День четвертый. Сценка восьмая. На всю жизнь воды напился

Это была не деревня. Выйдя из чащи, они оказались на пруду. Андрей и не помнил, что здесь такой был. Выходит, заплутали они серьёзно. Пруд был довольно большой, не сильно заросший даже. Над водой нависал густой туман, в котором красиво рассеивался лунный свет. А огоньки эти, что приманили их тёплым светом, россыпью мерцали вдоль берега. Светлячки, должно быть. Это было так завораживающе красиво, что Андрей даже забыл, что чуть не утонул в болоте, а потом они с Мишкой наглухо заблудились. — Красота, — восхищённо сказал, глядя на Миху. Тот кивнул, но как-то опасливо осматривался. — Как мы на пруд-то вышли? — спросил он, пока они медленно подходили к воде. — Да фиг знает, я уже не понимаю, где мы, — Андрей пожал плечами. Как-то ему спокойнее стало от созерцания такой прекрасной природы. Выберутся они как-нибудь. А здесь так волшебно, что можно и задержаться. Возле пруда как раз и переночуют. — Умыться можно, — сказал Миха, когда они подошли, и попробовал воду. — Слушай, тёплая. — Конечно, на солнце нагрелась за целый день. Мих, давай искупаемся, — у Андрея сразу глаза загорелись. Он на Мишу поглядел своим взглядом, подбивающим на очередную шалость. Да какая ж это шалость? Они все грязные, уставшие, им помыться сам Бог велел. Андрей стал снимать с себя одежду. Миха огляделся ещё раз и тоже решил раздеваться. Андрей с себя всё снял, стоял совершенно обнажённый под лунным светом в такую тёплую летнюю ночь. Ветра совсем не было, и потому было даже слегка душновато, поэтому окунуться в воду было во всех отношениях отличной идеей. — Ты чё, голый полезешь? — спросил Миха озадаченно, держась за резинку своих трусов. — Ну а чё? — Андрей задорно улыбнулся. Заметил, что Миха, кажись, засмущался. Нет, конечно, они знали, что в лесу много кто живёт, но что теперь, всех стесняться? Пускай завидуют, ему лично было плевать. Да и он совсем не понимал, чего может стесняться Миха. Для Андрея он был самым красивым и привлекательным в каждой детали. Не для него одного ведь — кикимора, например, тоже в восторге. — Ми-и-иш, — протянул он ласково, зазывая за собой, — пойдём. Тот сдался, вышагнул из трусов и пошёл вместе с Андреем в пруд. Так приятно и хорошо было окунуться, вода мягкой, нежной прохладой обволакивала всё тело, заставляя мышцы расслабляться. Андрей нырнул, смывая с лица и с волос болотную грязь. Он улыбался, лениво плескаясь в тёмной воде. Туман, перемешавшийся с серебристым лунным светом и золотистыми светлячками, добавлял романтического настроя. Андрей подплыл к умывшемуся Михе и прижался сзади, обхватывая руками торс и притираясь подбородком к плечу. Погладил вверх по груди и устроил ладонь на его шее. Миша откинул голову назад и приоткрыл рот, когда Андрей слегка сжал горло и большим пальцем погладил линию челюсти. Мише же такое нравится. А Андрею нравится то, что нравится Мише. Он не мог перестать улыбаться, всё казалось таким умиротворяющим и светлым, несмотря на то, что они заблудились ночью в лесу. Сейчас больше всего хотелось прижаться к Мишке и крепко поцеловать. Андрей повернул его к себе лицом за подбородок и вовлёк в поцелуй. Миха отвечал так, будто тоже соскучился, будто они давно не были вместе. Наверное, это всё из-за стресса, который им пришлось пережить. Ведь Андрей мог погибнуть. Он даже не до конца осознавал это, только помнил этот леденящий ужас, когда его стало затягивать в болото, и он потянулся к Мишке. Как они смотрели друг на друга, и Андрей не мог выдавить и слова, а просто крепко держался за Михину руку, веря, что он, по крайней мере, его не бросит. Сейчас было спокойно, просто хотелось вжаться друг в друга и не отпускать всю ночь. Миха уже повернулся всем телом и гладил Андрея по спине и шее, прочёсывал мокрые волосы на затылке. Они целовались под луной, улыбаясь друг другу в губы, и это была какая-то немыслимо прекрасная романтика, о которой Андрей даже не мечтал. Вдруг где-то