял что торопился зря, стоило тщательнее подбирать темы для обсуждений. — Потти! Ой, не могу! — хохотал тот. — Это ж сказка. Ты чё? Сказок не читал? Вот тут Гарри откровенно обозлился и обиделся: — Да, блядь! Нихуя я не читал! В детстве мне некому сказки читать было, а в юности только Дамблдор «Сказку о трёх братьях» счёл полезным до меня донести. — Кхм… Прости, Гарри, — смутился Драко вполне искренне. Даже выпрямился и сел ровно. Он же, отвернувшись, раздражённо засопел. — Не подумав ляпнул, правда. Извини, — скорчил его гость просительную рожицу. — Извинил, — буркнул Гарри. — Это хорошо, — сразу же оживился тот и принялся немного заискивающе пояснять: — А Мальчик-с-пальчик… На самом деле жил давным-давно один непослушный мальчик. И однажды опрокинул на себя котёл с уменьшающим зельем. Так маленьким и остался навсегда. Постепенно его история стала просто поучительной сказкой. — Ясно, — покивал Гарри, разворачиваясь обратно, лицом к прощённому собеседнику. — Как со Спящей Красавицей, значит. А то мне Северус вчера рассс… — Ктооо? — перебил Драко, глядя обалдело. — Что? — не понял он. — Кто тебе «вчера»? — непонятно уточнил Драко. — Се-северус, — промямлил Гарри, уже в процессе жалея, что проговорился. Конечно не было в том особого секрета, что они с Северусом перешли на имена. Правда, сообщить об этом Драко явно стоило не столь резко. Но пожалел он о своей откровенности вовсе не из-за чужой реакции. Да, Гарри хотелось похвастать доверием, оказанным ему вечно закрытым, застёгнутым на все пуговицы Северусом Снейпом. Но точно так же хотелось сохранить это только для себя. «Почему-то». А его гость уже разогнался от ноля до ста всего за несколько секунд: — «Северус»? Крёстный тебе уже «Северус»? Как… Ааах! Так это ты с ним?!. Так это он с тобой?.. То есть это вы… Ну пиздееец. — Ты о чём? — не понял Гарри. — Я «о чём»? Это я-то «о чём»? Это ты! Это всё ты! Ты с ним! А я… И подскочив с дивана, Драко бодро пронёсся по комнате туда-сюда, всплёскивая на ходу руками.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Но тут… «Очень вовремя», — не мог не отметить Гарри. …снова возник Лестер, с пакетом из крафтовой коричневой бумаги в ручке: — Лестер принёс зелье. Самое лучшее. Флаконы опечатаны, гость хозяина может убедиться. Но «гость хозяина» продолжал мерить нервными шагами ковёр. Тому явно было не до каких-то там зелий. Поэтому тихонько звякнувший содержимым пакет Лестер вручил Гарри. — Спасибо, — поблагодарил он и обратился к Драко: — Вот, Хорёк. Пей, блядь, своё успокоительное быстрее. С тобой же просто невозможно разговаривать, — и протянул тому один флакончик. Драко, в очередной раз проходя мимо дивана, вырвал скляночку у него из руки. Сорвал пробку, осыпав ковёр крошками сургуча, но пить не стал, а обвиняюще ткнул пальцем: — Это всё ты… — Пей, сказал! — рявкнул уже действительно раздражённый этой надуманной драмой Гарри. — Не ори на меня! — возмутился тот, но обороты сбавил. — Дай сюда палочку. Стакан тоже дай, — получив просимое, забормотал: — Экскуро триа. Акваменти, — побулькав сначала зельем, потом водой, шумно выдохнул и объявил: — Фух. Всё, я спокоен. Говори. — Северус… И да, мы с ним перешли на имена! — решительно начал Гарри. — Но! Не он меня, ни я его. Не того, короче. Не то, что ты подумал. Он меня… Ну… Лечил? Если, конечно, это можно так назвать, — к концу тирады Гарри немного сбился с уверенного тона. Заметно успокоившийся Драко плюхнулся на диван, неаристократично подвернув ногу под задницу, и с хитрой рожей заявил: — Вот ни разу твои «объяснения» не помогают мне увериться, что вы с крёстным «не того», как ты выразился. Гарри понял, что легко не будет: — Уффф. Ну как бы тебе объяснить… Пришлось ему в подробностях пересказать своему новому, самому полезному другу всё случившееся за последние дни. Правда, сделал это Гарри в обратном порядке: начал с «лечения» Северусом его доверчивости, а закончил своими приключениями в чужих телах, в качестве финального штриха живописав встречу организма шатенки с подсвечником. Принятое успокоительное подействовало на мерзкого Хорька крайне странным образом, потому что не раз и не два тот прерывал Гарри своим безостановочным ржанием. Ему даже пришлось самому принять порцию Умиротворяющего бальзама, чтоб не врезать насмешнику.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Дослушав до конца откровения Гарри и проржавшись, Драко в свою очередь принялся рассказывать. Начал с заданных в письме вопросов. История со шрамами была проста и печальна. Как и предположил Гарри, подобные сувениры всем Пожирателям на телах — за исключением женщин, к его великому облегчению — на долгую о себе память оставил Волдеморт. Потому Драко и обозначил так чётко пол его предполагаемого одноразового партнёра. Это были шрамы от заклинания «Огненная плеть», которым Волдеморт владел виртуозно и использовал регулярно и с удовольствием на своих горе-вассалах. И в качестве собственно кнута, и в качестве пряника тоже, просто в гораздо меньшем количестве — не более пары раз, для стимуляции мозговой и прочей активности. Ну а Северус Снейп огребал господской «милости» по первое число. Поскольку, находясь в