Глава 3. Красный журавлик

RØRY — My Chemical Romance      

      Утром Хенджин хоть и был слегка отстраненным из-за вчерашних событий, но собирался особо тщательно, как и всегда. Хван надел серые брюки со стрелками и белую майку, которую скрывала вязаная кофта темно-красного цвета. Он заправил её в брюки, которые затянул кожаным ремнем. У парня всегда было много аксессуаров, которыми он украшал себя — часы, кольца, серьги и браслеты. Он уложил волосы, надушился разными духами и вышел из комнаты к родителям, которые пили утренний кофе и говорили о чем-то веселом.       Заметив Хенджина, Дэхен и Юджин сразу стали серьезными, будто в комнату зашел какой-то министр, а не их сын. Они поставили чашки на блюдца и сложили руки как ученики на занятиях.       — Доброе утро, Джинни, — немного тихо и настороженно произнесла женщина.       — Доброе, — произнес Хенджин, подойдя к кофемашине.       — Как дела? — спросила Юджин. — Ты выспался?       — Да, я хорошо спал, — ответил Хван, а сам сделал себе кофе как можно крепче.       — У тебя хорошо? — спросил Дэхен.       — Да, все хорошо, что у вас за вопросы такие?       — Просто… — начала женщина, посмотрев на мужа. — Вчера ты так быстро ушел. Может, что-то случилось?       Хенджин пил кофе и уплетал тосты с сыром и ветчиной, стоя рядом с кофемашиной. Он прожевал тост и с улыбкой посмотрел на родителей, будто все хорошо.       — Нет, ничего не случилось, — бодрым голосом ответил младший. — Я просто устал вчера немного.       Хван еще раз улыбнулся старшим и продолжил завтрак. Родители переглянулись и пожали плечами. Они читали и перебирали какие-то бумаги, а Хенджин тем временем прятал за улыбкой те страшные мысли, которые не давали покоя полночи. Парню снились разные образы того, как чужая рука ускользает из его собственной и темноволосый паренек падает в черную пропасть, а сам Хенджин не может сдвинуться с места, чтобы его поймать. Подобные сны повторялись несколько раз за ночь, так что каждый раз Хван просыпался со сбитым дыханием и капельками холодного пота на висках, поэтому слово «выспался» было ни то что прикрытием, а абсолютной ложью. Но парень был слишком хорошим актером.       Завершив завтрак, вся семья отправилась по делам. Хван накинул серое пальто и захватил ключи от своей машины.       — Езжайте сегодня без меня, я поеду сам, — сказал Хван на выходе из квартиры.       — А что так? — спросил Дэхен. — Надоело ездить с родителями?       — Нет, просто хочу прокатиться.       — Только не укатись слишком далеко, ты еще не выполнил работу.       — Я помню, пап, — улыбнулся младший. — Не волнуйся, из страны не сбегу. Au revoir.       Хенджин спустился на парковку, где подошел к своей Audi R8 белого цвета и сел за руль. Машина железного человека, так он её называл, ведь говорил о ней с тех пор, как посмотрел фильмы об этом супергерое и увидел у него такую. Он добрался до больницы и нашел свободное место неподалеку от входа. Как и прежде, Хван долго смотрел на здание через окно машины и не решался выйти. Только теперь это было связано не с тем, что он не хотел туда идти и встречаться с назойливыми людьми, а с тем, что боялся не встретиться с одним человеком. Боялся зайти туда и узнать, что и не увидит его вовсе. Боялся узнать, что в этот раз помочь не удалось.       — Все будет хорошо, — прошептал парень себе под нос. — Все будет хорошо. Просто новый день и ничего страшного. Да, ничего страшного.       Хенджин вышел из машины и поспешил ко входу. Быстро окинув помещение взглядом, парень заметил медсестру Мин Сухи за стойкой рецепции и, не оборачиваясь, прошел к лифту. Успешно покинув первый этаж, Хван думал нажать кнопку десятого этажа, где находился кабинет директора, но остановился рядом с цифрой восемь. Он долго думал, нажимать или нет, но в итоге выбрал десятый этаж. Только вот в лифт зашел доктор Кан, заведующий кардиологии, и нажал кнопку восьмого этажа. На нем был строгий синий костюм и классическое бежевое пальто, а в руках он держал стаканчик и дипломат.       — О, доброе утро, Хенджин, — улыбнулся старший.       — Доброе, — ответил Хван, поклонившись.       Хенджин думал, что доктор захочет как-то продолжить беседу, как все его коллеги, когда видели Хвана, но мужчина молчал и пил напиток из стаканчика. Хенджин не уловил аромат кофейных зёрен, поэтому понял, что доктор пил чай. Из всех врачей, с которыми Хван познакомился в этой больнице, доктор Кан производил самое приятное впечатление. Много не говорил, был сдержан и вежлив и большую часть времени уделял своей работе, а не разговорам о ней. Но больше всего парня привлекал тот момент, что он лечил Яна.       Они приехали в кардиологию и Кан вышел из лифта, коротко поклонившись Хенджину, но Хван вышел за ним.       — Доктор, у вас не найдется минутка? — спросил Хенджин.       — Да, чем могу помочь? — с легкой улыбкой отозвался старший.       — Ам… — младший особо не представлял, о чем хочет поговорить. Больше было похоже, что он искал вескую причину выйти на этом этаже. — Вы говорили, что вашему отделению требуется новое оборудование, можете рассказать подробнее?       — Да, конечно. Вы когда-нибудь делали ЭКГ?       — Было пару раз.       — Это простое, но очень важное исследование. ЭКГ позволяет не только диагностировать сердечные заболевания, но и контролировать текущее состояние пациента. Для нас кардиограмма как интервью сердца, рассказывает нам о своем состоянии и отвечает на наши вопросы. Поэтому нам нужны хорошие и современные аппараты.       Хван улыбнулся.       — Может быть, вы уже знаете, где лучшее место, чтобы приобрести такое оборудование? — спросил Хенджин.       — В Пусане есть хороший научный центр по разработке медицинских приборов. Я бы посоветовал вам приобрести у них.       — Хорошо, буду иметь в виду.       Кан улыбнулся и уже хотел направиться к своему кабинету, но Хенджин снова его остановил.       — Доктор Кан, скажите, бывает так, что ваши пациенты нуждаются не только в физической, но и в психологической помощи?       — То есть, бывает ли у них депрессия на фоне их заболеваний?       — Да.       — Это довольно частое явление. Особенно у тех, кто проходит очень серьезное лечение и операции. Психологическая поддержка при тяжелых заболеваниях может быть очень полезна. В основном мы просим родственников оказывать такую поддержку, но квалифицированный психолог может оказать хорошую помощь.       — У вас есть специалисты, которых вы могли бы порекомендовать для ваших пациентов? — спросил младший, глядя доктору в глаза.       Старший удивленно посмотрел на парня. Как будто все слова до этого со стороны новоиспеченного спонсора казались ему шуткой. Но сейчас младший заговорил о том, что было упомянуто вскользь и то особого значения этому не придавали. Молодой Хван и правда больше был похож на того, кто любит тратить деньги, а не жертвовать их. Но сейчас так не казалось.       — У меня есть друг, с которым мы вместе учились, — сказал доктор. — Сейчас он преподает психологию в университете и проводит сеансы. Я позвоню ему и спрошу, сможет ли он выкроить время на то, чтобы посещать наших пациентов.       — Спасибо. Будьте добры, скажите мне потом, согласен ли он.       — Хорошо, но… — Кан впервые с момента их знакомства показался Хенджину неуверенным, будто стеснялся произнести слова. — Вряд ли это будет на благотворительной основе.       — Об этом не волнуйтесь, — улыбнулся Хван, поняв, чего так смущался старший.       Доктор улыбнулся юноше в ответ. Старший хотел сказать еще что-то, но его отвлек входящий звонок.       — Извините, но мне пора идти, — произнес Кан, взглянув на экран телефона. — Хорошего вам дня.       — Взаимно, доктор.       Хенджин поклонился старшему и направился к лифту. Лицо Хвана украшала легкая улыбка от прошедшего диалога, а руки лучше согрелись. Хорошее начало дня после мучающих снов.       Двери лифта открылись и парень хотел шагнуть внутрь, но застыл на месте, когда поднял взгляд. Перед собой Хван увидел Ян Чонина. Темноволосый был одет в голубые джинсы, серое худи и белые кроссовки. На плече у него был его рюкзак со значками, а в руках он держал куртку и кислородный баллон. По всей видимости, Ян совсем не ожидал увидеть Хенджина, потому что так же, как и он, остановился и уставился на парня.       Хван почувствовал, как тут же стало теплее. До этого он находился в комнате, где окна были закрыты плотными шторами, не пропускающими свет. Но вот кто-то открыл шторы и солнечные лучи тут же озарили помещение, от этого и стало тепло.       — Привет, — тихо и с улыбкой произнес Хенджин.       — Привет, — таким же тихим голосом ответил Чонин и стоял неподвижно, словно в присутствии Хвана совершать движения было непозволительно.       Они молча смотрели друг на друга, пока двери лифта не начали закрываться. Хван очнулся первым. Он положил руку на дверь и толкнул ее в противоположную сторону. Ян и сам проснулся от своего ступора и вышел из лифта. Он остановился рядом с Хенджином и они продолжали смотреть друг на друга. Складывалось впечатление, что они что-то искали в чужих для себя глазах, пока мимо проносилось время. Секунды замедлялись, превращаясь в минуты, а два взгляда никак не отрывались друг от друга. Хенджин разглядывал черные глаза, подмечая, что сегодня они не такие уставшие, как были до этого, а Ян заметил, что глаза Хвана дрожат. В их темном цвете мелькали легкие блики от светильников, создавая что-то чарующее и заманивающее.       Но в какой-то момент между ними прошел врач, чем отвлек их друг от друга, и парни даже вздрогнули. Хенджин спрятал руки в карманах брюк и метал взгляд по помещению, а Ян опустил голову вниз и принялся разглядывать свой баллон будто в первый раз. Но Хван снова на него посмотрел, только старался сильно не вглядываться.       — Ам…как твои дела? — спросил Хенджин, стараясь вести себя спокойно, будто не думал о прошлом вечере все время напролет.       — Все нормально, — ответил Чонин, все еще не глядя на парня. — А у тебя?       — Да, тоже неплохо.       — Пришел тратить деньги?       Хенджин усмехнулся.       — Да, вроде того. А ты…пришел на лечение?       