[ 7 ] : Авиакатастрофа с карими и дымчатыми глазами

      Самолеты сталкиваются друг с другом в небе, а люди — на земле, и тем не менее последние не перестают быть друг для друга даже опаснее авиакатастроф.       Люди сталкиваются каждый год, каждый месяц, ежедневно. Сначала это одноклассники, чуть позже — одногруппники и коллеги. Каждый из них проходит через жизнь другого и остается в ней навсегда.       И только Тейлор хотел бы стереть себя из жизни (или хотя бы из воспоминаний) Грэя и Даниэль.       Шатен сидел в своем кабинете за рабочим столом и подпирал левой рукой подбородок, едва заметно касаясь собственной шеи массирующими движениями кончиков пальцев — это успокаивало. Иногда взгляд Итана невольно поднимался от документов на сидящих перед ним в этом же кабинете Мерфи и Даниэль, и тогда аккуратно наблюдающий за этим Форд почему-то становился непривычно серьезным, словно готовился угрожать.       А Хейз сидела, закинув одну ногу в широких развивающихся штанах на другую, и прятала лицо за накинутым на голову капюшоном от шубы, шерсть от которого щекотала ей щеки и нос.       Детектив старался не думать, что эта шуба, принесенная Эмили для блондинки и сменившая джинсовку, должно быть была сделана из песца. Он видел, как зажат в тонких пальцах девушки недоеденный круассан, поднос-упаковка для которого заботливо придерживается Грэем, и не мог не признать, что Даниэль и кареглазый брюнет смотрелись вместе идеально.       Они напоминали героев из какого-нибудь фильма, в котором у Мерфи по сюжету обязательно должны были быть проблемы с законом, а Хейз играла бы ту, кто оставался рядом с ним несмотря ни на что. И все же Итан не мог согласиться на их предложение.             — Мне жаль… — начал Тейлор, не самым внимательным образом дочитав последнюю страницу контракта, — …но мы не можем предоставить Вам, мисс Хейз, стажировку в нашем отделе. Тем более, не сейчас.             — Почему? — выглянув из своего пушистого убежища, с вежливой улыбкой (словно скопированной у Грэя) поинтересовалась очаровательная блондинка, — Если верить новостям, у полиции сейчас нет проблем в делах.             — Мы не распространяемся о ходе расследований, — останавливая эту тему, предупредил шатен.       А блондинка аккуратно затихла и, внезапно с просьбой посмотрев в сторону Грэя своими большими зелеными глазами, заставила брюнета тихо вздохнуть, вступая в диалог:             — Мистер Тейлор, мисс Хейз необходима стажировка для правдоподобной игры в своем новом фильме, от которого ее фанаты ждут очень многого.             — Мистер Мерфи, — сразу же холодно отозвался Итан, — будь мы с Вами сейчас в суде, и являйтесь Вы судьей, Даниэль — прокурором, а я — адвокатом, и у меня было бы полное право убрать Вас из игры из-за «конфликта интересов».       Хейз, уже почти уверенная в победе, заметно удивилась, но вместо ссоры со следователями снова откусила кусочек круассана, оставляя на выпечке след от матовой помады.       Внезапно ей захотелось пить. Блондинка, раскрыв свою итальянскую сумочку, достала из нее несколько золотых колец, наручные женские часы, цепочку, крема для рук, часть косметички и даже ароматические свечи. Все это уже через несколько секунд оказалось на столе Тейлора, мешаясь с документами и отчетами, и почему-то до этого прекрасно помещающиеся на столе три чашки с кофе теперь стояли на краю.       Не найдя воду в сумке, Хейз словно кошка бросила выслеживающий взгляд в сторону стоящего у двери в кабинет кулера и замерла в этой позе, видимо пыталась придумать, как получить желаемое с минимальным количеством усилий. Но Тейлору на это было все равно. Он смотрел на десяток небольших квадратных шоколадок, которые обычно подаются в кафетериях к кофе и которые сейчас оказались выложены из сумки на стол, и видел в Даниэль себя.       Шатен не ошибался: Хейз не любила сладкое, но в каждой из ее сумок лежали конфеты, нередко спасающие от голодного обморока. А Итан не любил кофе, но пил его, чтобы по ночам продолжать не окунаться в кошмары.             — Если мы пойдем с этим контрактом к Луису, то не думаю, что у Вас снова получится так просто избавиться от нас благодаря «конфликту интересов», — внезапно заговорил Мерфи, сдержанным кивком головы указав в сторону лежащих перед детективом бумаг, — Давайте мы будем благоразумны и не станем тратить ни свое, ни чужое время.             — Прекрасное предложение, — поднявшись со своего места, отозвался шатен, — В таком случае, прошу перестать тратить мое время прямо сейчас и покинуть этот кабинет как можно скорее, если у Вас, конечно, нет других предложений. Мне нужно работать.       Грэй хотел ответить что-то еще, но его опередил Крис: прикусив зубами откуда-то взявшуюся сигарету, блондин поджог ее и, растягивая имя детектива словно жвачку, протянул:             — Итан, не будь таким серьезным. Простое присутствие Хейз рядом тебе никак не помешает.       Форд с расслабленной улыбкой подмигнул блондинке, а Тейлору вдруг показалось, что его здесь просто никто не слышит.             — Мы работаем над делом серийного убийцы, — нехотя напомнил младший детектив.             — Серийность еще не доказана, — сразу же отмахнулся Крис, случайно выпуская очередную порцию сигаретного дыма в сторону своего парня.       Тейлор отвернулся, пытаясь сдержать раздирающий горло кашель, а Грэй поднялся, подходя к кулеру с водой и словно случайно приоткрывая дверь в кабинет. Теперь брюнет наливал воду для Даниэль в пластиковый стаканчик, стараясь сжимать посуду вместо сигареты, которую мог (и хотел) достать из кармана и выкурить подобно Крису. Но он, из уважения к сероглазому шатену, сопротивлялся и теперь даже открыл дверь, облегчая жизнь каждому в этом помещении и заставляя ветер из приоткрытого в углу кабинета окна гнаться сквозь Форда по коридорам, забирая сигаретный дым с собой.       И только блондин, не обращая внимание на образовавшийся сквозняк, почти мурлыкал от удовольствия, прекрасно замечая всю раздраженность Итана, а наблюдающая за этим Дани думала, что раньше молодых парней в Европе совсем не зря называли «котами».             — Мне кажется… — начал Крис, задумчиво подходя к сидящему за столом детективу, — …что мы с Итаном сможем договориться, если обсудим этот момент лично.       Добравшись до шатена, Форд развернулся полубоком и снова ярко улыбнулся Хейз, обещая:             — Я принесу Вам подписанный контракт уже завтра утром. А пока что… — насмешливый взгляд блондина остановился на Грэе, словно следующие слова обращались именно к нему, — Не могли бы вы и правда покинуть этот кабинет?       Хейз не нужно было повторять дважды. Придерживая оставшуюся от круассана часть зубами, она поднялась и ловкими движениями соскребла все свои вещи со стола детектива обратно в сумку, уже через несколько минут оказавшись на пороге рядом с Мерфи. Брюнет же, забрав чужую сумку и протянув вместо нее стакан с водой, ответил Форду вежливой улыбкой:             — В таком случае, завтра мы будем здесь после двенадцати.       Сказав это, Грэй задержал свой взгляд на смотрящем в его сторону Итане… и исчез в коридоре, закрыв за собой дверь. А продолжающему стоять рядом со своим столом шатену это почему-то показалось предательством.       Теперь Тейлор и Форд были не «наедине», они были «один на один». Блондин докуривал, наполняя закрытый кабинет сигаретным дымом, а Итан невольно хмурился и думал о том, что большая часть зависимостей Криса невольно строится на запретах. И все знали, что если завтра выйдет какой-нибудь закон, обязывающий курить каждого, то Форд бросит первый.             — Все еще никак не привыкнешь? — заметив чужие попытки дышать реже и меньше, усмехнулся блондин. Кажется, он действительно заставлял своего парня задыхаться.             — К этому невозможно привыкнуть, — вынужденно ответил Тейлор, — И я уже много раз говорил, что от сигаретного дыма мне становится плохо. Разве это не должно было что-то изменить?       Крис не ответил. Внимательно осмотрев шатена, он бросил окурок в стоящий рядом на столе недопитый одноразовый стакан с кофе, который шатен наивно планировал забрать с собой домой. Пепел, осыпавшись, странным песком покрыл дно стакана, образуя в небольшом море из кофе серый островок. А на нем, тихо шипя, догорал красный огонек от сигареты.             — Почему… — Форд шагнул ближе, заставив Тейлора невольно упереться бедром в край стола, — …временами… — еще один шаг и аккуратное движение пальцев, массирующее чужую напряженную шею совсем так, как недавно делал это сам Итан, — …ты такой сложный?       