Хогвартсе, в непосредственной близости от Избранного, за два года так и «не нашёл способ» представить «неуловимого» Поттера пред алые очи «Лорда Судеб». Гарри слушал, кивал понимающе. А у самого, пока Драко демонстрировал спину с некоторым — «Конечно гораздо меньшим, чем у Северуса, но всё равно!» — количеством шрамов, аж в ушах звенело от напряжения, так он старался удержать выброс. Пришлось выпить ещё порцию успокоительного. В заключение неприятной темы Драко прочёл весьма познавательную лекцию: от каких заклятий и магических существ остаются несводимые шрамы; где на Косой аллее можно сделать тату волшебными красками. Объяснил, что татуировка — если при нанесении используют краски на основе пигментов из магических растений и животных — как бы встраивается в изначальный образ человека. — Другой вопрос — где простой магл умудрился сделать себе тату волшебными красками? — Драко в задумчивости потёр кончик носа и предположил: — Скорее всего — где-нибудь на Востоке. В культуре Японии и иных стран того региона слишком тесно переплетены верования простого населения и магия. Клали там на Статут большой болт. Гарри не стал выяснять: откуда чистокровный маг в энном поколении знает про болты, как те положено класть и на что, — «Ну мало ли?» — а молча продолжил слушать. И Драко не разочаровал, добавил интересных фактов в копилочку: — Кстати, при применении в Оборотном зелье волоса человека, сделавшего лазерную эпиляцию — ту, которая волосяные луковицы «убивает» напрочь, — эффект переносится на реципиента. «Логично, луковицы-то уже того — тю-тю. Это ж не просто волосы сбрить или вырвать», — согласился Гарри и заметил вслух: — Так вот почему у моего первого неудачного донора была такая приятная гладкость на всех интимных местах. Ну буду знать. А то я, честно говоря, потом подумал, что тот парень от наркоты уже лысеть начал. Гарри передёрнуло от воспоминаний, а Драко только посмеялся. Но кое-что, видимо, тоже припомнив, тут же принялся ворчать и обзываться: — А ещё, Потти, камины ни у кого не бывают перманентно на распашку, как у тебя, болван ты эдакий. Но и закрываться ото всех сразу тоже не вариант. Наворчавшись и наобзывавшись, Драко просветил Гарри по хозяйственной части: — Во всех поместьях есть эльф-домовик, ответственный за приём — ну или как раз таки за не приём — визитёров. Он следит за всеми каминами в доме: чистит; зажигает-гасит; обеспечивает наличие дров и летучего пороха. И этот же домовик первым получает сигнал от каминных чар — нечто наподобие стука в дверь, — а дальше действует по заведённому в доме порядку. Со знакомыми, то есть с теми, чью магическую подпись домовик может идентифицировать, поступает так, как оговорено было хозяевами. То есть кого-то пускает, а кого-то — из тех, кого не велено пускать — игнорирует. А с незнакомцами действует по другому протоколу, тоже заранее установленному хозяевами. Гарри согласился, что болван он, действительно, а не хозяин. И решил завтра же с утра со своим эльфом-привратником… — «Или как его называть? Прикаминником?» — всё обговорить. «А вот, кстати!» — Драко, а кто такой эльф-кастылян? — несмело спросил он и закончил растерянно: — Я не видел у себя ни одного домовика на костылях. Мои — все здоровенькие. Если Гарри думал, что раньше его гость мерзко над ним ржал, то сейчас понял, что ошибался. До этого Драко, как выяснилось, вёл себя просто прекрасно и идеально сдержанно. А вот сейчас… сейчас да, тот ржал. Мерзко. Не просто ржал, а, развалившись на диване, всхрюкивал и подвывал. Естественно, он не выдержал и облил насмешника струёй воды из палочки. Тот даже не обиделся, а поблагодарил икая, сказал, что сам остановиться ещё долго не смог бы. Потом, изредка замолкая и с надутыми щеками переждая очередной приступ смеха, Драко разъяснил, кто такой эльф-кастелян. В Блэк-маноре таковым — вполне ожидаемо — оказался Лестер. Гарри мысленно пометил себе в планах на ближайшее будущее переговорить и с Лестером тоже. Обсудить рабочие моменты, так сказать. Ну а потом они с Драко хорошенечко так отобедали.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Потом пришёл, как и было обещано, Северус. Смерил их скептическим взглядом из-под изящно заломленных бровей, угостился десертом за компанию, осмотрел глаза Гарри и постановил: перед сном закапать в самый последний раз половинную дозу зелья. Потом тот ушёл, оставив двух болванов, в свои юные годы уже успевших стать ветеранами противоборствующих армий, напиваться дальше. И конечно же обсуждать, как это обычно само после пары-тройки бутылочек винца случается, предпочтения в сексе, случаи из жизни и прочее, прочее, проч…⟣ · · ⟡ · · ⟢
Проснулся Гарри ближе к обеду, в собственной — «Слава богу», — постели. «Слава богу — один». Оценил удобство жизни с домовиками. Выпил Антипохмельное. Прибавил ещё пару баллов к и без того высокой оценке маленьких и незаметных «зелёных человечков» и побрёл просыпаться на горшке, с понравившейся книжкой, уже подходившей к концу. План мероприятий на сегодня был прост: завтрако-обед; встреча со своим доверенным «окулистом» на полставки; заказ у того же витаминных зелий, рассказами о пользе которых Драко вчера ему проколупал дыру в черепе; потом… «Ну а там — как пойдёт. Вечерком стоило бы посетить спортзал, дабы не рушить новый режим. И хотелось бы прикупить ещё книг этого же автора, уж больно интересно пишет». Так всё и прошло, как было запланировано. Северус осмотрел его глаза и поздравил с окончанием лечения. Остатки зелья были торжественно уничтожены здесь же, а ментальный артефакт, под⟣ · · ⟡ · · ⟢
