Часть 6

Хикару:        Я потёр глаза. Шишка на указательном пальце зудела так, что хотелось содрать кожу. С каждым часом она будто становилась больше и больнее. Я чесал пальцы, уткнувшись в монитор, и старался не думать о том, что это может быть. Аллергия? Нервы? Какая-нибудь зараза?       Но больше всего меня бесила балка. Несущая балка в проекте, которую я никак не мог поставить правильно. Она пересекалась с вентиляционной шахтой, и что бы я ни делал, цифры не сходились. Я пересчитывал уже в пятый раз, но всё равно выходила какая-то ерунда. Араи, как назло, разговаривал с клиентом, оживлённо жестикулируя, и я не мог к нему подойти. А поднимать глаза на Кирисиму... Да я скорее застрелюсь, чем попрошу его о помощи. После того, что было утром – точно нет. Он опять к чему-нибудь придерётся, и я точно расплачусь.       Я снова потёр глаза, сильно надавливая, и когда открыл их, рядом с моим столом стоял Кирисима. Я внутренне сжался. Что на этот раз? Слишком громко дышу? Слишком широко зевнул? Не так держу ручку? Но он ничего не сказал. Просто наклонился к монитору, взял мышку и начал что-то щёлкать. Я замер, боясь пошевелиться. Его рука была в нескольких сантиметрах от моей. Я чувствовал запах его духов. Какой-то горький шоколад с ежевикой и чем-то мятным. Странное сочетание.        Он исправлял мою ошибку. Молча, без комментариев. Я украдкой следил за его действиями, но так и не поднял на него взгляда. Он закончил, выпрямился и ушёл. Так же молча. Я тоже промолчал. Даже «спасибо» не сказал. Где-то внутри меня царапнуло: спасибо, конечно, но Араи бы не просто исправил. Он бы объяснил, в чём была проблема. А Кирисима просто сделал и ушёл. Я снова уставился в монитор, пытаясь понять, что он там нажимал. Но, как обычно, ничего не запомнил.       День в целом проходил довольно спокойно. Руководитель вроде бы не цеплялся – после утреннего шнурка он вообще делал вид, что меня не существует. Но я всё равно то и дело отрывался от монитора и прокручивал в голове его выходку. Как он просто подошёл, молча исправил ошибку и ушёл. Как он вообще понял, что мне нужна помощь? Он что, следил за мной? Или это случайность? И что это вообще было? Очередной способ напомнить, что я ни на что не способен?       На часах было 13:11, и Араи встал с места.       — Хикару, идём на обед.       Я уже привстал, попутно сохраняя проект, и вдруг заметил, что Араи направился к Кирисиме. Я замер. Он его тоже зовёт? Нет. Нет-нет-нет. С Кирисимой я точно не пойду. Я тут же сел обратно, вжавшись в кресло, и молился, чтобы Араи передумал.       — Ну ты идёшь? — раздалось через весь опенспейс.       Я испуганно выглянул из-за перегородки. Кирисима стоял рядом с Араи. Его лицо было абсолютно нечитаемым – ни злости, ни интереса, ни чего-либо ещё. Как это понимать? Зачем Араи тащит его с собой? После того, что было утром? Я жалобно взглянул на Араи, надеясь, что он поймёт меня без слов. Но он уже шёл ко мне.       — Идём, тебе надо поесть. Вон какой худой.       Я опустил взгляд. Я не знал, как отказаться. Араи наклонился ближе:       — Ты из-за него не хочешь идти?       Я украдкой бросил взгляд на Кирисиму. Он смотрел на меня. Я коротко кивнул.       Араи вздохнул:       — Я не собирался его звать, он сам захотел. Хочешь, он не пойдёт с нами?       Сам захотел? Кирисима? Снова унизить меня решил? Или что на уме у этого маньяка? Я отрицательно мотнул головой. Прогонять человека из-за меня? Нет, спасибо. Чтобы он потом ещё сильнее на меня взъелся? Чтобы припомнил это завтра, когда Араи не будет рядом? Нет уж. Лучше перетерпеть.       Араи заговорщически прошептал:       — Тогда пошли. Не бойся, если что – я заступлюсь за тебя.       