Часть 5. Волшебный замок, говорящая шляпа и новые союзники

В поезде до Хогвартса Гвен понимает несколько вещей. Первое: ее брат в волшебном мире знаменитость, чье имя не знает только ленивый. Второе: ее имя знают искушенные единицы, и Гвен пока не понимает, хорошо это или плохо. А третье откровение — школьный мир волшебников разделен четкой иерархией факультетов, что вызывает у девочки смутные сомнения: Гриффиндор, куда попадают благородные и храбрые, Пуффендуй — дом трудолюбивых и преданных, Когтевран — обитель остроумных и неординарных личностей, и Слизерин, пристанище хитрых, амбициозных представителей серой морали. Последних все остальные дружно недолюбливали. С особенным презрением к слизеринцам относился Рон Уизли, рыжий мальчишка, которого они встретили на перроне и в купе к которому Гвен и Гарри подсели. Его первая реакция на двойняшек вызвала у Гвен недоумение — он распереживался, ойкнул и попросил Гарри показать шрам на лбу, что повергло Гвен в еще больший шок. Но в целом Рон оказался достаточно дружелюбным и даже веселым, так что Гвен спустя время расслабилась и с жадностью принялась расспрашивать его о мире волшебников. Рон рассказал им о своей многочисленной семье — его брат Чарли тренирует драконов, а папа работает в Министерстве Магии, и что вся его семья окончила Гриффиндор. О темном времени для мира волшебников — Первой магической войне и восхождении Того-Кого-Нельзя-Называть, повосхищался смелостью двойняшек, когда они произносили имя Волдеморта всуе, и сейчас вместе с Гарри наперегонки поглощал кучу сладостей, многие из которых норовили сбежать от мальчишек в окно. Гвен уже готова была залепить Рону затрещину за непрекращающееся чавканье, как дверь их купе отъехала, и троица уставилась на смущенного круглолицего мальчика, чьи глаза забегали по купе, и девочку с густыми каштановыми волосами, которая словно просканировала помещение, задержав презрительный взгляд на жующем Роне, мельком посмотрела на Гарри и остановилась на Гвен. — Вы не видели здесь жабу? — командирским тоном скорее потребовала, чем спросила она. — Невилл потерял свою жабу. — Эээ, нет, — синхронно ответили мальчики, смущенно переглядываясь. Гвен лишь покачала головой, сталкиваясь с несчастным взглядом Невилла, и тепло ему улыбнулась. Тот вспыхнул до кончиков ушей и поспешно ретировался, бросив короткое «спасибо». — О, ты колдуешь? — заинтересованно спросила она, заметив в руках Рона палочку. Тот за несколько минут до вторжения пытался перекрасить шкурку своей крысы в желтый цвет. Кошка Гвен, которая послушно сидела рядом с ней, пару раз плотоядно облизнулась, и Рон теперь с нескрываемым недружелюбием на нее косился. — Да я…это… ну типа, — промямлил Рон, смущаясь еще больше. — Я хочу посмотреть, — заявила девочка, опускаясь на сидение рядом с ним, и мальчик едва не выронив палочку из рук. Гвен прищурилась, рассматривая девочку. Прямая спина, внимательные, умные темные глаза, вздернутый нос и крупные передние зубы. Девочка сложила руки на коленях и беззастенчиво уставилась на Рона. Тот ожидаемо запнулся в своем странном заклинании, из его потрепанной палочки полыхнула одинокая искра, напугавшая крысу и та с писком юркнула под сидение. Девочка сморщила нос, разочарованно вздохнула и встала, поправляя юбку. — Мда уж, — протянула она, — ты уверен, что это верное заклинание? Не заметил, что оно не подействовало? Гвен едва сдержала смешок, увидев заалевшее от гнева лицо Рона. Гарри кашлянул и попытался как-то разрядить обстановку. — Ну мы же еще не знаем всех заклинаний, — примирительно сказал он, заслужив еще более надменный взгляд, и стушевался, затравленно посмотрев на Гвен, на что та лишь ехидно улыбнулась. Ей было скучно, а перепалка забавляла ее все больше и больше. — А я тут взяла несколько книг по заклинаниям, чтобы попрактиковаться, и все получилось, — назидательно сказала девочка, — хотя в моей семье нет волшебников. Я вообще была так удивлена, когда получила письмо, но очень рада! И уже прочитала все наши учебники, это же жутко интересно! А вы читали? Все трое синхронно покачали головами, и девочка покачала головой. — Ясно, — цыкнула она, затем внимательнее присмотрелась к Гарри и Гвен и ее глаза расширились от удивления. — Вы двойняшки Поттер? Гарри и Гвен? — Да, — подала голос Гвен, скучающе окидывая девочку взглядом, — а тыы… — Гермиона Грейнджер, — представилась она и протянула Гвен руку, которую та крепко пожала. — Я много читала о вас. — А я Рон Уизли, — вставил Рон, получил незаинтересованное «ага» и надулся, сунув в рот очередную шоколадную лягушку. Девочки