Глава 21

      Алисе в крайней степени не нравилось то, что ей нужно притворяться родственницей Селены. Конечно, в родстве с чистокровными нет ничего зазорного, но тот факт, что она никакими узами не связана с Селвинами и это все большой обман, играло ключевую роль в возрастающей нервозности Джонсон.       Селена успокаивала подругу тем, что из Малфоев с ними будет только Абраксас и его дед с бабушкой. Это, к слову, только сильнее напугало когтевранку. В ее голове сложилась такая картина, что именно старшие представители семей чистокровных будут более придирчивы к статусу крови, чем современное поколение. Селвин же говорила, что они не будут рыться в ее фамильном древе, но от Джонсон требовалось следовать базовым и немного стереотипным правилам чистокровных. То есть относиться с пренебрежением к домовикам, а также соблюдать все правила этикета, чтобы у Малфоев и мысли не возникло усомниться в чистоте крови Алисы. С этикетом было все легко — Алиса знала, как вести себя в обществе, а вот принижать домовиков, к которым она не испытывала ничего кроме жалости, было сложновато. Но что ни сделаешь, лишь бы тебя не прокляли за грязную кровь.       Прямо с вокзала их встретили родители Малфоя, которые собирались отвезти друзей Абраксаса в их поместье. Изначально Джонсон подозревала, что за понятием «отвезти» кроется что-то другое. Ну не может же в самом деле одна из самых богатых и знаменитых волшебных семей пользоваться магловским транспортом! В голове Алиса уже рассматривала такой вариант, как полет на метлах, но с учетом их багажа это будет проблематично. Если только у Малфоев не имеются грузовые метлы (если такие вообще существуют).       Потерявшись в воображениях о том, как могли бы выглядеть грузовые метлы, Алиса хихикнула, после чего Том посмотрел на нее взглядом полным раздражения. Малфои шли впереди всех, расспрашивая сына о прошедшем учебном году, и Джонсон на секунду позавидовала ему. В этом мире у нее нет семьи, нет мамы, которой она могла бы рассказать о том, как прошла ее учеба. Миссис Коул не слушает ее рассказов — у женщины и так работы невпроворот, а разговоры с Дианой не могут полностью заменить внимания родителей.       Следя за их маршрутом, Алиса поняла, что никто с вокзала их выводить не собирается, скорее, наоборот, они уходят вглубь здания, петляя между комнатами ожидания и платформами. Наконец, волшебники достигли своего пункта назначения, которым оказалась просторная комната, напоминающая зал ожидания, но в ней было совсем немного людей. По краям комнаты расположилось множество каминов, из которых время от времени выходили люди. Селена шепнула Алисе на ухо «веди себя естественно», поэтому когтевранка решила не открывать рта от изумления.       Старший Малфой насыпал пепла в руку Абраксаса и тот зашел в камин. Слизеринец громко сказал «резиденция Малфоев, графство Кент» и сгорел, оставляя после себя кучку пепла. Переборов желание выпучить глаза, Алиса сглотнула. Она читала о сети каминов, которые переносят волшебников в нужное им место посредством волшебного пепла, но ей до сих пор не доводилось наблюдать за этой отраслью магии воочию. Когда до нее дошла очередь, Джонсон изо всех сил старалась унять дрожь в пальцах. Мать Малфоя улыбнулась ей и насыпала в ладошку немного пепла, ожидая, когда волшебница также отправиться в поселение под Дувром.              Вспоминая прочитанные книги, Алиса постаралась как можно четче и уверенней назвать место, в которое хочет попасть и сбросила пепел себе под ноги. В тот же момент все вокруг поглотило зеленое пламя, и когда когтевранка вновь открыла глаза, она уже стояла в небольшой комнате, где собрались Абраксас, его бабушка и дед, и Ааран.       Отходя от удивления, которое было невозможно в себе унять после такой транспортации, Алиса продолжила стоять в камине, пока Лестрейндж не дернул ее в сторону, опасаясь, что следующий человек, который возникнет в камине, просто раздавит волшебницу.                    — Не пользовались до этого сетью каминов, мисс… ? — спросил мужчина в возрасте.             — Селвин. Моя семья предпочитает портключи, — ответила первое, что пришло в голову Алиса, отряхиваясь от остатков пепла.             — Селвин? Разве вы не дальняя родственница Селены? Я полагал, что фамилии у вас будут разными, — нахмурился волшебник.             — Все по линии отца, — быстро сказала Джонсон, не отводя взгляда. Видимо, ответ устроил, потому что мужчина расслабился и продолжил смотреть в камин, ожидая гостей.       Дальше вылетел, именно вылетел, Эйвери, стукнувшись пятой точкой о пол, потом пошел Том, Селена и ее братья. После камин потух.             — Видимо, это все, — подытожила бабушка Абраксаса.             — Родители сказали, что не пойдут, им нужно возвращаться к работе, — пояснил слизеринец.             — Стоило догадаться, — выдохнул дедушка. В его лице Алиса заметила разочарование, которое тот очень быстро скрыл от глаз гостей, — что же, давайте обедать. Наверное вы проголодались. Тинки!       В комнату аппарировал домовик.             — Накрывай стол, через пять минут мы все будем в столовой, — грубо бросил волшебник, после чего эльф закивал и вновь исчез из комнаты.              Помещение, в которое они переместились через камин, служило исключительно для приема гостей. Выйдя за дверь, Алиса обнаружила, что сам дом, пусть и не отвечает ее представлениям о домах древних волшебных семей, и правда просто милейший. Было видно, что его интерьером занималась женская рука Малфоев — все в пастельных цветах, кругом на столиках стояли вазы с бутонами пионов, лепнина на потолке в форме виноградных лоз. Старший Малфой явно не имел никакого отношения к такому декорированию дома.       Уголком глаза Алиса успела уловить вид из окна — там простиралась сельская местность. Солнце светило ярко, освещая всю поверхность земли, в саду цвела растительность, а где-то вдалеке можно было заметить обрыв. Там уже начинались скалы Дувра, а потом пролив.       Алиса не совсем понимала, чем они будут тут заниматься. Зачем Абраксас, или скорее, Том руками Абраксаса собрал их? Неужели он хочет заставить всех тренироваться еще и летом? Упорство, которое Реддл вкладывает в обучение своих однокурсников могло бы быть похвальным, если бы больно уж не смахивало на армейские тренировки.       Обед был перенесен на веранду — погода позволяла. Тут Джонсон смогла в полной мере насладиться пейзажами. Невысокие холмы, полностью укутанные зеленым покрывалом, волнами шли по земле. Маленькие красивые домики украшали улицу, кругом была тишина, которую нарушал только шум прибоя, приносимый ветром со стороны океана. Время от времени можно было увидеть прогуливающихся волшебников, большинство из которых было преклонного возраста, что создавало впечатление, будто это место было создано лишь чтобы провести тут закат своих дней. И такая старость устраивала саму Алису. Оказаться в этом тихом месте со своим партнером, имея за плечами долгие годы работы и совершенствования, принимать летом гостей, а в остальное время года отдыхать — чудесная мечта, но словно такая невыполнимая.       Обед был восхитительным. Казалось бы, обычная паста с грибами в сливочном соусе, но подача и техника приготовления изумительная! В голову закрадывалась мысль, что даже в Хогвартсе еда не достигает такого уровня, как на кухне у Малфоев.       Послеобеденное время полностью принадлежало волшебникам. Бабушка и дедушка Абраксаса не собирались занимать подростков, поэтому предоставили им самим выбор активностей.             — Я хочу на улицу! — сразу же сказал Ааран, — дом у тебя прекрасный, Абраксас, но в четырех стенах я и с родителями посидеть могу.             — Я не против, можно сходить к скалам, — пожал плечами Малфой, посмотрев на Тома.             — Можно, — дал согласие Реддл.       Солнце палило беспощадно, поэтому выбор в одежде был очевидным. Селена выбрала платье, Алиса предпочла сарафан, под который надела белую рубашку. На головах были шляпы, а на ногах босоножки.       Вся компания двинулась в путь спустя пару часов после обеда. Дорога лежала через живописные домики, аккуратно подстриженные газоны, а потом через дикую местность. Идти напрямую к скалам было неудобно, так как там трава достигала уже пояса, поэтому пошли в обход через небольшую волшебную рощу. Деревья тут были редкими и совсем маленькими, но такими красивыми! Абраксас рассказывал, как в детстве обожал бегать здесь, пока дедушка не находил его и не наказывал за непослушание.       Сейчас их компания не отличалась ни от какой другой компании подростков. Они весело шагали и болтали, словно ничего, кроме крепкой дружбы, их не связывало. Том шел поодаль от всех, что заставило Алису закатить глаза. Этот человек будто всем своим видом всегда пытался показать, что он выше всех его окружающих, что их радость ему чужда, а их горести мелочны!                    — Реддл, неужели даже выдавить подобие улыбки у тебя вызывает столько трудностей? Погода прекрасная, настроение тоже! — подойдя к Тому, начала разговор Алиса.             — Я не вижу смысла в пустых беседах, но я не против них. Хотите болтать — болтайте, — ответил волшебник.             — Неужели тебя правда не интересует ничего приземленное? — на это Реддл ничего не ответил, поэтому Алиса приняла решение присоединится к группе волшебников, чью компанию находила в данный момент более привлекательной — Ааран и Селена.

