Я кусаю всех подряд, жертв не выбираю

Сквозь густую крону едва пробивался лунный свет. Его иногда удавалось выхватить и понежиться под ним, словно под солнцем. Скучно, как же скучно. Этот лес был выучен уже вдоль и поперёк. За время здесь они изучили каждую ветку, каждый ручеёк, поругались с каждым вторым лесным жителем и довели Лешего до вынужденного отпуска. А этому всё не хотелось возвращаться. Давай, говорит, ещё побудем. Тоска, даже людей нормально не поешь, потому как в округе все друг друга знают. Подозрительные пропажи людей сразу бросятся в глаза. А так хотелось человеческой крови, вкусной и сытной плоти на языке, мягко подрать её зубами и вдоволь насытиться. Уже несколько недель нормально не питался. Надежда была на этих двоих, что из города приехали. Слухи по всему лесу пошли, что какие-то пришлые ребята снуют по лесу и ищут, прости господи, упырей. Это же надо, какое совпадение. Как минимум один здесь точно есть. Зачем ищут, толком никто не знал. Кот даже сказал, что парочка они интересная, забавная, удивить его смогли, а уж это мало кому удаётся. Посоветовал присмотреться, раз сам не съел. Специально выискивать было лень, но одним глазком глянули, когда те на кладбище ходили. Молодняк такой, сочный, вкусный. Запах от них — ну, просто мёд. На языке так и чувствуется вкус свеженькой человеческой крови, нежного мяса. Милые они даже: так трогательно испугались и потом обжимались под луной. В тот момент даже расхотелось их есть, потому и нападать не стали. Если уж они такие неугомонные, то ещё обязательно встретятся. Тогда уже можно будет и полакомиться. Услышав недалеко треск, летучая мышь села на ветку и посмотрела в сторону шума. В кустах так же смирно притих большой лохматый пёс, как по команде усевшийся на человеческий манер на зад. Из-за деревьев показались две уже знакомые юные макушки. Надо же, какая встреча.

***

Влад потянулся, разминая затёкшие конечности. От этого ужасного матраса на крошечной кровати даже у него болело тело. Похоже, проще будет спать в теле мыши. Косте хорошо, свернулся псиной на ковре и лежит спокойно. Нет уж, кровать какая-никакая, а спасибо, что есть. В этой избушке на курьих ножках, по совместительству в доме лесника, в котором уж давно никто не живёт, из удобств мало, что было. Одно радует, что им не много-то нужно. Будь они людьми, пришлось бы, конечно, туго. Да он бы вообще сюда никогда не приехал, если бы не Костя, который захотел отдохнуть на природе, вспомнить своё деревенское детство. Выбравшись из постели, Влад умылся холодной водой из умывальника и пригладил топорщащиеся волосы. На что он станет похож через месяц? Он же не Костя, который себе всё вылижет сам. Тут же ему в ноги сзади ткнулась родная тёплая морда. — Здаров, — Влад потрепал его по голове. Он был весь в листьях и паутине и радостно вилял хвостом. Видно, весь день по лесу шатался или по деревне. — Обращайся, ну. Через мгновение рядом с ним стоял такой же лохматый, но уже голый Костя в полный рост. Вообще ничего не стесняется. Впрочем, ему стесняться было нечего. Влад стряхнул с его макушки мусор и прильнул к губам поцелуем. Костя, соскучившись, стал размашисто, по-собачьи вылизывать его рот. — Одеться не хочешь? — спросил Влад, отрываясь и ведя когтистыми пальцами по торсу. — А надо? — Ну, вообще необязательно, — облизнулся он и обнажил клыкастую улыбку. А затем впился приветственным укусом в плечо и стал посасывать терпкую волколакскую кровь. Костя довольно замычал, прижимая его к себе за затылок. Отстранившись, Влад облизнулся и слизал вытекшую из раны капельку крови. Укус затянулся прямо на глазах. — Ужин начал сразу с десерта? — ухмыльнулся Костя, забираясь под его футболку крупными ладонями. — Кому ужин, а кому завтрак. Я есть хочу, — он поймал его руку под одеждой и временно от себя убрал. Потому что сначала ему нужно было поесть, а потом уже всё остальное. — Пойдём, я тебе кое-чего приволок. Думаешь, зря мотался тут весь день? — Только не говори, что свинью. — Что я, изверг, что ли? Не, там человек, как ты любишь. Костя чмокнул его в губы и потянул за собой. Практически завтрак в постель. Влад этому нежно улыбнулся.