позади послышался громкий всплеск. Они оторвались и повернулись на шум, всматриваясь во мглу. — Рыбы, что ли? — спросил Миха недоверчиво. — Да рыбы вроде спят. Всплеск раздался ещё ближе, и из тумана стали выплывать две светлые фигуры. Вместо того, чтобы попятиться назад, схватить Мишу за руку и бежать из пруда, Андрей, не отрываясь, смотрел, как они приближаются и приобретают очертания. Одна фигура оказалась прямо перед ним. Дева была прекрасна. Такой нежной, будто магической красоты Андрей никогда не встречал. Её тёмные длинные локоны красиво обрамляли точёное лицо с острыми скулами и пухлыми губами. Глаза её были тёмные и в ночи казались сами, как ночная гладь озера. Белая кожа почти светилась под луной. Девушка привстала из воды, и Андрей увидел её прекрасное тело: тонкие покатые плечи, упругая грудь с тёмными сосками и узкая талия. Рот сам собой раскрылся, пока Андрей заворожённо глядел на эту нимфу. Он заметил, что рядом с Мишей стояла ещё одна красавица — светловолосая, нежная, пышногрудая, такая же манящая своей волшебной красотой дева. Миша свою челюсть тоже благополучно утопил. Андрей ткнул его в бок, и только тогда они друг на друга посмотрели, обмениваясь немой реакцией, которая бы звучала примерно как «охуеть». Девушки тоже переглянулись и захихикали. Не успел Андрей моргнуть, как они нырнули в воду и выплыли теперь позади них. Они с Михой развернулись под звонкие смешки. — Мальчишки, чего здесь делаете? — спросила темноволосая нимфа, и голос её звучал самой сладкой песней. Андрею даже показалось, что у него закружилась голова, настолько он был пьянящий и сказочный. — Купаемся. А вы? — И мы, — захихикала светловолосая дева, подплыла к Мишке и тоненькими пальчиками погладила его ещё не до конца зажившую грудь. На секунду Андрею показалось, что между пальцев у неё были полупрозрачные перепонки, но моргнув, он их уже не увидел. — Кто тебя так? — Это… кот, который с дуба, — ответил Миха, следя заворожённо за её ласковыми прикосновениями. — Он такой злой, — поморщилась нимфа. — Бедняжка. Как вас зовут, мальчики? Они обе посмотрели на них, и глаза их будто бы сверкнули яркими огнями, на мгновение ослепляя. После этого Андрея снова охватила лёгкость бытия, и он не мог перестать улыбаться. Будто весь мир сошёлся здесь, в этом пруду, где были только они и эти прекрасные девушки. — Андрей, — ответил он, во все глаза на них таращась. — Миша, — представился, когда светловолосая девушка уже гладила его по скуле. Почему-то Андрею совсем не казалось это странным или неправильным. Не хотелось Мишу оттянуть или прогнать их, всё казалось таким прекрасным и необходимым, а каждое слово из уст прекрасных дев, каждое их прикосновение было самым лучшим подарком свыше. — Мишенька, — пропела она, подплывая к нему ближе и обнимая за широкие плечи. Будто приворожённый, Миха к ней нагнулся. Андрей почувствовал прохладные прикосновения к своей груди, к плечам, к шее. Он отвернулся от Миши и вернул взор на свою деву. Та плясала по его коже холодными тонкими пальцами. Да так приятны были её прикосновения, что Андрей почувствовал, как наливается тяжестью его мошонка, как весь он начинает подрагивать от возбуждения. — Андрюша, ты такой красавец, — ласково говорила она, прислонившись к его уху. Она поцеловала его в щёку, спускаясь рукой по торсу прямо туда, куда прилила его кровь. На секунду ему показалось, что это неправильно, ведь вот он, Миша, рядом. Он дёрнулся, скорее неосознанно, будто пытаясь вырваться, но руки девушки оказались неожиданно сильными, она сжала его плечо, заставляя смиренно застыть на месте. — Не бойся меня, Андрюша. Я хочу тебе приятное сделать, — сказала она с многообещающей улыбкой, и Андрей расслабился, как по команде. Её ладонь накрыла его вставший член, и он глухо простонал. Посмотрев на Мишу, он увидел, как вторая нимфа целует его вздымающуюся грудь, как облизывает возбуждённый сосок, проделывая те же самые характерные движения под водой. — Мих, — позвал