4.

      Чтобы понять, о чем говорила Хан Союнг, надо было знать структуру собраний в Звездном Потоке. К счастью, Ю Джонхъюк вычитал об этом все, что мог — ещё тогда, когда искал информацию о компании Мино Софт. Из статей он узнал, что Звездный Поток — это иллюзорное пространство, в реальности которого некоторые даже сомневаются. Днём это пространство невозможно увидеть, но ночью его очертания проявляются при свете звёзд — отсвет бликами отражается на гранях летающей в небе фигуры необъяснимой аморфной формы, делая его видимым для глаза человека. Именно поэтому ночью жизнь в Южной Кореи практически отсутствует — эфемерное давление летающей над тобой необъяснимой штуковины заставляет людей тревожиться и запираться по своим квартирам. Это пространство существует почти над каждой страной, оно физическое, имеется свои границы и фактуру, и туда могут попасть воплощения — но при этом его существование не может объясниться физикой или какой-либо логикой… не то, чтобы воплощения никогда не задавались вопросом, что это такое… но на изучение этой темы всегда ставился негласный запрет, который соблюдал почти каждый живущий в этом мире человек. Этот феномен просто не изучали. Как и счётчик времени, который существовал у каждого.       И хотя Ю Джонхъюк смог частично понять, почему никто не изучал эту тему, это знание ничего ему не дало. Это пресекалось кем-то… кем-то, о ком не говорят вслух и не пишут в интернете. Но пока он решил оставить этот вопрос на потом.       Насчёт собраний Созвездий информации он нашел немного. Они в Звездном Потоке проходили каждый год. В одно и тоже время туда отправлялись группы воплощений по всему миру. Это были команды, собранные игровыми компаниями с особой скрупулезностью. Обычно в нее входили от пятидесяти до ста членов отряда, и с девяносто процентной вероятностью все они являлись воплощениями «A» ранга. От каждой страны в Поток отправляли от трех до десяти групп — при том, что одна компания могла отправить не более двух. На собрании Созвездия выбирали себе несколько десятков понравившихся воплощений, собирали свои команды, а после приступали к подготовке к играм. По одной из теорий, эти игры были необходимы для того, чтобы Созвездия утоляли свою жажду насилия и крови, и не направляли ее на обычных людей. По другой — это были обычные развлекательные турниры между соперниками. К сожалению, какая-либо информация по этому поводу полностью отсутствовала — игры проходили внутри Звёздного Потока, доступа к которому у обычных воплощений не было. Единственное, что смог найти Ю Джонхъюк — это сюжеты игр, что проходили между созвездиями и воплощениями. Эти игры разрабатывались теми же игровыми компаниями, и, помимо Созвездий, их иногда покупали «A» ранговые воплощения и выставляли в общий доступ. Но, в основном, покупкой и перепродажей занимались игровые компании разных стран между собой. Ведь именно по ним тренировались про-геймеры — и очередной пройденный сюжет игры был для них как ещё один шаг к победе на турнире.       Что же до того, что происходило с воплощениями: те, кому не было суждено попасть под перекрестный прицел Созвездий, благополучно возвращались назад. Однако те, кого выбирали для игр… что с ними происходило, никто не знал. Но, как всегда бывает при таких случаях, об этом ходило множества легенд. И одна из самых распространенных — легенда о том, что на играх воплощения умирали, а те, кто выжил — становился Созвездием.       И хотя это была лишь легенда, все верили в нее почти безоговорочно.       Зачем же тогда воплощения добровольно вступали в эти команды и шли на игры? Ведь даже если теории о том, что на играх воплощения умирали — были ложью… в любом из случаев игроки больше никогда не возвращались домой.       Ответ прост до невозможного — вопрос бессмертия.       Именно поэтому Ю Джонхъюк был так обескуражен своим опытом прогеймерства. Он не помнил, откуда и как он заполучил такие, как оказалось, бесценные знания.       К сожалению, у него было слишком мало информации. Поэтому Ю Джонхъюк был решительно настроен узнать все у сидящей перед ним Хан Союнг. Даже выпытать на случай ее несговорчивости.       