Эндрю

Следующие два дня Нат избегал наших прямых столкновений в школе, но исподтишка наблюдал за мной. Видимо, пытался понять помню я недавние события или нет. Конечно же я помню. Такое я никогда не забуду. Тот поцелуй — наш и мой первый, — стал для меня настоящим испытанием. Раньше я мог только представлять, как это будет, но теперь я знал какого это — целовать его, — и мне было мало одного раза. Мне нужно больше. Как-то я попытался поговорить с ним в коридоре, но он сбежал словно перепуганный кролик. Тогда я решил для себя, что пусть побегает. Пусть привыкает постоянно думать обо мне, ведь мы не закончили. Мне было крайне сложно придавать своему лицу невозмутимый вид и сдерживать смех, когда он наблюдал за мной, словно сталкер. Как-то я обедал в столовой и заметил его за углом — пристально наблюдающего за мной, — и чуть не подавился. Позже я сел позади него и весь урок пялился ему в затылок, пока он нервно ерзал на стуле, явно ощущая мой взгляд на себе. Это было чертовски забавно. Когда прозвенел звонок, он пулей вылетел из класса, чуть не сбив учителя. Черт, я давно так не смеялся. Нат прикрывал мои засосы и укусы тональным средством и одеждой, но я то знал, что они есть. Там только моего автографа и таблички «мой» не хватает. Потом поставлю. — Ты чего так улыбаешься? — услышал я голос Рико. Он сжимал руль и, подозрительно прищурившись, смотрел на меня. Сейчас мы находились на Петле и готовились к гонке. — Разве я улыбался? — Мое лицо снова стало невозмутимым. — Да, и это странно. Обычно ты улыбаешься только когда отрываешь крылья бабочкам, — пробормотал Рико, сдвинув брови, а потом обернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло. — Он здесь? — Кто? — Бабочка, которую ты так любишь мучить, — поддразнил он. — Завали, — бросил я, закатив глаза, и направился к своей машине. Мой план действий в отношении Ната изменился, но я понятия не имел, как объяснить это другу. Поэтому не стал ничего объяснять. Но сам не мог сдержать улыбку при мысли о том, что мне все еще хотелось помучить Ната, но теперь в ином смысле. Хочу его. Всего. До смерти хочу затискать маленького крольчонка. Я сидел на капоте своей машины и думал о приятном, когда ко мне подошел Кевин и отвлек меня. — Он действительно собирается это сделать? — нервно спросил Кевин. Он спрашивал о гонке Лиама и Рико. Кевин около года назад начал встречаться с Лиамом, что Рико полностью не устраивало. Лиам уже давно пытается попасть в нашу компанию и всячески старается для этого, но Рико ревновал и каждый раз пытался поддеть или оскорбить Лиама, что, по моему мнению, совершенно заслуженно. Практически все альфы, гоняющие на Петле, ведут беспорядочную половую жизнь. Исключениями выступают только Джереми и Мэтт. Кевин редко бывает на Петле, и Лиам, пользуясь этим, трахается со всеми доступными омегами. Как-то пьяный Лиам жаловался, что Кевин холоден и они не занимаются сексом. Стоило видеть тогда довольное лицо Рико. С тех пор прошло уже полгода и я не знаю как обстоят дела у них сейчас — мне глубоко плевать, — но, раз Лиам все так же бегает на сторону, то, скорее всего, лучше ситуация не стала. К тому же, если бы Кевин притащил в дом Лиама, Рико устроил бы грандиозный скандал. Учитывая, со сколькими переспал сам Рико — это было бы даже забавно. И вот сегодня Рико собирается раскатать Лиама. Он давно ждал эту гонку, всячески подбивая на это Лиама, и оторвется сегодня по полной. В этом у меня сомнений не было. — Ага, — бросил я Кевину. — Гонка за твою задницу, гордись. — Пошел ты, — прошипел Кевин. К нам подошли Нат и…ебучий Бен Джеймисон. Я знал, что сегодня Нат будет на Петле с ним — об этом меня любезно уведомил Рико, — и, в принципе, успел унять свою злость, но все равно был бы не против зарядить Бену чем-нибудь промеж глаз. — Здоро́во, приятель, — кивнул мне Бен. Я лишь коротко кивнул ему в ответ и переключил внимание на трек. В воздухе повисла мертвая тишина, и у меня дернулась челюсть — я пытался подавить улыбку. Напряжение было ощутимым и я получал от этого удовольствие. — Эндрю, это Натаниэль Веснински, — с сарказмом в голосе произнес Кевин, кивнув в сторону Ната. — Будь любезен и с ним поздороваться. Вот задрот. Я перевел взгляд на Ната и, встретившись с ним глазами, довольно улыбнулся и прищурился, словно сытый кот. Мой посыл нашел адресат и Нат догадался, что конкретно я хотел до него донести. Он понял, что я все помню — это было видно по его лицу. Я буквально ощутил весь спектр его эмоций и поток ненормативной лексики в его голове. Он отвел взгляд и залез подбородком за ворот своей мешковатой толстовки. У Ната есть одна вредная привычка: когда он нервничает, то начинает одеваться в большую, неподходящую ему по размеру одежду. Кутаясь в мешковатое дерьмо, он пытается скрыться от всех. Я давно привык к такой его замашке, но вот остальные смотрели на него как на погорельца. — Водители, по местам! — Раздался голос Зака, и я