Part 3

***

      Пикап останавливается у дома МакКоллов. В послеобеденное время на улицах жилого района было достаточно пустынно. Лиам, недолго думая, потянул за ручку открытия двери и замер на середине действия. Парень на водительском месте не шелохнулся в сторону выхода. Данбар внимательно прислушивался к сердцебиению рядом, еще внимательнее вглядывался в его профиль. Тео выглядел ладно, но что-то в его виде беспокоило. — Ты не пойдешь? — напробу спросил подросток. — Ты же знаешь, что они не считают тебя угрозой? — Этот вечер все равно кончится кровопролитием. — Рэйкен поворачивается к собеседнику, внешне не выражая никакого беспокойства. Кажется, он все еще не понял, что именно таким видом он больше всего беспокоит окружающих. Окружающего его Лиама. — Как только Скотт учует наш запах и поймет, как именно мы «разговаривали».       Рэйкен умолк, и Лиам тоже рассеянно молчал. Утаивать от стаи что-то столь очевидное не получится, даже если они оба переоденутся или примут душ. Скотт обладает удивительной способностью читать своего первого Бету как открытую книгу, а лучший друг Альфы — самый проницательный человек, которого Лиам знает. По предположению Тео, Стайлз будет первым, кто учинит скандал на этой почве, потому что, собственно, первым заметит неладное в их поведении. Данбар все равно не сможет вести себя как раньше, в отличие от наученного жизнью Химеры. В общем, идти туда и играть друзей — заведомо провальный план. Тео прав, но Оборотня это не устраивает. — Он ничего не сделает. Я все ему объясню.       Он не хочет повышать голос, но все равно делает это на эмоциях. Ему бы хотелось видеть сегодня Тео рядом. Под ребрами неприятно саднит, и, видно, Лиама сильно покоробил тот факт, что Химера собирается шататься где-то в одиночестве, пока сам он весело проводит время с друзьями. Про Тео того же не скажешь, отчего его только сильнее хочется переубедить. — Он выслушает меня.       Если Скотт поддержит его в новых отношениях с Тео, то избежать скандала удастся даже с Малией. На самом деле, именно она представляет самую большую опасность для Химеры. Но есть ли у них «новые отношения»? Что сейчас между ними вообще есть, кроме клубка неразмотанных чувств и тысячи вопросов? Лиам думает, что у них еще будет время разобраться. Например, сегодня вечером. — Конечно, понимающий и всецело прощающий святой Скотт МакКолл. — Рэйкен показательно складывает руки в молитвенном жесте и хлипко смеется. — Начнешь свои обьяснения со слов: «Простите меня, Истинный Альфа, ибо я согрешил»?       По выражению лица Химеры было ясно, что он совершенно спокоен. Его полностью устраивает сложившаяся ситуация, где Лиам пойдет к своей стае, а он восвояси. Оборотень из-за этого ощутимо напрягается, угрожая Тео вот-вот взорваться, но непрерывная мантра в его голове пока работала на ура. Или ему так только кажется. — Мы ничего не сделали. Я просто… — Лиам подбирает слова и мотает головой. — Пытался уговорить тебя остаться.       Ему самому несколько смешно с этой формулировки, ведь по итогу они, кстати, ни о чем не договорились. Тео ничего ему не обещал. Просто казалось, что связь между ними стала прочнее, не требуя озвучивания банальных вещей. Хотя, наверное, стоило бы. — Ага. А потом мы немного увлеклись в разговоре, но в итоге нашли общий язык. Пару десятков раз. — Тео выразительно вздыхает и прямо смотрит на собеседника, дабы точнее донести свою мысль, прикрытую сарказмом. — Они точно не будут меня подозревать в каких-либо манипуляциях над их маленьким Волчонком. — Ты думаешь, что они не доверяют тебе, потому что сам никому не доверяешь.       Руки на коленях сжимаются в кулаки, а воздух пропитывается запахом крови. Это не остаётся незамеченным. Тео тянется разжать пальцы оборотня, но тот лишь отдергивает их и прячет в карманы толстовки. Напряжение между ними практически искрит, и уже Старший начинает ощутимо злиться. Но злоба Рэйкена чаще выливается в безмерные реки оскорблений и цинизма, чем в драку. Чего нельзя сказать о Бете. Его начинает мелко знобить, пока зеленые глаза оценивают чужое состояние.       По Тео видно — не беспокоит его перспектива получить по лицу. Он скажет то, что Лиаму точно не понравится, и плевать на последствия. Однако Данбар уже готовится прервать еще не начатую тираду точным ударом в переносицу. Чтобы там Химера ни собирался ему доказать. — Нет, Лиам. — елейно тянет Тео. — Я думаю, что они не доверяют мне, потому что это очевидно. Какого бы великолепного мнения ты ни был обо мне, на них это не распространяется. Я сделал достаточно, чтобы эти двери были для меня закрыты. Чтобы Малия перемотала меч Киры скотчем и вогнала мне его в задницу. И я бы даже не стал ее осуждать за это. — где-то на середине своей реплики он переходит на повышенный тон, сейчас же практически кричит Лиаму в лицо. — В каком розовом мире ты живешь, если не видишь очевидных…       Тео ожидаемо обрывают на полуслове, и он в изумлении широко открывает глаза. Оборотня точно стоит похвалить за самоконтроль, ведь он так долго держался. На самом деле уже не в первый раз ему приходилось использовать злость Лиама в определенных целях. Этот момент не должен был стать исключением. Но сейчас Лиам лишь целует его, видимо, изучив новый способ затыкать поток язвительных комментариев. Голубые глаза смотрят с непреклонной уверенностью, когда подросток настойчиво углубляет поцелуй, и Тео шумно выдыхает ему в губы, удивленный такой находчивостью. За это его точно хвалить не стоит.       