3

Нет, прежде чем ломать трагикомедию, Скаут, конечно же, сперва попытался договориться по-хорошему. - Чел, хватит, — попросил он искренне, когда Снайпер в очередной раз дал отдохнуть косилке (но не сгребальщику травы). — Очень жарко, в самом деле, мне плохо. - Да ну, солнце уже не злое, вечер скоро! — махнул рукой Снайпер. — Немного осталось, давай уже доделаем. - Не злое?! На моей башке яичницу жарить можно! Медик говорил, что так внутричерепной наполнитель может закипеть, а от этого колотушки и бывают! Из картинок и схем в любимой книжке по биологии Скаут помнил, что внутри черепа есть мозг, его оболочки, всякие проводки-нервы и ликвор. Ничего подписанного как "внутричерепной наполнитель" он там не видел (или надпись была слишком длинная, и не удалось прочитать?), но Медику, конечно, виднее… - Вот это он тебя уделал! — оценил Снайпер, не оборачиваясь. — Будь спокоен, приятель, ничего там кипеть не может. - Да мне ре-реально как-тбто ннео-о-ч… — пробормотал Скаут, глядя в одну точку. И, помня пересказ своего приступа, начал тихо посмеиваться. — Трава… трава всё слышит! Придёт за тобой… - Чего?.. — опешил Снайпер и наконец повернулся. - Небо как яи-ичница. Жё-олтенькое… — добавил Скаут, разразившись больным смехом, и сел на землю. - Чёрт. Вставай! Пошёл-пошёл… Его сопровождали тычками в спину аж до самой двери в казарму — вместо которой Скаут, для подкрепления впечатления, решил вписаться в косяк. Не сильно, конечно, но вроде бы эффектно: дальше Снайпер вёл его уже за шиворот. Аккурат в сторону их с Инженером комнаты… - Не-не-не, куда?.. — запротестовал Скаут, упираясь. - Под кондёром полежишь, отойдёшь… - Нет! Там Инж и пол мыть. Я в душ холодный! И, может, на укол. - Ты ж пол мыть уже бегал? — проницательно подметил Снайпер, но направление конвоирования сменил в сторону душевой. — Не колотнёшься там? - Если остужусь, то не должен… Да пусти, я уже норм иду! - Смотри давай, за твою пустую башку мне чуть что самому черепушку пробьют, — предостерёг Снайпер многозначительно и, к счастью, отцепился. Может, даже сам пошёл сгребать траву, от проблем подальше. *** - У-у-уфф… — Скаут закрыл глаза под ржавой лейкой; вода лилась на голову холодной, а до бёдер дотекала уже горячей. Каков же кайф — пять градусов скинуть… Кто за него, интересно, Снайперу череп пробил бы… Кому не насрать? Неужели он знает… Да не-ет! — обрубить мысль — да и что в душевой-то может случиться? На памяти Скаута только один особо талантливый на происшествия боец здесь отличился: Солдат на ровном месте грохнулся башкой об пол, получив плюс одно сотрясение с амнезией и до усрачки напугав Демо… Скаут обычно не обращал на этих придурков в душевой внимания, хоть это и сложно: их хоровые кричалки "Мы! Идём! Мыть жопы жопы ЖОПЫ! А также — яйца яйца ЯЙЦА!" слышно было на всю казарму. Вот и в тот вечер — мылся себе Скаут спокойно, остужался, не вникал, когда вдруг из-за перегородки между лейками, вслед за грохотом, послышался панический крик Демо: "Ты чё, бро, ты чё ТЫ ЧЁ!!!" "А что было-то?! — охреневал Солдат с полотенцем в руках, мотая бестолковой башкой. — Вот помню, стою, вытираюсь. Вот вдруг лежу чего-то! Потом хоп — опять стою!" — "Ты УПАЛ!" — "Почему?!" — "А я знаю?!" Зато Скаут знал. Он помнил, как отряд возвращался тогда с первых шашлыков другой дорогой (Шпион подозрительно косился на Снайпера за рулём и пару раз намекнул, что из-за клинической смерти его водительский навык пострадал), и всех растрясло после плотного застолья, и Солдат раза три или четыре требовал остановить машину "на отлить" и бегал в кусты. А Скаут, который, как обычно, был повсюду, застал его там за тошнотами. Причём уже не в первый раз — и, сложив два плюс два и исключив из предположений (физиологически невозможную) беременность, догадался о страшном. "У него РАК МОЗГА. — Скаут даже полотенцем для солидности обернулся, а не только вернул на место бинты, прежде чем подойти к друганам внести ясность. — Бегите к Медику на снимок, может, ещё вырезать можно!" "А у тебя мозг рака, — парировал Демо. — Под пивко хорошо пойдёт! Угомонись, пацан". "Да ладно вам, — буркнул Солдат, подавив отрыжку. — Эт у меня просто болтушка в черепушке после одного