его Андрей, пока девушка приятно сжимала его член в руке. — Хорошо, Дюш, да? — поглядел на него Миша полным эйфорией взглядом. Они оба, похоже, не до конца осознавали, что происходит, но не наслаждаться процессом просто не могли. — Вы же послушные мальчики, правда? — спросила нимфа со светлыми волосами. — Сделаете, что мы попросим? Они синхронно кивнули, не имея даже долю сомнений в том, что сделают, как они скажут. Девушки вновь заговорщически переглянулись. — Мишенька, поцелуй меня, — сказала девушка, приближаясь к его лицу. — А ты, Андрюша, смотри, — добавила та, что ласкала Андрея рукой. Она опустила ладонь ниже и сжала так, что Андрея скрутило судорогой от удовольствия. Он раскрыл рот в немом стоне, наблюдая, как в рот Миши залез юркий язык нимфы, как ласково она целовала его и как Миха ей неловко отвечал, немного небрежно, но от этого так горячо, что Андрея накрыла новая волна возбуждения. Его Миха стоял весь мокрый и блестящий под луной и по пояс в пруду, целовал её, прекрасную обнажённую блондинку с молочной кожей. А самого его трогала другая, та, что сейчас подплыла ещё ближе и слегка загородила обзор. Андрей переключил взгляд на неё: глаза её завораживающе сияли, словно те огоньки, которые их сюда привели. И сама она была такой бледной и нежной, как будто дым, который вот-вот рассеется. Красота её была необычная, но привлекательная. И её ладонь уверенно гладила Андрея там, где до этого момента его касался только Мишка. Это было сумасшедше странно, но почему-то будоражило всё нутро. — Не бойся, Андрюш, потрогай, — сказала она, улыбаясь, и положила его ладони себе на грудь. Андрей сначала замер — до того необычным было это ощущение упругих грудей в своих ладонях. До Михи он часто представлял, каково это — касаться их, мять, целовать. Да и с Михой они, бывало, это обсуждали. Но когда сошлись, то Андрей особо об этом и не думал. Если только из любопытства. Но сейчас оказалось, что это приятно. Мишина грудь была плоская, хоть гладить и целовать её Андрей очень любил. У нимфы всё было совершенно по-другому. Груди тяжестью легли в его ладони, такие крупные, пышные, едва помещающиеся в руках. Она накрыла его пальцы своими и сжала поверх них, как бы намекая, что делать. Андрею понравилось. Он стал изучающе гладить их, сравнивая ощущения. Глянув на Миху через плечо девушки, он увидел, что тот тоже дорвался и осторожно сминал в руках грудь своей блондинки. Всё происходило будто в сладком бреду. Девушки тёрлись возле них, ласкали руками и губами, нашёптывали что-то возбуждающее и окрыляющее, и Андрей растворялся в этих ощущениях. Он застонал, когда его нимфа нырнула под воду и взяла у него в рот. Посмотрев на Миху, он увидел, что ему тоже делали невероятно хорошо, потому как он возбуждённо хрипел и постанывал, ища, за что схватиться руками. Андрей потянулся к его ладони, но только коснулся её, как Михина блондинка злобно зашипела и шлёпнула его по руке. Андрей готов был поклясться, что увидел в её рту огромные острые зубы, будто это была пасть акулы. Сердце его заколотилось сильнее, и в ту секунду будто рассеялся морок, и он осознал, что они были в пруду, и странные, невесть откуда взявшиеся девушки их ласкали. Что вообще происходит? Он испуганно посмотрел на Миху, но тот был будто в трансе. Глаза его были пустые, словно его разум утонул и растворился в наслаждении. А Андрей вдруг это наслаждение потерял. Даже рот нимфы не казался приятным и горячим, а наоборот, он был холодный, будто совсем не живой. С Мишей всё было совсем по-другому. — Мих, — позвал он его и снова потянулся рукой, но пошатнулся, когда девушка под водой дёрнула его за ноги. Сколько она там вообще находится? Миша медленно повернулся с отсутствующим выражением лица, совсем Андрея не видя. Это было так страшно, что Андрей приложил все силы, чтобы оттолкнуться и всё-таки сжать его ладонь. Тогда Мишка будто очнулся, его взгляд сфокусировался на Андрее, и он в недоумении