Часть 3

      На горизонте смесь ярких закатных красок. Сумерки разбавляют влажный воздух порывами солёного ветра. Такая простая возможность выбираться на воздух кажется благословением. Спустя три месяца заточения Джесси, начал было думать, что завянет к чёртовой матери, как тот же комнатный фикус. Кто вообще в здравом уме придумал комнаты без окон? Эту нехитрую загадку всякий раз удаётся списать на очередной психологический приём. Их тут держат на правах груши для битья. Но Рейес лишнего себе не позволяет никогда. Если считать нормальным это его давление всеми возможными способами. Намерение прочистить мозги и выбить из них всё то, чего там изначально не было. Сломать и подчинить. С ними обращаются, как с преступниками. Коими они и являются.       МакКри быстро понял общее положение вещей и лишний раз не отсвечивает. Рейес просто проверяет их на прочность и стойкость. С горем пополам Джесси справляется, будучи более сговорчивым. А вот Эш, жившая большую часть жизни в самодостаточности и гордыне, привыкла к иному отношению. Собачится с боссом и по сей день.       МакКри отлично знает, что эта война может длится вечность. Он не вмешивается. С Рейесом он умудряется находить общий язык. Втираться к нему в доверие у Джесси и в мыслях нет. Он всегда помнит про здешнюю иерархию. Ему постоянно напоминают его место. Три месяца в штабе «Овервотч» пролетают одним нечётким всполохом рутины, слитой с серыми днями. Он осваивается и перестаёт чувствовать себя диким зверем, окружённым со всех сторон. Все эти косые взгляды, внимание, прикованное к нему в общих помещениях... Это доводило до исступлённого желания скалиться.       Углы сглаживает Эш. Она развеяла тяжёлой груз вины, которую Джесси единолично взвалил себе на плечи. Окажись он тут совершенно один, то загнулся бы от хандры, тоски и всех прилегающих. Единственным кто относится к нему как к человеку — не считая Элизабет и Боба — была Фария.       Рейес провёл с Джесси довольно короткую беседу. Выдал прямое "не суйся к ней" и сверкнул опасным взглядом, сулящим проблемы. Понятное дело. МакКри и не совался — младшая Амари сама его находила. У МакКри не получалось находить веские причины увильнуть всякий раз. Он не хотел её обижать. Не хотел, чтобы ей влетело. А мелкая сама часто вылавливала его в перерыве между тренировками или в выходной. Именно она показала ему лазейку на террасу. Джесси, как истинный вор в законе обходил камеры слежения по слепым зонам.       Фария рассказывала ему обо всём. Об учёбе, о прочитанной книжке о том, как ей тут скучно, пока мама работает. И таскала с собой настольные игры, чтобы научить Джесси мухлевать даже в «Монополии». Плюс, Фария с удовольствием секретничала, выдавая чуть ли ни всю подноготную верхушки. Конечно, маленький прохвост любил подслушивать взрослые разговоры.       — Мама с Джеком поругалась. Громко так при чём, даже подслушивать не пришлось. — делится с ним Фария, обнимая коленки, — Я думала, убьют друг друга.       — Из-за чего вдруг? — участливо интересуется МакКри, откровенно зависая на закате и впитывая запах океана. И только спустя пару секунд догадывается накинуть на младшую Амари свою куртку. Замёрзла, похоже.       — Что-то там с «Хеликсом». Проблемы с оружием или типа того. Мама перевелась сюда из этого агентства. А «Овервотч» вмешаться не может.       «Хеликс» и "проблемы с оружием". Звучит знакомо. Это даже колышет тихий колокол ностальгии о ушедших днях. Которых больше никогда не будет. Он отбрасывает это. Как и всегда.       — Политические соображения?       — Как обычно. — согласно кивает Фария.       Политика часто играет главную роль чуть ли не в каждом шаге организации. Это МакКри тоже понял быстро. Любая неосторожность могла всполохнуть общественность недовольством. Люди с особым фанатизмом любили подвязывать теории заговора и вспышки протестов в разных уголках мира в одну общую мешанину. Придумывали совсем бредовые причину, чтобы спустить всех собак на «Овервотч». Надо же найти виноватых. Случалось подобное, правда, редко. В эти мгновения Джесси совершенно не завидовал главнокомандующему Моррисону.       — Не переживай, мелкая. Не убьют друг друга. Друзья всё таки. — заверяет её МакКри, легонько щёлкнув по носу в шутливой манере. Фария смешно фыркает.       — Терпеть не могу, когда они орут друг на друга. Всегда такие тупые, детские причины.       — Поорут и перестанут. Взрослые — это просто большие дети.       Они сидят так, пока солнце окончательно не закатывается за горизонт. Джесси позволяет себе подумать, что не всё плохо. Старается свыкнуться с каторжной жизнью и вечным контролем. Чёрт его знает сколько ещё они с Эш тут проторчат. Когда МакКри впервые оказался на балконной террасе жилого здания, то выпал в осадок с масштабов территории. И резко вдруг осознал. Они в заднице. Сбежать отсюда невозможно. Везде камеры, люди с оружием и всё это за высоченными стенами в метр шириной.       Выйти с этажа можно только при помощи ключа доступа, который был у всех здешних, кроме них самих. А вот проход на аэродром с челноками открывается только счастливым избранным, состоящим в командном центре. Джесси не настолько отчаялся, чтобы попытаться обокрасть Рейеса.       Прежде чем разойтись, МакКри сдаётся под напором Фарии и раскрывает секрет карточного фокуса с королями. Младшая Амари была столь мила, что подарила ему свою колоду. Правда, единственный, кого Джесси мог здесь обыгрывать — Боб. Эш придерживается своей идеологии. Брать в руки карты в его присутствии отказывается напрочь.       — Только маме не показывай, ладно? Будет нашим общим секретом. — подмигивает ей Джесси. Он просит её о подобном не потому, что боится влёта от Рейеса. Лишиться этих редких посиделок в компании Фарии ему искренне не хочется.       — Я не настолько маленькая, какой ты меня считаешь, Джесси. — усмехается младшая Амари, возвращая ему куртку. — Мне тоже запрещено с тобой общаться.       МакКри даже не находит что ответить. До чего же умная девчонка.