Благо, последнее было ни к чему: совершенно не стесняясь, девушка начала выкладывать все как на духу. Не ограничиваясь в выражениях, она в красках описала путь до Звездного Потока и конечный пункт назначения. — Нас встретила настоящая карета-лимузин… мы были одни, и это было странно — а потом оказалось, что все остальные уже на полпути к Потоку, и только мы опаздываем, потому что произошел какой-то прикол с транспортом… ехали целый день… перед нами предстал огромный дворец с триумфальными воротами и колоннадами… внутри было столько золота, что казалось, я ослепну… когда мы только зашли внутрь, нас сразу повели на собрание… в коридорах висели портреты, но никто из нас не мог разглядеть лиц…       Ю Джонхъюк молча слушал и фильтровал поступающую к нему информацию, но когда Хан Союнг перешла к длиннющим описаниям экстерьера и интерьера Звездного Потока, не сильно заинтересованный в этом, он на время снова погрузился в свои размышления. Сейчас его больше всего заботил один единственный вопрос.       Почему прошлый он решил стать игроком?       …возможно ли, что он знал, что случается с игроками в Звездном Потоке, и оттого целенаправленного хотел попасть туда? Связан ли с этим как-то ещё и его счетчик жизни? Ведь у него осталось всего девять тысяч часов… чуть больше года жизни, после которого его ресивер просто напросто отключится и он умрет. Неужели раньше он знал, как обойти это ограничение? Но откуда он мог располагать такой информацией?       Он должен был попасть в Звездный Поток, чтобы проверить все свои теории и найти ответы на интересующие его вопросы.       Но сейчас перед ним стояла небольшая проблема. Собрания в Звездном Потоке устраивали всего три раза: в первый раз Созвездия лишь присматривались к воплощения, во второй раз выбирали себе понравившихся игроков, а в третий раз происходящее становилось чем-то вроде прощального вечера. Самое важное было первое собрание — именно на нем воплощения могли продемонстрировать свои умение и мастерство, завлечь и зацепить чем-то Созвездия и Туманности, чтобы после выбрали именно их. Но Ю Джонхъюк упустил свою возможность выступить с хорошим дебютом. И теперь ему нужно было продумать свои следующие шаги…       В это момент Хан Союнг наконец перешла к описанию собрания. Глубоко вздохнув, будто приготовившись толкнуть длинную речь, она выдала лишь одну которую фразу: — На нынешнем собрание в Звездном Потоке нас просто выгнали взашей.       Ю Джонхъюк быстро вернулся в реальность. — Что? — Они пересрались, — лаконично продолжила Хан Союнг. — И это было… жутко, честно говоря. Не знаю, с какого хрена, но Созвездия будто с поводка спустили: войдя в зал, мы даже не успели оглянуться, как… кто-то попытался нас убить. Если бы другие их не остановили, возможно... черт. А когда все более менее успокоилось, Созвездия без какого-либо пояснения просто вышвырнули нас взашей. — Подробнее, — потребовал Ю Джонхъюк. — Почему они так странно отреагировали на неприметную группу воплощений? Где в этот момент были другие команды? — В том-то и дело: они прибыли раньше нас, и уже были в том чёртовом месте! Когда мы вошли в зал, Созвездия и разные Туманности уже вовсю просматривали и подбирали себе команды воплощений. Но потом… — …вошли вы, — продолжил за нее Ю Джонхъюк, хмуря брови. — Вы сделали что-то не так? — А я знаю? Черта с два я бы тогда думала об этом — перед моими глазами в буквальном смысле пронеслась смерть! — Как на вас напали и что в точности говорили Созвездия? Ты помнишь?       Хан Союнг испустила долгий шумный выдох, будто одни только воспоминания причиняли ей невыносимый дискомфорт. — Мы вошли в зал и церемониймейстер объявил наши имена и статус. Зал казался просто неизмеримым: сколько не смотри вдаль или по сторонам, ты не увидишь стенок, лишь уходящие вверх полосы бесконечных рядов, где отдельными группами располагались Созвездия и Туманности. Мы стояли на импровизированной сцене, созданной этими рядами... когда огласили наши имена, где-то справа от нас вдруг стало очень тихо. Я оглянулась, и, увидев пристальное внимание какой-то немногочисленной группы Созвездий, подумала: «ого, мы смогли сразу же заинтересовать кого-то, как круто!» Черта с два! Я повела команду по направлению к ним… а в следующий миг эти существа вылетели с балконов и полетели в нашу сторону.        — Я не успела даже оглянуться, как кто-то схватил меня за горло... — Хан Союнг заскрежетала зубами. — он сломал бы мне трахею, если бы другие не отцепили этого урода. Рядом со мной была Джун Хивон, она помогла мне подняться, но потом… я плохо помню тот момент, но одно воспоминания очень четко врезалось мне в память: как перед ее лицом сверкнул кастет с выдвинутым лезвием. Ещё бы полдюйма — Хивон-а лишилась бы глаз.       Девушка взяла вазочку со сладостями и поставила ее себе на колени, начиная выбирать оттуда лимонные леденцы — она явно пыталась скрыть свою нервозность.        — Вскоре все это превратилось в сплошную какофонию из всего. Кто-то орал что-то наподобие «как вы посмели?» или другую подобную хрень… позже сорвались и другие. И каждый из них нацелился на нашу группу. Ублюдки... не помню, сколько это продолжалось по времени, но в какой-то момент мы, испуганные и потрёпанные, оказались в центре сцены. Помню, как кто-то орал, показывая на нас: «что за идиотская шутка системы?.. пусть убираются с наших глаз.. они не должны существовать, их должны уничтожить». Потом нас просто взяли за шкирку и вышвырнули из зала... Выродки! — «Идиотская шутка системы?» — сказал Ю Джонхъюк. — Что это значит? — Понятия не имею! — Союнг закинула в рот один леденец и начала громко грызть его. — Думаешь, у меня было время спросить их? Хей, Созвездия-ним, извините, что отвлекаю вас от нашего убиения, а что вы имели в виду, когда говорили... — Перестань паясничать, — грубо прервал ее Ю Джонхъюк и не заметил, как Хан Союнг сжала руку в кулак, сдерживая себя. — На все должна быть причина. И эти слова не могут быть чем-то обычным. — Да ты прям выдающийся гений, раз додумался до такого! — сыронизировала Союнг. — Но, представь себе, это очевидно.       Ю Джонхъюк оставил ее издёвку без внимания, продолжая размышлять над странными словами. — Шутка системы… шутка. Уничтожить…       Будто что-то в этих словах откликалось Ю Джонхъюку — он не мог прекратить прокручивать их снова и снова. — Да плевать, что они имели в виду! — через время отмахнулась девушка. — Вопрос в другом — из-за этого собрания подорвалось... не знаю, что случилось с остальными группами, но мы точно оказались за бортом. — Погоди, — вдруг вспомнил кое о чем Ю Джонхъюк. — Ты сама говорила мне, что на собрании целая Туманность обратила на вас внимание и выбрала какую-то девушку... что это значит? — Ю Сангах, да. Мы пробыли в том дворце почти неделю после инцидента — нас тогда держали в комнатах ожидания, не позволяя сделать и шага без разрешения, — и за это время к нам в гости наведывались самые различные гости. В основном это были доккэйби — честно, в жизни бы их больше не видела, ужасно жуткие люди! Но один раз к нам зашла целая Туманность. Они попросили доккэйби поговорить с нами, но последние разрешили вести переговоры только с одним человеком. Тогда Созвездия наугад выбрали Ю Сангах. Они вели переговоры целый день, и не знаю, что они там ей наплели, но вечером Сангах вернулась к нам вся в слезах... и с новостью, что теперь она новый игрок, потому что эта тупая Туманность выбрала ее. — И о чем же говорила эта девушка с Туманностью? — Говорю же, я не знаю — тогда Ю Сангах была не в том состоянии, чтобы отвечать на мои вопросы. А потом... она попросила не спрашивать. А я не люблю влезать в чужие дела.       Ю Джонхъюк пристально наблюдал за своей собеседницей. Хан Союнг явно что-то скрывала. Ее слова породили в голове Ю Джонхъюка множество вопросов. С членом ее команды один на один переговорила Туманность, но этот игрок отказывается рассказывать о теме их беседы, и Хан Союнг так легко спускает эту ситуацию на самотёк? Это даже звучало странно, и тут все явно было не так просто, как казалось на первый взгляд... но что же не так? — Единственное... — вдруг замялась Хан Союнг, и Ю Джонхъюк слегка поддался вперёд. — Та туманность сказали нам несколько слов напоследок, но они никак не относились к Сангах. — Что они сказали? — Они предупредили нас быть осторожнее. «Не играйтесь с огнем» — так они сказали.       Отчего-то девушка начала старательно отводить глаза — ей явно было неуютно. — Что это значит? — требовательно спросил Ю Джонхъюк.       