Я закусил губу. Он был слишком настойчивым. Я не знал, как ему отказать. Пришлось идти. Я встал, чувствуя, как колени подкашиваются, и поплёлся за Араи. Кирисима двинулся следом. И всю дорогу до столовой я чувствовал его взгляд у себя на затылке. Кирисима:        Араи встал и, как ни в чём не бывало, направился к Хикару.       — Хикару, идём на обед.       Я увидел, как мальчишка тут же привстал, даже не раздумывая. Просто отложил мышь, начал сохранять проект – и всё, готов идти. С Араи он всегда шёл без колебаний. Без этих затравленных взглядов, которыми он одаривал меня.       Я не мог оставить их одних. Я тоже встал. Араи, заметив это, удивлённо приподнял брови:       — Тоже идёшь?       Я размял шею, стараясь выглядеть как можно более равнодушным. На самом деле мне совсем не хотелось есть. Но так я хотя бы смогу проконтролировать, о чём они будут говорить.       — Да, проголодался.       Араи сощурился и в своей обычной шутливой манере бросил:       — Смотри мне, обидишь цыплёнка – больше не пойдёшь с нами.       Я фыркнул. Субординация? Нет, Араи о таком никогда не думал.       Хикару, заметив, что я иду с ними, тут же сел обратно. Я видел, как он вжался в кресло, как его пальцы вцепились в подлокотники. Что, хотел рассказать Араи о том, что узнал обо мне? Хотел выложить всё за обедом, пока я не слышу? Я помешаю вам? Вот и правильно. Я не дам вам остаться наедине.       Араи уже стоял у его стола, наклонившись ближе, и что-то тихо говорил. Хикару бросил на меня быстрый, испуганный взгляд, и тут же отвёл глаза. Я не услышал, о чём они шептались, но мне хватило этого взгляда. Он боялся меня. И это было хорошо. Пока он боится – он не расскажет.       Я шёл за ними, вслушиваясь в разговор. Никаких намёков на мои увлечения. Ни слова про клуб, про ту ночь, про Минсу. Пока всё тихо. Хорошо.       Мы сели за столик. Хикару тут же пристроился рядом с Араи, напротив меня. Ближе к нему, подальше от меня. Он опустил взгляд, уставился в стол, как будто там было что-то невероятно интересное. Араи отошёл помыть руки, и мы остались вдвоём.       — Извини, что накричал утром, — произнёс я ровным голосом, даже не пытаясь изобразить искренность. — Я был не в настроении.       Он поднял на меня глаза. Впервые за эти дни. Я даже на мгновение залип – забыл, какие они у него. Огромные, карие, с этим вечным испугом. Давно он не смотрел на меня так.       — Что вы, всё в порядке... — замямлил он, и я приподнял бровь.       — В порядке? Поэтому ты не хотел со мной идти?       Он сжался и снова опустил взгляд.       — Я просто...       — Хотел рассказать ему всё? — перебил я.       Он снова посмотрел на меня.       — Что?..       Я начинал злиться. Он строил из себя дурачка.       — Хочешь сказать, это не ты ужинал с нами в субботу?       — Я...       Договорить он не успел, потому что вернулся Араи. Плюхнулся на стул, поставил на стол тарелки с едой и тут же воскликнул:       — Ой, Хикару, сходи за кофе, — он протянул ему свою карту.       Мальчишка уже поднёс ложку ко рту и замер. Было видно, что он не хочет. Но он молча взял карту и встал. Так сложно отказать, что ли? Я хмыкнул:       — Мне тоже купи. Чёрный, без сахара.       Он замер на секунду, переваривая.       — А мне с четырьмя кубиками сахара! — добавил Араи.       Хикару замялся, но всё же кивнул и пошёл. Я проводил его взглядом. Зачем ты идёшь, если не хочешь? Странный парень. Мне даже кофе не нужно было. Я просто хотел проверить: откажет он мне или нет? Хотя бы в такой мелочи? Но нет. Я откинулся на спинку стула и задумался. Он не умеет отказывать?  Хикару:        Я купил кофе, хотя сам был голоден так, что готов был сожрать всю столовую. Но пришлось стоять в очереди, ждать, пока бариста сварит этот чёртов чёрный без сахара, а потом ещё и второй – с четырьмя кубиками, как любит Араи. Когда я наконец вернулся к столику, мой суп уже остыл. Я расстроенно уставился в тарелку. Есть холодный суп было совсем не вкусно. А Кирисима даже не притронулся к своему кофе. Просто поставил кружку рядом и забыл о ней. Зачем тогда просил? Поиздеваться надо мной? Я злился про себя, но, конечно, ничего не сказал.       