А у Гарри состоялся разговор с Лестером. Выяснилось, что с момента вселения нового хозяина тот исполнял не только свои обязанности кастеляна, то есть старшего домовика-распорядителя, но и обязанности его личного домовика. И Гарри счёл это проблемой. «Наверное, мне надо переставать чуть что звать Лестера, а выбрать себе другого ушастика, — но к такому он оказался совершенно не готов морально. — Да ну бля! Лестер меня уже видел-перевидел во всяческих ситуациях, позах, видах и телах. Абсолютно не желаю ещё кто-нибудь вводить в курс. Слишком много будет посвященных. Слишком стыдно. Слишком». — Лестер, — неуверенно предложил Гарри, — я очень хотел бы, чтобы ты стал моим личным домовиком. Это можно устроить? Мы могли бы по-прежнему обсуждать с тобой хозяйственные вопросы, а дальше ты, например, отдавал бы указания твоему заместителю. Или нескольким. Тот, довольный, склонился в поклоне: — Как прикажет хозяин. Лестер несказанно горд стать личным домовиком главы рода. Это огромная честь и доверие. И хозяину не стоит беспокоиться: личный домовик главы рода всегда контролирует остальных. Просто, пока в роду Блэк не было главы, должность кастеляна была старшей. — То есть ты согласен? — уточнил Гарри, предпочтя пропустить мимо ушей все эти «глава рода». — «Я потом всё уточню и выясню. Потом-потом. Попозже. Вот школу закончу, вот тогда». Хотя что тут было выяснять? Всё было настолько прозрачно, что… Но Гарри был просто не готов. Потом была тренировка, потом ужин, сборы в школу и здоровый сон.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Утро подарило Гарри совершенно непобедимую эрекцию. Каменный стояк с трудом согласился покинуть своего обладателя после второго подряд оргазма, подаренного крепкой мозолистой ладонью. Смазана та была ни в коем случае не мыльным зельем. «Нет! — нет, Гарри ведь теперь был опытным, битым жизнью дрочером, так что мыльное зелье использовать собирался исключительно для мытья. — Эту ошибку я не повторю». Стоило бы признать, он вообще не повторял однажды совершённых ошибок. А так часто попадал впросак просто потому, что каждый раз совершал новые. Но выводы Гарри делал. Так что воспользовался баночкой из практически неисчерпаемого запаса, презентованного начинающему коллеге Драко Малфоем в качестве стартового бонусного пакета. Той самой. Заветной — с комком чего-то на крышечке, — бережно спрятанной в тумбочке. «Вот чё здоровые нервы с мужчиной творят. А ведь ещё и витамины будут. Мать моя женщина! Как же ж мне теперь? Я ж сотрусь! Стоит поспешить с экспериментами и разобраться с ориентацией» — так рассуждал Гарри, после душа осторожно промокая яйца пушистым полотенцем. Он старался и не нежничать чересчур, и в то же время не прижать как следует, чтобы опять не возбудиться. Потому что потенциал на третий заход в организме вполне себе ощущался.⟣ · · ⟡ · · ⟢
После очередной тренировки, покупки книжек и сытного обеда, Гарри решил, что достаточно передохнул в собственном теле и готов продолжить эксперимент по познанию противоположного пола. Он постановил, что эта женщина будет последней, с чьим телом он ознакомится перед визитом в «весёлый дом». «А то время идёт, уже двадцать четвёртое августа, скоро в школу. Как я оттуда буду в публичный дом выбираться?» — посмаковав последнюю фразу, повторив ту пару раз, Гарри словил заряд веселья. Он хотел уже идти готовиться к приёму Оборотного зелья, но вначале явно стоило бы разобраться с возможными неурочными визитами. Впрочем, и с урочными тоже. — Лестер, — позвал он. — Лестер слушает хозяина, — возник тот перед ним, спокойный и надёжный, словно гранитная скала. — Мне нужно дать указания прикамин… мнэээ… — Гарри замялся, будучи не в силах подобрать прилично звучащее определение этой должности. — А кто тут у нас за камины ответственный? — вышел он из положения. — Лестер сейчас представит хозяину Лайтера, — слегка поклонился тот. — Ну да, — пробормотал Гарри под нос, — кому ещё, как не Зажигалке, за огонь отвечать. Лестер исчез, но буквально через пару секунд вернулся не один. — Лайтер слушает хозяина, — озвучил другой домовик стандартную фразу и глубоко поклонился. — Здравствуй, Лайтер, — поприветствовал того обалдевший Гарри. — «Вот так Лайтер. Да это не Зажигалка, это целый Пожарчик». Большущие круглые глаза Лайтера были ярко-оранжевыми, а на голове имелся хохолок. Размеров этот клочок не то волос, не то шёрстки был весьма скромных, но настолько вырвиглазно-огненного цвета, что назвать это просто рыжим, язык не повернулся бы ни у кого. Казалось, на эльфячьей головёнке действительно полыхает огонёк зажигалки. — Послушай, Лайтер. Нужно перенастроить камины. — Каким образом хозяин хочет это сделать? — тут же с готовностью уточнил яркий домовик, моргнув пару раз подряд левым глазом. — Эээ… Я