посмотрел в его сторону. GTO Рико и «Камаро» Лиама подъехали к старту, пока толпа расходилась в сторону, очищая дорогу для заезда. — На старт! — прокричала какая-то девчонка, встав перед машинами. Моторы взревели, и в толпе послышались крики восторга. Большинство зрителей, вероятно, даже не подозревали, что зрелище предстоит довольно жалкое. Pontiac GTO Рико против «Камаро» Лиама? Без шансов. Да и Лиам смог бы уделать Рико только если бы последний абсолютно и безнадежно ослеп на оба глаза. Рико один из лучших на Петле и я никогда не сомневался в его победе, хоть и стиль у него был довольно специфический. Его GTO цвета вороньего крыла, а сам он любит поиграть со своим соперником во время гонки, после чего выжидает момент и добивает, оставляя глотать пыль позади. Благодаря грубым и нахальным замашкам ему и дали прозвище — «Ворон». Я же гонял агрессивно и моментами рискованно, как и Аарон. Мое прозвище на Петле — «Монстр». — Внимание! — снова выкрикнула девчонка. Я перевел взгляд на Ната, который повернулся к треку и следил за происходящим горящими глазами. — Марш! Зрители завопили и рванули к дороге, загородив мне обзор. Я продолжал сидеть на капоте и даже не пошевелился — плевать. Я знал кто победит. К тому же, сейчас мне хотелось смотреть только на одного человека. Нат стоял спиной ко мне, и впервые мне не приходилось заставлять себя отвернуться. Я больше не испытывал чувства вины из-за того, что хотел его. Решил, что буду наблюдать за ним столько, сколько мне вздумается. Нат привстал на цыпочки, пытаясь заглянуть через головы впереди стоявших зрителей. Мышцы его ног напряглись и, глядя на это, я вспоминал о том, как всего пару дней назад они обвивали мою талию. Смутные желания и порывы, которые завладели моими мыслями, успели перерасти в дикие фантазии, и в голове не осталось ни одной приличной мысли. Мы обязательно попробуем все то, что я сейчас себе навоображал. А если Бен продолжит и дальше так глазеть на него — я выбью ему зубы ложкой. Краем глаза я увидел, что Рико и Лиам наконец прошли последний поворот, но Рико ехал впереди со значительным отрывом. Когда он пересек финишную черту, люди захлопали в ладоши и стали приветственно махать ему руками, явно довольные своими ставками и увиденным представлением. Нат улыбнулся, когда его обдало порывом ветра от пронесшихся мимо машин. Он терпеть не мог Рико, поэтому я решил, что его больше восхитило само зрелище, а не победа моего друга. Рико вылез из машины и его сразу же облепила толпа. Кевин, демонстративно не смотря в его сторону, подошёл к Лиаму и, по всей видимости, пытался подбодрить. — Все с дороги! — выкрикнул Зак. — Миньярд и Роумэн, тащите свои задницы на старт. Наконец-то, мать вашу. Обойдя машину и сев за руль, я завел двигатель, ощутив его рокот всем телом. Песня Still Swingin’ группы Papa Roach взревела из динамиков, когда я вывел свой GT на трек. В эти минуты я любил свою жизнь. Мой черный «Мустанг» был быстр, агрессивен и полностью мне соответствовал. Он был моей единственной отдушиной, когда мне хотелось сбежать ото всех и ни о чем не думать. Дерек Роумэн сейчас учился на первом курсе в колледже, а прежде в нашей школе, и время от времени возвращался в город, чтобы погонять. Он остановил свой Pontiac Trans АМ рядом со мной, и я крепче сжал руль. Роумэн обладал определенным авторитетом и некоторые сегодня поставили на него. Немного обидно, но это было в моих интересах. Чем меньше шансов на победу, тем больше выигрыш. — Итак! — крикнул Зак зычным, командным голосом. — Освобождаем трек для главного события вечера! Летом у нас проходило больше гонок, чем теперь, когда учащиеся колледжей вернулись к учебе. Сегодня заезды, в которых принимали участие Рико и я — единственные в программе. Сунув руку в карман джинсов, я вытащил кулон и повесил его на зеркало заднего вида. Бросив в него взгляд, я заметил, что Нат наблюдает за мной, и у меня сжалось горло. Не знаю, заметил ли он, но мне этого определенно не хотелось. Нелегко будет объяснить, откуда у меня кулон, принадлежавший его матери. Посмотрев вперед, я увидел Дэвона Петерсона. Он был одним из тех привлекательных омег, к которым я не притронулся бы ни за что на свете. Он учился в нашей школе на год младше меня и ясно дал мне понять, что упадет в мои объятия, если я того захочу. Я не хотел. Он вообще-то был довольно адекватным и милым, но милым он был со всеми. В этом и заключалась проблема. Иногда нужно вовремя понять, в каком случае хорошо проведенное время не стоит свеч. Дэвон медленной походкой подошел и встал перед нашим автомобилями. — На старт! — прокричал он, глядя на меня горящими глазами. Давай же. Моя левая нога буквально подпрыгивала на выжатой педали сцепления. — Внимание! Моторы наших машин взревели. — Марш! И меня словно с цепи сорвали. Моментально одна нога отпустила сцепление, а другая вжала газ в пол. Покрышки долю секунды буксовали, а потом «Мустанг» рванул вперед. На