заморгал. — Андрюх? — Хуйня какая-то, Миш, — Андрей крепко сжал его руку, толком не понимая, что им сейчас делать. Под водой он снова почувствовал шевеление. Резко его потянуло ко дну. Надо же, второй раз за день. Он погрузился под воду, только пруд теперь не был таким мелким, а казался бесконечно глубоким. Он не чувствовал под собой дна, а только то, как что-то тянет его на дно. Он в панике забултыхался, пытаясь плыть наверх, но вода была густой и сковывающей, отчего управлять своим телом было очень сложно. Миша, как же там Миша? Он потянулся туда, где он должен был быть. Пускай с ним всё будет хорошо, пожалуйста! Он вертелся в воде и тянул руку, пока её не сжала родная ладонь. Андрей замер, зависая под водой, как в невесомости, и открыл глаза. В тёмную воду попадал лунный свет, и он смог разглядеть перед собой Мишу, который сжимал его руку и пытался подплыть ближе. В груди больно сдавливало и адски горело, так сильно хотелось сделать хоть глоточек воздуха. Миша тоже открыл глаза, и если бы Андрей был не под водой, на его лице были бы видны слёзы. Неужели это всё? Они сейчас умрут? Становилось нестерпимо больно. Он пытался подплыть к Мише, но тело больше не слушалось его. Было так страшно и так обидно, как не было никогда. И уже не будет. Потому что они тонут. Они сейчас умрут. Хотелось кричать и умолять, чтобы их пощадили. Андрей ещё раз потянулся к Мише, чьё тело уже безвольно болталось в воде, а пальцы стали медленно отпускать его руку. Нет! Нет, так не может быть! Всё не может так закончиться, не может, как же так? Как же так? Андрей чувствовал, как тоже начинает отключаться, его рот приоткрылся, выпуская последние пузырьки воздуха. В глазах потемнело. Андрей очнулся в приступе кашля, отхаркивая воду. У него кружилась голова, но он дышал! Он дышал, значит, он живой. Отплевавшись, он обернулся, и рядом был Мишка в такой же скрюченной позе, кашляющий и бледный, но живой. Андрей кинулся на него, стискивая за плечи, и даже не сразу понял, что плачет. — Миш, блять, мы чуть не… — даже не хотелось договаривать эту фразу. Они живые и они вместе, это самое главное. Миша глядел на него испуганно, совсем не понимая, что происходит. Конечно, он вообще, наверное, ничего осознать не успел. — Что случилось? — обнял Андрея чисто машинально. — Мы тонули, Мих. Реально чуть не утонули! Я думал, всё, конец, — Андрей его гладил, прижимал к себе и, уткнувшись в плечо, даже плакал. — Девок помнишь? Я не знаю, кто это, но это они походу нас утопить пытались. — Кто-кто — русалки это, — раздался мужской голос из пруда. — Мавки. Как хотите, так и зовите. Андрей с Мишей увидели, что из пруда торчит тело — громоздкое такое, крупное, но человеческое почти. Мужчина упитанный, с бородой, но аккуратной такой, не заросшей, с длинными серебристыми волосами, а кожа его на плечах, руках и на шее покрыта сверкающими чешуйками. — Вы кто? — спросил Андрей, уже заранее опасаясь. Что ж такое, спокойно не побыть! Да чтоб они ещё раз в этот чёртов лес пошли, да ни за что! — А как думаешь, мальчик? Водяной я. Все водоёмы в округе — мои, — подплыл он поближе, но из воды выше пояса не вылез. Интересно, у него там что внизу… — Хвоста нет, куда смотришь? Андрей засмущался, нахмурился и взгляд отвёл. А Мишка вообще, похоже, не соображал до сих пор ничего, тряхнул головой и озадаченно сложил брови. — Это чё было вообще такое? — Девчата мои… — начал водяной, услыхал позади себя всплеск воды, повернулся и злобно гаркнул: — Я что сказал? Брысь отсюда! Раздалось только недовольное шипение, а вода вскоре успокоилась. — Так они утопить нас хотели? — спросил Андрей, вглядываясь в темноту пруда, где ещё недавно они с Михой чуть не погибли. — Да отучаю я их, как могу. Не слушаются! Я ж вообще не тополю никого. На кой оно мне? У меня рыбы столько, людей ещё жрать. Вы ж не вкусные. А эти — им для забавы, вы уж не серчайте. Мальчишек красивых у нас в подводном мире не много. — Для забавы? Они нас сожрать хотели для