Пальцы Тео находят свое место на шее подростка. Теперь их контакт больше похож на соревнование, и Рэйкен пытается перехватить инициативу. Бета подозрительно хмурится и прикусывает его язык, вынуждая вновь опешить. Лиам подмечает секундное недоумение во взгляде и рывком прижимает Тео к водительской двери. Последний вынужден сдаться, передавая победу и наслаждаясь поражением под чужим напором и телом. — Буду ждать тебя на киновечере. — говорит Лиам в податливо приоткрытый рот. — И плевать мне, что они скажут.       В ответ только неуверенный кивок перед тем, как вернуться к поцелую. Если бы только слова Лиама могли убедить его. Сейчас легче просто согласиться, чем доказывать вспыльчивому оборотню, что ему никогда не будут по-настоящему рады в этом городе. Общение со стаей со временем может даже стать чем-то вроде обычного, нормального или теплого. Но эти отношения никогда не будут искренними. Заполучить вновь доверие, чтобы вечно терпеть случайно всплывшие обиды. Раз за разом слушать напоминания о том, кем является Тео. Никогда не забывать — он не достоин быть с этими людьми. Даже для холодного и расчетливого ума это слишком. Лиам стал его спасением, а Рэйкен — меньшим злом против большего. Это не изменится. — Мне нужно еще кое-куда заехать. — устало произносит Тео, когда подросток отстраняется. — Одному. — Зачем? — Данбар выглядит оскорбительно подозрительным, и это неудивительно. — Купить снеки и парные пижамы для киновечера.       Он заводит машину и ждет, когда оборотень покинет его пикап. Но тот всем видом показывает, что ответ его не убедил. Рассориться в очередной раз и уйти через вынужденную драку не получилось, потому Тео приходится прибегать к менее приятной стратегии — вранью. Вариант, который он до последнего не хотел реализовывать. Не снова и не с Лиамом. Возможно, потому что так у него точно все получится. — Дела на старой работе. Нужно некоторые вещи забрать до того, как стемнеет. — Я могу поехать с тобой. Снеки нам действительно пригодятся.       Это, вероятно, последняя улыбка Лиама, которую видит Тео. Связанная с какой-то глупой недошуткой. — Не стоит. Твоя компания заставит меня припарковаться на очередном пустыре, и мы пропустим все фильмы, Волчонок.       Вот и последняя улыбка Тео для Лиама. Саркастичная, с целью отвести разговор от основной темы. — Придурок. Ладно, попробую пока поговорить со Скоттом. — Бета выходит из машины, и Рэйкен провожает его взглядом. — Напишешь мне список, что купить. Как только Стайлз перестанет капать тебе на мозги. — говорит он ему вслед.       Сейчас нет времени предаваться меланхолии. Нужно, чтобы младший ничего не заподозрил. Держать безмятежный вид оказывается невыносимо тяжело. Тео знал, что любая привязанность будет наказуема вот этим. Гребаным лживым прощанием, о котором собеседник не будет подозревать. Химера остается вариться в потоке собственных эмоций, которых даже показать нельзя. Его последние слова для единственного небезразличного человека перед тем, как тот навсегда его возненавидит, будут про список покупок и Стайлза? Ну уж нет, спасибо. Такие воспоминания ему точно не нужны. — Лиам! — он негромко окликает подростка, но тот, конечно, услышал. — Прости меня. — За что? — Данбар оборачивается и явно собирается вернуться к оконченному разговору. — О чем ты?       Эта сентиментальность грозит крахом всех планов для Тео, и в голове слышится только гневное: «Идиот». Нужно срочно придумать очередную полуправду, пока все инстинкты приказывают бежать. Но если он просто рванет с места, то выглядеть будет еще подозрительней. — Ну, точно не за секс. — болезнено усмехается Тео. — Это ты его начал.       Перевести тему и превратить собственную неловкость в чужую. Отлично. Это точно сработает. — В целом прости. — тихо добавляет он следом, но Бета уже не замечает этой реплики. — Да иди ты! Ничего я не начинал. — Лиам разворачивается на пятках и гневно топает к дому. — Катись отсюда, Рэйкен!       Вот теперь неплохой конец. Справедливый, честный и несколько забавный. Тео печально улыбается хлопнувшей входной двери, и трогается с места.       Нужно уходить.

