Часть 4

Чишия смотрит вслед уходящему Куине с легкой усмешкой на лице. Ему не нравится, когда его загоняют в угол и заставляют признаться в своих чувствах. Ему до сих пор не нравится мысль о том, что у него вообще есть чувства. Но самое странное, что какая-то часть его души благодарна Куине за то, что она призналась, что прерывает частный разговор. Разговор, который, возможно, наконец-то разрешит его внутренний конфликт и принесет ему хоть какое-то, пусть небольшое, но успокоение. Чтобы отвлечься от того, что он сидит напротив вас и находит вас ошеломляюще привлекательной, Чишия засовывает руки в карманы и анализирует людей, освобожденных потоком алкоголя по комнате. К ним он испытывает особое презрение. Это то самое раздражение, которое преследовало его всю жизнь. Это раздражение, рожденное завистью; часть его желает быть таким же свободным. — Итак, что происходит? –спрашиваете вы, пока тянутся минуты молчания. Теперь вам надоело ждать объяснений. Это сложный вопрос по своей сути. С одной стороны, Чишия теряется, пытаясь игнорировать постоянно растущий поток чувств, расцветающий при каждой мысли о тебе. С другой стороны, он прекрасно знает план действий. Чишия может точно рассчитать шаги, которые ему нужно предпринять, чтобы украсть игральные карты Шляпника. Он прослеживал этот план достаточно раз, чтобы с уверенностью сказать, что у него все получится. — Я ухожу с пляжа, — непринужденно заявляет он между глотками напитка, потому что говорить о другом, что у него на уме, было бы слишком. У вас расширяются глаза, когда вы это слышите, и вы оглядываетесь по сторонам в поисках нежелательного внимания или задерживающихся на вас взглядов. Это язык предателей, и это заставляет вас нервничать. Но Вы также потрясены, потому что мысль о том, что Чишия уйдет, заставляет Ваше сердце биться. Нельзя потерять его раньше, чем появится шанс заполучить. Чишия опускает взгляд и произносит следующую фразу в свой бокал: — Мы с Куиной уезжаем, — уточняет он. — И мы хотели бы, чтобы ты ушла вместе с нами. Проходит некоторое время, прежде чем вы осознаете всю серьезность этого заявления. Чишия не только просит вас покинуть «Пляж» вместе с ним, но и нарушить одно из главных правил. Покинув Пляж, вы станете предателем. «Смерть всем предателям», — прозвучало у вас в ушах. На смену ей быстро приходит другая мысль. Вы все равно будете с Чишией. Вам не пришлось бы его терять. Лучше умереть, чем жить одному в утопии, которая быстро трещит по фундаменту. — Как ты вообще собираешься это сделать? , — пробормотала ты, приглушив голос, потому что теперь ты заинтригована и хочешь, чтобы это было на самом деле: — Нам не разрешают выходить за ворота. Нас доставляют на игровые площадки и обратно. За нами постоянно наблюдают боевики. Как же мы уйдем? — вы понижаете голос до шепота, когда произносите последнее слово. Словно яд на языке. — Я все придумал, — непринужденно говорит Чишия, как будто все это не имеет никакого значения. — Это все, что тебе нужно знать на данный момент. Чишия раздражает своими преувеличенными причудами, которые он использует в качестве маски, и вы не можете удержаться от насмешки, откинувшись на спинку кресла. Голубой свет ночников пляшет по вашему лицу, и в этот момент вы ослеплены и не можете его разглядеть, поэтому набираетесь смелости и говорите все, что думаете. — Почему ты всегда так делаешь? — спрашиваете вы, наклоняя голову набок и провожая его рассеянным взглядом. — Что делаю? — невинно спрашивает он. Но, конечно, он прекрасно знает, что делает, потому что каждое движение Чишии просчитано и продумано. Вы ставите локти на стол и раскачиваетесь на них вперед. Пальцы сцеплены вместе, напряжение между вами и Чишией нарастает, как басы в песне, медленно доходящие до крещендо. — Почему ты всегда ведешь себя так, будто ты самый умный в комнате? Он ухмыляется про себя и подносит бокал ко рту. — Потому что я, наверное, и есть самый умный человек в комнате, — прохладно отвечает он, с резким стуком ставя пустой бокал обратно на стол. — Если ты такой умный, то скажи мне, зачем я тебе нужна, — заявляете вы, набирая темп разговора, пока Чишия не отвлек вас от темы. — Ты хочешь, чтобы я стала частью твоего плана. Почему? Что тебе от меня нужно? — Ничего, — отвечает Чишия, и вы