Charlie. Храм, черти, два ведра

Лучшее оружие — это всего лишь то, что попалось тебе под руку. Если ничего не попалось, то твоё оружие — это ты!

А. Белянин, «Казак в Аду»

             Вновь Полли ехала в автомобиле с надписью «Random Play» по Нью-Эриду. Утро выдалось пасмурным, но город от этого почти не потерял своего очарования. Полли даже не могла описать Нью-Эриду иначе, чем «другой мир». Да и настроение было выше, чем вчера. Она выспалась, отдохнула, оделась в чистую одежду, Вайз и Белль покормили её завтраком… В душе Полли теплело от одной мысли о том, что такое вообще возможно. Но от этого было и немного страшно: вдруг это лишь затишье перед бурей?       Мне снился кошмар. Я закричала. А они… просто были рядом. Не ругались из-за того, что я их разбудила среди ночи. Почему они такие добрые? Или… так и должно быть?       После завтрака они с Вайзом сели в машину и поехали… куда-то. Для Полли это было лучшим синонимом для слов «полуостров Вайфэй» и «храм Суйбянь». В храме их должна ждать некая женщина, которая разбирается в скверне и, быть может, даже знает что-то о призраках.       Многоэтажки сменились горной дорогой. Ехать по серпантину было слегка страшновато, зато вид на горы и море был прекрасный. Полли прильнула к окну, любуясь окружением. На горизонте виднелась каверна — внушительная, куда больше той, где она встретилась с отрядом Обол. Правда, утренний пейзаж она не портила и вообще не создавала ощущения опасности. И немудрено: всё самое страшное спрятано внутри.       Но если призраки научились выбираться из Омута в каверны, то смогут ли однажды найти путь в нормальный мир? Надеюсь, не придётся это проверять.       Помимо призраков, мысли Полли были заняты прошлой ночью. Ей редко снились кошмары, да и вообще хоть какие-то сны. Обычно она просто закрывала глаза ночью и открывала утром или видела во сне что-то бессвязное и бессмысленное. Впрочем, в приютских условиях у кошмаров оставалось мало шансов: что могло быть хуже её жизни? А если и снилось что-то плохое, это всегда было проблемами самой Полли. И Алисы, само собой. А теперь…       Но на втором этаже видеопроката что-то внутри неё сломалось. То ли сама Полли, то ли окружавшая её реальность. Её приняли так, будто она не просто чёрт, за которым попросила присмотреть Магус, а какая-то важная персона. Она худо-бедно понимала особое отношение отряда Обол — им пришлось вместе сражаться с призраками. Но Вайз и Белль ничем не ей обязаны. Не должны были угощать лапшой, отправлять в душ, стирать её одежду… И тем более окружать заботой, когда Полли проснулась от собственного крика. Они не ворчали, не ругались, а дали чая, успокоили, спросили, всё ли в порядке. А утром объявили, что отвезут её в некий храм Суйбянь, где с ней встретится женщина, которая разбирается в некой «скверне» и, возможно, даже о призраках.       Разве так работает мир за пределами приюта? Неужели трудовик не один такой?       Впервые взрослые обращались с ней так заботливо. Но Полли не могла в это поверить. Так не должно быть. В приюте к ней был добр только трудовик, и тот поплатился за своё отношение: Валентина добилась его увольнения сразу же, как узнала, что он позволял Полли работать в мастерской. Её басистые крики в кабинете директора, по большей части состоявшие из слов «извращение», «развращение», «отвращение» и похожих по смыслу, слышала половина приюта. А директор… просто спивался. Он редко покидал свой кабинет, от него часто пахло перегаром, особенно в дни прибытия «уважаемых гостей», и он как будто понимаю всю ситуацию, но то ли не хотел, то ли не мог как-то повлиять.       А в Омуте же у Полли не было ни времени, ни желания с кем-то знакомиться. Она только помогла местным повстанцам, что, впрочем, в итоге не спасло их от гибели.       — А вот и полуостров Вайфэй, — объявил Вайз, отвлекая от мыслей.       После очередного поворота Полли увидела не просто полуостров. Среди гор скрывались городские кварталы, между которыми протянулись мосты и канатные дороги. Дорога, по которой ехала машина, была зажата между скалой и морем, что давало отличный обзор.       — Красиво, да? — продолжил Вайз. — Интересное место со своей атмосферой. Хотя Шестая улица мне всё-таки больше нравится. Только никому этого не говори, ладно?       Полли кивнула, глядя в окно. Её мысли разбредались по черепной коробке, не желая собираться воедино. Слишком много впечатлений за последнее время, чтобы взять и собрать их в одну кучу. Впервые за долгое время она почувствовала… заботу. Такую, какую получала только от Алисы. И никакого подвоха, как бы Полли ни силилась его найти.       Почему они такие?       На несколько минут пейзажи оказались отсечены горой, а потом машина и вовсе въехала в длинный изогнутый тоннель.       Это потому что я помогла Магус и остальным? Нет, не сходится. Вайз и Белль ничем мне не обязаны. Я пришла в их дом без приглашения, а они приняли меня как друга. Даже не задавали вопросов. Неужели действительно есть люди, для которых это в порядке вещей?       Даже в прошлом Омуте у повстанцев она была не более чем союзником. Полли помогала им, они делились лекарствами и разными мелочами. И предоставили диван. Баш на баш. А на втором этаже Random Play её угостили, отмыли, постирали одежду и даже постелили на диване, не прося ничего взамен.       Наверное, Алиса подружилась бы с ними.       Рука скользнула в карман и машинально погладила зажигалку.       Тоннель закончился, и район, до сих пор маячивший на горизонте, оказался совсем рядом. И теперь Полли лучше могла разглядеть восточный стиль архитектуры. Впрочем, не доезжая до домов, Вайз свернул к небольшой парковке и остановился.       — Дальше придётся идти пешком. На машине придётся много петлять, зато по канатной дороге можно доехать почти до храма, там идти совсем немного, — объяснил он, глуша двигатель и открывая дверь.       Полли выбралась из машины вместе с ним и потянулась. Дорога сюда оказалась долгой, и её тело немного затекло.       — А вот и ты! Почти не опоздал! — раздался звонкий голос.       К ним подбежала девица, которая тут же привлекла внимание Полли. На голову ниже неё, девчонка выделялась тигриными ушами и длинными светлыми волосами, которые пересекали чёрные полосы, как у тигра или берёзы. Одета она была в тёмно-серую рубашку, поверх которой развевалась светло-оранжевая накидка, и чёрные шорты.       — Привет, старшая ученица Фуфу, — Вайз радостно помахал ей. — Шифу занята?       — Да, опять умотала по каким-то делам, так что мы с Иньху должны принять новенькую. Это ты? — девчонка с интересом уставилась на Полли. — Привет. Я Цзюй Фуфу, но ты можешь называть меня «старшая ученица Фуфу».       В её словах слышалась гордость, но без надменности. И искренняя радость. Фуфу очень хотелось, чтобы кто-то называл её старшей. Полли невольно улыбнулась, с трудом перебарывая желание потрепать девчонку по макушке. Достав блокнот, она нашла запись, которую вчера вечером показывала Белль, и продемонстрировала:       «Я Полли».       — А… О… — Фуфу смущённо почесала затылок. — В общем… добро пожаловать на полуостров Вайфэй. Вайз, ты к нам зайдёшь?       — Извини, — Вайз покачал головой. — Надо ещё кое-куда съездить. Так что позаботься о Полли, ладно?       — Ясное дело, уж можешь положиться на Огненную Тигрицу Фуфу!       Фуфу с энтузиазмом стукнула себя кулаком в грудь. Она буквально лучилась уверенностью, которой Полли давненько не видела ни в ком. В этом энтузиазме не было ни её собственного мрачного упрямства, ни спокойной решительности Алисы, ни надменности Марго. На миг захотелось довериться Фуфу. Без слов, без вопросов, просто наугад.       Хотелось бы и мне такой быть. Но для этого надо сначала перестать думать о приюте. Хотя об этом гадюшнике попробуй не думать…       Распрощавшись с Вайзом, Фуфу решительно схватила Полли за руку и потащила прочь от парковки.       — Быстрее, пока фуникулёр не уехал. А то будем куковать до следующего, — сказала она.       Полли не сопротивлялась. Фуфу звучала весело и нетерпеливо, как будто ей просто лень было «куковать». Не слышалось какого-то зла и нервной спешки. Это всё было настолько неправильно, нереально, что Полли ущипнула себя за запястье, чтобы убедиться, что она не спит. Дивный новый мир оказался настоящим.       На фуникулёр они успели в последний момент. И как только дверь закрылась, Полли прильнула к окну, любуясь горами и притаившимся среди них городским районом.       — Нравится, да? — спросила Фуфу, стоя рядом. — Все теряют дар речи в первый раз. В смысле… то есть…       Полли улыбнулась краем губ и написала в блокноте:       «Очень красиво. Впервые такое вижу.»       — Посмотрим, что будет, когда увидишь храм Суйбянь, — весело добавила Фуфу. — Там вообще красотища! Я всё тебе покажу. Если будут какие-то вопросы, то обращайся. Я, как старшая ученица, всегда помогу!       Она засияла, уперев руки в бока. Полли кивнула, с трудом подавляя вновь накатившее желание потрепать её макушку. Фуфу явно старалась выглядеть серьёзной, премудрой и внушительной старшей ученицей, но все попытки рассыпались в прах из-за её внешности.       Думаю, Алиса бы уже её затискала. Или хотя бы погладила.       Рука привычно сжала в кармане зажигалку, но в этот момент фуникулёр вздрогнул, останавливаясь, и Фуфу вывела Полли на улицу.       И здесь у Полли перехватило дыхание. Издали она только отмечала типично «восточные» изогнутые крыши. А теперь она словно оказалась в фильме про боевые искусства. Казалось, стоит только моргнуть — и из-за угла выскочит герой Джеки Чана, преследуемый бестолковыми негодяями.       — Это Файлюм. Наша мирная и шумная гавань, — объяснила Фуфу. — Здесь живёт много шахтёров. Они добывают люмит в каверне Лемнос, — она махнула рукой в сторону каверны на горизонте. — Тут много магазинчиков со всякой всячиной. Вон там — «Чайный небожитель». Там вкусно готовят, но когда попробуешь готовку Иньху, то дорогу туда будешь вспоминать только когда он опять пожалеет мяса.       Она продолжала звонко рассказывать о местных достопримечательностях, но Полли слушала вполуха, вертя головой и пытаясь успеть рассмотреть всё. Узкие и кривые пешеходные улицы сменяли друг друга, иногда попадались чуть менее узкие, подходящие для проезда транспорта, кругом кипела жизнь — слишком много всего тут было, чтобы успеть всё рассмотреть на ходу. Полли успела отметить, что люди узнавали Фуфу. Некоторые здоровались, другие махали руками.       Пройдя через мощеную камнями площадь, они подошли к воротам храма. И, пройдя через них, Полли застыла с открытым ртом, благо Фуфу отпустила её руку и отошла на пару шагов, позволяя проникнуться окружающим видом.       — Добро пожаловать в храм Суйбянь. Как тебе?       Если бы её привезли сюда прямо из приюта, ничего не объясняя, без путешествия через Омут и Нью-Эриду, Полли была бы уверена, что попала в какой-нибудь Шаолинь. Храм Суйбянь выглядел точь-в-точь как монастыри из китайских фильмов, где герой должен научиться смирению, просветлению и кунфу, чтобы однажды эффектно сразиться с негодяями. Не хватало только монахов, красиво размахивающих руками и прыгающих на несколько метров. Дрожащими руками Полли достала из кармана блокнот и написала:       «Прямо как в кино».       — А то! — весело ответила Фуфу. — Храм принадлежит школе горы Юнькуй. Тут обучают разным духовным техникам и боевым искусствам. Мы помогаем местным жителям, порой ходим в каверну — иногда люди теряются или набегают эфириалы, а ждать подмоги долго.       Так вот почему её приветствовали. Похоже, здешних… обитателей уважают.       — Идём, я покажу твою комнату, — Фуфу уже шла куда-то.       Полли поспешила за ней. Несмотря на то, что здесь, рядом с входом, тоже ходили горожане, она чувствовала себя лишней. В потрёпанной, хоть и выстиранной одежде она казалась себе неуместной бедной родственницей. Бездомным, который пришёл в торговый центр и вроде надел самое лучшее, что завалялось в его укромном уголке под мостом, но всё равно каждый понимает, кто вторгся в размеренную жизнь обычных работяг.       Впрочем, на саму Полли поглядывали скорее с любопытством. Так же в приюте смотрели на новеньких, которые появлялись там нечасто. Ещё пара дверей — и очередной двор. Побольше, чем «парадный», расположившийся за входом. Здесь упражнялись парни и девушки в одинаковых одеждах: светло-рыжая рубаха, облегающие тёмно-серые штаны и светло-серые туфли без каблуков. Большинство отрабатывало приёмы рукопашного боя, но небольшая группа в дальнем углу упражнялась с деревянными мечами.       А вот и монахи с боевыми искусствами…       Они с Фуфу вошли в… Полли назвала бы это зданием, не будь оно выдолблено прямо в скале, к которой жался храм. Здесь царила приятная прохлада и пахло благовониями. Вдоль правой стены шли двери с номерами — по всей видимости, жилые комнаты. Пару раз попадались залы с диванами и столами, в которых легко угадывались общие комнаты для досуга или чего-нибудь в этом роде. Полли это немного напомнило приют, разве что тут не было голого бетона — напротив, всё выглядело чисто, опрятно, уютно… и экзотично.       У очередной двери Фуфу остановилась и отворила её. Дверь оказалась раздвижной. Взору Полли предстала небольшая комната с двухэтажной кроватью, столом, парой стульев, креслом-мешком и маленьким телевизором на столе. В углу расположился столбик, подозрительно напоминающий когтеточку и покрытый глубокими и длинными царапинами. Полли украдкой покосилась на руки Фуфу и, заметив на них когти, тихонько хмыкнула.       — Добро пожаловать! Шифу сказала, что ты будешь жить со мной, — объявила Фуфу. — Так что если будут какие-то вопросы или сложности, то смело обращайся к своей старшей ученице. Нижняя кровать — твоя. Договорились?       Полли коротко кивнула. Для неё не было особой разницы. Разве что в приюте нижний этаж был чуть безопаснее: находясь в особо дурном расположении духа, Валентина могла силой стащить её с кровати, не дожидаясь, пока она встанет, а с верхнего этажа падать куда больнее.       Но важнее всего была комната. Небольшая комната на двоих. Не общая на всю девичью группу.       Надеюсь, я полажу с Фуфу. Кажется, это возможно.       — На кровати лежит твоя одежда. Должна подойти, — старшая ученица, она же новая соседка по комнате, она же Огненная Тигрица Цзюй Фуфу мягко, но настойчиво втолкнула Полли в комнату. — Переодевайся и пойдём есть. Обед уже закончился, но Иньху приберёг немного для нас.       Как только Фуфу закрыла дверь, Полли быстро, сноровисто сняла свою одежду и переоделась в храмовую. К её удивлению, одежда оказалась впору и довольно удобной. Многострадальные джинсовые шорты, футболку и куртку она аккуратно сложила на кровать, переложила в карманы блокнот, карандаш и последнюю шоколадку. Остался только Дьявольвер.       — Ого, а с тобой шутки плохи, — весело заметила Фуфу. — Оставь его в комнате. В храме безопасно, так что оружие не пригодится. А если вдруг что случится, положись на меня.       Немного поколебавшись, Полли прижала Дьявольвер к груди, решаясь, и спрятала его под подушку. Ей не хотелось расставаться с оружием, но в чужой монастырь со своим уставом ходит только тот, кто может и хочет его навязать. И она явно не была тем человеком… вернее, чёртом, который мог бы это сделать. Немного подумав, она припрятала туда же и шоколадку.       Потом перепрячу. Надеюсь, никто не сопрёт…       Они вдвоём снова пошли по коридорам. Идти пришлось недалеко: всего через минуту Полли перешагнула порог столовой.       Столовая — она в любом уголке любой вселенной столовая. У всех них одна форма и функция. Функция: предоставлять посетителям возможность поесть. Форма: столы (чтобы на них стояла еда), стулья (чтобы на них сидели посетители). И в храме Суйбянь всё было так же, если не считать всё той же неизменной восточной атмосферы.       Тяжёлые дубовые столы были пусты, да и в столовой почти никого не было. Но в конце дальнего стола были расставлены блюда и тарелки, дожидаясь своих едоков. Рядом обретался… панда. Здоровенный двухметровый панда в очках и шляпе, подозрительно смахивающей на казан.       — А вот и мы, Иньху! — радостно объявила Фуфу, подводя Полли к панде.       — Ты и есть новенькая, о которой говорила Исюань-шифу? — панда пожал Полли руку, его лапа оказалась сильной, но при этом на удивление мягкой. — Меня зовут Пань Инху. Я тут отвечаю за готовку. Надеюсь, наш скромный обед тебе понравится.       — «Скромный»? Иньху, да Полли сейчас язык проглотит! Даже я проглочу! — Фуфу плюхнулась на один из стульев и красноречива похлопала по соседнему. — Налетай!       Благодарно кивнув, Полли села на соседний стул. Перед ней на столе тут же поставили тарелку и положили палочки, рядом пристроилась кружка с чаем. Неуверенно взяв палочки, Полли осмотрела расставленные блюда. Желудок жалобно заурчал, требуя не смотреть, а есть. Но из всех блюд она узнала только рис, пирожки и жареную курицу. В восточной кухне она совершенно не разбиралась, да и не была уверена, что здесь блюда называются так же, как и в её мире.       — Приятного аппетита, — сказал Иньху, усаживаясь напротив.       В некоторых блюдах торчали ложки, так что Полли наложила себе в тарелку понемногу того, в чём была хоть немного уверена, и приступила к трапезе. Дело как-то не клеилось. Слишком уж всё шло спокойно, даже хорошо. Разум искал подвоха, требовал приготовиться и даже нашёл повод для беспокойства.       Чёрт возьми, а как в фильмах с Брюсом Ли держали палочки?       С трудом подавив искушение схватить палочки в кулак и орудовать ими, как вилкой, Полли попыталась взять их как это было в кино. Оказалось, что это жутко непривычно и неудобно. Так что она склонилась над едой, стараясь как-нибудь схалтурить.       Эх, а вот Алиса в каком-то журнале вычитала, как ими есть, и даже тайком тренировалась. Я ей эти палочки даже вырезала в мастерской. Но сама, дура такая, так и не научилась ими пользоваться!       Хоть Полли и старалась не подавать виду, но внутри она расстроилась. Придётся срочно навёрстывать этот навык. Ей вспомнился один пацан из младшей группы, который неправильно держал ложку. Когда это увидела Валентина, то сначала выбила ложку из его руки так, что та пролетела почти через всю столовку, отвесила пареньку тяжёлую затрещину, заставила подбирать и мыть ложку, а потом ещё и разразилась гневной тирадой о том, что не уметь правильно пользоваться столовыми приборами — это позор. Когда она устала распинаться и ушла в кухню, Полли показала бедняге, как правильно держать ложку. Рука Валентины была тяжёлой, и подставляться мог только упрямец вроде Полли.       — Полли, всё в порядке? — голос Иньху вырвал её из мыслей о прошлом.       Полли подняла вопросительный взгляд. Старший ученик выглядел обеспокоенным.       Ну всё, я спалилась!       — Ты мало ешь. Неужели я что-то сделал не так? Что-то пережарил?       Вопрос выбил Полли из колеи. Она даже не знала, что сказать. Ей никогда в жизни не задавали таких вопросов.       — Да причём тут пережарка? — вмешалась Фуфу, указывая на свою тарелку. — Ты опять мало мяса кладёшь. Иньху, ты совсем нас не жалеешь!       Между ними завязался спор о том, сколько мяса нужно добавлять в блюда, названия которых Полли в первый раз слышала, о пользе овощей и о том, что даже тиренам-зайцам, что бы это ни значило, нужно мясо, что уж говорить об одной скромной тигрице. Причём спор был… весёлым. Фуфу и Иньху улыбались, и звучали так, будто такие пикировки — обычное дело. Это напоминало то, как ворчали друг на друга Орфея и Магус.       Собрав волю в кулак, Полли достала блокнот, глубоко вздохнула и написала:       «Простите. Мне впервые дают так много еды. И такой вкусной. И я ни разу не ела палочками».       Когда она показала надпись, сердце пропустило удар. Каждая мышца напряглась. Полли мысленно считала секунды до момента, когда лёгкая атмосфера испарится без следа, а сама она вновь станет объектом чужого гнева.       — А, так вот в чём дело… — Фуфу вскочила с места. — Иньху, вилки лежат там же, где обычно? Сейчас принесу!       Её как будто ветром сдуло. Иньху посмотрел ей вслед и вздохнул.       — Извини, Полли. Я как-то забыл положить тебе вилку. В следующий раз точно не забуду!       Полли постаралась дружелюбно улыбнуться ему. Но улыбка получилась скорее вымученной. На смену ожиданию проблем пришло непривычное облегчение. Мир как будто треснул пополам. Перед ней извинялись! За такую мелочь, как вилка! Притом, что она сама готовилась к тому, что её отчитают за неумение правильно есть! У Полли не подкосились ноги только потому, что она сидела. Она открыла блокнот на самой первой странице и развернула его к Иньху.       «Спасибо».       Взгляд Иньху изменился. Он словно заметил состояние Полли. Но не воспользовался этим, не надавил, даже не усмехнулся. Просто успокаивающе погладил её по голове.       Тут вернулась Фуфу с вилкой в руке, которую гордо держала, как призовой кубок.       — Держи! Старшая ученица Фуфу спасает ситуацию, — она протянула вилку Полли. — Обязательно всё попробуй. Иньху шикарно готовит, хоть и часто жалеет мяса. А потом мы покажем тебе храм. У нас тут здорово!       Уверенно приступая к еде, Полли поймала себя на мысли, что хочет ей поверить.       