быстро втянулись в разговор, который мальчикам был совершенно неинтересен, и они перешептывались о каком-то «квиддиче». Гвен читать не особо любила, но ей нравилось слушать, а Гермионе лишь бы свободные уши рядом — прожужжит. Она прочитала историю Хогвартса еще летом, и теперь с энтузиазмом рассказывала любопытной Гвен про школу и систему факультетов, что заставило Гвен призадуматься. Все качества, необходимые для распределения на определенный факультет, подходили и ей, кроме, возможно, дружелюбия пуффендуйцев, но означало ли это, что она не сможет выбрать свой факультет? На этот вопрос, Гермиона снисходительно улыбнулась и пояснила, что согласно учебнику, распределяет первогодок на факультеты волшебная шляпа, которая точно может сказать, какой человек внутри и к какому факультету относится. Гвен засмеялась, но по суровому выражению лица Гермионы поняла, что та не шутит. — В смысле шляпа? — с подозрением переспросила Гвен. Они с Гермионой решили переместиться в ее купе в соседнем вагоне, потому что параллельная болтовня мальчишек достала их до белого каления. — То есть какая-то ветхая штука определяет, где мы будем учиться? Это психологический тест какой-то? А как же вступительные экзамены? Гермиона тяжело вздохнула, разламывая вполне обычное печенье, которое не пыталось ускакать от них в окно, и протянула половинку Гвен. — Ох, если бы экзамены. Я была бы счастлива. Гвен прожевала шоколадное печенье и с сомнением покосилась на внушительный том рядом с Гермионой. — То есть, если ты попал в Гриффиндор или Пуффендуй, ты автоматически хороший, если в Когтевран — заучка, а если в Слизерин, то отъявленный мерзавец? Это же нелогично и ограниченно, — проворчала она, забирая книгу на колени и проводя пальцами по золотому тиснению букв. «История Хогвартса». Гермиона прищурилась, провела языком по зубам и снова вздохнула. — Хм, ты в чем-то права, но идея факультетов в том, что распределяют первогодок за их самые яркие качества. Но соглашусь, в чем-то это правда ограниченно, — задумчиво ответила она. — А еще это типичная школа-интернат, — заметила Гвен, откинувшись на спинку сидения и вытягивая ноги в кедах вперед. Избавиться от своей любимой обуви они так и не смогла, даже несмотря на замечание Гермионы, что это нарушает правила о школьной форме. — Ну, минус магия, конечно. Но принцип тот же — есть хулиганы, есть ботаны, есть неформалы, есть мажоры. А есть лузеры, к этим попасть вообще жуть. Гермиона внимательно посмотрела на нее и Гвен заметила в темных глазах искру тепла. Грейнджер протянула ей всю пачку печенья и пакетик сока в придачу. Поезд практически доехал до пункта назначения, и Гвен решила наконец переодеться в школьную форму, оставшуюся в ее купе. Попрощавшись с Гермионой, она направилась обратно, по пути здороваясь со взволнованными учениками, и практически у двери своего купе лоб в лоб столкнулась с кем-то, рухнула на задницу и взвыла от боли. — Какого черта! — на ультразвуке проорала она, потирая лоб и с яростью смотря на причину ее травмы, которой оказался тот самый белобрысый мальчишка из магазина мантий. Гвен раздраженно тряхнула кудрями, встала на ноги и угрожающе двинулась на все еще сидящего на полу мальчишку, которого пытались поднять два бугая, едва помещающихся в узком коридоре. — Опять ты?! — Смотри куда прешь! — в ответ заорал мальчишка, отмахиваясь от своих дружков, и увидев, кто перед ним, скривился. — ТЫ! Из ее купе выскочили злые как черти Рон и Гарри с палочками наперевес, и белобрысый, кинув на Гвен злобный взгляд, рванул дальше, едва не снеся на своем пути выглянувшую из соседнего купе девочку. — Что произошло? — рявкнула Гвен, пытаясь совладать с эмоциями. Ее лоб все еще саднил. Заметив тяжело дышащих мальчишек, она с подозрением нахмурилась. — Вы что, подрались с ним? — Да если бы я с ним подрался, он на своих ногах не ушел бы! — распетушился Рон, потрясая кулаком с палочкой. — Ты в порядке? — завозился Гарри, втягивая сестру в купе и осматривая ее лоб. — Не болит? Видишь хорошо? Сколько пальцев? Я убью этого придурка! — Гарри, не мельтеши, — зарычала Гвен, отмахиваясь от его рук, — все нормально. Синяк есть? Гарри виновато поджал губы и кивнул. Гвен непечатно выругалась, выгнала обоих мальчиков из купе, чтобы переодеться, и шумно выдохнула. Оставила брата на пять минут, а он уже в драку влез! С отчаянием посмотрев на расплывающуюся синеву на лбу, она всплеснула руками и воздух вокруг завибрировал, заставив ее кошку недовольно мяукнуть. — А вы с Малфоем знаете друг друга? — спросил Рон, когда они вернулись обратно. — Пересеклись