***

      Новый день встречает очередным ранним подъёмом и привычным ноющим покалыванием в мышцах. Уже более щадящим, чем пару месяцев назад. Всё тело будто свинцовое: постепенно атрофируется к боли и приобретает рельеф. Сегодня снова полигон и спарринги. Как и вчера. Как и в предыдущие дни.       Подобрать общие точки соприкосновения с Гэндзи пока не получилось, несмотря на ежедневные занятия бок о бок на полигонах и ринге. Он не позволяет себя разговорить. Не ведётся на шутливые подколки, с завидной выдержкой. Но и не просит отвязаться. Просто сверкает в сторону Джесси алыми всполохами то ли апатии, то ли меланхолии. Джесси кажется, что ему заслужено прилетит в лоб вне тренировок. Но Шимада живёт по чести. Даром, что из клана якудза. Терпит любые махинации. Ещё немного и лёд тронется, МакКри чувствует. Его зацепило навязчивым желанием раскусить этот мрачный сгусток депрессии. Подружиться. Потому что в отличии от него самого, ниндзя здесь совсем одинок.       — Потанцуем? — Джесси заходит на ринг с привычной усталостью. Но улыбается Шимаде, разводя перед ним руками. Показной оптимизм больше о самовнушении. МакКри всякий раз старался не падать духом, потому что схватка на ринге всегда заканчивается одним и тем же.       Когда он перестал настолько зверски уставать, в жизнь вернулся азарт. Они с Эш поспорили на недельный ужин кто первым собьёт Гэндзи с ног. Спор этот можно вести хоть до гроба. Ни один из них не приблизился к этой цели ни на йоту, оставляя Рейеса в перманентном состоянии недовольства.       Найти иные развлечения в этих унылых стенах сложно.       МакКри вроде как выработал собственную тактику против ураганного напора Шимады, занимая устойчивое положение на одном месте и выжидая лучший момент для подсечки. Хотя тактикой это и по сей день не назвать. Он разве что чуть дольше держится на ногах. Слепые зоны у Гэндзи всё же есть, пришлось признать. Рейес со своей колокольни вечного наблюдателя херни не посоветует. Из-за маски у ниндзя сильно сужен обзор по бокам. В глобальности проблемы это открытие незначительное. Потому что вертится ниндзя как заведённая игрушка на батарейках ненависти, которую в таком состоянии откровенно страшно подпускать к себе близко.       Не было беды, так придёт другая.       — Рейес, надо поговорить. — голос Моррисона, в отличии от их босса, более звучный и бодрый. С приказной тональностью, звенящей эхом в стенах просторного тренировочного зала.       МакКри за всё это время даже ни разу не видел главнокомандующего. Естественно, такой важной персоне не место в подобных низах. Оттого-то визит и неожиданный. Джесси бегло мажет по нему взглядом. Он никогда не фанател, но посмотреть, как выглядит главный герой всех постеров и памятников в жизни, чего греха таить, ему любопытно.       — Даже смотреть стыдно. — усмехается Рейес, когда отвлёкшийся Джесси пропускает выпад Шимады и вновь встречает лицом пол. И это спустя десять минут маневрирования по рингу. Как белка, блять, в колесе. А это всё таки новый рекорд.       — Сейчас. — главнокомандующего такое игнорирование, очевидно, не устраивает.       — Вышли мне факс и я подумаю. — Рейес, не просто не двигается с места. Он даже не поворачивает голову в сторону Моррисона. И звучит равнодушно, почти чёрство. Воздух обдаёт морозом.       Джесси и не думал, что кто-то может позволить себе своевольничать с Джеком Моррисоном. Их короткий разговор больше похож на общение двух голосовых помощников. Дежурно, бесцветно. Эти двое, кажется, не в самых лучших отношениях. Выводы делать рано.       — Прошу тебя, Гейб. Это срочно. — уже более мягко доносится из дверного проёма.       Рейес грузно выдыхает. Как будто воздух в присутствии Моррисона и вовсе отравлен. Джесси буквально чувствует этот смог напряжения. Чувствует, насколько ему неприятно сдаваться этой просьбе.       — Продолжайте. — не менее грузно бросает им босс, прежде чем удалиться.       — Бьёшь исподтишка? Бесчестный приём, пташка. — Джесси беззлобно упрекает Гэндзи, с его же помощью поднимаясь на ноги и потирая пострадавшую шею. Они остаются втроём. Смог напряжения медленно развеивается.       — Противники тебя жалеть не будут. Умей проигрывать, ковбой. — совсем бесчувственным Шимаду тоже не назвать. Иронизировать он умеет. Говорит, правда, редко.       — Да я только это и делаю.       — Закончили флиртовать? Давай, вали уже. — Каледония пихает МакКри в бок, выражая недовольство.       Джесси ободряюще хлопает Гэндзи по плечу. Не кусается и славно. Может скоро получится и приручить. МакКри освобождает ринг для Эш. У неё тоже появилась своя стратегия против вёртких манёвров ниндзя. В отличии от Джесси, Элизабет на месте не стоит, неустанно виляя по зоне и выискивая для удара удачный промежуток между выпадами. А Гэндзи все их уловки уже на зубок заучил. В этот раз Эш держится гораздо меньше, чем Джесси.       Досаду на её лице заметить нетрудно.       — Вам обоим не хватает непредсказуемости. — делится наблюдением Шимада. Не то что бы это сильно им поможет.       — Сейчас увидишь непредсказуемость. Давай ещё раз. — требовательно цедит Каледония сквозь зубы.       И уж МакКри отлично знает — если та завелась, то можно сразу же трубить в горн капитуляции. Злость хорошая подпитка для самоуверенности. В данном случае это вообще не сработает. Джесси прекрасно понимает, что им не выстоять. Может быть, когда-нибудь, но точно не в ближайшее время. Кроме владения японской искусной техники ведения боя у ниндзя есть ещё одно очевидное преимущество — он киборг-ниндзя. А это, как уж водится, выше их уровня. Выше их сущности в целом.       