Но Хан Союнг только еле заметно пожала плечами. Парень сжал губы. Что ж, он тоже умел играть в такие игры. — Хорошо... что вам говорили доккэйби? — Ничего. Просто устраивали нам ежедневные допросы в духе: «где вы родились», «сколько вам лет», «как вы познакомились друг с другом»... и их вопросы повторялись раза три или четыре, будто они пытались уличить нас на лжи. Это был какой-то маразм. — Каждый день? — вдруг заметил одно несоответствие Ю Джонхъюк. — Но как вы пробыли там неделю, если с момента вашего отъезда прошло всего четыре дня?       Ю Джонхъюк даже не стал упоминать, что по словам Хан Союнг, тот же путь туда и обратно занял у них два дня. Отъехали они в понедельник — об этом ему тогда, посмеиваясь, «любезно» сообщил администратор, — а сейчас была только пятница. — А, это, — совершенно беспечно отозвалась Хан Союнг. — просто, как оказалось, в Звездном Потоке время течет по-другому: да, мы пробыли там неделю, но снаружи не прошло и… минуты? Нам объяснили, что у Созвездий свой поток времени, которого они должны придерживаться, иначе они… как там они говорили? Будут выкинуты куда-то за пределы… — Если они нарушат правила, то будут дисквалифицированы из игр и получат пожизненное ограничение, — вдруг послышался голос позади Ю Джонхъюка.       Он резко повернулся и встретился взглядом с человеком, стоящим в проходе. Ю Джонхъюк сразу узнал его — это был тот чертов парень, которому он разбил губу. Их глаза столкнулись с друг другом, и в тот же миг в воздухе повисло напряженное молчание. Человек в проходе улыбнулся и в его взгляде промелькнуло насмешливое издевательство. С их злополучной встречи прошло всего несколько дней, и это точно не было случайное стечение обстоятельств — незаметно проникнувший в комнату парень точно знал, что их встреча будет неизбежна, и сейчас, воспользовавшись ситуацией, наслаждался своим преимуществом. — Ты… — начал Ю Джонхъюк, сузив глаза. — Я.       Если бы взглядом можно было убить, Ю Джонхъюк испепелил бы парня на месте. — Э? — распахнула рот Хан Союнг, из-за чего из него выпало леденец и со стуком покатился по полу. — А ты тут откуда?       Не обращая ни на кого внимания, парень прошел внутрь. Его рука почти невесомо прошлась по поверхности стола, а после, совершения невозмутимо, — по спинке кресла Ю Джонхъюка, из-за чего последний пронзил его холодным взглядом. Парень в белом пальто ничего не заметил — его взгляд был устремлён прямо, не останавливаясь ни на чем конкретно, будто он находился не здесь, а где-то в своих мыслях. Он прошел дальше. Пока Хан Союнг слегка недоуменно и нервно наблюдала за его действиями, парень обошел ее кресло со спины и вдруг резко вытянул руку вперёд — а в следующий миг с колен Хан Союнг исчезла ваза со сладостями. — Думаю, тебе хватит, — улыбаясь, заявил названный гость. — И пришел я как раз затем, чтобы вовремя спрятать от тебя сладости. — Ким До… — вскочив, воскликнула Союнг, но не успела договорить: у нее во рту вдруг оказался завёрнутый в фантик лимонный леденец.       Лицо девушки покраснело — и не было понятно, от стыда или от гнева.        — Это последняя, остальное оставь Ёсунг и Гильюнгу. Ты вроде как старше, но ведёшь себя иногда хуже самого избалованного ребенка на свете.       Разъяренно что-то взревев, девушка вытащила леденец изо рта и со злости кинула его прямо в парня — тот невозмутимо отступил на один шаг, уходя с траектории летящей конфеты. После Хан Союнг вскочила с кресла и попыталась выхватить вазочку назад, но безрезультатно — парень поднял руку, и Союнг из-за своего роста просто не дотянулась до предмета. — Ты… придурок! Идиот! Отдай!       Парень рассмеялся, слегка запрокинув голову. Ю Джонхъюк непроизвольно опустил взгляд на его открывшуюся шею, но тут же одернул себя. В этот момент девушка почти налегла на парня всем своим весом, пытаясь схватить вазу. Внутри Ю Джонхъюка вспыхнул огонек раздражения. Понаблюдав за разворачиваемой сценой ещё мгновение, он решил напомнить этой парочке о своем присутствии. Пока Союнг, оставив попытки достать предмет, попыталась ударить парня под дых, Ю Джонхъюк поставил ногу на стоявшее перед ним кресло, в котором раньше сидела девушка, и с силой толкнул его. Кресло опрокинулось, с грохотом сталкиваясь с поверхностью пола.       Девушка от неожиданности вскрикнула и резко развернулась. — Ты что, ненормальный?!       Парень, все ещё держа вазу над головой, рассмеялся над почти детской выходкой Ю Джонхъюка.       «Кажется, мне уже говорили что-то подобное» — апатично пронеслось в голове Ю Джонхъюка, пока он медленно переводил взгляд с одного на другого. Намек был прочитал мгновенно.       Вскоре все трое расположились за столешницей.       Ю Джонхъюк молча ждал начала разговора. Хан Союнг подняла руку, указывая большим пальцев в сторону от себя — на парня, который не расставался со своим белым пальто, даже находясь в хорошо отапливаемом помещении. Они вместе с девушкой расположились прямо напротив Ю Джонхъюка. — Это Ким Докча — но ты можешь называть его просто приду… — девушка ойкнула, а после злобно развернулась всем корпусом к парню. — Ещё раз пнешь меня по ноге, я выбью из тебя всё дерьмо. — Ну, — усмехнулся Докча, лениво подпирая щеку рукой, — можешь попробовать.       Несмотря на шуточный тон, видимо, эти слова не были пустой угрозой. — И попробую, — явно стушевались Союнг, но через мгновение вскинула голову назад. — А хотя… знаешь, что я точно могу попробовать? Рассказать Ю Сангах о том, что кое-кто хранит ее фотографии у себя дома. Как ты думаешь, какая у нее будет реакция?       «И снова эта Ю Сангах... или это просто шутка?», — нахмурился Ю Джонхъюк, пристально наблюдая на профилем Ким Докчи. И не зря.       Улыбка сидевшего напротив парня на мгновение дрогнула — но это произошло настолько быстро и мимолетно, что не смотри на него Ю Джонхъюк, он бы и не заметил. Хан Союнг довольно захихикала, не заметив ничего подозрительного. — Ладно, один-один, Союнг.       Девушка победно улыбнулась, а после указала рукой на Ю Джонхъюка. — А это Ю Джонхъюк. Наш новый игрок. Универсал. — О, прям такие подробности, — протянул Ким Докча, на что Ю Джонхъюк послал в него убийственный взгляд. — Что ж, не могу сказать, что мне с тобой приятно познакомиться, но… — Аналогично, — ледяным тоном ответил Ю Джонхъюк.       Хан Союнг моргнула. — Я не поняла, вы уже знакомы?       Оба парня отвернулись друг от друга и синхронно сказали: — Нет.       Слегка потерев виски, будто пытаясь избавиться от головной боли, Хан Союнг продолжила: — Что ж… Джонхъюк-а, я уже говорила тебе, что двое из нашей команды были приняты по рекомендации одного человека. Ким Докча и был тем самым человеком. Ёсунг и Гильюнг в команде только благодаря ему.       Ю Джонхъюк приподнял бровь, и внезапно решил обратиться прямо к парню. Объяснил он сам себе этот порыв попыткой прочувствовать почву. — И почему же ты выбрал детей? Игры — это не шутка. Там нечего делать таким слабакам.       Ким Докча фыркнул. — Не наговаривай на людей, даже ни разу не видев их в лицо. Они оба мастера своего дела. Но их мотивы желания оглашать у меня нет — у каждого человека есть свои скелеты в шкафу, ведь так? В любом случае, не требуй от меня объяснений или чего-либо подобного в будущем — я все равно не отвечу.       Ю Джонхъюка на деле не так уж и сильно интересовала эта тема, но он все равно нахмурился, недовольный таким резким ответом. Он повернулся к Хан Союнг, чтобы продолжить разговор, когда внезапно наткнулся на ее резко потемневшее лицо. — На самом деле, эти дни после собрания меня не покидает тот же вопрос, Ким Докча, — слегка напряженно начала девушка. — Раньше я ещё думала, что с ними ничего страшного не случиться — их могут и не выбрать на игры, зато они бы набрались хорошего опыта для будущего. Не мне осуждать их выбор. Но сейчас…       Девушка подняла глаза и столкнулась с таким же пристальным взглядом Ким Докчи. — Но сейчас… им опасно оставаться в команде. Из-за того инцидента. — Ты ведь понимаешь, что я не мог заранее предугадать того, что случилось, — понизив голос, ответил парень.       Хан Союнг скрестила руки на груди. Атмосфера вдруг стала тяжелее. Ю Джонхъюку прищурился. — О чем вы?              Вздрогнув, будто совсем забыв о его присутствии, Союнг повернулась к Ю Джонхъюку. Она растерянно моргнула, а после нерешительно перевела взгляд на Ким Докчу, явно не зная, с чего начать.       Парень решил помочь ей, взяв разговор в свои руки: — Эта немного запутанная и долгая история. — Мы никуда не спешим, — отрезал Ю Джонхъюк. — … и то верно, — хмыкнул Докча на его слова.       