в Косом переулке, — бросила Гвен, шурша оберткой от подозрительно пахнущей конфеты, — знаешь его? — Слышал про его семейку. Они одни из первых перешли на нашу сторону, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть исчез. Папаша Драко, Люциус, убеждал всех, что их околдовали, но мой папа никогда этому не верил. Скользкие они, не зря все Малфои выпускники Слизерина. Гвен нахмурилась и молча уставилась в окно. Лекция Гермионы о факультетах и слова Рона о Малфоях и Слизерине не выходила у нее из головы до конца поездки. Она все пыталась понять, на какой факультет может претендовать, скажет ли распределение о том, какая она на самом деле, и так загналась, что заработала себе еще более скверное настроение и головную боль. Гарри, знавший сестру как облупленную, старался ее сильно не раздражать, подкармливал шоколадными лягушками и не лез с вопросами. Наконец, поезд остановился, и ребята едва ли не носами впечатались в окно, рассматривая темный силуэт огромного замка. На небольшой платформе их встретил Хагрид, приветствуя первокурсников и пока давал инструктаж как плыть до замка на лодках (отчего Гвен заранее укачало), к ней сзади подобрался Малфой. — Так значит, ты и вправду Поттер, — надменно хмыкнул он, и Гвен закатила глаза, услышав его голос. — Снова ты, — проворчала она, поворачиваясь к Малфою. Гарри и Рон были слишком увлечены Хагридом и суетой, не замечая разговор Гвен и Драко. — Чего надо? Опять бодаться начнешь? Драко недовольно сморщился, на автомате потирая лоб, и Гвен не без коварного удовольствия заметила не белом лбу шишку. Так-то, не ей же одной ходить с таким синячищем! — Хочу подсказать, с кем надо общаться, — сказал Драко, кинув презрительный взгляд на ничего не подозревающего Рона, — и ты скоро узнаешь, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые лучше всех остальных. Поверь, тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. А я помогу тебе во всем разобраться. Гвен обернулась на брата и его друга и мельком глянула на двух бугаев, притихших за спиной Драко. Гвен прошла через достаточное количество школ-интернатов, где контингент был в разы хуже, чем мажоры, в жизни не державшие в руках ничего тяжелее волшебной палочки и не сражавшихся за местом под солнцем. У нее хватало опыта и ума, чтобы понять как функционируют любые закрытые школы. Те, у кого есть власть и связи, рулят балом. Наживать врагов ей не хотелось, тем более в незнакомом мире. А вот обзавестись союзниками будет неплохо. К тому же, ей все еще не хотелось делить своих будущих однокурсников на хороших и плохих исключительно из-за дурацкой системы факультетов. — И почему мне стоит дружить с тобой? — спросила она, задумчиво рассматривая острое лицо мальчишки, который ухмыльнулся, окидывая Гвен оценивающим взглядом. — Потому что с такими как я стоит дружить, — довольно ответил он, на что Гвен вернула снова закатила глаза. — Из-за статуса твоей семьи? — Гвен склонила голову на бок, и Драко довольно вздернул подбородок. — А сам ты что получишь от этой дружбы? Мое имя? — А ты умная, — в голосе Драко скользнуло восхищение и Гвен неожиданно для самой себя загордилась. — Я знаю, — самодовольно кивнула Гвен. — Только вот с братом моим у тебя не получилось подружиться, поэтому ты решил заполучить в свиту хоть какого-то Поттера? Или надеешься, что я смогу переубедить Гарри? — закончила Гвен, бросив взгляд на брата, о чем-то оживленно переговаривающегося с Роном и Невиллом. Малфой раздраженно цыкнул, сунув руки в карманы мантии. — Но ты правильно подметил, я умная. И это, — Гвен кивнула в сторону замка, — не первая моя школа-интернат. Уверена практически на сто процентов, что тут все устроено достаточно, ммм, иерархично. Так что над твоим предложением я подумаю, но на будущее предупрежу — я не люблю, когда со мной разговаривают в таком командирском тоне, когда мне указывают или кривят на меня лицо. Дружбу со мной купить не получится, не особо я дружелюбная, знаешь ли. А вот на равных общаться могу. Посмотрим на твое поведение, Драко Малфой. Не дав мальчишке огрызнуться, Гвен очаровательно и ядовито улыбнулась, развернулась на каблуках и вернулась к брату. — Чего этот индюк хотел? — недовольно проворчал Гарри, заметив наконец, с кем именно она разговаривала. — Приставал? Хочешь, я его побью? — Ты чего-то слишком расхрабрился, — весело заметила Гвен, сверкая изумрудными глазами, — Рон так влияет? Сам же знаешь, что я могу кому угодно начистить морду, не переживай. Просто налаживала связи. Идем к лодкам, будешь держать меня, чтобы я не свалилась за борт.