***

      В голове Тома не укладывалось, как все могут так беспечно проводить время, когда следует думать о великом будущем. Человек, который будет тратить время на забавы, никогда не сможет приступить к большим свершениям. Реддл был точно уверен, что если просто пропустит период беспечной молодости, отдавая всего себя самосовершенствованию, его будет не остановить. В чем смысл хотеть добиться успехов, если ты не готов прилагать усилия и чем-то жертвовать? Для Тома жертва была невелика — друзья, подростковые интриги и радости.       Возможно, ему казалось, что он платит меньшей кровью за возможность реализации своих целей, только потому, что он и не успел распробовать вкус юности. Впереди него еще много лет до того момента, пока он сможет считаться полностью взрослым человеком, но он уже решил, что потратит это время с пользой. Иногда где-то на подкорке у Тома возникали мысли, что на самом деле это не ему все равно на мирские радости — это он убедил себя, что ему все равно. Иногда он задумывался, что человек, которому действительно не в радость тратить силы и время на друзей, на развлечения, не стал бы так сильно воздерживаться от всего перечисленного. Воздержание такому человеку было бы просто без надобности. В моменты слабости (а по-другому он не мог назвать это), ему становилось любопытно, какого это иметь друзей, с которыми тебе просто интересно и весело. Но в те же моменты он понимал, что не совсем способен на такое.       Тому с его амбициями было тяжело найти волшебника, которому он готов открыться и которого готов назвать другом. Каждый раз молодой слизеринец приходил к выводу, что даже если ему хочется хотя бы на секунду погрузиться в то, что он так привык называть ничтожной слабостью, он просто не может позволить себе этого. Самыми неприятными мыслями были те, которые включали в себя его неспособность что-то сделать. Реддл считал себя всемогущим. Но в вопросах дружбы и любви он всегда оказывался менее осведомленным, чем свои сверстники, или даже ребята помладше. Может ему легче отгородиться от всего, чем пытаться научиться быть таким, как все?       Таким, как все, — Том сморщился, прокручивая эту фразу в голове. Он точно не такой, как все. И это не ему нужно пытаться подстроиться под общество — это общество должно подстроиться под него. И если оно будет не в состоянии следовать его стандартам, он заставит и подчинит.       Реддл прошелся взглядом по всей компании волшебников и остановился на Алисе. Ее присутствие здесь вызывало у него множество вопросов. Как и ее магическая сила. Она легко училась новым заклинаниям, могла с первого раза повторить сложнейшие приемы, вроде того, когда она с первого раза бросила в него снежком с помощью «опуньо». Но также она была грязнокровкой — тем, что он поклялся поставить на свое место. В статусе крови Джонсон Том не сомневался. Он еще давно прочесал всю родословную когтевранки, насколько это позволяли документы в приюте и его обширные знания о чистокровных семьях. Ей было не место среди них, но она все равно почему-то здесь. И почему-то все вокруг забывают, что в ее фамильном древе нет ничего особенного.       От Лестрейнджа особой внимательности к статусе крови Том и не ждал — Ааран всегда казался ему немного странноватым. Но почему Абраксас и Лори также спокойно общаются с Джонсон, и на их лицах не видно привычного пренебрежения? С отвращением Реддл осознал, что и он сам не против компании когтевранки. Ее присутствие часто забавляет его, но порой все выходит за рамки обыкновенной «забавы», и он находит себя в поисках ее общества.       Не хватало ему забот о планировании будущего, как в голове все чаще начинает появляться Алиса. Та самая Алиса, с которой он рос в одном приюте и на которую не обращал никакого внимания вплоть до момента, как она не принесла ему это письмо из Хогвартса три года назад! С каких пор его голову занимает что-то кроме амбиций и целей?       Во времена, когда его никто не видит и не слышит, когда в подземелье Слизерина все спят, Реддл любил уединиться в гостиной и вспоминать их редкие беседы. Том не понимал, что он пытается выцепить из этих воспоминаний, но мысли приносили ему короткие минуты спокойствия, словно исцеляли от какой-то неведомой болезни, поэтому он продолжал окунаться в этот омут до тех пор, пока спокойствие не сменялось раздражением почти доходящим до бешенства. Тратить время на такую ерунду, Мерлин! Тогда он вскакивал с дивана в гостиной и семимильными шагами доходил до спальни, надеясь поскорее уснуть, лишь бы избежать наваждения в форме Алисы. И не дай Мордред кто-то начнет подозревать его в этих мыслях.

