Глава 2

Утром его разбудили петухи. И муж тётушки с сыновьями. Он и в Бангкоке привык вставать рано, столько всего надо было успевать, но здесь всё было по-другому. Одевшись и умывшись, он вышел в кухню, у которой, по сути, не было одной стены, она открывалась во двор. Тётушка уже разожгла огонь в очаге и собиралась готовить. — Поможешь, господин Прапай? — спросила она, когда он сделал вай, приветствуя её. — С удовольствием. — Тогда порежь чили, — она выдала ему доску, нож и миску с крепкими ярко-красными и зелёными перцами. Пай немного озадачился. Общее представление о готовке он, безусловно, имел, но ни с перцем, ни с непосредственно процессами приготовления не сталкивался. Его личным потолком было раскладывание готовой пищи по тарелкам. Но раз уж взялся, то надо было приступать. Тётушка показала ему, как это делать, и пока на огне жарился пышный омлет, он вполне справился с нарезкой перца. — Не три глаза и вымой как следует руки, но сперва дай-ка их сюда, — тётушка плеснула в подставленные ладони немного растительного масла и велела растереть тщательно, а потом вымыть с мылом. Пай послушно всё выполнил, но в холодной воде масло с рук отмывалось очень плохо, а вокруг ухоженных ногтей кожа покраснела и её несильно жгло. — Жжётся… — Ты такой нежный, господин, — рассмеялась тётушка. И он улыбнулся тоже. Впрочем, в остальном как-то невесело. То, что вчера и позавчера прошло под влиянием шока почти безболезненно, начало ныть внутри, как незалеченный перелом. И всё ещё интересно, кто прислал ему эти фото и документы про Плой. И что с отменой свадьбы? Насколько зол отец? Что вообще происходит в домах Плойнинпет и Фаттира? Как там Фан? Прерывая круговорот мыслей, перед ним со стуком появилась глиняная плошка с ароматным омлетом, салатом из папайи и соусом. — Ешь, господин, и оставь свои беды на потом. Сытому человеку всегда проще справиться с неприятностями, — тётушка гладила его по голове, словно сына, и Пай с трудом сдержал слёзы, так когда-то делала мама. И послушно ел. Первую ложку, потому что на вторую его просто не хватило — коварный соус оказался адски острым. Зато теперь можно заплакать, прикрываясь ожогом слизистой и ожидая, когда хозяйка принесёт спасительный стакан молока. После завтрака, спросив у тётушки, где здесь ловится сеть, он сел в машину и поехал в небольшой городок буквально в десяти минутах от Пла Сан Рой. И в уютном кафе рядом с заправкой включил свой ноутбук, заказав привычный европейский завтрак, попомнив недобрым словом собственноручно подготовленный утренний чили. Сперва проверил рабочую почту и написал своему секретарю. Фаер всегда на связи, ответственный и исполнительный, и, что сейчас очень важно, преданный не отцу или компании, а лично Прапаю. «Привет, я не в городе, в ближайшее время буду работать удалённо, все документы кидай мне на почту, переговоры — через отца или моего зама». «Понято-принято, босс». «Не ехидничай. Буря уже разразилась?» «Слегка штормит. Семьи опубликовали объявление о том, что свадьба отложена в связи с состоянием здоровья члена семьи Плойнинпет, не указывая имени. В СМИ миллион версий от разрыва брачующихся до происков конкурентов. Самая популярная версия на сегодняшнее утро — вы изменили Плой со своей секретаршей». «Но моя секретарша — ты!» «Ага, но мне нравится ход их мыслей. По их словам, я — это что-то. 5-5-5». «Фаер!» «Да, босс». «Даже не мечтай». «Ну вот, а я только думал дать эксклюзивное интервью в вечернем ток-шоу». «Мне нужен детектив». «В каком жанре?» «Мне нужно найти того, кто собрал досье на Плой». «Понято-принято, босс, к вечеру подготовлю вам список лучших агентств. Ещё что-то?» «Ты не должен знать, где я. Никто не должен это узнать». «Смените телефон и сим-карту, босс». «Без тебя знаю». «Вы такой строгий, босс!» «До связи, Фаер». Пай доволен тем, что происходит в его прежней жизни. Пока пресса будет смаковать перенос свадьбы, никто всерьёз не займётся розысками жениха, ибо с чего бы. Да и исчезновению невесты из страны найдётся достойное объяснение. Наверняка, это было предложение отца. Да, в экономике страны произойдёт небольшое землетрясение, их корпорация потеряет некоторое количество средств, но фатального ничего не произойдёт. А вот у семейства Плойнинпет могут случиться крупные неприятности. Поэтому из уважения к несостоявшимся родственникам, Пай хотел выяснить, кто собрал на Плой такое подробное досье, почему его принесли именно ему, и какие цели преследовал таинственный «доброхот». Посидев в кафе ещё полчаса, почитав соцсети и убедившись, что оценка Фаера была довольно точна, он отыскал в городишке крохотный салон связи и купил там себе простенький смартфон за какие-то смешные деньги и новую симку. Тут же напомнил себе, что денег у него с собой не так уж и много, а карты и доступ к счетам остались в прошлой жизни. Пока он не вернётся в Бангкок, лучше экономить. Оставив машину на парковке у кафе, он прошёлся по городу и заглянул на небольшой рынок, подумав, что уже второй день ест у тётушки совершенно