Чонин только кивнул. Он сдвинулся с места и направился в сторону палаты, а Хенджин отправился за ним.       — Чонин, а…какое у тебя лечение? — спросил парень, стараясь заглянуть в чужие глаза.       Ян замедлился и совсем остановился. Он стучал пальцами по баллону и медленно поднял голову. Хван заметил легкую грусть в выражении его лица и сразу пожалел о своем вопросе.       — Ам...нет, не нужно, не отвечай, — быстро сказал Хенджин. — Можешь не говорить. Прости.       — Не извиняйся, — проговорил Ян, глядя то на Хвана, то в сторону от него. — Это же не запрещенная тема.       — Просто…могу ли я такое спрашивать?       — Да, можешь.       — Правда?       — Да, почему нет?       — Но кто я такой, чтобы это спрашивать?       Чонин думал над словами Хвана, разглядывая черты его лица. Пытался увидеть что-то, что подскажет, кто же он. Парень искал ответ в его больших глазах, которые были аккуратно подведены темным карандашом и светлыми тенями. Искал подсказки в его высоких скулах, которые ровной линией переходили в точеные щеки и ниже в острый подбородок, создавая идеальные пропорции. В его больших пухлых губах, подобным розовым лепесткам. В нем не было недостатков. Но, как бы все это не было чарующе, ответа не дало. Поэтому Чонин опустил взор на свои руки, в которых держал баллон.       — Ты как минимум тот, кто знает, что я болею, — тихо ответил Чонин.       Хван улыбнулся его голосу. Слушать этот ровный и низковатый тон было очень приятно. От него становилось легче и создавалось ощущение спокойствия и даже безопасности.       — Тогда…какое у тебя лечение? — все же, спросил Хван.       — Это физиотерапия, упражнения, капельницы и куча таблеток, — ответил Ян, пожав плечами. — У меня дневной стационар.       — То есть, ты не лежишь здесь?       — Не всегда.       — А часто?       Чонин сжимал баллон и постоянно поправлял свою канюлю, будто старался скрыть этими движениями что-то другое, что может вызвать беспокойство у собеседника.       — Иногда, — коротко и тихо ответил Ян.       Хенджин заметил, что Чонин начал дышать глубже и громче. Но так тяжело, словно его грудную клетку сковывает огромная железная цепь весом не меньше тонны. Ян потянулся к своей канюле и несколько раз поправил её, а затем посмотрел на Хвана. Последний хоть и чувствовал, что что-то не так, но не мог отвести взгляд.       — Мне нужно идти, — сказал Ян, — а то опоздаю на упражнения.       — Да, конечно, — произнес Хенджин и легко улыбнулся. — Удачного дня.       — И тебе.       Хван кивнул и развернулся к лифту, а Чонин быстрым шагом направился в свою сторону, но Хенджин снова на него посмотрел. Не хотел уходить. Не хотел прекращать встречу.       — Эй, Чонин, — позвал парень.       Ян испугался его голоса, так как вздрогнул и запнулся.       — Да? Что? — произнес Чонин и обернулся.       — А ты долго сегодня будешь здесь?       — Ну, часов до трех, может до четырех. А что?       — Ты…не составишь мне компанию на обеде? — спросил Хван, сжимая кулаки в карманах пальто.       Чонин смотрел на Хенджина и часто моргал, отводил взгляд, но все равно поглядывал на парня перед собой.       — Если ты выдержишь еду, которую здесь дают, то, может, и получится.       Хенджин улыбнулся и даже слегка усмехнулся. Он разжал кулаки, почувствовав, как стало легче. И даже радостнее.       — Тогда увидимся на обеде, — произнес Хван и быстро направился к лифту, широко улыбаясь, и не заметив, как темноволосый так же улыбнулся.       Чонин прошел в палату, где обычно оставлял вещи и ждал, когда его позовут на лечение. Он сел в кресло рядом с окном и достал из рюкзака свой скетчбук. Парень перебирал страницы альбома, разглядывал обложку, но не мог сфокусировать ни на чем внимание. В голове мысли носились быстрым потоком и замедлить их было тяжело. Ян пытался думать о чем-то другом, но мысли все время возвращались к парню, который только что ушел.       От этой задумчивости его отвлек Минхо. Медбрат быстрым шагом зашел в палату и направился прямиком к пареньку.       — Привет, Чонин, как ты себя чувствуешь? — сразу спросил Ли.       — Привет, хен, все нормально, — ответил младший, взглянув на Минхо. — Ты сам как?       — У меня заканчивается ночная смена, которая была не самой лайтовой, — тяжко вздохнул Ли, читая что-то в своих бумагах. — Но, слава богу, я иду домой, а тебе пора идти на физиотерапию. Сегодня за тобой присмотрит доктор Кан.       — Да, хорошо, — ответил Чонин. Он встал, захватил скетчбук и телефон, а рюкзак оставил в кресле. — Хорошего отдыха тебе.       — Спасибо. Сам дойдешь до терапии?       — Да, не маленький же. Только у меня кислород заканчивается в баллоне.       — Оставь баллон здесь, там тебе все равно маску наденут. Я перед уходом его заполню.       — Спасибо, хен.       Минхо кивнул и вышел из палаты, а Чонин снял канюлю и сделал несколько глубоких вдохов. Он подождал пару минут, привыкая к ощущениям без легко поступающего кислорода, и вышел из палаты тихим шагом.       Ли тем временем закрывал свою смену. Парень делал обычные дела, какие повторял уже десятки раз — ставил утренние капельницы и уколы, менял повязки, разносил таблетки, фиксировал новые показатели пациентов. Обычная рутина. Его смена заканчивалась в десять, а оставалось уже двадцать минут. Ли заполнил все бумаги, какие было нужно, привел свой рабочий стол в порядок и отправился в комнату ординаторов. Это была комната отдыха, где интерны и персонал могли поесть и поспать в дежурства. Было несколько двухъярусных кроватей, кресла, диван, небольшая кухня и обеденная зона. В шкафчиках рядом с кроватями парни и девушки хранили свои вещи. Минхо переоделся из формы в светлые джинсы, белую футболку и рубашку. завязал свой серый шарф и надел пальто в мелкую клетку. Молодой человек взял свою кожаную сумку и вышел из комнаты. Он попрощался с коллегами и направился на первый этаж.       Ли вышел из больницы и достал из сумки проводные наушники. Он уже хотел их надеть, но увидел неподалеку знакомого человека. Того, кого видел вчера. К нему быстрым шагом направлялся Хан Джисон и держал в руках стаканчик из кофейни. Он был одет в серые джинсы, высокие черные ботинки, белую футболку и темный шелковый бомбер. В ушах были брендовые серьги, его светлые волосы были аккуратно уложены на левую сторону, приоткрывая лоб, а лицо украшала улыбка.       — Доброе утро, — все так же с улыбкой сказал Хан и поклонился парню.       Ли полминуты непонимающе смотрел на Джисона и старался придумать, как бы побыстрее сбежать, ведь наверняка этот хомякообразный пришел сюда не просто так.       — Утро не бывает добрым, если не спать всю ночь, — ответил Ли.       — Смотря какая причина бессонницы, — сказал Джисон, улыбнувшись ярче.       Ли слегка смутился, но ловко это прикрыл. Он прокашлялся и направился в свою сторону, а Хан последовал за ним.       — Это вам, — сказал Джисон и подал стаканчик Ли.       Минхо быстро взглянул на стакан и отвернулся.       — Спасибо, но я не пью кофе перед тем, как лечь спать.       — А это не кофе, это зеленый чай с мятой. Как раз для того, чтобы лучше заснуть. Я помню, вы вчера сказали, что после смены пойдете отдыхать.       Ли замедлился и удивленно посмотрел на Хана, пока последний ждал, что он возьмёт чай. Ли смотрел на улыбающегося парня, который казался слишком светлым этим утром. Будто носил солнце в кармане и лучи освещали его лицо. На стакане Минхо прочитал свое имя и растерялся сильнее.       — Спасибо, — ответил Ли и взял стаканчик из рук блондина, а затем отправился дальше. Только Хан следовал за ним.       — Как прошла ваша смена? — спросил Джисон.       — А вам то что? — хмуро отозвался Ли.       — Просто интересно.       Минхо вздохнул и сдался, думая, что будет проще дать быстрый ответ и отвязаться.       — Смена была довольно выматывающей. Нескольким пациентам потребовалось оказывать первую помощь и готовить к операциям.       — О, тогда вам нужно как можно скорее пойти домой и отдохнуть. Хотите, я подвезу вас до дома?       — Нет, спасибо, я на метро.       — Да ладно вам, на машине будет быстрее и комфортнее.       — Извините, с незнакомцами не езжу.       — Так давайте познакомимся.       — Спасибо, но я правда лучше поеду на метро.       Хан обогнал Ли и развернулся к нему. Он шел спиной вперед и смотрел только на парня перед собой.       — Вы предпочтете ехать в полном метро, где все будут толкаться и шуметь, чем познакомиться со мной?       Ли прошел еще несколько шагов и остановился, а вместе с ним и Джисон, который не прекращал улыбаться. Минхо снова тяжело вздохнул, стараясь придумать план по спасению.       — Если я соглашусь с вами познакомиться, вы пропустите меня в метро? — спросил Минхо усталым голосом.       — Давайте сперва познакомимся, а там как пойдет, — улыбаясь, ответил Джисон и обрадовался своей победе.       — Хорошо, — выдохнул Ли. — Что вам интересно?       — Может, перейдем на ты?       — Ладно.       — Отлично, — произнес Джисон, потирая ладони. — Я, на самом деле, очень любопытный человек, поэтому буду рад узнать все, что захочешь рассказать. Давай начнем с чего-то простого.       — Например? — Минхо закатил глаза и снова сделал глубокий вдох.       — Сколько тебе лет?       — Мне двадцать три.       — О, ты старше меня на два года. — еще шире улыбнулся Хан. — Буду называть тебя хеном.       — Нет, не будешь, — ответил парень, нахмурив брови.       — Да ладно тебе, хен, ты ведь старше. Почему ты выбрал медицину?       — Альтернатива была философия. Уж лучше медицинский, чем филфак.       — Да? Мне всегда казалось, что медицинский факультет это очень сложно.       — Философский слишком нудный.       — В каком отделении работаешь?       — В кардиологии. Все, мы познакомились, я могу идти?       Ли не стал дожидаться ответа и обошел блондина, направляясь в сторону подземного перехода, а Джисон шел за ним.       — Но мы же только начали знакомиться. Я бы хотел узнать еще что-нибудь.       — В другой раз, — ответил Минхо, хотя сам себя упрекнул за такой ответ.       — Тогда буду ждать следующего раза. Когда ты будешь свободен? Мы могли бы пообедать и продолжить знакомиться.       