кончиках пальцев я почувствовал покалывание, и с улыбкой отреагировал на это ощущение. Музыка и мощь машины будто разрывали меня на тысячу кусочков, развеивая по ветру. В этот момент я не помнил прошлого, не беспокоился о настоящем и не думал о будущем. Здесь я чувствовал себя живым. Мы с Роумэном мчались почти на равных, но приближался первый поворот. Я был впереди, но он не собирался притормаживать. Самодовольный сукин сын. Мы не сумеем войти в проклятый поворот вместе, и Роумэн это знал. Одному из нас придется притормозить, но он явно не собирался уступать. Чертыхнувшись, я ударил по тормозам, встраиваясь за ним на внутреннюю часть трека. Сидя у него на хвосте, я еле подавлял соблазн дать по газам и протаранить его тачку. Выкрутив руль влево, я прошел первый поворот, поднимая пыль и чувствуя, как сносит заднюю часть машины. Сердце подскочило к самому горлу. Роумэна занесло еще сильнее. Переключившись на вторую передачу и втопив в пол педаль газа, я сделал погромче песню I Stand Alone группы Godsmack и рванул вперед. С каждой секундой кровь все сильнее пульсировала в висках. На каждом повороте Роумэн подреза́л меня и вынуждал пристраиваться за ним, или меня заносило больше, чем я того хотел. В любом случае, вперед я не выходил, потому как знал: этот мерзавец предпочтет вытолкнуть меня с трека, нежели провести честную гонку. Я делал тысячу вдохов в минуту, но не потому, что нервничал, а потому что, мать его, злился. Роумэн скорее угробит наши машины, чем позволит мне победить. Но мне и не нужна была победа. Нужна ничья. Снова вдавив газ в пол, я сжал руль, и мы с Роумэном рванули по прямой. Толпа промелькнула сбоку, и внутри у меня все заколотилось, когда мы наконец пересекли финишную черту одновременно. Я выдохнул и, стиснув зубы, затормозил. Все прошло так, как я хотел, но мне все равно хотелось кому-нибудь врезать, и этим кем-то был Роумэн. Я выскочил из GT, чувствуя как напряжено все тело, и обошел машину. Он сделал то же самое, так что мы встретились посередине. — Ты ублюдок, — процедил я сквозь зубы. Мы стояли практически нос к носу. Роумэн был почти одного со мной роста. — Ты скидывал меня с полосы! — прошипел он. — Может, ты просто не в курсе, как управлять своей машиной? Я едва не расхохотался. — На этом треке нет полос. — Идиот. — И давай не будем о том, кто не в состоянии совладать со своей тачкой. Роумэн, с его грязными черными волосами, зализанными назад, ткнул мне пальцем в лицо: — Послушай, Принцесса. Возвращайся, когда отрастишь яйца и снимешь тренировочные колеса. Может, хоть тогда станешь мужиком и сможешь со мной потягаться. Он произнес это дребезжащим голосом, будто два мусорных бака ударялись друг о друга, и мне захотелось его заткнуть, но помешал Зак. — Эй! Прекратите! — Зак пробрался к нам сквозь толпу, — Слушайте, у нас есть две новости: хорошая и плохая. — Зак обвел собравшихся взглядом, обращаясь скорее к ним, чем к нам с Роумэном. — Плохая новость: мы объявляем ничью. Все как один издали разочарованный стон, а некоторые выругались. Мысленно я был доволен тем, что все идет по плану, но внешне это не показывал. — Но есть и хорошая новость, — поспешил добавить распорядитель. — Есть способ выйти из этого патового положения. Я увидел на его лице жуткую ухмылку и закатил глаза. Зак может быть самим исчадием ада. Он давно хотел, чтобы я погонял с Роумэном, и недавно я согласился, но с одним условием: будет ничья и Зак предложит реванш. Недавно я узнал, что Нат будет сегодня на Петле и решил рискнуть. План заключался в том, что Нат сядет за руль моей тачки во время реванша и наконец сможет погонять на Петле. В детстве я обещал, что сделаю так, чтобы он смог поучаствовать в гонке и вот момент настал. Зак с удовольствием поддержал эту идею, предвкушая фееричное шоу. — Реванш? — спросил я с напускным раздражением. — В каком-то смысле. — Его улыбка стала шире, когда он посмотрел на меня, и я чуть снова не закатил глаза. — Если вам хочется уладить ситуацию, то ваши машины снова примут участие в гонке, но… за руль сядете не вы. — Что-что? — рыкнул Роумэн, подходя вплотную к Заку. — Полегче, приятель, — выставив руки вперед, усмехнулся и отошел на пару шагов назад Зак. — Нам всем известно, что вы двое — превосходные водители. Это нам доказала гонка. Но ситуацию нужно как-то разрулить, верно? Победитель может быть только один, так давайте посмотрим, чья машина лучше. — И кто же поведет машину вместо нас? — резко спрашивает Роумэн. Зак поджал губы, а в глазах я увидел искры сдерживаемого веселья. — Ваши вторые половинки. Какого… Обязательно было так выражаться? — О, да! — рассмеялся какой-то идиот из толпы. — Отличное будет зрелище! Зрители обступили нас еще плотнее, решив, что сейчас начнется перебранка. — Этому не бывать! — рыкнул Роумэн и глянул на своего дружка — миниатюрного брюнета. Он был чертовски симпатичным, но, судя по виду, управлял максимум мопедом. Да, я подставил