Эш второй раз подряд целует носом пол. Джесси думает, что она сейчас метнётся к хранилищу с оружием, чтобы пристрелить Гэндзи к чёртовой матери. Заряды там электромагнитные. Грозит только неприятным покалыванием. Но так хотя бы душу отведёт. Вопреки ожиданиям, «Катастрофа» с лёгкостью и грацией поднимается на ноги. Сама. Молча ведёт плечом и снова встаёт в боевую стойку. Ей-то всегда сложно признавать поражение. Их обоих уже конкретно достало неизменное уязвлённое положение. И это после того, как они испробовали всевозможные методы.       Джесси и не имеет ничего против дважды нарушенной очереди — редко получалось отлынивать.       Третий раз Эш падает на пол с раздражённым рыком. Не помогает ни прилив сил, ни остервенелая злость. Только в этот раз на ногах устояла чуть дольше самого Джесси.       — Заканчивайте детский сад. — возвращение Рейеса обрывает всё это сомнительное мероприятие, — Эш, МакКри. Ко мне в кабинет.       Джесси чувствует, как у него сводит желудок в острой тревоге. Резко и хлёстко. Она поднимается из глубин души в один момент. Она пряталась там с того самого дня облавы на «Мертвецов», запертая на ржавый замок. Во-первых, Рейес обращается к ним по фамилиям, что в принципе случалось в редком проявлении менее сурового расположения духа командира. Во-вторых, их доселе ни разу не вызывали на ковёр к верхушке. В голове появляется миллион вопросов. МакКри не боится Рейеса. Но не ждёт ничего хорошего.       Он вопросительно смотрит на Эш. Она в таком же смятении. Что такого они натворили? Да и когда успели бы? За тайные посиделки с Фарией — если вдруг вскрылось — встряску получит один только Джесси. Элизабет к таким вылазкам никакого отношения не имеет. С другой стороны будет ли кто спрашивать?       Что, блять, успело случится?       В кабинете командира МакКри вновь натыкается взглядом на Моррисона. В синей форме, выправленный и заправленный. Почти опаляет блеском, будто его залакировали. Памятник самому себе. Контрастное яркое пятно, среди чёрных и блёклых разводов. Он застывает возле стены со сложенными на груди руками. Вот так и выглядит главный герой постера. Как сам постер. Только взгляд у него безучастный. Словно все они — наскучившая пыль под ногами.       Эш касается плеча Джесси своим, стараясь держаться ближе. Тоже нервничает. Джесси не оглядывается по сторонам, обращает взгляд сразу на Рейеса. В ожидании со вкусом безысходности. Становится совсем невесело. Присутствие главнокомандующего только больше озадачивает. Нервы мгновенно натягиваются до высшей точки стресса.       — Затравил ты их конкретно. — главнокомандующий остаётся на месте, наблюдая за разворачивающимся действом со стороны.       — Это называется уважение, Моррисон. Попробуй, приятная вещь.       Эш рядом тихо выдыхает себе под нос, ущемлённо дёрнув бровью. Надо думать, они правда выглядят как затравленные дикие звери в клетках. Ожидаемо. О них тут говорят, как о забитых страхом цепных псах, которые ни черта не понимают. Справедливости ради, ни черта, сука, понятно и не было.       — Расслабьтесь. — с отходчивой ухмылкой обращается Рейес уже к ним обоим, занимая позицию за столом.       Великолепный совет. Легче только не становится. Потому что от командира можно ждать чего угодно. От всего этого мероприятия в целом.       — Что вам известно о «Лос Муэртос»? — Рейес, кажется, решает, что они достаточно промариновались в гнетущем ожидании, переходя к делу уже более серьёзным тоном.       — Преступная группировка из Дорадо, считающая себя революционерами. — с неуверенностью отвечает Эш, когда повисшая выжидающая тишина в секунду начинает давить на виски.       Возможности отмолчаться у них нет, да и вопрос не каверзный.       — Я бы назвал их обиженными на правительство идиотами, восторженно палящими во всё, что движется. Они недавно начали вести дела на Юго-Западе США. — добавляет Джесси. Не расслабляется и не шутит. Не до того. Просто вдруг решает вставить свой комментарий. И Моррисон и Рейес давят с двух сторон. Присутствием. Авторитарностью.       Он не знает, как объяснить. Здесь и сейчас он снова чувствует этот смог напряжения. Почти, как дым. Зыбкость. Но не дрожащая — тягучая.       — Имели с ними дело? Союзники или враги?       — А какое это имеет значение? — на этот раз Эш не отвечает на вопрос, провокационно ощерившись.       — Прямое, малолетняя брюзга. Члены «Лос Муэртос» палят во всё, что движется из оружия с логотипами «Хеликса», чей конвой три месяца назад перехватила ваша банда оборванцев. В глазах общественности агентство теперь выступает поставщиком оружия для террористов.       Джесси и Эш переглядываются. Вот о чём говорила Фария. Вчера на террасе не ностальгии это был колокол — тревоги. Чаще стоит обращать внимание на внутренний голос. Прошлое всё таки умудряется о себе напомнить, беззаботно помахав рукой. И теперь ждёт новой расплаты.       МакКри тихо чертыхается себе под нос.       — Так это их рук дело? — подаёт голос главнокомандующий из своего угла. На миг Джесси даже забыл о его присутствии.       — Ты вообще читаешь мои отчёты, Моррисон? — Рейес утомлённо закатывает глаза.       — Не то что бы ты часто до них снисходишь.       — Тем они ценнее. — командир вальяжно отклоняется на спинку кресла и снова переводит взгляд на Джесси и Эш, — Платить по счетам за старые грешки вас никто не призывает. Суть в том, что по данным доверенных лиц один ваш старый приятель возглавил новую банду и продолжает подвиги. За всё то время, что вы здесь находитесь было перехвачено ещё два конвоя «Хеликса». Знакомая рожа?       