Глава 41.

      Драко разбудили невнятные шуршащие звуки, доносившиеся откуда-то издалека.       Просыпаться ужасно не хотелось, поэтому он с легкостью уверился в первой пришедшей в голову мысли: это сон; закрыл глаза крепче и глубже зарылся носом в подушку.       В носу засвербило. Зачесалась щека.       Шуршание стало громче. К нему добавился душераздирающий треск.       «Да чем можно так трещать?! — мелькнула в полусне полная раздражения мысль. — Скай!»       И тут же весь сон как рукой сняло. Скай!..       Драко вдруг отчетливо вспомнил, что собирался — в самом деле собирался — встать, принять душ, прибраться в гостиной, припрятать подарки… А вместо этого он, получается, уснул?       Он осторожно приоткрыл глаза. Взгляд упёрся в нечто спутанное и каштановое — и сразу стало понятно, почему так зудело лицо. Вместо подушки он зарылся в густую шевелюру Гермионы! Это было приятно, но чертовски щекотно. А главное, совершенно непонятно, что же теперь делать. Он, сонный и голый, лежал здесь, а его одежда, подарки и, главное, явно проснувшийся Скай, у которого сегодня день рождения — там, по другую сторону двери. Впрочем, о подарках можно было уже не беспокоиться: судя по звукам, их благополучно нашли и растерзали. А вот что делать со всем остальным?!       В этот момент шуршание стихло, а через несколько секунд дверь тихо приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась любопытная голова Ская и оглушительным шепотом поинтересовалась:       — Пап, ты тут?       Драко молниеносно поднес указательный палец к губам — и Скай понимающе закивал. И, зараза, чрезвычайно довольно заулыбался.       — Ты умывался? — попытавшись придать шепоту строгость, спросил Драко.       Скай помотал головой.       — А ну марш, быстро! Нельзя разворачивать подарки неумытым!       Ребенок насупился. И Драко прекрасно его понимал — какое может быть умываться, когда там подарки!.. Но не вылезать же нагишом из-под одеяла при нем. И просить принести штаны тоже как-то неловко.       — Гермиону разбудим! Иди!       Этот аргумент вроде бы подействовал, и, покорно склонив голову, Скай наконец скрылся за дверью. Драко воровато оглянулся: он не удивился бы, если бы Гермиона и в самом деле проснулась от их душераздирающего шипения. Но нет; она сладко спала — и чему-то улыбалась во сне. Он не поцеловал её, хотя очень хотелось; осторожно убрал волосы от лица, мимолетно коснулся обнаженного плеча и, скрепя сердце, выскользнул из постели.       Из ванной доносился шум воды, гостиная была пуста — если, конечно, можно счесть пустым помещение, в котором пола было не разглядеть из-за кучи обрывков и обрезков пестрой упаковочной бумаги вперемешку с предметами одежды — самого разного характера. Слава богу, его джинсы валялись на самом виду, и, торопливо натянув их и сгребя в кучу все остальное, Драко почувствовал себя немного увереннее. Подумав, он отобрал вещи Гермионы, аккуратно сложил и отнес в спальню: она могла проснуться в любой момент, и ставить её в такое же неловкое положение, в котором только что побывал сам, Драко не хотел.       — Ну, теперь-то можно? — недовольно поинтересовался Скай, появившись на пороге ванной.       На щеке у него красовался белый мазок зубной пасты, а волосы торчали в разные стороны — явно так и не встретившись с расческой, но Драко только расплылся в улыбке. «С Днем Рождения!» — прошептал он Скаю на ухо, подхватил на руки, сжал в объятиях и крепко поцеловал в круглую щечку. Семь лет. С ума сойти, его мальчику — семь лет!..       Скай радостно рассмеялся — и это напомнило ему позаботиться о заглушающем заклинании. Опустив сына на пол, Драко вполголоса посоветовал ему вернуться к подаркам, а сам разыскал свою волшебную палочку, взял свежее белье и с чистой совестью отправился в душ.       Он уделил утреннему туалету несколько больше внимания, чем Скай — хотя вполне отдавал себе отчет в том, что вряд ли его осоловелая, сильно помятая от недосыпа физиономия стала намного симпатичнее от бритья и умывания холодной водой. Пытаясь распутать совершенно свалявшиеся на затылке волосы и глупо улыбаясь при воспоминании о том, почему они так запутались, Драко между делом подумал, что, вероятно, больше нет необходимости в краске для волос — вполне можно вернуться к их природному цвету… Но почти сразу же понял, что идея была глупой и несвоевременной. Его ищут — и как Драко Малфоя тоже; а белая шевелюра обращает на себя внимание куда больше, чем невзрачно-коричневая.       