Роумэна, но глубоко плевать вообще. У Роланда глаза на лоб полезли после этой новости и он скрылся в толпе. Неужели думал, что я попрошу его? Еще чего. — Я никого не пущу за руль своей машины, — заявил Роумэн и обратился ко мне. — А ты чего молчишь? — Публика уже видела вас двоих в деле, — встрял Зак. — Они жаждут развлечений. Если вы хотите получить свои деньги, то будете играть по моим правилам. Либо через пять минут подъезжаете к линии старта, либо проваливайте. Зак повернулся, чтобы уйти, но щелкнул пальцами, вспомнив о маленькой детали. — О, кстати, можете ехать в качестве пассажиров, если пожелаете…для моральной поддержки. Последние слова он произнес срывающимся на смех голосом. Кто-то в толпе откровенно смеялся с ситуации, а кто-то пытался сдержаться, но все единодушно ожидали исход конфликта. Я провел рукой по волосам и пошел в сторону Ната и остальных. Надеюсь, все пройдет гладко. — Я могу поехать вместо тебя, — обратился ко мне Рико. — Нам просто нужно рассказать о наших тайных отношениях. Рико пытался меня подбодрить, но принес бы больше пользы, если бы держал рот на замке. При мысли о том, что придется сейчас просить Ната сесть за руль, я едва не поперхнулся. Я не задумывался об этом, когда планировал всё это. Черт. Я запрокинул голову назад и глубоко вздохнул. Это будет чертовски тяжело. — Здесь есть только один человек, которому я хотя бы немного доверяю, чтобы позволить вести мою машину, — пробубнил я и посмотрел на Ната. Его глаза округлились. — Я? — неуверенно спросил он, а в голубых глазах ясно виделся шок. — Он? — переспросил сконфуженно Бен, пока Рико и Кевин довольно улыбались. Придурки. Скрестив руки на груди, я подошел к Нату. — Да, ты. — Я? — переспросил он таким тоном, словно я ляпнул какую-то глупость. — Ну да, я же на тебя смотрю. Нат нахмурился, а после перевел взгляд на машину и его глаза загорелись. Я знал, что он мечтал об этом и хотел поехать. Но, когда он снова перевел взгляд на меня, глаза наполнились сомнением. Я должен его подтолкнуть. Сказать что-то… Это будет больно. — Ты мне нужен, — тихо выдавил я из себя. Нат завис на пару секунд с широко распахнутыми глазами от удивления, а после глубоко вздохнул и выдохнул, на мгновение опуская глаза. Ну, по крайней мере, я не услышал от него «нет». Подумав еще пару секунд, он вытянул ладонь и обратился ко мне: — Ключи.

***

Мы забрались в машину, и мое спокойствие сменилось досадой: я ощутил себя совершенно беспомощным. Мне никогда прежде не доводилось сидеть в этой тачке в качестве пассажира. Но когда я посмотрел на Ната, который поглаживал руль обеими руками, досада сменилась порнографическими картинками в голове. То, как он сидит в моем кресле, а его руки поглаживали мой руль — было уже чересчур. Я поерзал на месте, не в состоянии контролировать собственный член. Не знаю, чем меня так заводила мысль, что Нат сидит в моей машине. Может, дело было в том, как он смотрелся в ней, или в том, что только этим двоим — Нату и машине, — удавалось заставить мое сердце биться, а теперь они соединились воедино. Мне стало тесно в штанах. Я сделал глубокий вдох и попытался унять свое воображение. Ничто не могло быть хуже, чем хотеть что-то так сильно и знать, что тебе это не светит. Во всяком случае, пока. Повернув ключ в замке зажигания, Нат включил заднюю передачу, а я только и мог, что наблюдать за тем, как он, положив руку на спинку сиденья и глядя через плечо, сдает задом к стартовой линии. Он легко управлялся с рулем и плавно работал педалями, а мышцы его ног напрягались всякий раз, когда он тормозил или переключал передачи. Для меня это было все равно что смотреть порно. Он казался расслабленным и довольным, улыбка играла на его губах, а я был готов выть на луну. Я проклинал всю эту дерьмовую ситуацию, которую сам же и создал, и был готов наброситься и съесть крольчонка в любую секунду. — Ты улыбаешься. — Пусть прекратит это невыносимое безумие. Нат покосился в мою сторону: — Не порть этот момент разговорами. Когда-нибудь я разложу его так, что в его рыжей вредной голове не останется ни одного едкого комментария. — Натан научил нас водить машину с механической коробкой, поэтому, полагаю, по этой части у тебя вопросов нет, верно? — Никаких. Он смотрел вперед, завороженный ощущением машины, и слушал меня лишь вполуха. Постукивал пальцами по рулю, изучая взглядом все вокруг. Я вкратце рассказал ему, что нужно делать, когда тормозить и как поворачивать, но он только кивал в ответ. Перед машинами вырос Зак, вероятно, подумав, что омегам было бы неинтересно смотреть на то, как виляет задницей Дэвон Петерсон. И тут мое сердце ухнуло вниз. Проклятие! Нат протянул руку и коснулся кулона. Его кулона, который он сделал для своей мамы, и который я стащил и хранил у себя все эти годы. Черт, черт, черт. Я совсем забыл, что он так и висит на зеркале. Кровь стучала у меня в ушах, и мне потребовалось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы голос звучал ровно и спокойно. — Талисман на удачу, — объяснил я, пристегивая ремень безопасности и не глядя на Ната. Хуже всего было даже не то, что Нат понял, где все эти годы был кулон, а то, что он захочет забрать его у меня. Он медленно опустил руку и отвернулся к боковому окну. О чем он думал? Мне хотелось знать, но я не решился спрашивать. — Все готовы? — я вздрогнул, услышав голос Зака. Нат тут же подскочил и устремил взгляд перед собой. Я протянул руку и включил на айподе песню Waking the Demon группы Bullet for My Valentine. Шум, деятельность, возможность отвлечься. Мы оба сосредоточенно смотрели в лобовое стекло и молчали. — На старт! — выкрикнул Зак. — Внимание! Я сделал музыку еще громче и внутренне приготовился к тому, что меня ожидало. Я надеялся на лучшее, но не удивился, если бы Нат специально разбил мою тачку, только чтобы отомстить. — Марш! Нат вдавил педаль газа, а на его лице засияла восторженная улыбка. Может, из-за того, что он управлял незнакомой ему машиной, или во всем был виноват соревновательный дух, но он был полностью сосредоточен на гонке, вовсе забыв о моем присутствии. Нат смотрел на дорогу как на добычу: его глаза горели, а на губах играла хищная улыбка. Его пальцы орудовали рычагом переключения передач плавно, без рывков и быстро. Наблюдая за этим, я покачал головой. Порно. — Первый поворот уже близко, — предупредил я, возвращаясь мыслями к гонке. Нат ничего не ответил, но как будто бы затаил дыхание, нажав на тормоз и начав заходить в поворот. Я ощутил прилив адреналина и стиснул зубы. Нат был впереди — и это меня не удивило, — но «Транс АМ» мог с легкостью нагнать, если мы вылетим с трека. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, я увидел, что машина Роумэна набирает скорость, и крепче вцепился приборную панель. Гребаный Роумэн. Если Нат не выйдет из поворота к тому моменту, как здесь окажется «Понтиак» — они нас протаранят. — Дави на газ, — сказал я, после того как он вывел машину на прямую. — И не поворачивай так резко. Теряешь время, чтобы выровняться. — Кто впереди? — напомнил он кичливо. — Не наглей. Но Нат меня не слушал. Только сделал музыку погромче, перешел сразу на шестую передачу и машина рванула вперёд. — Приближается следующий поворот. Притормаживай, — громко сказал я, пытаясь перекричать музыку. Нат прикусил губу, но обороты не сбавил. Какого черта он творит? Нахмурив брови, я зычно скомандовал: — Натаниэль, сбавь скорость. Ага, как же. Это, естественно, не сработало. С приближением поворота мое сердце билось все быстрее, а сам я снова схватился за приборную панель обеими руками. Нат, не сбавляя скорость, вошел в поворот с заносом, выжимая сцепление, резко повернув руль в сторону поворота и дернув за ручник. Машина заскользила, а мое сердце на мгновение остановилось. Пройдя поворот, Нат отпустил ручной тормоз, понизил передачу, отпустил сцепление и провернул руль, выравнивая машину. Он действовал быстро, будто слившись с машиной воедино. Маневр не был ни гладким, ни чистым. Скорее быстрым и чертовски опасным. — Не делай так больше. — Мое сердце бешено колотилось в груди и я оглянулся назад. Машина Роумэна болталась позади, и я представил, какой разнос он устраивает сейчас своему дружку. Я отдал Нату еще несколько команд на следующих поворотах, которые он, конечно же, проигнорировал, а когда мы подкатили к последнему виражу со значительным отрывом, он сбросил скорость почти до 40 км/ч, взглянул на меня, прищурив глаза и мило улыбнувшись: — Так нормально, мисс Дейзи? Он пытался сдержать смех, а я не мог отвести взгляд от его губ. В этот момент я понял, что не успокоюсь, пока не сотру эту самодовольную ухмылку с его лица. Я хотел, чтобы он задыхался и стонал подо мной, когда я буду входить в него. Без шуточек, без сарказма, без слов. Чтобы в его глазах был один лишь я. — Натаниэль? Прекрати дразнить соперника и выиграй уже эту гребаную гонку. — Да, мэм, мисс Дейзи, — хмыкнул он. Я сжал кулаки и зубы. Нат пересек финишную черту на смехотворно низкой скорости, отчего толпа орала громче, чем во время моих с Рико выступлений вместе взятых. Он остановился и толпы зрителей обступили машину со всех сторон. Включив нейтральную передачу и поставив машину на ручник, он расслабленно откинулся в кресле и тихо произнес: — Спасибо, Эндрю, — почти шепотом сказал он. — Спасибо, что попросил меня. Мое горло сжалось. Он протянул руку и, сняв кулон с зеркала, закрепил на своей шее. Вид у него был задумчивый, но безмятежный. Атмосфера в машине стала до боли знакомой. Будто снова, как в детстве, никого, кроме нас, больше не существовало. Только мы. Я провел рукой по волосам, пытаясь прогнать ощущение дежавю. Опустив глаза, я пробормотал: — Пробуждая демона… — Не знаю, почему для гонки я выбрал именно эту песню, но до меня только сейчас дошло, как она оказалась кстати. — Спасибо, Нат, — сказал я и, открыв дверь, вышел к толпе.