Вновь не оставляя выбора, Рейес двигает к краю стола планшет. Узнать рожу, высвеченную на экране, труда не составляет.       — Киллиан. — рычит Эш понятливо, с остервенением стискивая зубы. Его фотография, сделанная, судя по всему, несколько лет назад, вызывает в них обоих затаённое чувство горечи и ярости. В голове словно переключатель щёлкает.       — Какого вообще чёрта вы его не посадили? — возмущённо уточняет МакКри, как-то не подумав, что выёбываться сразу на двух мировых героев может быть чревато.       Рейесу далеко от сестры милосердия, а терпение Моррисона и вовсе поле незнакомое.       — Не рычи, щенок, забываешься. — предупреждающий об опасности блеск во взгляде напротив мгновенно окатывает Джесси холодом. И реально заставляет прикусить язык. — Лидеры банды «Мертвецов» были нашей целью изначально. Киллиана мы отпустили на все четыре стороны, поскольку его послужной список достаточно жалкий. Но не теперь. Нужна информация касательно вашего дружка. Вся, которой располагаете.       — Рейес. — главнокомандующий легко отталкивается от стены, подходя ближе к столу. Кладёт на него широкую ладонь. Неуверенно, как будто это не его стол и не его штаб. Но голос твёрдый, — Ты серьёзно доверишься малолетним преступникам в этом вопросе?       — У малолетних преступников есть мотив сотрудничать. Именно Киллиан сдал их нам с потрохами.       — Это куда глобальнее отмщения и дрязг между бандами, сам понимаешь. — Моррисон снова складывает руки на груди. И несогласно хмурится. Вообще кто-то когда-то видел, как главнокомандующий хмурится?       — А ещё я понимаю, что у твоего элитного отряда связаны руки и только «Блэквотч» в состоянии решить эту проблему. Можешь выёбываться сколько хочешь, но я буду вести дела так, как посчитаю нужным. — несмотря на равнодушный тон Рейеса, МакКри слышит и видит его злость по отношению к Моррисону. В каждом взгляде и движении. — Так что, будь добор, закрой дверь с той стороны.       Джесси снова ловит взгляд Эш. Она выразительно вскидывает бровь. Невербальный сигнал. Что происходит? Накал между этими двумя можно потрогать рукой. Не остаётся никаких сомнений в их взаимной неприязни.       — Помни о чём я тебя предупреждал на случай, если что-то пойдёт не так. — куда менее дружелюбно вторит ему Моррисон вместо прощания.       А затем действительно закрывает дверь с той стороны. Рейес никак не реагирует, оставшись в выигрышной позиции. О чём главнокомандующий предупреждал их командира остаётся в неизвестности. Джесси и Эш и без того слишком много за сегодня услышали.       Когда они остаются втроём, чувствуется, как воздух разряжается и обогащается кислородом. Кажется, за всю их перепалку они оба ни разу не вдохнули.       — Выкладывайте. — командир щёлкает зажигалкой и беспечно закуривает прямо здесь же. МакКри внутренне умирает и рассыпается в пыль.       Жадно втянув носом запах сигаретного дыма, Джесси теряет голову к чёртовой матери. Сволочь та ещё.       — Почему решить проблему может только «Блэквотч»? — интересуется Эш между делом, с сочувствием косясь на Джесси.       — Границы. Для них доблесть и честь, для нас грязные делишки. Конечно, никто не будет отлавливать каждого из «Лос Муэртос» и отбирать у них оружие, принадлежащее агентству. «Овервотч» достаточно представить общественности виноватого в этом неприятном инциденте, чтобы оправдать авторитет «Хеликса». Вот вам доблесть и честь. — снисходительно поясняет Рейес и усмехается. Легко, с иронией. Даже походит на обычного человека. В замечательном расположении духа после стычки с Моррисоном, не иначе.       И правда кровопийца.       — «Мертвецы» никогда не поставляли оружие «Лос Муэртос». — решает уточнить МакКри. Босс прав. У них действительно есть мотив, чтобы сотрудничать. Вероятно, именно старый-добрый «Плут» может вывести на Киллиана. — У нас был перекупщик.       — Кто? — Рейес смотрит на него с неподдельным участием, отбросив маску равнодушия. Прекрасно знает, что они выдадут ему всё, что знают.       — Сначала скажи, что ждёт Киллиана. — Эш знакомо вздёргивает подбородок. Джесси только качает головой. Собирается вновь начать качать права. Может в этот раз даже сработает.       — Не терпится пустить кровь? Тюрьма. Поскольку именно он виноват в опороченном имени «Хеликса».       Джесси открывает было рот, чтобы попытаться возразить. Или договориться. Дело гиблое с вероятностью в девяносто девять процентов. Сейчас командир пребывает в заметно хорошем настроении. Не часто такое случается. Самый подходящий момент, чтобы попробовать выбить разрешение на месть.       Рейес не даёт ему что либо сказать. Ведёт плечом и требовательно выставляет ладонь, призывая к тишине.       — Но «Блэквотч» играет по своим правилам. Назовите мне вашего перекупщика и, если не облажаетесь, я подумаю о том, чтобы выдать вам Киллиана.       — Страйкер Питерсон. — выдаёт Каледония сразу же, ведомая жаждой возмездия. — Во всяком случае, первую поставку оружия «Хеликса» мы передали именно ему.       — Как мало тебе нужно, чтобы начать выдавать своих. — затянувшись и выпустив дым под потолок, усмехается Рейес.       — Он не свой. — возражает Джесси, по обычаю вступаясь за Эш. — Подпольная крыса, которая портит всем кровь.       Рейес цепляет с края стола планшет, задумчиво в него уставившись. У организации есть своя база данных, разумеется. МакКри не уверен, что мнительный «Плут» сумел попасть под прицел «Овервотч». Как бы там не было, в раздумьях командир проводит несколько секунд, прежде чем потушить сигарету в пепельнице и вновь откинуться на спинку кресла.       — Значит, Страйкер Питерсон и Киллиан Хартли. Как это говорится? Двух зайцев одним выстрелом.