***

Путь через озеро на лодках прошел для Гвен не так плохо, как в океане, и ей даже удалось полюбоваться гигантским замком на скале, с башнями, бойницами и общим антуражем сказочности. Казалось, что из крайней высокой башни вот-вот Рапунцель скинет свои роскошные светлые локоны. Гвен перевела взгляд на Драко в соседней лодке, представила его на месте принцессы, и не сдерживаясь хихикнула. В лодке их было четверо — она, Гарри, Рон и Гермиона. Последние смотрели друг на друга с явной неприязнью и уже успели пару раз поцапаться. Кошка, которой Гвен все еще не выбрала имя, учуяла настроение хозяйки и недовольно шипела при качке лодки, прижимаясь теплым боком к Гвен и заинтересованно косясь на карман Рона, где спала его крыса. — Это так красиво, — восхищенно прошептал Гарри, жадно рассматривая замок. Гвен вдохнула вечерний воздух, наполненного ароматами прошедшего лета, тины и предстоящей осени, и молча согласилась, поглаживая кошку по голове. — Как думаешь, что нас ждет? — Надеюсь, только хорошее, — выдохнула Гвен, затем повернулась к брату, — Гарри, как думаешь, факультеты действительно определят, кто мы есть? Тебе не кажется это бредом? Мальчик слегка нахмурился, в отражении его очков замелькали блики от факелов проплывающих мимо лодок. — Я не знаю, — честно признался он, — но Рон говорил, что слизеринцы, например, нехорошие люди, и этот пацан с дурацким именем это подтвердил. — Нас же еще не определили, — хмуро заметила Гвен, кинув взгляд на лодку Малфоя, которая шла через две от нее, — а ты уже заранее приписал его к злодеям? — Вся его семья закончила Слизерин, Гвенни, и опять же, по словам Рона, практически все чистокровные семьи были на стороне Волдеморта в войне. И закончили именно Слизерин. Слишком много совпадений, не думаешь? — Гарри повернулся к ней корпусом и протянул руку, чтобы сжать ее пальцы, но кошка недовольно зашипела и мальчик с раздражением отдернул руку. Логика брата нравилась Гвен все меньше и меньше, хотя рациональное зерно в ней и было. Спорить с ним не хотелось, но Гвен очень, очень сильно не любила узколобие. — То есть, Малфоя заранее определила его семья? — спокойно переспросила она, на что брат утвердительно кивнул. — Позволь заметить, что наша семья — Дурсли. Это тоже нас определяет? Гарри открыл было рот, но быстро захлопнул его, задумался и неловко покраснел. Об этом он не подумал. Гвен перевела взгляд на приближающийся замок, в окнах которого уже можно было разглядеть отражения звезд, и ей стало совсем паршиво на душе. Сладкое предвкушение сменилось расстройством — Гарри всего пять минут находится в этом новом мире, а мыслит так же ограничено, как остальные волшебники. Мальчик, словно прочитав мысли сестры, виновато прикусил щеку, и взял маленькую ладошку в свою. — Я тебя обидел? — грустно спросил он, и у Гвен сжалось сердце. Она искренне улыбнулась брату, тряхнув головой и разбрасывая непослушные кудри по плечам. — Конечно нет, дурень, — заверила она, шлепнув его по затылку, — я просто волнуюсь. Все новое, непривычное. Я не знаю, как все тут действительно устроено, вот и переживаю. Не люблю неизвестность. — Все будет хорошо. Я надеюсь, что мы попадем в Гриффиндор, — улыбнулся он. Гвен вернула улыбку, но веселья в глазах не было. Затем Гарри задумался и добавил более твердо. — И мне плевать, куда я попаду, лишь бы рядом с тобой. — А если все же я в Слизерин? Откажешься от меня? — ехидно спросила Гвен, на что брат толкнул ее в плечо. — Не пори чепуху, — фыркнул он. Гвен уложила голову на его плечо, заметив заинтересованный взгляд Гермионы, подслушавшей их разговор, и до конца маршрута молчала. Ей действительно все равно, на какой факультет она попадет, но мысль о том, что их с братом снова могут разлучить или, того хуже, настроить друг против друга, вызывала у девочки тошноту и приступ ярости. Но как бы она не старалась переубедить саму себя, страх пустил корни. Если она попадет в Слизерин, то она плохой человек? Ее будут сторониться все, с кем она успела познакомиться в поезде? Гермиона, Рон, Невилл? И, о ужас, Гарри может перестать с ней разговаривать? «Да ну, глупости какие», — подумала Гвен, изучая профиль брата. Нет, Гарри никогда так не поступит, даже если Гвен вылетит из школы. Он всегда был на ее стороне, как и она на его. По-другому и быть не может. Через пятнадцать минут их путешествия, лодки достигли небольшой пристани. Хагрид проконтролировал выгрузку первокурсников на берег, с ворчанием поймав за ворот мантии мальчика по имени Терри Бут, который едва не свалился с носа лодки в воду, и направился к двери замка, за которой их уже ожидала высокая, очень статная черноволосая волшебница, с таким строгим выражением лица, что даже Гермиона смутилась, а Гвен по одному виду поняла, что такую лучше не доводить. Волшебница поблагодарила Хагрида, огладила свою изумрудную мантию длинными пальцами, и с ног до головы осмотрела стушевавшихся первокурсников, особенно задержавшись взглядом на перепачканном носу Рона, съхавшей мантии Невилла, всклокоченным волосам Гарри и огненному взрыву на голове Гвен. Двойняшки синхронно пригладили свои лохмы и встали ближе друг к дружке. — Профессор Макгонагалл, всех доставил целехонькими, — довольно проурчал Хагрид, на что женщина кивнула и направилась вперед по коридору, бросив через плечо «первокурсники, идите за мной». Гвен и Гарри встали позади Рона и Невилла, и Гвен