***

Три дня спустя

      Изольда стояла на крыше маневрового тепловоза и осматривалась по сторонам. Отсюда открывался хороший вид на окрестности: автостраду вдоль железнодорожной насыпи, разрушенный мост впереди и окружающие холмы. И на следы боя.       Меньше получаса назад в сотне метров отсюда команда специалистов из Ассоциации исследователей каверн под охраной целого взвода Сил Обороны попал в засаду слуг Тумана. Призраки в масках действовали грамотно, спрятавшись среди брошенного транспорта и на первом этаже автомастерской. Некоторые заняли позиции и на насыпи, но не проверили поезд: маневровый тепловоз и три грузовых вагона. Это стало их ошибкой.       «Маски» атаковали быстро и по науке: подбили шедший впереди бронетранспортёр и взяли остальной транспорт в клещи. Но воспользоваться превосходством им помешали ровно две вещи. Во-первых, они не посчитали нужным минировать пути отхода — и, как чувствовала Изольда, это было сделано не просто так. А во-вторых, они не разведали территорию и не выставили дозорных, поэтому не знали, что в одном из вагонов притаилась Твигги и ещё две реплики из Серебряного отряда. И как только старая безоткатная пушка, размещённая недалеко от тепловоза, сделала свой первый выстрел, в бой вступили повстанцы. Твигги с сёстрами тут же избавились от расчёта безоткатки и вступили в бой. Это позволило конвою подобрать экипаж бронетранспортёра и «трёхсотых» и отступить в ближайший пространственный разлом, а подкреплению повстанцев, которое вела лично Изольда, нанести сокрушительный удар.       — Как интересно… — проговорила она, садясь на край крыши.       Теперь на месте перестрелки, усыпанном угольно-чёрными костями, царила муравьиная возня. Повстанцы собирали оружие и боеприпасы, а заодно подцепили на буксир пару вражеских машин, ещё пригодных к использованию. Среди подчинённых Изольды был один старый призрак — бывший полковник подозревала, что он застал ещё первых Охотников каверн, а то и старую цивилизацию. Он отлично разбирался в машинах и их модификации, так что любые ездящие трофеи отправлялись к нему.       Изольде пришлось если и не учиться воевать заново, то разучивать новые приёмы. Как, впрочем, и противнику. Как она сама, так и генерал Лоренц не очень хорошо разбирались в ведении боя против людей. Против разумного противника, причём способного на серьёзные действия. Одно дело — эфириалы, бандитские группировки или Ликующие, больше полагавшиеся на всё тех же эфириалов. Другое — такой же вооружённый, технически оснащённый и подготовленный противник. У Изольды, к счастью, получилось приспособиться под новые условия.       В открытом противостоянии слуг Тумана и Королевы нельзя победить. Любой носитель маски со временем вновь выйдет из Тумана. Они не боятся боли, но достаточно разумны, чтобы не лезть на рожон почём зря, и это не говоря об их круговом зрении. И всё это ценой стирания памяти, полной потери личности. Никакой памяти о былых грехах, которая преследует каждого призрака и терзает каждого чёрта. Полное и гарантированное забвение. Ни любви, ни тоски, ни жалости. Изольда отчасти понимала их выбор, хоть и не могла его принять.       И сейчас, зная, как воюют «маски» под предводительством Лоренца и Королевы, Изольда замечала несостыковки. Слуги Тумана могли нанести конвою куда больший ущерб. Действуй они чуть грамотнее и агрессивнее — и даже своевременное появление Твигги с сёстрами только уменьшило бы количество «двухсотых», но никак не позволило бы отступить без потерь, как сейчас. Вот только чем дольше Изольда обдумывала действия «масок» и доклад Твигги о первых минутах боя, тем интереснее складывалась картина. Противник не хотел уничтожить конвой. По крайней мере, не перебить всех до одного. Они хотели избавиться от охранения.       Похоже, вам нужны специалисты из АИК. Живьём.       К ней подошла Твигги.       — Конвой занял позицию за разломом. Там безопасно, но я оставила двоих наблюдателей, — произнесла она. — Изольда, чего добиваются «маски»? Это уже третье нападение на конвой. И я бы… действовала по-другому. Заминировала бы пути отхода, по-другому расположила тяжёлое оружие. И подбила бы замыкающую машину сразу после головной, чтобы остальные не могли быстро уйти.       — Всё правильно. Меньшего я от тебя и не ожидала, — Изольда улыбнулась. — Но заметь, что это были конвои АИК. Со специалистами внутри. Похоже, Королева хочет их заполучить, причём живыми.       Твигги скрестила руки на груди.       — Но зачем? Они уже умеют использовать скверну, чтобы воплощаться в кавернах. И мы тоже этому научились. Если только… — она ошарашенно посмотрела на Изольду. — Они действительно хотят прорваться в нормальное пространство?       Экс-полковник коротко кивнула, глядя на двоих повстанцев, что несли мимо тепловоза безоткатное орудие.       — Когда Королева пыталась меня завербовать, она упоминала, что Омут — это только начало. Странно только, что до них с Лоренцем только сейчас дошло перейти от борьбы с нами к поиску специалиста по кавернам, — она хмыкнула. — Так что либо они хотят выбраться из каверн, либо пытаются «экспортировать» Туман из Омута. Тогда они получат плацдарм, о котором мы можем только мечтать.       Она посмотрела в стеклянное небо. Она проделала странный и довольно грязный путь от полковника Сил Обороны до командира партизанской армии теней. И путь начался с падения старой столицы. Много погибших солдат, до последнего старавшихся сдержать натиск эфириалов во внезапно расширившейся Нулевой каверне. Они с Магус, вместе со своим отрядом из последних сил защищавшие поезд, эвакуировавший гражданских.       А спустя десять лет после катастрофы Изольда узнала, что не было никакого поезда с гражданскими, зато был поезд с ценным оборудованием и активами корпорации «Люмкерамикс». И была взятка, данная руководством корпорации тогда ещё полковнику Лоренцу за защиту этого поезда. Много хороших солдат погибло не ради того, чтобы как можно больше жителей спаслись из каверны, а из-за алчности двух исполнительных директоров и одного офицера.       И тогда Изольда совершила самую страшную глупость в своей жизни. Она спуталась с Ликующими. Сектанты пообещали ей силу и помощь в мести. Обещали помочь уничтожить каждого, кто причастен к этому предательству. И они не обманули: один из руководителей «Люмкерамикс» мёртв, второй никогда не выберется из застенков Собеза… или «Крампуса», если ему совсем не повезло. А Лоренц получил причитавшуюся ему пулю в лоб.       Но этим союзом Изольда подписала себе смертный приговор. Она предала сослуживцев, подчинённых, присягу и весь Нью-Эриду. Операция Ликующих, жаждущих погрузить весь мир в одну огромную каверну, едва не погубила огромное количество жизней. И за ней, сметая эфириалов и Ликующих, пришли Орфея и Магус. Изольда приняла свою судьбу, но всё равно сражалась до последнего — она не могла допустить, чтобы старая подруга дала слабину и пощадила её. Так она и попала в Омут, душимая тяжестью своего греха.       Но повстанцы приняли её. Для них Изольда была не предательницей, а в первую очередь грамотным офицером, который сберёг множество жизней и достиг многих побед. Повстанцы были готовы поставить на кон то немногое, что осталось у них после смерти, доверившись ей. Изольда приняла это бремя и зашла дальше. Она выследила и убила демона, напилась крови, провела ритуал и стала чёртом. И теперь она, терзаемая собственными преступлениями и отмеченная парой рогов, сидела на тепловозе и думала о том, как выиграть войну, где прямая победа невозможна.       Твигги села рядом с ней, напряжённо глядя вниз. Она явно настроилась на серьёзный разговор.       — Изольда… Разрешите мне пройти ритуал, — наконец сказала она.       Экс-полковник повернула к ней голову и вздохнула. Твигги не впервые обращалась с этой просьбой и каждый раз ответ был один и тот же.       — Ты же знаешь, что я не могу этого позволить.       — Почему? У нас двое «двухсотых». Ещё трое в прошлый раз, один — в позапрошлый. Только… тогда, в новой субкаверне, мы никого не потеряли, и то благодаря той девчонке, — возразила Твигги. — Я хочу помочь. Хочу защитить сестёр. Неужели… — она понизила голос почти до шёпота. — Неужели я не заслуживаю доверия? Я знаю, что натворила, но…       Изольда со слабой улыбкой погладила её по голове. Твигги вздрогнула и обратила просящий взгляд к ней. Но согласиться на просьбу было бы гораздо большей ошибкой, чем вытерпеть этот взгляд.       — В этом и всё дело, — произнесла экс-полковник. — Ты знаешь, что сделала. А я знаю, что сделала я. Поэтому мы и оказались в Омуте. Но это лишь верхушка айсберга, Твигги.       — Почему? Вы никогда не объясняете мне, Изольда, — проговорила Твигги. — Что со мной не так?       Изольда обняла её одной рукой за плечи. Она не хотела продолжать разговор, но лучше уж разбередить свои раны, чтобы окончательно закрыть эту тему.       — Эти рога — не дар, а проклятье, Твигги, — произнесла она. — Этого можно не понять сразу. Но потом ты почувствуешь. Ты осознаешь, что помнишь свои грехи, преступления, ошибки. Ты помнишь каждый миг, каждое слово, каждое действие, каждый слой своего проступка. Ты не можешь этого забыть, воспоминания не ослабевают и не искажаются. Они всегда с тобой. Ты не можешь сделать вид, будто это были не твои слова, не твои поступки и не твой выбор, потому что память никогда тебе не солжёт. Это огромное бремя, Твигги… — Изольда сделала паузу, глядя собеседнице в глаза. — И я не хочу проверять, выдержишь ли ты его.       Повисло молчание. Твигги склонила голову — наверняка, переживая своё прошлое. Серебряный отряд — секретный эксперимент по созданию идеальных солдат-реплик. Неудачный, нецелесообразный. Реплик «списали»: отправили на задание, с которого живой вернулась только одна — под номером одиннадцать. По крайней мере, так утверждали те документы, к которым у Изольды был доступ при жизни. А на деле же чудом выжившая и обезумевшая от потери и одиночества Твигги попыталась воссоздать Серебряный отряд, продавая плоды неудачных попыток на органы. И так, пока она не покусилась на тот самый «одиннадцатый номер» в попытках найти ту самую последовательность, которая отделяла дефектные реплики от настоящих. Но это закончилось лишь гибелью от рук командира отряда — ещё одной реплики, которая по документам должна была быть мертва.       Изольда понимала желание Твигги стать чёртом. Желание защитить оказавшихся в Омуте сестёр. Желание поступить правильно, сделать всё возможное, чтобы помочь Изольде и повстанцам. Но не могла ответить «да».       — Это… настолько ужасно? — спросила наконец Твигги. — Я ведь… хочу помочь.       — Знаю. И ты помогаешь. Мне нужна ты, Твигги. Твой ум, — Изольда потрепала её макушку. — Лучшего заместителя я не найду. И поэтому я не могу позволить тебе пойти на этот ритуал.       Твигги посмотрела ей в глаза. Снова. Как будто пытаясь считать ту тьму, что лежит в глубине души каждого чёрта, гложет изнутри и постоянно подтачивает. Всё, что осталось у Изольды, всё, что заставляло двигаться её вперёд — это желание победить Королеву. Защитить повстанцев. Сохранить возможность существовать в Омуте, сохраняя своё «Я». Если выход и есть, то он скрыт именно в сохранении своего сознания и памяти. В это верили повстанцы, в это же верила и Изольда. Но даже так проклятье чёрта угнетало её: боль не уходит от понимания, что её нужно выдержать. Её просто становится немного легче терпеть. Взгляд Твигги поднялся к рогам, потом снова опустился.       — Наверное, мне и впрямь не стоит идти на этот риск, — нехотя согласилась она и встала, касаясь гарнитуры на ухе. — Наблюдатели вернулись. Они докладывают, что к конвою идёт подкрепление.       — Поняла, — Изольда поднялась на ноги. — Всем внимание! Сюда идут Силы Обороны. Возвращаемся в Омут малыми группами, согласно плану. Встречаемся на Узловой станции.       Повстанцы тут же начали отходить. Без лишней спешки и паники: как обычно, как уже делали много раз. Конечно, оставались незахваченные трофеи, но Изольда не хотела из-за этого вступать в контакт с живыми. Не стоит втягивать их в разборки мёртвых.       Разве что…       Она хмыкнула, вспоминая Полли. Девчонка с рогами чёрта, очень интересным револьвером и как будто с нулевым опытом сражений с эфириалами. Изольда встретила её именно там, куда её направил голос из разбитого телефона. Голос говорил, что Полли — это ключ к победе над Королевой. Он явно знал больше, чем говорил, но не обманул. Полли помогла отряду Обол отбиться от призраков, что позволило Изольде разобраться с «масками» на другом берегу, не дробя свой отряд. Причём справилась одна, если не считать ракеты, запущенной по её «Мишени».       Не знаю, кто ты и откуда взялась, но надеюсь, что смогу поблагодарить тебя лично.       — Изольда? — раздался голос с автострады.       Тяжело вздохнув, Изольда поняла, что за размышлениями проморгала момент, когда упомянутое Твигги подкрепление подошло близко. И, разумеется, это был отряд Обол. Разумеется, Магус оценила обстановку, убедилась, что конвой в безопасности, и сразу бросилась через разлом к месту боя. И, разумеется, увидела Изольду.       А ты быстро действуешь. Я всегда это в тебе ценила.       Экс-полковник молча помахала ей рукой и развернулась.       — Идём, Твигги.       — Стой, стрелять буду! — крик Магус, усиленный электроникой, неприятно резанул по ушам. Но Изольда лишь улыбнулась.       — Не будешь, — ответила она и спрыгнула с тепловоза по другую сторону от бывших сослуживцев.       Орфея и Магус смотрели ей вслед, не веря тому, что сейчас видели. К ним подошла девушка в серебристом комбинезоне.       — Капитан, мы со Старым Сидом можем их догнать. Один прыжок — и мы там! — она указала на трёхметровую меху, увешанную оружием.       Магус молчала, продолжая неотрывно смотреть на тепловоз.       — Не надо, Сид, — сказала Орфея. — Нам нужно вывести конвой. Верно, капитан?       — Да… — Магус неохотно отвернулась. — Возвращаемся. Наша задача — защитить специалистов АИК, а не гоняться за призраками.       Отряд отступил к разлому. И только Одиннадцатая по пути оглянулась через плечо. Ей тоже не хотелось верить своим глазам.       

***

      Полли сидела в углу внутреннего двора храма и рисовала в блокноте. Она облюбовала это место ещё в первый день: тут было пусто, отсюда открывался вид на весь двор, а самым главным было то, что двор — внутренний.       В главный двор, начинавшийся сразу после парадного входа, регулярно заходили посетители. Кто-то фотографировался, кто-то искал благословений или предсказаний, кто-то пришёл ради гадания на триграммах. Другие покупали благовония, чаи, талисманы, амулеты и пирожки. Но все они оставались там, в главном дворе. И никто не заставлял Полли контактировать с посетителями. А ещё за эти три дня не было никаких «уважаемых гостей». Даже более того: Фуфу и Иньху, казалось, искренне не поняли её вопроса.       Местный быт вообще не тяготил Полли. Пока таинственная Исюань была в отъезде, её вопрос решили просто: обязательное посещение тренировок по общей физической подготовке и участие в хозяйственных работах: подмести, отнести, полить, протереть от пыли… Всё это она делала и в приюте, но тут обходилось без злых окриков Валентины.       А ещё тут было много свободного времени, которое почти не ограничивали. Большую его часть Полли проводила в библиотеке. Там она читала книги или садилась за компьютеры и посещала местную сеть. Ей нужно было узнать как можно больше о мире, где она оказалась. О Нью-Эриду, кавернах, эфире, скверне, Объездной, Собезе, Силах Обороны, Службе спецопераций в кавернах и о том, что тут вообще произошло и происходит. К примеру, она узнала о тиренах, о́ни и разумных конструктах. Разнообразие тиренов поражало воображение, даже несмотря на то, что Полли видела многих из них на улице и в храме. А Фуфу и вовсе оказалась представителем редкого вида тиренов-тигров.       