взрыва… Вот и…" — и, махнув рукой, ушёл в сторону толчков. Оказалось, дело всё было в давней контузии, по причине которой Солдат и носил каску почти всё время, чтоб не получать опять по голове и не мучиться тошнотой. Вот только от тряски в машине это не спасало (тем более в комбо с "глютен-тагом"), а признаться кому-то — беспонт и профнепригодность, поэтому Солдат шифровался, как мог. "Одного не пойму: контузия — это ж травма, а не болезнь. Почему тогда медиганом не хилится?" — посетовал Демо, с подозрением приглядываясь к полу под ногами: где тут можно было поскользнуться… "То, что ещё до сканирования было, полностью не вылечивается, — Скаут поправил сползший бинт — намотал, блин, не вытершись, теперь прятаться и всё переделывать. — С этим и респавнишься каждый раз". "Дохрена ты книжек прочитал, наверное, шоб таким умным стать…" — сплюнул Демо: после "рака мозга" авторитет "мозга рака" в его глазу было уже не восстановить. Но в тот раз Скаут действительно знал, о чём говорит. *** За ужином Инженер не предъявлял соседу за мытьё пола (наверное, сам давно помыл и забыл, на что Скаут и рассчитывал), да и почти не ел, в основном корхал. - Давай уже завтра закончим, — предложил ему Шпион, продолжая начатый раньше разговор. - Давай… А то что-то мне как-то… не соображается, — вытолкнул Инженер, давясь сухим кашлем. — Часа полтора вон… над чертежом сидели! - Мы сделали сегодня всё, что планировали, — отозвался добродушно Шпион. — Считай, ничего не теряем. Отдыхай, приятель. Скаут озадаченно нахмурился: характерное словечко Снайпера — из уст Шпиона? Они ж такие разные, по лексикону так особенно… Да и продолжил самозабвенно уплетать ужин: без запаха французская стряпня сегодняшнего дежурного была не так хороша, как всегда, но вкус-то сохранился… - Контейнер отдай, — ледяным тоном, не то что только что с Инженером, потребовал Шпион, повернувшись к Скауту. — Чистый. - Да некогда мыть как-то было, с травой блин вашей! — праведно возмутился тот. — Найдёшь на складе, сам помоешь… Ай бл**ь, ты что творишь?! — Скаут заорал, щедро облитый чаем: Хэви, сильно закашлявшись, вывернул на стол рядом с ним всю свою кружку. - Ахапх, ну делов-то, ты ж мыться любишь! — погыгыкал Демо и тоже закашлялся. Обернувшись на дружелюбные звуки Пиро, Скаут увидел протянутую вперёд горящую зажигалку: - Мфыфуфу? - Я те, бл**ь, "высушу", — огрызнулся он, чем вызвал довольный смех, или что ещё могло означать это "ухуху". — Синих суши, сверхразум. — И, вспомнив главное, аж подскочил в луже чая: — Синие! Заказали сегодня цистерну спирта! И оборвали сообщение с центром. Мне надо было это передать… Выражения лиц команды в ответ на эту информацию были достойным наказанием за то, что Скаут забыл передать её раньше. - Сведения, несомненно, крайне важные, — оценил Медик почти без сарказма: взгляд был куда красноречивее, чем голос. — Но у тебя сегодня налицо снижение когнитивных функций. Может, стоит скорректировать схему? — И, внаглую переступая через медицинскую тайну, пояснил остальным: — Скаут этим утром, чтоб вы знали, целую бутылку зломолока употребил перорально! — И выскалился радостно до ушей; лучше бы он столько внимания кашлю Инженера уделил, сколько тому, чтоб Скаута перед всеми позорить! - Дристал?! — оживился Солдат, оторвавшись от пива. - Блевал, — мрачно возразил Инженер. - У него сегодня вообще какие-то суицидальные наклонности, — невозмутимо добавил Снайпер. — Ещё и под солнцем запёкся, чуть судороги не выдал. - Ты ж меня сам заставил! — охренел Скаут целиком и полностью от такого наглежа. - Профессионал должен знать свои пределы! — Снайпер пожал плечами, беся ещё сильнее, но Демо вдруг отвлёк внимание на себя: - Э! — рыгнул он, качнув очередной початой бутылкой, и потряс клочком бумаги: — Эт я уже поддал слишкм или тут ккая-то х**ня написана? Солдат, отхлебнув, забрал у другана бумажку, сосредоточенно вчитался: - Пэ-нэ-эр-я… Да какой-то набор букв вообще… Как будто Скаут писал. Если бы умел! Ахаха! - А-аххаха! — подхватил Демо, звонко хлопнув по столу. — Там прост чё-то на дауническом! - Это "приятного аппетита"! — не выдержал Скаут, вскочив. — А в бутылки ваши я нассал! - Не-е-ет… — на полном серьёзе сокрушился