***

      Все та же знакомая гостиная, но народа заметно меньше с момента, как Лиам был тут в последний раз. Итан с Джексоном уехали в гостиницу, а старшие Хейлы разбежались по своим апартаментам. Арджент повез Мелиссу на смену в больницу. На работе ее ждет завал в связи с прошедшими событиями. Лидия со Стайлзом обложились какими-то бумажками на диване, активно обсуждая что-то по учебе. Скотта не видно, но Лиам ощущает его присутствие совсем рядом. В целом, атмосфера спокойная. Уже неплохо.       Мейсон вскочил с кресла, увидев друга, и спешно подошел. Одноклассник выглядит разочарованным. — Чувак, где ты был? — жалобно стонет он. — Стайлз хочет поставить Звездные войны, а ведь мы все их тысячу раз смотрели. Мне нужна твоя помощь, чтобы его вразумить. — Это лучшая серия фильмов со времен создания кинематографа. — вмешивается в разговор Стилински, не поднимая взгляда и протыкая указательным пальцем воздух. — К тому же смотрели ее не все. — он осуждающе косится на Скотта, подпирающего столешницу на кухне. — Я не позволю тебе прожить еще один год без посвящения в эту тему, дружище. Возражения не принимаются.       Скотт отрывается от телефона. Он явно переписывался с Малией, потому что на его лице та особенная улыбка, которую он дарит только своей девушке, даже если ее нет рядом. Хейл вызвалась пробежаться по заповеднику в облике койота. Патруль сейчас был как никогда кстати, пока побежденные охотники еще не успели восстановить силы. Пэрриш подбросил ее по пути в участок. Его с шерифом тоже сегодня ждет возмутительно много работы. — Я бы посмотрел их еще год назад, — отзывается с кухни Альфа, — но как-то не выдалось свободной минутки между появлением Кейт и воскрешением Жеводанского зверя. — МакКолл проходит в комнату и останавливает взгляд на Лиаме. — Да и после тоже. — добавляет он перед тем, как Стайлз начнет спорить. Потому что время у него на самом деле было. — Ты поговорил с Тео? — Да. Мы пришли… к некоторому соглашению. — Бета нервно сковыривает застывшую кровь с ладоней. — Он останется. — Ну, городу не станет хуже, если большая злобная химера укатит восвояси. — не отрываясь от чтения, говорит сын шерифа. — Думаю, что он уже не такой большой и злобный. — неожиданно встает на защиту Тео Мейсон. — Он изменился.       Хьюитт закидывает руку на плечо Лиама, и последний испытывает жуткую благодарность за негласную поддержку. Мейсон вообще не в курсе всех событий, но он всегда словно чувствовал все переживания лучшего друга кожей. Стоит вновь поблагодарить судьбу за их дружбу. — Ага, волосы отрастил. Вроде еще сменил гардероб с обтягивающих футболок на другие обтягивающие футболки. В остальном такой же Тео.       Стайлз как-то подозрительно меняется в лице, когда бросает взгляд на подростков. Его глаза пробегаются вверх-вниз минимум раз семь. Может у него нервный тик? Определенно нет. Всем видом он словно выискивает на Лиаме какую-то деталь, но пока сам не понял какую. Кажется, он даже забывает, о чем начинал говорить, и почти шепчет задумчиво: — А вот в тебе точно что-то изменилось. — Лиам, только тебе решать, насколько ты ему доверяешь. — Скотт падает в кресло и утыкается в переписку с Арджентом. Альфа не выглядит заинтересованным в отношениях Тео и Лиама. Последний расценивает это как полное доверие, а не безразличие. — Если он останется, чтобы помочь тебе, когда мы уедем, то хорошо. — Бог ты мой! Скотт, посмотри на него! — Стилински подлетает, заставляя всех в комнате вздрогнуть от его крика. МакКолл смотрит на Лиама, подмечая, что выглядит он как Лиам. — Да нет же, по-другому посмотри! — но Скотт теперь смотрит с надеждой на Лидию, словно она сейчас расшифрует открытие студента. — Да, блин, он же выглядит точно как подросток, который вернулся со своего первого свидания. Как Лиам во времена Хэйден, а не как одинокий и разбитый этой же Хэйден Лиам. — Стайлз кривит губы в каком-то смешанном отвращении. — С Тео, серьезно?       