Их взгляды пересеклись. Глаза Докчи — глубокие и чёрные, — словно открывали проход в бездну, в которой можно было утонуть без остатка. Они были непроницаемыми, словно тьма, которая притягивала и пугала одновременно — и отражали что-то, недоступное посторонним. На губах Ким Докчи — рана на которых за эти несколько дней уже зажила, — играла небольшая ухмылка. Ю Джонхъюк молчал, ожидая, когда парень напротив него продолжит разговор.       И Ким Докча, будто услышал его мысли, заговорил: — Месяц назад с неба спустилось Созвездие. — Спустилось сюда? — уточнил Ю Джонхъюк. — Да. Оно спустилось в наш мир.       Ю Джонхъюк почувствовал, что воздух в комнате стал гуще и плотнее. — Раз это произошло месяц назад… это связано с нынешнем составом команды? — продолжил Ю Джонхъюк слегка напряжённым голосом. — В точку. И знаешь, какая у него была цель? — Говори. — …Созвездия спустилось сюда, в наш мир… — Ким Докча тонко улыбнулся — и улыбка его несла в себе что-то издевательски веселое. — ...чтобы убить восемьдесят три члена укомплектованной тогда команды игроков — Что? — Ты не ослышался. Убить. Те ребята мертвы. Даже не трупы. Их больше не существует.       Их глаза ни на миг не отрывали друг от друга. Они будто играли в безмолвную игру — кто первый отведет взгляд, проиграет. Между ними проскакивало нешуточное напряжение. Мгновения стояли на месте, словно время замерло. Ю Джонхъюку казалось, будто он смотрит в безграничную, всепоглощающую пустоту.       В этот момент слова Ким Докчи медленно проплывали через него как пустой звук без всякого наполнения, лишенный какой-либо глубины или смысла. В голове раз за разом крутились его слова, не складываясь в логичную картину и исчезая как далёкое эхо — «их больше не существует»… «их не существует»… «не существует»?       Прежде, чем он смог сформулировать следующую мысль, с его языка сорвалось: — Что значит «не существует»?       В этот момент Хан Союнг ударила по столу и грязно выругался. От неожиданности Ю Джонхъюк прервал их с Докчей зрительный контакт и перевел взгляд на девушку. Его мозг резко заработал. — От них ничего не осталось — ни пылинки! Поэтому их больше и не существует. И с нами, черт возьми, может произойти то же самое! — прорычала Союнг, угрюмо сверля стол перед собой.       Ким Докча устало вздохнул. — Слишком много паники, Союнг. Этого ещё не произошло, так что и говорить не о чем. — То есть, тебя прям очень прельщает перспектива сгореть заживо, я смотрю? — Сгореть заживо? — быстро переспросил Ю Джонхъюк.       Это заявление подействовала на него неожиданно отрезвляюще — почему-то реальность вдруг показалась пугающе четкой, а сердце застучало с удвоенной силой.       Хан Союнг подняла голову и сжала губы. Она выглядела виноватой — будто случайно сболтнула не то, что хотела. Ким Докча безучастно зевнул рядом с ней. — Да. Месяц назад все они заживо сгорели в своих квартирах — огонь в одно мгновение возник в восемьдесят трёх разных местах и сжег тела воплощений без остатка. В СМИ это назвали греховным приходом — они объявили, что Созвездие, спустившиеся на землю, устроила божественный суд над грешниками. Люди со всех сторон принялись вылизывать и оправдывать поступок Созвездия, воздвигая его чуть ли не на пьедестал этого мира. Только вот я скажу тебе правду — это не было судом. Это было обычным геноцидом. Но воплощения — практически букашки перед силой вечноживущих, — и никто никогда не скажет о них плохого слова, существуй шанс того, что тебя услышат и покарают за эти слова.       Ю Джонхъюк молча сложил пальцы в замок. Его лицо было пугающе пустым. — Огонь невероятно быстро перескакивал с одной квартиры на другую — и за одну ночь погибло больше тысячи человек. Наверное, только благодаря этому никто не провел параллель между членами нашей прошлой команды и «гневом» Созвездия. Мы тоже считали это простой случайностью… но произошедшее на собрании в Звездном Потоке буквально открыло нам глаза.       Хан Союнг непроизвольно начала постукивать по столу костяшками пальцев. Ю Джонхъюк мазнул взглядом по ее руке, потом — по поверхности столешницы, и снова наткнулся на стоявшие на ней чашки. И тут Ю Джонхъюк заметил пустую пачку таблеток, лежавшую рядом.       В комнате больше не пахло горячим шоколадом.       