Глава 10.5 Ночь

Грохот грома в очередной раз содрогнул атмосферу Copper-9, эхом прокатившись среди безжизненных руин. Где-то далеко, за слоями бетона и металла, разряд ударил в разрушенные конструкции, и звук, многократно отражаясь, растворился в завываниях ветра. Кислотный дождь монотонно моросил, стекая по обломкам зданий, разъедая остатки краски и обнажая потускневший металл. Буря не утихала — она словно заполняла собой весь город, делая ночь ещё более зловещей. В это же время внутри неприметного серого офисного здания царила тишина и запустенье, но это только на первый взгляд. Анна сидела в офисном кресле посреди небольшого конференцзала и без особого энтузиазма несла дежурство. Кресло тихо поскрипывало при каждом её движении, и этот звук казался слишком громким на фоне приглушённой тишины помещения. Она лениво оглядывала зал, скорее по привычке, чем из реальной необходимости, время от времени прислушиваясь к далёким раскатам грома, доносившимся сквозь толщу стен. Комната, в которой они укрылись, когда-то служила небольшим конференц-залом: без окон, с низким потолком и одним длинным овальным столом в центре. Сейчас он был завален случайным хламом — обломками пластика, папками с выцветшими логотипами JCJenson и пустыми контейнерами из-под энергоблоков. Единственным источником света оставалась аварийная лампа под потолком дававшая тусклое, холодное свечение, питание которой удалось обеспечить при помощи одного найденного энергоблока и пары кусочков синий изоленты. Справа от неё, у стены, находился обитый натуральной кожей диван на котором неподвижно лежала Эрика ноходящаяся в спящем режиме, о чём сведетельствовала соответствующаяя надпись горящаяя на её лицевом дисплее. Анна снова посмотрела на неё, затем перевела взгляд обратно в пустоту зала. Ночь обещала быть долгой. Ей было скучно. Слишком тихо. Слишком однообразно. Дежурство тянулось мучительно медленно, и чтобы хоть как-то скоротать время, она жонглировала канцелярскими принадлежностями, найденными в одном из ящиков стола. Ручки, карандаши, линейки — всё это поочерёдно взлетало вверх и с негромким стуком возвращалось в её ладони. Иногда она нарочно усложняла себе задачу, добавляя ещё один предмет, иногда — просто следила за их траекторией, позволяя процессору отвлечься от однообразного анализа внешних шумов. Офисное кресло, в котором она сидела, выглядело непривычно роскошно для такого места. Широкая спинка, потёртая кожа, массивное основание. Анна откинулась назад, запрокинув металлические ноги на край овального стола. Даже без логотипов и табличек было ясно — на этом кресле когда-то восседал явно не рядовой сотрудник. Очередной предмет взлетел вверх — и в этот момент где-то снаружи раздался глухой, тяжёлый грохот. Звук был не похож на раскат грома. Он не тянулся, не перекатывался по небу, а пришёл резко и коротко, словно удар. Анна замерла. Ручка выскользнула из её пальцев и со звоном ударилась о край стола, следом посыпались остальные предметы. Она выпрямилась в кресле, мгновенно забыв о скуке, и прислушалась. Буря снаружи не утихала. Ветер завывал в пустых проёмах, дождь всё так же барабанил по металлу и бетону, а где-то вдалеке снова прогремел гром. Звуки накладывались друг на друга, смешивались, делая ночную какофонию почти непрерывной. Просидев неподвижно около минуты она наклонилась вперёд, протянув руку к полу, чтобы собрать рассыпавшиеся канцелярские принадлежности, списывая тот звук на буйство стихии. Когда Анна уже почти дотянулась до упавшей ручки, с улицы внезапно раздался резкий треск. Звук прорезал бурю, словно ножом. Он был чётким, металлическим, слишком ритмичным, чтобы спутать его с громом или обрушением конструкций. Эхо несколько раз отскочило от соседних зданий и почти сразу растворилось в завывании ветра. Анна застыла, так и не коснувшись пола. Процессор мгновенно отбросил предыдущие допущения. Этот звук не вписывался в шум стихии. Анна выпрямилась, осторожно убрав ноги со стола. Вся её поза изменилась: расслабленность исчезла без следа, уступив место напряжённой неподвижности. Она выключила все второстепенные процессы, сосредоточившись на анализе звуков. Это была короткая очередь. Самое страшное было то что она доносилась не от куда-то из глубины города. Судя по направлению и уровню затухания, источник находился всего в нескольких кварталах. Возможно — на соседней улице. От этой мысли по корпусу пробежал неприятный импульс. Анна осталась сидеть неподвижно, стараясь не издавать ни единого звука. На данный момент любое движение казалось излишним. Она вслушивалась в ночной шум, пытаясь отделить бурю от того, что ей не принадлежало. Очередь больше не повторялась. Прошло несколько секунд. Затем ещё. В голове невольно возникла мысль — осторожно подняться, пройти к лестнице и взглянуть наружу из одного из окон верхних этажей. Всего на мгновение. Достаточно, чтобы понять, что происходит. Анна медленно повернула взгляд в сторону двери, ведущей в коридор, проектируя себе путь через тёмные лестничные пролёты, пустые коридоры, мимо разбитых окнон, за которыми бушует буря. Но следом пришло другое осознание, холодное и отрезвляющее. Если её заметят — это конец. Не только для неё, но и для Эрики. В этот же момент где-то снаружи раздался новый взрыв, который уже точно нельзя было ни с чем и иным спутать. Анна сжала подлокотники кресла. Решение выходить наружу мгновенно отпало. Медленно поднявшись с кресла она направилась в сторону своей подруги. Она двигалась осторожно, почти скользя по полу, стараясь, чтобы ни один шаг не отозвался лишним звуком. Даже скрип кресла, которое она оставляла позади, показался ей слишком громким. Вся её концентрация была сосредоточена на одном — не нарушить тишину. Подойдя к дивану, Анна на мгновение замерла, глядя на неподвижную фигуру Эрики, затем тихо наклонившись, она осторожно положила руку ей на плечо. — Эрика… — почти беззвучно произнесла она и слегка потрясла её. — Эрика! — чуть громче позвала Анна и сильнее потрясла. Прошло несколько секунд. Затем надпись на дисплее погасла, сменившись изображением глаз. Системы Эрики плавно выходили из спящего режима. — Анна, что случилось? — так же тихо спросила она, едва заметно приподнимая голову. Анна среагировала мгновенно. Она резко наклонилась вперёд и закрыла Эрике рот своей кистью, одновременно жестом другой руки показывая молчать. Её взгляд был напряжённым и серьёзным — без привычной лёгкости или иронии. Лишь убедившись, что Эрика поняла, Анна медленно убрала руку и, наклонившись ближе, прошептала: — Похоже у нас проблемы. Анна говорила быстро, но негромко, стараясь уложиться в короткие фразы. — На улице что-то происходит. Я слышала взрывы и выстрелы, и это точно не гром. Эрика не перебивала. Она уже полностью "проснулась", оптика была сосредоточенной, системы активно анализировали поступающую информацию. — И это всё не где-то в далеке, а совсем рядом, — продолжила Анна, чуть понизив голос. — примерно на соседней улице. Она замолчала, и спустя несколько мгновений раздался раздался резкий хлопок. Выстрел был одиночным, но отчётливыми. — Вот опять… — прошептала Анна. На несколько секунд они обе замерли, прислушиваясь к окружению. За стенами бушевала буря, но теперь она уже не могла скрыть чуждые ей звуки. — Что будем делать? — спросила Анна после короткой паузы. Эрика не сразу ответила. Несколько секунд она сидела неподвижно, словно прислушиваясь не только к звукам снаружи, но и к собственным расчётам. Оптика слегка сместилась, фиксируя дверь, стены, потолок — всё возможные источники угрозы. Где-то в глубине её систем шёл быстрый, холодный анализ. — Надо оставаться здесь. — наконец тихо сказала она. Анна внимательно смотрела на неё, не перебивая. — Если это дроны-демонтажники… и судя по всему кто-то, с ними столкнулся, — продолжила Эрика, — то сейчас самое безопасное — просто исчезнуть для их сенсоров. Остаться здесь. Тихо. Не излучать ничего лишнего. Она на мгновение опустила взгляд, словно обращаясь к воспоминаниям. — Отец рассказывал что когда он ходил на вылазки и задерживался до темноты, он никогда не пытался добраться до базы любой ценой. Он говорил что основа выживания — это избегать опасностей, а не идти на пролом. Когда наступала ночь — он искал укромное место. Подвалы, технические помещения, старые офисы… такие, как этот. Эрика чуть повернула голову, словно проверяя, насколько это здание подходит под описание. — Потом он входил в спящий режим. Переводил все системы в пониженную активность, гасил вторичные контуры, снижал тепловую и энергетическую сигнатуру до самого минимума. В таком состоянии системы и датчики дронов-убийц не могли его обнаружить и он становился почти невидим для них. Она посмотрела на