О призраках же информации почти не было. Только удалось найти слухи и истории на одном форуме, где собирали всякую крипипасту и прочие страшилки сомнительной подлинности. Впрочем, некоторые рассказы были очень правдоподобны. Стало ясно, откуда черпал информацию «Мистер Доктор», услышанный по радио. А вот про чертей не было вообще не слова. Таковых в Нью-Эриду вообще не водилось.       Будем считать, что я о́ни. Или тирен. Коза, например.       Теперь же у неё появилось желание выбраться из тихой библиотеки на улицу и порисовать, благо погода стояла солнечная.       Здорово, когда можно просто выйти на улицу, когда захочешь. Не когда Валентина выгонит на бетонную площадку за приютом.       Полли пробовала себя в аниме-стилистике. Она давно хотела зайти дальше, чем просто рисовать карикатуры, но всё как-то не доходили руки. И своим дебютом в новом стиле она решила сделать рисунок, который нарисовала накануне побега из приюта. Тогда она изобразила Алису и себя в виде ангела и чёртика. Теперь, когда телефон разрядился в ноль, Полли рисовала по памяти… и по-новому. Постепенно, штрих за штрихом, у неё получалось запланированное.       Алиса, удивительно похожая на себя и в своём неизменном пальто, парила на ангельских крыльях, над головой красовался нимб. А рядом — Полли, с рогами и хвостом. То, что «в девичестве» было простенькой карикатурой, постепенно обрастало деталями. Полли хотела изобразить Алису так, как помнила. А помнила, на свою беду, идеально.       Да, Алиса, ты в самом деле была ангелом. А я… Я теперь самый настоящий чёрт. Правда, хвост продала за шаурму и шоколадки. Всё равно только под ногами мешался, а жрать хотелось.       Немного подумав, Полли решила нарисовать в руке Алисы зажигалку. Ту самую, которую она обещала вернуть после пожара.       — Да ладно, я ещё сопру… — вспомнились слова лучшей подруги.       Прости меня. Не сопрёшь. Не верну.       Полли достала зажигалку из кармана и со щелчком открыла. Закрыла. Дешёвая подделка под Zippo с едва ощутимым запахом бензина, но для неё — дороже любого из сокровищ.       Краем глаза она заметила троих приближавшихся к ней людей. Привычно подняла голову, оценивая. Почти что рефлекс, глубоко забившийся в подкорку мозга. Если кто-то приближается к тебе — надо быть настороже.       Трое учеников храма в таких же одеяниях, как и у неё. Двое парней и девушка. На вид — ровесники. Полли пару раз замечала их и держалась в стороне… как, впрочем, вообще от всех учеников. Но эта троица примелькалась хотя бы потому, что ставила себя выше всех и любила докапываться до других. Особенно до тех, кто упражнялся в одиночестве. До сих пор Полли считала, что достаточно незаметна для окружающих: всегда в стороне, в тени, не привлекает внимания. Но теперь ей пришлось закрыть блокнот и спрятать его в карман.       Не хочу, чтобы они видели. Не хочу, чтобы вообще кто-то видел.       — Это она? — спросила девушка у того из парней, что был повыше.       Тот кивнул.       — Ага. Сидит себе, нелюдимая такая. Ни с кем не общается, — сказал он. — Только старшая ученица Фуфу с ней нянчится — наверное, наставники заставили.       — Да стопудово, — поддержал его второй парень. — Ты глянь, делает вид, что не слышит нас. Высокомерная какая!       Полли действительно слушала их вполуха. По сравнению с тем, что она слышала за свою жизнь, разговоры этой троицы казались даже не детским лепетом, а фоновым шумом. Вот только ей хотелось тишины. Но стоило ей попытаться встать, как кто-то схватил её за руку и, прежде чем она успела среагировать, выхватил зажигалку.       — Смотри-ка! — девица вертела в руках трофей. — А новенькая-то пироманка. То-то же мрачная такая — уже приценивается. Глянь, Гуй!       Полли попыталась встать, но тот, что пониже грубо ткнул её ладонью в плечо, заставляя снова сесть. Девица же, быстро отступив, перебросила зажигалку высокому.       — Прям как в старых боевиках, — хмыкнул Гуй. — Типа крутая поджигательница, да?       Все трое заржали.       Полли почувствовала, как сердце пропустило удар, а потом заколотилось чаще. Дыхание участилось. Слова учеников доносились до её ушей словно через подушку. Внутри начала закипать злость.       Пользуясь тем, что троица сосредоточилась на остроумии Гуя, Полли резко вскочила и шагнула к ним, протягивая руку за зажигалкой. Только-то и нужно, что отобрать и уйти. Остальное — не её дело.       — Куда грабли тянешь? — Гуй сноровисто отпрыгнул, а его подпевалы тут же заслонили его и в четыре руки оттолкнули Полли назад. — Ты себя в зеркало видела? У тебя рожа зверская. Реально пироманка!       — Правильно. А то подожжёт что-нибудь… — поддакнул второй парень. — Чего вылупилась? Мы твою зажигалку лучше наставникам отдадим!       Внутри Полли что-то оборвалось. Отдадут наставникам. Не вернут. Наверняка скажут, что она пироманка, что пыталась что-нибудь поджечь, или придумают ещё какую-нибудь историю. Навсегда отберут то единственное, что осталось от Алисы.       Нет! Не отдам!       Злость сменилась отчаянием. Отчаяние — яростью. Хрупкая оболочка супер-эго треснула, выпуская наружу зверя, который выжил в Омуте, сразил двух демонов, победил Марго и уничтожил Измученного. Сгусток гнева, умноженного на силу чёрта.       Не-Гуй толкнул Полли в плечо и что-то сказал. Возможно, что-то вроде «всё, проваливай». Но Полли уже не слышала, не была в состоянии воспринимать речь. И именно его она вдарила кулаком под дых. Парень раскрыл рот и рухнул на колени.       — Держи её! — крикнул Гуй.       Вместе с девчонкой он встал в стойку, похожую на те, что Полли видела в фильмах. Атаковали они вдвоём с разных сторон. Пришлось сделать несколько шагов назад, кое-как блокируя удары и пару штук всё же пропустив. Задиры двигались быстро и уверенно, не давая передохнуть и то и дело пытаясь взять её в захват.       Рванувшись в сторону, чтобы уйти от удара Гуя, Полли набросилась на его напарницу. Та быстро перешла в защиту. Пара ударов Полли не достигла цели, ещё один девица отвела в сторону, а потом контратаковала. От удара ногой заныли рёбра, а воздух выбило из лёгких. Такой удар многих заставил бы пошатнуться или потерять равновесие, а то и вовсе сдаться. Но Полли просто ударила в ответ, не останавливаясь, не позволяя себе даже секундную поблажку. Боль — это не повод останавливаться, потому что остановка — смерть. Этому научил Омут. В последний момент девица успела отвести голову, поэтому кулак задел её скулу, а не пришёлся в нос. Однако этого хватило, чтобы замешкаться, и следующий удар сбил её с ног.       Полли мгновенно развернулась к Гую. В его глазах мелькнул страх.       — Да что с тобой не так?! — крикнул он и бросился в атаку.       Вернее, попытался, потому что теперь Полли пошла в наступление сама. Она просто наносила удары. Без какой-то техники и стиля. Как получалось. Как в Омуте, когда на кону стояла жизнь, патроны в Дьявольвере заканчивались, а на то, чтобы выхватить скейт, просто не оставалось времени. Она даже не пыталась защищаться или уклоняться, а наступала. Пути назад не было.       Гуй попытался сменить тактику и уйти в глухую оборону, но это стало ошибкой. Полли со всей силы ударила, целясь в переносицу. Задира поставил блок… и получил по лицу собственными запястьями. Полли добавила ему ногой в живот, заставляя его опрокинуться на спину.       Не успел Гуй попытаться вскочить, как Полли села ему на грудь и, размахнувшись, врезала по лицу. А потом ещё раз. Из разбитого носа полилась кровь. Когда она замахнулась в третий раз, парень вскинул руки — уже не в блоке, а просто пытаясь хоть как-то защититься. Дзинькнула выпавшая зажигалка. Полли замерла. Посмотрела на перепуганное лицо Гуя, а потом поспешно схватила своё сокровище. Ярость начала понемногу угасать.       Тут её схватили сзади и оттащили от задиры. Полли не сопротивлялась, узнав мохнатые ручищи Иньху. Лишь крепче сжала зажигалку в кулаке. Теперь, когда адреналин начал отступать, она почувствовала боль в синяках.       Ничего, бывало гораздо хуже…       — Что здесь происходит? — к ним уже бежали двое наставников.       Полли лишь вздохнула.       Кажется, у меня проблемы.       

