Часть 2

Хэнк не сразу понимает, что на базу заезжает не Киса на скутере, а Рауль. — Добрый вечер, гайз. Это клуб умственно отсталых? Сегодня открыто? — Тебе че надо? Хэнк рад, что не решился позвать Элю, поняв, что пацанов на базе не будет. Пришлось бы собачится с ее братом прямо при ней. Она, конечно, его не любила, но все же. Сестра. Как у него Оксанка. — Да я сестру свою ищу, — Рауль без приглашения подходит к дивану и разваливается на нем. — Спросить хотел, не нужно ли ее домой подвезти. — Ты ее никогда не возишь. Он уже это знает. Постоянно приходилось сажать ее на такси. Волноваться потом. — Ну, может, захотелось. А вы снова общаться начали, да? Она мне ничего не говорит, огрызается только, как в детстве. Зубы показывает. Хэнк, конечно, мог понять желание разобраться с ухажером сестры. Но не в этой ситуации. — Я к ней серьезно отношусь. Словно Рауля это вообще интересовало. — А почему? — Рауль хмурится. — Девка как девка. Поверь мне, я ее знаю. Очень хорошо. Ничего особенного. — Она твоя сестра вообще-то. — Может, тебе ее жалко просто? — он вдруг встает и подходит ближе. — По старой памяти решил под крыло взять? — Тебе-то че? — Хэнка заебало слушать непонятные претензии. — Ни за что не поверю, что ты за нее переживаешь. — И правильно, — хмыкает Рауль, осматривая его с ног до головы. — Я за семейную репутацию переживаю. Обрюхатишь мою сестру, неловко будет. Забавно, конечно… Но у нас отец — будущий мэр, сам понимаешь. Хэнк теряется. Не говорить же Раулю, что так далеко они еще не заходили. И это вообще не его дело. — Съеби по-хорошему, а? — Он берет в руки паяльник чисто для красоты, на всякий случай. — А то, правда, неловко выйдет. Рауль улыбается. Это странно — когда человек улыбается только ртом, а глаза остаются такими же, как обычно. Хэнк думает, каково это — жить постоянно рядом с Раулем. Он бы не выдержал. — Ты поаккуратнее с этим, — Рауль отходит на шаг назад и оборачивается. — Увидишь мою сестру — скажи, чтобы дома вовремя была. Я волнуюсь. *** Хэнк аккуратно снимает с Эли очки и целует, чувствуя, что тело под ним напрягается. — Не надо? — он не может понять ее реакцию. Эля никогда его не отталкивала, даже наоборот. Он краснеет, вспоминая то, что случилось перед их первым поцелуем. Они так и не поговорили об этом. Может, Эля пожалела, после того как он открыл рот со своими вопросами. Хэнк боялся спрашивать. — Надо, — улыбается Эля и быстро добавляет: — Если хочешь. — Ну конечно хочу. Было бы странно, если бы он не хотел целовать свою девушку. А вот насчет нее вопросы были. — Извини, я просто… — Эля гладит его по руке, и Хэнк немного успокаивается. — У меня сейчас вся голова делами фирмы забита. Вот я и лежу как бревно. Последнее слово она говорит почти с отвращением. — Ничего ты не бревно, — Хэнк тянет ее поближе, устраивая на груди. — Что там у вас? С пирожными проблемы? — Да тебе неинтересно будет. — Интересно, — Хэнк, конечно, лукавит, но он готов послушать. — Я же тебе рассказываю про моторы. Эля смеется. — Да мы хотим новую технологию запустить, но там по деньгам накладно. Плюс сейчас приходится через Корею оборудование закупать… Он иногда забывает, какая Эля умная. И что отец не зря именно ее в бизнес ввел. Если подумать — она с детства такая. Он у нее даже домашку списывал. — Если бы я решала, то мы бы давно это сделали. — Когда станешь главной, будешь решать. — Я не смогу, — вздыхает Эля. — Как ты себе это представляешь? Тут мало знать. Надо людей убалтывать. Нужных. Она права, но Хэнк не знает, как ее успокоить. Поэтому просто гладит по голове. — Ты умная, справишься. А в крайнем случае я помогу уболтать. — Тоже будешь мне с правовой защитой помогать, как папа? Эля шутит, он понимает, но легче от этого не становится. Наверное, таким и должно быть их будущее: у нее — как у отца. И у него тоже. Будет помогать решать проблемы. С нужными людьми. — Хэнк? — Эля приподнимается и смотрит на него, сощурившись. — Я ерунду сказала, да? Прости… — Нет, — Хэнк качает головой. — Нормально все. Не бери в голову. *** Хэнк смотрит на то, как быстро темнеет небо, и радуется, что настоял проводить Элю. Такси все не ехало, звонить отцу она отказывалась и вообще убеждала его, что дойдет сама. Но Хэнку было несложно. Наоборот, он был рад, что они смогут побыть вместе на полчаса дольше. — Ну все, иди, — говорит Эля, как только они подходят к их дому. К их особняку, если быть честным. — Боишься, что меня родители увидят? — улыбается Хэнк. Его-то отец был в эйфории, а насчет нее он не уточнял. Мало ли. Может, они хотели для Эли кого-то посерьезней. — Да ну, ты что… — Эля останавливается и сжимает руку сильнее. — Они бы не были против. Просто я не хочу с ними особо ничего обсуждать. Сам понимаешь… Хэнк не очень понимает, но он кивает и целует Элю в щеку. Наверное, это по-детски смотрится со стороны, но он не хочет ее смущать. — Спасибо, Хэнк. Что проводил. — Мне не сложно. Эля обнимает его, и он с удовольствием сжимает ее покрепче. Эля высокая — чуть ниже самого Хэнка, но чем больше времени они проводили вместе, тем более беззащитной она ему казалось. Хэнк даже ругался на себя, что несколько лет, по сути, особо ее не замечал и не защищал. Это было единственное хорошее, что Игорь принес в его жизнь.