***

После гонки мы поехали на традиционную вечеринку у костра. Мы с Натом обменялись парой любезностей, когда я приехал, но я знал, что мне придется еще раз поговорить с ним сегодня. Я был решительно настроен вернуть себе кулон: завтра мне нужно было ехать к отцу. Я пропустил прошлую встречу и, скорее всего, этот ублюдок оторвется на мне. Я и Рико сидели подальше от всех, медленно потягивая содержимое из своих пластмассовых стаканчиков. Он пил пиво, а я решил ограничиться лимонадом. Рико не прекращал злобно пялиться на Кевина и Лиама, что начинало мне порядком надоедать. — Ты же не думал, что после твоей выходки на треке, он прибежит к тебе в распростертые объятия? Рико покосился на меня. — Ты такой гениальный, Эндрю. Как ты с этим справляешься? — едко произнес он. — Нет, я не думал, что он «прибежит ко мне в распростертые объятия». Но он собирается сегодня ночевать у этого ебаната, а это меня в корне не устраивает. Я не стал ничего на это отвечать, лишь хмыкнул. — Что? — рыкнул Рико. — Ты сам спишь со всеми подряд, но при этом тебе невыносима мысль о том, что он переспит с ним лишь раз. Рико завис на пару секунд, а после кивнул сам себе и ответил: — Да, ты прав. Это глупо, — он замолк на пару секунд, а после, сделав глоток из стаканчика и, посмотрев в сторону Ната, продолжил. — А наш Спиди-гонщик сегодня был хорош, да? Как думаешь, он уже успел переспать с Беном? Поговаривают, что они вместе. Я с силой сжал стакан в руке и он треснул. Содержимое медленно потекло по руке, но мне было плевать. Я знал, что Нат с Беном пришли сюда не в статусе друзей, но когда Рико произнес это вслух, во мне забурлила ярость. С его стороны было справедливо ответить мне, но я все равно хотел его ударить. — Видишь этих парней? — Рико дернул подбородком в сторону компании, с которой стояли Нат и Бен. — Они все хотят ему присунуть. Тебе это известно, не так ли? Просто дыши. — И рано или поздно, — продолжал Рико. — Кому-то из них он позволит это сделать. Сука. Рико, добившись своей цели, молчал и пристально смотрел мне в глаза. Справедливо — не справедливо — без разницы. К черту это дерьмо. Я бросил стаканчик Рико в глаз, встал и ушел. Я знал, что сам нарвался и Рико сказал это со злости, но его слова затронули меня, и та эйфория, которую я испытывал после гонки, покинула меня. Нат никогда меня не простит. У него есть будущее, а мое — под вопросом. Но я посмотрел на Ната, который тут же взглянул на меня поверх пламени костра, и понял, что никогда не смогу его отпустить. Это как пытаться уйти от воды, без которой не сможешь выжить. Другого выбора не было — только пить. Не успел я как следует поразмыслить над тем, что же мне, черт возьми, делать, как кто-то обнял меня за шею. — Я соскучился. — Моей кожи коснулись мягкие, влажные губы и прильнуло сладко-пахнущее тело. Роланд. Пьяный Роланд. Я спокойно разжал его руки. — Слышал, ты прекрасно проводил время с Нэйтом Дитрихом, — произнес я равнодушным голосом. Мне было совершено плевать, но нужно было поставить его на место. Роланд слишком много о себе возомнил и игнорировал мои правила. Роланд обошел меня и встал передо мной, подавшись вперед. — Мы виделись пару раз, но это ничего не значит. Все мы любим веселиться, и ты — не исключение, — хитро прищурился он, намекая на мои похождения, а после продолжил: — Кстати, у меня есть для тебя сюрприз. Краем глаза я увидел, как Нат куда-то уходит. — Я ненавижу сюрпризы, ты знаешь об этом, — раздраженно процедил я. — О, это хороший сюрприз, — воодушевленно проговорил Роланд, хлопнув в ладоши, — Видишь того омегу? — Он показал на рыжеволосого смазливого парня в коротких черных шортах и кофточке, что, кажется, прямо сейчас порвется от дуновения ветра. Рыжие волосы. Я редко спал с рыжеволосыми омегами, но, кажется, все все равно просекли, что именно этот типаж больше всего в моем вкусе. — И? — спросил я, напрягшись. — Как насчет того, чтобы ты, я и он поехали к тебе домой? Какого хуя? Я моргнул, гадая, не ослышался ли. Он что, предлагает… — Я уже обо всем договорился. Он в игре и знает о правилах. Мы можем поиграть все вместе, или… — Роланд заговорил тише: — Ты можешь смотреть. Я закрыл глаза и провел рукой по лицу. Секс втроем. Он что, серьезно? У меня заколотилось сердце, а челюсть дернулась от нервной улыбки, которую я подавил. Сексом втроем я еще не занимался. Рико часто промышлял подобным, но не я. В мыслях мелькнула чертовски заманчивая картинка и я задумался о принятии предложения. Кто вообще откажется от подобного в здравом уме? Но уже в следующую секунду в горле образовался неприятный ком, а внутри все оборвалось. Я опустил глаза, осознав, что не хочу всего этого. Более того, даже думая об этом, я чувствовал себя облажавшимся. Я посмотрел на Роланда, а после на рыжеволосого омегу, который был чертовски сексуальным и не прекращал бросать на меня взгляды, в которых читалось «трахни меня». Проклятие. Когда-нибудь я себя за это возненавижу. Я снова отвел от себя руки Роланда и отстранился. — Прекрати. — Что? — шокировано пробормотал Роланд, а в его глазах сверкнул гнев. — Мы закончили, понял? Повеселитесь вдвоем. Я развернулся и направился на поиски Ната. Плевать, если он приехал с Беном. Уедет он со мной.

