[2] Удушающая несправедливость.

На следующий день я не пошел в школу. Заболел. Обычно, конечно, мать отправляла меня в школу даже приболевшим, откуда забирала чуть ли не в полуобморочном состоянии по просьбе учителей. Но на этот раз был, видимо.. Какой-то особенный случай. Она просто померяла мне температуру, и, даже особо не отговаривая, оставила дома. Как я потом узнал. температура у меня была 39.4, поэтому я, видимо, заслужил остаться дома. В тот день мать вела себя как-то особенно мягко... Заботилась.. Я уже было подумал, что она полюбила меня, пересмотрела свои взгляды на мир.. Но не тут то было. Вскоре всё стало так же обычно. Оказывается, у меня была какая-то тяжелая форма гриппа, с осложнениями к тому же. И, если честно, в этом случае я был безумно благодарен матери, что не заставляла меня ходить в школу всё это время. Лишь когда меня официально выписали, по справке, я смог посещать все свои учебные и дополнительные заведения. Но рад я был вернуться только в художку. Я болел где-то месяц, даже больше, месяц и две недели. Но все уроки, всё домашнее задание, все классные работы я писал сам. Отправлял всё учителям. ××× На этот раз в художку я шел окрыленный. Впервые за полтора месяца меня что-то по-настоящему заставило обрадоваться, улыбнуться.. Я распахнул дверь в класс, буквально влетая в него и набрасываясь на учителя с объятиями. Не знаю, что тогда нашло на меня, но я был безумно счастлив видеть его вновь. — Здравствуйте.. Я.. Я очень скучал.. - С улыбкой на лице прошептал я. Он же смотрел на меня удивлённо: Я это чувствовал. Но затем, он не кричал, а просто спокойно проговорил, с улыбкой на лице, похлопав меня по спине: — Зонтик, я очень рад, что у тебя такая тяга к рисованию. Это хорошо, когда нравится учиться. Я, конечно, был безумно рад.. Но почему-то настроение резко куда-то пропало. Просто.. Теперь словно не было желания ничего делать. Отпустив учителя, отстранившись от объятий, я опустил глаза, поправляя кофту, и уже разворачиваясь, думая идти к своему месту, как вдруг услышал его голос вновь: — Позволь спросить.. Почему тебя не было на занятиях? - задал он, казалось бы, банальный вопрос, на который отвечать не было особого желания. — Болел просто.. - Сухо ответил я, не ожидая, что он поверит. — Так долго? Полтора месяца?.. - конечно, это вызвало у него недоверие, и он заинтересованно, непонятливо и вопросительно одновременно посмотрел на меня. Я замолк. Не знал, что ответить.. Вот совсем не знал. Я уже было хотел придумать что-то, сказать, хоть как-то ответить, но он сбил мою мысль: — Ох.. Ладно, извини. - Он потёр лоб тыльной стороной ладони, отводя слегка смущённый, как мне скорее всего показалось, взгляд. — Я понимаю, что это не моё дело. Тут я наконец смог заставить себя свободно выдохнуть: — Спасибо.. Сказав это, я окончательно отвернулся, и пошел на своё место. ××× По всей видимости, первый день после болезни решил добить меня. Паническая атака. Первая, вторая.. Когда я почувствовал, что подбирается и третья, я дрогнул, отодвигаясь от стола, за которым сидел. Я уже хотел схватиться за волосы, как мои руки остановили чьи-то чужие, крепкие и теплые руки. — Зонтик. У тебя что-то случилось? - Он осторожно опустил мою руку, и я, словно повинуясь этим прикосновениям, опустил и вторую, тяжело вдыхая и выдыхая, пока сердце бешено билось, готовясь вырваться из моей груди вот-вот через секунду. Я не мог ответить. говорить было безумно страшно.. И больно.. И тошно... И... Паника. Паника давила на меня, на моё горло, на моё дыхание, но.. Пока за мою руку держались, я чувствовал не только панику, но ещё и дикое смущение, от чего покраснел, как со стороны могло показаться, от того, что задыхаюсь. — Всё хорошо. Спокойно. Я тебе помогу. - Неожиданно послышалось тихим шепотом, что смутило меня ещё больше. — Дыши глубже. Спокойно. Давай, со мной, вдох.. - Он вдруг сделал вдох, Ожидая, пока я тоже сделаю. И.. Я последовал его примеру. Вдохнул воздух, задержал дыхание. — Вот, молодец. - Он выдохнул, а за ним и я. Это повторилось еще пару раз, пока меня более-менее не отпустило. — Вот видишь. Успокоиться на самом деле просто. Нужно