забавы? — возмутился Миха, вспомнив, как девушки, вернее, русалки их обласкивали. Аж покраснел весь. — Да почему сразу сожрать? — цокнул водяной, вздыхая. — Поиграть сначала. Ну, потом, может, и съели бы. — А, так не сразу сожрать. Совсем другое дело! — кричал теперь Андрей и хотел было встать, но только сейчас сообразил, что они с Мишей были голые. Почему-то стало не по себе и захотелось прикрыться. — А ты чего орёшь на меня? Я между прочим вас вытащил! — водяной скрестил на груди руки. — Спасибо большое! — продолжал Андрей, пытаясь высмотреть, где они одежду бросили. Блять, так они были на другом берегу! Чёртов лес, чёртовы упыри, за которыми их с Михой понесло, чёртовы духи! Всё, вот домой вернутся и никуда больше они не пойдут! С бабушкиного участка даже не выйдут. Андрей встал и неловко прикрылся руками. Водяной махнул на него рукой. — Что я там не видел? Да уж, по слухам, пол леса всё там видало. Это ж вы там на кладбище? — он изогнул бровь, обнажая в улыбке такие же острые зубы, какие Андрей видел у Русалки. Андрей загорелся от стыда. Нет, он, конечно, ожидал, что свидетели у них было, тем более после ранних приключений. Но когда тебе прям в лицо говорят, что по лесу слухи ходят — вот это правда стыд! Миха встал следом за ним и оглянулся. — Андрюх, а шмотки-то наши где? Андрей только вздохнул и молча пошел. Миша всё понял и обреченно поплёлся за ним. В пруд они больше ни ногой, поэтому пришлось голышом обходить. Когда на другом берегу оказались, в трусы влезали, водяной снова возле них оказался и всё смотрел заинтересованно. Андрей опять раздражаться начал. Да что же это такое, ни минуты покоя! За день он два раза чуть не умер, а ему даже одеться спокойно не дают. Он злобно зыркнул на водяного, и тот сразу чуть назад отплыл, как будто Андрей мог ему на самом деле вред причинить. — Я просто спросить хотел, — начал он, — вы чего вообще по лесу шляетесь? О вас все говорят, что два дурных пацана всё обшаривают. Андрей с Михой надевали свои грязные, пропитанные болотом шмотки — было мерзко снова ощущать это на себе. — Упырей искали, — ответил Миха, и водяной аж присвистнул. — Смелые, что ли? А что делать с ними собирались? — Посмотреть хотели, насколько они… ну, страшные, — говорил Миха. — Мы песни пишем. Нам для историй. — Ну, историй у вас теперь навалом, — хмыкнул водяной, но лицо его стало серьёзным. — Упырей у нас вообще раньше не было. И хорошо было. Один срам от них! Хотя вы тоже те ещё… Вам, может, и понравятся. — Что значит срам от них? — удивился Андрей. Болотник ведь тоже говорил, что не жалует упырей. — Шуму много наводят по лесу. Вроде двое всего, а весь лес на ушах стоит. Вот вы ещё теперь за ними ходите, а нам разгребать потом. Миха с Андреем переглянулись: совсем они уже запутались, кто тут живёт, чем занимается и что им надо будет разгребать. Сначала казалось, что и упырей никаких нет. Потом, якобы от них проблемы одним. Теперь вот срам, оказывается! Да что же это за упыри такие? — Ох, идите-ка вы отсюда лучше, — снисходительно сказал водяной. Андрей на это фыркнул. — Заблудились мы, как выйти-то? — Так же как и сюда пришли, — он вдруг засвистел громко мелодию какую-то, и туман вокруг стал рассеиваться, ветерок подул, и огоньки, за которыми они сюда шли, вдруг показались в другом месте, в чаще леса. — Блуд вас привёл, он вас и выведет. Идите. Водяной на прощание вздохнул и скрылся под водой. Пошли они с Михой за огоньками, и путь оказался действительно недолгим. Совсем быстро вышли на дорогу, с которой на болото бежали, а там и деревня. Уже начинало светать. Бабушка, наверное, волновалась. Ругаться будет, что без молока пришли. Знала бы она… Одежду бросили прям на улице, чтобы эту грязь в дом не тащить. Сил не было даже разговорить, просто легли в кровать, а глаза сами собой и закрылись. Миша только руку Андрея нащупать успел и крепко сжал в своей, а Андрей ему в плечо уткнулся. Что угодно пускай будет, но больше они никогда не расцепятся.