Ю Джонхъюк протянул руку и приподнял упаковку таблеток, рассматривая ее. Это было успокоительное. Пустовало несколько ячеек для капсул. — Что? — вдруг тихо хмыкнул Ким Докча, пристально наблюдая за действиями парня. — Теперь, узнав правду, хочешь уйти из команды?       Ю Джонхъюк постучал уголком упаковки по столешнице. Звук мрачным эхом отразился от стен небольшой комнаты отдыха. — У меня ведь ничего не получится, так? — Ага, — ответил Ким Докча. — Ты уже в команде, подписал контракт, и слинять отсюда не получиться. Как минимум, без серьезных последствий.       Хан Союнг неожиданно рассмеялась. Ю Джонхъюк чуть не вздрогнул — почему-то он уже несколько раз забывал о ее присутствии. — Ох, не сдерживайся — можешь орать, плакать и стенать во весь голос. Думаешь, вчера на собрании я не натерпелась всего этого? Давай, давай, — начала подначивать его девушка, — как минимум, тебе станет легче. Легче осознать, что, возможно, мы следующие, кого настигнет та же участь, что и тех ребят. — Вчера на собрании? — сразу же зацепился за несколько слов Ю Джонхъюк. — Значит, никто из нынешней команды не знал о том, что произошло с прошлыми игроками, когда вы подписывали контракт?       Внезапно Хан Союнг вскочила со стула, разводя руки в стороны и яростно скаля зубы. — Ну конечно! Конечно же, от нас это скрывали. Или ты думаешь, кто-нибудь захотел бы прийти в команду, зная о том, что случилось с прошлыми игроками? Спасибо, что нам вообще об этом рассказали! Вот же уроды!       Хан Союнг ударила по стене в порыве эмоций. Ю Джонхъюк спокойно ждал, пока она успокоиться. Обычный разговор, который он ожидал, превратился в невесть что. И принес слишком мрачные известия.       Но приступ истерии девушки также быстро сошел на нет, как и начался, и она снова уселась на свое место. Ким Докча в этот момент слегка наклонился ближе к парню и спросил: — Тебе ведь интересно, как мы узнали об этом, да?       Ю Джонхъюк безучастно посмотрел на парня. В его голове сами собой всплыли недавние слова Хан Союнг. — «Не играйтесь с огнем». — Верно. Только благодаря этому мы узнали об этом, — тут же подтвердил мысли Ю Джонхъюка Ким Докча. — Но и здесь возникает несколько вопросов. Не догадываешься, каких?       Ю Джонхъюк нахмурился. И вдруг заметил одно небольшое несоответствие. — Для начала ответь на мой вопрос. — М? — наклонил голову Ким Докча, не подозревая, к чему вдруг пришел Ю Джонхъюк. — Расскажи мне, — Ю Джонхъюк холодным взглядом посмотрел парню прямо в его бездонные глаза. — Откуда ты — человек, не состоящий в команде и не ездивший на собрание, — так подробно обо всем этом знаешь?       Хан Союнг сглотнула. Ким Докча же, прикрыв рот ладонью, попытался скрыть свою улыбку. — Ох, а я все думал, когда же ты заметишь.       Только сейчас Ю Джонхъюк понял, как искусно эти двое постоянно перескакивали с темы на темы, скрывая эту выставленную на показ правду Внутри Ю Джонхъюка вспыхнул глухой гнев, он чувствовал, как кровь забурлила в жилах, словно зловещий огонь — однако, внешне он оставался спокоен и непроницаем, словно живая статуя. Лишь сильно сжатая челюсть и острый взгляд говорили о напряжение Ю Джонхъюка. И если Ким Докча легко выдерживал эту сгустившуюся атмосферу, внутренне даже наслаждаясь ею, то Хан Союнг быстро сдалась, поднимая руки на манер поднятия белого флага. — Извини, извини! Я говорила правду — в нашей команде всего пятеро человек. Ах, ну, с учётом присоединившейся Ю Сангах — шестеро. Не смотри на меня так, будто хочешь убить… — Кто ты? — полностью проигнорировав Хан Союнг, обратился Ю Джонхъюк к сидевшему напротив него парню.       Ким Докча тихо рассмеялся. Его глаза все ещё светились совершенно не скрываемой насмешкой. — А с чего я должен тебе говорить? — внезапно заявил парень, а после спрыгнул со стула. — Что мне от этого будет? Ничего? Какой-то невыгодный обмен.       Ю Джонхъюк сузил глаза, наблюдая за перемещением Ким Докчи по комнате: парень ленивой походкой направился к выходу. Перед тем, как выйти, он придержал дверь и подмигнул Ю Джонхъюку: — Лучше попробуй угадать. И, может быть, тогда я расскажу тебе о том...       Последние слова парень беззвучно прошептал губами, но Ю Джонхъюк мгновенно прочитал, что тот говорил. Он вздрогнул, широко распахнув глаза, но не успел среагировать: дверь с треском захлопнулась, возрастая между ними непреодолимой стеной. Сзади Ю Джонхъюка послышалось недоуменное восклицание Хан Союнг «о чем это он?», но для парня мир сузился лишь до одной точки, выбросил все остальное из его сознания, — до мимолётного мгновения, когда губы Ким Докчи сложились и произнесли всего три слова:       «...