Солдат, зажав рот рукой, но Демо оказался сообразительнее даже в своей кондиции: - Стоп, как он их тгда обратно запчатал?! Эт блеф! - Продолжайте так думать! — крикнул Скаут уже от двери — и был таков. *** Пока все эти мерзавцы не разбрелись по казарме, Скаут забежал к себе переодеться и за ночными таблетками. В комнате, кроме его территории, царил, как всегда, идеальный порядок, а лужа на полу была аккуратно накрыта сложенным в несколько раз — вдоль половиц, как по линеечке — одеялом. Не помыл, значит! Ну, в игру "кто кого переупрямит" Скаут тоже вполне себе мог сыграть — выкопав из недр шкафа свой походный спальник, он отправился ночевать на внешний склад. Осознание того, чьим одеялом накрыли блевотину, пришло уже на улице: постель Инженера была вся на месте, а вот верхний ярус смотрелся пустовато. - Да чтоб ты удушился, говнюк! — психанул Скаут вслух, сотряся пустой двор. — Как так можно вообще, ну что за свинство?! Первый порыв — вернуться и забрать взамен одеяло соседа — был подавлен брезгливостью: вот ещё, накрываться этим пропёрженным потником. Даже без нюха — противно (не всегда уместная гадливость иногда портила Скауту жизнь, обломала ему несколько близостей и однажды даже шанс на самое главное счастье чуть не запорола!). Нет уж, надо как-то измыслить способ заставить Инжа и пол помыть, и постирать изгаженное одеяло. Но это уже завтра. Может, за ночь мозгов прибавится, в смысле идей… *** Почему Скаут вообще поселился с этим чеканутым аккуратистом, у которого все вещи по линеечке и на чью территорию не дай бог упадёт хоть соринка? Менее подходящих друг другу соседей ведь даже придумать сложно… Да по остаточному принципу так вышло, и не сказать, чтоб он хоть что-то решал! Старую казарму с большой общей спальней пытались избавить от клопов до последнего: протравливали все помещения по очереди, переселяясь со спальниками то на склад, то в едальню; протравливали всё разом, выселяясь на улицу (Хэви так вообще жил на улице с самого первого клопиного укуса); сами мылись и форму кипятили, ясное дело; даже вдоль плинтусов огнемётом проходились на минимальной мощности… Но когда изгрызена была уже почти вся команда (не пострадал только Медик, очевидно ядовитый, да неприхотливому выживальщику Снайперу было глубоко начхать на пару волдырей), а на улице наступил совсем уже явственный не май месяц, было с прискорбием решено, что казарму не спасти. Пиро наотрез отказался её сжигать: "Своё жечь нельзя-нельзя-нельзя", и всё тут — подорвал здание по итогу Демо, предварительно залив бензином и даже молитву прочитав. Новая казарма на окраине леса, с немалым огородом и сарайчиками, была примерно такой же по площади, как старая, но с кучей комнатушек. Когда в ней пришлось расселяться по двое, да ещё и на "двух ярастные" кровати (после того, как Скаут выдал этот перл, их иначе уже не называли), соседей себе почти все расхватали мгновенно. Медик и Шпион — выбрали компанию по европейской интеллигентности, любви к классической музыке и интеллектуальным беседам. Хэви уверенно выбрал Снайпера: "Ты тихий. Люблю чтоб не шумели"; тот пожал плечами и предложил не шуметь в ответ, ну и сходу наметился на верхний ярус, потому что падение оттуда Хэви в случае чего было бы катастрофой (Хэви из непонятных соображений тайком подстелил соседу под матрас клеёнку). Демо и Солдат вцепились друг в друга так ревностно, будто на этих быдловатых пьянчуг мог вообще кто-то претендовать, и тут же принялись спорить, кто сверху. От неприкаянно бродившего по базе Скаута шарахались и обходили десятой дорогой, чтоб только не рисковать разделить с ним жилплощадь: видимо, в общем помещении он достал всех совсем уж сильно. И чем бы, интересно? Опрятный и чистенький, не воняет, по чужой мебели почти не скачет, в кровати ест редко, не курит, не употребляет (кроме энергетиков), не молчун и не бука, заскучать в тишине не даст, ну, мячик кидает немного в потолок и стены, но то тренировка, да вслух комиксы читает по слогам, так иначе ж не получается… И даже спит уже почти нормально! Инженер, к своему несчастью, проворонил делёжку за сортировкой мусора: его вдохновил успех в виде награды от экологической организации за самую заботливую