Ли остановился, понимая, что нужно дать такой ответ, который бы все уже завершил. Он развернулся и взглянул на Хана, а тот все еще был с улыбкой и стал только светлее. Его большие круглые глаза, казалось, сияли чем-то ярким. Такой свет был непонятен Ли, но, на самом деле, был интересен.       — На обед я хожу в два часа дня, — все же, ответил Минхо.       — Отлично! — воскликнул Джисон. — То есть, завтра сможем пообедать?       Ли усмехнулся и думал запутать блондина.       — Завтра у меня снова ночная смена.       — А когда ты обедаешь в ночную смену?       — Как придется, — Минхо не стал дожидаться нового влпроса и устремился вперед. — Пока, Хан Джисон.       Джисон провожал парня взглядом полной фрустрации, потому как опять остался ни с чем. Но где-то в глубине души он почувствовал растущее тепло от того, как Ли произнес его имя. Блондин медленно развернулся и заковылял к своей машине, прокручивая это воспоминание на постоянном повторе.       Ли надел наушники и быстрым шагом спустился в метро, оставив Хана без ответа. Но от этого, непонятно для самого себя, он улыбнулся.       Минхо думал над тем, как закончилась его смена, и выпил чаю. Напиток был теплым и приятным, сладким и со вкусом мяты, так что сразу вся усталость пропала и стало теплее этим прохладным весенним утром. Тело наполнила легкость, а лишние мысли покинули голову, оставляя лишь образ того светловолосого парня, который принес чай.       Ли допил напиток уже когда поднялся на свой этаж. Его квартира была небольшой, но уютной, где он проживал со своим рыжим котом. Совмещенная кухня с гостиной и светлой мебелью. Окна спальной комнаты выходили на восток, поэтому после ночных смен парень спал в маске. В гостиной был мягкий диван, стеллаж с полками для книг, комнатных цветов и телевизора и журнальный столик, на котором любил спать кот вместо мягкой лежанки, которую ему купил хозяин. Рядом стоял письменный стол с ноутбуком, тетрадями и учебниками, все принадлежности были в небольшом беспорядке, но в особой системе.       Ли зашел к себе в квартиру, снял пальто и обувь и прошел в гостиную. Минхо погладил кота и хотел выбросить пустой стаканчик в урну, но остановился. Он рассматривал белый стакан с логотипом кофейни, перечитывал свое имя и крутил его в руке. От его вида снова стало тепло, будто он вновь выпил чай и согрелся. И становилось только теплее, пока он смотрел на стаканчик.       Минхо отвернулся и прошел в гостиную. Там он подошел к стеллажу, поставил стаканчик рядом с учебниками и некоторое время смотрел на него, пока не почувствовал на себе чужой взгляд. Парень развернулся, а на него любопытно поглядывал рыжий кот.       — Что? — спросил Минхо у кота. — Просто стакан красивый.       Ли отправился в ванную, а хвостатый провожал его взглядом, от которого Минхо слегка нахмурился. Может потому, что это была лишь отговорка и в обычном белом стакане нет ничего особенного. Зато было в том, кто этот стаканчик подарил.                     Хенджин провел все время до обеда в конференц зале. Юристы из компании, наконец, прислали договор, но парень знал, что большинство ошибок допускают именно в юридическом отделе, поэтому пришлось проверять каждый пункт. И не зря. Хван нашел несколько опечаток и ошибок, поэтому ждал пока все исправят. Сейчас он в еще большей мере ощутил всю суть своей работы и наказания. До сих пор он думал, что это все пройдёт быстро и максимально легко. Вроде просто придет, спросит что нужно, даст денег и побежит дальше на какой-нибудь концерт или вечеринку, где потратит в нескольких раз больше. Но сейчас это превращалось в большой комок обязанностей.       Хван закончил проверку документов и отправил их на корректировку. Юрист ответил, что займется этим после обеда. Хенджин почувствовал, что тоже голоден, а вместе с этим вспомнил, что договорился на обед с одним человеком. Он сразу улыбнулся и почувствовал прилив энергии, как будто уже выпил кофе и вкусно поел. Утренняя сонливость ушла, уступая место легкости и бодрости.       Хенджин захватил свое пальто и отправился на восьмой этаж. Его настроение заметно улучшилось и даже голод был не таким сильным, как желание увидеть Яна.       Хван внезапно остановился в нескольких шагах от лифта и задумался — с чего бы он так спешил к человеку, которого так плохо знает. Он даже не знает, сколько парню лет, но так торопится увидеть его, будто они знакомы уже очень давно. И было это так необходимо, словно воздух, словно солнечный свет. Этому хотелось бежать навстречу как можно быстрее.       Хенджин улыбнулся этим мыслям и, хоть и не бегом, направился в кардиологию. Он вышел в отделении и шел мимо палат к той, где уже видел Яна. Хван дошел до палаты и аккуратно заглянул в открытую дверь. В палате было всего три человека. Двое из них читали книги, а третий складывал что-то из бумаги красного цвета. Хенджин наблюдал за тем, как Чонин подгибает и складывает уголки, аккуратно проглаживает сгибы и края. Следить за этим занятием стало даже интереснее, чем бежать на эту встречу. Через пару минут в руках у Яна оказался журавлик. Чонин загибал хвост журавлика так, что его крылья двигались. Темноволосый слегка улыбнулся, хотя его взгляд был немного угрюмым. Но Хенджину от его улыбки стало теплее.       Хван тихонько постучал в дверь, а Чонин сразу поднял голову. Складывалось впечатление, что сейчас он был еще больше удивлен виду Хенджина, чем утром. Он быстро накрыл оригами руками, будто сделал что-то запрещенное.       — Привет, еще раз, — сказал Хенджин, подойдя к Яну ближе.       — Привет, — ответил Чонин, быстро опустив взгляд.       — Ты не обедал?       — Нет, еще нет.       — Тогда не против сейчас поесть? Я уже желудка не чувствую, ужасно хочу есть.       Ян едва заметно усмехнулся и кивнул.       — Да, идем, — произнес Чонин. Он спрятал журавлика в папке с бумагой, встал с кровати и захватил свой баллон. — Только здесь не дают то, что ты привык есть.       — Здесь нет устриц в лимонном соке? — спросил Хенджин, удивленно посмотрев на парня, а Чонин лишь пожал плечами. — Ну ладно, попробую местную кухню, надо ведь пробовать новое.       Ян усмехнулся и отправился за Хваном. Они спустились на первый этаж, где было больничное кафе. В воздухе был аромат каши и овощей, какой бывает в столовой детского сада. Хенджин слегка поморщился, убедившись, что шеф повар тут точно не из Франции. Время было обеденное, поэтому было много врачей и персонала и свободных мест почти не осталось, разве что за разными столиками.       — Куда сядем? — спросил Ян.       Не успел Хенджин ответить, как рядом с ним, откуда ни возьмись, появилась Мин Сухи. Её рыжие волосы были собраны в две косички, а на лице был легкий розовый макияж.       — Господин Хван, добрый день! — радостно воскликнула она, а Хенджин даже вздрогнул от её высокого голоса и чуть не схватился за сердце. — Не знала, что вы сегодня тоже здесь. Не видела вас с утра.       — Ам…я рано пришел, — ответил Хенджин и бегло улыбнулся.       — Понятно, — ответила девушка и узнала рядом с Хваном еще одного человека. — Чонин-а, привет, как твои дела?       — Привет, нуна, все хорошо, — ответил Ян.       — Вы пришли пообедать? Если да, то можете присоединиться к нам, все равно свободных мест нет, а у нас за столом как раз еще два места.       — У вас? — спросил Хенджин.       Сухи кивнула и указала рукой в сторону столика, где сидели ещё две медсестры. Они помахали Хенджину руками и ярко улыбнулись. Хван скромно улыбнулся в ответ и слегка поклонился головой. В его планах было отдохнуть в спокойной обстановке, а не в обществе навязчивых девушек, поэтому придумал план по спасению.       — А…Сухи, знаете, мы бы рады остаться, но уже должны идти, — сказал Хенджин, приняв грустный вид.       — Куда? — спросила медсестра, а Ян хоть и не озвучил этот вопрос, но он читался в его лице.       — Чонин позвал меня пообедать в другом месте. Поэтому…мы пойдем.       — Да? — спросил Ян у Хвана.       Хенджин посмотрел на него с улыбкой, в которой паренек уловил мольбу о спасении. Хван даже брови так поднял, что его лицо стало жалостливым, как у ребенка, который просил купить ему конфет. Чонин про себя усмехнулся и кивнул.       — Ам…да, мы хотели сходить в кафе, — сказал Чонин, посмотрев сперва на медсестру, а затем на Хвана.       Последний тихо выдохнул и, взглянув на Сухи, пожал плечами. Девушка заметно изменилась в лице и на смену лучезарной улыбке пришло легкое разочарование.       — А, ну что ж, тогда идите, приятного аппетита, — сказала Сухи, выдавив жалобную улыбку.       — Спасибо, — ответил Хенджин. — Идем, Чонин.       Они развернулись и направились к выходу, а девушка провожала их взглядом, поджимая губы и кулаки. Она слегка топнула ногой и вернулась к своим подругам, надув щеки. Сухи плюхнулась на стул и скрестила руки, а две другие девушки засмеялись её виду.       — Да ладно тебе, Сухи, — произнесла одна из медсестер. — Оставь надежду, не твоего уровня парень.       — Откуда ты знаешь? — буркнула девушка. — Может, это я не его уровня.       — Ага, он на десятом, ты на минусовом.       Сухи шикнула на подруг и отвернулась от них, а медсестры засмеялись.       Хван и Чонин тем временем шли по холлу больницы к выходу. Чонин украдкой посмотрел на Хенджина, но тут же отвернулся, когда Хван на него посмотрел в ответ.       — Где хочешь поесть? — спросил Хенджин.       — В том кафе, — ответил Ян указывая на место, которое они только что покинули. — Почему мы ушли оттуда?       — Ну… — тихо протянул парень, стараясь придумать отговорку. — Мне просто захотелось чего-то необычного и все равно там нет мест.       Чонин слегка улыбнулся.       — А что, за одним столом с Сухи тебе не сидится? — спросил Ян. — Она вот очень хочет с тобой пообедать.       Хван поджал губы в улыбке, понимая, к чему клонит Чонин. Он взглянул на парня и ждал, пока тот посмотрит в ответ. Ожидание было не очень долгим, потому как Ян поднял голову и встретился глазами с Хенджином. Последний от этого улыбнулся немного теплее, разглядывая чужие глаза и изучая их темноту. Но все прекратилось так же быстро, как началось. Чонин снова опустил взгляд на баллон, который держал в руках.       — Может, в другой раз, — ответил Хван, пожав плечами. — Все равно у нее уже есть компания.       — От твоей компании она бы не отказалась, — произнес Ян, улыбнувшись только уголками рта.       — Не хочу мешать их беседе, — слегка наиграно продолжал Хенджин.       — А вот она очень хочет, чтобы ты вмешался в их разговор.       — Так, ладно, хватит, — усмехнулся Хенджин. — Я знаю, что она хочет со мной пообедать, просто я не хочу обедать с ней.       — Почему? — уже засмеялся Ян. — Она приглашает тебя к подругам, хочет познакомиться.       — Она не в моем вкусе, — ответил Хван и краем глаза взглянул на темноволосого.       Хенджин заметил, что Ян хотел было что-то сказать, так как вдохнул и приоткрыл губы, но быстро опустил голову. Хван подумал, что это был очевидный вопрос о том, а кто же в его вкусе, но, возможно, парень побоялся это спросить. Но Хенджину захотелось, чтобы Ян нашел в себе смелости для этого вопроса.       — Ладно, идем уже, а то я есть хочу, — произнес Хван и направился к выходу, расправив плечи. — И хочу поесть нормальной еды.       — Ты иди, а я пойду в палату, — ответил Чонин и остановился, провожая взглядом юношу в пальто.       — Что? Почему? — удивился Хенджин, посмотрев на Яна.       Чонин сжимал свой баллон и метал взгляд то на Хвана, то от него, думая над ответом.       — Я…я пока не хочу, — ответил Ян, совсем опустив голову. — Я потом поем.       — Да ладно, уже обеденное время, потом ничего не останется даже в этом пятизвездочном ресторане в больнице, — ответил Хенджин с улыбкой, но задумался, ведь изначально парень охотно согласился.       — Я… — голос Чонина был тихим и даже слегка дрожащим. — Я не брал с собой денег на ресторан. Поем дома.       — Я угощаю, — ответил Хван, махнув рукой. — Идем.       — Не нужно, я потом поем.       — Я же позвал тебя, так что вечеринка за мой счет. К тому же я старше тебя. Так ведь?       — А сколько тебе лет?       — Двадцать два.       — Да, ты старше.       — А тебе сколько?       — Двадцать.       — Ну вот и отлично, пойдем.       Хенджин направился к выходу, а Ян нерешительно шагнул в его сторону. Они вышли на улицу где было довольно тепло. Начало весны в этом году было очень хорошим. Хенджин обернулся к Яну и ждал, пока тот его догонит. Хван оглядывал улицу в поисках ресторана, но не было ничего, что привлекло бы его внимание.       — Где тут поесть то можно? — спросил Хенджин.       — Вон там есть кафе, — ответил Чонин, указывая рукой через дорогу.       — И что там есть в меню?       — Супы, рамены, мясо.       — Не хочу, — прошипел Хван, сморщив нос. — Где еще можно поесть?       — Вот там китайский ресторан, — сказал Ян, указывая в другую сторону, — и там же морепродукты.       — Не хочу. Где нормальная еда?       — А чем тебе эта еда не нормальная?       — Не хочу ничего азиатского. Идем отсюда.       — Куда?       — Недалеко от моего дома есть хороший итальянский ресторан. Там и поедим.       Хенджин направился к своей машине, но остановился, потому что Ян снова не двигался. Он посмотрел на темноволосого, взглядом, спрашивая: «Ты идешь?», и Чонин сдвинулся с места. Хван подошел к пассажирской двери и открыл парню дверь, а он долго смотрел на спорткар, будто увидел перед собой мифическое существо.       — Садись, машина не кусается, — улыбнулся Хенджин.       Чонин взглянул на старшего слегка недоверчиво, словно пытался понять, закончится ли эта поездка благополучно, но, все же, сел в машину, а Хван закрыл за ним дверь и сел за руль.       — Пристегнись, пожалуйста, — сказал старший, сделав то же.       Ян осторожно потянул ремень и застегнул его, а Хенджин заметил, как паренек застыл в одном положении — прижал к груди баллон и большими глазами смотрел вперед. Хван почувствовал себя слегка неловко в этой обстановке. До него медленно дошло осознание того, что Ян, вероятно, впервые в такой машине.       Хенджин взглянул на младшего, а тот посмотрел в ответ слегка боязно, будто если сделает хоть малейшее движение, то его убьют на месте. Но Хван лишь улыбнулся ему.       — Удобно? — спросил старший, а Чонин не нашел в себе смелости подать голос и коротко кивнул.       Хенджин завел машину и они отправились в ресторан. Через некоторое время они приехали в район, где жил Хван — центр города, где вывеска каждого магазина говорила о том, что товары в них высшего качества и цен. Из этих магазинов выходили люди с разными брендовыми пакетами и сумками и направлялись в следующие, попивая кофе. Контингент людей здесь сильно отличался от того, что был в больнице или в любой другой части города, даже говорили по другому. Чонин смотрел на все большими глазами и глубоко дышал, а руками крепче прижимал баллон к своей груди. Хван мельком смотрел на младшего и ощущал, как-то чувство сильнее давит на желудок, отчего есть хотелось сильнее.       Парни приехали к ресторану и вышли из машины. Сам ресторан был двухэтажным с большим патио снаружи, где было много цветов и невысоких деревьев. Даже снаружи помещения можно было почувствовать аромат сыра, пасты и пиццы. Хенджин подошел к двери ресторана, пропустил Чонина вперед и зашел следом. Интерьер заведения был выполнен в классическом итальянском стиле — совмещение изысканной мебели, живых растений и уютного ремонта в виде кирпичных панелей и орнаментального кафеля. Так как было обеденное время, то и посетителей было не мало.       Хван уверенным шагом шел к свободному столику, а младший медленно шагал за ним. Все гости были одеты в дорогие костюмы и платья, поэтому, когда мимо прошел парень в джинсах и худи, да еще и с трубкой в носу, в его сторону сразу устремились удивленные взгляды, а сразу после можно было услышать перешептывания. Чонин опустил взгляд на свои руки, в которых нёс баллон, и поспешил за старшим.       Хенджин подошел к круглому столику в центре зала и отодвинул стул для темноволосого, который тихими шагами подошел к столу и осторожно сел на стул, будто тот был сделан не из дерева, а из хрусталя. Хван снял пальто и сел на стул рядом. Буквально через две секунды к ним подошла официантка в черных брюках, белой рубашке и черном жилете, а не шее у неё была красная бабочка.       — Добрый день, господин Хван, рады видеть вас и вашего друга, — улыбнулась девушка и подала парням меню. — Проголодались?       — Да, здравствуйте, — с улыбкой ответил Хван. — Как у вас дела?       — Теперь намного лучше, ведь вы к нам заглянули.       Хенджин усмехнулся, а девушка разложила на столе меню блюд и напитков. Она поклонилась и отошла от стола, давая время определиться с заказом.       — Это твоя знакомая? — спросил младший.       — Нет, просто я часто бываю в этом ресторане, — ответил старший, — поэтому меня знают уже все официанты.       — Понятно.       Хван листал меню, а Чонин как сидел, почти не двигаясь, так и остался. Парень оглядывал помещение — высокие потолки с барельефами, картины на стенах в резных рамах, на столах белые скатерти и серебряная посуда, а в деревьях были маленькие светильники, которые создавали теплую итальянскую атмосферу. Но, так же как Ян удивленно рассматривал интерьер, на него смотрели посетители, в разговорах которых можно было услышать вопросы о том, что же у парня на лице и почему он носит с собой баллон. Чонин не только слышал их шепот, но и чувствовал на себе их взгляды, они как тяжелое одеяло ложились на плечи и тянули вниз.       Ян стиснул зубы и открыл меню. Пока он листал страницы, Хенджин заметил то, как он бегает глазами по названию блюд и поджимает губы. Старший вновь почувствовал себя неловко, ведь ресторан был очень дорогим и даже пафосным, что наверняка было непривычно для младшего.       — Ты можешь выбирать все, что хочешь, — произнес Хенджин, глядя на парня. — Тут вся еда вкусная.       — Не сомневаюсь, — ответил Ян, все еще изучая меню.       — Правда, выбирай, что понравится, я угощаю.       — Если ты думаешь, что меня пугают цены, то ты прав, — сказал Чонин, коротко взглянув на старшего. — Но сейчас не в этом дело.       — А в чем? — с беспокойством в голосе спросил Хван. — Что-то не так?       Чонин поджимал губы и некоторое время не решался ничего сказать, а Хенджин пристально на него смотрел, ожидая и надеясь, что паренек хоть краем глаза на него посмотрит. Ян все-таки повернул к старшему голову, а Хван почувствовал, как от его взгляда кровь по венам начала бежать быстрее. Эти черные глаза насквозь смотрели и забирали все частички души с собой, когда скрывались из виду.       — Мне… — тихо начал Ян. — Мне почти все из этого нельзя.       Хван слегка нахмурился.       — В смысле, нельзя? — спросил старший.       — Мне нельзя есть такую пищу. Я должен соблюдать свой рацион, чтобы поддерживать нормальное состояние, а эту еду мне нельзя есть.       Сейчас Хенджин почувствовал себя не то что неловко, а максимально стыдно. Ему даже в голову не пришла мысль о том, что парень, у которого такое серьезное заболевание, должен придерживаться особой диеты. Благо Хван затонировал кожу кремом, иначе бы все заметили, как он покраснел.       — А…кхм, и что тебе нельзя? — осторожно спросил Хенджин.       — Жирное, жареное, острое, соленое, — перечислил Ян.       — Да ладно, тебе нельзя острое? — произнес старший и ошарашенно хлопал глазами. — Как ты живешь в нашей стране?       Чонин тихо хихикнул.       — Ну, вот так, — ответил младший.       — Жесть просто… — произнес Хенджин, все еще пребывая в шоке. — А как же самгепсаль?       — Не ем, мне нельзя свинину, особенно жареную.       — А твенджан или сунде?       — Нет.       — И даже обычный кимчи?       — Я могу её есть очень редко и совсем немного, она довольно острая.       Хван только больше загрузился.       — Блин, как несправедливо, — с печалью в голосе произнес Хенджин, а Чонин мельком на него смотрел.       — Я привык, — ответил Ян, пожав плечами.       — Но что-то же тебе можно здесь съесть, — сказал Хван и принялся внимательно читать состав каждого блюда, чтобы найти то, что подходит.       