***      

      Пусть наконец-то подошел к концу и волшебники вышли на утес, с которого можно было наблюдать бескрайние водные дали. Прохладный ветер трепал их волосы и одежду, отгоняя удушающую жару, трава щекотала щиколотки.       Алису пленил вид скал, бушующие волны и пляж, который по словам Абраксаса был не для туристов, потому что купаться там никому не советовалось. Вода никогда не прогревалась достаточно для того, чтобы насладиться купанием — только если целью отдыха в воде не являлась закалка.       Как и ожидалось, Том вывел всех не для милой прогулки и любования пейзажами, он собирался посвятить всех в искусство дуэлей. Джонсон казалось, что от раздражения у нее повалит пар из ушей. Неужели нельзя хотя бы на час просто насладиться природой и каникулами? И хотя опыт дуэлянства представлялся когтевранке заманчивым, в данный момент она хотела лишь лечь на высокую траву, закрыть глаза, и позволить ветру и солнечным лучам продолжать ласкать ее лицо.       Спустя пару часов тренировок почти все устали и вновь проголодались. Пару раз прокатившись по земле и вспотев, как квиддичные ловцы, у всех было лишь одно желание — помыться и поесть. К счастью, Реддл находился в хорошем расположении духа, поэтому с его легкой руки, большая часть волшебников отправилась домой.       Джонсон решила задержаться на утесе, надеясь хотя бы в одиночестве насладиться видами. Селена, вымученная своим партнером по дуэли неугомонным Аараном, который без остановки отправлял в ее сторону сотни заклятий, отказалась от перспективы полежать под солнцем, и в первых рядах умчалась домой, обгоняя того же Лестрейнджа, который не менее других грезил об отдыхе. Абраксас, стоявший в паре в Ремом, спокойно вышагивал, сильно отставая от Аарана и Селены, братья Селвин в шутку толкались и грозились отправить друг друга в полет с утеса, а Эйвери широко улыбался, трижды победив Ромула в бою.       Алиса, которой посчастливилось оказаться в паре с Томом, стала объектом демонстрации. Именно на ней Реддл показывал остальным, как правильно учавствовать в дуэлях. И хотя его заклятья не несли в себе ничего смертоносного, все равно приятного мало. Особенно когда единственное, что ты успеваешь сделать в течение всей дуэли это ставить щиты, убирать щиты, и в перерывах переводить дух. Пару раз Джонсон пальнула в сторону Реддла что-то совсем безобидное, но тот с невероятной скоростью отразил удар, поэтому в остальное время Алиса даже не пыталась — ее тактикой была исключительно защита.       И именно Том решил остаться с ней на утесе. В его умении наслаждаться прекрасным когтевранка не сомневалась — стоит вспомнить то, с каким восхищением волшебник смотрит на Хогвартс и его окраины. Но и в его желание просто посидеть на траве и посмотреть на скалы, в которых (в отличие от школы) не было ничего волшебного, тоже верилось с трудом.                    — Ты мне не дал ни единого шанса потренироваться в дуэлях, — тишина в обществе Реддла немного давила и разрушала идиллию природы, которой Алиса так жаждала насладиться.             — Ты просто отвратительна в дуэлях, вот и все, — пожал плечами Том. В отличие от Джонсон он не лег на траву а продолжал стоять, засунув руки в карманы брюк.             — Потому что не каждый рождается с исключительными талантами, Том, — нахмурилась волшебница.             — Но каждый может в себе их развить, — парировал Реддл, рассматривая лицо Алисы.             — Как я могу развить в себе талант, если единственное, что я успеваю сделать это ставить щиты?                    — Ты должна была радоваться, что с тобой сражался я. Так ты быстрее освоишь навык сражений. Абраксас, например, совсем ничему за сегодня не научился, потому что был с Ремом, чья реакция оставляет желать лучшего. Сегодня ты ставила только щиты, а завтра будешь успевать между установкой щита проклясть меня.             — Если бы, — Алиса привстала опираясь на локти. Вдалеке она заметила на одной из скал, почти у самого ее подножия, хижину, — что это?             — Чей-то дом, стоит полагать, — всмотревшись в даль, ответил Реддл, которого мало интересовала чья-то хибара. Джонсон резко подорвалась и побежала в сторону той скалы, которую подпирал этот дом, — эй, стой! Ты куда?       Инстинктивно ноги понесли Тома вслед за Алисой.             — Я хочу посмотреть, что это за дом! — перекрикивая ветер и придерживая шляпу на голове, ответила волшебница.       