бесплатно. Совесть не позволяла ему и дальше объедать небогатую семью, поэтому он решил привезти тётушке мяса. Набрав два пакета свинины и курятины, он поехал обратно. Непонятно было, ругает его тётушка или хвалит, но пакеты с мясом она забрала и послала его в лавку за зеленью со списком и деньгами. Он пытался отказаться, но Пхатчара так подбоченилась и посмотрела на него, что он взял деньги, кивнул и пошёл. Девушка, которая собирала ему продукты в лавке, отчаянно строила глазки, пыталась заговорить, но так отчаянно заикалась и краснела, когда он переспрашивал, что он даже имени её не смог узнать. Что ж, к такой реакции на себя он давно привык. Редко где он оставался без внимания. Временами это даже бесило. Все подружки-одноклассницы сестрёнки Фан были безумно в него влюблены с последнего года младшей школы. Сколько раз он натыкался вечером у своей комнаты на школьниц в соблазнительных пижамках, скольких неловких пловчих со сведенными судорогой ногами выловил из домашнего бассейна, сколько любовных писем, написанных красивым почерком на надушенной бумаге выкидывал еженедельно из почтового ящика — не сосчитать. Многие из них были очень красивы, некоторые — великолепны, но с самого его детства, с той самой кружевной колыбельки перед глазами была только Плой. Нежная как цветок, хрупкая, как фарфор, прекрасная как рассвет. Теперь ему вспоминалось не это. Теперь он помнил её пьяные и под кайфом фото и злой смех в спину. Плой у него больше не было. И он всё ещё не мог к этому привыкнуть. Перекусив паровой булочкой, которой его угостила девушка из лавки, Пай занёс покупки тётушке и снова отправился к морю. Он нашёл удобное место в тени деревьев, сел там и принялся наводить порядок в купленном телефоне, занося туда из старого только необходимые ему номера. И самым первым — Фаера. — Привет, это снова я. Запиши номер, но особо не названивай ближайшие дни, только если что-то срочное или жизненно важное. — Понято-принято, босс! — Не наглей! — Оке-е-ей! Фаер временами ужасно бесил, но секретарём был отличным. Отец привёл его в головной офис три года назад, когда сам Прапай ещё пробовал свои силы менеджером в отделе маркетинга. Через год, заняв место руководителя отдела, он по настоянию отца взял бывшего подай-принеси-курьера на своё старое место, но Фаер по большей части тёрся рядом с ним. И когда отец отстранился от непосредственного руководства корпорацией, стал незаменимым личным помощником Прапая. Даже отдел по работе со СМИ не всегда успевал ухватить слухи и новости, которые ложились на стол Прапая, Фаер умудрялся пробивать непробиваемое, узнавать самое секретное и регулярно привозить Прапаю невозможно вкусный кимпаб, а откуда — не признавался. Была пара случаев, когда на светских приёмах он так заговаривал зубы каким-нибудь провокаторам или конкурентам, что Прапай восхищался им совершенно искренне и думал, что вот Фаер как глава корпорации Фаттира был бы гораздо лучше, чем он сам. Потому что в Пае качеств бизнес-хищника было гораздо меньше, чем в его отце и даже в его собственном секретаре. Порой Пай думал, что не отказался бы от такого брата. Между ним и Фаером было года три-четыре разницы, если он правильно помнил. Сестрёнка была куда моложе, к тому же девочка, Пай любил её безумно и последние три года, когда она перешла в старшую школу для девочек, страдал от комплекса старшего брата. А в лице Фаера он неожиданно обрёл не только помощника в бизнесе, но и поддержку и понимание. Часто тот самовольно переносил встречи или отклонял приглашения на вечера, если видел, что лицо босса эмоционально кривилось при упоминании тех или иных имён. Вот и сейчас, пока деловой и великосветский Бангкок лихорадило новостями о расстроенной свадьбе двух самых известных семей, Фаер как паучок-ткач стягивал разваливающуюся легенду тонкими паутинками намёков и слухов, поддерживал реноме босса и, опосредованно, его отца, спасал репутацию корпорации и держал руку на пульсе. Воистину, лучший из лучших, кого знал Прапай. Он надеялся, что завтра, когда утром приедет в то же кафе на заправке за порцией вайфая, в его почте уже будет полноценный отчёт о происходящем, дайджест новостей и список детективов, которым можно доверить розыск «доброго самаритянина», поспособствовавшего всему происходящему. Про Плой Прапай почти не думал. Старался не думать. Запрещал. Но получалось примерно как не думать о белой обезьяне. До сих пор было больно и обидно. Что странно — Пай не испытывал ревности, а ещё чувствовал облегчение какое-то, связывая его с тем, что последние полгода был просто измотан постоянными явлениями дизайнеров, организаторов, бесчисленными каталогами блюд, букетов и свадебных арок. А теперь можно даже костюм не покупать. Интересно, а Плой купила себе свадебное платье? Почему-то подумалось, что да, и даже не одно. Наверное, все они остались в Таиланде, когда она села в самолёт и улетела к своему новому парню. Очередному парню. Который трахается так, что мозг взрывается. Интересно, а он сам так может?