Мысли о том, в каком плачевном положении они оказались, подпортили настроение — в предыдущие сутки Драко удавалось вполне успешно их игнорировать. Решил он так поступить и сейчас. У его сына — день рождения, а все остальное пусть катится к черту.       — Ну что, все посмотрел? — бодро спросил он.       Мог бы и не спрашивать: завалы бумаги стали еще выше, а посреди них гордо восседал Скай, прижимая к себе новенький скейт и самозабвенно уткнувшись в новенькую книгу сказок с потрясающими иллюстрациями. Вздохнув, он оставил ребенка в покое, собрал весь мусор в пакет и взялся за приготовление завтрака.       Скай нарисовался в кухне, не прошло и пяти минут.       — А что на завтрак?       — Блинчики, — отозвался Драко, сосредоточенно смешивая тесто.       — А ты обещал вафли, — надул губы Скай.       — К сожалению, здесь нет вафельницы, — вздохнул Драко. Он много чего обещал, и наверняка сейчас Скай вспомнит весь список… — Зато у нас есть кленовый сироп! И я сварю тебе какао или... или горячий шоколад! Хочешь?       — Хочу! — просиял Скай.       — А вот книге на кухне не место, — строго напомнил Драко.       — Ну пап, я немножко почитаю, а потом унесу! — захныкал он. — Все равно еды-то нет!..       Драко не стал спорить. Ни к чему портить настроение ребенку по мелочам — оно и без того испортится, стоит ему вспомнить о приглашенных на празднование друзьях и обещанном походе в кино. И ровно так и случилось: шоколад был выпит, блинчики еще не успели остыть, они только-только высыпали из коробки новый конструктор. Скай восхищенно разглядывал фотографию того, что должно было получиться, на коробке.       — Вот Итан обалдеет, когда увидит! Настоящий замок!.. Пап, мы же вернемся к одиннадцати, да? Придут Итан, и Майкл, и…       — Нет, Скай. Мы не вернемся.       Детское личико обескураженно вытянулось.       — Но как же… Мы же их пригласили?       — Пригласили. Но мы пока не можем вернуться домой, — как можно мягче ответил Драко. — Та ситуация, из-за которой нам пришлось уехать… Она еще не разрешилась, и нам нельзя возвращаться.       — Потому что тебя заберут, да? — спросил Скай — и в его широко распахнутых глазах начали собираться слезы.       — Да, солнышко. И мисс Гермиону, наверное, тоже…       — Ну ладно, — Скай шмыгнул носом. — Тогда позовем их, когда вернемся. В кино же пойдем?..       Несколько мгновений Драко колебался. Ему хотелось ответить «да» — ужасно хотелось, сдержать хотя бы одно из данных обещаний, не испортить праздник окончательно. Но в то же время внутренности стягивал страх — тугой, как резиновая лента. Что, если их заметят?.. Узнают?..       — Нет, Скай. В кино тоже не пойдем. Нам пока небезопасно выходить из квартиры.       — Но мисс Гермиона выходила!..       — Только в магазин. Надо же нам что-то есть, правда?       Скай не ответил. Нахмурился, отвернулся — сердится?.. плачет?.. Как ни старался рассмотреть его опущенное личико, Драко так и не понял. Скай вцепился в один из пакетиков с деталями, сосредоточенно стараясь его вскрыть, и, подавив тяжелый вздох, он занялся тем же самым. Может быть, новая игрушка его отвлечет…       Отец и сын полностью погрузились в свое занятие — хотя удовольствия оно доставляло мало. Драко знал, что Скай совсем не так представлял себе это утро; густой запах обманутых ожиданий витал в воздухе, забивая легкие, мешая свободно дышать. Внезапно он услышал шаги; звук открывающейся двери.       Сердце подпрыгнуло в груди и забилось, как сумасшедшее, еще до того, как он поднял голову и увидел — её.       Гермиона стояла на пороге, будто не решаясь войти — в тех же джинсах и майке, в которых была вчера, босоногая, с облаком распущенных волос и сияющей улыбкой на губах. Ему нестерпимо захотелось дотронуться до неё тотчас, прижать к себе, зарыться лицом в эту бесконечно прекрасную каштановую гриву — чтобы ощутить, почувствовать всем телом, убедиться, что она — не мираж. Но не смог сдвинуться с места, и только смущенно улыбнулся.       — Доброе утро! Завтрак на кухне, но кофе я не варил, ждал, пока ты проснешься. Сварить?       — Сварить, — кивнула Гермиона, и лукавая искорка зажглась в её глазах. — Но вообще-то я хотела поздравить одного мальчика с днем рождения — и, представляете, не нашла своего подарка! Кажется, кто-то успел подарить его раньше меня.       Драко смутился еще больше — кажется, у него запылали даже уши.       — Мы вчера… ммм… оставили их в гостиной, и Скай нашел сразу все. Так что мы в равном положении.       При упоминании вчерашней ночи её щеки залил жаркий румянец. Во рту моментально пересохло.       — Ну что ж, — она задумчиво прикусила нижнюю губу — как нарочно!.. — В таком случае, поздравляю тебя с днем рождения, Скай!       — Спасибо, — буркнул в ответ его невоспитанный сын, даже не соизволив поднять глаз от конструктора.       В другой ситуации Драко не преминул бы отчитать отпрыска за такое откровенное хамство, но сейчас он понимал, что его реакция вполне нормальна — чего еще можно ожидать от ребенка, которому испортили день рождения? Поэтому на немой вопрос Гермионы он лишь примирительно пожал плечами — мол, не обращай внимания, это пройдет, хотя вовсе не был уверен в последнем. Наверное, стоило попытаться еще раз все объяснить, как-то поговорить об этом, вместе придумать что-нибудь взамен…       — Может, сваришь себе кофе сама? — неуверенно спросил он у Гермионы. Ему бы очень хотелось сделать это самому — для неё, а потом смотреть, как она пьет его, обхватив обеими руками кружку, морща носик, когда обжигается… Но сейчас Скай был важнее.       — Нет, все в порядке, — отмахнулась она. — Я немножко помогу Скаю и приду.       В её глазах светилась решимость — и после короткого колебания Драко решил довериться ей. Может быть, если у него не вышло, у обожаемой мисс Гермионы как-то получится поднять маленькому имениннику настроение?..       Совершенно не представляя, что делать, если и она потерпит неудачу, Драко отправился варить кофе.       «Жаль, что здесь нет кофемашины, — вдруг подумалось ему. — Нужно будет купить».       Может быть, Гермионе понравился бы кофе помягче — например, с молоком. Он мог бы взбивать молочную пену для каппучино и рисовать на ней дурацкие мордочки зубочисткой… А она бы каждый раз улыбалась, и в уголках глаз собирались бы милые, лучистые морщинки…       За неимением лучшего он сварил кофе так, чтобы пена была попышнее — и нарочно перелил его в кружку так, чтобы взбить её еще больше. Рисунков, конечно, не получится, но Драко хотелось сделать для неё что-то. Что-то особенное… пусть даже кофе.       Гермиона появилась как раз вовремя — и сразу же потянулась к кружке. Он не отказал себе в удовольствии легонько шлепнуть её по руке.       — Разве это не мне? — она обиженно надула губы. Точь-в-точь как Скай. Очаровательно.       — Тебе, — расплылся в улыбке Драко. — Но не бесплатно.       Он отставил в сторону горячую джезву и, подцепив шлевку её джинсов, потянул на себя. Гермиона легко рассмеялась и обвила руками его шею.       — И чего же ты хочешь взамен? — спросила она, игриво глядя на него из-под полуопущенных ресниц.       — Ну, я не знаю… — протянул он. — Предложи мне что-нибудь.       Она прильнула к нему всем телом и шепнула на ухо — почти касаясь его губами:       — Все, что угодно. Абсолютно все.       Он собирался выманить у неё поцелуй. Но эти слова… Чего он хотел? Чего хотел на самом деле? Просыпаться с ней в одной постели, торопливо выключая будильник, чтобы не разбудить; варить ей кофе по утрам и жарить яичницу — или печь блинчики; болтать по вечерам — о чем угодно; вместе смотреть кино и обсуждать прочитанные книги. Делиться с ней самыми забавными, самыми нелепыми цитатами — и слушать, как она хохочет в ответ. Жаловаться на Ская, чтобы она сочувственно обнимала его и гладила по голове. Заниматься любовью, засыпать под одним одеялом, держать её за руку и приглашать на свидания. Укрывать её босые ноги пледом и покупать смешные разноцветные носки. Просто… быть с ней?..       Слова сорвались с губ сами — прежде, чем он успел подумать, что именно говорит.       — Выйдешь за меня?..