внезапно ощутила легкий холодок на шее. Обернувшись и столкнувшись взглядом с Малфоем, она не удержалась, сморщила носик и показала ему язык, на что щеки мальчишки покрылись красными пятнами, но в серых глазах неожиданно мелькнуло веселье. Пакостить Драко начало входить в привычку. Любимую. Профессор Макгонагалл привела их в небольшую комнату, где все дышали друг другу в затылки, развернулась и взмахом руки прервала гул голосов. — Добро пожаловать в Хогвартс! — в голосе женщины скользнула искорка теплоты, которая тут же с шипением погасла. — План следующий, первокурсники: сначала вас распределят на факультеты, после всех ждет банкет по случаю начала учебного года, а после банкета старосты ваших факультетов отведут вас по релевантным гостиным. Распределение по факультетам — очень серьезная процедура, так как с сегодняшнего дня и до окончания школы, факультет станет вашим вторым домом, а ваши однокурсники — семьей, — профессор кинула строгий взгляд на притихших детей. — В Хогвартсе действует балльная система — пока вы учитесь здесь, ваши действия могут приносить вашему факультету призовые очки, а нарушение распорядка школы отнимать их из общего количества. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — и это, уважаемые, огромная честь. Так что всем придется хорошенько поработать, чтобы не подвести свой факультет. Профессор Макгонагалл прислушалась, слегка наклонившись к деревянным двойным дверям позади нее и поджала губы, словно соглашаясь с невидимым голосом. — Церемония распределения пройдет в Большом Зале, присутствует вся школа, но постарайтесь не волноваться, — продолжила она, снова разгладив складки мантии, — в самой процедуре нет ничего страшного, и, несмотря на постоянные байки, из каждого факультета выходят талантливые волшебники и волшебницы. Помните об этом, когда услышите название вашего факультета. Итак, у нас есть еще несколько минут. Мне нужно проверить все приготовления, а вы подождите здесь. И очень надеюсь на ваше воспитание и благоразумие. Ведите себя тихо, я сейчас вернусь. Гвен хмуро проводила волшебницу взглядом, плотнее прижалась к плечу Гарри и осмотрелась. Стены комнатки выполнены из булыжников и кирпичей, тут пахнет сыростью и рыбой, а единственное окошко располагается в бойнице над их головам. Комнатка освещалась факелами, которые бросали на удивленные, слегка напуганные лица вокруг странные тени. — Ты в порядке? — шепнул ей на ухо Гарри, заметив побледневшее лицо сестры и зашипев от силы, с которой она вцепилась ему в плечо. — Мне страшно, — призналась Гвен, заглядывая в зеленые глаза, — до этого момента казалось, что вся эта поездка, Косой переулок и магия были выдумками, а сейчас стало правдой. — Мне тоже, — ответил Гарри, крепко сжимая пальцы Гвен в своих, — но мы вместе, так? Мы будем учиться вместе, Гвенни, это же круто! — А что, если по разным факультетам? И не сможем видеться часто. Или вообще даже общаться нам не разрешат? — в ее голосе проскользнула паника и Гарри нахмурился. Он перевел взгляд вперед, на Рона и Гермиону, которые опять о чем-то яростно перешептывались, втянув в спор крайне смущенного Невилла и неловко чешущего затылок Симуса Финнигана, с которым Рон и Гарри познакомились в поезде. — Ты моя сестра, как это не разрешат? Ты храбрая и благородная, Гвен, я уверен, что мы оба попадем в Гриффиндор и у нас все будет хорошо, ладно? Перестань нервничать, умоляю тебя, меня самого начинает тошнить и я уже плохо понимаю, как мне тебя успокоить. Гвен взяла себя в руки и виновато улыбнулась, перебрав пальцами по ладони Гарри. Но несмотря на то, как он старался разрядить обстановку, самому мальчику было так же страшно, вопросы Гвен тревожили и Гарри не был до конца уверен, верит он в свои слова или отчаянно старается подбодрить сестру. Но как только та улыбнулась ему своей щербатой хитрой улыбкой, Гарри растаял и расслабился. По ту сторону двери послышался цокот каблуков, но не успели двери открыться снова, как справа раздался истошный визг, и двойняшки синхронно подпрыгнули. — Какого… — Гвен не успела закончить предложение, как в ужасе застыла. Ей показалось, что пол под ногами покачнулся и она пару раз моргнула, думая, что это наваждение, но новые визги и вскрики убедили ее в обратном. Через стену в комнатку просачивались призраки. Настоящие призраки! Гарри ойкнул и отступил на шаг, утягивая сестру за спину, Гермиона побледнела, но быстро взяла себя в руки, а вот Рон казался абсолютно невозмутимым. — Вы чего? — с удивлением спросил он, оглядываясь на них. — Призраков никогда не видели? — Как мы могли их видеть, если жили в мире магглов, дурень? — прошипела Гвен, недовольно сверкая на покрасневшего паренька глазами. — Это ты местный! Рон проворчал что-то под нос, а двойняшки во все глаза смотрели на жемчужно-белые, полупрозрачные фигуры, которые парили в воздухе, о чем-то спорили и не обращали на детей внимания. — Я в шоке, — выдохнула Гвен, наблюдая за толстым маленьким монахом, на лице которого застыло выражение негодования, и его собеседником в трико с пышным воротником. Двойные двери наконец отворились, профессор Макгонагалл сурово посмотрела на призраков и те быстро всосались обратно в стену. — Первокурсники! Постройтесь в шеренгу и прошу вперед, — объявила она и взмахом руки пригласила всех вперед. Все, пути назад нет. Гвен глубоко вдохнула, расправила плечи и вместе с братом шагнула за порог.