После этого обеда всё как будто пошло наперекосяк. Коллеги словно сговорились. Один попросил отнести документы в бухгалтерию – «тебе же всё равно по пути». Мне было совсем не по пути, я просто шёл в туалет. Но отказать было неудобно. Ладно, мне же не сложно? Правда ведь?        В туалет с папкой идти как-то не очень, и я направился первым делом в бухгалтерию. Простоял в очереди, а потом ещё подождал, пока бухгалтер допьёт свой чай. Она не отпускала меня до тех пор, пока не просмотрела все документы. Я честно чуть не обоссался. Вылетел из бухгалтерии и метнулся в туалет, по пути чуть не сбив Араи. Тот удивлённо проследил за мной взглядом. Когда я вышел, он всё ещё стоял в коридоре, улыбаясь.       — Ты чего тут летаешь?       Я смущённо улыбнулся в ответ. Не говорить же ему, что ещё чуть-чуть – и я бы намочил штаны? Мне даже думать об этом стыдно.       Араи взглянул в телефон и вдруг спросил:       — А ты сейчас куда?       — В офис, — я пожал плечами. А куда мне ещё идти?       — А... ты не куришь?       Я отрицательно помотал головой.       — Жаль, — вздохнул Араи. — Сигареты закончились, даже стрельнуть не у кого.       Я смотрел на него. Он типо просит, чтобы я сходил в магазин за сигаретами? Ладно, для Араи не жалко. Он столько раз мне помогал.       — Вам купить сигареты? — спросил я.       Араи засиял:       — Было бы супер! Буду должен тебе!       Я начал отнекиваться – я и так задолжал ему ужин за всю его помощь. Но он уже сунул мне карту и подтолкнул к выходу. Я взял её и на минуту заглянул в офис, чтобы схватить куртку с вешалки. Кирисима тут же поднял голову.       — Ты куда?       Я замер.  Кирисима:       — Ты куда? — спросил я, глядя на Хикару, который уже натягивал куртку.       — Мне... в магазин надо, — пробормотал он, не поднимая глаз. — Араи-сси попросил сигареты купить…        Я сжал челюсти, но сдержался.       — Быстрее только, — бросил я и отвернулся к монитору. Он вылетел из опенспейса, а я проводил его взглядом и встал. Араи как раз наливал себе кофе у автомата, кусая ноготь и что-то высматривая в телефоне.       — Ты его за сигаретами послал? — спросил я в лоб, подходя.       — Ага, — легко ответил Араи, не отрываясь от экрана. — Нервняк сегодня такой, всю пачку выкурил.       — А ты спросил, не против он?       Араи наконец поднял на меня глаза:       — Спросил? Да он сам предложил. Я просто сказал, что сиги закончились, а он уже вызвался.       Чего? Мало того, что он не умеет отказывать людям, так ещё и сам предлагает? Вместо работы бегает по магазинам, покупает всем сигареты, выполняет чужие поручения. Я раздражённо цокнул и пошёл на своё место. Это уже не просто неумение отказывать. Это что-то другое, что-то гораздо более запущенное.       Хикару прибежал через десять минут, запыханный, красный, в расстёгнутой куртке. Араи радостно взял пачку и тут же спросил:       — А чё так долго?       — Мне не хотели продавать... — выдохнул Хикару, всё ещё пытаясь отдышаться. — Сказали, что не верят, что мне есть двадцать.       Араи заржал, хлопнул его по плечу и поблагодарил. Хикару слабо улыбнулся в ответ и поплёлся к своему столу. А я сидел и стучал ластиком от карандаша по столу, уставившись в одну точку. Какой же странный мальчишка.  Хикару:        Палец зудел, и шишка, кажется, стала ещё больше. Я уже прятал руку в кармане, когда ходил по офису. Выглядело это глупо, но показывать всем свою красную, воспалённую руку было ещё глупее. Может, это всё-таки аллергия? Или какой-то дерматит? Надо бы сходить к врачу, но когда? У меня ни минуты свободной нет.       