***

Влад мышью летел, огибая ветки, наперегонки со своим резвым псом. Костя внизу бодро перепрыгивал овраги, ручьи, корни деревьев, игриво подпрыгивая к Владу, будто бы пытаясь цапнуть его за крошечные лапки. Такая у них была игра: носились по лесу, дразня друг друга и на спор заигрывая с местной хтонью. Почти сто лет уже так живут, а всё не надоело вот так дурачиться. Это вообще чуть ли не единственное, что Владу за свою долгую жизнь ещё не надоело. Вспоминая свою жизнь до встречи с этой бешеной собакой, он уже не мог вспомнить ничего, кроме смертной скуки своего бессмертного существования. И ничего его в ту пору не радовало, даже свежая сладкая кровь, бурлящая теплотой из ещё живого тела. Оказалось, ему не хватало волколака, который по утрам радостно облизывал его лицо и тащил заниматься всяким непотребством. На том и сошлись. В этот раз Костя захотел в деревенский отпуск. Пугать зверьё, особенно кабанов. У них была какая-то личная неприязнь, по словам Кости, взаимная. Добрались до пруда, и Влад умостился на ветке. Костя сразу пошёл к воде, ныряя в неё мордой. Тут же всё вокруг стало затягиваться густым туманом. Сверху Владу было хорошо видно, как из толщи воды выплывают две женские фигуры, переглядываясь. Костя тоже их почувствовал и обратился человеком: стоял голый по пояс в воде, обернулся, подмигнул Владу и стал высматривать в тумане молоденьких мавок. Те грациозно подплыли и в свойственной манере стали строить глазки, ещё не зная, что чары на них не подействуют. Влад тоже обернулся человеком и стал ждать своего выхода, вживаясь в роль. Давненько они русалок не разводили. Костя красиво светился под нежным лунным светом, словно мраморная статуя. И мастерски отыгрывал заблудившегося, растерянного и напуганного путника, который очаровался двумя прекрасными девами. Без чар Влад всё прекрасно видел: их когтистые руки с перепонками между пальцев, зубастые пасти, прозрачные спины, через которые видно все их дряхлые органы, жабры на шее и волосы, покрытые водорослями. Так забавно, что те, на кого их колдовство действовало, даже не знали, кому они в этот момент отдаются. Костя умело делал вид, что не замечал этих особенностей. И вот, когда одна из них уже схватилась за его член, Влад, испуганный и запыхавшийся, выбежал из кустов. — Костя! Костя, ты здесь? — звал он, панически задыхаясь и всматриваясь в туман. — Я тебя нашёл! Он подбежал к воде, запыхавшись, и испуганно глядел на голые фигуры в воде. Костя повернулся на звук и расплылся в блаженной улыбке, изображая очередного околдованного мужика. Эх, в них погибают такие актёры. — Владик, посмотри… Иди к нам, — позвал он бархатным голосом, толкаясь бёдрами в руку милой блондиночке. — Да, иди к нам, Владик, — пропела одна из них, и глаза её засветились — так она использовала колдовство. Смешок Влад, конечно, сдержал и сделал вид, что поддался уговорам, снимая с себя