***

Гарри с шумом выдохнул, засмотревшись по сторонам, и едва не сбил с ног Гермиону, которая шла перед ним. Девочка окатила его таким ледяным взглядом, что даже Гвен поежилась, но мальчик был слишком заворожен, чтобы обратить на это внимание. Он никогда не видел настолько красивого и впечатляющего места. Зал был освещен тысячами зажженных свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики и с интересом смотрели на новеньких. Гвен сглотнула, ноги словно налились свинцом и она глубоко вдохнула, кинув быстрый взгляд на невозмутимую Гермиону. Как ей удается быть такой собранной? Идет так, будто уже пятый год здесь учится! Девочка придвинулась к ней ближе, оставив Гарри за спиной, и зашагала следом, оглядываясь и замечая все новые и новые детали. Ученики в мантиях с разными цветными нашивками сидели каждый за своим столом, преподавательский стол располагался на возвышении в самом конце зала, под огромным панорамным окном, а подняв голову, Гвен охнула — потолок был вовсе не потолок, а ночное небо с миллионами сияющих звезд. — О, это зачарованный потолок, — Гермиона заметила взгляд Гвен и улыбнулась, — его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо. Я прочитала это в Истории Хогвартса. Очень красиво, правда? Гвен молча кивнула, заметив над преподавательским столом созвездие Большой медведицы. Кажется, она только что нашла свое любимое место в этом замке. Профессор Макгонагалл, тем временем, подвела их к преподавательскому столу, и Гвен внимательно прищурилась, заметив того странного мужчину в тюрбане, которого они с Хагридом встретили в пабе на пути в Косой переулок. Как же его звали? Кирби? Корли? — О, Гвенни, смотри! — Гарри дернул ее за руку, переводя внимание на потрепанную, всю в заплатках старую шляпу, которую профессор с осторожностью опустила на табурет перед первокурсниками. — Я убью Фреда! — зашипел Рон, подаваясь вперед и заглядывая через плечо Гвен. — Он уверял, что надо будет бороться с троллем! А всего-то надо шапку напялить! Гвен и Гарри хихикнули, а Гермиона закатила глаза, проворчав под нос, что нужно было читать учебники, а не верить басням. Шляпа внезапно открыла рот, отчего глаза Гвен стали похожи на блюдца, а Гарри снова тихо ойкнул, и начала петь про факультеты и как она «все помыслы ваши видит насквозь», что подлило топлива в костер переживаний Гвен. Ее желудок предательски сжался, и судя по позеленевшему лицу брата, он не отставал от нее в нервозности. — Когда я назову ваше имя, вы сядете на табурет и наденете Шляпу, — громко сказала профессор Макгонагалл, держа в руках свиток пергамента. — Аббот, Ханна! Гвен пуще прежнего вцепилась в Гарри, сердце в груди загрохотало с такой силой, что грозилось сломать ребра. Мир вокруг сузился до волшебной шляпы, определяющей судьбу учеников в этой школе. Гвен тоскливо подумала о вступительных экзаменах и согласилась с Гермионой. Да даже с троллем побороться казалось ей лучшей долей, чем выворачивать нутро перед толпой незнакомцев. Как крысы в лаборатории — взвесят, препарируют и определят, на какие эксперименты отправлять. Ее ладони вспотели, и Гарри снова приобнял ее за плечи. — Не переживай, — шепнул он под аплодисменты стола пуффендуйцев, куда попала Ханна, — все будет хорошо. — Да, да, — выдохнула девочка, наблюдая за следующей ученицей, Сьюзен Боунс, — знаю. Но лучше бы тролль, ей-богу. И снова пуффендуйцы восторженно зааплодировали смущенной Сьюзен. Затем Терри Бута и Мэнди Броклхерст определили в Когтевран, а Лаванда Браун стала первой новой гриффиндоркой. Гвен вздрогнула, когда стол Гриффиндора взорвался аплодисментами, криками и даже свистом, очень напоминая девочке футбольных болельщиков, чья команда забила гол. Такие шумные! Когда следующую девочку по списку, Миллисенту Булстроуд, определили в Слизерин, Гвен заметила, что лицо Гарри слегка скривилось, пока он провожал ее взглядом до дальнего стола. — Ты чего так морщишься? — шепнула она, дергая его за рукав мантии. Гарри вопросительно вскинул бровь. — Ты же помог ей с поезда сойти, руку подал, весь такой джентльмен. — Не знаю, просто услышав Слизерин стало как-то… не знаю, — выдохнул он, сжав и разжав кулаки. — Это глупо, извини. Гвен нахмурилась, смотря на брата, на лице которого отразилось такое же презрительное отражение как у Рона. У нее руки зачесались отвесить обоим подзатыльники, чтобы извилины слегка перетасовались и встали на правильные места. — Только не будь дураком, Гарри, — строго сказала Гвен, — у тебя своя голова на плечах, помнишь? Брат виновато кивнул, прикусив губу, и снова сжал ее руку. Следующей Шляпу надела Гермиона, которая попала в Гриффиндор и