Руководитель почему-то сверлил меня взглядом. Из-за того, что я ушёл посреди рабочего дня в магазин? Или я что-то забыл сделать? Может, скоро дедлайн, а я забыл?! Я быстро глянул в календарь, и внутри всё оборвалось. Завтра сдача проекта. А он у меня едва готов. Я выругался про себя и вцепился в мышку. Чтоб закончить этот проект, потребуется ещё минимум часов десять. До конца рабочего дня оставалось четыре. Опять придётся задержаться.       Я мысленно смирился с этим и встал, чтобы сходить к кофемашине. Нужен был чай. На этот раз крепкий и чёрный. Хоть немного кофеина, чтобы не уснуть прямо за проектом.       Проходя мимо стола Кирисимы, я надеялся проскользнуть незамеченным, но не вышло.       — Помнишь, что завтра презентация? — раздался его голос.       Я сжал губы. Конечно, помню. Вот только пару минут назад вспомнил, спасибо, что напомнили! Я молча кивнул.       — Успеваешь? Сдай до семи, чтобы я успел проверить. Я не собираюсь сегодня задерживаться.       Я поджал губы. До семи. Чёрт возьми.       — Хорошо, — тихо ответил я и уже собрался уходить, но он снова остановил:       — Раз успеваешь – разбери эти документы.       Он протянул мне толстую папку с чертежами. Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё сжимается. Он издевается надо мной?? Кирисима:        Я смотрел на него, не отводя взгляда. Ну же. Просто скажи «нет». Это ведь так просто. Всего одно слово.       — Я не заставляю, — произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Если не успеваешь, я попрошу другого.       Он поджал свои искусанные губы и взял папку. Просто взял и пошёл к столу. Даже не попытался возразить.       Ха. Интересно. Ему правда настолько сложно сказать «нет»? Я откинулся на спинку кресла и задумался. Это ведь ненормально. Это даже не корейская субординация – это что-то гораздо хуже.       Мне даже жалко его стало. Сидит, сгорбившись, щёлкает мышкой с такой скоростью, будто от этого зависит его жизнь. Папка, которую я дал, так и лежит на краю стола нетронутой. Пф. Успевает он, как же.        Я прохрустел шеей и бросил взгляд на часы. Ровно семь. Директора сегодня не было, поэтому все спокойно разбрелись. Араи так вообще сбежал ещё часов в пять, я уже не удивляюсь.        Я встал и подошёл к Хикару. Едва он услышал мои шаги, тут же напрягся. Плечи сжались, пальцы замерли над клавиатурой. Он поднял на меня глаза.       — Простите, мне нужно ещё немного времени... — начал он бубнить, и я склонился к экрану, не отвечая.       Надо же. Он действительно почти закончил. Расчёты верные, сетка ровная, ошибок нет. Я думал, он опять накосячил, а он и правда работал весь день. Молча, не жалуясь, с этой дурацкой папкой, которую я ему подкинул просто чтобы проверить. Я взял чужой стул, притянул к его столу и сел рядом. Хикару:       Кирисима молча притянул к моему столу чужой стул и сел рядом. Я замер. Ну все. Сейчас он опять начнёт кричать. Скажет, что я подставляю его, что завтра он сам будет разгребать мои ошибки, что я бездарь и никчёмный стажёр. Я приготовился к худшему, но он просто открыл мой проект и начал проверять. Листал чертежи, проверял коэффициенты и сетку. И судя по его лицу, ошибок вроде бы не было.       Он повернулся ко мне. Так близко, что я почувствовал его дыхание на своей щеке. Кожа покрылась мурашками, сердце забилось быстрее. Страшно. Его хриплый, тихий голос прозвучал прямо над ухом:       — Завтра презентуешь сам?       Я сглотнул. Что? Презентовать? Самому?! Перед всеми? Я испуганно поднял на него глаза.       — Что?       — Сам сможешь презентовать проект завтра? — повторил он, и я уставился на него, не веря своим ушам. — Я помогу тебе закончить его.              