Крис шутил, или, по крайней мере, улыбаясь в поцелуй, думал, что это забавно. Он мягко касался своими губами губ шатена, запястьем придерживая чужой затылок и одновременно прижимая голову парня ближе, углубляясь в поцелуе. Но вместо какого-либо тепла Итан, закрыв глаза, отвечал на все эти движения как-то механически, по-прежнему чувствуя только то, как ожесточались прикосновения старшего, как иногда сталкивались из-за этого их зубы, и как между ними появлялось странное расстояние и горечь.       Если он, Тейлор, был сложным, то Форд был простой, как газета, старый зонт или монетка. Он был поверхностным и лицемерным. Им не о чем было говорить или спорить, потому что Крис не интересовался ничем, кроме карьеры и интрижек. Все его развлечения сводились к клубам по вечерам, ссорам с друзьями и мотоциклам.       И если он, Тейлор, действительно был сложным, то Форд был очень даже простой.             — Мистер Тейлор?..       Пока еще плохо знакомый голос звучал в голове, заставляя шатена крепче сжимать в ладони ткань на плече футболки Криса.             — Мистер Тейлор, Вы не могли бы?..       Кажется, этот голос все же звучал не только в голове.       Почувствовав чужое присутствие, Итан с силой оттолкнул от себя Криса, заставив того раздраженно закатить глаза и, частично повернувшись со слегка опухшими от поцелуев губами и тяжелым взглядом к гостю, произнести:             — Да, мистер Мерфи?       Проигнорировав чужую интонацию, стоящий на пороге брюнет обратился к удивительно спокойно наблюдающему за ним из-за плеча Форда Тейлору:             — Меня просили передать, что Вам пришло письмо, отправителем которого значится прокуратура центрального района этого города.             — Это все? — по-прежнему заслоняя собой Итана, уточнил Крис.             — Последняя просьба, — подумав, отозвался Мерфи, — Я мог бы забрать у Вас, мистер Форд, мистера Тейлора?             — Надеюсь, не насовсем?       Блондин, разыгрывая перед случайным зрителем очередной спектакль, отстранился от Итана и теперь полностью повернулся к их гостю лицом, с ухмылкой наклоняясь к плечу младшего и утыкаясь в него лбом:             — А Вы бы мне это позволили? — в свою очередь с усмешкой пряча руки в карманы черных брюк, уточнил Грэй.             — Никогда.       Шатен, пытаясь скрыть продолжающее одолевать смущение, чувствовал чужие мягкие пепельные, частично окрашенные в бледно-фиолетовый цвет пряди, разбросанные по собственному плечу. Крис, очевидно играясь, с откровенной издевкой не отрываясь смотрел в сторону Мерфи, а брюнет зачем-то выдерживал этот взгляд, даже не пытаясь вмешивать в это Тейлора.             — Если Вам есть что сказать, то говорите сейчас, — наконец заговорил сам шатен, безуспешно пытаясь отстраниться от Криса.             — Пока вы… — Грэй намеренно замялся, подбирая слова, — …обсуждали подписание контракта с Хейз, мне удалось выяснить, что в Вашей посылке от прокуратуры лежало заключение от экспертов.             — Какое право Вы имели открывать ее без моего согласия? — приподняв бровь, холодно процедил Итан.             — Согласитесь, кто-то все же должен был это сделать, — не без очередного намека вежливо улыбнулся Мерфи, — Так вот в заключении было сказано, что записи убийств с видеокамер были не удалены, а перенесены на внешний носитель, словно убийца забрал их себе на память. И это еще раз подтверждает версию о серийности преступлений.       Тейлор, замерев, слушал чужие слова и все больше сомневался в том, что подходит для раскрытия этого дела. Потому что даже такую важную деталь первым узнал Грэй — человек, не имеющий никакого отношения к расследованию. И теперь тело шатена под одеждой пробирала слабая дрожь, которая была далеко не физическая, нет: она пробирала на уровне подсознания.       Итану хотелось не поцелуев. Ему хотелось лечь на пол в позу эмбриона, пока его внутренности не развяжутся, перестав быть одним сплошным комком из нервов, или пока потолок над ним не обрушится, придавливая, задавливая, уничтожая… помогая тем самым успокоиться.       Но вместо этого шатен лишь почувствовал во рту вкус крови: кажется, он случайно прикусил свою губу.             — Вы вроде бы что-то говорили про прооперированных крыс, — на всякий случай уточнил Тейлор.       А Мерфи, поняв чужое предложение без лишних слов, достал из кармана брюк ключи от машины.             — Буду ждать Вас через десять минут на парковке.