что ты забыл.» ***       Ю Джонхъюк ушел, не попрощавшись. Оставшись в одиночестве, Хан Союнг набрала номер Ким Докчи. Парень долго не отвечал. Это всегда раздражало девушку — но сегодня особенно сильно. Чтобы отвлечься, Хан Союнг принялась методично мыть кружки. Одна, две... седьмая — по стечению обстоятельств, это оказалась кружка Ким Докчи. Фыркнула, девушка мстительно оставила ее в раковине — но это выходка на уменьшила ее раздражения. Когда начали звучать гудки уже пятого по счету вызова, Союнг хотела на все наплевать и просто уйти, но ее собеседник наконец-то ответил:       «Да?» — Какого черта, Ким Докча? — сразу же предъявила ему девушка, кидая в кресло только что снятую с вешалки куртку.       «Я занят. Говори, что хотела, или я отключаюсь.» — Ладно, стой! — подавив рычание, произнесла Союнг. — Ты должен мне объясниться насчёт того, что произошло только что, иначе я не знаю, что с тобой сделаю...       «А что произошло? Мы поговорили с новым игроком, рассказали ему обо всей подноготной нашей ситуации... что не так?» — Ты меня спрашиваешь, что не так? А вспомнить не хочешь, что ты мне говорил перед тем, как пришел этот Ю Джонхъюк?       «Переходи к сути, Хан Союнг. У меня нет времени и желания играть с тобой в эти игры.»       Девушка прикусила губу, злобным взглядом уставившись в стенку. Она не понимала, что происходит, и из-за этого чувствовала себя полной идиоткой. Ещё несколько часов назад Ким Докча очень подробно проинструктировал ее насчёт того, как ей вести беседу с Ю Джонхъюком. О том, о чем можно говорить, а о чем лучше молчать. Как реагировать на его слова или действия в случае чего — был даже разработан план, при котором Союнг могла беспрепятственно позвать на помощь Ким Докчу. Она с остальными специально репетировали этот театр абсурда несколько дней кряду — и все по прихоти Ким Докчи. И что произошло в итоге? Этот придурок сам припёрся к ним, как на пикник! Заявился с порога — и давай болтать с парнем на темы, на которые, черт возьми, сам несколько часов назад поставил табу! Хан Союнг как могла пыталась незаметно узнать у него причину его прихода — даже как идиотка прыгала вокруг парня, пытаясь достать вазу, и прижималась к нему, чтобы шепотом незаметно поговорить с Ким Докчей. Может, что-то пошло не по плану — думала она тогда. Но самое интересное это то, что она получила в ответ: ни одного слова, а лишь насмешливый взгляд свысока. И все.       Спрашивается, так почему у нее возникло такое чувство, будто не она с Ким Докчей была против Ю Джонхъюка, а оба парня — против нее? — Ты... — не могла найти слов Хан Союнг. — ...не представляешь, как я чувствовала себя весь разговор. Мне пришлось притвориться, будто я не знаю, что вы знакомы. Делать вид, что я совершенно спокойна. Я вертелась, как уж на сковородке, пытаясь не выдать того, что с меня течет три пота. Я выглядела как идиотка, Ким Докча!       «И?» — «И»? — выдохнула Хан Союнг. — «И» — это все, что ты мне ответишь?       «Я сказал, что занят. Но ты все равно позвонила, чтобы пожаловаться на что-то такое незначительное, как твоя глупость, — вдруг на пару тонов ниже ответил Ким Докча. — То, что ты не смогла понять, почему мне вдруг пришлось изменить план — только твои проблемы, Союнг-сси. Или я не прав?»       Хан Союнг замерла. — Нет... точнее, прав, — глухо ответила она, потеряв весь свой запал. — Но...       «Это хорошо, что мы поняли друг друга. Это все?» — Да... но, — сжав кулаки, Хан Союнг поджала губы. — Но ты все равно должен был...       «Союнг-сси. Я повторю в последний раз: ты тратишь. Мое. Время.»       Хан Союнг внезапно почувствовала, как пересохло ее горло. Она снова забыла. Под этой маской дружелюбия, беспечности и игривости Хан Союнг забыла, кем на самом деле являлся Ким Докча... и сейчас, опасаясь, что голос может ее подвести, она промолчала.       «Значит, разговор закончен. Увидимся завтра на тренировке.»       В ее ухе послышались гудки. Ким Докча сбросил трубку.       Перед тем, как уйти домой Хан Союнг все же помыла его кружку.