***

      Срочность операции была продемонстрирована не только словами главнокомандующего, поставившего их отсек на уши. Следующим же утром широким жестом Рейес заслал их с Эш в санчасть, где их поочерёдно обступили медики для повторного осмотра. В довершении им обоим ставят укол на внутреннем сгибе локтя. Что-то болезненно вгрызается в кожу и на манер какого-то инопланетного жука уползает в вены. Датчик слежения. Это было... Неприятно, но справедливо.       А дальше — больше. Как выяснилось, Аллен из технического блока снимал с них мерки ещё в первый день не для того, чтобы знать размеры гроба. Куда более вероятно, что в случае смерти его тушу ждали бы чёрный мешок и печка.       Униформа сидит как влитая. Чёрная и матовая. Ни единого блеска. Швы, усиленные термосваркой. И тонкие полосы в местах сгибов. Влагоотводящие каналы, рассеивающие тепло. Контрастно красные, как угрожающий блеск или опознавательный знак, вместе с логотипом «Блэквотч» на плечах. Штаны — прочные, с усилителями в области колен и бёдер. Синтетический слой плотно сидит второй кожей. Сверху штатный бронепояс с кучей подсумков. На левом бедре кобура для «Миротворца» с фиксатором. Ботинки — обычные, армейские. Они тяжёлые и громоздкие, без лишнего. Такие, чтобы давить грязь и черепа. Верх — облегчённая куртка с высоким воротом, а на груди слой гибкой нанитной брони. Джесси такую крутую херовину один раз в жизни в руках держал. И тот обожжённый кусок униформы какого-то полисмена, сдохшего в граде пуль «Мертвецов». На рукавах вшитые в ткань сенсорны, как сеть паутины. Тоже красные. Мониторинг пульса, температуры и уровня стресса. Данные идут напрямую в коммуникатор Рейеса, надо думать. На плечах МакКри замечает крепления.       Пончо. Вот оно. С ума сойти можно. Тоже чёрное, до колен. Рейес не стал выдавать ему что-то похожее на старое. Он создал новое. И эта деталь — пончо — не просто функционал. Это отсылка. Намёк и дань памяти. Компромисс. И перчатки без швов. С усиленными ладонями и тактильными датчиками на кончиках пальцев. Шлема нет. Только комм-модуль — миниатюрная гарнитура, которая крепится за ухом и тянется к вороту. Микрофон-кость, передающий голос через вибрацию.       Это, блять, не униформа. Это оболочка. Она создана для того, чтобы исчезать. Чтобы сливаться с ночью и нести смерть, которую не слышат. Костюм не скрипит и не шуршит. Броня не тянет и не жмёт. В этот момент становится ясно — они тут не в ясельной группе. С беготнёй от кровати до тренировочного зала через столовую Джесси начал было думать, что они здесь заперты лишь для того, чтобы тешить эго Рейеса и развлекать Шимаду на ринге. Но теперь в броню облачён не только Гэндзи, но и их бандитский дуэт.       Всё это приподнимает настроение. Джесси чувствует себя боевой машиной в этой форме. Непробиваемым. Работа сделана на совесть, ему даже докопаться не к чему. МакКри довершает образ пряжкой с эмблемой банды «Мертвецов», которую крепит на ремень. Без неё, как и без шляпы неуютно. А шляпы действительно очень не хватает. Свою старую Джесси надевать не решается. Не потому что к образу не вяжется, а потому не собирается сегодня перечить воле Рейеса. Сегодня всё должно пройти, как по маслу. Сегодня они должны убить Киллиана.       — Выглядишь шикарно. Для разнообразия. — Джесси отвешивает Эш смутный комплимент, когда они пересекаются в коридоре, направляясь к точке сбора на учебном полигоне.       — Заткнись. — она знакомым жестом тянется к его голове рукой, чтобы, очевидно, хлопнуть по шляпе и сбить поля на глаза. Но натыкается на взлохмаченные волосы. Да, шикарно, но неполноценно. МакКри чувствует себя некомфортно без этого. Но что поделать? — Чёрт. Тоже чувствуешь себя будто голым без неё?       Несмотря на пренебрежительный тон, Джесси может наверняка сказать, что она довольна собственным внешним видом. Рейес внезапно смог ей угодить. Униформа Каледонии такая же, как у МакКри. Вместо её любимой кожаной куртки Элизабет сшили плащ ниже колен. Тоже компромисс. Как его пончо.       — Голым нет. — усмехается Джесси, взлохмачивая волосы ещё сильнее. Его так и тянет поправить шляпу, щёлкнуть пальцем по полям. Как сигары — привычка. — Без шляпы я не Джесси МакКри, а просто Джесси. А это, чтобы ты знала, катастрофа.       Скромный флирт под маской самонадеянности. Так им нравится. Как с колкостями, но реже. Словно по краю. Всё ещё с маской беззаботности, чтобы не выглядеть серьёзным. Боб, так же облачённый в чёрное, показывает МакКри большой палец из за спины Каледонии.       — Не переживай. Даже без шляпы ты всё равно идиот, которому по душе катастрофы. — Эш говорит это ровно, почти холодно, но взгляд выдаёт. С озорством, с такой же остринкой, как этот их нелепый флирт. На миг задерживается на его лице. Не на глазах, а улыбке. Джесси редко улыбался в последнее время. — Пойдём, у нас работа.       Спорить МакКри и не собирается. Настроение довольно давно не было на такой высокой отметке.       На учебном полигоне темно, пусто и пахнет химикатами. Видимо, здесь недавно отмывали следы их крови и пота. Рейес опаздывает, вопреки обыденности. А Шимада уже на месте. Молча кивает им в знак приветствия, тщательно рассматривая клинок своей катаны. Трогает живым пальцем на проверку остроты. Выглядит устрашающе. Форма у него его же броня и импланты.       Если подумать, то пончо за плечами МакКри может сойти за попытку подкупить. Как и возможность поквитаться с Киллианом. Никто ничего не пообещал. А Джесси уже намертво вцепился в призрачный шанс. Рейес вывернул всё так, будто он для них на самом деле спасительная мессия. Дал стимул содействовать, заставляя играть по правилам. Сумел подсластить пилюлю, которая на короткий миг перекрывает все предыдущие издёвки. Метод кнута и пряника.       — Готовы? — как всегда грузное появление Рейеса разбавляет тишину, прерывая раздумья порядком заскучавшего МакКри.       — Так точно. — вторят ему сразу три голоса. Как коллективный разум.       Эту часть армейских замашек командира Джесси не любит больше всего. Обращение по уставу тут соблюдается скорее ради вида. Но в обязательном порядке.       — Эш, МакКри. Инженеры собрали для вас новые пушки. Точные копии ваших с одной модификацией.       — Лазерный прицел? На кой? — когда «Катастрофа» получает в свои руки копию «Гадюки», то со всех сил давит негодование, капризно осматривая винтовку.       