думал, ты сам это сделаешь, — обомлел Гарри, предвидя непосильную для себя задачу. — Если Лестеру будет позволено вмешаться… — тихонечко напомнил тот о себе. — Позволено! — обрадовался Гарри, надеясь, что сейчас его спасут. — Ты, Лестер, в дальнейшем можешь вмешиваться без предупреждения, — щедро предложил он. Но его либерализм не был оценён. — Если Лестеру будет позволено покритиковать хозяина… — и пауза. «Ооо, я узнаю этот брюзгливый тон, сейчас меня будут… Ах ну да, он же так и сказал: «Покритиковать». Ну пусть критикует. Только за что?» — Да. В смысле — «позволено». Что я опять не так сделал? — вздохнул Гарри, настраиваясь на длительную протокольную беседу. Лестер с готовностью пустился в объяснения, что же именно их с Лайтером непутёвый хозяин опять сделал не так. — Не стоит разрешать домовым эльфам нарушать раз и навсегда установленный в роду протокол общения с хозяином, — высокопарно заявил тот и добавил уже гораздо тише: — Даже таким мудрым и воспитанным, как Лестер. «Вот. Всё как у людей: сам себя не похвалишь — никто не похвалит», — усмехнулся про себя Гарри. А «мудрый и воспитанный» между тем продолжал: — Не все домовые эльфы отличаются манерами и выдержкой. А первую сотню лет большинство молодняка и вовсе чрезвычайно поспешны, шумливы и несдержанны в эмоциях. Гарри тут же вспомнился Добби: «Вот уж кто был «шумлив». Ну и «несдержан в эмоциях», это да. Молодой, значит, был? Эх, — пожалев бестолкового боевого товарища, Гарри вздохнул и решил больше не нарушать протокол общения: — Раз мудрый и воспитанный так говорит, то не стану. А то вдруг им это как-нибудь вредит? Ещё одного эльфа с логикой Добби я ведь могу и не пережить, с моим-то свежеобретённым невезением». — Так. Лестер, ты закончил критиковать хозяина? — не без подъёба поинтересовался данный хозяин, посмеиваясь про себя. — Лестер «закончил критиковать». Теперь Лестер хотел бы уточнить, — с совершенно каменной моськой заявил тот. — Уточняй, — царственно кивнул Гарри. — Настройку каминов Лайтер осуществит конечно же самостоятельно. Тот на словах Лестера ещё раз поклонился, а Лестер продолжил: — Лайтер имел в виду, что нуждается в указаниях: каким магам оставить доступ к дому, а кому в доступе отказывать; кого можно пускать всегда, а кого только по предварительной письменной договорённости; как предупреждать хозяина о гостях; какой камин настроить на приём гостей… — Ой да тут всё просто! — воскликнул наивный Гарри, перебивая мудрого и воспитанного домовика. Но оказалось, что нифига не просто. Как бы он ни стремился максимально упростить инструкции, получался весьма и весьма разветвлённый алгоритм. Пришлось взять перо и бумагу и засесть за черновик, чтобы и не забыть ничего, и не запутаться.⟣ · · ⟡ · · ⟢
— Тэээк-с. Вроде всё. Лайтер, ты готов слушать? — более-менее определившись, обратился Гарри к домовику, всё это время терпеливо ожидавшему указаний. Тот снова поклонился молча и преданно уставился на Гарри, опять дважды моргнув только левым глазом. «Шо эта? Это у него нервный тик, или он мне подмигивает?» Но в любом случае немногословность домовика-огневика ему импонировала. — Хорошо, приступим. А ты, Лестер, тоже слушай. — Лестер слушает хозяина, — послушно согласился тот. — А если я что-нибудь забуду, то ты напомни, пожалуйста. Не стесняйся. Так. Запоминай, Лайтер. Всегда можно пускать только профес… мастера… сэра… — «Ооо! Да что ж такое-то опять? Ррр! Заново!» — решительно повелел Гарри самому себе и продолжил, стараясь излагать максимально чётко: — Всегда пускать: лорда Принца, Драко Малфоя, Невилла Лонгботтома, Фредерика и Джорджа Уизли и Ронааа…льда Уизли, — на имени своего самого первого друга Гарри запнулся не потому, что сомневался, а только лишь потому, что в последний момент захотел придать тому немного солидности. — Вот. Их можно пускать в любое время и в любом состоянии. На этом простые указания и закончились. Дальше пошёл тот самый алгоритм, снабжённый массой условий из разряда: если не так, то вот этак, а если не этак, то… Многочисленные «если» были всякие-разные: если на дворе день, если ночь; если посетители пьяные, если ранены; если хозяин отсутствует/сильно занят/спит/моется/велел не беспокоить. Но постепенно картина вырисовывалась. За каждым из шести облечённых особым доверием лиц были закреплены гостевые апартаменты. Северусу был открыт круглосуточный доступ в лабораторию. А потом… потом «если» наконец-то закончились. — Со знакомыми всё решили, слава тебе господи. Идём дальше. Всех остальных не пускать, — подвёл простой итог уставший Гарри. Лестер тихонько крякнул, а Лайтер насторожённо моргнул мандариновым глазом. «Правым», — отметил Гарри. — Лайтер может уточнить у хозяина? Он приглашающе повёл рукой и щедро позволил: — Конечно. Уточняй. — Вообще никого больше не пускать? — недоверчиво спросил Лайтер. — А почему бы и нет? — пожал плечами Гарри, не понимая, в чём проблема. — Все мои знакомые прекрасно владеют заклинанием «Патронуса». Сам учил, — не смог не похвастаться он. — Так что свяжутся напрямую, если срочно понадобится. А незнакомые — только… Как ты там сказал, Лестер? — По предварительной письменной договорённости, — флегматично