Пока Хенджин изучал меню, Чонин снова на него посмотрел и увидел совсем другого человека. Хван старательно вчитывался в рецепты и был действительно этим увлечен. И то впечатление, которое он произвел на младшего в первую встречу, начало меняться.       Через несколько минут к ним подошла та же официантка с блокнотом и ручкой в руках.       — Вы готовы к заказу? — с улыбкой спросила она.       — Ам… — протянул Хван, думая над ответом. — Да, готовы. Мне, пожалуйста, пасту с курицей, две брускетты и чашку кофе.       — К кофе что-нибудь желаете?       — Нет, спасибо.       — Хорошо, а вам? — девушка повернулась к Яну, а он округлил глаза и растерялся.       Темноволосый снова посмотрел в меню, но не увидел ничего, что мог бы себе заказать, поэтому лишь пожал плечами.       — Не знаю, — ответил младший. — Чай.       — Чай? — повторила официантка.       Чонин кивнул и отвел взгляд, а Хван смотрел на него слегка грустным взглядом. Девушка едва заметно приподняла бровь, но сохраняла ту улыбку, которая присуща всем официантам в дорогих ресторанах. Она записала все в блокнот, но снова обратилась к парню.       — Может, хотите что-то к чаю? Закуски или пиццу?       — Нет, спасибо, — ответил Ян, а Хван все это время чувствовал себя беспомощным, но так сильно хотел изменить хоть что-то.       — Хорошо, через пару минут принесу ваши напитки, а затем и все остальное, — она поклонилась и направилась на кухню.       — Подождите, — сказал Хенджин и махнул девушке рукой.       — Да?       Хван на секунду взглянул на младшего, еще мгновение уделил меню, а после снова посмотрел на девушку, пока мысли в его голове менялись одна за другой.       — Пожалуйста, принесите моему другу капрезе и фриттату, только можно я попрошу повара не добавлять много масла и соли при готовке? — сказал Хенджин.       — Да, конечно! — произнесла официантка и быстро записала все в блокноте. — Может, хотите что-то на десерт?       — Не знаю…тебе можно сладкое? — спросил Хван и посмотрел на младшего.       — Нежелательно, — ответил Ян, удивленно глядя на старшего.       — Ну мороженое то можно?       — Немного можно.       — Если вы придерживаетесь какой-либо диеты, — добавила девушка, — то могу порекомендовать вам джелато. Это мороженое не такое калорийное за счет малого количества молочных жиров, но при этом не менее вкусное. Оно подается с ягодами и орехами, что делает его полезным и диетическим.       — Отлично! Тогда, пожалуйста, две порции, — ответил Хенджин и с улыбкой посмотрел на Чонина.       — Хорошо, скоро все подам.       Девушка снова поклонилась и ушла в сторону кухни, чтобы отдать заказ, а младший был слегка хмурым на вид.       — Что ты заказал мне? — спросил Ян. — Я…не понял.       — Фриттата это омлет с пармезаном и овощами, — ответил Хван, — а капрезе это салат из моцареллы, помидоров и песто. Надеюсь, тебе понравится.       Хван улыбнулся и снова взглянул на меню, продолжив изучать рецепты, а Чонин какое то время глядел на юношу и внимательно рассматривая черты его лица. Его ровный нос, впалые щеки с легким румянцем, большие глаза, которые бегали по тексту. Они были подведены тенями, которые идеально сочетались с оттенком его глаз. Пухлые губы были слегка тронуты улыбкой, что делало их только более манящими. Его персиковые волосы были аккуратно уложены назад, открывая вид на шею с тонкой серебряной цепочкой. Кожа была слегка бледной, но отливала карамельным оттенком в свете ламп. Его кофта не скрывала шею, поэтому младший заметил яркую родинку.       Взгляд Яна был таким пристальным, что его можно было легко ощутить. И Хван его почувствовал. Он повернул к младшему голову, а тот сразу отвернулся и устремил свой взор в страницы меню с итальянскими блюдами. Но Хенджин уловил его взгляд и весьма расстроился тому, что парень отвернулся. Хотелось продолжить этот момент еще хоть немного.       — Чонин, а могу я спросить о твоей…болезни? — слегка неуверенным голосом обратился Хван.       Ян быстро взглянул на старшего, а затем снова отвернулся к меню.       — Да, спрашивай, — ответил он.       — Твое…твое лечение помогает тебе?       — Не особо, как видишь.       — Не особо?       — Ну, если кратко, то лечение это просто отдаление неизбежного, которое рано или поздно произойдет. И скорее всего рано.       — Почему? — почти шепотом спросил Хван, сжимая ладони в кулаки, чтобы не выдавать их дрожь.       — Врачи мне сказали, что у меня есть примерно год до того, как мое сердце совсем перестанет функционировать. Это было восемь месяцев назад. С тех пор я хожу с канюлей, чтобы поддерживать нормальную работу легких и не перегружать сердце.       — Тебе тяжело дышать?       — Не всегда. Дома я снимаю трубку, потому что мало чем занимаюсь. Если я много хожу, у меня начинается одышка, от этого поднимается давление, от этого может случиться приступ и потом все. Поэтому приходится везде таскать его с собой.       Чонин указал на баллон, который стоял на полу рядом со стулом. Хенджин взглянул на него, почувствовав, как в горле задержался ком. От этого вдыхаемый воздух никак не нагревался и в легких скопилась прохлада, а кожа покрылась мурашками.       — И пересадка сердца твой единственный вариант? — спросил Хенджин.       — Да, — спокойно ответил младший. — Но, думаю, этого уже не случится.       — Почему? Из-за долгого ожидания?       — Конечно. Я уже столько жду, что устал.       — А ты не думай, что обязательно случится приступ. Если загонять себя такими мыслями, вдруг еще хуже станет. Надо надеяться на лучшее.       — Следующий приступ может легко меня убить, так что все равно, о чем я думаю и что делаю.       — Но следующий приступ может и не случиться, потому что тебе найдут сердце. Или сердце и не придется искать. Я могу поговорить с твоим врачом, чтобы разработать новое лечение или усовершенствовать старое. Всегда можно что-нибудь придумать помимо прыжка с крыши.       Хван сразу осознал, что сказал лишнего. Он распахнул глаза и даже забыл дышать на пару мгновений. Слова вырвались так легко, парень даже не задумался об этом. Потому что мысли об этом мучали его с прошлого вечера и Хван мечтал дать им свободу. И у него это получилось, только теперь он об этом пожалел. Но эти слова, вероятно, не показались лишними для Яна. Он взглянул на старшего и усмехнулся.       — Так вот что мы тут делаем, избегаем моего суицида, — произнес Чонин. — Тебе не нужно присматривать за мной. Если я и задумаю снова это сделать, то выберу другое место.       — А может лучше не выбирать никакое место и не делать этого? — тихо сказал Хенджин, не отводя глаз от парня.       — Так станет лучше сразу всем, не только мне.       — С чего ты так решил?       — Это прекратит заботы всей моей семьи. Не нужно будет тратить деньги на лечение и лекарства, так что огромная экономия.       — Не думаю, что твои родители такого же мнения. Им будет гораздо хуже, если с тобой что-то случится.       — Может быть. Но, как я уже говорил, следующий приступ меня убьет. Так что я просто подожду.       — Лучше дождись того, что тебе скажут, что нашли тебе сердце. Или что благодаря новому современному лечению тебе стало лучше.       Чонин не смотрел на Хвана, только на свои руки. Он потирал ладони, обдумывая слова старшего, а последний все ждал его взгляда. Так сильно и так нетерпеливо, что готов был закричать или что-нибудь разбить, лишь бы младший на него посмотрел, чтобы показал свои темные глаза, которыми смотрит в самую душу.       — Ничего не обещаю, — произнес Ян, а Хенджин уже хотел возразить, но Чонин, все-таки, посмотрел на него. — Но…я постараюсь.        Хван тут же ярко улыбнулся. Внутри стало так тепло, как будто его озарило летнее солнце, а он только что был на морозе. Сердце набрало скорость и разносило по венам это тепло, отчего на щеках расцвел румянец, который в этот раз тональный крем не сумел скрыть. Во всем теле было невероятно много энергии как от десяти чашек кофе. Или от хорошего сна, в котором снилось лето.       Ян от такой улыбки почувствовал, как его собственное сердце слегка кольнуло. В этом не было ничего опасного или пугающего, наоборот. Ощущение было таким легким и приятным, чего не было уже давно. Только именно это и было пугающим. То, чего он так долго не ощущал.       Чонин снова отвернулся, а Хенджин хватался за его взгляд. Но в этот момент к ним подошла официантка с первыми блюдами и напитками, так что Хван отвлекся.       — Прошу, ваша фриттата, — произнесла девушка, подавая Чонину его тарелку, — и ваша паста. Сейчас подам вторые блюда, а десерт после.       — Хорошо, спасибо, — улыбнулся Хенджин.       Девушка разложила столовые приборы, а после поклонилась и покинула парней.       — Bon appétit, — сказал старший.       — И тебе, — ответил Ян с легкой улыбкой.       Чонин попробовал еду, а Хван ждал его реакции чуть ли не с замиранием сердца. Младший съел пару ложек и заметил, как Хенджин неприкрыто пялился на него.       — Что? — спросил Ян, подняв бровь.       — Ну как, нормально? Вкусно? — быстро выпалил Хван.       Чонин даже слегка растерялся.       — Да, вкусно. А что?       — Ну, вдруг что-то не так. Вдруг тебе не подходит эта еда.       Растерянность младшего сменилась смущением, что выдавали его слегка покрасневшие щеки и уши.       — Ам…все нормально, — ответил Чонин, потирая пальцами мочку уха. — Я не умру от тарелки соленой еды.       — Что?! Тебе пересолили еду?! — громко спросил Хенджин, большими глазами глядя на парня. — Я же просил много не солить, давай заменим…       — Все нормально, успокойся ты! — усмехнулся Чонин. — Мне вся еда соленая, если в ней больше грамма соли. Все в порядке.       — Точно?       — Да, ешь уже свою пасту.       Хенджин настороженно поглядывал на Яна и взял приборы, пока младший скромно ел свой обед. Пища и правда была очень вкусной, от этого про себя парень улыбался, ведь не мог вспомнить, когда в последний раз ел такую вкусную еду и пробовал ли вообще.       Через несколько минут официантка принесла вторые блюда. Парни спокойно поели обед, а после принесли их мороженное с ягодами и орехами в красивых пиалах. Чонин отведал маленькую ложку десерта и распахнул глаза от приятного вкуса ванили и ягод. Он налетел на мороженное как маленький ребенок, а Хенджин от этого улыбнулся. Было приятно видеть, как паренек радуется даже такой мелочи, как мороженое.       — Вкусное? — спросил Хван, но понял, что этим вопросом смутил младшего, потому как он вздрогнул и прекратил есть десерт.       — Ам…да, очень вкусное, — тихо ответил Ян, перебирая десерт ложкой. — Никогда такого не пробовал.       — Так странно, я столько раз бывал в этом ресторане, но никогда не пробовал это мороженное здесь, только в Риме пробовал, — сказал Хенджин и попробовал десерт. — М, и правда вкусно. Прямо как в Италии.       — Ты был в Италии? — спросил Ян.       — Да, прошлым летом. Поехал туда после того, как закончил учебу, чтобы отдохнуть.       — А на кого учился?       — На бизнесмена, так сказать, — усмехнулся Хван. — Я учился в школе бизнеса, чтобы присоединиться в компанию родителей, но мой отдых весьма затянулся.       — Как сколько сильно?       — Хм…месяцев на одиннадцать, — задумался Хенджин, потирая подбородок.       Чонин тихо засмеялся. Старший услышал его смех и сразу на него посмотрел. Улыбка младшего как в зеркале отразилась на Хване, разгоняя тепло по телу.       — А ты учишься еще или уже выучился? — спросил Хенджин, стараясь заглянуть в чужие глаза.       Ян только поднял голову, чтобы ответить, но в этот момент мимо них проходил другой официант с круглым подносом, на котором было много бокалов вина и шампанского. Парень аристократично держал поднос одной рукой, но, судя по всему, это было ему не под силу, так как рядом с Чонином поднос соскользнул с его руки и все бокалы опрокинулись ровно на темноволосого парня.       Вся кофта младшего пропиталась красным, белым и игристым вином, а его волосы так же намокли. Ян тут же вскочил со стула и тихо вскрикнул от неожиданности, а Хван подпрыгнул вместе с ним и широко раскрыл глаза от испуга. На этот инцидент обернулись все гости ресторана и прикрывали изумленные лица.       — Боже, Чонин! — воскликнул Хван. — Ты в порядке?       — Я весь в вине, очевидно, что не в порядке, — ответил младший, сморщив нос от запаха алкоголя, и отряхивал руки.       — Как такое произошло? — произнес Хенджин, глядя на официанта.       — Господин, я прошу прощения! — парень начал быстро кланяться и собирать упавшие бокалы. — Я искренне прошу прощения! Пожалуйста, простите меня! Я не смог удержать поднос, простите меня!       — Боже, дайте скорее полотенце! — сказал старший, озираясь по сторонам.       К ним подбежала та официантка, которая обслуживала их стол, и подала Чонину полотенце. Младший вытирал кофту, но было без толку, она была насквозь мокрой. Хенджин оглянулся и схватил со стола салфетку. Он приблизился к Чонину и начал вытирать его волосы, а Ян от этого вздрогнул. Хван жалобно на него смотрел и старался вытереть вино с его волос.       — Все хорошо? Ты в порядке? — снова спросил Хенджин.       — Ну не вафельный же я! — громко воскликнул Ян. — Все в порядке!       Он резко оттолкнул руки старшего от себя и продолжал вытирать кофту. К их шумному столику подошла высокая женщина европейской внешности. На вид ей было около сорока лет, а одета она была в черное классическое платье и красные туфли. При виде её все официанты вытянулись как струны и поклонились ей. По всей видимости, она была директором данного заведения.       — Господин Хван, добрый день, — спокойным голосом произнесла женщина. — Позвольте спросить, что произошло?       — Добрый, мадам, — ответил Хван. — Ам…произошла неприятность, в результате которой на моего друга уронили бокалы с вином. Могу я попросить еще полотенце?       — Не нужно, — прошипел Ян. — Все нормально.       — Принесите еще полотенце, — сказала женщина, сохраняя ровный тон голоса. — От лица ресторана я прошу прощения, что такое произошло. Ваш обед за наш счет, а виновник происшествия будет наказан.       Чонину принесли еще одно полотенце. Ян вытер им голову и еще немного кофту. Конечно, одежда от этого не высохла, но вино хотя бы не стекало с ткани ручьями. Парень посмотрел на женщину и поклонился.       — Спасибо, — тихо произнес он.       — Не стоит благодарностей, молодой человек. Еще раз приносим свои извинения за это недоразумение. Надеюсь, что этот случай не станет столь негативным воспоминанием и вы еще порадуете нас своим обществом.       Ян ошеломленно смотрел на женщину и оставил еще один поклон.       — Все хорошо, спасибо.       Женщина еще раз улыбнулась парню, а затем велела официантам убрать весь беспорядок. Она легко поклонилась и покинула парней, а Хенджин все смотрел на Чонина и заметил, что он дрожит.       — У тебя есть что-то под кофтой? — спросил старший.       — Футболка, но она тоже промокла.       — А есть другая одежда?       — Нет, только дома. Блин, мне же еще на лечение скоро и потом домой ехать.       — Так, сейчас что-нибудь придумаем… — произнес Хенджин и потирал ладони, стараясь сообразить хоть что-то. — Ам…я живу здесь рядом, давай я дам тебе свою одежду?       Младший посмотрел на Хенджина еще более шокировано, чем на леди, которая только что извинялась перед ним. Сердце начало биться быстрее, а руки от этого дрожали.       — Чего? — буркнул Ян.       — Мой дом буквально в двух минутах, — ответил старший, — давай доедем туда и ты переоденешься.       — А тебе не жалко? — спросил Ян все с тем же удивлением на лице.       — Чего не жалко? — совершенно не понял Хван.       — Ну…одежду.       — А почему мне должно быть жалко одежду?       Ян тяжко сглотнул, осознавая, что парень не понял его.       — Ам…да так, ничего.       — Тогда едем?       — Ладно, поехали.       Хенджин улыбнулся и захватил пальто. Он развернулся к младшему, а тот взял свой баллон и направился к выходу.       — Чонин, постой, — сказал старший и потянул его за локоть, — накинь мое пальто, а то на улице замерзнешь.       — Не нужно, потом твоё пальто тоже в вине будет, — ответил Ян.       — Надень пожалуйста, а то я буду виноват еще в том, что ты простудился.       Чонин некоторое время обдумывал эту идею и нерешительно кивнул. Хенджин накинул пальто на его плечи и застегнул спереди пуговицу, так что младший был тепло укутан. Хенджин прошел вперед и открыл ему дверь.       Они сели в машину и Хван тут же сорвался с места. До его дома они доехали даже меньше, чем за две минуты. Старший помог Яну выйти из машины и довел его до лифта. Пока они ехали наверх, младший не решался поднять голову, а вот Хван все время смотрел на него. Чувство вины за такой обед перекрыло само ощущение сытости и желудок вновь сводило неприятное чувство.       Они приехали в пентхаус, где никого не было. Как только двери лифта открылись, Хван почти полетел к себе в комнату, но остановился, когда заметил, что Ян за ним не идет. Чонин с опаской шагнул в квартиру, осматривая большую прихожую.       — Чонин, проходи, — произнес Хенджин.       Ян хотел присесть, чтобы снять обувь, но старший его остановил.       — Не разувайся, иди за мной, пожалуйста.       Хван положил руки парню на плечи и подталкивал его дальше, а младший только сильнее сжимал свой баллон и глубже дышал. Парень не поднимал взгляд и смотрел лишь на светлый паркет под ногами.       Они подошли к одной из дверей и остановились. Хенджин отпустил Чонина и открыл ему дверь.       — Подожди меня здесь, я принесу тебе одежду и полотенце, — сказал Хван и помчался к себе в комнату, оставив Яна одного. Последний застыл на месте и даже взгляд поднять боялся.       Хенджин побежал в свою комнату и забежал в гардероб. Он схватил два полотенца и стащил с вешалки мягкую рубашку синего цвета с тонкой белой каймой на длинных рукавах и воротнике, а на нагрудном кармане был вышит логотип бренда Prada. С этими вещами Хенджин прибежал обратно к младшему и подал их ему в руки.       — Вот, держи, — сказал старший.       — Спасибо, — хрипловатым голосом ответил младший.       — Оставь свою одежду там, я потом тебе верну, когда постираю.       — Её проще выбросить. Вино невозможно отстирать.       — Ну, я попытаюсь.       — Забей.       Чонин зашел в ванную и снял пальто. Он аккуратно его сложил на пуфик и осматривал помещение. Это была просторная вытянутая комната с отдельной ванной и душевой. Все было в светлых теплых оттенках — мраморный кафель, тумбочки и шкафчики, в них аккуратно сложенные полотенца и туалетные принадлежности. С одной стороны был столик для макияжа, с другой две раковины и на обеих стенах были зеркала с подсветкой. В этих зеркалах Ян отчетливо мог разглядеть то, как сильно он выбивался из этой обстановки. Даже слишком.       Чонин снял канюлю, кофту и футболку. Одежда была мокрой и с запахом вина. Худи из серого стало красным, а белая футболка стала розовой. Ян выжал остатки вина из одежды и сложил их на краю столика, а сам намочил полотенце и вытер им волосы и кожу от липкого алкоголя. После он взял чужую рубашку и долго смотрел на нее, будто это что-то неземное, нереальное. Логотип знаменитого модного дома делал эту вещь еще менее реалистичной.       Чонин надел рубашку и застегнул пуговицы. Мягкая ткань приятно ощущалась на коже, а сладковатый запах парфюмов щекотал нос. Ян дышал глубже, лишь бы уловить все эти нотки, чтобы они заполнили легкие целиком и чтобы этот аромат отпечатался в каждой клеточке. От глубоких вдохов у парня закружилась голова. Он зажмурился и потирал лоб ладонью, но все никак не мог оторваться от яркого запаха.       Ян быстро надел канюлю и еще раз взглянул на себя в зеркало. Убедившись, что в новой рубашке он выглядит только более неподходящим этому месту, он поспешил его покинуть. Чонин захватил баллон и вышел из ванной, а Хван ждал его поблизости, заламывая пальцы и кусая губы. Как только старший его увидел, то округлил глаза и подошел к нему.       — Все хорошо? — спросил Хван.       — Да, все нормально, — ответил Ян. — Ам…спасибо за рубашку.       — Да не за что, тебе идет, — быстро выпалил Хенджин, не в состоянии успокоить руки.       — С-спасибо… — ответил Ян, отведя взгляд. — Мне нужно возвращаться в больницу, скоро на лечение.       — Да, конечно! — воскликнул старший. — Пойдем, я тебя отвезу.       