***

      Так она и оказалась в одном из дальних двориков, держа в каждой руке по ведру с водой. Наказание за драку. «Постой и подумай над своим поведением,» — так сказал один из наставников, приведя её сюда и вручив эти вёдра. И Полли стояла, потеряв счёт времени.       Когда наставник спросил, зачем она начала драку, она промолчала. Какой толк от слов? Кому они нужны? Кто станет верить нелюдимой новенькой — одной против троих учеников, которые тут давно? В приюте попытки объясниться ничего не меняли, а порой делали только хуже. Иногда Полли отмалчивалась ещё и чтобы не втягивать Алису. Теперь же она боялась потерять последнее, что осталось. Единственное свидетельство того, что Алиса вообще существовала.       К немалому удивлению Полли, никто не пытался отобрать у неё зажигалку. Никто даже не спрашивал. Просто поставили здесь с двумя вёдрами.       Наверное, это просто начало. А настоящее наказание начнётся потом.       Она не знала, сколько уже простояла. Но от безделья в голову лезли мысли. О драке. О том, как она сорвалась и била, пока не вернула зажигалку. О спрятанном в комнате Дьявольвере.       Его точно отберут. Вряд ли, конечно, у них это получится, но точно постараются.       Впрочем, разлуку с Дьявольвером ещё можно пережить. Без оружия Полли чувствовала себя беззащитной. Но с этим можно жить. Жила так не один год. Но без зажигалки…       Полли не помнила свою семью. Она даже не помнила, как оказалась в приюте номер 22. Все её воспоминания были связаны именно с тем адом. С жестокостью Валентины, с коварством Марго, с жадными взглядами «уважаемых гостей», с холодной водой и кое-как приготовленной едой.       Но в этом мрачном прошлом были и лучи света. Книги, которые Полли читала тайком от Валентины. Фильмы, ради которых она сбегала из приюта. Рисование — как для себя, так и для ребят из младшей группы, которым нравились её рисунки. Работа в мастерской под присмотром трудовика, который сознательно нарушал глупые правила Валентины. В конце концов, Алиса, которая стала почти сестрой. Именно благодаря ей Полли не сломалась, не наделала глупостей… и могла просто жить хоть иногда. Тихая, скромная, безгранично добрая, Алиса ухитрялась оставаться в стороне, не привлекая внимания Марго или Валентины. Центром издевательств и главным объектом «исправления» оставалась Полли.       Однажды Полли, после очередного доноса Марго избитая так, что едва не потеряла сознание, лежала на кровати, изнывая от боли. В тот раз она достала из-под матраса давно припрятанный там канцелярский нож и осторожно выдвинула лезвие. И тогда Алиса сказала ей: «Не надо. Марго того не стоит». И Полли послушалась. Никто другой, даже трудовик не смог бы убедить её убрать нож. Никто, кроме Алисы.       Алиса же придумала план побега. Украла где-то зажигалку и придумала поджечь приют: мол, пока разберутся, что они сбежали, а не сгорели, они будут далеко. Нарисовала карту. Полли придумала, как отвлечь Валентину — подставиться, чтобы остальные сбежали во время экзекуции. К тому же от «воспитательной комнаты» до котельной — всего одна дверь. Оставалось только поджечь уголь и сбежать следом, чтобы встретиться в условленном месте. Только никого Полли не дождалась, просидев весь день и всю ночь. А наутро Аркан — личный пёс Измученного — стащил у неё зажигалку, чтобы заманить её в Омут. И там она узнала страшную правду.       Нет. Я не хочу об этом думать… Не надо…       Она зажмурила глаза, стараясь дышать ровнее и сдержать слёзы, но от этого стало только хуже. Как только дворик сменился чернотой, сознание поспешило заполнить оную холмом на берегу реки, маленьким костром, столбом дыма на горизонте и воем сирен пожарных машин.       — Эн-на!       Полли распахнула глаза, услышав голос. Перед ней стоял банбу, которого она уже не раз встречала в храме.       — Эн-на-не! Эн-на эн-ну! — произнёс банбу и замахал руками.       Полли склонила голову на бок, пытаясь понять, что этот робозаяц имеет в виду. Она точно могла понять, что он не издевается, а хочет донести какую-то информацию.       — Львец говорит, что время твоего наказания истекло, и ты можешь отнести вёдра на место, — раздался приятный женский голос. — Иди, Львец. Я сама разберусь.       — Эн-на? Эн-на! — Львец торопливо засеменил прочь.       Полли неуверенно опустила вёдра на пол и размяла руки, разглядывая подошедшую женщину.       Это определённо была одна из наставниц. Длинные платиновые волосы, облегающие чёрные шорты, как у Фуфу, белая блузка с глубоким декольте, подчёркивающим выдающийся бюст и героически удерживаемым одинокой пуговицей, светло-рыжая накидка с длинными рукавами. На плече у неё сидела абсолютно чёрная птица с горящими жёлтыми глазами, напоминающая пузатого воробья.       Красивая. Интересно, что сказала бы Валентина, увидев такую одежду. Наверное, подавилась бы желчью.       — Пойдём, я покажу дорогу, — мягко произнесла наставница, разворачиваясь.       Подхватив вёдра, Полли послушно последовала за ней.       Вот оно. Сейчас начнётся. Здесь тоже бьют стеком? Или чем-нибудь другим?       В соседнем внутреннем дворике наставница остановилась.       — Вылей воду под ту вишню. Её вечно забывают полить.       Полли послушалась. Напряжение внутри нарастало. Порой ей казалось, что в наказании самое страшное — не боль, даже если от неё теряешь сознание, а на спине остаётся кровь, а ожидание. Пока она выливала воду под вишнёвое деревце, наставница открыла неприметную дверь.       — Оставь вёдра здесь.       Помещение оказалось самой обычной подсобкой. Небольшой, тёмной, где пахло пылью и немного хлоркой. Знакомый запах — прямо как в кладовке в приюте. Быстро поставив вёдра в углу, Полли поспешно вышла обратно на улицу и посмотрела на наставницу.       — Один полководец времён старой цивилизации сказал: «Сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь,» — она добродушно усмехнулась. — Пройдёмся?       Полли кивнула, сама не понимая, зачем. Она сомневалась, что её согласие вообще требуется. Она ожидала, что сейчас начнётся отповедь, что ей скажут, кто она такая. В конце концов, ждала привычного «Я тебя исправлю». Рука скользнула в карман и коснулась зажигалки — выстраданной, отбитой, спасённой.       Почему она молчит? Ждёт, когда я отвечу на эту цитату? Это она намекает, что я не должна была драться? А что мне оставалось делать?       Они шли не тем путём, которым Полли привёл сюда другой наставник. Дорога вела в незнакомую часть храма. Полли пыталась представить, что ждёт в конце. Котельная? Ещё одна кладовка? Или тут есть специальная комната для наказаний? Или не комната? Вспомнился фильм, где солдата за оплошность били плетью перед всей ротой.       Не могло же всё быть хорошо, да?       Однако коридор вывел их в очередной дворик. Из примечательного тут была только стремянка у стены. Наставница ловко вскарабкалась по ней и забралась на крышу. Удивлённая Полли забралась следом и пошла за ней, благо конёк крыши оказался достаточно широким.       Бросив взгляд влево, Полли на миг замерла. В соседнем дворике стоял Гуй и его товарищи. По углам. С вёдрами в руках.       Так тебе и надо. Ты не Гуй. Ты Хуй. Моржовый.       Немного злорадствующая, но по большей части ошарашенная, она поспешила догнать наставницу. Пройдя немного, они оказались у края, откуда открывался захватывающий вид: скалы, бухта внизу, каверна на горизонте… и почти закатившееся за горизонт солнце. Наставница села и похлопала по крыше рядом с собой.       Ничего не понимаю… Но ладно.       — Почему ты начала драку?       Полли молча отвела взгляд даже не доставая блокнот из кармана.       Зачем вы спрашиваете? На что повлияет мой ответ? Просто сделайте то, что хотели!       — Парень, которого ты ударила первым, всё рассказал. Некоторые люди становятся очень разговорчивыми, если развести их по разным комнатам и каждому сказать, что остальные уже во всём сознались. Меня этому знакомый из Собеза научил, — наставница улыбнулась.       