проговорил тот. — Во-во, по ней, — закивал Гарри. — Запомнил, Лайтер? — Лайтер всё запомнил, — заверил тот, прижав ручки к груди и опять моргнув левым глазом. И тут же спросил: — Но Лайтер ещё хотел бы узнать: в какое время у хозяина начинается день, а в какое — ночь? — Непростооой вопрооос, — протянул Гарри и задумался. Он любил по утрам поспать подольше, а по ночам почитать. Но решил, что взрослая жизнь накладывает обязательства, и, тяжко вздохнув, всё же обозначил приемлемые временные границы: — Вот с десяти утра — пусть будет день. По вечерам же и вовсе не хотелось ничьего общества. Возможно, так сказалось небывалое изобилие дружеских попоек, имевших место в этом месяце; а может быть — полнейшее отсутствие уединения в последний год; но Гарри мечталось об одиноких тихих вечерах у камина. — А ночь с семи… Ладно, с восьми. С восьми вечера уже ночь, — заключил он твёрдо. — Ночь-ночь! — И резко кивнул головой, словно ставя точку. — Лайтер запомнил, — тот тоже согласно кивнул и — «Ну наконец-то!» — моргнул по-простому, двумя глазами. — А! И ещё, Лайтер, — вскинулся Гарри. — «Чуть не забыл! Это ж самое главное!» — Лайтер слушает хозяина, — вежливо отозвался тот и явно приготовился внимать указаниям, опять моргнув одним левым. — Скажи, в моих комнатах транспортный камин есть? — Конечно же, хозяин! — уверил его Лайтер, моргнув разочек, но теперь снова одним правым глазом. — Камин в гостиной покоев лорда рода Блэк подключён к дымолётной сети. — Замечательно. Сделай так, чтобы этим камином только я мог пользоваться. — Лайтер сделает, хозяин, — тот медленно прикрыл оба глаза и поклонился. — Ведь всё равно, какой камин настроен на приём гостей? — на всякий случай решил уточнить Гарри, немного опасаясь нарушить что-нибудь своим вмешательством. Лайтер моргнул несколько раз — теперь почему-то опять только правым глазом — и осторожно ответил: — Лайтер не совсем понял вопрос хозяина. В Блэк-маноре несколько подключённых к дымолётной сети каминов. Лайтеру перечислить все? — Не надо, — отмахнулся Гарри. — Просто сделай так, чтобы во все дни, кроме праздников, посетители могли попадать в поместье только через самый дальний от моих комнат камин. Домовик обрадованно кивнул и моргнул теперь одним левым глазом: — Лайтер понял хозяина. Гарри показалось: ещё пара минут общения, и он постигнет эту хитрую сигнальную систему. Но всплывшая в памяти картинка летящего в клубах чёрного дыма Северуса отвлекла: — А! И ещё! — Лайтер слушает хозяина. «Блин! Он опять только левым моргнул! — азартно воскликнул про себя Гарри. — Что же это всё-таки значит? Интерес? Ожидание?» — Надо это… — чуть рассеянно, потому что сильно отвлекали размышления о мандариновых глазищах, начал он. — Надо как-нибудь сделать так, чтобы аппарировать нельзя было в доме. Пусть ножками ходят, — он мстительно улыбнулся и уточнил у домовиков: — Ведь так можно сделать? — Если таков будет приказ хозяина… На Гарри выжидательно уставились четыре неморгающих круглых глаза, и он поспешил кивнуть: таков, мол, его приказ, да, не стоит сомневаться. — …то Лестер активирует антиаппарационный купол над поместьем. Внутри дома и на прилежащих территориях смогут аппарировать только хозяин и преданные слуги рода Блэк. — «Слуги рода»?.. — подзавис Гарри, пытаясь припомнить каких-нибудь там кучеров и горничных. Потом дошло: — А! Я и вы? Ну в смысле — домовые эльфы? — Хозяин всё понял совершенно верно, — согласился Лестер. — Вот! Чудесно! Так и сделай, Лестер, пожалуйста. И не надо соглашаться посетителей аппарировать. Только сами. Только ножками. А то шастают тут, понимаешь ли, как к себе домой. И ходют, и ходют, заботливые мои, — пробурчал Гарри, сам себе напомнив недовольную старуху, — «А и ничего, меня тоже можно понять. В столько неудобных ситуаций, как за последние дня три-четыре, я за всю жизнь не попадал. А всё из-за посетителей всяких». — Лестер всё понял, — подвёл тот итог беседы. — Лайтер всё понял, — заверил загадочный эльф-каминник, моргнув напоследок пару раз совершенно обычно, двумя глазами сразу. «Ну точно! Два глаза — что-то типа подведения итога, конец беседы», — обрадовался Гарри собственной проницательности. Оба домовика поклонились. — Лестер и Лайтер могут приступить к выполнению приказа хозяина? — уточнил у Гарри теперь уже его личный эльф. — «Могут». В смысле — можете, — благословил он посланцев своей воли.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Эльфы беззвучно испарились, а Гарри потёр руки, радуясь, что покончил с важными делами. Направляясь в свои комнаты, чтобы приступить-таки к преображению в пышногрудую красавицу блондинку, он ворчал: — А то ходят постоянно и ругают: «Закрой камин, закрой камин. Балбес-балбес». А закроешь — так зайти не могут, и начинается: «Открой камин, открой камин!» И опять я балбес. Но тут Гарри припомнил, что если бы некоторые не вторгались столь беспардонно в его жизнь, то он не заполучил бы один драгоценный волосок. Почему он считает волос своего бывшего преподавателя драгоценным, Гарри не стал уточнять. «Да просто потому, что благодаря этому волосу теперь имеется тайна, разгадкой которой можно будет заняться в Хогвартсе, в качестве отвлечения от зубрёжки» — так предпочёл он считать.