Он предлагает помочь мне закончить проект сегодня, если завтра я сам выступлю с ним? Я смотрел на него и не мог понять: это проверка? Ловушка? Или он правда в меня верит? Кирисима:       Я сидел и ждал ответа. Ну вот, хотя бы сейчас ты сможешь сказать «нет»? Ну же. Дай себе волю. Дай себе право. Всего одно слово. Но Хикару мялся. Его пальцы теребили край рубашки, и тер указательный – красный, воспалённый. Я заметил это ещё утром, но сейчас это было особенно заметно. Он чесал его весь день, и я не мог этого не видеть.       — Я не знаю... — прошептал мальчишка, опуская взгляд.       — Я не заставляю. Я спрашиваю: сможешь или нет? Просто ответь «да» или «нет».       Он молчал. Долго. Я уже начинал раздражаться. Неужели это настолько сложно? Три буквы. Всего три буквы.       — Я попробую... — наконец выдавил он, раздирая пальцы в кровь.       Кто бы сомневался. Ты не можешь отказаться. Вообще. Даже в такой ситуации.       — Только мне надо будет порепетировать...       Я встал:       — Хорошо, идём.       Он поднял на меня свои огромные карие глаза, и я сжал кулаки. Ну хватит. Хватит так смотреть. Это пиздец возбуждает. Я заставил себя дышать ровно.       — Порепетируешь передо мной, — произнёс я, ожидая, пока он встанет.       Он смотрел на меня таким взглядом, будто я вёл его на расстрел. Глаза размером с блюдца – примерно так это выглядело. Он продолжал драть свои несчастные пальцы и не двигался с места.       — Идём или нет? — спросил я, уже зная ответ.       Ты не скажешь «нет». Словно эти три буквы для тебя под запретом. Словно вся твоя жизнь – это бесконечное «да», которое ты раздаёшь всем подряд. Это злило меня.        Хикару все же встал и поплёлся за мной, будто я сейчас буду его насиловать. Хотя я был бы не против...        Мы вошли в переговорную, и я вставил флешку в компьютер. Экран на стене засветился, открывая его проект. Сам не знаю, зачем я всё это делаю. Стажёры вообще не обязаны презентовать проекты. И не обязаны оставаться допоздна. Но этот стажёр остаётся. И сейчас, кажется, будет презентовать свой проект. Передо мной. В пустой переговорной. В этой темноте.       Мальчишка мялся у доски, и я заметил, как край его свитера испачкался в крови. Боже, что ж ты дерешь свои пальцы?        — Начинай, Хикару, — произнёс я, и голос прозвучал хрипло. Я правда старался, чтобы он звучал мягче. Но, кажется, не вышло. Наверное, потому что мы были совсем одни в тёмном помещении, и меня это чертовски заводило. Но Хикару боялся. Он нервничал. Я видел, как дрожат его руки, как он переступает с ноги на ногу, как кусает губы.       Я хотел поддержать его, но не умел. Все мои слова поддержки сейчас прозвучали бы странно – я ведь мог хвалить только партнёров по сексу. «Ты хороший мальчик, если справишься – получишь награду»? Нет, это слишком. Хотя идея, кстати, неплохая. Я сидел в тени, и он не видел, куда я смотрю. А я смотрел на него. На его лицо, освещённое только светом монитора. На его губы. На его дрожащие пальцы.       — Если ты сможешь презентовать проект сам, — тихо произнёс я, — ты будешь первым стажёром, кто это сделал. Тебя сразу возьмут на работу. Хикару:       Эти слова будто переключили что-то у меня в голове. Первый стажёр? До меня никто так не делал? Возьмут на работу? Я смотрел на Кирисиму, но видел только его силуэт в темноте. Его голос звучал иначе, не холодно, не презрительно, как обычно. Хрипло и... странно. Как будто он правда хотел, чтобы у меня получилось..?        Кирисима перестанет обращаться со мной как с ничтожеством? Если меня возьмут на работу, он больше не сможет кричать на меня просто так? Я смогу работать спокойно, без этого вечного страха? Я сглотнул. Он сказал, что я буду первым. Что меня возьмут. Что я справлюсь. Я не знал, правда ли это. Но в его голосе, в том, как он это сказал, было что-то, чего я никогда раньше не слышал. Может быть, надежда. А может, просто усталость. Но я вдруг понял, что хочу попробовать.       