Лидия разочарованно стонет и закрывает лицо рукой. Тео ошибся. Именно Мартин была первой, кто увидел химию между ними. Сейчас для Лиама это стало очевидно. Наверное, она догадалась об этом даже раньше их самих. Данбар искренне не понимает, каким дедуктивным методом они, будучи людьми, выяснили, чем именно он занимался. Краем мысли приходится грешить на засосы, но регенерация не должна была оставить следов. — Что? Быть не может, Лиам! — Мейсон отшатывается от друга, как от Иуды. Он выглядит обиженно, словно Оборотень прилюдно его оскорбил. — Как ты мог не рассказать своему лучшему другу-гею о том, что тебе нравится парень? — Он мне не нравится. — оправдывается подросток. — Нет. В смысле… Мы друзья. — Конечно. Мы со Скоттом тоже иногда любим по-дружески перепихнуться. — МакКолл сводит брови, а Стайлз продолжает, — Все друзья так делают. — он так уверенно говорит, что Альфа невольно задумывается, не забыл ли он какой-то важный момент за годы их дружбы. — Ты замутил с убийцей-психопатом, Даунбар? — Стайлз, ты не будешь это обсуждать. — Лидия дергает его за запястье, заставляя сесть на диван. — Вы все не будете. Это их личное дело. — Конечно, я и не хочу это обсуждать. — оскорбленно отвечает Стайлз. — Это мой долг, как друга и наставника! Мы обязаны вразумить нашего малыша, Скотт. А что будет, когда Малия узнает, она же тебе как мать. — Ты мне не наставник. — Лиаму очень хочется оказаться в любой другой точке мира, кроме этой гостиной. — Скотт — мой наставник. А Малия мне не мать, и вы ничего ей не расскажете. Меня не нужно вразлум… вразумлять. — Вот видишь, — не успокаивается Стилински, — он уже пагубно на тебя влияет. Твой мозг затмило его очарование. И двух слов связать не можешь. — Прекратите. — прерывает жаркий спор МакКолл. — Стайлз, мы не знаем, что произошло. — Скотт незаметно принюхивается, но выражение его лица красноречиво меняется. — Лиам, вы же не делали ничего… — на выбор тактичного слова уходит пара секунд. Бета слишком сильно пахнет Рэйкеном, и это сбивает Альфу с мысли. — Странного.       Он прекрасно осознает, что «странного» между этими двумя было предостаточно. Да, определенно выбор Лиама можно назвать сомнительным, но он уже не раз доказывал, что Тео — его ответственность. И на самом деле не только. Скотту просто нужно услышать от Беты, что все хорошо. — Все нормально. — Данбар выдыхает, благодарный за то, что этот разговор подходит к концу. — И я действительно не собираюсь это обсуждать. Просто поверьте мне, я в полном порядке. И Тео тоже. — Я думаю, что Лиам лучше всех нас знает Тео. — Мартин предупреждающе положила руку на ногу Стайлза, чтобы тот снова не вскочил. — И вообще, они хорошо друг на друга влияют, как бы тебе ни хотелось этого отрицать. — обращается она к сыну шерифа. — Вы серьезно? Мы просто проигнорируем, что они… Боже, ладно! — Лидия сильно щипает его за бедро. — Все-все, я молчу. Пусть вербует своего социопата как угодно. Но я все равно слежу за вами. — Стилински тыкает пальцем в сторону Лиама. — В следующий раз, когда вы склеитесь где-то в темном углу, знайте, я рядом. — Ты звучишь как вуайерист. — Мейсон улыбается уголком рта. — Эй, я забочусь о вас! — Стайлз обиженно скрещивает руки на груди. — Это официально самая неблагодарная стая. — Так, хорошо, раз мы закончили, тогда, — Скотт поднимается со своего места, — Лиам, иди в душ. Твой запах слегка… Смущает. Не хотелось бы повторять этот диалог, когда Малия вернется. — Ты целовался с парнем… — Хьюитт произносит завороженно. Секундой позже он широко открывает глаза, словно ему открылась тайна мироздания. — Бог ты мой, ты целовался с Тео. С ужасно горячим Тео, Лиам! — Мейсон! — синхронно воскликнули все в комнате.       Когда Бета вернулся из ванной, в комнате царило умиротворение. Мейсон с появившемся из ниоткуда Кори подключали ноутбук к телевизору. Лидия расставляла закуски на кофейном столике и отбивалась от Стайлза, который то и дело что-то подворовывал со стола. Скотт спас запасы провизии, потащив Стилински в магазин за газировкой. Они вернутся, судя по всему, не скоро — джип обещает заглохнуть по пути минимум пару раз. В течении часа должны были подъехать Малия с Ноланом; последнего решили не оставлять в одиночестве, пока он не отойдет от шока после смерти Гейба. И осталось дождаться парочку оборотней из Лондона и Тео. Вечер обещал быть насыщенным.