уверены, что только что уличили его во лжи. Вы жуете внутреннюю сторону щеки, понимая, что играете с огнем, преследуя его. Вы уверены, что если между вами возникнет желание, то это пламя разгорится. — Так почему же я? Я хочу знать, — спрашиваете Вы. Чишия спотыкается и вынужден скрывать раздражение от того, что он сорвал свою маску на ваших глазах. — Потому что, — начинает он, но тут же запинается, внезапно теряясь в словах. Чишия терпеть не может, когда его так принижают, поэтому он быстро бросает лучшее из имеющихся у него доводов, не являющееся правдой. — Потому что ты превосходишь все игры, в которые вступаешь, — заявляет он. — Нет, — быстро возражаете вы, наклоняясь через стол так, что ваши руки оказываются всего в нескольких сантиметрах от его рук. — Каждый день в «Пляж» приходят люди, более способные, чем я, — при этом Вы стараетесь на мгновение опустить взгляд на его губы. — Люди умнее, сильнее, более приспособленные к этому миру. А я просто средняя Поэтому я хочу знать… почему я. — Вы касаетесь его кончиками пальцев, и на этот раз это происходит намеренно. Вы удивляетесь, когда Чишия не двигается. На самом деле, вы наблюдаете, как на его лице на секунду появляется легкая улыбка. Он не готов сказать об этом вслух, и, возможно, никогда не будет готов. Но Чишия с удовольствием ощущает тепло Вашей кожи на своей. Возможно, воодушевленный физическим прикосновением, Чишия улыбается и завлекает вас обрывками своих мыслей. Он позволит вам увидеть только то, что хочет, чтобы увидели его. — Мне кажется, в тебе есть что-то пленительное, — наконец признается он. — Я не хочу и, кажется, не могу оторваться от тебя. Вот оно, думаете вы. Гордость захлестывает Вас, когда Вы, наконец, позволяете себе признать собственные чувства. Это прекрасный вкус смелости и уверенности, пронизывающий Вас. Этот человек, этот загадочный мужчина, который никого не подпускает к себе, не может остаться в стороне от вас. Предвкушение любой формы близости заставляет вас торопливо постукивать ногой по полу. Вы хотите его. Очень сильно. — И как же вы пришли к такому выводу? — спрашиваете вы, потому что не собираетесь пускать этот разговор на самотек, как в прошлый раз, когда вы остались наедине с Чишией. Чишия не отвечает. Вместо этого он смотрит на вас с таким выражением лица, какого вы еще ни у кого не видели. Это заставляет вас растаять. В своей голове вы решаете принять мантру Куины, слишком долго танцуя вокруг этой загадки, чтобы вам это нравилось. В конце концов, сегодня вы можете умереть. Поэтому, не имея возможности показать Чишии всю свою колоду карт, вы добиваетесь того, чего хотите. — Я спрашиваю только потому, что на самом деле мы не очень хорошо знаем друг друга, — соблазнительно убаюкиваете Вы, позволяя вожделению двигать Вашими словами. Вы смотрите на Чишию сквозь густые ресницы, губы слегка приоткрыты, дыхание скользит между ними. Вы полностью перекладываете свою руку на его руку, переплетая его пальцы со своими. Вы чувствуете, как его большой палец нежно гладит вашу кожу, и это заставляет ваше сердце биться сильнее. Если это вообще возможно. Чишия, ухмыляясь, покачивает основание своего пустого бокала о стол. Он тоже что-то обсуждает. Когда он, наконец, встречается с вами взглядом, вы резко вдыхаете воздух. — Что ж, полагаю, ничто не помешает нам узнать друг друга получше, — он говорит, в его голосе звучит тяжелый подтекст, хотя его противоречивое пожатие плечами говорит о том, что его это нисколько не волнует. Вы ненавидите то, как Чишия прячется за своей маской. Надеюсь, сегодня вечером вы наконец-то сможете снять ее. Наслаждаясь вкусом острого алкоголя, которым наполнен ваш напиток, вы задаетесь вопросом, нужен ли вообще такой человек, как Чишия, в общении с людьми. После стольких лет, проведенных на Пляже, вы задаетесь вопросом, жаждет ли он вообще такой близости. Жаждал ли он когда-нибудь секса в реальном мире? Испытывает ли он те же желания, что и Вы сейчас? Язык его тела говорит об этом. Его слова отрицают это. Чишия резонирует на другой частоте, чем все остальные. — Похоже, у вас есть идея, — соблазнительно отвечаете вы. Под столом вы задеваете своей неповрежденной ногой его ногу, стараясь подчеркнуть свою уверенность в том, чего вы хотите. Чишия смотрит на вас таким