просто уметь сосредоточиться. Я лишь покивал, соглашаясь, а затем, по его приглашению, встал из-за стола, и уже вскоре мы с ним прошли за пределы класса. — Теперь скажи, что случилось. О чем твоя тревога? - Он посмотрел мне в глаза, но совсем не с целью как-либо навредить, наоборот, хотел понять, что же со мной случилось, и помочь мне. — Ничего.. Ничего. Всё в порядке. Просто устал.. - Замялся я, и моё враньё было заметно. Ко всему прочему я бегал взглядом везде, лишь бы лишний раз не глянуть в глаза своему учителю. — И у тебя панические атаки от усталости? - Недоверчиво спросил он. — Ага-а.. - Протянул я, опуская взгляд в пол. Я загнал себя в тупик. — Ладно.. Поверю. - Всё так же, словно недоверяя мне, он фыркнул, отворачиваясь. — Извините... — За что? —.. Пожалуй, за всё. - Сказав это, я наконец вырвался из хватки взгляда преподавателя, и прошмыгнул за дверь, в класс. ××× День завершился тем, что после художки я задержался минут на 20, и опоздал на автобус. до музыкальной школы пришлось идти пешком. Мало того, что я замерз и мне ужасно тяжело было тащить на себе всё это, так я еще и опоздал на занятия в музыкальной школе.. Конечно же В очередной раз я вернулся домой. На часах было 22:40. Сегодня я ужасно устал. Так и хотелось сейчас просто плюхнуться на кровать, хоть даже в одежде, и заснуть, но впереди меня ждали уроки, и хотя бы поход в душ, повезëт, если ужин, и.. — Явился-таки, сучëныш. Мамин голос резко, как стрела, с треском пронзил тишину в доме. Она гордой походкой вышла мне на встречу, зло смотря в мои глаза. По тону ее шагов нетрудно было догадаться о еë намерениях и настроении. Замечая на себе тяжелый взгляд этой ужасной женщины, я вздрогнул. Пусть я считал еë таковой, что-то внутри продолжало гложить меня: " Это же твоя мать! Она тебя родила. Ты обязан ей всем. " Если такая, то лучше б уж даже не рожала. В руках мамы был черный, тонкий провод. Кожу окатила волна мурашек при одном только виде этой тонкой, холодной, ядовитой электрической змеи. Мои глаза едва не вылезли из орбит. На них навернулись слëзы, а затем они сильно задрожали, словно прямо сейчас со звоном вывалятся. Я опустил голову, смотря в пол, будто бы надеясь прожечь под собой дыру в полу, и провалиться, лишь бы не стоять здесь и сейчас, под этим ужасным надзором. В ушах зашумело, и зазвенело одновременно. Я выпустил рюкзак из рук. Я снова провинился. Только в чëм - пока что не узнал. — Опять, гадина, опоздал на скрипку. Она вальяжно вышагнула вперед. Как царица, кой властен весь этот мир. Вертит всем и всеми как только пожелает. Ужасна как человек. Ужасна как мать. На еë крики в прихожую зашел отец: в очередной раз он грозно посмотрел на меня без всякого сожаления. Я почувствовал его тяжелый, осуждающий взгляд на себе. Пара секунд, и мать, своими ногтями якобы " случайно " задевая мою спину, и довольно глубоко, в силу остроты формы дорого отманикюренных отростков на пальцах, царапая еë, стянула с меня свитер. Тельце обдало холодком. Я вновь весь, с ног до головы, покрылся мелкими мурашками. Но, дрожащим голоском, я все еще пытался оправдаться: — Я... Я опоздал... На автобус, и... И.. ...И, как и всегда, это не привело ни к чему хорошему. Я получил три размашистых удара проводом о мою спину на пару секунд раньше. Послышалось тихое хвыканье на всю комнату, но я быстро закрыл рот рукой: матери это не нравится. А вновь быть оттасканным за волосы мне не очень хочется, если честно.. — Опять время в своей художке прожигал..! - Удар. Удар. Еще один удар. Хл-л-лыщ! Провод издавал больные даже на слух звуки, разрезая воздух. — И опять ничего не делал. Пялился на своего ебаного преподавателя все три часа. Ты думаешь, я не знаю?! " Неправда, нет!.. Нет.. Я люблю рисовать! Я люблю рисовать...