У неё вообще до сих пор не отлегло. Эш буквально вскипела от злости, лишившись любимых вещей с подачи командира. А вот Джесси плевать. О своих потрёпанных джинсах он так не страдал. Штатское хотя бы удобное. Всё однотонное, тоже чёрное. И не воняет кислым порохом и его собственной кровью. Приятно для разнообразия не чувствовать себя бродягой, спящим в яме. Джесси только одним недоволен — кто-то посмел притронуться к «Миротворцу», чтобы изучить вдоль и поперёк.       — Тебе действительно нужно объяснять или сама додумаешься? — нетерпеливо хрипит Рейес, вручая МакКри револьвер. Действительно точная копия, даже вес такой же.       Эш озлобленно хмурится, непонятливо моргнув. Больше, чем признавать поражение, она не любит, когда её пытаются выставить тупой.       Командир только вздыхает, собирая крупицы самообладания.       — Чтобы я знал наверняка, куда вы оба собираетесь стрелять.       Доверия им, разумеется, нет. Да и откуда бы? Они всё те же преступники, разве что, благодаря тренировкам, чуть покрепче, чем три месяца назад. А вот расположение Рейеса нужно ещё заслужить — это он подчёркивает довольно прозрачно. Но всё это становится неважным в тот момент, когда на прикладе своего нового револьвера Джесси замечает шпору. Блять, шпору! Он пропускает смешок, а затем, не сдерживаясь, вовсе начинает в голос смеяться.       Все присутствующие смотрят на МакКри как на помешанного с пару секунд.       — Сука, и как я сам не додумался? — Джесси чуть приподнимает оружие на уровне лица стволом в пол, чтобы продемонстрировать всем причину своего безудержного веселья, — А это зачем?       — Элемент оригинального дизайна по задумке Аллена. Уверен, ты найдёшь этому применение. — уже более доброжелательно отвечает Рейес с незнакомым доселе блеском во взгляде.       Теперь удар прикладом копии «Миротворца» по чьей-нибудь роже будет куда болезненнее. Нет, это гениально. Серьёзно.       — Закончили развлекаться? Выдвигаемся. — выдаёт новые указания Рейес, возвращаясь в своё перманентное непреклонное состояние. — Омник остаётся на базе.       — Я не согласна! — всего ничего нужно Каледонии, чтобы моментально вскипеть. Хотя, имея дело с командиром, ей особо и причины не нужны.       — Тогда можешь составить ему компанию.       Она скалится, намереваясь начать уже знакомую всем перепалку, которая никогда не приводила её к победе.       — Эш. — предугадывая её предстоящую гневную тираду, уже бурлящую в груди кипящим ядом, Джесси перерубает Элизабет возможность сказать что-то ещё, крепко положив ладонь на плечо.       Она возмущённо смотрит на него, ожидая поддержки, но МакКри только отрицательно качает головой. Нужно помнить о Киллиане, которого ждёт расправа. Их же руками. Телепатическими способностями они не обладают, но часто понимают друг друга без слов. Вероятно, она что-то цепляет в его взгляде или же просто решает прислушаться.       — Извини, Боб, в другой раз. — тихо цедит Эш сквозь зубы, одаривая Рейеса непроницательным взглядом.       Не в том они положении, чтобы препираться. Всегда не в том.

***

      Будто целая вечность прошла с того момента, как Джесси мог вдохнуть свежего воздуха полной грудью. Редкие посиделки с Фарией на террасе не сравнятся с тем, от чего пришлось отказаться волею судеб. Из головы выбивается всё. Остаётся только звенящая пустота. Правильная и комфортная. Он на своём месте. На своей земле. Поле боя наполнено запахом горящей плоти и пороха. МакКри как умалишённый глотает эту адскую смесь. Знакомый жар Аризоны и жадно разрастающийся огонь сжигает остатки всех сомнений. Джесси превращается в изголодавшегося по крови зверя, которого запустили в курятник.       Отман пылает, насыщая знойную бесцветную ночь красками ярости.       Только и успевая перезаряжать револьвер, МакКри отыгрывается сразу за всё. За боль. За унижение. За предательство. Эш, не давая ему форы, динамитом выжигает на землях Отмана своё потаённое отчаяние и ненависть.       Впервые Боб не прикрывает их спины, но они оба будто забывают об этом. В очередной раз чувствуют себя неуязвимыми. Срываются с цепи, пропитываясь дымом пламени с ног до головы. Очередная подачка, которой Джесси упивается. Словно зависимый. Рейес даёт им волю. Позволяет выплеснуть подавленную злость. Но не об этой злости их общее с Эш безумие. Единственное, что сейчас волнует — туша Страйкера. Эта крыса, как пить дать, снова забилась в самую глубь своего вонючего подвала, как только они сделали первый выстрел.       Гэндзи тоже будто только и ждал отмашки. Мечется по полю битвы, охваченным огнём, безмолвной молниеносной тенью. Несёт смерть каждому, кто попадает в поле его зрения. Будучи бойцом ближнего боя, Шимаде было сложно уследить за всем сразу — Эш исправно прикрывает его, заняв позицию чуть поодаль от разверзнувшейся преисподней.       У них своя стратегия на четверых. И МакКри отчего-то ни разу не усомнился, что такой немногочисленной группой они устроят настоящее пекло во всех смыслах. Самоуверенности вселяет и бронежилет, от которого уже успело отскочить две пули. Город давно мёртв. Исход уже предопределён. А их тут всё ещё помнят, но не жалуют. Но местные ещё лают, огрызаются. Пытаются дать отпор артиллерией в виде портативных турелей и парочки дронов, криво жужжащих над пламенем. Это вносит только больше хаоса.       Джесси почти в восторге. Как будто родился для этого.       — Сзади! — прикладом револьвера Джесси наотмашь прописывает по лицу еле живого безымянного ублюдка, выбивая тому зубы. Чтобы точно не вздумал подняться на ноги.       Но Рейес его не слышит. Или может не хочет слышать, раздавая залпы дробовиков направо и налево. МакКри некогда думать. Он тупо бросается вперёд и сбивает командира с ног. В тень не охваченного огнём здания. Пулемётная дробь проходится совсем рядом, впиваясь свинцом в пыль возле их ног.       И, чёрт возьми, как же это было больно. Больнее чего бы то не было в его жизни. Он только что будто не в человека врезался, а в стальной столб, вмурованный в скалу. И ли в живую крепость. Из-за боли в плече от удара об эту нечеловечески мощную спину, Джесси не сразу понимает, что конкретно в это мгновение сделал. Просто сделал и всё. Не думая. Хотя, если бы не уследил, то одной проблемой стало бы меньше. Огромной такой проблемы. На данный момент самой значительной в их с Эш жизнях.       — Остуди пыл, щенок. — спустя секунду рычит точно такой же заведённой вкусом битвы Рейес, поднимаясь на ноги и ударяя его ладонью по расцарапанному пулями бронежилету. Вместо благодарности за спасённую шкуру. И сейчас успевает упрекнуть, подумать только. — Ты не бессмертный, даже если противник слабее тебя.       Замечание, впрочем, дельное.       МакКри хватает только на сдержанный кивок, после которого он вслепую выпускает всю обойму из за угла укрытия. Последний рубеж. Они почти закончили. Остались только самые отчаянные.       — Не трать пули. — советует командир, подхватывая с поясного крепежа гранату.       Взрыв сотрясает землю. Колокол оглушительного звона в ушах, последовавший за ним, на несколько секунд перебивает симфонию криков и собственного же учащённого сердцебиения. Всё стихает. МакКри вдруг слышит, как жалобно взвывает движок чьей-то раздолбайки и осторожно выглядывает из укрытия. Крысы собираются бежать с тонущего корабля. В их планы вмешивается ночной кошмар в лице Шимады, влетевшего в гущу событий. Эш делает предупредительный выстрел по земле из тыла. Тут только капитулировать. Как оказалось, красная лазерная точка, угрожающе сверкающая в бою, делает людей более сговорчивыми. Джесси уже успел осознать, спугнув сразу нескольких притихших по углам придурков чуть ранее.       — Стоять! — громко рычит Рейес.       Обращается то ли к Гэндзи, то ли к тем слюнтяям, решившим сбежать под шумок. Окровавленные, изувеченные. Джесси на них не смотрит. Застывает рядом с Рейесом и Гэндзи, который приставил к горлу какого-то хлипкого паренька лезвие катаны. И теперь выжидает вердикта их командира. Как всегда молча.       — Страйкер. — ёмко произносит Рейес. Одно имя. Голос тяжёлый. Тон опасный. Уже звериный рык, а не слова. Любой бы заговорил, даже без клинка у горла. А Рейес, закинув один из своих дробовиков себе на плечо, в довесок грозно смотрит на сопляков, спрятавшихся в машине.       — В том здании. Подвал... Не убивайте, прошу! — паренёк буквально трясётся, указывая непослушным пальцем в нужную сторону и в ужасе вылупив глаза на их смертоносную троицу.       — Я знаю где это. — подаёт охрипший голос Джесси, особенно остро чувствуя необходимость в табаке прямо сейчас.       Посредники им не нужны. Как он и думал, крысёныш спрятался под землю.       Рейес прячет дробовики в кобуры и, отворачиваясь в сторону укрытия Эш, делает в воздухе незамысловатый мах ладонью. Приказ для Элизабет. Пора присоединиться к ним. Армейский жест. У них всё ещё есть гарнитура, а он будто бы и не собирался ей пользоваться изначально. Даже сейчас проверку устраивает. Выучили ли.       — Зачисти всё здесь. — командир кивает Гэндзи и моментально забывает про несчастных с незавидной участью.       Катана плавно и резко входит в глотку сопляка. Он не успевает взмолиться или состроить невинный взгляд. Не успевает даже обоссать штаны в ужасе. Хрипло давится собственной кровью. И посмертно захлёбывается. Хорошо, что этот бешенный ниндзя на их стороне.       Крики последних выживших, забившихся в машину, разбавляют стихшую перестрелку новой симфонией.       Эш встречает их с винтовкой наперевес и нечитаемым выражением лица. С пятнами сажи на щеке. С тяжёлым дыханием. Они, по традиции после боя, обмениваются кивками. Всё в порядке.       — Ведите. — приказывает Рейес пресным, вечно рычащим тоном.       «Катастрофа» с ожесточением выбивает хлипкую дверь подвала со второго удара ноги и занимает позицию у угла проёма, ожидая сопротивления. Из глубин помещения моментально начинает сыпаться слепая автоматная очередь. В пустоту, мимо них. Когда последняя гильза противника звонко ударяется о бетонный пол, Рейес закидывает говнюкам дымовую гранату.       МакКри не ждёт приказа и сразу высовывается из укрытия.       Время замедляется, растягивается и ломается, словно неисправный механизм, как это обычно бывает под кипящим в крови адреналином.       Он цепляет взглядом движущиеся в тусклом задымлённом освещении силуэты. Главное не задеть Страйкера. Та самая красная точка помогает снова. Джесси снимает двоих громил, вечно трущихся рядом с «Плутом».       — Чисто. — МакКри откидывает барабан «Миротворца», ударом ладони выбивая из него пустые гильзы и перезаряжая одним выверенным движением. Долго привыкать к оружию не пришлось. Он почти не ощутил разницы.       Их троица с минуту выжидает, когда дым осядет, маринуя Страйкера в неизвестности. Рейеса они пропускают вперёд первым.       — Ни с места! Ты на мушке! — доносится из глубин крысятника звенящий страхом голос Страйкера, встречающего их командира с пистолетом в дрожащей руке. — Буду стрелять!       Но Рейес не останавливается. Напирает несокрушимой стеной, заставляя «Плута» забиться в самую дальнюю часть помещения. Под этим доисторическим светильником, в дыму. Жалкое зрелище.       — Ну попробуй. — усмехается Джесси, натягивая ту самую маску непринуждённости, когда последним спускается по лестнице и вместе с Эш выплывает из за спины Рейеса.       Командир молча кивает им обоим. Едва заметно, но этого достаточно. Не приказывает, а просто пускает их вперёд. Акт встречи со старыми знакомыми. Каледония сразу же подхватывает нож, удачно воткнутый лезвием в стол сбоку. Они синхронно обходят командира по дуге, вселяя трепет в осознавшего масштаб собственных проблем «Плута». Его пистолет грузно ударяется об пол, выскальзывая из ватных пальцев. На лице напротив ничего кроме замешательства и паники. Тотальная капитуляция. Всё ещё приятно вселять благоговейный ужас.       — Вы... Вы же должны быть в тюрьме. — растерянно пищит Страйкер вжав голову в плечи, когда Джесси опрокидывает его задницей на стул неподалёку одним крепким толчком руки в грудь.       — А что? Слушки и до тебя доползли? — пинком ноги Эш отправляет валяющийся пистолет в глубины помещения, — До чего же тесен мир.       — «Мертвецы» всегда раздают долги. Тюрьма нам в этом не помеха. — Джесси угрожающе нависает над «Плутом», глядя глаза в глаза. Эш, будто в подтверждение его слов, с размаху втыкает лезвие ножа в спинку стула совсем рядом с ухом Страйкера, заставляя того трусливо дёрнутся. — Мы здесь не по твою жалкую душу. Нам нужен Киллиан.       — Новость чудесная. Мол, если я вам его выдам, вы меня не тронете. — слабый огонёк смелости в глубинах трусливой натуры «Плута» явление редкое. МакКри даже удивляется на секунду.       — Лучше побойся того, что мы с тобой сделаем, если не выдашь. — Эш парирует резко, не оставляя выбора.       Замечание резонное. Страйкер должен понимать.       — Да подавитесь!       И вот теперь вперёд выступает Рейес, расталкивая Джесси и Эш широкими плечами. Он не собирается разжёвывать положение вещей. Крепкой хваткой пальцев вцепляется в глотку «Плута», пережимая доступ к воздуху.       — Бояться тебе надо не их, а меня.       Разжав пальцы командир, в качестве символа серьёзности собственных слов, с лёгкостью перехватывает тот же самый нож. Лезвие с противным хрустом втыкается в колено Страйкера как в масло. Стены, никогда не знававшие подобных распрей, заполняются истошным воплем боли.       — Знаешь как одним лёгким движением руки выбить колено из сустава? Могу продемонстрировать. А ты можешь подумать над своим ответом ещё раз.       Подобного Джесси ожидать не мог никак. Хотя, в понимании характеристик командира, тот способен и не на такое. Это ещё, как говорится, цветочки. Каледония смотрит на МакКри с неприкрытой долью замешательства и восторга. Даже в них, проводящих рядом с Рейесом чуть ли не круглые сутки, только что вселилась добрая доля ужаса.       — Ладно! Господи, блять, Боже! Да! Скажу я всё! — верещит «Плут», быстро растеряв всю свою спесь. Да вообще что либо, кроме первобытного страха. — Он со своими людьми занял Уорм Спрингс. Найдёте его неподалёку от Пауэлла. Это всё что я о нём слышал. Клянусь!       Этому дрожащему от боли и отчаянья голосу трудно не поверить. По всей видимости, люди становятся уступчивее с ножом в колене.       — Слухами земля полнится. — мрачно усмехается Джесси, заправляя большие пальцы за ремень, — Как всегда приятно иметь с тобой дело, «Плут».       — Пакуйте его. — бесцеремонно обрывает Рейес затянувшуюся процессию.       Одно за сегодня становится ясно точно — во всех их предыдущих стычках с боссом Джесси и Эш были далеки от познания крупиц той злости, которую довелось наблюдать сейчас. МакКри теперь будет думать чуть дольше, прежде чем открывать рот в сторону Рейеса.

***

      Если в Отмане вышло отключится как по щелчку и проникнутся вкусом старой-доброй перестрелки, то здесь и сейчас эта расправа больше о чувствах. Джесси предупредительно палит в воздух, когда они заявляются на порог Пауэлла. Им нужен только Киллиан. Большая часть его прихвостней уступает, оставив разборки в стороне. Но находятся и те, кто берётся за оружие, завидев пылающую в глазах бывших лидеров жажду отмщения. Новые лица и не очень — знакомые до режущего сердце холодом обиды. «Мертвецы».       Джесси и Эш разрываются в амбивалентных чувствах, разделённых на двоих, но выбор делают одинаковый. Перестрелка короткая. Рваный грохот выстрелов доводит до иступляющего безумия, даря горькую победу. Рейес и Шимада тоже не остаются в стороне. С ними бок о бок как-то даже проще.       От резиденции Уорм Спирнгс остаются одни угли — Отман был лишь разминкой перед настоящим пожаром.       Вместе с огнём, из глубин груди Эш рвётся истинный, неопороченный, простаивающим три месяца взаперти, азартом гнев. Каждый вдох словно разрушительное клеймо — жжёт до боли. Стёртые в кровь костяшки изнывают. Изнывает и искалеченная душа, когда приходится вынести мозги очередному бывшему товарищу. МакКри запрещает себе думать. Хотя бы ни Джуллиана, ни Фрэнки он здесь не видит. Хочется верить, что эти двое нашли свою золотую нишу.       От «Мертвецов» остаются только они вдвоём и Боб, которого сейчас очень не хватает рядом. Но есть Эш, опалённая таким же голодом возмездия и умытая кровью. Своего или чужого. Уже перестаёт быть важным. Главное, что не собственной.       Киллиана находит Гэндзи. Ниндзя с лёгкостью перемахивает через полыхающее огнём дерево и хватает уёбка за шкирку, игнорируя отскочившую от брони пулю.       — Он ваш. — рычит Рейес, наблюдая сжавшегося трусливого отброса в крови и саже. — Не затягивайте.       Джесси не понятно с чего вдруг такая благосклонность но дважды ему повторять не нужно. Каледония сразу же со всей дури лупит Киллиана кулаком по лицу. С такой силой, что слышен хруст. Не то снова разбитого нома, не то выбитых костяшек. Тот отлетает, как резиновый мячик, скатываясь по грязной земле.       — Твою мать! — Киллиан изнеможённо стонет, хватаясь за разбитую рожу. Он отчаянно привстаёт на локтях и начинает сфыркивает кровь, болезненно ощериваясь.       МакКри хотел бы услышать вопли паники и мольбы о пощаде. А Киллиан молча смотрит на них загнанным волком. С лёгким замешательством. Наверняка имел смелость забыть о них, как только выдал государству. Подлое, ничтожное существо.       — С той наградой за наши головы ты бы мог забиться в любую точку мира. — рычит МакКри, будто внушая умственно отсталому совершенно очевидные вещи. Недалеко от правды, впрочем. Вместо того, чтобы свалить и зажить себе спокойно, Киллиан остался здесь и собрал вокруг себя какой-то мусор. Для него же хуже. — Но снова возомнил себя умнее всех. Час расплаты настал, уёбок.       — Да знали бы вы сколько людей хотели от вас избавиться! — Киллиан сплёвывает кровь и поднимает на них затравленный взгляд. — За ваши головы я получил не только деньги, но и уважение.       — Ты ничтожество. — выплёвывает Эш с таким колоссальным призрением, которого Джесси доселе не слышал. — Ничтожество с синдромом бога.       — И что теперь? Убьёте меня?       — А ты думал мы сюда пожаловали за светской беседой? — обрывает МакКри его попытку поторговаться.       Киллиан мгновенно застывает на месте, утрачивая способность двигаться, моргать и дышать. Как олень в свете фар. И вот этот взгляд Джесси точно запомнит надолго. Пустой. Безысходный. Как самый долгожданный подарок на Новый год. Как то, что будет греть душу в ближайшие годы службы. МакКри не из тех героев, которые распинаются тирадой о великом и загадочно смотрят куда-то вдаль, пока главный злодей ждёт расплаты. Это для Джека Моррисона и его братии.       Выстрел «Миротворца» ставит точку. Пуля навылет дырявит лоб предателя.       Страницу, на которой слишком тесно затерялись Джесси и Эш вместе с бандой «Мертвецов» можно смело перевернуть.