***

      Мрачные и пропитанные сыростью коридоры. Отыскать один из знакомых входов в катакомбы бывшей водоочистительной станции не составило для Тео труда. Это наименее известный, прикрытый многолетней растительностью и небольшим холмом, проем в старой каменной кладке, о котором из ныне живущих знают только Кори и Хэйден. Ни первому, ни второй нет надобности сюда возвращаться. Да и самому первому из химер не особо хотелось задерживаться в темных коридорах. Он оперативно нашел знакомый символ Уробороса за неприметным поворотом, коих тут предостаточно, и повернул змеевидный знак по часовой стрелке. Хорошо, что Лиаму хватило доверия не идти за ним. Да и по сути Тео не соврал, ему действительно нужно было кое-что забрать со старой «работы».       Атмосфера неумолимого ужаса и старинные устрашающие колбы с формалином. Несколько мерзких, неизвестных доказательной науке больших и маленьких существ в мутной жидкости. Еще недавно немного живы, а сейчас уже достаточно мертвы. Запах спирта и сильнейшего страха порос бы мхом на здешних стенах, если бы тут вообще могло что-то прорасти, кроме экзистенциального кризиса. — Дом, милый дом. — выдыхает самому себе Рэйкен.       На самом деле он не жил в лабораториях большую часть времени. Просто больше не было мест, в которые Химера возвращался так же часто, как подростки в родительские гнезда. Если бы воспоминания, которые сейчас застилают глаза Тео молочно-опаловой дымкой, увидел бы нормальный человек, то только в кошмарном сне. Для него самого же это так — скучный вторник.       Еще несколько минут он стоит, оглядываясь, пока взгляд не цепляется за нужный объект среди визуального шума. Тугие застежки на пыльном кейсе открываются с характерным щелчком. Пара карпульных шприцов и несколько ампул с сомнительным содержимым. Тео топит в кармане куртки две ампулы, одну вставляет в инъектор и закидывает его в рюкзак. Старый чемоданчик отправляется точно в один из стеклянных чанов.       Звонкий звук бьющегося стекла заполняет помещение, но только им не ограничивается: какофония из скрежета, громыхающей меди, гулких ударов об металл и колких осколков — все сливается в одну мелодию хауса и разрушения. Тео с непоколебимой уверенностью ломает все, что встречается на пути. Было бы неплохо еще взять канистру с бензином и сжечь любое упоминание о здешних ужасах. Не оставить ни фрески на стене, ни одного целого хирургического стола. Но Рэйкен ограничится лишь праведным вандализмом, так как огонь привлечёт лишнее внимание, а ему нужно исчезнуть без свидетелей.       Когда вид разгромленной лаборатории его удовлетворил, он спешно подхватывает последний нужный ему предмет — маску Врачевателя. Тео ныряет обратно в лабиринты канализации и вырывает символ Уробороса из закрытой двери.       Забранные предметы отправляются на пассажирское сидение. Несколько минут он сидит в машине под звуки тишины и леса. Телефон надрывается в кармане куртки еще с момента, как уловил сотовую связь на выходе из подземелий. Тео смахивает все уведомления о пропущенных звонках Лиама, находит нужный контакт в журнале и набирает одно единственное сообщение. Симка жалобно ломается пополам одним движением пальцев, и оба кусочка улетают в приоткрытую форточку.       Нужно уходить.