теперь сияла, как начищенная монета. Гвен тепло ей улыбнулась и подняла два больших пальцы вверх. Гермиона ответила такой же широкой улыбкой и помахала ей рукой. Драко Малфой попал в Слизерин, едва Шляпа оказалась на его голове, и Гвен с досадой признала, что не удивлена. Пока он шел к слизеринскому столу, они с Гвен столкнулись взглядами и Малфой поиграл бровями, на что девочка закатила глаза, но почему-то не смогла сдержать глупой улыбки. Дурья башка. — Поттер, Гарри! Гвен и Гарри синхронно вздрогнули и застыли, переглянувшись. Гарри сразу стало нехорошо и затошнило пуще прежнего, но Гвен очнулась раньше, подталкивая его вперед. — Не тормози, — замахала она руками, и Гарри показалось, что путь до шляпы растянулся в несколько лет. В зале повисла тишина, а затем со всех сторон раздались удивленные шепотки. «О, тот самый Поттер?», «Это Гарри Поттер!», «Не может быть, сам Гарри Поттер!», и Гвен едва не рванула к брату зная, как сильно он сейчас нервничает и смущается. Но она осталась стоять на месте, нервно переглядываясь с таким же напряженным Роном, который на миг сжал ее локоть, но очень быстро отпустил. Если с Малфоем Шляпа долго не возилась, то с Гарри у нее явно шел какой-то диалог, но Гвен со своего места ничего не было слышно. Она стояла первая в сокращающейся шеренге и наблюдала за тем, как лицо ее брата меняет цвет с зеленого на бледно-серый, а затем на красный. Почему так долго? Что происходит? — Ну что ж, — громогласно заявила Шляпа, — нет так нет. ГРИФФИНДОР! Гвен завизжала и захлопала, бросилась к счастливому брату и заключила его в крепкие объятия. — Я так рад! — прошептал Гарри ей на ухо. — Представляешь, она хотела меня в Слизерин отправить, а я попросил этого не делать! — Ох Гарри, — Гвен была слишком рада, чтобы услышать что он ей говорил, к тому же стол гриффиндорцев орал и свистел как умалишенные, — можешь выдохнуть! Иди, иди, скоро встретимся! Гарри подмигнул ей и рванул к своему факультету, где его тут же подхватили близнецы Уизли. — Поттер, Гвендолин! Большой Зал окутала мертвенная тишина. Гвен показалось, что стук ее сердца — самый оглушительный звук, который было слышно даже в самом дальнем углу. Ноги стали ватными, ладони вспотели, а тело словно отказывалось слушаться, и Гвен преодолела путь до чертовой Шляпы гигантским усилием воли. Ее эмоции сменяли друг друга как ураган — гнев, страх, волнение, предвкушение. «Все будет хорошо», — подумала она, садясь на табурет и надевая Шляпу, которая скользнула ей на глаза. — О, — раздалось в ее ухе, и Гвен вздрогнула, — юная мисс Поттер. Хммм. — Что, что? — завозилась Гвен, кинув взгляд на взволнованного Гарри, который не смог усидеть на месте и стоял, сжав кулаки. Она очень не любила загадочность. — Я вижу огромный потенциал, — продолжила Шляпа, не обратив внимания на ее ерзания — потрясающий талант. Кажется, лишь раз был кто-то подобный. Невероятные амбиции и не по годам острый ум. Вы, юная леди, бриллиант. Вам присуща храбрость, расчетливость и огромное желание защищать. Только вот… хммм… вы можете пойти по головам ради своих близких, не так ли? Я точно знаю, какой факультет поможет раскрыть ваши способности. Да, да, точно знаю. Сердце Гвен ухнуло вниз, она вцепилась в края табурета, мысленно моля Шляпу не разлучать ее с братом. — Я хочу в Гриффиндор, — упрямо сказала она, — не смей разлучать меня с Гарри! Иначе… — О, как раз то, о чем я говорила, — хмыкнула Шляпа, явно не впечатленная ее угрозами, — иначе что, юная мисс? Ярость охватила Гвен от кончиков пальцев ног до корней волос, лицо стало каменным, а решимость выпрямила ей спину и расправила плечи. — Иначе я сожгу тебя дотла, — низко прошипела она, — я хочу к брату! Профессор Макгонагалл, слышавшая этот диалог, обеспокоенно нахмурилась и обернулась на преподавательский стол. — Я вынесла свой вердикт, девочка, — менее дружелюбно ответила Шляпа, — и поверь, он верный. Настанет время, когда ты сама это поймешь. Ты не пожалеешь, потому что тебе хватает ума использовать ресурсы для лучших результатов. СЛИЗЕРИН! Никто не хлопал. Гвен не смогла сразу двинуться, с отчаянием смотря на Гарри, который был похож на каменное изваяние. Он не шевелился, лишь стоял и смотрел в ответ, так сильно стиснув зубы, что казалось еще немного и они раскрошатся. Мир рухнул. То, чего так сильно боялись двойняшки, произошло и теперь оба не знали, что делать. Гвен сдернула Шляпу с головы, швырнула ее обратно и встала с табурета, оглядывая лица учеников. Рон остался стоять с открытым ртом, Гермиона взволнованно переводила взгляд с Гарри на Гвен, близнецы Уизли хмурились, и только один человек во всем зале не выглядел