одежду. Забравшись в воду, он глянул на Костю и подмигнул ему. Ещё какое-то время они позволили русалкам их ублажать — приятно, когда так усердно заласкивают. Но когда одна из них, отсасывая Владу, начала тянуть его на дно, он даже не шелохнулся. Мавка вынырнула и недоумённо уставилась на свою подружку. Тогда Влад оскалился, показывая свои острые клыки, и кожа его начала мертвецки синеть. Костя сам схватил за руки свою подружку и зарычал, тоже показывая пасть. На его пальцах выросли длинные когти, и одним он приподнял за подбородок лицо испуганной мавки. — Ну, привет. Утопить хотели? — всё ещё добродушно, но оттого ещё более пугающе говорил Костя. — В-вы чего? Кто такие? — мавка затрепыхалась и хотела было отплыть, но Костя крепко её держал, не делая, конечно, сильно больно. — А на кого похожи? — усмехнулся Влад, сверкая кроваво-красными глазами. Они ведь всё равно не вкусные, он бы есть их и не стал. Да и негоже как-то — свои всё-таки, из нечисти. Но попугать всех подряд они любили. — У нас такие не водятся! — Теперь водятся, — ухмыльнулся Костя, отпуская всё-таки бедную русалку. Та сразу же отплыла, утаскивая за собой подружку. Костя повернулся к Владу и, притянув его к себе, впился в его губы. Влад ответил, сразу вгрызаясь в рот зубами и вплетая пальцы в лохматые волосы. Был у них такой грешок — на людях уж очень нравилось. Жарко целуясь и бесстыдно друг друга оглаживая, они подплыли к большому камню, над которым так удобно оказалось нагнуть Костю и размашисто его трахать. Влад впился клыками ему в плечо, и Костя заскулил жалобной псиной, подаваясь назад и насаживаясь на крепкий член. Наваливаясь сзади и шлёпаясь о него бёдрами, Влад щупал его живот, стискивал бока и водил когтями по груди, оставляя неглубокие царапинки, а потом слизывал кровь с собственных пальцев. Рана на плече быстро заживала, но по спине стекали капельки крови, которые Влад с удовольствием поглощал, всё резче толкаясь в узкого Костю. Когда оба уже были близко, позади раздался всплеск, вода забурлила, и из неё вылез кто-то довольно крупный. — Это кто тут девочек моих пугает? — раздался грозный голос. Влад обернулся и увидел недовольного водяного. — Ща, дедуль, погоди, дай кончить, — отмахнулся он, нагнул Костю посильнее и стал дотрахивать, держась за бёдра. — Молодёжь, охренели совсем?! — завопил он, когда Костя как раз красиво выгнулся, подставляя плечо под укус, и так сжался вокруг Влада, что оргазм его быстро накрыл. Оторвавшись от Кости, он слизнул с его спины кровь и сыто облизнулся, опираясь на камень и оборачиваясь к водяному. У того злобно горели глаза. После небольшой перепалки они пообещали сюда не возвращаться, но, скорее всего, они нагло соврали. Впрочем, они и без этого найдут чем ещё заняться. Внезапно Владу стало веселее, и перспектива провести несколько недель в лесу уже не казалась такой хреновой. Всё-таки с Костей они умеют веселиться.