Анну. — Нам стоит сделать так же. Оставаться на месте. Войти в спящий режим и переждать до рассвета. За стенами снова прокатился гром, но на этот раз гораздо громче и в след за ним последовал грохот словно падения чего-то огромного с большой высоты. Анна молчала, переваривая услышанное. План Эрики вызывал у неё сомнения. — Если они всё-таки сюда доберутся… — тихо сказала она, не сводя взгляда с двери. — В спящем режиме мы даже не сможем ни как среагировать. Мы просто будем лёгкой добычей. Мысль об этом вызывала неприятный сбой где-то глубоко в системе. Быть активной — значит иметь шанс. Пусть маленький, но шанс. А спящий режим лишал их даже этого. — Мне не нравится оставаться полностью беззащитными, — добавила Анна чуть тише. — Если дроны-убийцы нас найдут, это будет конец. — А если мы попробуем уйти — шанс будет ещё меньше. Она слегка наклонилась вперёд, понижая голос до почти шёпота, словно сами стены могли подслушивать. — Ты слышала, насколько это близко. Выстрелы, взрывы… они уже рядом. — Бежать в такую погоду, ночью, когда активны дроны-убийцы… — она медленно покачала головой. — Это безрассудство. Она снова посмотрела на Анну. — Здесь мы укрыты. Без окон. С толстыми стенами. Это лучшее место из возможных что у нас есть сейчас. Нам нужно просто переждать. Анна сжала пальцы, затем медленно разжала их. Ей всё ещё не нравилась эта идея. Но она понимала что аргументы Эрики были весомы. Эрика первой решила нарушить тишину. Она подняла своё железное тело и перейдя из лежачего положения в сидячее, отодвинулась на диване и похлопала ладонью по свободному месту рядом с собой, приглашая Анну сесть. — Присядь, — тихо сказала она. Анна села рядом. Диван негромко скрипнул под их весом, они сидели плечом к плечу, почти не двигаясь. В тусклом аварийном свете их силуэты казались частью мебели, ещё одним забытым элементом давно мёртвого офиса. Анна повернула голову к Эрике. — Ты уверена, что это сработает? — спросила она почти шёпотом. — Да, — ответила она коротко, затем добавила мягче: — Доверься мне. Она на мгновение отвела взгляд, словно снова возвращаясь к чужим воспоминаниям. — Отец делал так не раз. И не два. Если бы это не работало, — она слабо усмехнулась, — меня бы здесь сейчас не было. Эрика слегка наклонилась ближе. — К тому же… — продолжила она, прислушиваясь к очередному далёкому раскату. — судя по звукам, дроны сейчас заняты. И кем бы ни был тот бедолага снаружи, он сейчас их главный интерес, а это значит — сейчас для нас лучший момент что бы стать невидимками. Анна медленно кивнула. В груди всё ещё оставалось неприятное ощущение, но страх понемногу уступал место принятию. — Хорошо… — тихо сказала она. — А что если этот самый бедолага из-за которого весь этот шум — твой папа... Эрика приуныв от этой мысли, опустила свой взгляд себе под ноги. — Будем надеется на лучшее... — произнесла Эрика после паузы. — Обсудим это утром, а сейчас отключаемся пока нас не засекли, и выключи свет, он тоже может нас выдать. Эрика больше ничего не сказала. Она лишь коротко кивнула и откинулась на спинку дивана, приводя системы в порядок. На её дисплее пробежали служебные строки. Перед самым отключением она выставила таймер пробуждения на 09:00. Её корпус постепенно обмяк, на дисплее лица на долю секунды мелькнула надпись системного уведомления, после чего изображение погасло, оставив лишь едва заметное дежурное свечение. Анна ещё некоторое время сидела рядом, неподвижно глядя в темноту перед собой. Снаружи всё ещё доносились отголоски бури — далёкий гром, вой ветра, глухие удары где-то в глубине разрушенного города. Но выстрелов больше не было слышно. Она медлила. Процессор прокручивал сценарии, вероятности, худшие исходы. Спящий режим по-прежнему казался ей опасным компромиссом. Но в конце концов она глубоко выдохнула и приняла решение. Анна поднялась, тихо подошла к стене из которой торчала проводка и аккуратно отсоединила энергоблок от проводов, ведущих к аварийной лампе. Та мигнула и погасла, погрузив конференц-зал в почти полную темноту. Остался лишь слабый, рассеянный свет от служебных индикаторов. Анна вернулась на диван, села рядом с Эрикой и, задержавшись на мгновение, тоже начала последовательное отключение систем. Последней мыслью, мелькнувшей в её сознании, было простое желание — чтобы утро всё-таки наступило. Тишина сомкнулась вокруг них.