Младший кивнул и отправился к выходу, но шагнул не в тот коридор.       — Чонин, нам сюда, — сказал старший и потянулся к плечу Яна.       От чужого касания темноволосый сильно вздрогнул, словно его ударило током. От этой внезапности парень выпустил баллон из своих рук и он упал на пол. Трубка оборвалась в том месте, где крепилась к баллону, так что подача кислорода прекратилась.       — Черт! — громко вскрикнул Ян и резко вдохнул.       Хван испугался не меньше, но как только посмотрел на младшего, то страха стало только больше. Чонин схватился за грудь и начал коротко вдыхать воздух.       — Чонин, что с тобой?! — дрожащим голосом спросил Хенджин, чувствуя, как по телу быстрыми волнами распространяется страх.       Младший не мог ответить из-за резко начавшейся одышки. Каждый новый вдох был короче предыдущего, а сам мальчик начал сильно дрожать. Он сжимал рубашку в кулаке и начал оседать вниз. Его дыхание было слишком быстрым и в какой то момент парень упал на пол, хватаясь за грудь, а дышать совсем перестал.       Хенджин был в абсолютном шоке и даже не понял, что произошло, ведь все пронеслось буквально за несколько секунд. Только что перед ним стоял Чонин, а сейчас уже лежал на полу без дыхания. Паника подступала к горлу колючками, а легкие снова сжимались от холода. Но этот страх прыснул в кровь адреналин, который помог взять ситуацию под контроль. Парень выхватил свой телефон и быстро набрал номер экстренной службы.       — Служба спасения, слушаю вас, — произнесла девушка оператор на другом конце провода после двух коротких гудков.       — Мне нужна помощь! — закричал Хенджин. — Пожалуйста отправьте скорую по адресу Ёндон, дом четырнадцать в Каннаме!       — Что у вас произошло?       — Мой…мой друг, кажется у него сердечный приступ. Он схватился за сердце, а потом упал и не дышит.       — Я направила скорую на ваш адрес, но вам нужно оказать вашему другу первую помощь.       — Но я не знаю, что делать!       — Не волнуйтесь, я вам помогу. В первую очередь проверьте пульс вашего друга. Знаете, как это сделать?       — Д-да, это знаю.       Хенджин присел рядом с младшим и потянулся ладонью к его шее. Нащупав сонную артерию, Хван ощутил сердцебиение настолько быстрое, что у него дрожала ладонь.       — Его пульс очень быстрый, что это значит?       — Скажите, у вашего друга есть проблемы с сердцем?       — Да, у него хроническая недостаточность. Он ходит с кислородной трубкой, чтобы поддерживать дыхание, как он говорил.       — Что произошло до приступа? Что вы делали?       — Мы хотели выйти на улицу, но его трубка сломалась. Он начал паниковать и просто упал.       — Так, вероятнее всего у вашего друга не сердечный приступ, а паническая атака. При его заболевании это легко спутать. Если он упал после того, как трубка сломалась, то резкий приток кислорода поднял давление.       — И что мне делать?       — Сейчас он дышит?       Хван поднес ладонь к носу младшего, но дыхания не ощутил.       — Нет, он не дышит.       — При панической атаке очень важно сохранять подачу кислорода. Вам нужно оказать ему искусственное дыхание.       — Что?! — выкрикнул Хенджин, содрогаясь еще сильнее.       — Отсутствие кислорода может сильно навредить вашему другу до приезда скорой. Поэтому вам нужно поддерживать его состояние.       — Я не знаю, как это сделать!       — Не волнуйтесь, я все еще здесь, у вас все получится. Главное не впадайте в панику сами.       Хенджин кивнул сам себе и сделал глубокий вдох. Ошибку допустить нельзя.       — Что мне делать?       — Нужно, чтобы ваш друг лежал на спине ровно. Если его дыхательные пути чем то прикрыты, уберите все.       Хенджин положил телефон на пол и включил громкую связь. Он перевернул Яна на спину и убрал его канюлю в сторону.       — Так, что дальше?       — Запрокиньте его голову немного назад, а затем надавите на подбородок, чтобы приоткрыть рот.       Хван сделал все в точности, что говорила оператор.       — А теперь?       — Теперь зажмите ему нос, а сами глубоко вдохните. Нужно сделать ему два вдоха.       Хенджин глубоко вдохнул, а затем приблизился к лицу младшего и коснулся его губ. Парень вдохнул в Яна воздух, а затем отстранился и сделал повторный вдох.       — Он не очнулся, — все еще с дрожью в голосе произнес Хван. — Что мне делать? Может, массаж сердца?       — Нет, это только сильнее поднимет его давление. Потрите ладонью его грудь, нужно привести его в чувства.       Хенджин потирал рукой по чужой груди и молился всем богам, в которых верил и не верил, лишь бы младший открыл глаза.       — Он не просыпается… — уже со всхлипами сказал Хван, а на глаза навернулись слезы. — Пожалуйста, очнись, пожалуйста…       — Тогда сделайте еще два вдоха, — сказала оператор.       Хенджин снова глубоко вдохнул и приоткрыл губы Яна. Он склонился над ним и вновь ощутил его губы на своих. Если бы не весь этот ужас, который охватил его тело, Хван бы хотел задержаться в таком положении еще пару секунд, ведь вкус чужих уст показался ему очень сладким, но внезапно Чонин открыл глаза, резко вдохнув кислород. Хенджин в испуге отпустил младшего, но не прекращал над ним трястись.       — Чонин! Ты меня слышишь?! — громко спросил Хван.       Взгляд у младшего был затуманенным, но он слабо кивнул. Хенджин облегченно выдохнул и потянулся к телефону.       — Он очнулся! Боже, спасибо вам! — самым благодарным голосом сказал Хван.       — Не за что. Нужно, чтобы ваш друг сел. Поднимите его и держите, чтобы не упал.       Хенджин приблизился к Яну и аккуратно приподнял его, придерживая за голову и плечи. Он сел позади него, а Чонин прижался к чужой груди, положив голову старшему на плечо. Никаких сил не было. Сознание все еще было в прострации и младший не совсем понимал, что происходит, но кое что он отчетливо ощущал — как Хван крепко сжимает рукой его талию.       — Скорая уже подъехала к вашему дому, — сказала оператор. — Какой этаж?       — Тридцатый, пентхаус. Спасибо вам большое.       — Я тут ни при чем, вы все сделали сами.       — Все равно спасибо вам.       Хван завершил звонок и спокойно выдохнул. Из-за сильного шока он плохо отдавал себе отчет в том, что делает. Даже не заметил, как уже двумя руками прижал к себе младшего и уткнулся ему в шею, вдыхая аромат его кожи. И не заметил, как Ян повернул к нему голову и коснулся своей щекой его щеки.       Через минуту двери лифта открылись и в квартиру зашли парамедики, а дальше все происходило словно в замедленной съемке. Спасатели поставили Яну капельницу и надели кислородную маску, а затем посадили на каталку и спустились с ним на парковку. Медики посадили парня в машину скорой, а затем один из них повернулся к Хвану.       — Вы его опекун? — спросил мужчина.       — Что? — сиплым голосом произнес Хенджин.       — Вы поедете с ним?       — А…да, конечно.       Хван сел в машину скорой рядом с младшим, который опустил взгляд на свои руки, а Хенджин не переставал смотреть на него и дрожать из-за остатков адреналина.       Они приехали в больницу, где Чонина сразу забрали в кардиологию, чтобы проверить его состояние. Хенджин ждал его рядом с палатой, весь дрожал, тряс ногами и кусал пальцы. Он даже не заметил, как к нему подошел доктор Кан.       — Хенджин? — позвал его мужчина.       Хван вздрогнул от его голоса, но облегченно выдохнул, когда увидел врача.       — А, доктор Кан, — юноша встал с кресла и поклонился старшему. — Вы что-то хотели?       — Хотел сказать вам, что сейчас Чонин стабилен. Его давление приходит в норму.       — Боже… — протянул парень, накрыв голову руками. — С ним все будет хорошо? Это же был не сердечный приступ? Все так быстро произошло, я даже толком ничего не понял.       — Нет, это был приступ стенокардии. Он мне сказал, что его трубка сломалась и он запаниковал. У здоровых людей это протекает не так болезненно, но в его состоянии это довольно серьезно. Но вы хорошо ему помогли.       — Я…я лишь сделал то, что мне сказали в службе спасения. Господи, не нужно было уходить из больницы, ничего бы не произошло. Зачем я только уговорил его?       — Хенджин, вы ни в коем случае в этом не виноваты, — спокойным голосом сказал доктор. — Сейчас с Чонином все хорошо и это благодаря вам, так что не вините себя.       Хван жалобно смотрел на старшего, а тот ему улыбнулся. Парень почувствовал, как стало чуть легче, хоть руки все еще дрожали от страха.       — Хорошо, спасибо вам.       — Мне пора идти, но вы можете навестить его. Он сейчас отдыхает в палате.       Хван кивнул и еще раз поклонился врачу. Хенджин подошел ближе к палате и заглянул одним глазом за дверь. Чонин лежал на кровати с кислородной маской и под капельницей. Вид у него был такой истощенный, словно парень пережил несколько подобных приступов. Что бы не сказал доктор Кан, Хенджин помнил, что все это случилось из-за того, что парень уговорил младшего пойти пообедать где-нибудь в другом месте, а не в больнице. В больничном кафе на него бы не уронили бокалы с вином и даже если бы его трубка сломалась при других обстоятельствах, то наверняка здесь бы такого не случилось. Подвергнуть риску человека в таком состоянии чревато опасными последствиями. Поэтому Хван не решился зайти в палату. Он развернулся и быстрым шагом направился к лестнице, снова упустив то, как темные глаза провожают его.       Пока Хван поднимался, ему на телефон поступил звонок. Ему звонил юрист из компании, и только сейчас Хенджин вспомнил, что он вообще тут делает. Он ведь ждал корректировки договора.       — Алло, — ответил парень.       — Господин Хван, договор готов к печати, — произнесла девушка. — Мы проверили его на ошибки еще раз и теперь все в порядке.       — Хорошо, спасибо. Отправьте мне на почту, я поговорю с директором и мы его подпишем.       — Как скажете. До свидания.       Хенджин убрал телефон в карман брюк и посмотрел на свои руки. Они сильно дрожали, будто парень окунул их в снег. Воспоминания снова молниеносно пронеслись в памяти, заставляя сердце сжиматься от страха. В глазах собралась влага, а дыхание трепетало. В следующее мгновение по щекам прокатились две маленькие капельки. Если бы не он, то сегодня день у младшего был бы абсолютно спокойным, обычным, а вместо этого он по полной натерпелся.       