***

Так и шло время: они устраивали балаган и действовали на нервы лесным духам. Не то чтобы это было их первоначальной целью, они просто любили вместе дурковать. Так уж вышло, что их веселье не вписывалось в размеренную жизнь деревенской хтони. Как оказалось, вампиров здесь отродясь не водилось. Так они ещё и упырём обзывали, и никому не объяснишь, что никакой он не упырь, а вампир из некогда знатного рода Орловской области. Волколаков здесь тоже не жаловали: когда-то водился один, проклятый был, так буянил, что пол деревни сожрал. С тех пор Леший следит, чтобы тут никто не задерживался из подобных. До этих двоих, правда, он пока ещё не добрался. Однако после неприятной стычки с болотником ситуация накалилась. Он нажаловался прямиком Лешему, и тот начал их целенаправленно искать. Единственный, с кем им удалось нормально пообщаться, был кот Баюн, которому здесь тоже было смертельно скучно, поэтому он любил наблюдать за разного рода весельем. И с удовольствием понаблюдал за ними. Ну, хоть кто-то оценил. После очередного ночного бесчинства Леший настиг их, резвящихся в человеческих обличиях, недалеко от лесничего домика. Прятаться они не собирались, но и сдаваться сами не шли. Что-то долго Леший их скал: видимо, не очень смышлёный. Он прилетел чёрной вороной и покружил над их головами, остервенело каркая. На вороньём Влад не говорил, но примерно понял, что тот имеет в виду. — Нам тоже приятно познакомиться, — усмехнулся он, вытаскивая язык из Костиного рта. Тот утёр влажные губы и приветственно улыбнулся. Хорошо хоть в одежде сейчас был. Ворон вдруг закружил быстрее, поднимая вокруг себя столб пыли с палками и листьями, и предстал в своём антропоморфном теле. Длинные волосы, борода вся из мха, рога из веток. Всё как обычно, только вот с носом не сразу совладал — сначала клюв торчал. А вокруг всё было усеяно чёрными перьями. — Да ёлки-палки, — пробубнил он, отряхиваясь. — Всё наперекосяк с вами! Черти, нашёл я вас! — А мы и не прятались, — весело отозвался Костя и приветственно протянул руку. — Здрасьте, товарищ Леший! — Какой я тебе товарищ? Навели суету, а теперь товарищ? — Леший руку не пожал и сокрушался, хмуря густые брови. В руках у него материализовался посох, которым он стукнул по земле, и тут же к поляне слетелась стая ворон. Видимо, помощники. — Разве ж это суета? У нас просто каникулы. Влад в подтверждение Костиных слов кивнул и скрестил руки на груди. Они даже никого из духов не съели, было бы из-за чего так злиться. — Да что вы? А мне со всех сторон жалобы сыпятся! Я за последние триста лет столько не работал, сколько за месяц с вами. — Сколько лет? — переспросил Влад. — Триста! — Отсоси у тракт… — начал он, но запнулся, когда Костя ткнул его в бок. Он хоть и тоже любил эту шутку, но сейчас, видимо, не хотел ещё сильнее Лешего злить. Влад закатил глаза. Да поздно уже было. — Ну, молодёжь… — покачал старый головой, от недовольства вбивая посох в землю. — Весь лес на ушах из-за того, что вы вытворяете. Не знаю, как там у вас, городских, принято, но у нас тут в лесу вот такие выкрутасы не приветствуются! Голые бегаете, сношаетесь… — Так мы не вредим никому, своими делами занимаемся. Ну, пошалили слегка, — Костя добродушно улыбался, как умел, по-собачьи. Так и хотелось потрепать его по башке. Но на Лешего это, очевидно, не действовало. Он раздражённо шевелил усами, постукивал своей палкой и переминался с ноги на ногу. Невроз у него, похоже. Надо бы отдохнуть. — Всех мавок распугали, — Леший принялся загибать пальцы, — болотника шуточками своими извели, а он у нас, извините, один на всю округу. О ваших проделках слухи даже по деревне ходят. Так теперь двое шастают тут, вас ищут! Сожрать их вздумали, да? Да хоть бы что, на здоровье, да только всё по правилам должно быть. Коли утопли бы в болоте — пожалуйста. Хоть в пруду даже. А вы не местные, ваших прав тут нет! Нам громкие убийства ни к чему! Леший не на шутку завёлся, гневался, чуть ли не кричал. Как будто они виноваты, что два оболтуса вдруг вздумали искать упырей, потому что посчитали, что с ними весело. Нет, в этом они, конечно, правы. С ними весело, но, скорее, для упырей. Хотя если они и правда такие, как кот Баюн рассказывал, то встреча может оказаться взаимно приятной. Но в конце кто-то обязательно должен будет кого-то съесть. — Дед, ты успокойся, чего так нервничаешь? Какие громкие убийства-то? — По глазам вижу сожрать удумали. А знаете что, ешьте! — совсем его понесло. Влада и Костю обдало сильным порывом ветра, в лицо полетели ветки, закружились в вихрь и чуть не сбили их с ног. Леший, похоже, всё-таки сильный был, только очень уж заебанный. — Да ладно-ладно, чего ты разошёлся, — встрял Костя, вставая в позу, в которой удобно будет превращаться, если что. Влад видел, как он навострил уши, как принюхался — заработали инстинкты. Его это всегда привлекало. — Всё, мне это не надо! Я своё отработал, отжил на Земле, вот вы все где у меня, черти, — он показал на горло, — сами разбирайтесь! Напоследок он яростно стукнул посохом о землю, та задрожала, разверзлась под ним щелью и тёмным дымом его засосала. Наверху остался лежать его посох, казавшийся теперь обычной толстой палкой. — Леший, походу, обиделся, — удивленно пробормотал Костя, почёсывая затылок. — Чё, думаешь, того? — спросил Влад и как-то неловко ему даже стало. Стыдно, что ли? Они его довели, получается? — Да не, в отпуск, наверное. Но ты слыхал, а? — Костя широко заулыбался, сверкая острыми зубами. Влад сразу понял, что он имеет в виду, и губы его тоже растянулись в клыкастой улыбке. — Он сказал: «ешьте».