Я стоял перед экраном и чувствовал, как дрожат колени. В переговорной было темно, только свет от монитора падал на моё лицо. Кирисима сидел где-то в тени молча, и это пугало. Но я начал. Сначала голос срывался, я заикался, забывал слова. Но потом, сам не знаю как, втянулся. Просто представил, что рассказываю Араи. Или маме. Или кому-то, кто не осудит. Я говорил про проект, про расчёты, про фасад и материалы, и где-то на середине понял, что Кирисима действительно меня слушает…        Когда я закончил, в переговорной повисла тишина. А потом раздался его голос, хриплый, низкий:       — Умница.       Я замер. Он сказал «умница»? Мне? Это слово прозвучало так странно, так неожиданно, что я даже не сразу понял, что это похвала. Кирисима никогда меня не хвалил. Никогда. А тут – «умница». Его голос был хриплым, будто он сам волновался. Или устал. Или... я не знаю. Но в этом слове было что-то, от чего у меня внутри всё перевернулось.       Он выключил компьютер и встал. Я стоял у доски, всё ещё не веря, что справился. Сердце колотилось от адреналина, губы были искусаны в кровь, но я, кажется, был счастлив. Я смог. Пусть только перед ним. Но смог же.       — Постарайся не опаздывать завтра, — произнёс Кирисима, надевая пальто. — Если завтра справишься так же, как сейчас, – уйдёшь домой сразу после презентации. Я договорюсь с директором.       Я не понял.       — Зачем?       — В больницу сходи, — равнодушно бросил он, кивнув на мою руку. — Пальцы в кровь разодрал.       Я опустил взгляд. Пальцы были красные, воспалённые, покрытые коркой засохшей крови. Я же вроде прятал их весь день. Как он заметил?       Я натянул куртку. Кирисима стоял у двери и, кажется, ждал меня. Мы вышли вместе. В лифте он вдруг добавил:       — Сходи к дерматологу. Это может быть опасно.       — Это просто от стресса, — отмахнулся я, не подумав.       Он взглянул на меня искоса. Сверху вниз. Такой высокий, статный, что я рядом с ним чувствовал себя букашкой.       — Сильно нервничаешь?       — Устаю просто...       — Не справляешься с объёмом?       — Просто... привыкнуть нужно...       — Ясно, — коротко ответил он, когда мы вышли на улицу.       Я поклонился, попрощался и пошёл в сторону станции. В голове крутились мысли: он заметил мои пальцы. Он ждал меня, чтоб уйти вместе. Он похвалил меня. Что это вообще было? Кирисима:       Я сидел в тени и смотрел на него. Он стоял у экрана, освещённый только холодным светом монитора, и дрожал. От страха. От волнения. От того, что я заставил его делать то, чего он никогда не делал. И он делал. Заикался, запинался, терял мысль, но всё равно продолжал. Его голос срывался, а тонкие пальцы сжимали ручку так, что костяшки побелели. Я видел это. Видел, как он старается. Как борется с собой.       И меня это возбуждало.       Не просто его страх, хотя и он тоже. Меня возбуждало то, что он здесь. Со мной. В пустой переговорной, в темноте, где нет никого, кроме нас двоих. Что он делает это ради меня. Что он так отчаянно хочет заслужить моё одобрение, что готов переступать через себя. Я чувствовал, как внутри разгорается что-то тёмное, жадное. Я смотрел на его губы – искусанные, красные, – и думал о том, как они смотрелись бы на моём члене. Как он смотрел бы на меня снизу вверх, заикаясь и краснея. Как я взял бы его за волосы и...       Он закончил. В переговорной повисла тишина. Я медленно выдохнул, чтобы голос не дрогнул.       — Умница, — произнёс я, и собственный голос показался мне чужим. Хриплым. Голодным. Надеюсь, он не заметил. Надеюсь, не понял, что со мной происходит. Я встал и выключил компьютер. На сегодня хватит. Иначе я за себя не ручаюсь.