***

Я пробирался по грязи и мокрым листьям, пока мой телефон не прекращал вибрировать. Звонил отец. Как будто мое настроение и без того не было хуевым. После столкновения с захмелевшим Беном — который признался, что потерял своего спутника из виду, — я ломанулся на поиски Ната, а мое настроение полетело в Тартарары. Я не нашел его у костра и нигде поблизости, поэтому решил проверить парковку. Тревожное чувство только нарастало, а без конца звонящий телефон выбесил меня окончательно. Выхватив телефон из кармана, я нажал на «Принять звонок» и услышал голос оператора: — Вам поступил звонок за Ваш счет от заключенного из исправительной тюрьмы округа Колумбия, штат Вашингтон. Если Вы согласны оплатить звонок… — Да, — почти прорычал я. Нас соединили и на пару секунд повисло молчание. Видимо, он уже не расчитывал, что я отвечу. — Ты не приехал, — услышал я приглушенный голос на том конце. — Я был занят, — равнодушным голосом проговорил я, не переставая идти быстрым шагом к парковке. Он снова замолчал. Молчание длилось уже почти минуту и я начинал раздражаться еще больше. Не успел я огрызнуться на него, как он заговорил: — Знаешь, Джозеф, у меня для тебя есть история: раньше у меня был сокамерник… — Мне некогда, — рыкнул я, не желая слушать его очередной бред. — Слушай меня и не перебивай, — холодным голосом произнес он и я неволей вздрогнул. — Это короткая история и не займет у тебя много времени. Как я уже сказал, раньше у меня был сокамерник, но он пару месяцев назад вышел. Хороший парень, правда тот еще мстительный говнюк. На днях он меня навещал и рассказал об одной забавной ситуации. Я уверен, что тебе будет интересно это услышать и ты скоро поймёшь почему. — В своем тоне он даже не пытался скрыть насмешливость. — Так вот, мой хороший друг Дрейк рассказал мне, что недавно один рыжеволосый паренек-омега умудрился прострелить ему плечо. Я замер на месте, а по спине пробежал холод. Теперь мне стало понятно, почему тот парень так интересовался моей персоной у Роланда, кто подбил Райланда разобраться со мной и почему он хотел выстрелить в меня тогда. — Ты послал его ко мне, да? — выдавил я из себя. Отец хохотнул и что-то сказал, но его слова заглушил громкий гортанный стон, эхом разнесшийся по лесу, и я резко повернул голову на звук. Сука. Я сбросил звонок и перешел на бег, перескакивая через бревна. Сердце колотилось так сильно, что было больно дышать. — Когда ты уже отвалишь от меня? — прорычал кто-то. Нат. Я свернул влево, продираясь через кучи валявшихся на земле веток и мокрую листву. — Блять! — услышал я мужской голос. — Сучара! Промчавшись между деревьями, я оказался на расчищенном участке леса, где были припаркованы машины. С трудом переводя дух, я оценил открывшуюся мне сцену: Нат стоял над лежавшим на земле Нэйтом Дитрихом, который явно корчился от боли. Я сразу понял, что здесь произошло. Гребаный ублюдок. — Натаниэль! — позвал я, но больше прорычал. Все случившееся обрушилось на меня и глаза накрыло пеленой гнева. Нат развернулся, и я с трудом сдержался. Нэйт был уже побит, но я заметил порванную толстовку Ната, и все мышцы в моем теле напряглись. — Что он сделал? — спросил я сквозь сжатые зубы. Нат натянул порванный рукав толстовки, прикрывая оголенное плечо, и ответил, почти не глядя на меня: — Ничего. Я в порядке. У меня внутри все клокотало, и я знал куда вылить эту злость. Точнее, на кого. Я подошел к Нэйту, который все еще лежал на земле, и, нагнувшись над ним, произнес: — У тебя хуевая память, Дитрих. Что я тебе говорил насчет него? Мое предупреждение явно не отложилось у него в голове. Я схватил его за рубашку, рывком поднял на ноги и, вкладывая всю свою злость, ударил его кулаком в живот. Он согнулся пополам и болезненно стонал, но я этим не ограничился. Один за другим я наносил удары по его телу и лицу. Бил до тех пор, пока Нэйт не перестал сопротивляться, а лишь покорно принимал побои. — Хватит! — кричал Нат у меня за спиной. — Эндрю, остановись! Я не хотел останавливаться, пока он не перестанет дышать, но Нат схватил меня за руку и попытался оттащить от Нэйта. Резко рванув Нэйта за локоть, я уложил его на землю. — Я с тобой еще не закончил, — пообещал я. Все его лицо было в крови, а сам он лежал на земле, свернувшись в комок, и стонал. Я перевел взгляд на Ната. Его губы были сжаты, а глаза испуганно бегали по моему лицу, пристально изучая. — Я везу тебя домой. — Это не обсуждалось. — Меня подвезут, — возразил он. Подвезут? Мне хотелось смеяться и рычать в одно и то же время. — Тот, кто должен был тебя подвезти — пьян в стельку. Садись в машину, Натаниэль. Нат прищурился и, бросив взгляд на машину, вздернул подбородок. — Хорошо, но только если я сяду за руль. Хорошо. Ладно. Плевать. Его нужно было увезти отсюда и без разницы как. Я бросил ему ключи, повернулся и пошел к своей машине.