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Раздеваясь в предварительно запертой ванной, Гарри мечтал о том, как будет наслаждаться теми ласками, что только распробовал в теле скоропостижно дефлорированной шатенки. С таким размером бюста, какой был им отмечен у блондинки при похищении генетического материала, не составило бы труда дотянуться до «своих» сосков не только кончиком языка. У него аж слюноотделение усилилось и, понятное дело, возбуждение тут же оттопырило полы тяжёлого банного халата. «Ну как будто мне опять четырнадцать. Встаёт в любой момент и на всё что угодно. Как же мне в школе-то быть? Вторая, бля, молодость». Отрезав чуть больше дюйма волоска блондинки, Гарри активировал порцию зелья и замер перед зеркалом, с флаконом в руке. Он немного переживал, ведь в книге о зелье заёмной личины не было написано, не вредно ли оборачиваться с эрекцией. Но поразмыслив, решил, что о таком автор точно предупредил бы: «Сам же мужик». А ещё ему стало любопытно вдруг, как со степенью волосатости обстоит дело у светленьких: «Вот и узнаю. А заодно гляну, что там, ниже пояса, во что конкретно превращается и куда втягивается. А что? Интересно же. А на стоячем ещё и нагляднее получится». И Гарри смело дёрнул пояс халата. Единым глотком замахнув зелье, он старательно выпучил глаза и, сам не заметив как, даже чуть наклонился вперёд, ожидая чудесных метаморфоз. И замер. Время шло, а ничего не происходило. — Не понял… Оборотка испортилась, что ли? — растерянно пробормотал он, но тут запоздалая судорога превращения всё же настигла его. Чуть закружилась голова, картинка в зеркале будто смазалась, Гарри моргнул, а когда снова сфокусировался на отражении…⟣ · · ⟡ · · ⟢
— Во бля! — не смог он удержаться от восклицания. Не доверяя глазам, ощупал себя везде, а между ног особенно. — Это чё? Это как? Не, ну как так-то? Ну бляааа… Это… это… бляааа, — бормотал он, глядя на отражение. Его будто заклинило. Несомненно, «бля» междометие ёмкое, но слишком уж многозначное. Хотя ситуация, в которую Гарри Поттер каким-то образом вляпался, однозначной тоже не была. А вот непонятной очень даже была. — Ох, ёооо… — прошептал он пару минут спустя, когда прошёл первый шок. — Но как так? — по привычке потянувшись зарыться пальцами в волосы на затылке, он тут же отдёрнул руку, словно испугавшись. — И чё? Гарри попятился, не отводя взгляд от отражения, и сел на бортик ванной. Про имеющееся в наличии зелье отмены он даже не вспомнил. Неизведанное уже манило своего героя. Он ведь никогда не мог удержаться и не сунуть нос в очередную загадку. Вот и сейчас Гарри уже генерировал способы разрешения случившейся непонятности, но никак не способы вызволения себя из эпицентра. — Надо выяснять, — наконец пришёл он к лежавшему на поверхности выводу. И чуть было не возопил: «Либерииий!» Буквально в последний момент сообразил, что, во-первых, прежде чем вызывать домовика-архивариуса, стоило бы одеться, раз уж решил никого, кроме Лестера, голым задом — «Да ещё и чужим», — больше не шокировать. Во-вторых, осознал, что по данному — насквозь магловскому — вопросу литература в библиотеке Блэков вряд ли отыщется. В том, что магии в блондинке было ноль целых ноль десятых, Гарри не сомневался. Так что логичнее было бы выяснять у людей. Лучше — у умных. «Ещё лучше — у умных и опытных. К последней категории однозначно относится Северус. Сэр. Но…» Но обращаться в такой интимной ситуации к человеку, которого язык не каждый раз поворачивался даже просто назвать по имени, Гарри счёл чересчур поспешным. Определённый уровень доверия между ними конечно был достигнут, но… «Но ведь засмеёт же! Ну то есть сначала изругает, а потом засмеёт. Ой нет! Нет-нет-нет! Если уж совсем жопа настанет — например, если я обратно в себя часа через четыре не превращусь, — то вот тогда… А пока — нет!» Так что стоило задуматься о просто умных людях, пусть даже и не слишком опытных. Из таковых Гарри знал только Драко и близнецов Уизли. Но последние в данный момент были где-то далеко, а обращаться к Драко… «Нет. Нет-нет-нет! Такого моя гордость не переживёт. Он же мне это даже на смертном одре припоминать будет. Нет!» Действительно не стоило давать новому, пусть и полезному, но весьма острому на язык другу поистине неиссякаемый повод для мелкого шантажа и подъёбок в собственный адрес. И Гарри задумался о хотя бы просто сильно начитанных людях, раз уж не осталось опытных и умных. Этот вариант был лучше с точки зрения шантажа и подъёбок, но гораааздо хуже в смысле нотаций. «Не хотелось бы», — признал он, живенько представив, сколько нудежа о собственной безответственности придётся выслушать от подруги. Предполагаемое количество нотаций совершенно обескураживало. Обхватив нового себя за плечи, словно пытаясь успокоить таким недообъятьем, Гарри принялся рассуждать вслух: — Но если сравнить, от кого я меньше всего хотел бы выслушивать, какой я балбес, то это будет Северус. Потом идёт Драко. Или сначала Драко, а потом Северус? Перед Северусом стыднее конечно, но Драко меня просто засношает напоминаниями. В общем, не Северус и не Драко. Значит — выбора и нет по сути. Гермиона. Решено! Сказано — сделано. Гарри поспешил в свою гостиную, к камину.⟣ · · ⟡ · · ⟢