о природе молодую компанию с минимальным месячным объёмом несортированных отходов. "Инж, идём, хорош в хламе копаться! — позвал Солдат, засунувшись в подсобку. — Всё прое**шь! Мы тут по комнатам распределяемся, осталась стандартная и изолятор. Ты кого себе возьмёшь — Скаута или Пиро?" "А боже ж ты мой! — ужаснулся Инженер, аж очки кверху съехали. — Прям два стула, и оба с этими самыми… Давай так: они вдвоём отдельно, а я отдельно". Этот идеальный сценарий не прокатил: Пиро начал возмущённо бухтеть, показывая на Скаута, и общий смысл поняли как категорический отказ при нём раздеваться. "Да не очень-то, знаешь, и интересно было!" — обиделся Скаут: тоже мне, нашли полового разбойника (на самом деле интересно было ещё и как, что же там такое под костюмом!). "Ладно, беру пацана… — обречённо поник Инженер. — Пусть лучше бардак будет в половине комнаты, — тяжкий вздох, — чем меня подожгут, пока сплю…" Пиро издал грустный звук: видимо, отказавшись сжигать старую казарму, думал обрести всеобщее доверие к своей кукухе, ага… А Скаут, если честно, порадовался: в изоляторе он бы крышей поехал, не привык один быть вообще, а тут всё-таки живая душа, хоть и нудный Инж. Конфликты, впрочем, начались уже с третьего вечера, и даже не из-за бардака: "Господи, да сколько ж можно-то?! — возмутился вдруг Инженер со своей койки, почему-то избегая смотреть наверх. — Ты руки себе в ноль не смозолишь? Не говоря уж о другом месте…" "Э-э в смысле?.." — отвлёкся Скаут от комикса, который, из уважения к соседу, читал максимально тихо. "Ты думал, от твоей… мастурбации кровать не трясётся?! У меня морская болезнь уже!" "Чт-то… НЕ-Е-ЕТ я не дрочу вообще в комнате!!! Ну, когда там кто-то есть… — подумав немного, Скаут понял, откуда такие подозрения: — Эт я просто ногой трясу, вот встань посмотри". "Зачем?!" — поразился Инженер — прям как будто сам ногой никогда не тряс, задумавшись… "Ну, я, пока в сознании, то просто не могу не шевелиться, вот и… Медик говорит, это какие-то четыре буквы, я с ними родился". Над краем койки возникла бритая макушка Инженера и очень недоверчивый взгляд из-под незагорелого от каски лба. Скаут и впрямь не рукоблудствовал: лежал одетый, на животе, задрав пятки кверху, и мелко болтал в воздухе то одной стопой, то другой. "Д а у н, что ли?" — мрачно предположил Инженер. "Чё… да сам ты даун! Не, там другие буквы…" Уже ночью, в темноте, Инженер внезапно выпалил: "Ш и з а?" "Ъеъ?.." — сонно скрипнул сверху Скаут, уже под снотворными. "Ну, твои четыре буквы. Шиза?" "Нет. Там А-БэВэГэ… Или… Эс-ВэГэДэ. Спи". "СДВГ? Как я сразу не догадался-то…" Как позже оказалось, в запоминании аббревиатур остальная команда преуспела куда меньше, чем Инженер и Медик. Так что "диагноза" у Скаута теперь стало два: даун и шиза, по ситуации, но от дежурств по казарме и двору ни один из них почему-то не освобождал. Особенно обидно это было на фоне Пиро: вроде тоже "ущербный на голову", но настолько, что в дежурствах не участвует, и даже комнату его по очереди все прибирают. Как будто, ну, всеобщий любимый ребёнок (с гипотетической опцией нисхрена поджечь или порубить топориком своих же), а Скаут — всеми шпыняемый подросток, на котором ещё и в остроумии упражняются постоянно… Может, в том и секрет успеха — чтоб боялись? *** Устроившись на настиле под потолком склада (вроде бы раньше это был сарай с сеновалом), Скаут не мог уснуть, вспоминал ужин и злился, ворочался в потрёпанном спальнике. Тут и на кровати не знаешь, куда ноги девать, чтоб крестец не разламывался, а на голых досках так тем более… Ну что за кучка уродов! За что так ненавидят его все? За то, что одряхлеют лет на десять-двадцать раньше, да и сейчас уже выглядят так себе? Или за то, что бегать не умеют? Тем временем большая часть команды — Инженер, проспавший со Скаутом всю ночь в одной комнате; Хэви, который, поворчав, съел утром надкушенный им сэндвич; Демо, облизавший микрофон его гарнитуры; Снайпер, на которого Скаут попросту чихнул; Солдат, пивший пиво из облизанных в отместку бутылок; Шпион, который провёл с кашляющим Инженером полтора часа над чертежами, — все они уже получили критическую вирусную нагрузку. Заражение остальных было вопросом времени.