***

      Оговоренное время просмотра неумолимо подходило. Тео не было почти два часа с момента их расставания. Беспокойством Лиама начинала заражаться вся стая, когда Рэйкен не ответил на звонок в очередной раз. Вызовов было сделано уже возмутительное количество. — Может, его просто задержали на прошлой работе. — Лидия неторопливо потягивала диетическую колу через трубочку. Ее вид источал непоколебимое спокойствие, но по ее химиосигналам можно было прочитать, что она волнуется. — Или он заговорился с коллегами? — Или его схватили сбежавшие охотники, но тогда волноваться стоит за них. — Стилински размышлял, проводя в воздухе понятные только ему линии. — Я бы поставил пятьдесят баксов на Тео в этом бою. О, это будут самые легкие деньги в моей жизни.       Стайлз лукаво улыбается, но любому в комнате понятно, что, несмотря на показное веселье, он на нервах не меньше Данбара. Все это уже становится слишком подозрительным. — Думаю, что если бы ему угрожала смерть, — Мартин отставляет стаканчик в сторону, — я бы это предвидела. — Если твои способности вообще работают на эмоционально травмированных химер, которые не являются частью стаи. — вставляет в разговор Итан. Стайлз одобряюще подмигивает ему. — Насколько я вообще могу судить по вашим рассказам. — У меня есть с ним связь. — девушка мельком бросает взгляд на двух парней в кресле, перебивая. — Как и с вами. Думаю, что она появилась, когда он залез мне в голову в поисках Неметона. — Хорошо, что ты пояснила, а то слова «связь» и «Тео» у меня как-то еле укладываются даже в отношении Лиама. — Стилински ловит на себе мрачный взгляд подростка. — Что? Я все еще глубоко шокирован.       Лиам раздражённо отворачивается, набирая знакомый номер уже в сотый раз. Женский голос впервые уведомляет, что абонент больше не абонент. До этого динамик кормил его протяжными гудками.       Тео не сказал, куда именно он поехал. Где именно нужно его искать непонятно, но Лиам собирается перевернуть весь город. Терпение точно не его сильная сторона, особенно когда все чувства сливаются в нечто огромное и пугающее. До этого момента на месте его удерживал только Скотт. Сейчас подросток зол даже на него, потому что потратил на бесполезные предположения драгоценное время. Это ощущение, что теплится комом под ребрами, заставляет биться головой о стены. Требует перебить собственные мысли, уничтожая все вокруг, чтобы в потоке беспрерывного разрушения и бессмысленного гнева не осталось ничего. Это так нерационально. Тео смог бы это остановить.       И его здесь нет.       МакКолл не оставляет состояние своего Беты незамеченным и сам тянется за телефоном. Лиам этого уже не видит. Он срывает с места, не в силах больше терпеть свое состояние, ныряя в коридор. Пелена из белого шума и отголосков разума застилает глаза, когда собственный телефон разбивается об входную дверь после очередного оповещения «временно не доступен». Пока он грубо натягивает на голову толстовку, его зовут из гостиной несколько обеспокоенных голосов сразу. Его имя из уст Альфы звучит как-то особенно отреченно. Это заставляет помедлить с уходом. Скотт появляется в коридоре и выглядит так, словно пришел на похороны. В его руке висит телефон с открытым чатом сообщений. — Лиам. — пауза не просто долгая, она вечная. Но МакКолл не подбирает слова, он просто не готов их озвучить. — Он уехал.       «Прости меня» — звучит в голове. За что он извинялся? Тео никогда не просил прощения, почему же это не вызвало больших опасений в тот момент? Если Рэйкен действительно уехал, то Лиам убьет его. Или нет, но он будет очень близок к этому состоянию. Причин предостаточно. — Я верну его. — ответ повисает в воздухе, когда парень покидает дом.       «Он уехал» — непрерывно повторяет собственный разум.

***

— Ты выглядишь как придурок в этой рубашке. — парень настойчиво отвлекает Тео от работы. — Вообще, ты всегда выглядишь как придурок, но в ней особенно. — Это китель, — Рэйкен наконец обращает свое внимание на юношу, — и все говорят, что он мне к лицу. — Они врут, чтобы ты не наливал им дешевое пойло по цене крыла от самолета.       Он довольно улыбается, когда встречается с Химерой взглядом. — Ну, тогда это им не помогает, потому что в этом баре нет ничего дороже двадцати пяти баксов в закупе. — вафельное полотенце летит в лицо напротив, вызывая уйму возмущения. — Что тебе нужно? Пришел развлекать меня оскорблениями? — Ты помнишь про вечеринку сегодня? — парень комкает тряпку и отправляет ее обратно в Тео. — Я буду ждать тебя после смены. Надеюсь, ты не сольешься, как в прошлый раз.       Тео слышит собеседника, но звуки сливаются в единый шум. Он словно не в силах связать фонемы в целостные слова. Трясет головой, фокусируясь на лице по ту сторону барной стойки. От резкого движения кружится голова, что странно, имея то сверхъестественный метаболизм. Видно, причина просто в усталости. Это очень знакомое чувство. В последний месяц Тео плотно переплелся с его щупальцами.       «Буду ждать тебя» — Я не пойду. Сегодня мой последний рабочий день. — Тео с усилием заставляет себя вернуться к диалогу. Ему кажется, что слова совсем вялые, но взбодрить их не получается. — Нужно еще вещи собрать перед отъездом. — Ну, как всегда.       Юноша был постоянным гостем в этом баре. Тео считал его забавным, но чрезмерно настойчивым. Рэйкену даже немного нравилось постоянно отказывать ему во встречах вне работы. С каждым разом он все сильнее раздражался, но приходил снова и снова. Было что-то забавное в его помешанности, может, это кого-то ему напоминало. — Тогда я пойду. Напишешь, если передумаешь.       «Напишешь мне список, что купить»       Парень покидает свое место, и Тео вновь может вернуться к работе. Он отрывает несколько встречек с заказами и долго их изучает. Маленькие буквы словно издеваются, отказываясь быть прочитанными. Химера собирает символы воедино с усилием и приступает к приготовлению одного из коктейлей. В процессе стакан с заготовкой бесследно пропадает, и Рэйкен быстро оборачивается по сторонам, но тот не обнаруживается. Он подозрительно косится на сменщика, но тот просто сидит в телефоне в углу бара, совсем незаинтересованный сейчас чем-либо, кроме мобильной игры. Тео берет новый хайбол и отдает проклятый напиток, а позже и остальные заказы. Он прибирается, протирает рабочую поверхность и ставит одну из бутылок рома на место в спидрек. Алкоголь отказывается вставать, ему, очевидно, что-то мешает. Химера смотрит в пространство между бутылками и обнаруживает сбежавший стакан. Когда он его туда поставил? Хорошо, что его смена уже подходит к концу.       Нужно уходить?       В излюбленном синем пикапе расстилался тусклый свет уличного фонаря. Воздух, прохладный в это время года, смешивался с горькими нотами. Рэйкен не чувствовал себя плохо или подавлено, просто стойкий запах безысходности давненько въелся в его кожу и ходил по пятам, как уличная дворняга. В целом, работа за баром закрывала множество потребностей. Он был даже почти счастлив в некоторых моментах. В стенах заведения никогда не было одиноко. Острый запах алкоголя заставлял подавлять сверхъестественные чувства, а громкая музыка стирала остатки навязчивых мыслей. Коллеги были доброжелательны, а разговоры с гостями на контактной барной стойке в основном занимательны.       Да, имелись некоторые риски быть отравленным или пойманным, будучи условным омегой в мире оборотней при таком виде деятельности. В подавляющей процентности угрозы не были существенными. К тому же Тео — наполовину койот, а они преимущественно одиночки. Поэтому ныне к поискам новой стаи его не тянуло. Да, в прошлом это был незакрытый гештальт, сейчас же подобная мания принесла бы больше проблем, чем пользы.       Вообще, большая часть самопровозглашённых охотников давно канула в Лету. В итоге стая МакКолла обезвредила проблему Монро, заключив союз с многими Альфами по всей стране. И сейчас оборотням-одиночкам почти ничего не угрожает. В конце концов, минуло пять лет с последних событий в Бейкон Хиллз.       Последний городок, в котором он остановился, был тихим пристанищем. Место благосклонно позволило ему играть роль обычного парня вот уже пол года. Работа, которую он нашел, давала много информации о жителях небольшого города, позволяя держать некоторый контроль вокруг. В такой кратковременной стабильности Тео даже позволил снять себе небольшую комнату в жилом комплексе, когда за прошедшие годы ему редко удавалось спать где-то помимо машины и третьесортных мотелей. Но после напряженной смены не хотелось возвращаться домой. Все равно уснуть не выйдет. Сон приходит только раз в несколько дней, когда тело само отключается, и обычно это выпадает на пару выходных, которые Тео просыпает полностью. Да и сейчас у него много дел, ради которых пришлось уволиться и пожертвовать иллюзией стабильности.       Когда-то в начале своего путешествия у него была призрачная цель — найти пристанище. Еще ранее была цель — обрести стаю. Не случилось ни того, ни другого. За годы скитаний ему пришлось сменить множество городов, от крупных мегаполисов, до забытых миром поселений. Но нигде не нашлось его Парадайса или даже намека на него. Зато угроз за это время встретилось предостаточно.       Тео попадал в разные ситуации, но все они не были безвыходными. Он умел выживать. Череда оставленных за собой трупов пополнялась. Все они — вынужденные жертвы. Рэйкен не преследовал саботаж где-либо в местах временного пребывания. Просто так получалось само собой. Опасность всегда маячила где-то рядом, пряталась в темных переулках и караулила его в ночи у пикапа. По-другому и быть не могло.       «Выжить. Убить. Стереть улики. Избавиться от трупа. Исчезнуть.» — Только такая последовательность вела к успешному существованию, будучи сверхъестественным одиночкой.       С годами все произошедшее в Бейкон Хиллз стало просто фактом в голове, как пометка в ежедневнике. Но не всему удалось померкнуть; воспоминания о Лиаме являлись единственной стабильностью в его жизни. О, как же это было ожидаемо и совершенно неудивительно для него. Они мелькали каждый день и ни разу не сбились с графика. Мозг так любит стирать травмирующие главы в истории, оставляя только моменты с искренним счастьем. Эта подлая функция не раз заставляла Тео думать, что не так уж все было плохо в том проклятом городе. Рационально понимая, что ужасно было все, ему все же не удавалось избавить себя от саднящего чувства в груди — ощущения, что он упустил нечто важное и потерял это навсегда. И как бы в особенно тяжелые периоды ему ни хотелось вернуться, он этого не делал. Ни разу не проявил слабости с момента, как повернул ключ зажигания в чертах гребаного города в последний раз.       Все таки он несколько недооценил силу своей привязанности к не его стае. Сейчас все, что ему остается — это пролистывать странички старых знакомых в популярных соцсетях. Эту маленькую зависимость Тео приобрел почти сразу после первой неудачной остановки. Он обещал себе забыть, но некоторые вещи просто за гранью сухой логики. Анонимные и ничем непримечательные аккаунты не раз сменялись, но всегда находили знакомые никнеймы.       У Скотта все сложилось превосходно. Его стая росла и набирала силу, пока не стала самой влиятельной в южной части страны. Он совсем недавно окончил колледж и шел по намеченному маршруту в мир ветеринарии. Истинный Альфа — разве у него могло что-то не получится?       Конечно, и гениальные Стайлз с Лидией не отставали от его успеха. Мартин начала строить успешный бизнес в сфере маркетинга еще во время учебы и весьма преуспела в этом и после. Стилински, еще будучи студентом, залез в такое количество дел ФБР, распутывая каждое, что мог бы дослужиться до главы отдела еще непосредственно до службы. У семьи Хейлов все было неплохо и до отъезда Тео. Дерек с Малией успешно вербовали в стаю Скотта новых Бет, подбирая их по миру, как бездомных щенков.       А первый Бета МакКолла… Что ж, в первые два года следить за ним не получалось. Лиам зачистил все свои соцсети под ноль, оставляя только пустые страницы и редкий онлайн, и, вероятно, закрылся от мира. Тео ожидал чего-то такого, но не на такой огромный период. Два долгих года ему казалось, что где-то в интернете есть другие аккаунты Данбара, которые Рэйкен не смог найти. Но спустя длительный срок старые страницы понемногу начали заполняться фотографиями.       Сейчас лента стабильно пополняется примерно раз в неделю, и можно сказать, что у него все хорошо. Мейсон все еще рядом с ним, как идеальный образ верного лучшего друга. Тео уверен, что он не оставлял его все эти долгие годы. В итоге они даже поступили в один колледж. И там у Лиама есть девушка, а у Мейсона все так же — Кори. Удивительно, что они не расстались после школы. Рэйкен был убежден, что Брайант сбежит из города так же скоро, как и он сам.       Сейчас Тео задерживает взгляд на одной из счастливых фотографий, где Лиам замер с улыбкой, измазанный шоколадным кремом, очевидно, после того, как друзья воткнули его лицом в торт. От нескончаемой усталости и недосыпа ему кажется, что он был там. Настолько натуральные кадры всплывают в воспоминаниях, что не отличить реальность от собственной фантазии. Когда-то Рэйкен кардинально поменял свою жизнь, и вышло все не лучшим образом. Возможно, что сейчас снова пришло время сменить ориентиры, начать новую игру, в которой будет больше шансов на победу. Да и терять ему глобально все равно нечего.       Телефон ложится на приборную панель, а рука тянется за рюкзаком на пассажирском сидении и достает оттуда заряженный инъектор. Содержимое в ампуле способно несколько изменить его нынешнее существование и положить начало новой истории. Он несколько раз встряхивает мутную жидкость перед тем, как погрузить иглу в предплечье. Едва ли это тело еще способно чувствовать собственную боль, тем более от знакомых уколов. Даже яркое ощущение чужой боли осталось в прошлой жизни так далеко, что уже и не вспомнить вид черных вен на собственных руках. Каким человеком он мог бы стать, если б не зациклился на воспоминаниях? Если бы не знал ада и привязанностей? Винить не его стаю во всех неудачах уже бессмысленно, потому что решение уехать было принято не ими.       Эффект от инъекции будет ощутим не сразу. И Тео ждет, наблюдая, как расплывается стимпанковая маска на его коленях.       Зачем я ушел?

***