И только опустившись на лежавший перед камином меховой ковёр и ощутив ладонями и голенями нежность звериной шерсти, он понял, что одет не совсем чтобы для переговоров. А точнее — что совсем не одет. Чертыхнувшись, хотел уже было вставать и идти одеваться, но подумал: «Да нафига ж? Всё равно в камине ничего, кроме лица не видно». Потом, правда, попытался смеха ради прикинуть реакцию Молли — «Если мне особенно не повезёт, и на вызов ответит именно она», — на голого мужчину в собственном камине. Особенно на такого красивого мужчину. Да, в этот раз Гарри умудрился превратиться вместо красотки блондинки в красавца блондина. Как такое могло стать возможным без магии, он не брался даже угадать. Не с его жизненным опытом. Единственное предположение, пришедшее ему в голову, было — сбой в механизме действия Оборотного зелья. Ведь волос однозначно был женским. А Молли Уизли, по мнению Гарри, была не только крайне любопытной, но и весьма падкой на красивых мужчин. Для такого вывода тогда ещё юному Гарри хватило болезненной и нелогичной увлечённости этой женщины Гилдероем Локхартом. Так что проснувшаяся буквально на днях неприязнь к Молли из-за подлого вовлечения его во всякие там ритуалы даже не сыграла роли. В общем, одеваться Гарри не стал. И маскироваться никак тоже не стал: «Потому что тлеющие в топке камина угли искажают лицо до почти полной неузнаваемости — попробуй угадай, кто там с тобой связался. Узнают, скорее, по голосу. А голос у меня почти мой». И он поблагодарил всех зельеваров оптом за то, что не стали доводить Оборотное зелье до идеала, когда и голос реципиента соответствовал бы голосу донора на сто процентов. Прокашлявшись как следует и потренировавшись говорить чужим горлом максимально привычным для себя образом, Гарри снова встал на карачки. Понадеялся, что приятные ощущения от щекочущего пальцы и ноги меха не будут сильно отвлекать от предстоящей непростой беседы, и бросил в пламя горсть летучего пороха. — «Нора»! — назвал он адрес абонента и сунулся лицом в холодное пламя.⟣ · · ⟡ · · ⟢
— Гермиона, — позвал Гарри. И не получив отклика на первый зов, прокричал погромче: — Гермионааа! Ещё примерно минуту он выкрикивал в чужую пустую гостиную имя подруги. Отсутствие какой бы то ни было реакции членов не самой маленькой семьи на не самые тихие вопли из камина весьма раздражало. Но вот наконец-то кто-то отреагировал: — Кто это тут так орёт? Гарри, ты, что ль? Но отреагировал именно тот член… «То есть как раз не член, а пиии… Упс, что-то я грубиян такой стал». Короче говоря, отреагировала та, с кем общаться Гарри предпочёл бы примерно… «Никогда». Да, избежать общения с матриархом рыжеволосого семейства ему очень хотелось бы, — «Желательно на всю оставшуюся жизнь», — но выбирать не приходилось, а приходилось отвечать. Ну он и ответил. Сдержанно, тщательно следя за голосом. — Да, это я. Добрый день, миссис Уизли. Отлично выглядите, — как бы он ни злился и ни обижался на Молли, но о вежливости помнил. — Добрый, Гарри. А чего ты хотел? — тут же заинтересовалась его нежеланная собеседница, будто носом чуя некую интригу. — Да мне Гермиону кое о чём спросить надо. По делу. Срочно, — честно ответил он, стараясь не слишком глубоко просовывать голову в пламя. Так, чтобы слышать Молли, но не демонстрировать особо своё несвоё лицо. — «А то уж больно подозрительно она приглядывается». — Так-таки и «срочно», — посетовала Молли в ответ. — Нет бы в гости заскочил. Может, пройдёшь? — радушно пригласила хозяйка «Норы». — Ой нет! Совсем никак не могу, — опять не покривил он душой и, решив не размениваться на бесполезную болтовню, снова позвал: — Гермиона! — Ох, Гарри, солнце моё, что ж ты так кричишь-то? — тут же раскудахталась Молли. — Я ж ведь в саду была, а и то услышала, как ты тут надрываешься. — Ну так позовите мне Гермиону! — огрызнулся он. — Мне очень надо у неё проконсультироваться. По важному вопросу, — и добавил сквозь зубы: — Пожалуйста, миссис Уизли. — Так а что случилось-то? — ни на мгновение не ускорилась любопытная миссис. — Я Вам потом скажу, — пообещал он. — Позовите Гермиону. Пожалуйста. — Но, Гарри, — Молли словно чувствовала его неискренность и аж подобралась вся, придвигаясь поближе к камину, — может быть, я могла бы тебе помочь? — Нет! — ужаснулся он, на миг представив, как Молли Уизли… — «Ни! За! Что!» — Это… это по учёбе. Это сложно, миссис Уизли. Только она сможет, только Гермиона. Честно! Позовите. — Но, Гарри, раз она тебя не услышала, значит — у них чары приватности на комнату наложены. Значит, они там с Ронни… Ну ты понимаешь, — и Молли многозначительно хихикнула. Гарри раздражало это бесполезное препирательство, но он сдерживался. Скрипнул зубами, призвал всю выдержку, на которую ещё был способен, и терпеливо принялся «разжёвывать»: — Да. Я понял, что они в конур… в комнате Рона. Потому и прошу Вас подняться, постучать в дверь и пригласить Гермиону сюда. Пожалуйста. У меня… у меня обстоятельства. Мне очень надо. Действительно, невозможно было не понять, что наложены чары. Иначе зов Гарри давно уже был