удивленным. Малфой. Он первый начал хлопать, и как по указке, остальные слизеринцы последовали. «Хватает ума использовать ресурсы для лучших результатов», — раздалось у нее в голове, и бушующие эмоции в ее груди разом успокоились. Наступил штиль. Ладно. Ладно. Слизерин так Слизерин. Она не позволит другим решать, кто она есть из-за зеленой нашивки на ее мантии. И брата у нее никто не отнимет, просто их гостиные в разных местах замка, а занятия, скорее всего будут пересекаться. Да и живут они наконец на одной территории, так что это все фигня. Да, неприятно, но не смертельно. Гвен глубоко вздохнула, досчитала до пяти и, не глядя ни на кого, гордо направилась к столу уже своего факультета. По предыдущему общению с Малфоем и по тому, как оценивающе на нее смотрели слизеринцы, она поняла, что выжить тут можно лишь сильному, поэтому встала прямо рядом с Малфоем, недовольно вскинула бровь на его дружка, Крэбба, и выжидательно сложила руки на груди. Драко усмехнулся, кивнул и тот с недовольной миной пересел подальше, освобождая место для Гвен. — Ты знал, — не глядя на Драко сказала Гвен, сев рядом, и нашла взглядом Гарри, который с болью смотрел на нее через весь зал. Девочке жутко хотелось поговорить с ним, успокоить и обнять, но до конца церемонии и банкета это вряд ли получится. — Не выглядишь удивленным. — Догадывался, — ответил Малфой, настолько довольный собой, что Гвен захотелось ему врезать, — странно, что ты сама не поняла. Гвен не стала признаваться в обратном, хоть и поняла все в тот момент, когда Гермиона рассказывала про факультеты. Ей просто отчаянно не хотелось в это верить. Предубеждения против Слизерина покачнули ее уверенность и она нехотя признала, что загребла всех учеников этого факультета под одну гребенку, чего обычно старалась не делать. Гвен успокаивала себя только тем, что стресс от перевернувшейся с ног на голову жизни, затуманил трезвость ее суждений. «Это ничего», напомнила себе она, «факультет аристократов с сомнительной моралью все равно лучше, чем жестокие девчонки в прошлой школе». Те и ножичком могли лицо ей разукрасить, и не заступился бы никто, вот и приходилось постоянно быть на стороже, отбиваться и зарабатывать репутацию отъявленной хулиганки. Это помогло ей выживать там, поможет и здесь. Гвен огляделась. Слизеринцы смотрели на нее заинтересованно, но надменно, и ей это крайне не понравилось. — Чего пялитесь? — рявкнула она, отчего кудрявый паренек напротив смущенно вздрогнул, едва не выронив из рук кубок с соком. Гвен вмиг стало совестливо, но виду она не подала. — Языкастая какая, — усмехнулся темнокожий мальчик рядом с кудрявым, и протянул ей руку, — Блейз Забини. Гвен вскинула бровь, напоминая себе, что ей предстоит учиться с этими людьми еще долгие семь лет, делить комнаты и вообще, как там вещала Макгонагалл? Быть семьей? Хоть единственная ее семья это Гарри, наживать врагов и вляпываться в истории ей не хотелось. Люди за этим столом — ресурс, который очень ей понадобиться, чтобы обеспечить себе неплохую жизнь в школе. — Гвен, — девочка пожала протянутую руку, смотря прямо в зеленоватые хищные глаза. Затем обратила внимание на кудрявого мальчишку с пронзительными синими глазами, и протянула руку ему. Тот встрепенулся, быстро сжал ее пальцы и смущенно улыбнулся. Рука у него были холодная, видимо нервничал он так же, как и она, только скрывать страх у него получалось плохо. Гвен неожиданно почувствовала, что в груди разливается тепло, и улыбнулась ему более искренне. — Теодор Нотт, — представился мальчик, — но можно просто Тео. — Так ты действительно сестра Поттера, — протянул какой-то старший парень с жуткими зубами слева от Забини, и Гвен глянула на него исподлобья, — забавно, что ты попала к нам. Гвен хищно оскалилась, подавшись вперед и опираясь подбородком на сложенные руки. — Или это вы попали, — очаровательно улыбнулась она, — время покажет. Драко не сдержал смешок, а Гвен скосила на него глаза и задумчиво прикусила губу. Ей нужны союзники, чтобы не пропасть в этой стае волков, и судя по всему, Малфоя уважали даже старшие ученики. Она нагнулась к нему поближе и прошептала: — Предложение принято, блонди. Союзники. По рукам? Драко усмехнулся, глядя на протянутую ладонь, и Гвен на миг подумала, что белобрысый при всех проигнорирует ее, швырнув в конец пищевой цепи, но он потянулся вперед и сжал ее ладонь, причем так, чтобы видели все. Умный змееныш. — По рукам. Гвен не сдержала победной улыбки. Она действительно воспользуется ресурсами, чтобы добиться лучшего. Да и кто знает, может жизнь в качестве слизеринки на самом деле будет неплохой? Она в самом начале пути.