[ 41 ] : Признание на заброшенном пляже

      Рассвет, как это часто бывает зимой, был пугающе-холодным, синим, но машина Мерфи разрезала утреннюю тишину, проезжая по замерзшему асфальту в сторону берега. Рядом, на пассажирском сидении, у приоткрытого окна с отсутствующим взглядом сидел и иногда постукивал наручниками на собственных запястьях Итан. На «браслетах», несмотря на протесты Мерфи, настоял сам шатен.             — Мне нужно увидеть Луиса, — объяснял Тейлор все тем же утром дома, — Нужно понять, почему он вообще пошел на это ради меня.       И даже не знал, что в его вопросах уже были все такие необходимые для него сейчас ответы.       Кутаясь в белый под серым пиджаком свитер поверх серых джинс, Итан чувствовал, как утренний ветер развивает его волосы и немного успокаивался. В стороне мелькали пейзажи, снег таял на утепленном пиджаке шатена, и иногда Тейлор двумя руками поправлял воротник своего свитера, пытаясь сохранить тепло.       Пустая дорога сменилась на берег, вдалеке уже слышался шум воды. Не замерзая из-за сильного течения и постоянных волн, она по-прежнему разливалась под ногами, растапливая только успевший опуститься на песок снег. А на фоне бледно-фиолетового неба и синих облаков уже стоял Луис, и Тейлор, выходя из машины, думал о том же, о чем сейчас думал он.             — «Ты пришел…».             — «Ты позвал».       Мерфи не двигался. Припарковав машину на берегу, он ждал, когда Итан отойдет на достаточное расстояние, чтобы достать из своего кармана сигарету. Отсюда, с этого места, он не услышал бы их диалог ни в жизни, даже несмотря на то, что весь пляж и ближайшие дороги были пусты, словно после недавно случившейся катастрофы.       А шатен, оставляя следы на мокром песке под снегом, приближался к Риду, понятия не имея, с чего начать разговор. Пока он ехал сюда, в голове мелькали десятки сценариев, сотни, но ни один из них не был подходящим. Заметив это, первым заговорил Луис.             — Этот пляж фактически необитаем, мы с Грэем проверили. В лучшем случае, из-за непогоды первые люди будут здесь только через несколько дней.       Стоя возле берега и слушая шум воды, Итан не отвечал, а смотрел себе под ноги. Казалось, что где-то там, под пропитанной соленой водой землей, зарыто его прошлое — стоит только протянуть руку, и любой узнает всю правду. Тейлор этого хотел, Тейлор это заслуживал и одновременно боялся. В конце концов, на допросе он даже не смог бы ответить, почему совершил хоть одно из всех этих убийств.             — Ты знаешь, что происходит, так почему ты так добр ко мне?.. — внезапно, по-прежнему не глядя в сторону блондина, спросил Итан.       Рид, совсем не удивленный чужим вопросом, задумчиво улыбнулся, но улыбка исчезла почти сразу же, стоило взгляду упасть на металлические наручники, звенящие на чужих запястьях. Тейлор больше не мог доверять себе.             — Когда я впервые встретил тебя несколько лет назад, стоило тебе переступить порог нашего отдела, я верил в справедливость. И хотя сейчас я изменился, я все еще хочу защитить тебя.             — Не думаю, что во всем происходящем именно я являюсь тем, кто нуждается в защите, — мрачно возразил шатен.             — Нет… — сразу же запротестовал Луис, — Не думай о том, что произошло. Мы обязательно выясним, что случилось, но что бы это ни было, знай: это была просто ситуация, которая привела тебя к такому. Ты все тот же. У твоей мести, как у Чейза, наверняка есть причина. И я буду наказан за то, что сделал все это, чтобы спасти тебя. Но, тем не менее, я помогу тебе отомстить. Да, это не тот путь, по которому я хочу идти, но мое сердце так сильно бьется из-за тебя… Разве я могу сопротивляться этому?       Итан, считая, что ему послышалось, перевел непонимающий взгляд на Рида. А Луис даже не заметил, что признался. Он просто удивлялся, как такой холодный цвет глаз может смотреть с таким теплом и доверием.             — Не извиняйся за то, кем ты стал. Никто ведь не извинился за то, что сделал это с тобой. Знаешь… в сражении выигрывает тот, кто твердо решил его выиграть. Поэтому доверься мне и ничего не бойся.             — Я тебе нравлюсь? — внезапно озвучил очевидное Тейлор.             — Возможно, даже больше, — быстро оценив ситуацию, спокойно ответил блондин, — Просто иногда я смотрю в чужие лица и не могу простить им того, что у них нет тебя, а они могут жить.             — Лу, послушай…             — Прости, но я должен договорить, — неловко улыбнувшись, признался Рид, — Чувствую, что если не скажу это сейчас, то потом не смогу продолжить.       И все же, ожидая разрешения, блондин молчал, и Итан едва заметно кивнул, соглашаясь.             — Если бы я родился терновником, я бы хотел, чтобы меня срубил ты. Чтобы ты держал меня в руках, а затем бросил в костер, на котором горят твои враги. От любви к тебе у меня вяжет язык, Итан. И ты — единственное море, в котором мой инстинкт самосохранения равен нулю… Поэтому когда я тону в тебе, то с улыбкой иду ко дну.       Тейлор слушал все это молча, и по этому молчанию Луис уже знал ответ. Но на душе становилось легче после признания, легче, что этим он, возможно, облегчал его боль. И поэтому Рид продолжал:             — Ты не монстр, никогда им не был и никогда не будешь. По крайней мере в моих глазах. И если у меня не будет сил поднять тебя, не забудь, я лягу рядом с тобой.       Мерфи, стоя на берегу, догадывался, о чем они говорили: все было видно по Итану. Тейлор же, опустив голову, чувствовал, как по его щекам катятся слезы, и слабо улыбался.             — Спасибо, — зная, что Луис поймет его правильно, произнес шатен.             — Всегда пожалуйста, — с мягкой улыбкой произнес в ответ Рид.       Он понимал, что это значило. Понимал, что продолжит обожать шатена издали, а он продолжит догадываться, что Луис не сводит с него влюбленно горящих глаз, стоит лишь Тейлору отвернуться.