Смотря со скалы вниз на хижину, Джонсон только сейчас задумалась над тем, что она не имеет ни малейшего понятия, как спуститься. Сзади нее послышалось тяжелое дыхание, и волшебница обернулась только чтобы увидеть запыхавшегося Реддла, который, облокотив ладони о колени, пытался отдышаться.                          — Ты такой не спортивный, — поддела Алиса, на что получила холодный взгляд от Тома, — не смотри так, я вообще не просила меня догонять.             — Не хочется, чтобы потом твое бездыханное тело нашли где-то в ущелье.             — Скорее такой исход возможен только если ты рядом, — улыбнулась Алиса, а потом опять посмотрела вниз, — я не наблюдаю тут никакого более-менее безопасного спуска.                    Реддл подошел ближе и сразу заприметил узкую лестницу, припорошенную песком и ведущую прямо к дому. Надеясь, что Алиса ее не заметит, и они отправятся домой, Том попытался отвести ее от края скалы, но взгляд Джонсон уже успел скользнуть по этой треклятой лестнице.             — О! Вот же спуск, идем.       Бежать по шатким ступеням, наполовину усыпанным песком, было страшно. Нога так и норовила соскользнуть, а падать пришлось бы долго и больно. Но, к счастью, спуск спустя несколько минут был позади, и теперь в лицо ударил морской бриз, пытаясь сорвать с головы шляпу, которую Алиса упорно прижимала к голове, опасаясь остаться без головного убора под солнцепеком.       Хижина оказалась совсем не хижиной, а довольно приятным на вид домиком небольших размеров. Отделанный сайдингом фасад дома когда-то, должно быть, был белым, но время окрасило наружную часть здания в желтоватый оттенок. Маленькое крыльцо было усыпано песком и по краям обросло травой, бледно-голубая крыша, на которой виднелось окно с чердака, также заметно истратила краски со временем. Это было одноэтажное здание, в котором, как можно было предположить до этого, не жил никто уже давно.                    — Дом может быть окружен защитой, — предупредил Реддл, которого это здание занимало меньше всего. Волшебник оглядывался по сторонам, надеясь найти что-нибудь поинтереснее, чем всеми забытое жилище.             — Это же не объект государственной важности, Том, — закатила глаза Алиса, — более того, я уверена, что тут жили не волшебники, а маглы.       Слизеринец лишь пожал плечами.                    И опять он не успел вовремя остановить Джонсон, когда та взлетела по ступенькам крыльца и открыла дверь. Внутри пахло сыростью и плесенью, отчего волшебница закашляла.       Тут не было ничего — только отдельные детали могли подсказать, для чего предназначалось каждое помещение. Где-то стоял отсыревший и пожелтевший протертый диван — тут была гостиная. Кухня легко нашлась по столешницам и старой плите, а спальня была вовсе пустой. В ванную комнату Алиса решила не заходить, опасаясь найти какую-нибудь живность. Том вовсе не стал входить в дом — только выглядывал с порога, пытаясь на слух отслеживать перемещения Джонсон.             — Ничего интересного, — спокойно сказала она, выходя из здания и захлопывая за собой дверь так, что с карнизов посыпался песок.             — Это же не объект государственной важности, — передразнил Том, — что ты хотела там найти?             — Не знаю, — она пожала плечами в ответ, — может, какой-нибудь тайник.             — Ага, с сотней галлеонов, — хмыкнул Реддл.             — Тебя тут вообще быть не должно было, — подметила волшебница, направляясь к лестнице.             — Я сам решаю, где я должен быть, а где нет.       Возвращались домой они сначала в полной тишине. Алиса вспоминала домик у пролива, странное желание навестить его еще раз поселилось в ее душе.             — Я бы хотела туда еще вернутся, — нарушила тишину Джонсон.             — Зачем? Развалина да и только, — нахмурился слизеринец.             — Может, я смогу со временем облагородить это место, я бы хотела жить там, где можно вечно наблюдать за волнами.             — Чушь. Да и к тому же, может это чья-то собственность.             — Значит, нужно лучше следить за своей собственностью, — сложила руки на груди Алиса, — я не думаю, что этот дом кому-то принадлежит. И вообще, мне кажется провести тут старость одна из лучших наград за прожитую жизнь.             — Это для тех, кто собирается умирать, — закатил глаза Том и убрал руки в карманы.             — Прости, забыла о твоих взглядах на бессмертие, — улыбнулась Алиса как-то совсем не по-злому.       И ее улыбка на секунду заставила Реддла усомниться. Может, теперь он тоже хочет вернуться в дом на берегу.