взглядом, какого вы еще никогда не видели. На секунду его покров спадает, когда он нежно проводит большим мозолистым пальцем по тыльной стороне Вашей руки. Затем эта сторона его лица снова исчезает, и его кожа касается ваших пальцев, когда он убирает свою руку из-под вашей и возвращается в безопасный карман своего пиджака. Некоторое время никто ничего не говорит. Напряжение между вами ощутимо. Вы задаетесь вопросом, что подумает тот, кто бросит взгляд в эту сторону. Посмотрите на этих двоих, они несчастны и ссорятся, а мы тут живем. Откуда им знать, что в воздухе между вами и Чишией витает сексуальное напряжение? — Не здесь, — бормочет он, бросая взгляд на шумный танцпол, как будто это его оскорбляет. Вы задаетесь вопросом, чувствует ли он, что на него смотрят, и не хочет, чтобы кто-то наблюдал за тем, как разворачивается его личность. Кроме, может быть, вас. Не здесь, так в другом месте. И вы не можете поверить, что завладели его вниманием до такой степени, что ваши желания, стремления и потребности дублируются в нем. Чишия вытаскивает вас из кабинки, и прикосновение оказывается электрическим, но затем он возвращает руки в карман, прокладывая небрежную линию через всю вечеринку, подразумевая, что вы настолько очарованы им, что последуете за ним. Что, конечно же, и происходит. Вы пробираетесь за ним через всю вечеринку, через зал ожидания и направляетесь к гостиничным номерам, расположенным в глубине «Пляжа». Чишия прокладывает маршрут к вашему личному номеру, и от предвкушения, нарастающего внутри вас, колени становятся неустойчивыми с каждым новым шагом. Дойдя до двери, Чишия встает рядом, словно ожидая приглашения в свое личное пространство. Остается открытым вопрос, кто именно зажжет это пламя. Вы хотите, чтобы это был он. А он хочет, чтобы это были Вы. Никогда не стремившийся сделать первый шаг, Чишия, как Вы понимаете, не в восторге от мысли, что его отстраненный фасад будет разобран и разорван в клочья только потому, что он осмелился поцеловать Вас первым. Наконец, Чишия делает шаг к Вам, явно теряя надежду удержаться. Вы задерживаете дыхание, потому что это действительно, наконец, произойдет. Чишия осторожно прикладывает свою раскрытую ладонь к Вашей щеке. Вы закрываете глаза и прижимаетесь к его удивительно мягкой коже. — Вы очень красивы, — говорит он безэмоциональным тоном. Вам кажется странным, но почти уместным комплимент, учитывая характер Чишии. Он осторожно убирает руку с Вашей щеки и проводит кончиками пальцев по углу челюсти, по тонкой шее, останавливаясь лишь на изгибе плеча. Вы задаетесь вопросом, знает ли он, как Вас разрывает от одного его прикосновения. Вы представляете, как приятно было бы ощущать его рот на себе. От этой неуместной мысли ваши щеки краснеют. Чишия снова делает шаг вперед. Его глаза следуют по следу его руки, и вы чувствуете, как он смотрит вниз, на вашу грудь и талию. «Поцелуй меня», — думаете вы, наклоняя лицо вверх, чтобы улучшить угол зрения. Пожалуйста, просто поцелуй меня. Он так маняще близок, и в предвкушении Вы протягиваете руку и упираетесь в его обнаженную грудь, кончики пальцев скользят под гладкую ткань его толстовки. Прикоснувшись к нему, Вы ощущаете электрический разряд и представляете, как его обнаженная грудь прижимается к Вашей. Посреди коридора, на открытом воздухе, его пальцы с любопытством дергают за шнурок вашего бикини. Достаточно легко, чтобы узел выдержал, но достаточно сильно, чтобы вы почувствовали, как ткань ослабевает на вашей коже. Это так грешно. Так заигрывающе. Это заставляет вас жаждать его. И когда вы уже не можете больше ждать и притягиваете его ближе, он неожиданно отстраняется. Его рука соскальзывает с вашего плеча, оставляя на коже белые вмятины от его хватки. Это мучительная потеря, когда он отступает, и Вы прислоняетесь спиной к дверной раме, чтобы удержаться на ногах. Чишия смотрит на пол и качает головой. Он ничего не говорит, но полностью меняется. И прежде чем вы успеваете заговорить, попросить его остаться, он снова становится прежним Чишией. Холодный, отстраненный и безразличный, такой, каким вы его заклеймили перед первой встречей. Чишия поворачивает назад по коридору, не удостоив вас ни единым взглядом. Он исчезает, а вы стоите, пылая от тепла и холодея от ужасающей растерянности.