Это правда единственное, что разгружает меня!!! " - хотелось выкрикнуть во все горло, чтобы мать поняла. Чтобы она хоть раз услышала меня. Чтобы хоть раз задумалась о том, что, может быть, пора уже забыть про этот дурацкий случай... Мне ведь и самому нелегко справляться с этим.. — Нет... Нет, нет.. Я не влюблен, и не был никогда, нет, не-е-ет...!!! - Выкрикивал я, что есть сил, жалко хвыкая, лишь бы мать успокоилась и, возможно поверила. Но зная еë, навряд ли что-то бы остановило еë, или хотя бы заставило смягчиться. Я тешил еë и себя ложными надеждами, но в душе я знал, я понимал, что это даже близко не правда, а наглая ложь самому себе и матери, которой солгать было не так уж и просто. В душе я понимал, что мать права.. Но нет, я не просто так сидел! Работал, чтобы вырасти в этом деле... Работал, чтобы меня похвалили.. Чтоб сказали, наконец, снова: " Молодец, Зонть! ", чтоб ласково потрепали по волосам, да черт бы с ними, пусть хоть всю прическу излохматят, этим рукам я доверюсь во всех случаях, всегда.. Но она, она всë ведь узнает, выпытает, заставит рассказать... Видит мою ложь по глазам, смотрит прямо в душу, как змея, черт бы еë, гадину, побрал... Я зажмурился вновь, когда мать снова замахнулась. Тяжелый, знакомый звук пронзил теплый квартирный воздух, разнося очередную толпу мурашек по холодной коже. Как же в такие моменты мне хотелось провалиться сквозь землю.. Мне так хотелось не видеть этого, не чувствовать всей той боли, что мне причиняют мои родители. Мне так хотелось знать, в чем же я так сильно провинился в прошлой жизни, если в этой на мою участь выпадают такие страдания?.. Мне очень хотелось, чтобы по отношению ко мне тоже проявляли заботу. Я тоже хотел чувствовать любовь, хотел бы свободно проявлять еë.. Я хотел быть любимым, а не только безответно любить.. И я искренне не понимал, что же я такого сделал, что за это меня ненавидит весь мир?.. " Кто любит - тот любим. ".. Но почему в моем случае это не работает?... — Неблагодарная тварь!, - оборвала она меня и мои мысли. — За что я плачу свои деньги?! За то, что засматриваясь на очередных пидорасов, ты нихуя не делаешь на уроках, так еще и опаздываешь на другие занятия?! — Да, засматриваюсь!!! - Вдруг поневоле, сам того не ожидая, выкрикнул я, подняв голову на мать. Она тоже явно этого не ожидала, и с удивленным выражением лица посмотрела на меня, открыв рот в попытке что-то сказать, но застыв в таком положении. — Но сегодня я опоздал уж точно не из-за этого, мам! Мне нет смысла нарочно опаздывать! Я знаю своё расписание, и уж точно не стал бы нарочно опаздывать, чтобы зря получать от тебя проводом! - глаза опухли от слез, щеки и лицо было мокрым от них же. — Неужели ты настолько тупа, чтобы понять?! Её ответ не заставил себя долго ждать. Не успел я и хмыкнуть, даже просто стереть слезы с лица, как в глазах резко потемнело, горло моё сдавили две сильных руки, но явно не мужских. Впиваясь ногтями в мою шею, моя собственная мать душила меня, и меня посетило такое ощущение, что ей не составляло труда взять и задушить меня за секунду, а сейчас она играла со мной, подобно коту, играющему с полумертвой мышкой. Я уже мысленно прощался с жизнью, как тут она вздрогнула, и отпустила меня. — Завтра же заберу документы с художки. Хер ты ещё хоть раз увидишь его. - Она откинула меня и я, пошатнувшись, упал. Но мне на её слова уже было плевать. Я лишь хватал ртом воздух, как рыба, попавшая на сушу. Дышал тяжело, сбито, и держался за шею. Было безумно больно. Теперь останутся синяки и царапины от ногтей... Теперь еще постоянно чем-то закрывать всё это... Но больше всего меня волновало не это. Меня волновали слова матери. Как же я теперь буду? Художественная школа - единственное, что спасает меня.. Единственное место, где я чувствую себя как дома.. Когда я отдышался, рядом не было уже ни матери, ни отца. Еле поднявшись на ноги, пошатываясь, я побрёл в ванную. Помыл руки. Засмотрелся на свое отражение в зеркале. На шее красовались два громадных синяка, и бледно-фиолетовое кольцо по кругу. На глазах синяки. Сами они заплаканы. Всё лицо красное, усталое, худое. Выгляжу как ходячий мертвец. Чтобы не видеть этого ужаса, я поспешил покинуть ванную. За собой выключил свет, как полагается. В прихожей нашел свою кофтейку. Надел. Побрел в комнату к матери. Хоть туда заходить мне категорически запрещалось, сейчас был исключительный случай. Я не переживу, если она заберёт документы. Я понимал, что извиняться мне не за что, но мать так не думала. Пришлось играть по её правилам.