Хван сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и аккуратно вытер слезы. Он сжал ладони в кулаки и поднялся по лестнице на этаж к директору, решив отвлечься от происшествий работой.       Хенджин еще раз проверил договор и убедился, что он готов для подписи. Парень его распечатал и направился к кабинету Кима.       — Директор, можно к вам? — спросил Хван, постучавшись в дверь.       — О, Хенджин, проходите конечно! — радостно воскликнул директор. — Я с утра вас не видел.       — Да, я…отъезжал по делам, — тихо ответил Хван. — Я закончил договор. Можем его подписать.       — Какая отличная новость! Так, я сейчас позову наших заведующих и все подпишем!       — Заведующих? — не понял младший.       — Ну да, чтобы, так сказать, все прошло торжественно!       — А, вы об этом, — проговорил Хван, думая о том, что ни на какие праздники у него нет сил. — Директор, а мы могли бы немного отложить торжество? Ведь только ваша подпись нужна, а я…я немного устал. Вы можете отметить это с коллегами, но без меня, вы не против?       — Конечно-конечно! — быстро добавил старший. — Извините, не подумал.       — Ничего, все в порядке. Давайте подпишем?       — Да, давайте!       Хенджин открыл последнюю страницу договора, по которому теперь компания Хван становилась официальным партнером больницы, и поставил свою подпись, а директор Ким поставил свою подпись дрожащей от радости рукой.       — Хенджин, не передать словами как я рад тому, что вы выбрали именно нас! — с широкой улыбкой сказал старший и потянулся к рукам Хвана, чтобы их пожать. — Ваша помощь будет неоценима!       — Буду рад помочь, — ответил парень.       — Могу я задать вам вопрос перед тем, как вы уйдете?       — Да, конечно.       — Какое отделение будете спонсировать первым?       Хенджин на пару секунд задумался, но затем легко улыбнулся.       — Кардиологию, — ответил младший.       — А почему именно это? — удивился Ким.       — Сердце это то, что болит больше всего. И физически и морально.       Старший мягко улыбнулся и кивнул.       — Если вы не против, то я пойду, — произнес Хван.       — Конечно, хорошего вечера!       Директор низко поклонился парню и с улыбкой провожал его. Когда Хенджин вышел из кабинета и закрыл дверь, то облегченно выдохнул, но услышал, как в кабинете директор кричит от радости и хлопает в ладоши. Хван усмехнулся и подумал о том, что, несмотря на все сегодняшние события, день закончился хорошо. В памяти возникло одно воспоминание. Хоть оно и произошло в самый страшный момент дня, но было самым приятным. Тот момент, когда он коснулся чужих губ.       Хван мягче улыбнулся от этого воспоминания и тело наконец перестало дрожать. Он прикоснулся к своим губам и улыбнулся мягче. По венам бегало тепло, а сердце билось спокойным ритмом. Парень решил перед уходом, все же, зайти в палату к Яну, чтобы хоть попрощаться.       Хенджин бодрым шагом спустился в кардиологию и с каждым преодоленным метром его улыбка становилась ярче, а походка быстрее. Парень подошел к двери и заглянул в палату, но никого там не увидел. Только оставленные вещи — телефон, красный журавлик из бумаги, кислородная маска, рюкзак.       Хенджин подошел к кровати Чонина и взял журавлика в руки. По телу снова прошла холодная волна страха. Так же было и в прошлый раз, после которого Хван обнаружил младшего на крыше. Руки вновь задрожали, а в мыслях снова был образ того, как паренек падает вниз.       Хван сорвался с места, пряча в кармане оригами, и быстро подошел к посту медсестры, где женщина перебирала какие-то бумаги.       — Простите, вы не знаете, где Ян Чонин? — спросил Хенджин.       — Он должен быть в своей палате, — ответила женщина, не поднимая взгляда.       — Но его там нет, — сказал Хван.       — Возможно, на процедурах. Извините, молодой человек, мне нужно работать.       Женщина вернулась к своим бумагам и забыла про Хвана, а он уже успел передумать все ужасное и плохое. Чтобы исключить самое страшное, Хенджин решил первым местом проверить крышу. Хван влетел в лифт и нажал кнопку последнего этажа. Его ладони тряслись так сильно, что даже в кулаки не сжимались. Про себя Хван повторял только одно: «Пожалуйста, не делай этого».       Хенджин доехал до последнего этажа и побежал к выходу. Дверь снова была не заперта, что только сильнее напугало юношу. Он добежал по лестнице до выхода и выскочил на крышу.       Перед собой Хван увидел темноволосого парня в синей рубашке и голубых джинсах. Он стоял, облокотившись на бордюр, и смотрел на город. Ян услышал, что дверь захлопнулась, и повернулся к вышедшему. Его удивление было таким же сильным, как страх Хвана.       — Чонин, отойди оттуда! — громко произнес Хенджин. — Пожалуйста, отойди оттуда!       Но Чонин не двигался, только смотрел в упор на старшего, который уже потихоньку сходил с ума.       — Я прошу тебя, иди сюда, пожалуйста! — еще громче крикнул Хван и протянул парню руку. — Что ты здесь делаешь снова?! Неужели ты из-за приступа сюда вышел? Правда думаешь, что это лучше, чем пытаться бороться?!       Пока Хенджин выкрикивал эти слова, Ян маленькими шагами подходил к нему, глядя своими черными глазами в глаза испуганного Хвана, а он уже впал в истерику.       — Подумай о том, что если ты спрыгнешь, то никогда не узнаешь, что все могло пойти иначе! Если тебе плевать на себя, подумай о своих родных! Думаешь, твой прыжок решит все их проблемы?! Значит думать ты совсем не умеешь! Подумай о матери, об отце…       Хенджин не успел договорить, так как младший резко к нему подошел, схватил за кофту и потянул к себе. Быстрым движением Ян укрыл пухлые губы Хенджина своими, прикрыв глаза.       Сегодняшний день приносил старшему только больше потрясений. Но этот момент обрушил все те страхи, которые поднимались как пыльное облако, и развеял по воздуху.       Чонин мягко сжал губы Хвана и отпрянул от них. Он сделал глубокий вдох, медленно приоткрыл глаза и посмотрел в ничего не понимающий взгляд напротив, который был всего в нескольких сантиметрах.       — А о тебе мне стоит подумать? — тихо спросил Чонин.       Ответ Хвана не заставил себя долго ждать.       — В первую очередь, — сказал старший и потянулся к чужим устам.       Хенджин вновь коснулся мягких губ, сжимая их своими и пробуя на вкус. Они были теплыми и сладкими, как цветочный мед, который вязко стекал по губам на язык, отдавая пряными нотками. Хван потянулся руками к парню и тут же прижал его к себе еще ближе, ощупывая его тонкую талию через свою же рубашку, а Чонин разжал кулаки на кофте старшего и скользнул ими выше к его шее. Как только он коснулся её, Хван шумно выдохнул, но крепче прижал парня к себе. Ощущение его рук на своей коже было как кислород, который сейчас так стремительно покидал легкие, но Хван не хотел отрываться от этих ладоней даже в том случае, если упадет в обморок.       Хенджин смаковал чужие губы, стараясь лучше насладиться их вкусом, а младший нисколько не сдерживал себя, отвечая тем же. Ян приоткрыл губы и коснулся своим языком верхней губы Хвана. Последний тут же среагировал и обнял устами чужой язык. Помимо всего прочего, старшего удивило и то, сколько пылкости было в этом юном парне, который был на вид таким хрупким, словно хрусталь. Хван исследовал руками его тело, ощупывал, поглаживал и сжимал, так сильно хотелось этого еще больше. Он провел ладонью выше по спине, поглажимая мышцы Яна, и дотянулся до затылка, а там сразу зарылся в спутанные волосы.       Хенджин уже не отдавал себе отчета, желая большей страсти в этом поцелуе. Только он был готов проникнуть меж чужих уст своим языком, как услышал звук посторонних голосов. Парни разорвали поцелуй и обернулись назад. Они заметили, что дверь, ведущая на крышу, тихонько качнулась, а голоса за ней становились все громче.       Старший замер, но очнулся, когда Ян коснулся его руки. Чонин потянул его за собой и быстрым шагом направился за трубу вентиляции. Они едва успели за ней спрятаться, как на крышу вышли несколько медсестер. Девушки о чем-то болтали и смеялись. Младший спрятался за спиной Хвана, а он наблюдал за тем, не увидели ли их медсестры.       — Думаю, нам лучше уйти, пока никто нас не заметил… — прошептал Хенджин и обернулся к Чонину, но никого перед собой не увидел.       Хван озирался по сторонам, но нигде не видел Яна. Чувство пустоты и страха вновь вернулось, только теперь добавилось и ужасно невыносимое желание быть рядом с Чонином.       Хенджин выглянул за угол, а медсестры отвернулись и продолжали беседу. Хван решил воспользоваться моментом и на цыпочках прошел к выходу с крыши. Он тихонько прикрыл дверь и почти бегом спустился по лестнице. Парень вышел в коридор и искал глазами Чонина, но нигде его не видел. Хенджин обошел этаж и, не найдя младшего, решил спуститься на восьмой этаж, где была его палата.       Хенджин добрался до палаты Яна и почти влетел в нее. Вещей Чонина не было, как не было и его самого. Чувство пустоты чуть ли не разрывало грудную клетку, а в голове совсем не было покоя. Весь этот день не просто поразил его до глубины души, но оставил невероятно сильные чувства, которые были помощнее любого адреналина. Они били в голову сильным и тяжелым ударом, заставляя забывать все, кроме тех моментов, когда младший был рядом, когда Хван ощущал его тепло, когда он был в его руках. Эти чувства были как наркотик. Они ломали на части и хотелось сделать хоть что-то, лишь бы снова ощутить их в полной мере, а не хвататься за послевкусие.       Хван понял, что ему больше нечего здесь делать, поэтому взял свой телефон и написал водителю, чтобы он забрал его домой. Пак ответил, что будет в больнице через несколько минут, а пока парень ждал, то лишь сильнее погружался в дурман тех чувств, которые никак не отпускали и изнуряли сильнее.       Хенджин нащупал в кармане что-то странное. Он потянулся ладонью в карман и достал оттуда оригами журавлика. От его вида парень улыбнулся, чувствуя, как по телу разгоняется тепло от этого палящего огня новых обжигающих чувств.