бы услышан: «Это ж «Нора»! Здесь слышимость такая… Пёрднет Рон у себя в комнате на четвёртом этаже — так маменька егонная с первого, из кухни, тут же предложит сынуле зелье от вздутия принять». И для чего чары были наложены, тоже трудно было не догадаться. Но Гарри не считал тот неловкий процесс между двумя его друзьями, сопровождаемый нравоучениями — спасибо таланту Фреда в подражании, — чем-то важным. Достойным траты времени и нервов. Ничьих: ни своих, ни Роновых. — Но, Гарри, — опять попыталась возразить Молли. И тут терпение Избранного лопнуло. — ГЕРМИОНА!!! — заорал он в камин. Раздался тонкий, словно от порванной струны, звон лопнувших под напором его магии чар приватности. А ещё — куда более громкий и продолжительный звон стекла. Очевидно, посуда в кухне тоже не выдержала, и сейчас осколки сыпались с полок, разбиваясь об каменный пол на ещё более мелкие кусочки. А ближе всего раздался какой-то треск и смачный мягкий «плюх». «Упс». Кряхтение Молли раздалось у него практически над самым ухом. — Ох, что же ты так кричишь, Гарри, дорогой? — пряча недовольство, пожурила она национального героя. — У табуреточки моей любимой даже ножки не выдержали. Не надо так нервничать, милый. — Гермиона! — не слушая причитания матери многочисленного семейства, возопил он в очередной раз. — Да иду уже я! — послышалось откуда-то издали.⟣ · · ⟡ · · ⟢
По скрипучей лестнице протопотали суетливые мелкие шажки, и его подруга наконец-то появилась перед камином. — Ну вот она — я. Что ты кричал? — слегка раздражённо осведомилась та и аккуратно присела на коврик. — По делу, — огрызнулся Гарри и не смог не упрекнуть: — Я зову-зову, а ты… Гермиона зачем-то сочла нужным дать совершенно лишнее объяснение: — Мы там с Ронни… — и умолкла, рдея щёчками. «Она говорит совсем как Молли, — отметил он и наконец-то осознал то, что давно было очевидно всем знающим пару Рон-Гермиона: — Вместо девчонки мой друг получил вторую мамашу». — К-хммм, — прочистил он горло, не зная, что ответить, и стоит ли вообще отвечать на такое хоть что-нибудь. Про себя же в этот миг Гарри твёрдо решил, что Рона надо спасать. И нет, он не счёл это предательством по отношению к Гермионе: «Она всегда делала только то, что считала правильным, невзирая ни на что, включая мнение друзей. Взять хоть случай, когда сдала на проверку «Молнию». Я просто поступлю точно так же. В конце концов, я тоже всегда поступаю согласно собственным убеждениям. А я убеждён: Рона надо спасать! Даже если спасать придётся от нашей подруги. Другое дело, если он спасаться не захочет… Но я обязательно с Роном поговорю. Есть ведь такая штука, как мужская солидарность». — К-хм, — подвёл Гарри итог их затянувшемуся молчанию. — Так чего ты хотел? — торопливо подхватила Гермиона, понявшая, что была излишне откровенна. — Послушай, Гермиона, — он замер на мгновение, словно перед прыжком в ледяную воду, и озвучил решительно: — У маглов есть способ из мужчины сделать женщину? — Мнэээ… Нууу… — только и смогла промямлить та ошарашенно. — Так есть? — жёстко уточнил Гарри. Сейчас, как никогда ранее, он понимал своего бывшего преподавателя зельеварения: — «Как же бесит это блеяние!» — Нууу… эээ… И он не смог сдержаться. Чересчур ещё свежи были воспоминания об одном не столь давнем⟣ · · ⟡ · · ⟢
Наконец отсмеявшись и утерев выступившие слёзы, он поднялся и побрёл в спальню через гардеробную. — Что за беда в Британии с мужиками? Всего-то и решил, что маленько развлечься, а тут… Какой-то ебучий паноптикум на свою голо… Да нет, в основном на жопу собрал, — бухтел он под нос. — Один — наркоман; второй — евнух практически; третий — инвалид-простатит; про этого четвёртого вообще молчу. Что за невезуха? Видимо, всё моё везение правда вместе с крестражем кончилось. Раз уж так у меня всё через одно место печально получаться стало. Не мешало бы тогда поберечься, между прочим. А то ещё один подсвечник — и инвалидом стану, — Гарри передёрнулся от реалистичных воспоминаний. Остановившись напротив ростового зеркала в гардеробной, он принялся разглядывать своего такого, как оказалось, непростого донора личины. «Что у людей в головах творится? — искренне недоумевал он. — Вот конкретно у этого кадра — что? Ведь красавец. Красавец! Да охуенный же! Да я таких мужиков роскошных, как этот, в жизни не видал. Хотя… Ну одного, положим, и видал: на втором курсе, в конце». Гарри залился краской и невольно огляделся по сторонам, словно боясь, что кто-то подсмотрит его крамольные мыслишки по поводу красы несравненной молодого Волдеморта. И сокрушённо покачал головой. — Ну идиоты же. Что один, что другой. Оба чего-то нереального хотели: одному мировое господство, понимаешь ли, подавай; второму — пиз… Вагину то есть. Свою собственную. А итог? Среди мужиков оба больше не числятся. И ладно бы Водеморт, тот уже старенький был, а ты? — Гарри вздохнул, глядя в зеркало, и заявил отражению: — Лучше бы ты тоже мировое господство захотел. Тогда мы с тобой точно встретились бы. Однозначно! Что я, себя не знаю, что ли? Познакомились бы, — и он мечтательно возвёл глаза к потолку, стеснительно улыбаясь.⟣ · · ⟡ · · ⟢
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!