***

Когда мы съехали с грунтовой дороги на асфальтированное шоссе, машину слегка занесло. Нат надавил на газ и, разгоняясь, резко перешел на повышенную передачу. Я не стал включать музыку и в салоне царила тишина. Дорога была пуста, лишь деревья, растущие на обочинах, нависали над нами. Судя по тому, как быстро сменялся пейзаж за окном, Нат прилично превысил допустимый скоростной лимит. — Да что с тобой происходит? — выпалил он, как только выехал на шоссе в направлении города. — Со мной? — Я был в бешенстве, и он это чувствовал. — Если не заметил, я помог тебе. — Мне это было не нужно. Со мной все было в порядке, — огрызнулся Нат. — Ты пришел на вечеринку с этим идиотом Джеймисоном, который даже не в состоянии остаться трезвым, чтобы отвезти тебя домой. Потом потащился один на парковку, где тебя облапал и чуть не изнасиловал Дитрих. По-твоему, это действительно «в порядке»? Когда я думал о том, что мог бы сделать с ним Нэйт — что сделал бы, — мне хотелось вернуться и убить его. — К твоему сведению, у меня все было под контролем, — едким тоном произнес он. — Если ты думаешь, что оказал мне услугу, то на самом деле просто нашел способ выплеснуть свою ярость. Не нужно выставлять это за «помощь». Я сжал кулаки, с силой вбирая в грудь воздух и пытаясь успокоить себя. Звонок отца, Дрейк, выстрел, попытка изнасилования — ситуация становилась все дерьмовей, и легкомысленность Натаниэля меня выбешивала. — Нат, рано или поздно ты попадешь в ситуацию, с которой не сможешь справиться в одиночку, — сказал я спокойным тоном. — Не плачь потом, что никто не пришел к тебе на помощь, потому что сам был слишком горд, чтобы просить о ней. Я взывал к его рассудку. Нат слишком своевольный. Слишком независимый. Он переоценивал собственные возможности и подвергал себя опасности, не задумываясь о последствиях. Мне довольно часто приходилось ставить на место тех, кого он посылал, чтобы последствия обошли Ната стороной. Тот же Рико. Он сгорал от желания отыграться на Нате за свой сломанный нос и унижения, но мне пришлось доходчиво донести до него, что ему стоит проглотить свои обиды для своей же пользы. Я знал, что физического вреда он бы не нанес, но Рико мог отомстить и без этого. Машина взревела подо мной, разгоняясь все быстрее. Я посмотрел на спидометр и увидел, что скорость была выше 110 км/ч. — Скорость сбрось — сказал я, но Нат проигнорировал меня, продолжая разгоняться. — Почему ты возненавидел меня? — спокойным голосом спросил Нат. Что? Тут меня резко бросило в сторону при повороте, и сердце забилось быстрее, потому что Нат даже не подумал притормозить. — Почему ты возненавидел меня? — повторил вопрос Нат. — Ты должен сбросить скорость, — сквозь сжатые зубы процедил я. — Не думаю, Эндрю, — усмехнулся Нат. — Сейчас мы поиграем, хорошо? Ты же любишь играть. Правила просты: вопрос-ответ, принимается только правда. Итак, третья попытка: почему ты возненавидел меня? Я напрягся всем телом и лишь смотрел как пролетают мимо деревья. Скорость была уже довольно опасной. — Были причины, — бросил раздраженно я. Нат задумчиво промычал: — Знаешь, я принимаю только развернутые ответы. И выключил фары. Дорога перед нами погрузилась в кромешную тьму. Тусклый, жалкий свет луны сочился сквозь кроны деревьев, но видимость была почти нулевой. Адреналин от страха и возбуждения разлился по моим венам и я снова почувствовал то самое ощущение, которое было мне так необходимо. — У меня есть и другой вопрос: что ты сделал с пистолетом?