Полли удивлённо посмотрела на неё. Тон собеседницы был… непривычным. Не угроза, не предупреждение, не демонстрация власти. Скорее лёгкое хвастовство. Казалось, сейчас прозвучит: «Смотри, какой лайфхак! Здорово, да?»       — Они поступили недостойно. Брать чужое без разрешения — это не то, что допускают правило. Оскорбления и насмешки тоже не делают чести ученикам, тем более втроём против одного, — произнесла собеседница, глядя в сторону каверны. — Но и сразу драться не стоило. Тем более добивать лежачего.       Она медленно обратила взор к Полли.       — Скажи мне: могла ли ты поступить иначе? Рассказать наставникам или старшим ученикам, к примеру? Или растолкать их и силой отобрать зажигалку? Без махания кулаками?       Полли задумалась. В тот момент она не думала о вариантах. Думала лишь о том, что нужно вернуть зажигалку любой ценой, иначе больше никогда её не увидит. Она сорвалась. Позволила случиться тому, чего никогда не происходило в приюте. Там Полли была беззащитна, а попытка подраться могла привести лишь к «исправлению». Подвал, комната возле котельной, свист стека в воздухе, хлёсткие удары и собственные крики. Но тогда у неё была Алиса. Был человек, способный удержать, убедить… было ради кого не делать глупостей. А сегодня у Полли пытались отобрать всё, что осталось от этого человека.       Но я действительно могла не драться… наверное. А если бы они сами начали меня бить? А если бы они сами побежали жаловаться старшим или наставникам?       Она скрестила руки на груди и покачала головой. Наставница же, неожиданно, позволила себе улыбку.       — Упрямая. Прямо как Фуфу, — она протянула руку и погладила Полли по голове. Осторожно провела ладонью по волосам между рогов. — Ты наказана не за саму драку, Полли. Ты могла отобрать зажигалку без драки. Эти ребята хорошо себя показывают в боевых искусствах… и, к сожалению, из-за этого задирают нос. А ты справилась с ними. Они сказали, что ты даже пропустила несколько сильных ударов и как будто не заметила. А потом начала бить лежачего, когда он уже не был опасен. Понимаешь, о чём я говорю?       Полли кивнула. Она понимала. Теперь, успокоившись, она могла оглянуться и сказать: да, могла не начинать драку. Ей ничего не стоило бы оттолкнуть подпевал, схватить Гуя за руку и силой заставить его разжать пальцы. Просто… не думала об этом. Не думала, что так вообще можно. Не жаловаться старшим — этот вариант Полли даже не рассматривала. А обойтись без драки… или, хотя бы, не махать кулаками раньше них.       Перед ней никогда не стояло такого выбора. Только борьба до конца. Когда Валентина отобрала брелок, который Полли вырезала в мастерской, она нашла его в кладовке среди других конфискованных у воспитанников вещей и была наказана повторно, но не отдала. А в Омуте у неё и вовсе не было выбора: призраки в масках, «угли» и зверьё, вроде теневых волков, пытались её убить. Марго пыталась её убить. Измученный и Аркан пытались её убить. Только демоны не пытались, пока она сама не провоцировала их, не зная, что демоны атакуют только тех, кого считают угрозой.       А теперь… теперь всё пошло наперекосяк. Полли прижала колени к груди и обняла их. Она показала себя зверем. Чудовищем. Именно тем, чем её называла Марго, погибая во второй раз — в Омуте, в точной копии сгоревшего приюта.       Её волос снова коснулась ладонь. Мягко, ободряюще. Так же, как её когда-то гладила Алиса. Наставница улыбнулась и произнесла:       — Ты сильная. Вижу, тебе пришлось через многое пройти. Но не всё в этом мире подчиняется лишь хаосу и силе. Здесь есть правила, и они одни для всех. Сила должна быть последним доводом, а не первым, да и применять её можно по-разному, — её ладонь переместилась с головы Полли на плечо. — Мудрый воин не тратит на комара взмаха меча, ибо всякой цели — своё оружие. Проще дыхнуть перегаром.       Полли, не удержавшись, фыркнула. Последняя фраза прозвучала так нелепо и абсурдно, что нельзя было удержаться от смеха. И при этом, как ни парадоксально, возразить оказалось нечем.       — Вижу, ты меня поняла. Вот и молодец, — сказала наставница, улыбаясь ей в ответ.       — Шифу? — раздался голос снизу.       Оглянувшись, Полли увидела стоящую посреди дворика Фуфу. Рядом с ней подпрыгивал Львец и что-то эн-некал. Через секунду Фуфу сорвалась с места и взобралась на крышу, причём обошлась без стремянки. Подойдя к ним, ученица укоризненно упёрла руки в бока.       — Шифу, вы опять никого не предупредили, что возвращаетесь! Иньху бы чего-нибудь вам приготовил! В конце концов, сказали бы мне, я бы вас встретила, — возмутилась она. — Каждый раз одно и то же!       — Я поужинала в «Чайном небожителе», не беспокойся, — наставница медленно встала и потрепала Фуфу по макушке, отчего та возмущенно топнула, но всё же потянулась вслед за рукой.       Полли замерла. Ущипнула себя за руку, не веря увиденному и услышанному. Ученица, пусть и старшая, ворчала на наставницу. А та в ответ просто погладила её по голове. Не напомнила, где её место, не возмутилась, не наказала, не накричала, даже не отвесила оплеуху. Просто погладила. Так же, как гладила Полли, объясняя, что силу можно применять по-разному.       — Вот как с вами быть… — Фуфу вздохнула и обратила внимание на Полли. — Что такое? Как будто… — она перевела взгляд на наставницу. — Исюань-шифу, вы же не представились ей, да? Опять подшучиваете над учениками?!       Стоп! Исюань-шифу? Та самая Исюань, из-за которой Вайз привёз меня сюда?       Полли вскочила и чуть не потеряла равновесие. Наставница же с улыбкой повернулась к ней и сказала:       — Да, я совсем забыла представиться. Исюань, тринадцатая глава школы горы Юнькуй.       Полли нащупала в кармане блокнот и открыла на нужной странице, радуясь, что сейчас можно не писать. Сейчас у неё почерк был бы хуже врачебного.       «Я Полли».       — Знаю. Вайз говорил о тебе, — Исюань посмотрела на море, за которое уже зашло солнце, напоследок окрашивая небо в розовый цвет. — Купальня ещё работает. Сходите туда, пока есть время. А завтра после утренней зарядки приходи ко мне. Нам есть о чём поговорить.       Быстрым, изящным движением Исюань спрыгнула с крыши. На секунду Полли показалось, будто за спиной главы школы горы Юнькуй взметнулись чёрные крылья, замедляя падение и позволяя плавно и изящно приземлиться на мостовую.       — Ещё и выпендривается… Привыкай, такая вот наша шифу, — вздохнула Фуфу, провожая её взглядом. — А вот ты — совсем дурная, да?       Полли удивлённо посмотрела на неё. На всякий случай ткнула себя пальцем в грудь.       — Да, ты! Ну кто же лезет на трёх старших учеников в одиночку? Они ещё и в боевых искусствах хороши, — возмутилась Фуфу. — Конечно, они давно нарывались, и кто-то должен был поставить их на место. Желательно, кто-нибудь из младшеньких. Но ты тут третий день, и полезла кулаками махать. Я же говорила: обращайся ко мне, если что…       Достав карандаш, Полли со вздохом написала:       «Прости. Я сглупила».       — Ещё как сглупила, — согласилась Фуфу. — Драки, конечно, порой случаются. Даже я пару раз стояла с вёдрами. Но ты в одиночку полезла на троих, причём не на новичков, и осталась стоять на ногах! Да ты просто нечто! Но дурная-я-я…       Полли невольно улыбнулась. Она почувствовала себя странно. Всё это время она ждала наказания. Так, как это было в приюте. Ждала, что на неё повесят клеймо неуравновешенной драчуньи и пироманки. Но нет… Старшая ученица отчитывала её за то, что она полезла в драку против троих.       Не удержавшись, она протянула руку и потрепала Фуфу по макушке.       — Эй, ты чего? — старшая ученица накрыла ладонь Полли своими. — Ладно, пойдём в купальню. Завтра после зарядки я покажу тебе, где комната шифу. Если, конечно, не придётся искать её по всему храму, а то с неё станется. Кстати, Иньху приберёг ужин для тебя, так что после мытья обязательно поешь…       Полли следовала за ней, слушая поток слов, и глупо улыбалась.       Если это сон, то я не хочу просыпаться.